Зачем Гитлер напал на СССР?

Войну выиграл не Сталин,
войну выиграл советский народ!
(теперь почти общепринятое мнение)


Зачем Гитлер напал на СССР?

Преамбула
Впервые я увидел прямую постановку этого вопроса в книге Виктора Суворова «Очищение» [1]. В конце книги на стр. 452 читаю:
Тут надо другой вопрос ставить. Вопрос, на который никто не ответил. На который никто не пытался ответить. Никто этот вопрос даже и не поставил: ЗАЧЕМ ГИТЛЕР НАПАЛ НА СССР?
Чего ему не хватало?
Жизненного пространства?
Или ума?
Во всей нашей литературе (как советской, так и постсоветской) этот вопрос в явной форме не ставился, по-скольку считалось, что ответ на него очевиден. «Drang nach Osten» - часть фашистской идеологии, об этом Гит-лер говорил еще в 1924 году в своей  «Mein Kampf».
Меня (как, думаю, и многих русских) всю жизнь мучил вопрос о том, почему столь катастрофичным для СССР было начало войны в 1941 году.  Все то, что по этому поводу было написано, не закрывало проблему. Слишком уж много оставалось вопросов. Ну, например – почему «одна винтовка на троих», и миллионы плен-ных русских за первый месяц войны. Что эти солдаты делали на границе, не имея простейшего вооружения? Да и вообще, разве бывают солдаты без винтовок (или, на худой конец, автоматов)? Если, конечно, они не на при-зывном пункте или в эшелоне, а на передовой?
И вот, вопрос поставлен. Что еще добавляет В. Суворов? Там же:
Гитлер с самого начала попал в ситуацию, в которой выиграть было вообще невозможно. С Францией он разделался легко, но как воевать с Британией, не имея превосходства на море и в воздухе? И вот Гитлер бросается на Советский Союз. Нам объясняют, что ему требовались земли на Востоке. Удивительно: Гитлер разгромил Францию, но у него нет сил разгромленную Францию захватить целиком. Тем более у не-го нет сил захватить бесхозные французские колонии…
…но он их почему-то не захватывает. Вместо этого Гитлер полез воевать за новые земли на Востоке. Пе-ред ним беззащитный юг Франции с курортами, с виноградниками, с подвалами вина, с прекрасными доро-гами, с ядреными бабами, черт побери, а он ринулся покорять архангельские топи и астраханские камыши. Это от большого ума или как?
В. Суворов обещает для ответа на этот вопрос написать отдельную книгу. И вот, наконец, она у меня на сто-ле [5]. Как всегда, написана в свойственной автору блестящей манере. Я такие книги читаю по многу раз. Пер-вый раз, как захватывающий детектив, во второй раз для лучшего усвоения материала, затем уже для критиче-ского анализа…
И должен Вам сказать, что, к моему глубокому сожалению, я НЕ ПОЛУЧИЛ ОТВЕТА НА ВОПРОС.
Так ЗАЧЕМ ГИТЛЕР НАПАЛ НА СОВЕТСКИЙ СОЮЗ? Кроме того, интересен и другой вопрос – ПОЧЕ-МУ ЭТО СЛУЧИЛОСЬ 22 ИЮНЯ?
Посмотрите, сколь различные мнения имеют место по этому вопросу:
Германия катастрофически не готова к войне с СССР, стратегически война проиграна еще до начала… Гитлер бросил на СССР 240 до зубов вооруженных дивизий, имеющих 2-х летний опыт войны, опираясь на всю промышленность покоренной Европы…
Вермахт имел на 22 июня 1941 года 3712 танков и 4950 самолетов [8]. Количественное превосходство войск врага было велико – в 5-6 и более раз, особенно в танках, артиллерии, авиации [8]… С января 1939 года по 22 июня 1941 года Красная ар-мия получила более  семи тысяч танков… 17745 бое-вых самолетов [8]…
Гитлер еще в 1924 году говорил о «Drang nach Osten», план «Барбаросса» лежал на столе у Сталина уже в конце 1940 года, Тухачевский еще в 1935 году преду-преждал, Зорге еще в 1940 году предупреждал, пере-бежчики чуть не каждый день предупреждали… Германия напала вероломно и неожиданно…
Пакт Риббентропа-Молотова был заключен в 1939 го-ду с целью оттянуть нападение Германии и дать воз-можность лучше подготовиться к обороне… Красная Армия уничтожила все минные поля, разру-шила старые линии обороны, не взорвала ни одного моста, не уничтожила ни одного километра рельсов, расположила всю свою мощь под удар непосредствен-но у границы…
В результате «чисток» Сталин уничтожил почти весь командный состав Красной Армии… Генеральный Штаб Красной Армии во главе с вели-ким Жуковым всю первую половину 1941 года рабо-тал по 17 часов в сутки…
Вы что-нибудь понимаете? Вермахт прекрасно подготовлен, но катастрофически не готов? Нападение не-ожиданное, но наши к войне готовились уже 2 года? Кто кого превосходит в 5-6 раз?
И вообще: Гитлер – дурак или умный, Сталин – дурак или умный?
Посмотрите, например, что пишет о Гитлере тот же В. Суворов:
22 июня 1941 года Гитлер нанес коммунизму самоубийственный, но смертельный удар. Как бы после этого не развивались события, покорить весь мир Сталину было уже невозможно. А это равносильно гибели. [1, стр. 472]
Во главе Германии стоял человек, который обладал выдающейся, непревзойденной болтливостью. Он не умел хранить государственные и военные тайны. Он не умел слушать других. Он не знал и не понимал скла-дывающейся обстановки, не умел и не хотел ее оценивать. Он принимал решения, которые не соответст-вовали сложившейся ситуации. Он не контролировал выполнения своих распоряжений и не имел никакого механизма контроля.
Этого достаточно, чтобы категорически заявить:
ГЕРМАНИЯ БЫЛА НЕ ГОТОВА К ВОЙНЕ.  С таким фюрером она победить не могла. [5, стр. 101]
Как же так – «такой фюрер» обманул Сталина так, что «это равносильно гибели»? Сталина, о котором само-го высшего мнения «великий» Жуков, Черчилль, Рузвельт, даже сам Гитлер?
Посмотрите, что по этому же поводу пишет Эдвард Радзинский в своей книге «СТАЛИН» [10, стр. 482]:
Итак, Сталин вполне логично заключил: Гитлер не может броситься на Россию. Но Гитлер все-таки бро-сился. Почему? Может быть, Хозяин не учел иррациональный момент, гитлеровскую экзальтацию? Нет, он замечательно чувствовал людей. Гитлер был истериком, который… играл в истерика, он поддавался наитию, но большей частью… играл в наитие. В узком кругу он часто издевался над тем, что исступленно проповедовал толпе. Решения Гитлера всегда смелы, но логичны. Фюрер – такой же актер, как… Хозяин, только с другим темпераментом. Он европейский актер – декадент с истеричной, многословной речью… Хозяин – восточный актер: он не говорит – он вещает. И удел жрецов – многие дни толковать немногие слова Богочеловека…
Каков же Гитлер «на самом деле»?
И мне захотелось составить об Адольфе Гитлере собственное мнение. Хватит полагаться на других! И на-чать я решил, естественно, с «первоисточника» - «Mein Kampf» [6]. Взял я эту книгу, чтобы убедиться в верно-сти знаменитой цитаты (о «Drang nach Osten»), и еще для того, чтобы не говорить, как говорили в СССР - «Солженицына я не читал, но…». И изумился! Да ведь это писал умнейший человек! Хотел быстро пробежать, но увлекся с первых же страниц. Стал читать внимательно.  Сравнивая с трудами «Маркса – Энгельса – Ленина - Сталина»…
Как же выгодно эта книга отличается от трудов классиков марксизма-ленинизма! В отличие от их заумного бреда или наглой лжи, эта книга написана просто и откровенно. Действительно прав Суворов, когда говорит, что Гитлер уже в 1924 году ничего не скрывал о своей программе. Но что особенно интересно? А то, что мно-гие рассуждения Гитлера полностью современны в 2002 году! Когда я читаю мысли Гитлера о воспитании, школьном образовании, искусстве и т.п., то все это именно то, что мне давно хотелось сказать нашим нынеш-ним руководителям: «Вас интересует судьба НАШЕГО народа? Вы хоть иногда смотрите наше ТВ»? Но это – отдельная тема.
А что мне больше всего понравилось у «классика национал социализма», так это то, что он везде называет вещи своими именами. А еще то, что в каждой строчке у него сквозит любовь к собственному народу (в отли-чие от Ленина, например, которому «на Россию наплевать»). Даже рассуждения Гитлера «о евреях» заставили меня призадуматься. Меня всегда интересовал вопрос о роли евреев в нашей революции, но я не думал о мно-гом, о чем пишет «бесноватый фюрер». И вообще, если «бесноватый» означает для марксистов «называющий вещи своими именами», то это – не самая худшая черта Гитлера. Вообще мне показалось, что указанную книгу многим следовало бы почитать. Во всяком случае, запрещать Гитлера, и издавать до сих пор Ленина – что это, глупость, или все те же (по Гитлеру) «происки евреев»?
Главный вывод из «Майн Кампф» в плане этой статьи: руководителя Германии в период 1933-1945 годов можно обвинять в чем угодно – людоедстве, человеконенавистничестве, прочем, но уж в ГЛУПОСТИ ОБВИ-НЯТЬ НЕЛЬЗЯ. Я давно не встречал книги, где животрепещущие для человечества вопросы (значение которых за прошедшие 75 лет только усилилось) обсуждались бы столь компетентно и откровенно. Мне даже захотелось написать об этом отдельную работу… Во всяком случае, спасибо Вам, Владимир Богданович, а то быть может так и не удосужился бы почитать.
Но вернемся к теме. Суворов говорит [5, стр. 54]:
Так вот, если книга не секретна, если она у вас есть, то прошу открыть часть первую, главу четвертую, которая называется «Мюнхен».
Заглянем туда. Внимательно прочитав эту главу еще раз, я нашел единственную мысль о «Drang nach Osten» [6, стр.118]:
Приняв решение раздобыть новые земли в Европе, мы могли получить их в общем и целом только за счет России. В этом случае мы должны были, препоясавши чресла, двинуться по той же дороге, по которой не-когда шли рыцари наших орденов. Немецкий меч должен был бы завоевать землю немецкому плугу и тем обеспечить хлеб насущный немецкой нации.
Что касается знаменитой цитаты, часть которой приводится в [5, стр. 51], то на самом деле она находится в [6, стр.556] в главе «Восточная ориентация или восточная политика»:
Мы, национал-социалисты, совершенно сознательно ставим крест на всей немецкой иностранной политике довоенного времени. Мы хотим вернуться к тому пункту, на котором прервалось наше старое развитие 600 лет назад. Мы хотим приостановить вечное германское стремление на юг и на запад Европы и опреде-ленно указываем пальцем в сторону территорий, расположенных на востоке. Мы окончательно рвем с ко-лониальной и торговой политикой довоенного времени и сознательно переходим к политике завоевания но-вых земель в Европе.
Когда мы говорим о завоевании новых земель в Европе, мы, конечно, можем иметь в виду в первую очередь только Россию и те окраинные государства, которые ей подчинены.
Кстати, у меня не создалось впечатления, что это отдельная фраза – об этом говорит и название главы, это целая политика. Другой вопрос – а когда в действительности Гитлер собирался ее осуществлять?  Сам Гитлер пишет [6, стр.120]:
Заселение новых земель – процесс длительный, требующий иногда целых столетий.
Еще более подробно этот тезис формулируется в самом начале книги [6, стр.8]:
До тех пор, пока немецкий народ не объединит всех своих сынов в рамках одного государства, он не имеет морального права стремиться к колониальным расширениям. Лишь после того как немецкое государство включит в рамки своих границ последнего немца, лишь после того как окажется, что такая Германия не в состоянии прокормить в достаточной мере все свое население, - возникающая нужда дает народу мораль-ное право на приобретение чужих земель. Тогда меч начинает играть роль плуга, тогда кровавые слезы войны орошат землю, которая должна обеспечить хлеб насущный будущим поколениям.
О Гитлере и его книге «Mein Kampf».
Книгу «Майн Кампф» Адольф Гитлер (1889-1945) написал в тюрьме (крепости Ландсберг) в 1924 году, куда попал после неудавшегося путча 8-9 ноября 1923 года. 27 марта 1924 года Гитлер был приговорен к 5 годам крепости с правом условного освобождения по отбытии 6 месяцев наказания. Он вышел на свободу в декабре 1924 года. Сидеть ему там без дела было скучно, вот он и решил доверить свои мысли бумаге. Книга получи-лась объемом 591 страница мелким шрифтом. Любопытно об источнике, с которого напечатана книга, которую я прочитал (от издательства):
Несколько лет назад в «спецхране» одной из библиотек ЦК КПСС была обнаружена книга Адольфа Гитле-ра «Моя борьба». Экземпляр не имел никаких выходных данных, года издания, названия издательства, фа-милии переводчика… Скорее всего, книга предназначалась для служебного пользования и вышла единичным тиражом.
Может, это и есть тот самый экземпляр Сталина, о котором пишет Виктор Суворов?
В первых главах книги Гитлер пишет о своем детстве и юности. Как видно, в жизни он многое повидал. В 18 лет, потеряв родителей, он приехал в Вену, где хотел выучиться на архитектора. Но юноше без денег, связей, и даже без законченного школьного образования это было не просто. Вот как сам Гитлер описывает венский пе-риод своей жизни [6, стр.22]:
Еще и теперь этот город вызывает во мне только тяжелые воспоминания. Вена – в этом слове для меня слилось 5 лет тяжелого горя и лишений. 5 лет, в течение которых я сначала добывал себе кусок хлеба как чернорабочий, потом как мелкий чертежник, я прожил буквально впроголодь и никогда в ту пору не помню себя сытым. Голод был моим самым верным спутником, который никогда не оставлял меня и честно делил со мной все мое время. В покупке каждой книги участвовал тот же мой верный спутник – голод: каждое посещение оперы приводило к тому, что этот же верный товарищ мой оставался у меня на долгое время. Словом, с этим безжалостным спутником я должен был вести борьбу изо дня в день. И все же в этот пе-риод своей жизни я учился более, чем когда бы то ни было. Кроме моей работы по архитектуре, кроме редких посещений оперы, которые я мог себе позволить лишь за счет скудного обеда, у меня была только одна радость, это – книга.
Я читал тогда бесконечно много и читал основательно. Все свободное время, которое оставалось у меня от работы, целиком уходило на эти занятия. В течение нескольких лет я создал себе известный запас зна-ний, которыми я питаюсь и поныне.
К этой 5-летней «школе жизни» добавились еще 2 года в Мюнхене, а затем 5 лет в армии, из них 4 года с не-которыми перерывами (Гитлер был ранен в 1916 году) на фронте. После этого Гитлер принял решение зани-маться политикой.
Он начал с нуля. Через 4 года он был руководителем достаточно крупной партии, которая была распущена после неудавшегося путча 1923 года. Сам Гитлер 6 месяцев отсидел в тюрьме. Но уже через 2 года партия на-чала работу вновь. Кстати, ее настоящее название – «национал социалистическая немецкая рабочая партия – National sozialistische deutsche arbeiter Partei (нем.)» - я сознательно выделил несколько букв. В СССР эта партия всегда называлась «социалистская». Для того чтобы не перепутали с «настоящим» социализмом?
Да, школа жизни, которую прошел Адольф Гитлер, не сравнима со школой Маркса-Энгельса-Ленина. В то время как Гитлер проливал кровь на фронте, Ленин спокойно жил в Швейцарии и писал на партийные деньги свои 100 томов.
Основная тема
После такого краткого знакомства с личностью будущего «бесноватого фюрера» Германии прейду к попыт-ке ответа на следующие вопросы:
1. Зачем Гитлеру понадобился раздел Польши?
2. Зачем Гитлер напал на СССР?
3. Почему немцы напали на СССР именно 22 июня 1941 года?
4. Чем объяснить тот факт, что лишь Курская дуга (лето 1943 года) привела к коренному перелому в войне?
Фактически, все ответы на такие вопросы представляют собой РЕКОНСТРУКЦИЮ СОБЫТИЙ. Как всем известно, история не знает сослагательного наклонения… А в вопросах реконструкции событий у человечества давно уже есть хорошо разработанная технология, которой, к моему глубокому сожалению, историки пользу-ются очень редко, если не сказать резче. Эта технология лучше всего сформулирована Карелом Чапеком в од-ном из его рассказов:
«Прежде всего надо сказать, что гипотеза, признаваемая приемлемой, должна включать в себя все имею-щиеся факты. Ни одно самое мелкое обстоятельство не должно ей противоречить. Во-вторых, все эти факты должны найти свое место в едином и связном ходе событий. Чем он проще, компактнее и законо-мернее, тем больше вероятия, что дело было именно так, а не иначе. Это мы называем реконструкцией обстановки»
Я, конечно, не претендую на исчерпывающую реконструкцию, но буду пытаться придерживаться этого под-хода.
1. Зачем Гитлеру понадобился раздел Польши?
Нам придется несколько вернуться в прошлое Германии. В 1914 году [8] Германия занимала площадь 548 тыс. кв. километров, а ее население составляло 65 млн. человек. Кстати, ее союзник – Австро-Венгрия – имела, соответственно, площадь 677 тыс. кв. км. с населением 51 млн. человек. Как известно, Первая мировая война привела к революции в этих странах и распаду Австро-Венгрии. Что касается Германии, то ее по Версальскому  договору [2]:
…Германия возвращала Франции Эльзас-Лотарингию (в границах 1870), Бельгии – округа Мальмеди и Эй-нен, Польше – Познань, части Поморья и др. территории Зап. Пруссии; г. Данциг (Гданьск) был объявлен вольным городом, г. Мемель (Клайпеда) передан в ведение держав-победительниц (в февр. 1923 присоединен к Литве). Вопрос о гос. принадлежности Шлезвига, юж. части Вост. Пруссии и Верх. Силезии должен был быть решён плебисцитом (сев. часть Шлезвига перешла в 1920 к Дании, часть Верх. Силезии в 1921 - к Польше; др. спорные терр. остались у Германии). Небольшой участок Силезской терр. отходил к  Чехосло-вакии. Исконные польские земли — на правом  берегу  Одера,   Нижняя  Силезия, большая часть Верх. Силе-зии и др. — остались у Германии. Саар переходил на 15 лет под управление Лиги Наций, а затем его судьба должна была решиться путем плебисцита. Германия обязывалась соблюдать независимость   Австрии, признавала   независимость Чехословакии и Польши. Герм. часть левобережья Рейна и полоса нрав. берега шир. в 50 км подлежали демилитаризации. Колонии Германии были поделены между гл. державами-победительницами. Сухопут. армия Германии была ограничена 100 т. ч., установлены также др. ограниче-ния в вооружениях. Германия обязалась платить репарации.
Как видим, Германию здорово общипали. При этом не следует забывать, что таких государств, как Польша и Литва, в 1914 году не было вовсе. Что касается «исконных» польских и прочих земель, то на этом пути можно уйти куда угодно, все зависит от того, как далеко в прошлое мы заглянем. Например, какая часть СССР (или нынешней России) представляет собой «исконно русские» земли? Что приводит к «возвращению исконно ев-рейских» земель, все мы видим уже 50 лет.
Что касается Польши, то последний ее раздел имел место в 1795 году, после чего в течение 123 лет незави-симой Польши не существовало. Кстати, ныне «незыблемость границ» в Европе закреплена хельсинскими со-глашениями. И тем не менее, имеют место случаи их нарушения (например, в Югославии). К чему это приво-дит, мы все знаем.
Итак, в 1933 году в результате всеобщих выборов НСДАП и ее вождь Адольф Гитлер СОВЕРШЕННО ЗА-КОННЫМ ПУТЕМ пришли к власти в Германии. Гитлер стал канцлером. Правда, говорят, что эта победа про-изошла не без участия Сталина, который приказал немецким коммунистам голосовать за Гитлера. Сталину не нравилась социал-демократия и «бесхребетная» Веймарская республика. Что было бы в ином случае, мы нико-гда не узнаем. Может быть, Гитлер победил бы на следующих выборах и без помощи Сталина, а может, нико-гда бы не пришел к власти. Во всяком случае, при желании защитить СССР от возможного нападения с Запада, Сталину так поступать не следовало бы.
Что далее делает Гитлер? Его программа («Майн Кампф») прямо говорит о целях НСДАП – объединение всех немцев в единой Германии, конец позорному Версальскому договору. Что касается России, это – неопре-деленное будущее.
И Гитлер начинает эту программу реализовать. Саарская область (плебисцит 1935 года), «Аншлюс» Авст-рии (1938), Судеты (а затем и вся Чехословакия - 1938-39). Что дальше? Видимо, на очереди Польша. Но с вос-тока за Польшей – СССР. Причем в 1939 году СССР уже не тот, о котором с таким презрением и ненавистью Гитлер писал в 1924 году в «Майн Кампф». Гитлер ненавидел марксизм, считая его (не без оснований) причи-ной поражения Германии в 1918 году. И марксизм (созданный и руководимый евреями), быть может, и привел Гитлера к антисемитизму. А в 1924 году СССР лежал после гражданской войны в разрухе, и его военный по-тенциал был невелик – вспомним разгром Красной Армии «белополяками» в 1920 году.
В августе 1939 г. Гитлер посылает в Москву своего министра иностранных дел Риббентропа. Как известно, инициатором пакта «Риббентропа-Молотова» были немцы. В августе 1939 года Сталин вел переговоры с анг-личанами и французами. Чего он хотел этими переговорами достичь, я не знаю. Одно он все же на них получил – это заявление о том, что в случае нападения Гитлера на Польшу Англия и Франция объявят Германии войну. А эта информация позволила далее играть с Гитлером, имея козырную карту на руках. Суворов пишет [4], что, начиная войну с Польшей, Гитлер еще не знал, что начинает мировую войну, а Сталин знал!
Тем не менее, при первом же пожелании Риббентропа приехать в Москву, ему была открыта «зеленая ули-ца», а переговоры с англичанами и французами были немедленно прерваны! Понятно, Сталину взаимный за-хват Польши являлся бальзамом на душу – он руками Гитлера начинал мировую войну, ломая при этом стену (в виде Польши) между СССР и Германией. Но зачем это было нужно Гитлеру?
Как известно, в августе 1939 года ни о каком «плане Барбаросса» не было и речи. Сталин был «лучшим дру-гом» Гитлера! Благодаря Сталину Германия имела образцы военной техники и обученные кадры. Тысячи со-ветских эшелонов везли «nach Deutschland» зерно, руду, топливо, редкие металлы, и многое, многое другое, че-го так не хватало немцам.
Вроде бы, к войне с Польшей Германия была не слишком готова. Об этом пишет Суворов [5], об этом пишут сами немцы [3, стр. 364]:
… за первые 14 дней войны с Польшей немецкая бомбардировочная авиация истратила весь запас бомб.
Так зачем же было нападать на Польшу? Мне лично не приходит на ум ничего, кроме того, что это была часть уже несколько лет проводимых Гитлером мероприятий по «объединению Германии» А о том, что при этом ломается стена между Германией и СССР, Гитлер плохого не думал – Сталин был его «союзником»!
Таков мой ответ на первый вопрос – война с Польшей была частью программы объединения Германии.
2. Зачем Гитлер напал на СССР?
Итак, сентябрь 1939 года. Что дальше? Дальше – Эльзас-Лотарингия и ненавистный Версальский договор. Все это по программе «Майн Кампф». Но как разрешить этот вопрос иначе, нежели силой оружия? А к тому же, Гитлер теперь и так уже в состоянии войны с Францией и Англией. Правда, «союзники» Польше так и не по-могли, отсиживались за линией Мажино.
И вот, через 8 месяцев, обойдя эту пресловутую «линию», Вермахт вторгся во Францию. И что же? Менее чем через месяц Франция капитулировала. И торжествующий Гитлер в том же Версале принимает эту капиту-ляцию. Эльзас и Лотарингия вновь в составе Германии. Может, этого для Гитлера достаточно? Во всяком слу-чае, он не оккупирует всю территорию Франции.
А захватывать «топи и камыши» Гитлер ринулся лишь более чем через год. Почему же Германия не оккупи-рует беззащитную Францию в мае 1940 года? Ей достаточно пока Эльзаса-Лотарингии и ликвидации ненавист-ного Версальского договора. Может, Гитлеру большего пока и не нужно? Во всяком случае, пока Гитлер цели-ком следует программе «Майн Кампф»: объединение немецкого народа в едином государстве и ликвидация по-следствий поражения в 1918 году.
Кстати, любопытно, как сам Гитлер видел причины поражения Германии в 1918 году? Предоставим слово ему самому [6]:
Зимою 1917/1918 г. горизонт впервые омрачился тучами для союзников. Вот уже четыре года союзные державы общими усилиями вели напряженнейшую борьбу против немецкого богатыря и все -  безрезуль-татно. Но ведь в течение всех этих четырех лет главные силы немецкого великана заняты были на восто-ке и на юге. На западе он зачастую держал только второстепенные силы. И вот теперь тыл нашего бога-тыря оказался свободным. Моря крови были пролиты, раньше чем немцам удалось положить на обе лопат-ки хотя бы одного противника. Теперь войска, занятые раньше на русском фронте, будут переброшены на запад, и если врагу не удалось до сих пор прорвать нашу линию обороны, то теперь мы сами перейдем в на-ступление.
Противник был в тревоге и трепетал по поводу того, что окончательная победа может достаться нам.
В Лондоне и Париже шли совещания за совещаниями. Даже пропаганда противников несколько зашла в ту-пик. Теперь уже не так легко было доказывать, что немецкая победа совершенно немыслима и безнадежна.
Таково же было настроение среди войск союзников. Наглая уверенность в победе исчезла. Господам руко-водителям Антанты становилось жутко. Переменилось отношение и к немецкому солдату. До сих пор на нашего солдата смотрели только как на простака, безусловно обреченного на поражение. Теперь перед ними стоял немецкий солдат, уже уничтоживший их русского союзника. Нужда заставляла нас до сих пор ограничиваться наступлением только на востоке. Теперь противникам казалось, что это была с нашей стороны гениальная тактика. В течение трех лет немцы вели непрерывные атаки на русском фронте – вначале без особенного успеха. Все уже начинали смеяться по поводу мнимой бесцельности наших дейст-вий. Русский великан, казалось, обязательно должен победить уже благодаря его огромному численному превосходству. Германия же, казалось, обязательно изойдет  кровью в этих боях с русскими. Вначале ход со6ытий как будто подтверждал такой прогноз.
В сентябре 1914 г. после боев при Танненберге в Германию потянулись первые бесконечные потоки русских пленных. С тех пор поток этот уже не прекращался. Все время и в поездах и по шоссе тянулись бесконеч-ные транспорты русских пленных. Но толку от этого было мало. Вместо каждой побитой армии русские тотчас же выставляли новую армию. Гигантские владения царя, казалось, были неисчерпаемы по части людей. Сколько времени могла еще выдержать Германия такое состязание? Не придет ли такой день, ко-гда Германия несмотря на только что одержанную победу останется уже без новых войск, в то время как русское командование снова и снова двинет на фронт новые армии? Что же будет тогда? Согласно чело-веческому разумению Германия могла только отсрочить победу России, сама же окончательная победа этой последней казалась неизбежной.               
Теперь все эти надежды развеялись в прах. Один из главных союзников, принесший самые большие жертвы на алтарь обшей борьбы, был разбит вдребезги и теперь лежал распростертый на земле перед безжало-стным противником. Страх и ужас вселились в сердца солдат Антанты, которые до тех пор слепо верили в победу союзников! Грядущей весны оживали с тревогой. Если до сих пор не удалось сломить немцев, ко-торые держали на западном фронте только часть своих войск, то как же можно рассчитывать на победу теперь, когда это страшное героическое государство может ныне собрать в один кулак все свои силы против западного фронта!
К тому же на воображение действовали и события, происшедшие в горах южного Тироля. Весть о пора-жении войск генерала Кадорна достигла и полей Фландрии. Вера в победу испарялась и уступала место стреху перед окончательным поражением.
Ночи стояли прохладные. Всюду на западном фронте войска Антанты слышали шум подтягивающихся но-вых немецких армий. Надвигался последний страшный суд. Напряжение в лагере противника достигло высшей точки. И вот в эту минуту вдруг в Германии занялось зарево, и пламя этого пожара озарило все уголки фронта. В момент, когда немецкие дивизии делали самые последние приготовления к наступлению, в Германии вспыхнула всеобщая забастовка. В первую минуту весь мир просто потерял способность речи. В следующую минуту противник вздохнул свободно, и неприятельская пропаганда с жадностью бросилась на этот кусок. Неожиданная помощь поспела в двенадцатый час. Одним ударом Антанта опять нашла средство вернуть твердость настроения своим солдатам. Теперь она опять могла заставить солдат пове-рить, что ее победа возможна. Чувство тревоги перед приближающимся наступлением немцев вновь сме-нилось чувством твердой уверенности в победе Антанты. Теперь уже опять можно было с успехом дока-зывать солдатам Антанты, что окончательный исход предстоящей великой битвы зависит только и ис-ключительно от их стойкости. Пусть немцы теперь одерживают какие угодно местные победы, страну их ждет революция, а вовсе не возвращение домой великих победоносных армий.
Оставим патетику о «богатырях» и «великанах». Мы хорошо знаем, что «богатырь» победил «великана» ударом ниже пояса – с помощью «пломбированных вагонов» и золота Ленину. А в 1918 году Германии «от-кликнулось». В России победили большевики, а в Германии их собратья. Германия по сравнению с Россией еще хорошо отделалась. Для нас важно то, что Гитлер не считает окончание мировой войны как поражение герман-ского оружия. Теперь (в 1940 году) он исправил ошибку истории – «справедливость восторжествовала», весь немецкий народ объединился в едином государстве. Может, поэтому ему и не требовался «беззащитный юг Франции»?
Анализ фактов
Что делал Сталин - совершенно понятно. Он хотел захватить всю Европу, уже разгромленную Гитлером. Для этого понадобились неисчислимые жертвы советского народа - коллективизация, голод, индустриализация, ГУЛАГ, «чистки» в Красной Армии, и т.п.  Для Сталина были две основные причины таких действий:
Субъективная - Сталину лично хотелось быть мировым диктатором, он ЛИЧНО хотел осуществить цель Маркса и Ленина - мировую революцию.
Но была и объективная причина - пока существует капиталистическое окружение, победа большевиков в России не может быть окончательной. Народу есть с чем сравнивать свою дерьмовую жизнь.
Но что делал Гитлер?
Попробуем проанализировать факты подробнее:
1. Стратегически Германия не могла выиграть войну против СССР:
· Вермахт был несравнимо хуже вооружен, нежели Красная Армия - одних только танков у Гитлера было гораздо меньше - начиная войну, Вермахт имел только 3410 танков (причем неважных) против 23106 у Сталина (причем, гораздо лучших - один Т34 чего стоит!).
· Людские резервы Красной Армии в три раза превосходили возможности Вермахта.
· У Гитлера не было сил оккупировать Францию, как же он собирался оккупировать СССР?
· Воевать в России, значит - воевать в зимних условиях, а Вермахт к зимней кампании был катастрофиче-ски не готов (и это Сталин прекрасно знал – это одна из главных причин, почему Сталин не верил в на-падение Германии).
· Природные ресурсы России неисчислимы по сравнению с очень ограниченными ресурсами Германии - в особенности это касается горючего.
· Наконец, Германия обречена при войне на два фронта, что прекрасно знали все известные немецкие ге-нералы и политики!
2. Только блицкриг мог позволить «надеяться» на успех, но какой блицкриг возможен при 3410 танках на 3,5 миллиона кв. километров только Европейской части СССР? А ведь еще есть Урал, Сибирь, Средняя Азия? Даже если Гитлеру удалось бы захватить всю Европейскую территорию СССР, Россия не была бы повер-жена.
3. Однако, план «Барбаросса» разрабатывается, мобилизация производится, Вермахт размещается на границах СССР - значит, Гитлер принял решение о нападении, он не готовится к обороне!
4. Он решается на вторжение, хотя вермахт КАТАСТРОФИЧЕСКИ не готов к широкомасштабной войне. У него мало техники, у него топлива только на 2 месяца войны. У него нет транспорта в условиях бездорожья России. Цитирую В. Суворова (стр. 448):
А вот статистика: на 22 июня у Гитлера на Восточном фронте в обозах 750.000 лошадей. За каждым не-мецким танком шел обоз в 220 лошадей. С телегами. Это на телегах они собирались осуществлять блиц-криг? Это на телегах они собирались скакать до Владивостока? За три месяца? Кстати о лошадях. В ка-ком американском фильме мы увидим немца в телеге? В фильмах немцы в танках. А историческая правда в том, что танков у них было в 100 раз меньше, чем телег.
У Гитлера нет зимнего обмундирования, смазки и горючего - все это скоро проявится с ужасающей силой под Москвой! Гитлер еще не знает, что такое советские партизаны!
Таким образом: Зачем Гитлер решается на войну, которую он ВЫИГРАТЬ НЕ МОЖЕТ? То есть БЛЕФУЕТ?
Что же изменилось за лето 1940 года? А то, что этим летом Сталин присоединил к СССР Прибалтику и Бе-сарабию. Красная Армия вышла непосредственно к границам Германии (через Литву – к Восточной Пруссии), а над нефтяными полями Румынии (читай, над безопасностью Германии) нависла смертельная угроза. И только после этого Гитлер понял, что у него за союзник, и отдал приказ о разработке плана «Барбаросса». Так может все-таки прав был фельдмаршал Кейтель в Нюрнберге [3]:
«Я утверждаю, что все подготовительные мероприятия, проводившиеся нами до весны 1941 года, носили характер оборонительных приготовлений на случай возможного нападения Красной Армии. Таким образом, всю войну на Востоке в известной мере можно назвать превентивной… Мы решили… предупредить напа-дение Советской России и неожиданным ударом разгромить ее вооруженные силы. К весне 1941 года у ме-ня сложилось определенное мнение, что сильное сосредоточение русских войск и их последующее нападение на Германию может поставить нас в стратегическом и экономическом отношениях в исключительно критическое положение… В первые же недели нападение со стороны России поставило бы Германию в крайне невыгодные условия. Наше нападение явилось непосредственным следствием этой угрозы…»
Итак, на этот вопрос я отвечаю так: Гитлер решается на войну, которую он выиграть не может, потому что точно знает, что иначе его скоро слопает Сталин. С потрохами!
 
3. Почему немцы напали на СССР именно 22 июня 1941 года?
Почему именно 22 июня? Всем известно, что 22 июня поставило Красную Армию почти на грань пораже-ния. Так случайно ли это? Повезло «дедушке Гитлеру», или в этом его гениальность? Я думаю, что ответить на этот вопрос однозначно мы никогда не сможем. Предлагаю снова заглянуть в историю.
Каков военный опыт немцев за последние 300 лет? Если говорить одним словом – ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ. В сущности, если не считать франко-прусской войны 1870-71 г.г., немцы (сначала Пруссия, а после 1871 года – объединенная Германия) НЕ ВЫИГРАЛИ НИ ОДНОЙ ВОЙНЫ:
· лишь воцарение Петра III на российском престоле спасло Пруссию от полного разгрома в Семилетней войне 1756-63 г.г.
· после разгрома в 1806 году Наполеоном Пруссия была оккупирована наполеоновскими войсками. Лишь после разгрома французов русскими в 1812 году и «Битвы народов» под Лейпцигом в 1813 г. Пруссия вновь обрела независимость
· Первая мировая война, начатая Германией 1 августа 1914 года, закончилась ее капитуляцией в 1918 году и унизительным Версальским мирным договором, по которому Германия потеряла колонии и ряд терри-торий метрополии, должна была выплачивать огромную контрибуцию, а ее вооруженные силы – Рейхс-вер – были ограничены численностью 100 тысяч человек без права на тяжелое вооружение
· и, наконец, развязанная Германией 1 сентября 1939 года Вторая мировая война закончилась полным раз-громом и капитуляцией. Но об этой войне мы и поговорим в этой работе.
Как Германия готовилась ко Второй мировой войне? Как известно, Версальский договор не позволял Германии иметь нормальную армию. Рейхсвер численностью в 100 тысяч человек не имел права иметь танки, тяжелую артиллерию, самолеты, зенитную артиллерию и химическое оружие. То есть в момент прихода нацис-тов к власти в 1933 году Германия и думать не могла о какой-то серьезной войне. Как же немцы использовали 6 лет до 1 августа 1939 года?
Значительные возможности в создании и испытании запрещенных видов оружия немцы получили в России. С 1926 года все это делалось на советских заводах и полигонах. Одновременно в советских военных училищах проходили подготовку танкисты, летчики и прочие военные специалисты. Снова мы видим, что Сталин не только привел Гитлера к власти, но и помог немцам создавать в России будущую гитлеровскую военную ма-шину.
Введя в 1935 году всеобщую воинскую повинность, Гитлер порвал Версальский договор. Германская воен-ная промышленность заработала на войну. Посмотрим на ее динамику. В 1935 году у немцев были только ис-пытанные в России образцы танков типа I, II, III и IV. То же касается и типов самолетов, с которыми Германия вступила в 1939 году во Вторую мировую войну – Ju-87 и –88, He-111 и Me-109. Эти ОБРАЗЦЫ были запуще-ны в производство лишь в оставшиеся до начала войны 4 года.
Естественно думать, что позволяя немцам создавать и испытывать в России эти ОБРАЗЦЫ, Сталин позабо-тился о том, чтобы создаваемые одновременно советскими инженерами танки и самолеты превосходили немец-кие. И действительно, танки Т-34 и КВ, самолеты Як, Ту, Пе и другие значительно превосходили по всем своим показателям свих немецких «собратьев». Появление Т-34 на поле боя в 1941 году вызвало у немцев шок!
Однако так ли слаба была немецкая военная промышленность, как нас в этом уверяет Виктор Суворов? По-смотрим. 1 сентября 1939 года немцы начали войну с Польшей, имея указанные типы тяжелого вооружения. Их количество, по сравнению с тем, что имело место всего через 2 года, было невелико (на 1 сентября 1939 г. рейхсвер имел 2980 танков, половина из которых не имела пушек!). Через две недели после начала войны с Польшей немецкая авиация израсходовала ВЕСЬ запас авиабомб! Действительно, где уж тут сравниться с СССР, где только один Харьковский завод выпускал 22 танка В ДЕНЬ!
Однако… После разработки плана «Барбаросса», по-видимому, производство стало развиваться быстрыми темпами. Войну с СССР Германия начала 22 июня 1941 года, имея 3350 танков. А уже в 1942 году было выпу-щено 9300 танков и 14500 самолетов. В 1944 году, соответственно, 27000 танков и 38000 самолетов [3]. То есть за каких то 2 года германская военная промышленность увеличила производство вооружения в десятки раз.
Известно, что в СССР этой же техники производилось вдвое больше, ну и что. Что толку от массы танков и самолетов, если большинство из них было уничтожено или захвачено немцами в первые дни войны? Кстати, вопрос. Как известно, готовя «День М», Сталин позаботился о доставке к самой границы сотен тысяч тонн (!) боеприпасов, топлива, запчастей, обмундирования. Все это богатство было захвачено немцами. Но никто (в том числе и Виктор Суворов) не пишет, как все это было использовано немцами. Думается, что экономные немцы использовали все это с немалой пользой для себя и уроном для нас.
Какие выводы можно сделать из сказанного? Факты показывают, что начало войны сложилось для Вермахта благоприятно. Для победы над Польшей сил Вермахта было, видимо, достаточно. После этого немцам вполне хватило и «ничтожного» запаса вооружения, чтобы сперва разгромить Францию, а через 2 года нанести Крас-ной Армии катастрофические потери. А для продолжения войны у Германии уже была набравшая силу военная промышленность!
Таким образом, 5 лет хватило немцам для того, чтобы начав почти с нуля, довести производство вооружения до вполне приемлемых размеров. На то, что немцы проделали за 5 лет, Сталину понадобилось 20! И этот факт нельзя недоучитывать. Думаю, что он также добавлял уверенности «глупым» немцам!
Итак, почему 22 июня? Попробую рассмотреть период с начала 1941 года до 22 июня, как динамический процесс.
· Начав движение к границе, Вермахт на все это время попадает в очень непростые условия. Части не полностью боеспособны - они разобщены, находятся частично или полностью в поездах, оружие и бое-припасы идут отдельно от личного состава, связь не налажена, управление войсками отсутствует, и т.д., и т.п.
· Вермахт будет готов к серьезным боевым действиям только к началу июня. До этого момента Германия почти беззащитна. К обороне Германия не готова совершенно, никаких действий на случай обороны не предпринимается, ставка делается на нападение.
Почему - на это дает ответ ко второму вопросу. Однако, игра «ва-банк» - дело рисковое. Так можно действо-вать только в трех случаях:
· Ты - идиот, и не соображаешь, что делаешь.
· Ты действуешь азартно, «на авось».
· Ты действуешь продуманно, ВНИМАТЕЛЬНО следя за действиями противника, зная его обстановку на каждый день и час, а потому можешь рассчитать 22 июня с точностью до дня и часа, полагаясь дополни-тельно на пунктуальность и дисциплину своих солдат, генералов и прочего персонала.
Так что же было на самом деле?
Можно, конечно, рассматривать две первых возможности. Теоретически. Но для этого нужно иметь ФАК-ТЫ. У меня таких фактов нет! Я ни разу не слышал, что Гитлер и его генералы – идиоты (оставим пока в сторо-не [5]). Это ОЧЕНЬ маловероятно! То же самое и относительно «на авось». А потому мне не хочется эти «воз-можности» рассматривать. Гораздо разумнее считать своего противника умным, и считать, что он поступает расчетливо.
Значит, остается принять третью версию - 22 июня (плюс-минус неделя, не более) было рассчитано.
Но это немедленно влечет за собой целый ряд требований:
Для такого точного расчета нужна пунктуальность и дисциплина - всего этого у немцев с избытком.
Нужна прекрасно поставленная разведслужба. На этот счет известны расхождения во мнениях. Суворов, на-пример, считает, что с разведкой у немцев было неважно – якобы, сам Гитлер разведку не любил, работать не-мецкой разведке на территории СССР было очень трудно, плохо немцы понимали наш русский и советский менталитет. Сами же немцы думают иначе [3, стр. 273]:
Советская Россия еще до начала войны представляла в отношении разведки особенно трудную проблему. Засылка в Россию агентов из Германии была возможна лишь в очень редких случаях. Контроль и проверка документов среди населения России как в городах, так и на транспорте проводилась гораздо строже, чем в какой-либо другой европейской стране. Непосредственно граничащим странам - Финляндии, Эстонии, Латвии и др. - вести разведку было несколько легче, потому что в пограничных районах расовые и физиог-номические признаки облегчали проникновение агентов через советскую границу.
После оккупации Польши Германия и Советский Союз стали непосредственными соседями. Поэтому за сравнительно короткий отрезок времени, с конца польской войны до начала войны с Советским Союзом в июне 1941 года, органам немецкой разведки удалось накопить достаточные сведения о дислокации, органи-зации и вооружении русской армии.
Как выяснилось в ходе войны, количество советских дивизий, находившихся в западной части Советского Союза, было определено совершенно правильно. Данные разведки, которые генеральный штаб считал пре-увеличенными, оказались точными. Не доверяли в верховном командовании и данным, собранным разведкой о советском экономическом потенциале и возможностях эвакуации советской промышленности на Вос-ток. Война с Финляндией, в которой у русских неожиданно обнаружились большие недостатки в вопросах руководства и вооружения, способствовала тому, что немецкое командование стало недооценивать своего противника. Очевидно, не было доверия и к данным разведки в области техники. Поступавшие в органы сведения о технических усовершенствованиях оставались без внимания, поэтому появление русских танков было большой неожиданностью, заставившей всех много говорить о себе.
Однако (там же):
…немецкое верховное командование не было склонно верить вполне правильным данным, собранным и обра-ботанным органами разведки.
Поверим немецкому автору - лично я не вижу у него никаких подозрительных мест. Какие из приведенного мнения можно сделать выводы:
В период с конца 1939 года (задолго до начала разработки плана «Барбаросса») немецкая разведка работала на территории России достаточно эффективно. Думаю (автор об этом не говорит), что общая граница с Запад-ными Украиной и Белоруссией сделала работу немецкой разведки особенно успешной. На этих территориях половина населения видела в немцах не врагов, а возможных освободителей от большевиков, и помогала им. Это уж потом Гитлер своей действительно идиотской (но естественно вытекающей из нацистской идеологии) политикой в отношении населения этих областей сделал из них врагов.
Разведка своевременно сообщала командованию Вермахта точные данные о Красной Армии и советском промышленном потенциале. Это уж командование этим данным не всегда верило.
Что касается «преувеличенных данных» о численности и вооружении частей Красной Армии, выдвинутых к границе, то неверие могло плохо кончится для Вермахта уже в начале войны.
Нужна правильная оценка данных разведки и правильные выводы. Тут, видимо, Гитлер и его генералы про-считались. Разве могли дотошные немцы представить себе, что большевики под огнем противника сумеют гра-мотно демонтировать свои военные заводы, перевести их на Урал, там смонтировать, и наладить производство на них отличного вооружения в огромных количествах. И все это всего за несколько месяцев! Видимо, мерили на свой аршин. Но это случилось уже потом…
Введя 16 марта 1935 года всеобщую воинскую повинность, и переведя затем экономику Германии на воен-ные рельсы, Гитлер начал путь, сойти с которого для него было уже невозможно. Дальше была только война. Законы экономики действовали и в фашистской Германии.
Но одно дело - общая идеология, и вытекающая из нее стратегия, а другое дело - тактические действия. К 1941-му году был уже и «аншлюс» Австрии, и Саарская область, и Мюнхенский сговор, и пакт Молотова-Риббентропа, и раздел Польши, и блицкриг во Франции, и Норвегия, и Роммель в Северной Африке. Было уже многое. Все это делалось по плану, в основном продуманно, но ни разу еще Гитлеру не требовалось действо-вать так прецизионно во времени. Во всех приведенных случаях «плюс-минус месяц» не мог сыграть роковую роль.
Однако в 1941 году при реализации плана «Барбаросса» все было не так. Гитлер прекрасно понимал, что Россия - не Польша, и не Франция. Тут не только «месяц», тут «неделя» и даже «день» могли быть роковыми. На Востоке «Чингис-Хан» так же «поил лошадей и чистил оружие». И Гитлер уже понял, кто такой Иосиф Ста-лин.
Конечно, были некоторые события, которые могли успокаивать - тяжелая финская кампания Сталина, чист-ки командного состава Красной Армии, недовольство народа большевиками…Нельзя сбрасывать со счетов и идеологию нацизма - расизм, «Deutschland ;ber alles», милитаризм. Все это, конечно, свою роль сыграло.
В совокупности с «арийским превосходством» и верой в немецкую технику и дисциплину, все это могло ук-реплять некоторые иллюзии. Это давало Гитлеру некоторые основания говорить ([3], стр. 73):
«Следует ожидать, - говорил Гитлер в беседе с командующими армиями 5 декабря 1940 года, - что русская армия при первом же ударе немецких войск потерпит еще большее поражение, чем армия Франции в 1940 году».
Если все это говорит о том, что Гитлер и его генералы просто недооценили Сталина, русских и военный по-тенциал России, то 22 июня могло быть и случайной датой. Гитлер просто готовился к вторжению, и конкретно его осуществил, когда был полностью готов. А это случилось 22 июня. Не думаю, что эта дата была в плане «Барбаросса». Так рассчитать просто невозможно. Кроме того, это было бы известно Сталину.
Но я не склонен преувеличивать всех этих хвастливых заявлений. Конечно, немцы переоценили себя, и не-дооценили русских, но не настолько же, чтобы, например, совершенно не готовиться к русской зиме. Думаю, что они знали историю, и читали труды своих же генералов. И знали, что говорил Бисмарк. И тем не менее, по-лушубки и валенки не заготавливали. Если они рассчитывали на блицкриг в течение 3-х месяцев, после чего Сталин будет просить о мире, то такой скользкий расчет может свидетельствовать только о массовом идиотиз-ме в руководстве Германии и Вермахта. Теоретически это возможно, но я лично в это верю с трудом.
Я лично склонен верить, что Гитлер решился на войну с Россией, видя действия Сталина. Начало этому «видению» было положено в июне 1940 года захватом Бесарабии Красной Армией.
Так откуда же именно 22 июня? Я думаю, что дата эта не была запланирована в плане «Барбаросса», она по-лучилась сама собой по мере развития событий. Мне лично это развитие событий наиболее правдоподобно представляется так:
· Заключая 23 августа 1939 года пакт Молотова-Риббентропа, Гитлер радовался тому, что получил верно-го союзника на своих восточных границах. Этому способствовала «идейная» близость обоих диктато-ров, этому способствовала многолетняя «дружба» Германии и СССР, благодаря которой мог возрож-даться Вермахт, могли обучаться немецкие военные специалисты, могла испытываться на советских по-лигонах германская военная техника. Этому способствовали поставки из СССР продовольствия и сырья, эшелоны с которыми следовали в Германию даже утром 22 июня. А самое главное, Гитлер получал воз-можность вернуть себе земли в Силезии и Померании.
· Заключая этот же пакт, Сталин радовался, что «обманул Гитлера». И это было действительно так, пото-му что соответствовало многолетним планам Сталина - даже приход Гитлера к власти был поддержан действиями Сталина. Именно Сталин приказал германским коммунистам голосовать на выборах 1933 года за Гитлера, что и обеспечило победу последнего.
· Последовавший раздел Польши имел совершенно разное значение для Гитлера и для Сталина. Гитлер захватил то, что считал своей «законной вотчиной». Он расширил Силезию и Померанию. Он соединил метрополию с Восточной Пруссией. Граница с СССР ему была не так уж и нужна, хотя почему бы не иметь общей границы с союзником - составы с Востока после пересечения границы будут сразу же ока-зываться на территории «третьего рейха». Сталин этим разделом преследовал совершенно иную цель - ему была нужна именно общая граница с будущим противником. Он ломал стену между СССР и Герма-нией. Он опять обманул Гитлера, сделав его в глазах всего мира агрессором и главным виновником ми-ровой войны, сам оставшись в тени, и даже под некоторой видимостью освободителя.
· После роковой ошибки Сталина - захвата Бесарабии в июне 1940 года - Гитлер увидел смертельную опасность с Востока. И он сделал все, что мог, но было уже поздно. Польши не было, Гитлер уже воевал на Западе, СССР уже катил свою военную машину полным ходом к границам Германии. Гитлер теперь мог лишь оттянуть свой конец.
· Гитлер немедленно отдает указание начать разработку плана «Барбаросса». Может быть, еще не все по-теряно? Только что Сталин провел «чистку» своего командного состава. Может, это просто борьба за власть, и Сталин этим вынужденно ослабил свою армию. Это, вроде бы, подтверждается и не очень ус-пешной для Красной Армии финской кампанией. Кроме того, как ловко Вермахт расправился со своим вековым противником – Францией? То, что Германия не смогла сделать за 4 года войны в начале века, теперь проделано за 4 недели! Ай да Вермахт, ай да немцы-молодцы. Разведка сообщает о гигантских накоплениях войск и вооружений у границы - как всегда преувеличивают, хотят показать, какие они от-личные работники. Откуда все это у Сталина? Да и кто у Сталина солдаты и командиры - унтерменши, недочеловеки. Шарахнем посильнее, рассыплется колосс!
· Немцы - люди дотошные и аккуратные, поэтому план разрабатывают серьезный. Сколько нужно войск и техники для «превентивного удара»? 10 дивизий? Мало. Двадцать? Тоже недостаточно. После долгого анализа приходят к выводу, что нужен ВЕСЬ ВЕРМАХТ.
· Конец 1940-го года. План разработан и утвержден. Иных путей для Гитлера и Вермахта, кроме реализа-ции этого плана, у них нет. Начинается «Дранг нах Остен». Сперва только к границам.
· Вся первая половина 1941 года проходит в переброске войск и снаряжения, выпуске и накоплении всего, что еще можно выпустить и накопить. Германская разведка ВНИМАТЕЛЬНО следит за «союзниками» по ту сторону границы. ОНИ ДЕЛАЮТ ТО ЖЕ САМОЕ! Значит, мы не ошиблись, думает Гитлер, зна-чит действуем верно, лишь бы не опоздать!
· А пока будем пудрить «союзнику» мозги, будем воевать в Северной Африке, на Балканах, захватим Крит. Пусть думают, что наши интересы совсем в другом месте. Полностью скрыть невозможно? А это уже и не имеет значения. Разведка говорит, что русские делают ТО ЖЕ САМОЕ!
Но у Вермахта есть огромное преимущество:
· Вся процедура проводится точными, аккуратными, дисциплинированными немцами - это вами не «низ-шая раса». Что ж, может где-то немцы и правы. В мелочах.
· Вся Германия, ее заводы, склады, кадровый состав здесь, под боком. Все в радиусе тысячи километров! А значит, вся процедура может быть проведена более динамично, а главное, прецизионно, с точностью буквально до часов! А значит, можно постараться опередить русских на пару недель. Именно на пару недель, не больше и не меньше. Почему? Опоздаешь, нарвешься на полностью готовую Красную Ар-мию, что смерти подобно. Начнешь наступление не на 2 недели раньше, а на месяц, русские еще не под-везут достаточно, следовательно и не потеряют так много.
Да и вообще, недельку-другую можно просто постоять в готовности, понаблюдать.
· И самое главное, разведка докладывает, что Сталин не верит, смеется, говорит, как это немцы без полу-шубков на Россию нападут. И прекрасно, мы и не будем полушубков шить, для нас единственный шанс - внезапность и прецизионно рассчитанная дата!
А потому все произошло «в лучшем виде». Обманули, дождались наилучшего момента, «вероломно напа-ли». Вот и 22 июня, вот и ошеломляющий успех в первые дни и месяцы войны.
Но просчитались. Права была разведка, когда сообщала о масштабах сосредоточения войск. А их даже и еще больше. Берем в плен миллионами, а они опять прут миллионами. Думали, захватим Донбасс, Кривой Рог и ос-танется Сталин без заводов и оружия. Опять просчитались - Сталин их увел из под носа (хотя бы частично), и быстро запустил снова, но так далеко, что не достать! Думали - неважная у большевиков техника, а у них - Т-34 и «катюши». Думали, что всех своих талантливых генералов Сталин перестрелял, а это он, оказывается, только от балласта освободился, и дисциплину укрепил.
Ну что ж, сделали, что могли - смерть свою на 4 года оттянули, планы Сталина по триумфальному захвату всей Европы сорвали. Ну, на Европу наплевать, это так, для красного словца.
Так что ответ на третий вопрос:
Дело не в 22 июня, дело в упреждении Сталина на 2 недели. Это значит, поймать Красную Армию на «противоходе», когда она наиболее уязвима! А 22 июня получилось почти само собой. Может потому, что сам Сталин и его Генеральный штаб назначили дату вторжения на Запад на 6 июля?
В этом вопросе инициатива исходила от Сталина - это он занял Бесарабию в июне 1940-го, вспугнув Гитле-ра. Это он запланировал начало на июль 1941 года, начав действия еще в августе 1939-го. Гитлеру оставалось только не опоздать. В шахматах это называется «цугцванг». Когда каждый ход одного определяется ходами другого. Фактически, это Сталин передвигал дивизии Вермахта, двигая свои корпуса к границе. Это Сталин оп-ределил начало на 22 июня, запланировав свой ход на 6 июля 1941 года.
Фактически, игроком был Сталин, Гитлеру только оставалось двигаться «в соответствии». Но, конечно, ска-зались и просчеты, и чувство «арийского превосходства», и многое другое. Но что могли, сделали. А вот даль-ше действовали очень глупо, восстанавливая против себя население, встречавшее немцев почти как освободи-телей. Возрождая для удобства сбора дани колхозы, для создания которых Сталин уморил голодом 10 миллио-нов жителей Украины.
Но уж такова идеология! Не будь «германского социализма», история развивалась бы иначе. И кто знает, было бы это лучше, или хуже… Может быть, настанет время, и Гитлеру, как спасителю Европы от большевиз-ма, поставят памятник, кто знает…
А кроме того, так ли уж просчитался Гитлер, нападая, как пишет Суворов, совершенно неподготовленным к войне с Россией? Думаю, что ответ на это даст попытка моего ответа на 4-й вопрос.
4. Чем объяснить тот факт, что лишь Курская дуга (лето 1943 года) при-вела к коренному перелому в войне?
Действительно, 1941 год как будто показал всю неподготовленность Германии к затяжной войне против СССР. Блицкриг провалился, хотя Германия достигла в войне огромных успехов. «Неподготовленный» Вер-махт нанес Красной Армии сокрушительное поражение. Захвачена большая часть Европейской территории СССР. Разгромлен или захвачен в плен почти весь Первый стратегический эшелон Сталина. Захвачены огром-ные материальные трофеи. Значительная часть населения СССР находится на оккупированной территории, что снижает мобилизационные возможности Сталина. То же самое можно сказать и о военной промышленности СССР.
Ну хорошо, первые дни войны пошли не по сценарию Сталина. Теперь уже Гитлер его обманул! Но к весне 1942 года с начала войны прошел почти год. И НИКАКИХ особенных успехов у Сталина за этот год не было. Может, блицкриг все-таки удался? Где хваленый Жуков? Ну нанес он хвастливым немцам поражение под Мо-сквой. Но разве это изменило ход войны? Лето 1942 года, и снова катастрофические поражения Красной Ар-мии. Фронт опять стремительно покатился на восток. Что же делали всю зиму в советском Генеральном штабе? Где Второй и Третий эшелоны, о которых нам рассказывает Виктор Суворов?
Что же мы видим? А видим мы то, что начав войну при наличии 3410 танков (причем неважных) против 23106 у Сталина и  имея всего 4000 самолетов против 21000, немцы (хотя и не за 3 месяца) нанесли Красной Армии сокрушительные поражения. Куда подевались 20 тысяч самолетов, если у немцев полное превосходство в воздухе. Может, немецкие летчики, обученные в советских летных школах, учились лучше, чем их советские «братья по оружию»? Не знаю. Но мне кажется, что не могли немцы уничтожить в первые дни войны столько наших самолетов. Так в чем дело?
Как я говорил выше, уже в 1942 году немцами было выпущено 9300 танков и 14500 самолетов. В 1944 году, соответственно, 27000 танков и 38000 самолетов [3]. То есть за каких то 2 года германская военная промыш-ленность увеличила производство вооружения в десятки раз.
Виктор Суворов предлагает читателю [5, стр. 244] надеть китель, взять в рот карандаш и вообразить себя Сталиным. А я теперь предлагаю Вам зачесать волосы набок и вообразить себя Гитлером (кататься по ковру необязательно). Что «бесноватый» должен думать о кампании 1941 года? Имея 3,5 тысячи танков (с годовым выпуском порядка 1 тысячи), Вермахт сокрушает противника, у которого этих танков в 7 раз больше. Имея в 7 раз меньше самолетов, фашистские асы делают в воздухе, что хотят. Да, Вермахт неподготовлен к зиме. Суво-ров говорит, что это – глупость немцев. Но сам он учит, что нужно смотреть на дела. А дела таковы, что именно неподготовленность немцев к зиме ввела в заблуждение Сталина. Так может, это – военная хитрость. Может, только так Гитлер и смог обмануть Сталина? А если бы он сдирал шкуры с баранов, то «кирдык» для Германии был бы уже в 1941 году?
Что же еще видит Гитлер? Как написано о Гитлере в [7]:
И только в январе 1942 года он принимает решение о начале перевода германской промышленности на ну-жды войны
Что же пишут об этом немцы? Читаем [3]:
Доля военной продукции в валовой продукции германской промышленности составляла в 1940 году, то есть в первый год войны, менее 15%, в 1941 году – 19, в 1942 году – 26, в 1943 году – 38 и в 1944 году – 50%.
Там же читаем:
В начале войны германская промышленность ежемесячно производила до 1 тыс. различных самолетов, включая гражданские, учебные и транспортные. Летом 1944 года одних лишь истребителей выпускалось ежемесячно 4 тыс. штук.
Значит, по немецким меркам перевод производства на военные рельсы означал увеличение военного произ-водства в 2 раза. Правда, производство танков выросло при этом в 10 раз.
Там же:
Оглядываясь назад, можно без преувеличения сказать, что экономически война была проиграна Германией еще в 1940-1941 годах. Ни мощь вооруженных сил, ни производительность военной промышленности не были доведены до наивысшего возможного уровня, и потерянное тогда время уже не могло быть навер-стано.
… В 1942 году судьба самых решающих сражений на Востоке зависела от наличия или нехватки каких-нибудь пяти-шести сотен танков. То есть такого количества, которое в 1943-44 годах выпускалось в те-чение одной недели.
Так и вспоминается Остап Бендер о монтере Мечникове: «Красиво излагает, собака»! Если бы нам еще лет 5-6 подготовиться, да удвоить Вермахт, да… Но тогда не было бы 22 июня 1941 года, а было бы 6 июля!
Так вернемся к воображаемому Гитлеру. Подняв стакан (минеральной воды, поскольку алкоголь не упот-ребляет!) и воткнув в рот карандаш (поскольку не курит!), «бесноватый» задумался: «Что делать дальше»? А что бы сделали Вы (не читая, разумеется в 2000 году «Ледокол» и «День-М»)?
С одной стороны, главные цели достигнуты: немцы под одной крышей, и сталинский «кирдык» сорван. Не-плохо бы и передохнуть. Почему бы не тормознуть? Подготовить хорошую оборону по линии Днепра, и отойти «на заранее подготовленные позиции». А потом предоставить Красной Армии взламывать эшелонированную оборону против еще почти целого Вермахта. В конце концов, положение Германии к зиме 1941 года было мно-го лучше ее положения всего лишь полгода назад! И немцы за какие-нибудь 4-5 лет сделали в военном отноше-нии больше, чем русские за 15.
Но:
· а что будет, если откроется второй фронт?
· русские все еще не кажутся достаточно сильными
· к тому же «аппетит приходит во время еды»
Но не мне читать Виктору Суворову лекции. По сравнению с ним – умным и информированным профессио-налом, я всего лишь инженер (невоенный) пенсионного возраста, может с некоторым здравым смыслом. Лучше, если на эти вопросы ответите он сам.
А что касается меня, то я вполне понимаю фюрера – успехи налицо, производство вооружения налажено, «куй железо, пока горячо»… И не очень верится в то, что трусливые, глупые и надменные германские генералы лишь тупо слушали бредни «бесноватого». Задним числом просто – «Вали все на Гитлера, а мы все еще тогда видели…»! Задним числом все умны.
Кроме того, не следует забывать и то, чему Виктор Суворов учит нас в [5]: Гитлер – не Сталин!
Это точно! Гитлер не только «бесноватый дурак». Кроме этого он доверяет «союзнику», а также:
· не расстреливает своих генералов
· не уничтожает свой народ (немцев) в лагерях
· не ставит за наступающими солдатами энкаведешников с пулеметами
· не заставляет немцев умирать от голода
И не делает еще многое, многое другое. Ну совсем, как белые генералы в гражданской войне!
Итог
Я задал 4 вопроса. Главный из них Виктор Суворов поставил сам. И его ответ на него «сдуру» меня совер-шенно не удовлетворил. Остальные вопросы, по моему мнению, неразрывно связаны с первым. И зная эруди-цию и умение Суворова, мне бы очень хотелось, чтобы на них ответили именно он.
А что касается меня, то я думаю, что все было не так просто. И Германия 22 июня 1941 года была очень и очень серьезным противником для нашей страны. Но для детальной реконструкции истории Второй миро-вой войны нужна большая, чем у меня, эрудиция, и не 20, а 1000 страниц текста.
Поэтому мое к  предложение к автору [5]:
Вы уже ответили на вопрос – кто главный виновник Второй мировой войны и почему так трагически для Красной Армии прошли 3 месяца в 1941 году. И уже достаточно писать о силе Сталина и слабости Гитлера. От-ветьте на поставленные в этом «опусе» 4 вопроса. Если Вам удастся это успешно сделать, Вы закроете эти во-просы раз и навсегда.
А для начала перечитайте еще раз «Майн Кампф». Мне кажется, Вы уже давно не открывали эту книгу.
А вообще, как всегда правы мудрые – «Истина всегда лежит где-то посредине»!
Вторая мировая война и ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР
Написал я все это, и вдруг подумал: «Ну хорошо, кажется все разобрали – кто Гитлер, и кто Сталин, у кого больше танков, у кого лучше генералы, и т.д., и т.п. А ГДЕ ЖЕ В ЭТОЙ ВОЙНЕ ЧЕЛОВЕК»?
И подумалось – а может здесь и кроется главный ответ на 4-й вопрос? Может, именно ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ фактор являлся определяющим наших неудач в первые 2 года войны?
Что мы знаем о людях – солдатах и населении – России и Германии 1941 года? Как всегда, основной источ-ник наших знаний – СМИ, то есть кино, книги, а также «рассказы очевидцев». И что мы видим на экране кино? А в кино показывают лавины немецких танков, героев-панфиловцев, Жукова с командирами над картой. Но у Вермахта, например, было и другое лицо – сотни тысяч телег с лошадьми. Вот что пишет по этому поводу В. Суворов [1, стр. 447-448]:
А дело обстояло так: «В 1941 году немецкая армия все еще состояла главным образом из чисто пехотных дивизий, которые передвигались в пешем строю, а в обозе использовались лошади». Это сказал германский генерал Гюнтер Блюментрит (Роковые решения. стр. 74). А вот статистика: на 22 июня у Гитлера на Восточном фронте в обозах— 750 000 лошадей (Goralski R. World War II Almanac. Р. 164). За каждым не-мецким танком шел обоз в 220 лошадей. С телегами. Это на телегах они собирались осуществлять блиц-криг? Это на телегах они собирались скакать до Владивостока? За три месяца? Кстати о лошадях. В ка-ком американском фильме мы увидим немца в телеге? В фильмах немцы в танках. А историческая правда в том, что танков у них было в 100 раз меньше, чем телег. Из 190 дивизий, брошенных Гитлером против Со-ветского Союза, только 17 были танковыми. А в них было собрано все, что попадалось под руку. Предста-вим себе, как можно обеспечить запчастями дивизию, если в ней собрано 240 типов разных машин: легко-вых, грузовых, автобусов, военных, гражданских из Бельгии, Франции, Греции, Югославии и т.д. Кому под силу это ремонтировать, да еще в полевых условиях, за сотни километров от ремонтных баз? Во всех 13 германских моторизованных дивизиях не было ни одного танка. В единственной кавалерийской дивизии — тоже ни одного. А все остальное — пехота, пехота, пехота. С телегами.
И еще [5, стр. 305]:
Однажды журнал «Шпигель» (1996. № 6) поместил статью, в которой, мягко говоря, не лучшим образом отозвался о моей книге «День М». Статью для наглядности усилили снимками глубокомысленного Гитлера, склонившегося над картой, а также финских лыжников, которые показали всему миру, «насколько слаба Красная Армия». А в начале статьи — на разворот — огромная фотография смеющихся германских сол-дат. И эта одна фотография сказала больше правды о войне, чем вся статья и множество таких же статей и целые библиотеки книг. На фотографии — 1941 год, блицкриг, германские солдаты идут по со-ветской земле. Их много. Все — пешком. У них — ни одного автомата. Вооружение — винтовки образца 1898 года и несколько пулеметов. А на втором плане — телеги, телеги, телеги. Вот это есть блицкриг. Ес-ли хочется посмеяться, найдите тот журнал — фотография на страницах 100—101.
На все 100% не верится, но во всяком случае думается, что многое из этого соответствует действительности.
Конечно, о героизме советских людей написаны тысячи страниц. О том, как Гастелло направил свой само-лет на вражеский эшелон, о том, как Александр Матросов закрыл грудью амбразуру, о Зое Космодемьянской и молодогвардейцах… Факты налицо, но отдельные факты – еще не статистика. Да и что мы знаем о том, что ду-мал конкретный человек, глядя в лицо смерти?
Что же было на самом деле? И не в отдельном конкретном случае, а в массе, в целом?
Помните, что говорил Иосиф Сталин? «Кадры решают все»! И это не пустые слова – уж кому-кому, а Ста-лину это было известно лучше, чем кому бы то ни было. Кадровая политика – одно из самых сильных мест Ста-лина. В 1922 году Сталин стал Секретарем ЦК ВКП(б), и занимаясь вначале вроде бы неприметной работой, стал полновластным хозяином огромной страны. Но какой ценой?
Не будем говорить о проведенных им «чистках» в партии и Красной Армии – это была борьба за власть, коснулись эти чистки незначительной части населения. Но Сталин за 19 лет – с 1922 по 1941 год превратил СССР из разрушенной гражданской войной аграрной страны в самую мощную в Европе индустриальную дер-жаву. А какой ценой?
За это время он создал номенклатуру – привилегированный класс управленцев, и блестящую плеяду инже-неров и ученых – создателей превосходного вооружения. Для этих людей у Сталина был и кнут, и пряник. Кнут – страх перед арестом, но был и пряник. Для номенклатуры это – огромные материальные привилегии и власть. А для инженеров, в первую очередь – возможность заниматься любимым делом, опираясь на огромную под-держку государства. Страна ничего не жалела для создания оружия. А для тех, кто создавал самолеты и танки, «катюши» и гаубицы, возможность творить – главный пряник. Поэтому даже в «шарашках» такие, как Туполев и Королев, работали, не покладая рук. И я никогда не поверю, что делали они это только из-за боязни угодить на Колыму. А кроме того, у них был (даже в шарашках) и хлеб с маслом, в то время как миллионы крестьян умирали от голода в прямом смысле этого слова.
Но создав промышленный потенциал и горы совершеннейшего оружия, Сталин «нос вытащил, но хвост увяз»! Потому что все это было получено страшной ценой! Миллионы лучших сынов и дочерей народа были уничтожены, а основная масса жила и работала в нечеловеческих условиях. Крестьянину могли дать 10 лет за «сбор колосков» на убранном поле! Ну подумайте, зачем крестьянину собирать по ночам колоски под страхом лагерей? А затем, чтобы его дети не умерли от голода – ведь в колхозе он работал задаром!
Для создания Т-34 достаточно небольшого числа талантливых инженеров, его выпуск производится на заво-де, где готовую продукцию можно тщательно проконтролировать, и выявить виновников брака – а с ними и расправиться. Но на поле боя за рычаги этой супермашины приходится посадить колхозного тракториста и ос-тавить его один на один с врагом. И что он дальше будет делать – сражаться до последней капли крови, или сдастся при первой же возможности?
Вспомните немецкую хронику, еще раз прочитайте только что приведенную цитату, везде немцы СМЕЮТ-СЯ! И вспомните наших солдат в такой же хронике – у всех суровые (чтобы не сказать, мрачные) лица! А по-чему? Да не было у солдата Красной Армии причин радоваться. И не только потому, что приходилось от немца драпать, но и потому, что каждую минуту помнил этот солдат о голодной жене и детях, оставленных в нищем колхозе. И я лично сильно сомневаюсь, что советский солдат в основной своей массе шел в 1941 году в атаку со словами «За Родину, за Сталина», сколько бы об этом мне не твердили!
Если для верхушки у Сталина был кнут, но был и пряник, то для 95% населения у него, кроме кнута, ника-кого пряника не было! А потому приходилось всю войну гнать своих солдат под немецкие танки и на немецкие пулеметы, выставляя сзади загрядотряды НКВД.
Думаю, вот главная причина катастрофических неудач Красной Армии в 1941 году!
А что же немец? А у немца – совсем другое дело. «Фюрер великой Германии» пришел в 1933 году к власти в результате волеизъявления немецкого народа. И за 7 лет он сдержал свои обещания – к немцам вернулось чув-ство национального самосознания, а их материальное положение в массе резко улучшилось. И Гитлер не унич-тожал своих немецких крестьян в лагерях, и не загонял их в колхозы. Наоборот, когда началась война, и часть населения было мобилизовано, Гитлер пригнал немецкому фермеру «остарбайтеров». Мальчику из Гитлерю-генда не нужно было подставлять ящик, чтобы достать до ручек станка, и, голодному, «ковать оружие для фронта». За него это делали взрослые, а там, где их не хватало, снова были угнанные из стран Восточной Евро-пы.
Потому, попив винца в поверженной Франции, и переспав с покоренной полькой на марше в Россию, не-мецкий солдат гнал убегающих русских СО СМЕХОМ! У него в тот момент была психология победителя! Приведу слова итальянского тренера Невио Скала (Спорт Экспресс, 8 августа 2002):
… при прочих равных условиях решающим для достижения победы фактором может оказаться непре-клонная убежденность в собственном превосходстве над соперником. Благоприобретенный инстинкт по-бедителя. Иначе ничего серьезного выиграть нельзя.
Это сказано о футболе, но это справедливо и в любой другой схватке, в частности, на войне.
Я вспоминаю слова моей матери после просмотра фильма о Гитлере в ГДР в 1964 году: «Ты бы видел лица немцев после того, как в зале зажегся свет. Их глаза горели»! Значит, даже спустя 20 лет после войны, Гитлер для немцев оставался символом их национальной гордости!
За Адольфа Гитлера в 1933 году проголосовало БОЛЬШИНСТВО немецкого народа. Интересно, если бы вдруг в 1940 году в СССР могли состояться свободные выборы, сколько голосов собрал бы Сталин? Думаю, ничтожный процент!
Каковы же были ПЕРВЫЕ ЧАСЫ войны?
Приведу пример. Когда я в 1957 году был в военных лагерях в Бресте, нас возили на экскурсию в Брестскую крепость. И нам повезло – нашим экскурсоводом был майор Гаврилов – один из руководителей знаменитой обороны. Вот его любопытный рассказ о начале войны и обороне крепости:
22 июня 1941 года – воскресенье. По всевозможным причинам в самой крепости утром 22 июня было всего 450 человек. И они в 4 часа утра просто спали. В 5 часов утра в открытые (!) ворота крепости въехало не-сколько немецких мотоциклистов. Не увидя никого, они из крепости уехали (!), и доложили начальству, что крепость пуста. Начальство доложило об этом, куда следует, и Брестская крепость попала в сводку Гит-леру о захваченных объектах.
Через час, разбуженные канонадой и прочей стрельбой, народ в крепости проснулся и запер ворота. И ко-гда к крепости снова подъехали немцы (гарнизон?), ворота были заперты. И началась осада. Вообще гово-ря, немцам незачем было штурмовать крепость, она и сама бы сдалась спустя некоторое время (ну хотя бы, через месяц). Но о ее взятии БЫЛО ДОЛОЖЕНО НАВЕРХ, и немцы побоялись повторно доложить о собственном разгильдяйстве. Почему они первый раз уехали, не оставив никого! И эта оборона стоила немцам огромных жертв, поскольку стены были толстые, а запасов в ней не меряно! Плохо было только с водой, за которой защитникам приходилось ползать под обстрелом, неся большие потери. Через месяц часть бойцов прорвалась, и через некоторое время пробилась к своим, которые уже были к тому времени где-то под Минском! Всех их после недолгого дознания отправили в лагеря, как предателей, поскольку ко-мандование Красной Армией из сводки немецкого командования знало, что крепость была захвачена еще 22 июня!
Лишь в 1944 году, освободив снова Брест, наши увидели воочию, что там было. Но понадобилось еще не-сколько лет, а также усилия писателя Смирнова, чтобы было восстановлено доброе имя ее защитников. Только после всего этого они из предателей превратились в героев!
А теперь давайте на этом примере разберем ситуацию 22 июня. Мощная крепость, один из сильнейших уз-лов обороны, не имеет даже часовых (не то, что нормального гарнизона, внимательно следящего за противни-ком)! Почему? В это трудно поверить, но это факт. Где же все? Между прочим, этих «всех» было порядка 15 тысяч! Одни на учениях в поле, другие в увольнительной (воскресенье!), третьи еще бог знает, где. О чем все это говорит? Во-первых, о том, что нападения никто не ожидает. А во-вторых, о том, что разрывы бомб, снаря-дов и стрельба не воспринимается людьми как начало войны. У них же приказ – на провокации не отвечать. Так «готовились» к обороне – то есть не готовились вовсе. А где же комендант крепости? Тоже неизвестно.
А что же немцы? А эти тоже воюют первый час! Где же 2-х летний опыт «боевых действий»? Значит, опыт этот – фантазия. Ведут себя в первый час войны, как малые дети! Всем скопом повезли радостную весть коман-диру. Где хваленый немецкий порядок? Оставили бы хотя бы парочку солдат покурить, пока остальные не вер-нутся!
Как ведет себя первые дни войны армия?
Во-первых, в армии ПОЛНАЯ НЕРАЗБЕРИХА. Никто ничего толком не знает. Обороняться НЕЧЕМ (нет ни колючей проволоки, ни минных полей, не отрыты окопы, нет противотанковых орудий, не всегда достаточно боеприпасов). Все это есть, но в нужном количестве ГДЕ-ТО, только не там где нужно. Обороняться НЕ УМЕЮТ (этому не учили). Приказы сверху идут – «наступать». Но армия к этому еще не готова, кроме того, приказы идут вне всякой связи с обстановкой. Передние бегут, внося в задние ряды сумятицу и панику. Кроме того, народу, техники и боеприпасов столько, что немцам даже целиться не надо – пали и бросай бомбы куда попало, всюду огромные жертвы!
Во-вторых, МОРАЛЬНЫЙ ДУХ НЕВЫСОК. Многие (а большая часть солдат - крестьяне) помнят коллекти-визацию. Да и жизнь в сталинских колхозах такова, что за эту жизнь сражаться большой охоты нет! Конечно, в армии кормят, это хорошо. Но в обороне нужна стойкость, а откуда ей взяться? Я слышал, например, от своего отца: «многие во время мобилизации не скрывали, что при первой же возможности сдадутся в плен».
А офицеры и генералы? А эти хорошо помнят последние чистки, некоторые, быть может, даже сами сидели. Они будут скрупулезно выполнять приказ. А какой приказ? А такой, что целую неделю Сталин, Жуков и про-чие гонят свои войска вперед. Вместо того чтобы организованно спасать то, что еще можно спасти (а спасти можно немало), армия в полной неразберихе мечется неизвестно куда, неся огромные потери и теряя все. И то-же еще не умеет грамотно обороняться.
Так что, бери русских голыми руками, только стреляй, кричи «хенде хох!» или «рус, сдавайся!». У немцев проблема не в том, как наступать, а в том, что делать с пленными и захваченными трофеями. Их столько, что глаза на лоб лезут. Так что для немцев первые дни войны – сплошное развлечение. И потом ведь не всю же тех-нику или боеприпасы русские уничтожили. На это тоже время нужно, а все бегут. Так что, думаю, немцы пре-красно воевали на русской технике. Какая им разница! У них и так в одной танковой армии 240 типов танков (Гудериан). Если еще 5-10 добавятся, что изменится?
При таком положении дел никакое превосходство в технике не даст ничего! И в первые дни войны не помо-гали и «заградительные отряды» войск НКВД.
Кстати, снова о технике. Посмотрите, сколько ее у Красной Армии [5, стр. 46]:
Против 3712 устаревших германских танков у Жукова в  подчинении было 23 106 советских танков с не-сравнимо  более высокими характеристиками. И это не считая танков в составе воздушно-десантных корпусов, мотострелковых дивизий НКВД, пограничных войск, военно-учебных заведений, учебных частей и подразделений. Против 2510 немецких самолетов у Жукова было 21 130 боевых самолетов, включая новей-шие МиГ-3, Ер-2, Як-2 и Як-4, Ил-2 и Ил-4, Су-2, Пе-2 и Пе-8, равных которым у Гитлера не было. Если бы Жуков признался в этом, ему пришлось бы отвечать на множество неудобных вопросов. Тогда ореол геро-изма и гениальности померк бы. Потому Жуков и прикидывался непомнящим, потому и врал про много-кратное германское превосходство.
И вот вывод: Жуков — герой и гений. Но только на фоне своего вранья или невежества.
И куда вся эта техника подевалась? В любом фильме и любой книге о лете 1941 года Вы увидите картинки:
· Смеющийся гитлеровский ас гоняется на «мессершмите» за одиночным русским (солдатом, мальчиком, женщиной)…
· Советский солдат-герой бросается под страшный немецкий танк со связкой гранат…
И есть ПОДАВЛЯЮЩЕЕ превосходство немцев в танках и самолетах. Куда же подевались наши «21130 боевых самолетов» и «23 106 советских танков»? Видимо, попали в такие руки, что исчезли в «черной дыре». Тут впору подумать – а может, их продавали немцам, как наши продавали технику афганским моджахедам 40 лет спустя? Или, может, танк служил колхозному трактористу пропуском в плен? Конечно, все это – мрачные шутки, но действительно, куда вся эта армада делась?
А как ведет себя население?
Каково отношение народов оккупируемых территорий к немцам в начале войны? Например, Виктор Суво-ров [1, стр. 435] замечает:
… Было исключение: Гитлеру желали успеха народы Советского Союза. Гитлеровцев встречали музыкой, цветами, улыбками, хлебом-солью в Риге, Вильнюсе, Таллине, Киеве… Но Гитлер и его мудрейшие генералы повели себя так, что после них вся Европа встречала цветами Сталина и НКВД.
Сами немцы [3, стр. 507] пишут:
Такие народы Советского Союза, как литовцы, латыши, эстонцы и украинцы, приветствовали немецкие войска, как своих освободителей, и если бы Германия проводила в отношении этих народов более ясную дружескую политику, у нас были бы все предпосылки для завоевания их на свою сторону.
Между прочим, я сам не раз слышал от тех, кому довелось быть в оккупации, что обычные немецкие солда-ты (не СС, финны или гестапо) вели себя в отношении нашего населения вполне корректно.
Не этим ли объясняется одна из главных составляющих катастрофических неудач Красной Армии в первый год войны? Может, одна из главных причин успеха Вермахта в том, что массы советских солдат НЕ ЖЕЛАЛИ воевать за Сталина? Может, на Украине еще не забыли, как Красная Армия под руководством Якира проводила там коллективизацию, в результате которой миллионы украинцев умерли голодной смертью? А про Прибалти-ку и Западную Украину и говорить нечего – там сопротивление Красной Армии продолжалось еще 4 года (!) после окончания войны.
Итоги 1941 года
Естественно, по множеству причин наступление немцев замедлялось. Во-первых, с каждым занятым кило-метром нашей территории уменьшалось число наступающих – кого-то нужно было оставить на занятой терри-тории. Во-вторых, изнашивалась техника. В-третьих, с каждым километром возрастали трудности со снабжени-ем. В-четвертых, возрастало сопротивление Красной Армии – уменьшилась неразбериха, появились подкрепле-ния, научились обороняться. Наконец, были же у немцев и потери, причем немалые!
Хотя за эти месяцы командование Красной Армии так и не научилось смотреть суровой правде в глаза. Приведу пример [1, стр. 398-399]:
А вот пример из нашей истории. Немцы охватили Киев и огромные пространства вокруг него гигантскими клещами: севернее под Конотопом — 2-я танковая группа Гудериана, южнее под Кременчугом — 1-я тан-ковая группа Клейста. Ситуация ясна — клещи сомкнутся в тылах Юго-Западного фронта, и в котле ока-жутся пять советских армий. Что делать? Мнение начальника Генерального штаба генерала армии Г. К. Жукова: пять армий немедленно выводить из-под Киева. Как выводить? — не понимает товарищ Сталин. А как же Киев? У Жукова сомнений нет: Киев сдать!
Сталин — на дыбы: как это сдать? Сталин настаивает: Киев удерживать. А Жуков знает: все равно не удержим. Лучше отдать просто Киев, чем отдать Киев и полтора миллиона солдат, его защищающих. Сталин настаивает: защищать! И тогда Жуков требует отставки: вам виднее, воюйте как знаете, но я за это ответственности ни перед народом, ни перед историей не несу. Готов идти куда угодно, воевать хоть ротным командиром, хоть полковым, готов командовать корпусом, армией, фронтом, а ваших пре-ступных приказов выполнять не намерен. И Жукова сняли. И тут же разразилась жуткая катастрофа. Две германские танковые группы сомкнулись под Лохвицей...
Но уже без Жукова.
Почесал затылок товарищ Сталин, после того посылал Жукова туда, где в данный момент решался вопрос жизни и смерти. А в 1942 году Сталин назначил Жукова своим заместителем.
В. Суворов приводит этот рассказ в качестве примера ответственности Жукова в противоположность безот-ветственности немецких генералов («Мы только выполняли приказы Гитлера»). А для меня сейчас это – пример того, что Сталин еще не извлек урока из первых месяцев катастрофы. Вспомним Кутузова: «Потеряем Москву, но сохраним армию – сохраним Россию». А Сталин в результате потерял и Киев, и полтора миллиона (!) солдат, и их вооружение. А что могло быть, если бы эти полтора миллиона солдат оказались целыми в сражении под Москвой?
И вот, в октябре германская армия докатилась, дошла и доползла до Москвы. А силенок уже не так много, блицкриг закончился. Остановились. А тут и зима-матушка, да причем в 41-м лютая! Русским вообще на зимы в таких ситуациях везет. А немцы к зиме не готовы, если бы они к ней готовились, не было бы внезапности 22 июня! Наконец, русские заняли серьезную оборону, и подошли значительные свежие силы – вспомним 22 ди-визии, которые с дальнего Востока прислал генерал Апанасенко. Завершилось все разгромом немцев под Моск-вой. Думаю, что «разгром» - сильно сказано, потрепали несколько Вермахт, отобрали назад некоторые террито-рии. Но для морального духа и это неплохо!
Но самое главное – этот «совершенно не готовый к войне» Вермахт, на телегах и лошадях и с винтовками образца 1898 года по-черному громил доблестную Красную Армию, вооруженную по последнему слову техни-ки, во главе которой стояли такие корифеи, как маршал Жуков! Вот это – истинная правда!
А еще правда в том, что «бесноватый фюрер» и его трусливые и не очень умные генералы так «обманули» отца народов и его советских маршалов, что те всего за 3 месяца потеряли самую лучшую часть Европейской территории СССР, а также все накопленные запасы вооружения и живой силы, для создания которых был из-мордован большевиками советский народ! Неудивительно, что солдаты сдавались в плен или удирали при пер-вой возможности, а население встречало цветами оккупантов.
А вот моральный дух «национал-социалистов» был на приличном уровне. Гитлеру не требовались заградот-ряды, ему нужно было голову ломать, что делать с толпами пленных и чудовищными трофеями.
Такова правда первого года войны, и человеческий фактор играл здесь не только существенную, а думаю, главную роль!
1942 год
Фактически всю зиму и весну 1942 года обе стороны зализывали раны, подвозили технику, боеприпасы, на-род. Ну немцы – понятно, блицкриг кончился, зимой воевать не получается, уши можно отморозить. А что же Красная Армия? Видимо, так получила «по физии», что рада уж тому, что немец залез в берлогу. Можно хоть отдышаться. Казалось бы – великая битва под Москвой, разгром Вермахта, бей его! Немцы обморожены, танки не заводятся, патроны на исходе! Ан нет, не до жиру, быть бы живу.
Пробовали наши переходить в наступление? Пробовали, но вот что из этого получалось [5, стр. 71]:
В мае 1942 года войска Крымского фронта готовились к наступлению. По приказу командующего фронтом генерал-лейтенанта Д.Т. Козлова массы танков, артиллерии и пехоты были собраны на предельно узких участках фронта — по 800 метров на дивизию, т.е. меньше километра на 10-12 тысяч человек с артилле-рией, танками, полевыми складами, средствами усиления, госпиталями и прочим. Немцы нанесли упреж-дающий удар, он был сокрушительным и для советских войск катастрофическим. Советских войск было собрано так много, и стояли они так густо, что промахнуться было невозможно. Каждый немецкий сна-ряд, куда бы он ни упал, нес смерть и разрушение. Так как готовилось советское наступление, командные пункты фронта, армий, корпусов, дивизий, бригад и полков, многочисленные узлы связи были максимально приближены к переднему краю, потому они попали под удар, и советские войска остались без управления. Запасы боеприпасов, топлива, запчастей были выдвинуты вперед, все это оказалось под огнем и не могло быть использовано советскими войсками. В связи с тем, что советские войска готовились к наступлению, минные поля и проволочные заграждения были сняты и противник шел вперед беспрепятственно. Одним словом, повторился 1941 год, но только в меньшем масштабе.
Кстати, в этой при этой операции немцы захватили 120 тысяч пленных! Лишь в июне (снова июнь!) 1942 го-да вновь начались серьезные боевые действия.
И что мы видим – Вермахт снова покатился на восток! Но теперь направление удара изменилось. Это – Юг и Кавказ. И снова катастрофы. Например, Харьков (опять сотни тысяч солдат!).
И вот в июле 1942 года появляется знаменитый сталинский приказ №227, по которому отступление без при-каза приравнивается к измене Родине. Приговор – расстрел или штрафной батальон, что почти одно и то же. Командир убит, или сбежал, или просто ЗАБЫЛ отдать приказ об отходе, но подчиненные (в любом количест-ве) должны стоять насмерть, даже если у них уже нет патронов и снарядов.
Только так мог Сталин пытаться остановить отступление Красной Армии. Удивительно, почему Сталин не издал этот приказ годом раньше? Сам забыл о такой возможности?
Но снова немецкое наступление замедлилось и остановилось. Снова зима, которая для немцев закончилась Сталинградом. В большем масштабе повторение зимы 1941 года.
И лишь Курская битва в июле-августе 1943 года привела к коренному перелому в войне. После этого в це-лом Красная Армия только наступала.
По моему глубокому убеждению, именно человеческий фактор определил катастрофы 1941-42 годов. Со-ветскому солдату понадобилось два года для того, чтобы его менталитет изменился. Сталинский режим – ад, но и гитлеровский – не рай. Но сталинский ад на Родине. И РОДИНА перевесила! Только теперь действительно стало «За Родину, за Сталина»! Причем именно «За Родину», «За Сталина» - просто довесок!
А кроме этого накопились и прочие «довески». Вермахт измотан, налажено производство вооружения для Красной Армии в достаточном количестве, Сталин и советские генералы научились воевать (тот самый знаме-нитый 2-х летний боевой опыт). Стратегические моменты стали определяющими. Вспомним: «Германия была не готова к войне». Но для этого понадобилось целых два года и неисчислимые жертвы советского народа!
А как с менталитетом населения? После освобождения Северного Кавказа в 1943 году, а затем Крыма в 1944-м Сталин депортировал целые народы. Вот как описывает этот поток Александр Солженицын [9, стр. 68-69]:
Среди общего потока освобожденных из-под оккупации один за другим прошли быстро и собранно потоки провинившихся наций:
в 1943 – калмыки, чечены, ингуши, балкары, карачаевцы;
в 1944 – крымские татары.
Так энергично и быстро они не пронеслись бы на свою вечную ссылку, если бы на помощь Органам не при-шли бы регулярные войска и военные грузовики. Воинские части бравым кольцом окружали аулы, и угнез-дившиеся жить тут на столетия – в 24 часа со стремительностью десанта перебрасывались на станции, грузились в эшелоны – и сразу трогались в Сибирь, в Казахстан, в Среднюю Азию, на Север. Ровно через су-тки земля и недвижимость уже переходили к наследникам.
Как в начале войны немцев, так и сейчас все эти нации слали единственно по признаку крови, без составле-ния анкет, - и члены партии, и герои труда, и герои еще не закончившейся войны катились туда же.
Как говорится, нет дыма без огня. Видимо, слишком явно значительная часть этих народов пособничала немцам. Ведь не отправил Сталин туда же, например, осетин.
Кстати, туда же (в ГУЛАГ) отправлялись, в основной массе, угнанные в Германию после освобождения, ос-вобожденные из плена, и прочие, побывавшие в «свободном мире», даже если этот «свободный мир» представ-лял собой гитлеровскую Германию. Почему? А чтобы не болтали об иной жизни! Кстати, многие угнанные на работу в Германию вспоминают об этом не самыми плохими словами. Работать, конечно, приходилось – но нам не привыкать. Зато кормили получше, чем в родном колхозе.
Пример «судьбы человека» (не по сказке Шолохова): брат нашего профессора МВТУ, тоже профессор, ушел в 1941 на фронт, в бою был ранен, попал в плен, пробыл в лагере для военнопленных до освобождения в 1945 году. Посадили в вагоны, едут. - Сколько дали? – спрашивает сосед. - Ничего не давали.  - А, значит «десятку». То есть 10 лет лагерей! И отсидел эти десять лет, амнистирован в 1956 году, после этого защитил диссертации, стал профессором. Вот так «они сражались за Родину»!
Кстати, всегда, когда я смотрел этот фильм Бондарчука, в моем мозгу вертелся вопрос: «Как это солдата-Бондарчука так просто снова зачислили в часть, а не отправили, куда следует»?
А Вы говорите – танки, самолеты, Сталин, Гитлер… Так делалась история войны, и неудивительно, что немцы наступали целых 2 года. А некоторые народы продолжали сопротивляться и после 1945 года. Литовцы и западные украинцы сопротивлялись еще 4 года! И подавляли это сопротивление регулярные части Красной Армии при поддержке артиллерии и авиации. Несколько лет назад в газетах появился Указ, по которому «уча-стниками войны» стали и те солдаты, которые в 1945-1949 годах участвовали в этих подавлениях.
Совсем недавно, на майских празднествах 2002 года по ТВ показывают сценку: корреспондент спрашивает ветеранов: - Вы где закончили войну?  - В Прибалтике. – Как вас там встречали? – Как? Как оккупантов, конеч-но!
Разве не ответ на многие вопросы?
Замечание
Конечно, говоря о том, что у солдата Красной Армии не было особых причин умирать в июне 1941 года «За Родину, за Сталина», я не имею ввиду всех поголовно.
Многие, вспоминая о том времени, говорят: «Мы верили». Кто-то врет, а кто-то и искренен. Комсомолка Зоя Космодемьянская, может быть, искренне верила в Сталина и коммунизм. Не знаю. Я сам в 1953 году (мне было 16 лет) рыдал, когда умер Сталин, и готов был отдать свою жизнь за коммунизм.
Но это было уже в 1953 году! И все мои знания о стране и ее истории были получены мной в школе – то есть были легендой. Родители и бабушка НИКОГДА не говорили со мной о прошлом.
Мой отец родился в 1909 году, в 1941-м ему было 32 года. Он знал жизнь гораздо лучше меня – его родные были репрессированы, ему самому всю жизнь приходилось скрывать прошлое, были моменты, когда только случай избавил его самого от репрессий. Что было у него тогда на душе? Когда я, уже незадолго до его смерти, спросил: «Можете описать одним словом свою жизнь?», родители, не сговариваясь, воскликнули: «Страх»! А моей матери в 1941 году было всего 23 года.
Так что в 1941 году была и 18-летняя комсомолка Зоя Космодемьянская, но были и миллионы колхозников, работающих почти без оплаты, и миллионы успевших бежать от раскулачивания в города (например, родители моей тещи), и те, кто познакомился с советской властью лишь два года назад (в Прибалтике и Западных облас-тях)!
Поэтому, думаю, значительная, если не большая, часть красноармейцев и мирного населения могла в первые дни войны видеть в немцах своих освободителей от большевистского ига!

 
Заключение
Конечно, все написанное всего лишь попытка реконструкции. Мне кажется все же, что мои рассуждения ук-ладываются в схему Карела Чапека (см. «Основная тема»).
Но в заключение мне хочется еще раз остановиться на тех, кто стоял на вершине описанных событий. Это – Иосиф Сталин и Адольф Гитлер. Забудем на миг о закрепленных за ними стереотипах. Здесь мне хочется вы-сказать свое понимание этих личностей в рамках настоящего «опуса». Мне кажется это существенным, потому что, только поняв, кто они такие, и каковы их цели, мы сумеем понять и глубинную сущность событий великой войны.
Между ними много общего – оба прирожденные лидеры, оба вожди своих народов. Но Гитлер для меня дос-таточно понятен. Он оставил «Майн Кампф», в котором пусть и с некоторым самолюбованием, но достаточно искренне рассказал нам о себе и своей программе. Со Сталиным все гораздо сложнее. Сталин, в отличие от Гитлера, сделал все возможное для того, чтобы скрыть свое прошлое и свою программу. Здесь я целиком согла-сен с оценкой Виктора Суворова – Гитлер или не умел, или это ему было не нужно, напускать на все свои дей-ствия таинственность. Хотя в главном – нападении 22 июня – он все-таки сумел обмануть своего хитрого про-тивника!
Мне лично кажется, что для Гитлера на первом месте стояла Великая Германия и немецкий народ, и только на втором – личные амбиции. Причем даже тут Гитлер рассматривал свое «фюрерство» не как самоцель, а как необходимое звено, вытекающее из идеологии национал-социализма. А потому он пришел к власти совершенно легально, и в дальнейшем действовал в полном соответствии с программой, изложенной в «Майн Кампф».
То, что 22 июня было превентивной мерой, для меня почти очевидно. Хотя «Дранг нах Остен» - часть про-граммы Гитлера, но с 22 июня он связан совершенно случайно. Если бы Гитлер имел возможность не нападать тогда на СССР, он бы это не сделал. И лишь затем, пораженный результатами лета 1941 года, он решил реали-зовать и этот «Дранг». И в этом была его роковая ошибка! Но тут уж сказалась его идеология и менталитет. Он забыл о главной цели 22 июня: обезопасить Великую Германию.
Гитлер не смотрел на свой народ – немцев – как на рабов. Его программа (стратегически) - сделать так, что-бы его народ стал ГОСПОДИНОМ мира (или хотя бы одним из господ). И он не подумал о том, что советский народ, которого Сталин сделал рабом, не захочет сменить своего господина на нового, к тому же чужеземного. Мне думается, покажи Гитлер оккупированным народам, что он несет им освобождение от рабства, и всем по-тугам Сталина пришел бы конец. Дай (хотя бы скажи об этом!) Украине и Прибалтике АВТОНОМИЮ, унич-тожь там сталинские порядки (в первую очередь, ненавистные колхозы), и Гитлер обеспечил бы себе прочный тыл хотя бы на несколько лет. Но головокружение от успехов и расовая неприязнь заслонили требования мо-мента!
Это и стало для Гитлера началом конца. Дальнейшее было делом времени! Что же касается его генералов, таких неумных и безвольных в рассказе Виктора Суворова, то вся их «глупость» состояла именно в том, что они не обратили внимания фюрера на его ошибку в отношении завоеванных народов. А ведь как перед ними, так и перед Гитлером был пример своих же собственных действий – в только что поверженной Франции. Ведь не стал же ее Гитлер оккупировать в 1940 году! А зачем, «Вишистское правительство» и было той самой авто-номией, которую ему следовало (с некоторой коррекцией) осуществить на Востоке.
Но в отношении своего народа Адольф Гитлер был подлинным фюрером. А потому ему и не нужно было расстреливать своих генералов и репрессировать народ. За ним шли свободные люди, и ему не нужны были ни-какие заградотряды!
Но не то – Иосиф Сталин. Для него был только ОН.  И никакой Великой России. Сталин не собирался сде-лать русский народ господином завоеванной Европы. Русский народ, в случае успеха, был бы для Сталина та-ким же рабом, как немцы, французы и прочие там поляки. Разве что на маленькую ступеньку выше – в роли надсмотрщика, вертухая. А этот – такой же раб для господина, это только для остальной массы рабов над-смотрщик – царь и бог. Но не хозяин!
Отсюда и катастрофы 1941-42 годов. И генералы Сталина отнюдь не такие смелые личности, как это описа-но у Суворова. Они – такие же рабы, только высокого ранга, рабы приближенные к телу господина. Не более того. А потому целых два года (и потом тоже) исполнявших волю своего господина. Жуков робко намекает Сталину: «лучше бы Киев сдать», но полностью выполняет приказ хозяина. Легко писать о том, как должны се-бя вести гитлеровские генералы [1, стр. 400]:
А храбрость генерала в том, чтобы думать головой и выполнять только те приказы, которые ведут к по-беде.
Почему же Жуков, хотя и возражал против обороны Киева, не отказался выполнять приказ Сталина? А ведь он видел, что этот приказ не только не ведет к победе, но прямо ведет к гибели? А потому что был рабом, хотя и высокого ранга!
И пока сам Сталин (в окружении своих генералов) не научился планировать операции, постоянно происхо-дили катастрофы на фронте. Вспомним Чингисхана и его татарское войско. Он постоянно использовал в своей армии покоренные народы, но лишь в роли «штрафных батальонов». А у Сталина вся Красная Армия была в этой роли. Этим я и объясняю большинство неудач Великой Отечественной.
И мне постоянно приходит на ум параллель «Гитлер-Сталин» и «белые-красные». Очень много общего ме-жду этими парами, кстати одинаков и результат – тогда одержали верх красные, теперь – Сталин.
А выиграть войну так, как это сделал Иосиф Сталин, положив на поле боя в 8 раз (!) больше своих солдат, сильно снижает его «величие» как полководца и вождя народов!
Поэтому я лично совершенно согласен с тезисом, что «войну выиграл не Сталин, войну выиграл народ». Именно, когда советский народ перестал быть в этой войне только стадом, а стал ее полноправным участником, участь Великой Германии была решена!
 
Литература
1. Суворов В. Очищение: Зачем Сталин обезглавил свою армию? М.: ООО Фирма «Издательство АСТ», 1999
2. Советский энциклопедический словарь. - Изд. «Советская энциклопедия», Москва, 1982
3. Итоги Второй мировой войны, Изд-во Иностранной литературы, Москва, 1957
4. Суворов В. Ледокол. Кто начал Вторую мировую войну? М.: АО Издательский дом «Новое время», 1992
5. Суворов В. САМОУБИЙСТВО. Зачем Гитлер напал на Советский Союз? Москва, 2001
6. Адольф Гитлер. МОЯ БОРЬБА. ИТФ «Т-Око», 1992
7. Суворов В. День-М. Москва, АО «ВСЕ ДЛЯ ВАС», 1994
8. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Москва, АПН, 1969
9. Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ, т. I-II, Москва, Инком НВ, 1991
10. Радзинский Эдвард. СТАЛИН, Изд. «Вагриус», 1997

 
p.s.
Как всем известно, «авантюра» Гитлера завершилась в 1945 году катастрофой для Германии и самоубийст-вом лично для Гитлера. А что можно сказать о победителе – Иосифе Сталине? Позволю себе привести длинную цитату из [1, стр. 468-474]:
Давайте же вернемся в тот страшный июнь 1941 года; жаркое лето, где-то далеко идет война, а в Под-московье в лесной тиши пахнет сосновой смолой, за окном шмели жужжат. Сталин, забыв о времени, си-дит в простой своей комнате на солдатской кровати, оперев лоб на ладонь. Ему не интересно, что происходит на фронтах, что происходит в его стране и мире. Он никуда не хочет бежать. Это тихое само-убийственное отчаяние. Всю свою жизнь он отдал идее. Он — великий служитель. Он истребил всех своих врагов, чтобы подчинить великую страну и поднять ее на величайшее дело. Он истребил миллионы людей, чтобы заставить остальных выполнять свои приказы, он очистил армию от врагов народа и подчинил ее своей неукротимой воле. Он отдал все, что имела страна, военной промышленности. Он поддержал в свое время Гитлера, помог ему подняться на ноги. Он толкнул Гитлера в войну и ждал, когда война разорит Ев-ропу. Он истратил тысячи тонн золота за немецкую, французскую, британскую, американскую, итальян-скую, швейцарскую технологии. Он перестроил промышленность на режим военного времени, он лично контролировал создание танков и самолетов для грядущей войны, он выпустил их в достаточных количе-ствах и сосредоточил у границ. У границ он собрал гигантские запасы боеприпасов, топлива и всего, что нужно для победоносной войны на чужой территории: автострадные танки, штурмовую авиацию, плане-ристов и десантников... И вот когда великое предприятие готово...
Гитлер его сорвал.
Все, что есть у Сталина, ориентировано на захват, ничего — на оборону. И сталинское уединение — не проявление страха. Просто рухнуло все, чем он жил.
Сталин — на пепелище.
Сталин — величайший кораблестроитель, у которого утонул самый лучший, самый роскошный, самый большой, самый быстрый в мире непотопляемый «Титаник», который не должен был и не мог утонуть.
Сталин — космический конструктор, у которого грохнула на старте самая мощная в мире ракета, угробив не только космодром, множество людей и все космические планы, но и сам смысл жизни конструктора.
Сталин — игрок, которому всегда везло, который никогда никому не проиграл ни рубля. Вся жизнь — игра. Вся жизнь — выигрыш. А ставки в игре все круче. Каждый раз — ва-банк. И уже на Сталина смотрит мир, как на игрока в казино, сгребающего груды золотых монет и ассигнаций. На какой бы номер он ни по-ставил — всегда в выигрыше. Какую бы карту из колоды ни выдернул — всегда козырный туз. Какую бы комбинацию карт ему ни бросили — всегда 21. Он уже выиграл себе самую большую и богатую страну ми-ра, он выиграл беспрекословное подчинение всех людей в этой стране. И вот последняя игра. Теперь на карту поставлен весь мир. Сталин к игре готов. Он так сдал карты, что все козыри — в его руке.
И вдруг его бьют козырным тузом.
Тем самым, который украден из его колоды.
И отыграться нельзя.
Слишком велики ставки.
Проиграно все.
Сталин всегда обманывал всех своих врагов и наносил им внезапные смертельные удары. И вот первый раз в жизни в самом главном деле кто-то разгадал сталинский замысел. И ударил первым.
И все сорвалось.
Погибло все. Уже ничего сделать нельзя.
В первые мгновения Сталин просто не верит, что Гитлер напал. У Сталина просчитаны все ходы и все ва-рианты: Гитлер не должен был напасть.
Затем, не щадя себя, Сталин работает за пределом возможностей, точно как мужик, который тушит дом, не жалея живота своего. Сталин всю первую неделю войны гонит войска в наступление. Им бы дать сигнал на оборону. Но нет! Наступать, наступать, наступать! Советские самолеты сгорели на аэродромах, наступать без авиационной поддержки — самоубийство. Но Сталин бросает войска в самоубийст-венные атаки.
И вот 28 июня сообщение: Западный фронт окружен. 4-я танковая армия разгромлена, 3-я, 10-я и 13-я — в кольце.
Вот только тут Сталин наконец понимает, что освобождение Европы сорвалось окончательно. И ничего уже исправить не удастся. Социалистическое государство способно разгромить кого угодно, но оно не способно конкурировать с нормальными странами в мирном соревновании, потому с 22 июня 1941 года Со-ветский Союз был обречен на гибель. На распад. Рано или поздно. Он мог выжить, только истребив все во-круг себя и обратив в свое состояние.
Иначе — развал.
Советский Союз мог существовать только при одном условии: если народ не будет иметь возможности сравнивать свою жизнь с жизнью окружающих стран. Потому главная идея Сталина: уничтожить капи-талистическое окружение. Потому все сталинские тома столь просты, логичны и понятны: полная побе-да социализма — в одной стране, но окончательная — только в мировом масштабе. Этим пронизаны все речи Сталина, все выступления, все планы.
Но это понимал и Гитлер: «Большевизированный мир сумеет удержаться лишь в том случае, если он ох-ватит все» (Майн Кампф. Ч. 2. Гл. XIII).
22 июня 1941 года Гитлер нанес коммунизму самоубийственный, но смертельный удар. Как бы после того ни развивались события, покорить весь мир Сталину уже было невозможно. А это равносильно гибели.
Сталин понял, что погибло все. И он уходит от дел. Как тот мужик, который не спасает последний сарай, когда уже сгорели и дом, и конюшня, и амбар.
Через два дня, 30 июня 1941 года, в комнату Сталина входят Берия, Молотов, Маленков... Их много, и вхо-дят они молча, точно палачи в камеру смертника. В глазах Сталина испуг. В своем горе он забыл о себе, он забыл о том, что надо спасаться. Они застали его врасплох. Он не готов к смерти.
Но они пришли не за этим. Мировой коммунизм их волнует меньше. Освобождение сорвалось, и это теперь для них не важно. Сейчас им нужно спасать свои шкуры и головы, а для этого им нужно спасать страну. Сталин нужен им как символ, как знамя, вокруг которого в бою собираются остатки разбитого полка. Они говорят о спасении страны, но это Сталина совсем не интересует. Ибо без захвата Европы, без рас-ширения границ Советский Союз все равно рано или поздно погибнет. Он все равно развалится.
До 22 июня 1941 года все было так логично и просто: Маркс — основоположник великого учения. Ленин превращает мечту в реальность. В одной стране. А Сталин — вершитель величайшего из деяний мировой истории. Сталин обращает в республики СССР Германию, Австрию, Францию, Испанию, Китай, Корею, Вьетнам, Грецию, Турцию, Ливию, Тунис, Индию, Италию...
А как с Америкой? Америку удушить химическим оружием индивидуального поражения — посадить на иг-лу.
Но все сорвалось. Государство, которое оставил Ленин, государство — очаг Мировой революции Сталин просрал. Он это знает. И именно этим словом Сталин описал членам Политбюро сложившуюся ситуацию.
Они не поняли.
А Сталин знал, что, как бы ни сложилась ситуация, всей Европы ему не видать. Потому в 1945 году он и отказался принимать Парад Победы. Это была победа для всего народа, для страны, да только не для Сталина. В 1945 году Сталин чувствовал себя как Бонапарт после Бородинского сражения: вроде бы и по-бедил, и дорога вперед открыта, да только так надорвал силы в том сражении, что победа радости не не-сет. Все равно — впереди поражение. Гитлер Европу сокрушил, как хотелось Сталину, но Сталин этим в полной мере воспользоваться не смог.
В 1941 году все значение германского нападения мог оценить только Сталин. В 1941 году члены Политбю-ро не поняли или поняли не до конца, что означает гитлеровское вторжение для дальнейшей судьбы Совет-ского Союза.
А оно означало — смерть.
Политбюро — это тот мальчик на пепелище, который не понимает всей глубины и губительности случив-шегося. Он трогает отца за плечо: очнись!
Политбюро заставляет Сталина вернуться на вершину власти, и Сталин, безразлично махнув рукой, воз-вращается, зная, что дело, которому он отдал жизнь, погибло.

Мне лично кажется, что не все вяжется у Виктора Суворова в его ответе на поставленный им вопрос – «За-чем Гитлер напал на СССР?». Думаю, что «бесноватый фюрер» сделал почти все, что мог, в ситуации, в кото-рой он оказался (конечно, с учетом всей его идеологии). А вот Иосиф Сталин несколько просчитался. Не такую цель ставил он себе, будучи главным игроком в игре, и все время владея инициативой!

p.p.s.
А еще подумалось вот о чем (обращаюсь к Виктору Суворову):
Вы обвиняете советских генералов и историков в том, что они не описывают дислокацию Красной Армии на начало войны. Это очень плохо с их стороны, потому что не дает возможности понять динамики событий июня-июля 1941 года. Но этого не делают и немцы (а они все это знают), почему?
Так может, такие данные есть у Вас – у меня давно сложилось впечатление, что Вы знаете об этом почти все? И было бы неплохо получить ответ на вопрос – как ВО ВРЕМЕНИ происходил процесс уничтожения ги-гантского технического превосходства Красной Армии в первые дни войны. Поясню.
Пусть Вы правы, и:
· на 22 июня 1941 года у немцев было 3410 танков и 4000 самолетов против 23106 танков и 21000 самоле-тов у Сталина (то есть в 7 раз меньше)
· неужели ВСЕ эти массы техники уже находились в такой близи у границы, что были уничтожены (не-мецкой авиацией, или удиравшими в панике русскими) в 1-й день войны?
· видимо, нет. На 2-й день тоже сколько-то осталось! Сколько же? А сколько на 3-й, 4-й, и т.д.? А если учесть, что до «Дня-М» оставалось еще 2 недели, то Сталин подвез к границе еще не всю технику.
· Пусть через 2 недели у Красной Армии осталось всего 20% от первоначального запаса. Но это – 4500 танков и 4200 самолетов – все равно больше, чем у Гитлера! Так почему же немцы с утра 22 июня имели все лето ПОЛНОЕ превосходство в воздухе?
Мое мнение:
ВСЕ участники 2-й мировой войны врут!
· мы врем, потому что не хотим признать, что сами являемся ее виновниками. Это – главный камень пре-ткновения для всех советских и российских историков. Только признав этот основополагающий факт, можно дальше честно описать динамику событий, не выглядя при этом дураками. Кстати, мне лично приятнее считать свою страну в прошлом агрессором, нежели своих предков и весь свой народ дурачь-ем!
· немцы врут, потому что якобы «переучились». Они теперь «другие», у них с нацистским прошлым «нет ничего общего»! Правда, удивительно, что в такой книге, как [3], немецкие генералы не хвастаются своими успехами лета 1941 года «в цифрах». Почему бы не написать, сколько русских танков и самоле-тов они уничтожили, сколько захватили в качестве трофеев? Если немцам нравится признаваться в сво-ей глупости, вместо того, чтобы писать суровую правду, даже если для этого следует ворошить про-шлое, это их дело!
· «союзники» врут, потому что у самих «рыло в пуху»! Им стыдно признаться, кого они взяли себе в «друзья». Они не любят вспоминать о 2 миллионах наших соотечественников, которых они выдали на уничтожение Сталину просто потому, что не хотели брать на себя заботы о их устройстве. Им не хочет-ся вспоминать о Нюрнберге, хотя их там было в отношении 3:1. Да и кто они такие, мы видим сейчас по Югославии. Как только речь заходит об их интересах, вся демократия и «права человека» побоку! Кста-ти, вспомним «их» стратегию: «будем наблюдать, кто станет брать верх, и поможем слабейшему». Зна-чит все-таки, «союзники» считали в 1941 году слабейшей стороной нас! А вся эта «борьба за свободу» для таких, как я, которых можно дурачить!
А если ВСЕ врут, то как же докопаться до истины? Но вот, наконец, появляетесь Вы. Вы работаете над этой темой 25 лет, вы по крупицам собрали уникальный материал. Но Вас тоже «заносит». Вы используете свой ма-териал односторонне, Вы им аргументируете свой стереотип. Так положите конец непониманию. Напишите книгу о том, почему Гитлер напал на СССР 22 июня, и как дальше развивались события. Пусть это будет, на-пример, книга «1941-й год». Но сделайте это не с позиций восхваления Сталина и оглупления Гитлера, а так, КАК ОНО И БЫЛО!
И это будет Вашей лучшей книгой. Своим «Ледоколом» Вы только пробили брешь в стене молчания. А те-перь можете закрыть вопрос раз и навсегда!
А что касается «Самоубийства», то чем больше его читаешь, тем больше недоумения. Зачем же 2 года дра-пали от таких недоумков? И не просто недоумков, а совершенно неподготовленных недоумков. И притом, имея такого лидера, как Сталин, таких генералов, как Жуков и иже с ним, такое превосходное вооружение и людские ресурсы?

КАК  ТО  ВСЕ  ЭТО  НЕ  ВЯЖЕТСЯ!


Рецензии
План Барбаросса начал разрабатываться летом 1940г. тобишь за год до начала боевых действий, в январе 41г. т.е. за полгода до начала войны уже весь немецкий генералитет знал о будущей войне с СССР, о чем и пишут не стесняясь во всех мемуарах. Теперь вопрос раз уж Гитлер опередил СССР на пару недель, то где планы СССР военной компании против Германии, ссылочку на этот документ, воспоминания генералитета который должен был разрабатывать этот план, ан нету таких. А какие же есть воспоминания наших генералов? воспоминания о большой оперативно-стратегической военной игре проведенной в декабре 1940г.(кстати именно в декабре 1940 был окончательно разработан и утвержден план Барбаросса) когда с запада противник нападает на СССР, т.е. вопрос №1 для Сталина был не нападение на Германию, а готовность ответить на ее нападение. Так что на мой взгляд тезис о том что Гитлер опередил Сталина на пару недель или месяцев просто не состоятельный.

На вопрос почему Гитлер напал на СССР есть очень интересные записи в военном дневнике начальника сухопутных войск Германии Франца Гальдера:

13 июля 1940 года (Бергсхоф, близ Берхтесгадена)
Фюрера больше всего занимает вопрос, почему Англия до сих пор не ищет мира. Он, как и мы, видит причину этого в том, что Англия еще надеется на Россию. Поэтому он считает, что придется силой принудить Англию к миру. Однако он несколько неохотно идет на это. Причина: Если мы разгромим Англию, вся Британская империя распадется. Но Германия ничего от этого не выиграет. Разгром Англии будет достигнут ценой немецкой крови, а пожинать плоды будут Япония, Америка и др.{47}.

31 июля 1940 года (Бергхоф)
Фюрер:

Допущение: Мы не будем нападать на Англию{145}, а разобьем те иллюзии, которые дают Англии волю к сопротивлению. Тогда можно надеяться на изменение ее позиции. Сама по себе война выиграна. Франция отпала от «британского льва». Италия сковывает британские войска. Подводная и воздушная война может решить исход войны, но это продлится год-два.
Надежда Англии — Россия и Америка. Если рухнут надежды на Россию, Америка также отпадет от Англии, так как разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии{146}.
Россия является восточноазиатским мечом Англии и Америки против Японии. Здесь дует неприятный для Англии ветер. Японцы, подобно русским, имеют свой план, согласно которому Россия должна быть ликвидирована еще до конца войны. Русский фильм о победоносной войне! Англия особенно рассчитывает на Россию. В Лондоне что-то произошло! Англичане совсем было пали духом, теперь они вдруг снова воспрянули.
Подслушанные разговоры. Россия недовольна быстрым развитием событий в Западной Европе. Достаточно России сказать Англии, что она не хочет видеть Германию слишком [сильной], чтобы англичане уцепились за это заявление, как утопающий за соломинку, и начали надеяться, что через шесть — восемь месяцев дела обернутся совсем по-другому.
Если Россия будет разгромлена, Англия потеряет последнюю надежду. Тогда господствовать в Европе и на Балканах будет Германия{147}.
Вывод: В соответствии с этим рассуждением Россия должна быть ликвидирована. Срок — весна 1941 года.
Чем скорее мы разобьем Россию, тем лучше. Операция будет иметь смысл только в том случае, если мы одним стремительным ударом разгромим все государство целиком. Только захвата какой-то части территории недостаточно.
Остановка действий зимой опасна. Поэтому лучше подождать{148}, но принять твердое решение уничтожить Россию. Это необходимо также, учитывая положение на Балтийском море. Существование второй великой державы [России] на Балтийском море нетерпимо. Начало [военной кампании] — май 1941 года. Продолжительность операции — пять месяцев. Было бы лучше начать уже в этом году, однако это не подходит, так как осуществить операцию надо одним ударом. Цель — уничтожение жизненной силы.

Судя по этим записям у Гитлера победа над СССР расматривался как фактор который вынудит Англию капитулировать без десантной операции (тут стоит отметить что немецкое командование считало что не имеет необходимого преимущества на море и в воздухе для успешного десанта). Почему то Гитлер считал что пока он будет штурмовать туманный альбион США и Япония оттяпают все самое сладкое из английских колоний.

Отсюда возникает следующий вопрос. Почему Гитлер считал что может победить СССР? Запись из того же дневника:

Заметки о совещании у Гитлера 5.12 1940, 15.00:
Наша истребительная авиация превосходит русскую по качеству самолетов. В мае — июне выпускается первая серия наших новых истребителей. Они направляются на Запад. Устаревшие модели самолетов будут использоваться против России.
Предпосылкой к тому, чтобы воздушная обстановка оставалась сносной для нас, будет успешное развитие наземных операций.
16. Россия: Опыт прежних военных кампаний показывает, что наступление должно начинаться в соответствующий благоприятный момент. Выбор благоприятного времени зависит не только от погоды, но и от соотношения сил сторон, вооружения и т.д. Русские уступают нам в вооружении в той же мере, что и французы. Русские располагают небольшим количеством современных полевых артиллерийских батарей. Все остальное — модернизированная старая материальная часть; наш танк T-III с 50-мм пушкой (весной их будет 1500 шт.), как нам представляется, явно превосходит русский танк. Основная масса русских танков имеет плохую броню.
Русский человек — неполноценен{667}. Армия не имеет настоящих командиров. Смогли ли они за последнее время серьезно внедрить правильные принципы военного руководства в армии, более чем сомнительно. Начатая реорганизация русской армии к весне еще не сделает ее лучше.
Весной мы будем иметь явное превосходство в командном составе, материальной части, войсках. У русских все это будет, несомненно, более низкого качества. Если по такой армии нанести мощный удар, ее разгром неминуем.
Ведя наступление против русской армии, не следует теснить ее перед собой, так как это опасно. С самого начала наше наступление должно быть таким, чтобы раздробить русскую армию на отдельные группы и задушить их в «мешках». Группировка наших войск в исходном положении должна быть такой, чтобы они смогли осуществить широкие охватывающие операции.
Если русские понесут поражения в результате ряда наших ударов, то начиная с определенного момента, как это было в Польше, из строя выйдут транспорт, связь и тому подобное и наступит полная дезорганизация.
К весне вступят в строй 1600 немецких тяжелых зенитных орудий и дополнительно к этому — трофейные зенитные орудия; сверх того — еще 2500–3000 легких зенитных орудий. Тогда летом предпринять дневные налеты на нашу территорию будет уже невозможно.

Т.е. Гитлер и его ближайшее окружение на момент разработки плана нападения на СССР исходили из того что обладают более качественно оснащенной и организованной армией и ореентировались на свои успехи в европейском блицкриге (где Германия уступала численно, но имела качественное преимущество)

Корн Корн   20.10.2010 08:32     Заявить о нарушении