Глава-1. Дорога к знаниям

 ...Во второй половине туманного весеннего дня легендарных времен «развитого социализма», самого начала семидесятых годов двадцатого века. В первый понедельник апреля, кому «юбилейного»,*[01] а кому Горького*[02] года, «ниже плеч» понуро склонив свою несчастную голову «хронического неуча», ко второй смене школьных занятий, нехотя двигался не по возрасту высокий, как и положено выглядеть обыкновенному акселерату,*[03] пока ещё совершенной обыкновенный шестиклассник. Раз, взглянув на скорбную поступь этого несчастного юного существа, в свои почти тринадцать лет отроду, вынужденного нести свой портфель за какими-то знаниями, художник-реалист той поры,- Решетников. Вполне мог бы вдохновился написать новую картину: «Опять за двойкой»...
 ...Ведь, даже если, на календаре был понедельник шестого апреля. И это был только первый день занятий после стремительно промелькнувших весенних каникул. Этот факт лишь гипотетически уменьшал вероятность того, что на обратном пути домой дневник этого школьника не окажется, привычно утяжелен красными, жирными, лоснящимися скрытой мощью презрения учителя,- двойками! Оценками умственных способностей его как школьника...
 ...Всем своим удрученным видом этот почти тринадцатилетний ученик демонстрировал полнейшее отвращение ко всему, что его ожидало в негостеприимных школьных стенах. Куда он шагал с видом заведомо обреченного пасть убитым на арене цирка древнеримского гладиатора, не наделявшего благополучно дожить до того времени, когда его в крепкие объятия, примет бурная жизнь «взрослого человека». А в своём настоящем, этот долговязый жилистый подросток, об этом своем эфемерном будущем мог лишь смутно догадываться. И, как это всегда бывает, пока еще и не подозревая, что его будущее, именно в это мгновенье для него уже началось...
...Для этого юного акселерата, шагавшего по апрельским лужам с видом несчастного безлошадного драгуна наполеоновской Великой Армии при отступлении из-под Москвы, неприятным явлением школьной жизни были не столько «двойки». Много хуже было то, что в школьных стенах нужно было вступать в межличностные отношения с многочисленными второгодниками,*[04] второй год черными тучами; словно «русские партизаны» на Старой Смоленской дороге эпохи «отечественной войны двенадцатого года»; грозно сидевших на задних партах. Ничего не умея, и ничего другого не желая, кроме как: пить, курить и по-настоящему заниматься сексом с общедоступными уличными девками общего пользования. Внимание этих второгодников, точно, как мафиози из кино, могло привлечь, и то ненадолго, только три явления: бокс, джаз и секс. Самым выдающим из числа всех второгодников шестого «А» класса, был трижды второгодник по прозвищу Канна.*[05] Неоспоримый бандитский авторитет этого шестнадцатилетнего члена банды поселка Рабочего, позволял ему с позиции властителя посматривать на остальных второгодников,- собратьев по несчастью, вместо гулянок с уличными бабами, вынужденных ходить в школу, надеясь из юных школьниц сотворить себе подходящих баб...
 ...На просто школьников злой Канна обращал такое же внимание, какое козлище уделял капусте, на свою удачу забравшийся в капустный огород полный агнцев. Тех, кто был младше его возрастом, злой Канна и за людей не считал. Что, впрочем, совсем не мешало ему из младших школьников создавать для себя идейных последователей в деле пополнения рядов вечных неучей. И горе было тому ученику, кто подобной идеологии не разделял. Вся весёлая лихая мальчишечья рать из учеников среднего школьного возраста. Ватага, укомплектованная идейными неучами, потомственными хулиганами, отъявленными лодырями и потерянными для индустриальной цивилизации хроническими бездельниками, бросалась с кулаками. Показывать всем! Что они ничем не хуже других, а может даже в чем-то и лучше просто тривиальных школьников. Особо непонятливым ученикам, силой увесистого кулака «доказывая», что оценки за школьные знания, никого, ни от чего, никогда не спасут! В силовом споре при внутривидовой конкуренции, в существующем сообществе, это вообще «пустое». А вот лебезить перед доминирующей силой, было куда как эффективнее в деле обеспечения своего существования на Белом Свете. Еще при этом, хорошо было быть самому, и злым, и беспощадным. Тем кто, был способен заставить пресмыкаться перед собой, того кто слабее...
 ...Такими были порядки в «Сто восьмой» школе Рабочего района Большого Города, установленные безраздельно доминирующими в шестом «А» классе второгодниками. Снисходительно относившихся к тем, кто вел себя: «особо не высовываясь». Не замечая тех кто, старался казаться «как все». Стремясь ничем не отличаться от них,- скудоумных. Ведь, чтобы лишний раз не получать неизбежную дополнительной порцию тумаков любой юный персонаж бесконечной пьесы жизни, раз сто подумал бы, как ему себя вести далее. И стоит ли вообще раздражать и без того, уж очень нервных второгодников, на дух не переносящих любую интеллектуальную деятельность. Любую чужую положительную оценку воспринимавших, как оскорбление их личного достоинства...
 ...И переступая через апрельские лужи, и через свой страх пред неописуемыми ужасами современной для него школьной жизни. Через «не могу». С усилием переставляя свои длинные спортивные ноги, медленно двигался в школу, этот несчастный ученик...
 ...Очень надеясь, что в этот день у второгодников класса были полные пачки папирос. Достаточно семечек для коротания учебного процесса. И деньги звенели в их бездонных карманах. Чтобы с похмелья у них не болела голова. И не было бы обострения симптомов гонореи. Чтобы, вообще, настроение вечно хмурых второгодников, до самого конца этого учебного дня, не было бы омрачено, какой-либо жесткой  воспитательной акцией принципиального преподавателя. Что всегда более всего злило и раздражало гордый и неукротимый дух свободолюбивых, знающих себе высокую цену: неисправимых, похоже, потомственных бездарей. Тех кто, в силу своих индивидуальных умственных особенностей, неспособен был понять, а почему это всегда: «дважды два,- четыре»...   
 ...Все второгодники, дважды второгодники, и один трижды второгодник,- злой Канна, сами по себе, по своей сути, являлись типичными бездельниками, которых до прошлого года оставляли на второй год. Но времена изменились! И с прошлого учебного года этих неучей на второй год оставлять перестали. И все они, как вши на гребешке, с прошлого года остались в прежних своих классах и теперь несчастный шестой «А» класс оказался набиты второгодниками двойной нормой. Что было катастрофой для просто школьников. Ибо любое слово, или действие, идущее в разрез желаниям второгодников, вгоняло их в настоящее нервное неистовство, что потом, ещё долго не позволяло им успокоиться. И уж тогда, ждать пощады от такого персонажа бесконечной пьесы жизни не приходилось. Побелев*[06] от ярости, опьянев от собственной безнаказанности, фактически без причины и без повода. Такой неуч залитый гормонами агрессивности,- андрогенами,*[07] моментально превращался в невероятно агрессивного животного. Того кто, «чтобы успокоиться»! Расходовал свою агрессию, направо и налево, раздавая тумаки и пинки всем кто, был просто школьником и на свое несчастье оказался зоне досягаемости его загребущих конечностей...
 ...Все это для того, чтобы слыть в стенах школы доминирующими особями, перед которыми все остальные персонажи бесконечной пьесы жизни, густо реагируя на них эстрогенами, должны были буквально стоять на четвереньках. Так, как это свойственно поведению*[08] всех гоминид, из славного биологического отряда примат.*[09] И каждый день! Так, подтверждая свое «законное» право на «неформальное лидерство».*[10] За одно, как наркоману дозу, без чего они и не мыслили своего существования! Получая в свою кровь порцию гормонов победителя!*[11] С рвением диких обезьян, только что вернувшейся из лесов Конго, второгодники, просто рутинно избивали младших одноклассников, подворачивавшихся под их всегда горячую руку, неизменно безжалостную ногу...

                ***
Смотри сноски:

*[01] Имеется в виду Вождь мирового пролетариата,- Владимир Ильич Ленин, родившийся 1870т. 
*[02] «Горький» год,- поэтический эпитет принятый Максом для определения всего текущего года.
*[03] Акселерация,- ускорение! Явление, имевшее место для европейского населения времен конца 60х годов 20 века. Когда «по естественным, но невыясненным причинам» стали рождаться дети, опережавшие в своем физическом развитии детей предыдущих поколений. Генетиками было высказано одно из множества предположение, что дети акселераты являются детьми детей военной поры вынужденными перемещаться по дорогам Европы вдоль и поперек! Вызванное этим перемещением смещение генотипов различных народов раскрыл «генетический предел» человека как такового! Таким образом, вернувшего свое естественное состояние, когда все европейцы были длинноногие кроманьонцами ростом под два метра!
*[04] Второгодник. В описываемые времена широкая практика, применявшаяся против нерадивых учеников, при которой за отсутствие знаний ставили адекватную этому не знанию оценку: «неуд»! И тогда за оценку «удов» приходилось серьезно поработать с учебниками. И от оценки «удов» до оценки «хор» дистанция была минимальная! А чтобы получить «отл» нужно было знать чуть больше уровня школьного учебника! Не способные на «удов» ученики обречены были повторять курс учебы до получения этой оценки! Но только это было принципиально не достижимо, продержи таких «ничего не понимающих» индивидуумов в школе оставляя на повторный курс обучения хоть до пенсионного возраста! И тогда умные чиновники от образования решили сделать Державу страной именуемой «Как бы Держава»! Фундаментом этого уродливого образования стали ученики как бы способные выучиться хотя бы по принципу «не мытьем, так катанием»! Редкие исключения из этого правила, только подчеркивали тщетность этих задумок...
 ...Личная не способность к получению положительной оценки, ни при каких обстоятельствах только злила второгодников! Любую положительную оценку второгодники воспринимали как личное оскорбление, за которое «обидчику» уступающему в возрасте на год, на два, а иного и на три года полагалось суровое порицание в виде увесистой порции тумаков. Поколение Макса было крайним, столкнувшимся с этим явлением: «оставления на второй год». И все двоишники обязанные отстать от их класса, оставшись на второй год, вместо этого «гуманно» остались в их классе! Чтобы исполнять роль солдатских «дедушек» живущих среди «духов»; волков среди молчащих ягнят; козлищ среди агнцев! Насильников-террористов захвативших заложников и заставляющих их рефлекторно искать спасение в «стокгольмском синдроме»: влюбившись в своих мучителей эстрогенной реакцией, как мазохисты  всегда очень любящие своих личных садистов...
*[05] Канна,- знатный бандит банды поселка Рабочего. В Горьком году шестнадцатилетний, «трижды второгодник», бывший одноклассник Макса по «Сто восьмой» школе. В свое время, до пятого класса был одноклассником Сержа...
*[06] Данные свойства унаследованы человеком от  предков гоминид, так «красочно» общавшихся между собой. При выделении в кровь «упертого» андрогена,- мужского гормона человек бледнеет! Выделяет соответствующие запахи агрессии! И человек всегда говорит «нет»...
 ...А когда человек,- виновато покраснел, то это вегетативная реакция организма человека на выделение эстрогена,- женского гормона с которым связанно все «соглашательство»...
*[07] Андрогены,- комплекс (боевых) мужских половых гормонов. Соответственно  эстрогены,- набор женских половых гормонов. Обычно в крови любого живого существа и независимо от его половой принадлежности присутствует как   андрогены, так и эстрогены...
*[08] Встать на четвереньки перед доминирующим самцом или самкой в откровенно «псевдо сексуальной позе», вполне привычное дело для всех представителей биологического отряда примат, включая шимпанзе и человека. И все мартышки делают это. Показывая, что «извинения приняты» доминантный примат, и самка, и самец, осуществляет «ритуальную копуляцию» на подставленной заднице подчиненной особи. Все как у людей! От чего и сомневаться не приходится, от кого это биологически произошел человек...
*[09] Отряд примат, биологически включает в себя, человека, высших и низших обезьян! Возник в середине Кайнозойской эры, олигоценовой эпохи, тридцать миллионов лет назад. И с тех давних пор успешно функционирует. Некоторые представители отряда примат, из «царства животных» даже выбились в люди и как внезапно разбогатевшие нувориши принципиально не желают признавать своего родства с простыми «природными родственниками»...   
*[10] Неформальное лидерство,- лидерство, основанное на доминировании гоминида над другим гоминидом, человеком в том числе, по биологическим показателям! По превосходству в силе, в агрессивности, в неистовстве, в гормональной инерции победителя! Не формальное лидерство, как производное биологической природы гоминид, никак не связанно с  формальным лидерством,- производным разумной деятельности человека, основанной на сознательной договоренности разумных существ делегировать всю полноту власти достойному этой власти индивидууму, обычно, превосходства всех остальных участников событий по критерию разумности...
*[11] Дофамин,- гормон победителя! К запаху дофамина особо чувствительны женщины, всегда испытывающие слабость перед победителем. Дофамин,- натуральный и истинный допинг, открывающий у спортсменов «второе дыхание»! Гормон у бойцов удесятеряющий силы, делающий их не чувствительным к боевым ранам! И вообще действующий на раны, как чудодейственный бальзам. Этим свойством дофамина воспользовались Советские исследователи 30 годов разработавших и синтезировавших «эликсир жизни»: «Гравидан»,- гормональный препарат «из мочи женщин на ранних сроках беременности» с компонентной основой дофамина! В дальнейшем проводивших данные исследования ученных объявили «антинаучными мракобесами», причислили к «врагами народа» и репрессировали. Такая судьба постигла, к примеру, Замкова,- мужа скульптора Мухиной: автора монумента «Рабочего и колхозницы»! Долго не умиравшего на Колыме в смертельных условиях существования излечивавшего себя самого собственным препаратом Гравиданом. Дофамин, по совместительству так же, гормон детального запоминания мельчайших нюансов происходящего; гормон «исполнительского мастерства» танцоров и музыкантов. Гормон «циклично повторяющихся движений»; гормон азартного охотника преследующего вожделенную добычу, заядлого грибника, карьериста расшибающего все в конкурентной борьбе, рекордсмена в спорте и игромана не способного остановиться в азартной игре. Но если нет Дофамина, то нет и памяти! Зато есть типичное слабоумие: заболевание Паркинсона...


Рецензии