Жизнь Иосифа Генина По Солженицыну

                '' Остаток  спасется ''

В  1986  году,  работая  в  Успенском соборе  на  Городке,  в  Звенигороде   я  познакомился  с  сестрами близнецами Мариной  и  Таней  Баум. Изящные  шатенки  с  серыми  глазами,  тонкие  и  прозрачные,  они  были  похожи  на  балерин.  Имели  высшее  образование.  В  память  своего  отца  профессора  Филиппа  Баума  окончили  химический  институт.  Однако  по  всей  своей  сущности  они  были  поэтессами  и  романтическими  натурами.  Любили  театр. Занимались  бальными  танцами  и  голоданием.  Марина  очень  хорошо  лепила,  брала  уроки  у  мастеров  скульптуры,  Татьяна  работала  красками.  Обе  были  истово  верующими,  постоянно  ходили  на  церковные  службы.  С  друзьями  совершали  увлекательные  походы  в  далекие  монастыри.
В  огромной  квартире  на  ул.  Мархлевского  близь  почтамта  в  Москве,   где  они  жили,  постоянно  собиралось  большое  общество  друзей.  Атмосфера  всегда  была  приподнятая.  Шум,  смех,  серьезные  разговоры,  богословские  диспуты.  Несколько  человек  из  этого общества стали  священниками,  двое -  монахами.
Главная  комната  квартиры  больше  напоминала  залу.  Итальянские  пейзажи  в  золоченых  рамах  были  развешены  по  стенам  среди антикварной  мебели,  по  углам  располагались литые  скульптуры  Майи  Плисецкой  ''танцующей''  около  книжных  полок, поднимающихся  к  потолку. Черное  лакированное  пианино, бронзовые  подсвечники.  На  старинном комоде,  среди  всяческих  мелочей  стояла мраморная  скульптура  трех граций  обнимающих  друг  друга,  а  над обнаженными  грациями на  стене  висели  православные  иконы  с  горящими  лампадами.
Привлекал   внимание  большой  фотографический  портрет  в  деревянной  рамке -  пожилой  человек  короткой  стрижки,  с  очень  волевыми  чертами  лица.  Это  был  дедушка  Иосиф  Савельевич  Генин.
Сестры  часто  вспоминали  о  нем,  но  более  подробно  о  своем  отце  рассказывала  их  мать  Инна  Иосифовна.
Иосиф  Савельевич Генин  родился в  1896  году в  городе  Стародуб   на  Брянщине.  Он  был  вторым  ребенком в  многодетной  семье.  У  него  было  четверо  братьев.  Старший  брат  занимался  его  обустройством,  он  определил  его  в  учение  к  мастеру  по  шитью  меховых  шапок,  шляп,  картузов. Иосиф начинал  с  шапочных  мастерских,  затем  работал  токарем  на  патронном  заводе.  С  1918 года  он  член  ВКП(б).  Первый  секретарь   РКСМ  г. Стародуба.  Воевал.  Был  контужен.  Работал  комиссаром  в  политотделе  9 армии.  Комиссаром  по  снабжению  войск  ОГПУ  Крыма.  В  1922году  был  направлен  в  распоряжение  ЦК  ВКП(б).   Окончил  рабфак  института  путей  сообщения.Затем  учился  в  Плехановском  институте  экономики. Работал в    финансовой  системе  ''Волголес''. В 1932  перешел  на  работу  в  Промбанк  СССР  старшим  консультантом.  В  1933 году  был  назначен  директором  лесного  сектора  Промбанка.
     В  1934 году  состоялся  17  съезд  партии,  на  котором Иосиф  Сталин  был  переизбран  секретарем  ВКП (б). *
После   съезда  партии Сталин  расправлялся  с  оппозицией.  По  всей  стране  проходили  повальные  аресты.  Устраивались  громкие  процессы.  Партийные  вожди  объявлялись  врагами  народа.     Сталин  устанавливал  свою  диктатуру.  Пик  репрессий  пришелся  на  1937  год.   В  этом  же  году  управляющий  Промбанка  СССР Туманов   и  все  руководство  банка  были  арестованы.  Они  обвинялись  в  контрреволюционной  троцкистской  деятельности  и  в  подготовке  покушения  на  жизнь  товарища  Сталина. Всем  арестованным грозил  расстрел.
На  допросах  Иосиф  не  признавал  себя  виновным.  Обвинение  против  него  строилось  на  показаниях  двух  сотрудников  Промбанка  Казацкого  и  Арбитмана.  Оба  признали  себя  членами  контрреволюционной  троцкистско-зиновьевской  группы  Туманова  и  Рейнгольда.  Казацкий  на  следствии  назвал  двенадцать  человек  участников  группы,  среди  них  был  назван  и  Иосиф  Генин.  Арбитман  косвенно  упомянул  его  в  своих  показаниях.  Следствие  выколачивало  из  Иосифа  чистосердечное  признание.  Иосиф  все  отрицал.  Тогда  следователи  применили  к  нему  '' конвейер''.  Ему  не  давали  спать.  На  протяжении  всей  ночи  шли  допросы.    Один  следователь  сменял  другого.  Иосиф  упорствовал.  Следователь  Деомидов,  ведущий  дело  Иосифа,  уговаривал  его:  ''  Ну  не  мучай  себя  и  нас.  Признавайся''.   После  нескольких  ночей  непрерывных  допросов  Иосиф  согласился  написать  чистосердечное  признание.  Следователь  обрадовался:  ''  Давно  бы  так''.  Но  Иосиф  сказал,  что  признание  он  хочет  писать  сам,  а  не  под  диктовку.  Следователь  согласился.  В  заявлении  Иосиф  признавался  в  том,  что  входил  в  контрреволюционную  троцкистско-зиновьевскую  группу  Туманова и  Рейнгольда,  подготавливающую    покушение  на  тов.
Сталина.  Группа  собиралась  на  свои  заседания  в  Малахавке
( дачный  кооператив  работников  Промбанка).  В  целях  конспирации,  все  были  разбиты  на  тройки,  так  чтобы  участники  не  знали  друг  друга,  и  в  случае  ареста  не  могли  выдать  всю  организацию.  В  состав  тройки  Иосифа  входили  Арбитман  и  Казацкий.  Никого  кроме  членов  своей  тройки  он лично не  знал.  Однако  сейчас  находясь  в  тюрьме во  время  допросов  в  своем  следователе  он  узнал  одного  из  членов  контрреволюционной  группы,  о  чем  и ставит  в  известность  следственную  комиссию.
Прочитав  такое  признание,  следователь  побелел.
- Ты  что написал? -  глухо  произнес  он,  -  Ты  что  написал?! - закричал  он,  - Я  тебя  на  месте  расстреляю!
 - А я  это  буду  утверждать  на  каждом  допросе,  и  заявлять об  этом  письменно. -  ответил  Иосиф.  В  годы  гражданской  войны  он  сам  работал  в  ОГПУ  и  знал, как  надо  действовать. 
Следователь тут  же в  мелкие  клочки  порвал  признание  Иосифа.
Он  испугался.   Если  это  ''признание''  попадет  к  другому
следователю, который  придет  через  час,  неизвестно,  что  он  сделает.  Это  было  время  сплошных  доносов и  арестов.  Он
прекрасно  знал,  что  дело Иосифа,  дело  Промбанка  сфабриковано.  Но   чистка  проходила  не  только  в  партии.  К  этому  времени Сталин начал  менять состав  НКВД.   По  делу  о  Промпартии  нарком  Ягода уже  был арестован  и  объявлен  врагом  народа.  Вслед  за  ним  были  арестованы  генералы  НКВД.
(Сталин  избавлялся  от  своих подручных  палачей.) Сами следователи   арестовывались  как  вредители  и  шли  в  лагеря  вслед  за  осужденными  ими  людьми. Следователь  понял,  какая  реальная  опасность  над  ним  нависла. Помолчав,  он  сказал:
-Хорошо,  что  ты  хочешь? НКВД  не  проходной  двор,  те,  кто  сюда  попал  отсюда  обратно  не  выходят. Выпустить  я  тебя  не  могу.  А  так  ты  погубишь  себя  и  меня.
-Тогда  скости  срок.
-Хорошо,  но  ты  нигде  этого  не  будешь  ни  говорить ,  ни  писать.
-Смотря  какой  будет  приговор.
-Договоримся.
Допрос  прекратился.  Иосифа  увели  в  камеру.  Больше  его  ни  разу  не  вызвали  на  допрос  и  он  ни  разу  не  встретился  со  своим  следователем.
  Следственное  дело ''  №  13150 ''  было  направленно  на  рассмотрение  Особого  совещания  при  НКВД  СССР  - ''тройки'',  которая  выносила  приговор.  Три  человека  решали  будет  ли  жив  человек,  или  он  будет  расстрелян.   В  деле  было  упомянуто,  что  Иосиф  Генин  виновным  себя  не  признал.  Осужден  по  показаниям  Казацкого  и  Арбитмана. К  делу  прилагалась  справка.

1)  Генин  Иосиф  Савельевич  1896 г. р.  Арестован  22/8 –1937г.   Содержится  в  Бутырской  тюрьме.
 
2)Вещественных  доказательств  по  делу  не  имеется.

Зам.  Начальника  8  отделения  4  отдела  ГУГБ  старший  лейтенант  госбезопасности  Деомидов.

1го  апреля  1938  года  ''Тройка''    вынесла  приговор :




''Генина  Иосифа  Савельевича  за  к.-р.  троцкисткую  деятельность  заключить  в  испр.трудлагерь  сроком  на  ПЯТЬ  лет,  сч.(считая) с  22/8 –37г.  Дело   сдать  в  архив.''
В  то  время,  когда  людей  расстреливали  по  самым  абсурдным  обвинениям  или  давали  сроки  наказания  по  двадцать- двадцать  пять  лет,  срок  назначенный  Иосифу  казался  смехотворным.  Спасая  себя, следователь  постарался.
Из  Бутырской  тюрьмы  Иосиф  написал  жалобу  на  имя  Иосифа  Сталина,  но  все  было  бесполезно.
Отбывать  свой  срок  Иосиф  должен  был  на  Магадане.    На восток  заключенных  везли  поездом. Когда  стали  проезжать  безлюдные  места,   солдаты  расстрельщики начали отбирать  из  числа  заключенных  старых,  больных,  слабых  - тех,  кто  не  выдержал  бы  дорогу  и  лагерь. От таких  избавлялись  еще  в  дороге. В  число  этих  людей  попал  и  Иосиф,  он  производил  впечатление  тщедушного  человека.  Обреченных  людей  вели  вереницей  по  вагонам,  из  каждого  вагона  набирая все  новых и  новых.  В  одном  из  вагонов  Иосиф  увидел  ''крестиков'' – священников  и  просто  верующих  стоявших  на  коленях  и  молящихся  за  тех,  кого  вели  на  расстрел.  Проходя  мимо,  Иосиф  упал  на  колени,  начал  креститься,  бить  поклоны,  припадая  лицом  к  полу,   прячась  за  верующих,  которые  прикрывали  его  собой.  Конвой  прошел  мимо,  не  заметив  Иосифа. Иосиф  был  не  верующим  человеком,  но верующие  люди  спасли  его. 
Почти  месяц  поезд с  заключенными  добирался  до
Владивостока.  Там уже  распределяли  по  лагерям.
Из  Находки  до  Магадана  заключенных переплавляли  морем.  В  трюмах  пароходов  была  такая  давка  и  духота,  что  некоторые зэки  умирали. Тела  умерших  выбрасывали  в  море.
Началась  лагерная  жизнь.  Подъемы  в  5часов  утра.  Поверки. Нары.  Вышки. '' Все  ночи  полные  огня''.
В лагере   тщедушный  Иосиф  изнемогал  на  общих  работах.   Он  был  очень  истощен. Однажды, когда  всех  заключенных  выстроили  на  поверку,  начальник  обратился  к  ним :
- Есть  ли  из  вас  кто-нибудь  фельдшер?
Иосиф,  ничего  не  понимая  в  медицине, стал  кричать:
- Я  фельдшер!  Я  фельдшер!
Окружающие  зэки  смотрели  на  него  с  удивлением,  для  них  это  было  неожиданностью.  Но  пока  пройдет  время,  пока  разберутся,  что  он  никакой  ни  фельдшер,  он  сможет  в  больнице  получить  передышку.
Начальник  отправил  Иосифа  в  лагерную  больницу  помогать  врачу.  Врач  скоро  понял,  что  Иосиф  не  фельдшер, но продержал  его  у  себя,  давая  возможность  восстановить  силы.  Недели  через  две  его забрали  на  общие  работы.
      В  лагере  среди  зэков  было  неравенство.  Они  делились  на
''блатных'',  политических,  просто  работяг,  были  доходяги,  шестерки. Лагерное  начальство поддерживало  уголовников  для
устрашения  остальных.   Уголовники  составляли  свою  банду  и  находились  в  привилегированном  положении.
Однажды зэков  выгнали  в  мороз  укладывать  шпалы. Мерзнущие  люди  не  справлялись  с  работой.  Земля  была  как  камень.  Пальцы  рук  коченели  и  не  слушались.  Надсмотрщиком  над  заключенными  был  поставлен  ''блатной''.   Работа  шла  медленно.  Тогда  блатной  взяв  дубину  начал  избивать  людей.  В  паре  с  Иосифом  работал  старый  зэк.  Несколько  раз  блатной  подходил  к  нему    избивал  старика.  Иосиф  еле  сдерживался,  чтобы  не  сцепиться  с блатным. В  конце  концов,  когда  блатной  в  очередной  раз  стал  избивать  старика  упавшего  в  снег,  Иосиф  не  выдержал,  схватив  кайло, он  бросился  на  защиту  старого  зэка. В  ярости  не  рассчитав  силы  удара  Иосиф  убил  блатного.  Тот  рухнул  у  его  ног. Наступила  тишина.  Все  прекратили  работать  и  смотрели  на  Иосифа  и  мертвое  тело  блатного.  К  Иосифу  подбежали  конвоиры  и  скрутили  его.  Старик  пытался  говорить  начальнику  конвоя,  что  Иосиф   защищал  его  и  не  нарочно  убил  блатного.  Его  не  слушали.  Начальник  отправил  Иосифа с  конвоирами  в  лагерь.  Это  было  ЧП.  Получив  донесение,  начальник  лагеря  пришел  в  ярость.  Вечером  он  собрал  весь  лагерь.  Когда  все  зэки   при  свете  прожекторов были  выстроены  в  шеренги,   а  Иосифа  под  охраной  вывели на  середину,  начальник  лагеря   объявил:
''  Сегодня  во  время  работы  заключенный  Генин  убил  другого  заключенного,  поставленного следить  за  работой  бригады.  За  совершенное  преступление  заключенный  Генин  приговаривается  к  расстрелу''.  Колонны  зэков  глухо  загудели.  Начальник  дал  команду  увести  Иосифа  на  соседнюю  сопку.  Там  расстреливали,  там  же  находились  ''братские''  могилы зэков . Тогда  Иосиф  разорвал  на  себе  арестантскую  робу,  так  что  обнажилась  вся  грудь,  и,  глядя  в  глаза  начальнику,  стал  кричать:
-Стреляй  здесь! 
Все  замерли.  Солдаты  попытались  тащить  Иосифа,  но  он , оттолкнув  их,  продолжал  кричать:
-Стреляй  здесь!!
Завязалась  борьба.  Послышался  неистовый  свист. Зэки  кричали : ''Долой.   Смерть  блатным.  “Беспредел''  Сыпались  ругательства  и  угрозы  в  адрес  блатных.  Ситуация  становилась  угрожающей.  Собаки  заходились  в  лае.  Охранники  сжали  автоматы.  Зэки  шумели.  Начальник  крикнул:  ''Прекратить!''.  В  это  время  кто-то  из  блатных  обратился  к  начальнику  лагеря,  говоря, что  убитый  блатной  сам  виноват,  с  ним  давно  хотели  разобраться,  и  именно  он  нарушал  порядок  в  лагере,  иногда  не  подчиняясь  начальству.
Блатные  испугались  поножовщины.  Весь  лагерь  был  возмущен  против  них.  Это  понял  и  начальник.  Он  дал  команду
-Увести  в  карцер.  Для  дальнейшего  разбирательства. 
Иосифа  увели.
В  1918  году  Иосиф  воевал в 1 Брянском  полку  в особом  отряде  по  поднятию  восстаний. Опыт поднятия  восстаний  пригодился  ему  и  в  лагере.
  Опасаясь  войны  между  блатными  и  остальными  зэками,  политическими,  работягами,  начальство  перевело  Иосифа  в  другой  лагерь,  где  условия  были  намного  тяжелее.  Однако  срок  ему  не  добавили. Срок добавила  война.
  В  каторжном  лагере  зэки  и  в  морозы  жили  в  палатках.  Иосиф  был  обречен.  Но  он  выжил.
Иосифа постоянно  переводили  из  лагеря  в  лагерь.   Это  было  очень  болезненно.  Менялись  люди,  окружение,  обрывались  налаженные  связи. Такой  была  тактика  начальства.  В  одном  из  лагерей Иосиф  встретил  жену  своего  приятеля  Валентину.  Она  работала  в  лагерной  администрации.  Ее  муж  к  этому  времени  был  расстрелян.   Увидев  как  истощен  Иосиф,  Валентина  стала  тайно,  через  другого  человека  каждый  день  присылать  Иосифу  пайку  хлеба.  Так  продолжалось  в  течение  года,  пока  Иосифа  не  перевели  в  другой  лагерь.  Эта  женщина  помогла  ему  выжить.
      Иосиф  был  арестован  без  права  переписки,  но  какие-то  весточки  от  него  доходили.  У  жены  и  дочери  не  было  возможности  посылать  ему  посылки,  они  голодали. Иосифу  помогал  его  младший  брат  Лев. За  три  года  до  своего  ареста  Иосиф  сумел  вызволить  его  из  тюрьмы.  Лев  Генин  был  арестован  в  1934  году  по  приезде  из  Америки,  куда  был  послан  учиться.  Иосиф  обхаживал  всевозможных  начальников  и  добился  его  освобождения.  Теперь  уже  младший  брат  поддерживал  Иосифа,  регулярно  отправляя ему посылки в  лагерь.  В  дальнейшем  Лев  Генин  стал  крупнейшим  ученым – химиком,  специалистом  по хлору,  дважды  лауреатом  Сталинской  премии.
       В  лагере  Иосиф  всегда  с  благодарностью  вспоминал  своего  старшего  брата,  отдавшего  его  учиться  скорняжному  ремеслу.  Брат  словно  предвидел  его  судьбу.  На  севере,  где  есть  меха,
где  всегда потребность  в  меховых  шапках  это  ремесло спасало  ему  жизнь.    Иосиф  шил  шапки  охранникам,  зэкам,  бригадирам.  Потом  уже  лагерным  начальникам  и  их  женам.  Во  время  войны  ему  даже предоставили  целую  мастерскую.  Начальство  им  дорожило.
      Освободился    Иосиф  в  1946  году. Перед  тем  как  приехать дал  телеграмму  домой.   Приезжаю  таким-то  поездом  на  Казанский  вокзал.  Жена  Татьяна, получив  телеграмму,  обзвонила  друзей  и  родственников  с  радостным  известием  о  приезде  Иосифа.  Все собрались  его  встречать.    Однако,  когда  прибыл  поезд,  в  вагоне  Иосифа  не  оказалось.  Ничего  не  мог  сказать  и  проводник.  Прождав  Иосифа  не  перроне, печальные и
огорченные  вернулись  на  квартиру  на  Мархлевского.  Немного  посидев,  все  разошлись.  Остались  только  жена  и  дочь.  Часа  через  два  раздался  звонок.  Жена  пошла  открывать  дверь.  На
пороге  стоял  Иосиф.  Татьяна  бросилась  к  нему.  Прибежала  дочь.  После  слез  и  поцелуев,  жена  спросила  Иосифа :
-Где  же  ты  был?  Мы  все  вместе  пришли  тебя  встречать  на  вокзале,  но  тебя  нигде  не  было.
-Я  и  предполагал,  что  вы  все  придете  меня  встречать,  и  не  хотел  этого, -  ответил  он,
-  подъезжая  к  Москве,  соскочил  на  одной  станции,  и  до  Москвы  добирался  уже  пригородными  поездами.
 Как  бывший  заключенный  Иосиф  не  имел  права  жить  в  Москве  и  других  семи  городах, и приехал  в  Москву  тайно.  Толпа  родственников  встречающая  на  вокзале  бывшего  зэка  была  бы  слишком  заметна.  Могли  арестовать  прямо  на  вокзале.  Возможно  Иосиф  не  хотел  встречаться  с  родственниками.  Лицо  его  все  было  оплывшим,  с  нездоровой  синевой.  Глаза  казались  маленькими.  Он  был  в солдатской  шинели.  Вид  был  непривлекательный.  С  собой  Иосиф  привез  лекала,  выкройки,  мех,  инструменты,   деревянную болванку  для  шитья  шапок.  Он  не хотел,  чтобы  жена  и  дочь  содержали  его.   Надо  было  самому  зарабатывать  деньги  для  семьи. Подойдя  к своему  дому,   Иосиф долго  выжидал,  нет  ли   посторонних  или засады,  и  только  после  этого  позвонил  в  дверь . Стоя  у
дверей  своего  дома  Иосиф  ясно  вспомнил  события  девятилетней  давности.
  Тогда  в  1937  году  Иосиф предвидел свой  арест.  Чтобы  не  подвергать  жену  и  дочь  опасности, накануне,  он  специально  развелся  с  женой.  В  то  время  это  было  просто,  достаточно  было  одного  заявления  в  ЗАГС.  Квартиру  поделили  пополам. Иосиф  думал  о  бегстве  из  Москвы,  но  не  успел.  В  ночь  с  22  на 23  августа  за  ним  пришли.
Иосиф  был  в  квартире  один.  Жена  и  дочь  находились на  даче в  Малаховке.   Начался  обыск.  Офицеры  НКВД  выворачивали  содержимое  письменных  столов,  книжных шкафов,  комодов.  Среди  присутствующих в  качестве  понятого находился  дворник.  Иосиф  обратился  к  нему,  протянув  10  рублей.
- Сходи,  принеси  водки. 
Офицеры  не  запрещали,  и  дворник  ушел  за  водкой.  Обыск  продолжался.  Вскоре  дворник  принес  из  своих  запасов  бутылку  водки.  Офицеры  отказались,  дворник  побоялся,  Иосиф    пил  водку  один.  Его  вывели  из  разоренной  квартиры,  посадили  в  машину,  и  через  несколько  минут привезли  на  Лубянку.  Лубянка  находилась совсем  недалеко  от  дома.  Начался  первый  допрос.
Жену  и  дочь  репрессии  не  коснулись.  Хотя  после  ареста  Иосифа  управдом  всеми  силами  пытался  выселить   из  квартиры его  жену  Татьяну,  у  него  ничего  не  получилось. Юридически   Горбылева  не  являлась  женой  врага  народа  Иосифа  Генина.
Тогда  управдом  назначил  такую  высокую  плату  за  квартиру,  что  на  нее  уходило  все,  что  зарабатывала  Татьяна.   Пятьдесят  рублей  она  зарабатывала и  пятьдесят  платила  за  квартиру,  но  выехать  отказывалась. Квартиру  пришлось  сдавать  военным  корреспондентам.  Часто  к  квартирантам  в  гости  приходил  Никита  Богословский.  Во  время  вечеринок  он  исполнял  на  рояле  только  что  им  сочиненную  песню  ''Прощай  любимый  город''.  В  1945  году  дочь  Инна  поступила    в  институт  связи.  Семья  голодала.  Стипендия  была  маленькая.  Но   важнее  было  получить  образование.  Мать и дочь на  окраинах  Москвы  сажали  картошку  на  отведенных  участках.  До  своего  огорода  добирались  на  трамвае.  Но собирали  столько  же  сколько  и  сажали.  В  доме  было  пусто.  Дня  через  два  после  своего  возвращения  Иосиф , глядя  на  рояль  сказал:
-И что  этот  рояль  здесь  стоит?  Им  есть  нечего,  зато  и  них  рояль  в  доме  стоит.
Через  несколько  дней  рояль  увезли  на  грузовике.  На  этом  же  грузовике  Иосиф  привез  три  мешка  картошки.  Потом,  взяв  дочь,  отправился  на  Сретенку,  где  на  складе  одного  из  магазинов  им  приготовили  мешок  сахара. Приходя  в  гости  к  брату,  и   глядя  на  пустую  серебряную  сахарницу,  он  иронизировал:
 ''Сахарница  у  них  серебряная,  но  только  сахара  в  ней  нет''.
После  этого  доставал  принесенный  с  собой  сахар.
Живя  в  Москве,  Иосиф  никогда  не  выходил  из  квартиры , предварительно  не  проверив,  есть  ли  слежка  за  квартирой.  В  доме  все  знали,  кто  из  жильцов  был  осведомителем.  Дочь  подходила  к  окну,  якобы  поливать  цветы,  и  смотрела,  стоит  ли  во  дворе  кто-нибудь  из  этих  наблюдателей.  Один  из  них  был  эпилептик.  И  только  когда  они  уходили,  дочь  говорила:  ''  Папа,  можно  идти''.  Квартира  была  на  первом   этаже,  с  отдельным  входом ,  дверь  выходила  в  арку,  так  что  Иосиф  не  встречался  с  жильцами  дома.    Когда-то  эту  квартиру  выбирал  сам  Иосиф.  До  этого  семья  жила  в  коммуналке  в  Лиховом  переулке.  Иосифу  предложили  несколько  квартир.  Он  выбрал  именно  эту  с  отдельным  входом. В то  время  людям  часто  негде  было  жить.  Жили  по  углам,  чердакам,  иногда  отгораживали  верхнюю  лестничную  площадку.  В  то  же  время  партийным  работникам  предлагали  на  выбор  несколько  квартир.  Семья  была  прикреплена  ресторану  на  Петровских  линиях.  Дочь  вспоминала:''  Кругом  был  голод,  а  мы  обедали  в  ресторане,  брали  с  собой''.  С  арестом  Иосифа  все  изменилось.  Жили  только  за  счет  квартирантов,  хлеб  получали  по  карточкам.  Все  в  доме  знали,  что  Генины  сдают  квартиру  военным
корреспондентам,  и  когда  Иосиф  вернулся,  на  нового  ''квартиранта''  не  обращали   особого  внимания.  Но все  же  наблюдатели  о  чем-то  догадывались.
   Однажды  Иосиф  спал  на  диване,  стоящем  у  стены  дымохода.  Внезапно  раздался    грохот  и  сильный  взрыв. Через  Иосифа
полетели  кирпичи и штукатурка,  не  задев  его.  Иосиф  испугался.  Он  увидел  над  собой  в  стене  зияющую  пробоину.  Оказалось,  что  кто-то  бросил  в  дымоход  девятиэтажного  дома  булыжник.  Он  летел  с  силою  снаряда  и,  ударившись  о  выступ,  разбил  стену,  возле  которой  спал  Иосиф.  До  этого  офицеры  госбезопасности  усиленно  предлагали  Татьяне  сделать  квартиру  явочной.  Татьяна  жила  одна  с  дочерью  в  большой  квартире.  Ей  предлагали  немалые  деньги.  Они  бы  продолжали  здесь жить,  но  время  от  времени  в  одну  из  комнат  для  своих  встреч  приходили  бы люди из  ГБ.  Татьяна  не знала,  как  быть.  Обратились  к  Иосифу.  Иосиф  ответил :
'' Да  вы  что?!  Потом  от  них  никогда  не  избавитесь''.  Предложение  исходило  от  людей,  приходящих  в  гости  к  квартирантам.  Татьяне  не на  что  было  жить,  ей  хотели 
'' помочь''.  За  короткое  время Иосиф  благодаря  своим  связям сумел  устроить  жену  на  работу  в  министерство.  До  этого  она  работала  на  самой  низкооплачиваемой  работе.  Сам  он  не  мог  работать  в  Москве,  поскольку после  лагеря  официально  был  прописан  в  Кимрах.  Это  была  родина  его  жены.  Татьяна  Сергеевна  Горбылева  была  дочерью  богатого  купца  Сергея  Ивановича  Горбылева.  По  линии  матери  Варвары  Дормидонтовны  в  роду  были  купцы  старообрядцы.  В  Кимрах  семейству  Горбылевых  принадлежало  несколько  домов  и  лавок.  В  годы  революции  отец  Татьяны  был  убит  революционерами.  В  двадцатые  годы  Татьяна,  скрыв  свое  купеческое  происхождение,  сумела  поступить  в  Университет,  на  общественно-исторический  факультет.   В  1925  году  они  познакомились.  Иосиф  страстно  влюбился  в  нее.  Это  был  странный  брак  еврея  революционера  с  дочерью  купцов,  в  роду  которых  были  старообрядцы.  Но  они  всю  жизнь  любили  друг  друга.
   В 1946  году  начались  повторные  аресты. В  стране  проходила  новая  волна  репрессий.  Арестовывались  участники  войны  те,  кто  был  в  плену  или  в  оккупации.  Иосиф  понял,  что  и  он  может  быть  арестован.  Он  сбежал  из  Москвы.  С  помощью  друзей  устроился  на  работу  в  далеком  леспромхозе.  Леспромхоз  находился  в  двухстах  километрах  за  Уфой.  Там  он  работал  счетоводом  экономистом.  Через  год  местные  власти  стали  сильно  подозревать,  что  Иосиф  скрывается  от  органов  милиции.  За  ним  была  установлена  слежка.  К  этому  времени  в  Якшангу  приехала  дочь  Инна.  Иосиф  попросил  дочь  своей  рукой  сделать новые  записи  в  трудовой  книжке, (последняя  запись  обрывалась 
1936 годом)  сам  поставил  печати,  и  после  отъезда  дочери  сбежал  в  другой  леспромхоз.   После  смерти  Сталина  Иосиф  подавал  заявления  в    Генеральную Прокуратуру  о  реабилитации. В  1955  году  на  его  имя из  Генеральной  прокуратуры  пришел  ответ.
                Москва-центр               
                Мархлевского д.20/2кв.50               

                гр. Генину  Иосифу  Савельевичу
 
По  протесту  Генерального  Прокурора  Союза  ССР, Верховный  Суд  СССР  от  24  августа 1955 г. Постановление  по  которому
Вы  были  осуждены,  отменил  и  дело  на  Вас  прекратил.

                Прокурор  отдела  по  спецделам
                старший  советник  юстиции    М. Томазин


В  1956  году  состоялся  Съезд  партии,  на  котором  был  осужден  культ  личности  Сталина.  Несмотря  на  все  разоблачения,  несмотря  на страдания,  лагеря  и  ссылки  Иосиф  оставался  убежденным  коммунистом. Дочь  говорила  ему : 
- Папа,  как  ты  можешь  верить  во  все  эти  идеи,  если  с  тобой  так  поступили?
Иосиф  сердился  и  отвечал  дочери  –  Сталин  убийца  и  диктатор.  Но  это  частный  случай,  это  искажение  идеи.  А  сама  идея  социализма  верная. 
Дочь  ни  в  какие  идеи  социализма  и  коммунизма  уже  не  верила.  Не  разделял  убеждений  Иосифа  и  его  зять  Филипп  Баум  сам  в  прошлом  революционер.  В гражданскую  войну  он  в  17  лет  был  комиссаром  полка.  После  революции  ушел  в  науку.  За  книгу  ''Физика  взрыва''  был  удостоен  Сталинской  премии.  Оставаясь  членом  КПСС,  будучи  профессором,  начальником  артиллеристской  академии  Филипп  Баум  стал  верующим  человеком.  Он  верил  в  Бога,  но  ни  к  каким  конфессиям  не  принадлежал.  Иосиф  спорил  с  зятем : ''  Вот  разрезали  человека  на  операционном  столе  на  кусочки,  ну  где  душа?  Где  душа? ''  У  Филиппа  было абстрактное  мышление,  а  Иосифу  все  нужно  было  потрогать  руками.  В  1956  году  у  Иосифа  родились  две  внучки  близнецы  Марина  и  Таня.  Они  были  большой  радостью  для  деда.    Их  можно  было взять  на  руки,  погладить  по  головке,  а  они  ангельски  улыбались  дедушке  в  ответ.
   В  1959  году  Иосиф  как  старый  большевик  получил  участок 
земли  в  качестве  компенсации.  Такие  участки  выделялись 
коммунистам  подвергшимся  репрессиям.  Поселок,  где  находился  участок  Иосифа  так  и  назывался  ''Старый  большевик''.   На  деньги , полученные  от  издания
книги  ''Физика  взрыва'' , зять  построил  дачный  дом.  Иосиф  был  заместителем  председателя  дачного  кооператива.  В  Москве он  входил  в  состав  Совета  ветеранов. Он   занимался  делами  бывших  заключенных.  Писал  ходатайства,  заявления,  объяснял  как  нужно  действовать.  Помогал   получить  жилье  зэкам  потерявшим  свою  квартиру.  Иногда  солагерники  приходили  к  нему  домой.  Встретил  он  и  Валентину.  Иосиф  всегда  говорил,  что  эта  женщина  спасла  его.  Он  постоянно  звонил  ей  и  заботился  о  ней.
В  1966  году  умер  зять  Филипп  Баум.  Умер  от  рака. Семья  очень  тяжело  переживала  его  смерть. Иосиф  еще  больше  стал  заниматься  внучками.  Жизнь  на  даче  для  них  была  раем.
Иногда  Иосиф  сажал  их  на  колени  и  говорил :  ''  Дети,  я  расскажу  вам  про  рай  и  ад'' – и  начинал  рассказывать  сказки  о  рае.  Потом  добавлял: ''  Но  в  раю  скучновато.  Я  лучше   расскажу  вам  про  ад (там  интереснее)''.               
В  дачном  поселке  Иосиф  развил  большую  деятельность.  Его  стараниями  в  поселке  был  проведен  водопровод,  налажено  освещение.
В  1970  году  Иосиф  тяжело  заболел.  У  него  был  рак  легкого.  Иосиф  боролся  с  болезнью,  в  нем  была  сильная  жажда  жизни.  Умер  он  как  борец.  После  смерти  на  его  лице  не  было  печати  умиротворения  или  примирения.  Оно  выражало  состояние  борьбы. В  очередной  раз он  боролся  со  смертью,  но  на  этот  раз  смерть  победила.   Незадолго  до  смерти  оцта  дочь  записала  на  магнитофон  его воспоминания.  К  великому  сожалению   эта  запись  была  утеряна  в  начале  девяностых  годов.  Иосиф  Савельевич  Генин  был  похоронен  на  Востряковском  кладбище,  там  же  где  был  похоронен  Филипп  Баум.  Забота  о  матери  и  о  детях  легла  на  плечи  Инны  Иосифовны.  Она  преподавала  в  институте  связи.  Прошло  время,   Марина  и  Таня окончили  школу,  поступили  в  Менделеевский   институт.  Учеба   в  институте,  защита  диплома  занимали  много  сил  и  времени.  Но  после  защиты  диплома  жизнь  показалась  какой-то  бесцельной.  Карьера  их  не  привлекала.  Семьи  еще  не  было.  Душа  искала  Бога.  Ощущение пустоты  и  ужаса  заставило  их  креститься.  Они  крестились на подворье  Антиохийской  церкви.  Во  время  крещения  Марина  боялась,  чтобы  священник  не  спросил  ее,  во  что  она  верует,  она  не  знала  никаких  догматов  церкви,  не  читала  Новый  Завет,  но  их  крестили.  Крестил  отец  Вячеслав  Резников  в  прошлом  литературовед.  Марина  и  Таня  оказались  очень  ревностными  христианками.  Вскоре  они  крестили  мать,  воцерковили  бабушку. Татьяна  Сергеевна  стала  ходить  в  храм,
но  исповедаться  за  всю  свою  жизнь  боялась.  Тогда  Марина  и   
Таня  упросили  своего  духовника  отца  Валериана  Кречетова  приехать  на  квартиру  исповедывать  бабушку.  Отец  Валериан  приехал.  Бабушка  боялась  его.  Оценив   ситуацию  о.Валериан  начал  дружески  беседовать  со  всеми,  потом  сел  за  пианино  начал  играть  церковные  мелодии,  восхищаясь  красотой  и  драматизмом  молитв,  выражающих  отношения  грешного  человека  и  Бога.  Лед  был  растоплен, бабушка  решилась  исповедываться.  Исповедь  проходила  в  отдельной  комнате.  Татьяна  Сергеевна  каялась,  что  в  двадцатые  годы  она  отреклась  от  Бога.  После  исповеди  о.Валериан  сказал:
'' Раньше  родители  приводили  детей  в  церковь,  а  теперь  дети  приводят   своих  родителей  к  Богу.  Круг  замкнулся''.
Марина  и  Таня  очень  переживали  о  том,  что  отец  умер  невоцерковленным,  а  дед  вообще  был  неверующим.  Бывая  в  монастырях,  они  обращались  с  вопросом  чем  они  могут  помочь  отцу  и  деду  к  разным  старцам.  Когда  с  этим  вопросом  Татьяна  обратилась  к  старцу  Псково- Печерского  монастыря  о.Иоанну  Крестьянкину  он  ответил : ''Ни  о  каком  человеке  нельзя  сказать,  что  он  неверующий''.  о.Иоанн  сам  пять  лет  с  1951  по  1956 год  провел  в  лагерях.  Узнав  подробнее  о  Филиппе  Бауме,  ответил,  что,  конечно,  он  был  верующим  человеком .  И  сказал  Татьяне: 
- Молись  за  него  Божией  Матери.  возможно  миссия  вашей  жизни  ( обеих  сестер)  вымолить  отца  и  деда.   
Отец  Иоанн  дал  молитву  Татьяне  за  неверующих,  некрещеных  родителей,  родственников.

-Господи, Ты  знаешь  все  и  любовь  Твоя  совершенна.  Возьми  же  Ты  жизнь  за  гробом  усопшего  раба  Твоего  (имя)  в  Твои  руки.  Сделай  то,  что  я  жажду  сделать  и  не  могу.  Во  имя  Отца,  и  Сына,  и  Святаго  Духа.  Аминь

После  этой  молитвы  двенадцать  земных  поклонов  за  усопших.


                Послесловие

Марина  с  Таней  обратили  половину  поселка  ''Старый  большевик''.  Я  бывал  в  их  доме на  даче. В  главной  комнате   висели  иконы.  С  одной  стороны  стоял  фотографический  портрет  Николая II .  С  другой  стороны  на  полке  портрет дедушки  -  революционера,  который  свергал  императора.   В  другой  комнате с  иконами  соседствовал   портрет    отца
Филиппа  Баума, в годы  революции  семнадцатилетнего  комиссара  полка.  Соседи  дети  старых  большевиков,  сами  уже пожилые
люди, глядя  на  портрет  Николая II,  недоуменно  пожимали  плечами.  Однако  постепенно  и  в  их  домах  стали  появляться  иконы.  Их  приносили  внуки.  Марина  с  Татьяной  большие  молитвенницы.  В  1999  году  ровно  через  сорок  лет  дача  революционеров  Иосифа  Генина  и  Филиппа  Баума  полностью  сгорела.  Может  быть,  это  было  знамением,  что  по  молитвам  детей  их  грехи  прощены. По  слову  апостола  Петра '' земля  и  все  дела  на  ней  сгорят''(2.Птр.3-10).  А  также  по  слову  пророка  Исайи  ''остаток  спасется'' (Ис.10  22-23).
 


                Сергей  Федоров
               
                Октябрь  2000 г.













___________________________________________________________
*Во  время  подсчета  голосов,  по  приказу  Сталина  были  изъяты  300  бюллетеней  поданных  против  его  кандидатуры.  Они  были  отвезены  в  НКВД,  где  проводилась  графологическая  экспертиза  с  тем,  чтобы  определить,  кто  из  депутатов  голосовал  против.  Это  было  возможно,  поскольку  во  время  регистрации  депутаты  заполняли  разные  анкеты,  оставляли  ''автографы''.


Рецензии