Китайские сказки лаовая

ДВА НЕРАЗУМНЫХ ЖЕЛАНИЯ

В стольном граде Пекине, в северо-восточной части Второго транспортного кольца, находится буддийский храм Юнхэгун. Там монахи-ламы читают сутры за благополучие китайского народа.
Надо сказать, монастырская братия не даром ест свой рис и пьет водку-эрготоу. Экономика Китая развивается ускоренными темпами, а уровень жизни китайского населения неуклонно растет. Давно ли мечтой каждого китайца были наручные часы, швейная машинка и велосипед. А сейчас граждане КНР имеют ноутбуки, домашние кинотеатры и легковые автомобили.
В самом высоком тереме храма Юнхэгун стоит 18-метровый сандаловый Будда будущего. К нему нескончаемым потоком идут китайцы и просят его ниспослать себе здоровья и богатства.
Но после 8 августа 2008 года, когда открылись Пекинские олимпийские игры, все жители столицы и ее гости устремились на стадионы болеть за китайских спортсменов. А те, кому не хватило билетов, прилипли к экранам телевизоров.
Заметно меньше стало посетителей в храме Юнхэгун. А значит, уже не так густо клубился пахучий дым от травяных ароматических свечей у алтарей и, главное, уменьшились денежные поступления в ящики для сбора пожертвований. Ах, как туго пришлось монахам – они ели не крахмальную лапшу со свининой, а пустой рис, и пили не соевое молоко, а колодезную воду. Урчание их пустых желудков во время молитв стало заглушать перезвон бронзовых тарелочек. Отощали ламы, и животы у них стали не округлые, как арбузы, а сморщенные, словно сушеные сливы. И тогда настоятель храма сказал:
- Братия, я призываю вас внимательно приглядывать, и выявить среди посетителей самого щедрого за все дни Олимпиады. Мы должны отблагодарить этого доброго человека.
Ламы так и поступили. Когда всемирные игры закончились, выяснилось, что самое щедрое подношение храму сделали двое китайцев.
Старый собиратель вторсырья Ван сжег в жертвеннике пучок из девяти тоненьких травяных свечек и опустил в ящик для подаяний девять юаневых монет. Молодой поставщик металлолома Фу воскурил девять пучков толстых ароматических свечей и подал на храм девять стоюаневых купюр. Конечно же, эти пожертвования храму были далеко не равнозначные в материальном эквиваленте, но щедрость этих прихожан, бедного и богатого, справедливым настоятелем была признана одинаковой.
И монастырская братия, впервые после 16-дневного олимпийского поста плотно отобедав, особенно истово помолилась за то, чтобы просьбы Вана и Фу к Будде будущего исполнились.
Старый бедняк Ван жил в хутуне Козлиной шерсти. Фанза его была настолько ветхая, что по ночам он видел сквозь дыры в черепице звездное небо. Кормился старый Ван тем, что собирал алюминиевые банки и пластиковые бутылки из-под колы и пива и сдавал их на пункт приема вторсырья.
Молодые и проворные конкуренты всегда опережали Вана, и на его долю оставалось совсем мало порожней посуды. Потому-то он попросил Будду будущего: «О, великий и всемогущий! Пожалей меня, больного и голодного старика, и дай мне насобирать столько бутылок и банок, чтобы денег за них хватило на всю оставшуюся жизнь!».
На следующее утро Ван проснулся, как обычно, чуть свет, чтобы хоть ненадолго опередить своих прытких соперников. Он сбросил с себя лохмотья, которыми накрывался, встал с лежанки, выпил воды из-под крана и отправился на промысел. И, о, чудо! Возле первой же площадки с мусорными контейнерами Ван увидел гору банок и бутылок высотой до второго этажа.
Не веря своей удаче, Ван принялся складывать это богатство в мешок. Когда Ван по-старчески семенил до своей фанзы, чтобы опорожнить мешок, он с тоской думал о том, что, вернувшись за новой порцией, застанет у мусорной горы других собирателей. Но, к удивлению и радости Вана, когда он возвратился, куча мусора оставалась нетронутой. Его изумлению и вовсе не стало предела, когда он увидел одного из своих конкурентов – хромого Сяо. Тот ковылял, в поисках вторсырья пытливым взором осматривая окрестности, но мусорную гору не увидел, словно ему застило глаза!
Лишь поздним вечером Ван принес в свой дворик последний мешок с мусором. А следующим утром, позволив себе поспать подольше, он нагрузил бутылками и банками кузов взятого на прокат у соседа трехколесного велосипеда и поехал их сдавать. Немало рейсов ему понадобилось, чтобы перевезти весь груз. К вечеру руки и ноги Вана дрожали от усталости, но зато в нагрудном кармане его кителя времен большого скачка была пачка бумажных денег.
200 юаней заработал Ван на сдаче мусора. На эти деньги он купил риса и муки, овощей и фруктов, свинины и рыбы. И пятилитровую бутыль эрготоу.
Весь месяц Ван не работал, а предавался обжорству и пьянству, после чего его изношенные сердце, желудок и печень не выдержали перегрузки, и он в одночасье испустил дух. А накануне он как раз допил последнюю чашку эрготоу и доел последнюю миску лапши. Вот и вышло, что юаней, вырученных за найденные бутылки и банки, Вану хватило на всю оставшуюся жизнь.
Молодой богач Фу проснулся в широкой кровати красного дерева на розовой шелковой простыне в лиановых объятьях очередной молоденькой любовницы.
Фу стал миллионером, покупая в России лом цветных и черных металлов и поставляя его на металлургические комбинаты Китая. Просьба Фу к Будде будущего была такая: «Я богат, но есть немало китайцев, состояние которых много больше моего. Хочу стать самым богатым в Китае, и чтобы денег у меня было не меряно».
Зазвонил телефон. Исполнительный директор с тревогой в голосе докладывал, что баржи с металлоломом из Благовещенска и Хабаровска застряли в порту Харбина из-за того, что их там не разгружали.
- Почему простой? – возмутился Фу. – Фрахт судов стоит дорого!
Мы не оплатили докерам разгрузку, - отвечал исполнительный директор.
- Так оплатите, и немедля!
- Мы пытаемся это сделать, но не получается. В банке дают сбой компьютеры.
- Пускай они выгонят на улицу своего тупого системного администратора!
- С утра уже уволили двоих – это третий.
И подчиненный рассказал хозяину фирмы, что деньги с их счета в банке никак не удается перевести на счет порта. Компьютеры в банке работают нормально, но зависают все разом при открытии счета фирмы Фу. Оно и не мудрено, ведь счетная машина, даже с самым мощным процессором, не знает такого понятия, как бесконечность. А именно столько денег и стало у Фу с того момента, как Будда будущего выполнил его просьбу.
Пробовали перевести деньги сначала на счет сторонней фирмы, а уже оттуда порту, но итог был тем же – банковские компьютеры глючили и не слушались операторов.
День ото дня состояние фирмы Фу становилось все хуже и хуже. Ломаного фэня не возможно было перевести на чей-то счет или обналичить. Чтобы хоть как-то продержаться, для текущих платежей и взаиморасчетов продали сначала все антикварные фарфоровые вазы и бронзовые статуэтки, каких у Фу было немало, скоро в распыл пошли автомобили, оргтехника и офисная мебель. А потом настал черный день, когда богачу пришлось продать свою виллу и переехать, стыд и позор, на съемную квартиру.
Партнеры по бизнесу, заподозрив что-то неладное, прекратили с Фу все дела. И вот несчастный и покинутый друзьями и любовницей Фу выпил бутылку коллекционной водки «Маотай» полувековой выдержки, достал из сейфа позолоченный револьвер с рукояткой из слоновой кости, инкрустированной бриллиантами, засунул его ствол себе в рот да и нажал на спусковой крючок.
Глядя на две эти преждевременные смерти, Будда будущего подумал:
- Сами виноваты. Зачем просили у меня того, чего не понимали? Лучше бы не отрывались от народа, а, как все нормальные китайцы, смотрели Олимпиаду и болели за нашу национальную сборную команду.


КАК ПОВАР ВЗВЕСИЛ СЛОНА

В стародавние времена в одном из южных государств правил мудрый и справедливый царь. Славился он своим гостеприимством, и была у него самая лучшая кухня, за что цари соседних государств его уважали. И не опустошали его землю войной, а приезжали вкусно покушать.
Как-то в полдень к царскому дворцу пришли чужеземцы – то были цыгане-слонокрады из приграничной Индии. Цыгане привели на веревочке слона и стали его нахваливать:
- Вот упитанный слон, какое у него нежное и вкусное мясо. Купите, не пожалеете, слоновье мясо диетическое – без холестерина.
Царь вызвал своего повара, и спрашивает у него:
- Что, шифу, купим слона?
- Отчего же не купить, давайте купим, - отвечает тот. – Да и бивни у него хорошие, а то мы уже все костяные палочки гостям на память раздарили.
- А не протухнет мясо от жары?
- Вчера в погреб завезли льда с горной вершины – не пропадет слонина.
И царь послал к цыганам своего завхоза, чтобы поторговался и купил у них слона.
Через некоторое время снабженец возвращается во дворец и докладывает:
- О, великий царь, цену я сбил почти наполовину, но с покупкой слона у нас проблема.
- Что такое? – удивился царь.
- У нас нет таких больших весов, чтобы узнать, сколько в слоне веса.
Ты ступай опять к цыганам, скажи им, чтобы еще немного подождали. Развлеки их чем-нибудь – в маджонг с ними, что ли, поиграй. Только большие ставки не делай, чтобы казну не разорить. Они, как пить дать, шулера. А я тут пока с мудрецами посоветуюсь, как нам быть.
Собрал царь ученый совет, поставил ему задачу: быстренько придумать, как взвесить слона. Мудрецы стали думать и совещаться, потом их старшой докладывает царю:
- О, светлейший, мы придумали, как взвесить слона. Значит, так. Строим большую лодку. Заводим в нее слона. Под его весом, лодка на сколько-то опускается в воду. На этом уровне делаем на борту отметку грифелем.
Потом слона выводим на берег, а в лодку грузим камни. Когда грифельная черта коснется водной глади, это и будет вес слона. Остается лишь взвесить каждый камень
по отдельности, а потом все суммировать.
- И сколько же все это займет времени? – спрашивает царь. – Пока суть да дело, наш завхоз там цыганам сундук золота проиграет!
Повар молчал, молчал, а тут не выдержал.
- Государь, мы покупаем слона для зоопарка или на мясо?
- Ты и сам знаешь - на мясо.
- Так что же тут мудрить! Забиваем слона и разделываем его тушу на части. Потом эти куски мяса взвешиваем. Веса складываем.
И всех поразила ясность ума малограмотного человека, коим был придворный повар.
М-да, маленько вы переучились в академии, - заметил царь мудрецам. - Даром мой рис едите. И те ушли пристыженные и посрамленные.
Умного повара царь наградил почетной грамотой и трехдневным отпуском в родную деревню. Правда, в последний момент, когда повар уже накупил подарков родне и проставился перед дворцовой челядью, отпуск был заменен денежной премией. Ведь не могли же царь и его придворные три дня терпеть без горячей пищи.


ОТКУДА ПОШЛА КИТАЙСКАЯ КУХНЯ

В стародавние времена в стольном граде Пекине жил повар Ли. Обитал он в хутуне (переулке) Дачжалань - возле врат городской крепости Цянь Мэнь. Соседями повара Ли были портные, сапожники, цирюльники, художники, музыканты и прочий трудящийся народ, которому запрещалось селиться внутри города. Все вместе они обшивали, обували, делали прически да услаждали глаза и уши министрам и чиновникам Императора Поднебесной, купавшимся в роскоши за высокой стеной из кирпичей серого цвета.
На половине своей фанзы Ли держал чифанку. Сие заведение общепита приносило ему столь малый доход, что он с раннего утра до позднего вечера только и слышал от своей жены упреки в том, что дети их ходят босыми и в рванье, донашивая одежду – младший за старшим.
- Хвала Будде, что хоть не голодают при кухне, - отвечал на это Ли, объедков на нашем столе всегда достаточно. За что был бит злой и вечно недовольной супругой деревянной скалкой по лбу.
Все беды повара Ли происходили, конечно же, из-за того, что он был глупым, ленивым и жадным. Наловят его дети в сточной канаве лягушек, а он их отварит и подает на стол.
- Откуда квакушки? – спрашивают посетители. Ли так прямо и брякнет, что из грязной канавы. А почему бы не сделать гостям приятное – сказать, что лягушки - из чистого озера Бэйхай?
Но однажды повар Ли, сам того не ведая, совершил благородный поступок – даром накормил лапшой бездомного старика. Лапша, правда, уже скисла, и ее все равно пришлось бы отнести на помойку. Но ведь не выбросил же, а спас от голодной смерти бродягу.
Ли, конечно же, не знал, что этот нищий на самом деле был хэшаном. Эти последователи Будды инкогнито ходят по земле и щедро вознаграждают тех, кто творит добро. И с того момента дела повара Ли пошли в гору.
На следующий день в чифанку Ли зашла компания хутунских сапожников. Они заказали много-много свинины. У повара Ли в сковороде-вок с вечера оставалось арахисовое масло, в котором он жарил рыбу.
- Надо бы заменить масло на свежее, - подумал Ли.
Но тут же и переиначил, решив, что сойдет и так. Жадность в нем всегда брала верх.
Когда старший сынишка отнес приготовленную свинину сапожникам, те, только попробовав, начали громко возмущаться:
- Почему свинина имеет привкус рыбы?! В этой чифанке масло в сковороде хотя бы раз в год меняют?!
Повар Ли вышел в зальчик и вдохновенно соврал:
- Дорогие гости! Я приготовил для вас блюдо из императорского меню – «свинину со вкусом рыбы». Сам Сын Неба вкушает это лакомство!
И сапожники сказали:
- Приносим тебе, шифу (мастер) Ли, наши извинения! Действительно блюдо очень оригинальное. Божественный вкус!
А потом в чифанку повара Ли пришла большая компания хутунских портных. Они пожелали скушать сазана под томатным соусом. Ли жарил рыбину в сковороде-вок и одновременно готовил соус из томат-пасты, яблочного уксуса и различных специй. По рассеянности Ли добавил в миску вместо приправы вэйсу – жменю сахара. Лентяй он был еще тот.
Когда блюдо с сазаном в томатном соусе было подано гостям, те лишь попробовали и наперебой возопили:
- Почему в соусе сахар?! Сазан испорчен! Как это можно есть?!
В этот раз повар Ли даже и не растерялся. Он вышел к гостям и сказал им с укоризной:- - -- Уважаемые посетители! Вам подано блюдо под названием «рыба в кисло-сладком соусе». Только в лучших ресторанах Гугуна можно отведать это императорское яство. Вообще-то блюдо досталось вам по ошибке – оно предназначалось для банкета, который министерство иноземных дел Поднебесной дает посольству варварской страны Элосы. Прикажете заменить?
- Нет-нет! Не лишай нас удовольствия наслаждаться столь божественным вкусом! – ответили портные. – И, пожалуйста, приготовь нам еще два сазана в кисло-сладком соусе!
Уже через месяц Ли открыл новую ресторацию, скромно назвав ее «У повара Ли». От посетителей у него теперь не было отбоя, «свининой со вкусом рыбы» и «рыбой в кисло-сладком соусе» приходили полакомиться гурманы не только из окрестных переулков, а даже из отдаленного района Колокольной и Барабанной башен.
Как и всякий повар от бога (ведь покровительствовал ему Будда), Ли всегда был в смелом творческом поиске. Он смешивал какие угодно продукты и готовил их самыми нелепыми способами. Ананасы с курятиной, картошка в карамели, пахучие яйца – все эти блюда изобрел повар Ли.
Дорогой читатель! Предугадываю твой вопрос, и спешу на него ответить. Естественно, утку по-пекински тоже изобрел повар Ли. Уток в то время в Пекине варили, жарили, парили. Но Ли понял, что в самом знаменитом блюде китайской кухни, которое он решил создать, важней всего – церемония.
Так и появилось это блюдо – запеченная в печи утка, нарезанная на 120 кусочков, которые сдабривают сливовым соусом, с зеленым луком заворачивают в пресные блинчики, и потом едят.
Утка по-пекински сразу стала деликатесом. Вы думаете, зачем приехал в Китай итальянский купец Марко Поло, и почему задержался в Поднебесной на двадцать лет? Конечно же, он захотел отведать этого блюда, о котором услышал от побывавших в Китае монахов-несториан, а потом не мог от него оторваться.
А зачем монголы и маньчжуры брали штурмом Пекин, и потом оставались там на несколько веков? Из-за того лишь, что в средневековье Китай не экспортировал утку по-пекински. Но установив в Китае свои императорские династии, они сами немедленно вводили эмбарго на поставки знаменитого блюда в другие страны.
Повар Ли с удовольствием наблюдал, как девять поварят едва успевают готовить утку по-пекински для многочисленных посетителей его ресторана. Но Ли чувствовал, что чего-то не хватает, какой-то важной детали, кого-то последнего штриха. И наконец-то на него снизошло озарение от Будды!
На следующий вечер в ресторан «У повара Ли» зашел знатный мандарин – толстый человек в желтом халате и в шапочке с красным костяным шариком на макушке. На самом деле это был сосед Ли – цирюльник Ван из обедневшего маньчжурского рода. Ли подговорил его, чтобы тот подыграл ему на публику.
Заказывает знатный господин сразу две утки по-пекински, а когда поварята приносят запеченные тушки и начинают их нарезать, он и говорит им:
- Мне оставьте лишь поджаристую шкурку – самое вкусное в этом блюде. А мясо отдайте бедным людям.
И все окружающие сразу поняли, что истинные уткоеды заказывают блюдо не для того, чтобы набить брюхо, а из эстетических побуждений. И все, заказавшие в тот вечер утку по-пекински, как говорящие попугаи, стали повторять за мандарином:
- Нам только шкурку, мяса не надо – отдайте голодным.
- Посетитель – всегда прав! Передам, как просили, - ухмыльнулся повар Ли, в конце смены складывая в корзину множество утиных тушек. - Мои детки ведь небогаты. Да и аппетит у них хороший!
А великий и всемогущий Будда, наблюдая с космической высоты за всем происходящим на земле, только и подумал с доброй улыбкой на алых устах:
- Какого же прощелыгу я пригрел. Однако хрустящая ароматная шкурка утки по-пекински, м-м-м, стоит того!


ЗОЛОТЫЕ МАНДАРИНЫ

В одной деревне жил хитрый и жадный ростовщик. Во всем селении не было фанзы, хозяин которой не был у него в долгах, как в шелках. Откуда пришел этот наглый эксплуататор – неизвестно. Было при нем лишь старое одеяло да зонт из рисовой бумаги.
А еще у него имелась одна золотая монета. За полмонеты он снял чулан без окошка, а другую половину этих денег дал хозяину фанзы в долг под проценты.
Через год эта фанза уже принадлежала пришельцу, а еще через пятилетие в деревне не осталось ни одного земельного надела, который бы не был заложенным за долги ростовщику. Чтобы не лишиться земли, крестьяне переписывали долги под будущие урожаи. И в итоге получилось так, что все они проливали пот под жарким солнцем и студили ноги в воде на рисовых чеках, а плоды их труда доставались ростовщику. Вся деревня, от мала, до велика, ненавидела его.
Как-то погожим весенним днем сидел ростовщик в своем дворе под тентом из рогожи и попивал жасминовый чай. В калитку кто-то постучался.
- Кто там? – спросил ростовщик незваного гостя.
- Это я, фэншуй, - отозвался человек с улицы.
- Чего тебе от меня надо? Я не начинаю новой постройки – так что в твоих услугах пока не нуждаюсь, - ответил ростовщик деревенскому знахарю.
- Не за тем я пришел, - взволнованно говорил фэншуй. – Там, на площади, старый монах-даос и показывает чудесные фокусы. Весь народ собрался вокруг него, пойди туда и ты!
Тело ростовщика было заплывшим от жира, ему было лень вставать и куда-то идти. Но любопытство оказалось сильнее, и он пошел на майдан.
То, что он там увидел, действительно было чудом. Даос, свернув ноги калачом, не сидел на утоптанной земле, а висел в воздухе так, что под ним могла бы пробежать ящерица. На глазах у изумленной публики его левая рука становилась все короче, а правая – все длиннее. Потом даос подобрал с земли булыжник и съел его, как пампушку-маньтоу.
Заметив в толпе крестьян ростовщика, монах обратился к нему:
- Хочешь, я покажу настоящее чудо?
На что тот только и смог согласно кивнуть головой, поскольку рот его как открылся от всего увиденного, так и не закрывался.
- Тогда дай мне самую маленькую медную монету, какая у тебя есть на связке, - попросил фокусник.
Тут рот ростовщика сразу захлопнулся, как волчий капкан, аж зубы клацнули. Неслыханная наглость! Он уже забыл, когда давал без возврата кому-то деньги – отдавали только ему.
- Дай ему зеленый медяк, не скупись! У тебя серебра и золота полный сундук! Поглядим, что он еще покажет! – кричали люди.
И опять любопытство взяло верх. Скрепя сердце, скряга все-таки бросил монаху медную монетку.
Даос поднял монету и потер ее о рукав своего платья. Усмотрев в толпе зевак земледельца с мотыгой, он сказал ему:
- Вырой ямку, как под арахис.
Земледелец вышел в круг и ударил несколько раз мотыгой о грунт.
Не сдвигаясь с места, монах бросил медяк в лунку.
- Теперь присыпь это семя землей.
Земледелец так и сделал.
- А ты полей этот посев, - попросил чародей водоноса.
И водонос полил лунку из глиняного кувшина.
Тут же из влажной земли показался тоненький росток из блестящей меди. Толпа ахнула! А медный пруток продолжал расти и от ствола пошли ветки. Потом на ветвях появились серебряные листья. И, наконец, распустились цветочки, из которых образовались золотые мандарины.
Над площадью повисла тишина. Первым обрел дар речи ростовщик.
- Кому принадлежит это сокровище? – спросил он.
- Всем, кто здесь находится, - ответил даос.
И толпа жадно ринулась к волшебному дереву. Сначала обобрали золотые мандарины, потом содрали серебряные листья, а затем обломали медные ветви. В конце всего разбора деревенский кузнец выдернул из земли с корнем и медный ствол.
Ростовщику из-за его медлительности и неповоротливости при дележке досталось меньше всех – оброненный кем-то медный пруток.
Крестьяне сразу стали расходиться по домам, опасаясь, что монах передумает и заберет у них нежданно свалившееся богатство. Ростовщик же подошел к даосу, и между ними был такой разговор.
- А если я дам пригоршню медных монет, ты сможешь вырастить сад таких мандариновых деревьев?
- Смог бы, но не буду этого делать.
- Почему же?! Мы с тобой поделим драгоценные металлы и станем самыми богатыми китайцами в Поднебесной.
- Я – не зарюсь на чужое добро.
- Но ведь у этих сокровищ не будет хозяина.
- Как ты не понимаешь, что во вселенной действует главный закон сохранения материи: «Если в одном месте что-то появилось, то в другом месте это же исчезло». Вот ты, к примеру, богатеешь из-за того, что все остальные в этой деревне беднеют.
- Не правда! – возмутился ростовщик. – Мое состояние умножается за счет моего ума, а они нищают по причине своего скудоумия.
- Спорить с глупцом – все одно, что копать колодец зубочисткой! – сказал монах. – Иди ко ты поскорей домой. Калитку-то не запер.
- Ах, и верно! – вспомнил ростовщик. – Побегу, пока какой-нибудь вор не вошел в мою фанзу.
Когда он, запыхавшись, прибежал домой, все было цело и на своих местах. Вздохнув облегчено, ростовщик решил спрятать в сундук с деньгами принесенный медный пруток. Он отомкнул замок, поднял крышку и оторопел – сундук был пуст! И ростовщик понял, что даос не зря говорил о каком-то законе вселенной. Схватив толстую бамбуковую палку, чтобы как следует проучить фокусника, он опять побежал на площадь. Но даоса уже и след простыл. И лишь развороченная земля в центре майдана напоминала о недавнем событии.
Все жители деревни смеялись над жадным и глупым ростовщиком, наказанным бродячим фокусником.
Но не долго горевал их кровопийца. Пришел очередной срок погашения процентов по займам, и крестьяне принесли ростовщику волшебное мандариновое дерево, хотя и в разобранном виде. Ростовщик нанял ювелира, и тот припаял к медному стволу ветки, к медным ветвям – серебряную листву и золотые мандарины. Затем ростовщик приказал посадить чудесное мандариновое дерево во дворе. Оно хоть и было металлическим, а тень давало густую.
Ростовщик любил сидеть под этим деревом в прохладе, мысленно продолжая давнишний спор с даосом. И всегда побеждал, ставя точку в этой виртуальной дискуссии:
- Во вселенной есть еще закон - притяжения, и он-то будет поглавнее твоего закона сохранения материи: «Деньги тянутся к деньгам»!


КАК ИЗОБРЕЛИ КОМПАС

В стародавние времена в одной приморской деревне фэншуй нашел в горе железо. Руда была столь богата металлом, что из нее можно было без переплавки ковать наконечники для гарпунов и мотыги.
Добыча железа стала главным заработком жителей деревни, вместо их исконного промысла – рыболовства. Чтобы выгодней продавать железную руду, ее грузили в большие корабли и морем доставляли в большие города. К морским судам руду привозили на лодках. И вот что заметили местные жители. Как только в лодку бросали глыбу руды, она тут же поворачивалась к корчме дядюшки Лю. И рудокопы шутили:
- Сама лодка подсказывает, куда нам пойти сегодняшним вечером!
Поморы, конечно же, не знали, что руда, которую они добывают, - магнитный железняк. Но они поняли, что лодка с глыбой этой руды всегда покажет на харчевню дядюшки Лю, которая находилась от рудника на севере.
И вот один из лоцманов этой деревни догадался, что, взяв лодку с глыбой руды на борт морского корабля, сбившись с курса, можно легко определить верное направление.
Лет тысячу, а то и больше, все китайские мореходы пользовались таким приспособлением, называя его указателем дядюшки Лю.
Как-то один из моряков, которому надоело опускать на воду и поднимать на борт тяжело груженую лодку, выстрогал игрушечную лодочку. Нагрузив эту модель маленьким кусочком железной руды, рационализатор убедился, что лодочка показывает на север так же, как и большая. С той поры китайские мореплаватели стали брать с собой в рейсы такие маленькие указатели дядюшки Лю.
И, наконец, еще через много-много лет, один смышленый юнга додумался до того, что положил частичку магнитного железняка в половинку скорлупы от миндального ореха и опустил ее на воду в чайной чашке. О, чудо! Даже такой миниатюрный указатель дядюшки Лю все равно показывал на север.
Ну а потом ушлые лаоваи, подглядев у китайцев их ноу-хау, сделали магнитную стрелку и посадили ее на ось в центре маленькой баночки. А для придания видимости, что это они сами изобрели навигационный прибор, назвали его по-своему - компасом.


Рецензии