Он проснулся от оглушающего звука. Казалось, звук был настолько громким, что вытеснил из мозга всё, что там было. От этого звука было больно, он пронзал все тело и разрывал мозг. Голова была готова лопнуть как перезрелый арбуз. Он закричал: "Я сейчас оглохну. Выключите свет!" На фоне оглушающего звука он услышал какие-то движения и голоса совсем рядом. Все, что он слышал, было каким-то странным, каким-то объемным. Таких ощущений от звуков он раньше не испытывал. Наконец кто-то вырубил этот звук. Он провалился в темноту.
Второй раз он пришел в себя уже в палате. Он сразу понял, где находится. У него было странное ощущение, что он не видит ничего вокруг, но в то же время, он мог очень подробно описать обстановку вокруг себя. Он помахал руками у себя перед глазами. Глаза никак не отреагировали, зато в ушах раздался легкий шорох, и в голове сразу возникло изображение его рук. Руки были его, они двигались прямо перед ним в сумраке палаты. Он осмотрелся. Окна были плотно зашторены, дверь плотно закрыта. Рядом с его кроватью стояло какое-то медицинское оборудование, он был проводами соединен с ним.
Тут открылась дверь, на пол палаты упал луч света. Это он увидел, но почему-то опять не глазами, а картинка сразу возникла у него в мозгу. Она сопровождалась звуками, которые было трудно описать, но это были не только звуки открываемой двери и шума, доносящегося извне.
К нему подошла женщина в белом халате и, увидев, что он в сознании, спросила его: "Как вы себя чувствуете?" Он ответил: "Нормально. Только я плохо помню, как я здесь оказался. И у меня что-то не так с глазами." Женщина быстро вышла и через две минуты вернулась с мужчиной, видимо доктором.
Доктор, ничего не говоря, посветил ему в глаза маленьким фонариком и только после этого представился: "Меня зовут доктор Смит. Я невролог и Ваш лечащий доктор. Вы помните, как Вас зовут и что с Вами произошло?"
- Меня зовут Стивен Сакс. Я ехал на своем автомобиле от друзей довольно поздно вечером. Кажется, собиралась гроза. Ветер крепчал. Пожалуй, это все что я помню, - Стивен попытался вспомнить, что было после, но память дальше не пускала. Что было до этой поездки, он помнил ясно и четко.
Он помнил, что они собрались у Эммы. Их было четверо. Эмма приготовила прекрасный ужин. Стэйки ей всегда удавались. Кровавые, как он любил. Они выпили пару бутылок бордо. Он помнил, что они говорили о работе - они работали все в одной компании, занимающейся ставками на спортивные состязания. Еще они говорили о том, кто как собирается провести праздники - близилось Рождество. Эмма, конечно же, рассчитывала поехать вместе с ним к ее родителям, чтобы, наконец, познакомить их. Ему такая перспектива была не очень по душе, но он уже смирился со своим будущим.
Несмотря на уговоры Эммы, он решил поехать ночевать к себе - утром надо было ехать встречать Майкла в аэропорт. А из дома в аэропорт добираться было гораздо ближе. Майкл - младший брат Стивена - приезжал к нему на каникулы, решив повидать брата, да и заодно воспользоваться пустующей квартирой во время поездки Стивена к родителям Эммы.
Стивен был счастливым обладателем Porsche 911. Он любил скорость, любил свою машину, любил проводить время за рулем. В юности он мечтал стать гонщиком, но в результате стал аналитиком, специализирующимся на спортивных состязаниях. Стивен успокаивал себя тем, что он все-таки связан со спортом. Да и перспектива стать младшим партнером в будущем году не могла не радовать.
Вот в принципе всё, что мог бы рассказать о себе Стивен Сакс. Достаточно для того, чтобы убедить доктора Смита, что он в своем уме и доброй памяти. Доктор остался удовлетворен ответом Стивена, и в свою очередь, дополнил его рассказ о том вечере. Оказывается, тот вечер был уже неделю назад. Когда он возвращался от Эммы, на его машину из-за сильного ветра упало дерево, сорвав при этом провода электролиний. Дерево буквально раздавило машину, но сильных внешних повреждений у Стивена не было. Следов удара током на его теле тоже не было обнаружено. Однако, в результате сильного удара, у Стивена была травма головы, и поврежден зрительный нерв. По всей видимости, Стивен останется слеп на всю жизнь.
Услышав такой вердикт, Стивен улыбнулся доктору: "Но я же всё вижу. Немного странно и не так как до этого, но я всё вижу". На лице доктора Смита появилась усталая улыбка - значит, не только зрительный нерв затронут, видимо мозг поврежден гораздо сильнее, чем им казалось сначала.
Доктор медленно и членораздельно произнес: "Как только я вошел к Вам в палату, я провел простую пробу реакций зрачков на свет. Реакция отсутствует. Вы слепы"
Стивен не знал, как реагировать на такое заявление. Он же видел доктора Смита и медсестру, и палату со всей обстановкой. Тогда Стивен решил убедить доктора, описав все, что он видел, начав с самого доктора Смита: "Вы - мужчина около 50 лет, волосы густые с сединой, на вас очки, халат, галстук красный с синими полосками. В палате кроме вас находится женщина в белом халате, лет 40. Окна в палате занавешены. Есть телевизор. Рядом с кроватью какие-то приборы"
Рассказ Стивена удивил доктора и вызвал сомнения. Он еще раз проверил реакцию зрачков. Она осталось той же. Тогда доктор спросил:
- Ну, раз вы все видите, что же не так у вас с глазами? Вы сами сказали это в начале нашей беседы.
- Вы знаете, доктор, мне трудно описать вам, что не так с глазами. Что-то не так, я вижу не так, как раньше. Как будто то, что я вижу - оно не перед глазами, оно где-то в голове. Да и со слухом у меня кажется беда - я прекрасно вас слышу, но помимо обычных звуков, я слышу множество каких-то шумов, в голове как будто звучит тихая музыка, я слышу даже какой-то ритм.
- Всё это довольно странно. Видимо, у вас произошли какие-то нарушения в областях мозга, отвечающих за зрение и слух. Надо дополнительно вас исследовать, - сказав это, доктор удалился.
Медсестра подошла к Стивену, поправила постель, потом прошла к окну и раздвинула шторы. В голове Стивена раздался гул, но довольно мелодичный. По мере того, как в палату проникали сумерки, гул в голове становился все тише. Стивен был предоставлен сам себе и своим мыслям о том, что произошло, и почему к нему до сих пор не пришла Эмма. Телефоном ему пользоваться не разрешили, поэтому в следующий раз, когда в палату вошла медсестра - она принесла ужин, Стивен спросил ее, интересовался ли его состоянием кто-нибудь. Медсестра ответила, что сразу после аварии в больнице дежурило несколько его друзей и девушка. Когда состояние стабилизировалось, все успокоились и разошлись. Его девушка звонит каждый день и справляется о его состоянии, она уехала на праздники к родителям, но сегодня узнав о том, что Стивен пришел в себя, сказала, что завтра она вернется. Медсестра так же сказала, к нему каждый день приходят его брат и родители. Оказывается, брат не прилетел на следующее утро после аварии - сначала его рейс отложили из-за грозы, а потом ему и родителям сообщили о несчастье, произошедшем со Стивеном. И они прилетели все вместе.
Эти новости немного успокоили самолюбие Стивена, который начал уже было обижаться на своих друзей и родственников.
На следующий день Стивену не дали спокойно отлеживаться в постели, привыкая к новым ощущениям. Ему предстояло пройти все возможные в этой больнице исследования и анализы. Медсестры и врачи произносили множество аббревиатур, перевозя его из комнаты в комнату. Самыми неприятными оказались процедуры по проверке зрения. Для него они были очень мучительными, потому как сопровождались различными шумовыми эффектами в его голове. Звуки были в основном резкие и негармоничные. Проверяли и слух, тоже звуками разной частоты, в основном каким-то писком. После нескольких часов таких исследований голова Стивена была готова взорваться, любой раздражитель воспринимался его мозгом, как пытка. Наконец-то, врачи отстали от него, отпустив его в палату. Там его уже дожидалась Эмма.
C Эммой они решили прогуляться по больничным коридорам, потому что Стивену ужасно надоело передвигаться в кресле-каталке - врачи не разрешали ему ходить. И тут Стивен подвергся очередному испытанию - оказалось, что все, что он видит, во время движения становится каким-то ненадежным, временами какие-то предметы, стены, пространство исчезали. Как будто кто-то время от времени выключал свет. Стивен понял, чтобы передвигаться самому, ему надо привыкнуть к этой зыбкой реальности, которую он видит сразу в мозгу.
Эмма много суетилась вокруг него, расспрашивала, удивлялась, хлопотала. Стивен довольно быстро устал от этой суеты и болтовни. Ему захотелось обратно в палату, в сумрак, в тишину, и он выпроводил Эмму.
Обследования продолжались несколько недель, несколько раз по поводу случая Стивена собирались консилиумы, но врачи так и не смогли сойтись во мнении по поводу диагноза.
Стивена регулярно посещали друзья и родственники, все приходившие в первый раз пытались утешить и подбодрить его, но потом оказывалось, что Стивен вовсе не инвалид и довольно хорошо видит и успешно ориентируется в пространстве.
Постепенно все исследования сошли на нет. Врачи вынесли вердикт "слепота" и не захотели разбираться в том, что и почему видит Стивен. Слишком это все выходило за рамки обычной медицины и науки. Если Стивен стал экстрасенсом, то врачи от этого точно не лечат.
Стивена перевели в отделение реабилитации. В первый же день там, он увидел ее, и в его голове раздался мелодичный звон колокольчиков, как будто фея из мультфильма взмахнула волшебной палочкой. Он не мог игнорировать такой явный сигнал и подошел к ней познакомиться.
- Здравствуйте, меня зовут Стивен. Все говорят, что я слепой, но я вижу. Кажется, я делаю это ушами. Например, когда я сейчас вас увидел, у меня в голове заговорила фея Динь-Динь. Я решил, что мне надо с вами обязательно познакомится.
- Я - Лиза, - представилась, улыбаясь, девушка. И в ту же минуту ее легкие пальцы пробежали у него по лицу.
Стивен первый раз так близко столкнулся со слепым человеком, первым его желанием было отдернуть лицо, но он вовремя взял себя в руки и позволил Лизе закончить быстрый осмотр.
- Я тоже вижу ушами. Я музыкант, - сказала Лиза
- Нет, вы меня не поняли, я на самом деле все вижу. Только не глазами. Все, что я вижу, сразу возникает в голове и сопровождается разными звуками. Если хотите, я могу вам рассказать, как вы выглядите. - Лиза смотрела как бы мимо Стивена, и поэтому ее кокетливая смущенная улыбка выглядела несколько рассеянно.
- Вы совсем молоденькая девушка, лет 20, вы невысокого роста, у вас темные довольно длинные волосы и прекрасные черные глаза. Они абсолютно черные, они завораживают меня.
- Вы меня пугаете. Вы зрячий, тогда, что вы здесь делаете? - Лиза продолжала разговор в игривой манере.
- Врачи не считают меня зрячим. Они не знают, как я вижу. Они говорят, что я - аномальное явление.
Они долго разговаривали в этот день. В основном Стивен описывал ей свои ощущения:
- Я вижу иногда все очень четко и ярко, все краски насыщенные, как будто на фотографии с высокой контрастностью. Иногда я вижу все как в тумане, все зыбко и неопределенно, в любой момент может исчезнуть. Но всегда я вижу картинку уже в голове, а не перед глазами и я ее как бы слышу, а не вижу. Я воспринимаю всё через звуки.
Лиза же сначала никак не могла поверить Стивену, но принимала его игру. Ей было приятно внимание зрячего симпатичного мужчины. То, что он симпатичный она определила своими маленькими проворными пальчиками очень быстро. У нее никогда не было настоящего романа, а она всей душой хотела влюбиться и была к этому готова. Так что ухаживания Стивена легли на благодатную почву, и в следующий раз Лиза шла в реабилитационный центр, в котором она помогала работать с ослепшими людьми, с трепещущим сердцем, она очень хотела снова побыть со Стивеном. И они снова встретились, опять просидели вместе все время, разговаривая о способностях Стивена, в которые Лиза уже начала верить - она навела о нем справки. Разговаривали они и о самой Лизе. Она рассказала ему о себе все-все, впрочем, не так много произошло в жизни двадцатилетней слепой девушки. Лиза была музыкантом - играла на пианино и преподавала музыку слепым.
Они стали встречаться почти каждый день в реабилитационном центре. Было очевидно, что Лиза без ума от Стивена. Ему это очень льстило. Ему нравилось общаться с этой милой наивной девушкой. Тем более, что у них была общая тема, которая занимала его все больше и больше - музыка. В один прекрасный день Лиза предложила ему:
- А почему бы тебе не начать учиться играть? Раз ты живешь в мире звуков, тебе будет легко понять, как обращаться с музыкой. Ты сможешь научиться выражать свои чувства, а может, ты сможешь записывать то, что слышишь. Тогда люди узнают, как выглядит мир, в котором ты живешь.
Стивен согласился, хотя ему казалось странным начать учиться музыке, будучи уже мужчиной за 30. Но сначала он решил не ставить никакой конкретной цели перед собой. Просто музыка была чем-то общим для него и Лизы, а ему было приятно проводить с ней время и очень хотелось стать ей ближе. Тем более, на работу Стивену можно было не торопиться возвращаться - контора объявила о банкротстве, и Стивен был чрезвычайно рад, что не успел стать младшим партнером, как собирался.
Эмма же довольно быстро нашла работу, ее устроил к себе в фирму один из их общих друзей - Джордж, он тоже был у Эммы в тот злополучный вечер. Новая работа требовала от Эммы все ее время, и до больницы она добиралась все реже и реже. Так постепенно Стивен утратил статус Эмминого жениха. В один прекрасный день ему пришлось констатировать этот факт. Стивен чувствовал приближение финального разговора с Эммой и решил сам форсировать события, решив проявить мужскую гордость:
- Ты знаешь, я здесь кое с кем познакомился. Я люблю эту девушку. Мне кажется, тебе надо перестать приходить ко мне. После этого короткого и категоричного монолога, на лице Эммы можно было прочитать облегчение, недоумение и одновременно досаду и злость. Она выбежала из палаты, ни сказав Стивену ни слова.
Весной Стивена наконец-то выписали из больницы. К этому времени он уже довольно сносно играл на фортепьяно и даже начал пробовать играть ту музыку, которую он слышал сам. Как учитель, Лиза была рада, что у нее появился ученик, который схватывает все налету и так хорошо понимает ее. Как женщина, она пребывала в состоянии абсолютного счастья - у нее был любимый мужчина. У нее был самый необычный мужчина. То, что Стивен испытывал к Лизе вряд ли можно было назвать страстной любовью. У них был общий любимый предмет - музыка - он был страстно ей увлечен. Кроме этого Стивен испытывал нежность к Лизе, какую обычно люди испытывают к котятам или другим маленьким и пушистым животным. Еще ему нравилось, как Лиза относится к нему, ее восхищение и обожание и забота. Лиза заботилась о Стивене так, как будто это она могла видеть, а Стивен был абсолютно беспомощным. Лиза не чувствовала, что Стивен старше ее, да и он сам этого не чувствовал.
Через пару месяцев они стали жить вместе в квартире у Стивена. Жили они уединенно и скромно - доходы у них были небольшие - Лизины уроки, пособие по инвалидности, да кое-какие накопления Стивена. Но они были увлечены музыкой и друг другом, и мало что замечали вокруг. Лиза могла выразить себя только через чужую музыку, сама она музыку не писала. Стивен же творил совершенно волшебную, ни на что не похожую свою музыку. У него выходили восхитительные мелодии. Ему было достаточно посмотреть в детский калейдоскоп и записать то, что он слышал, и получалась неземной красоты мелодия.
Как только они познакомились и Лиза поняла, что Стивен - абсолютно уникальный человек, она твердо решила научить его всему, что знала о музыке сама. Она решила превратить его уникальные способности в гениальный талант композитора.
Со временем Стивен всё больше экспериментировал с визуальными впечатлениями. Он стремился получить как можно больше разных цветовых ощущений и записать то, что он слышит в этот момент. Сидя перед телевизором или разглядывая фотографии, он записывал звучащую в этот момент в его голове музыку. В том, что получалось, иногда было трудно обнаружить очевидную гармонию, но это всегда было что-то завораживающее.
Прошли годы и Стивен прославился как автор музыки для фильмов. Все началось с того, что Лиза решила сделать студийную запись одной мелодии, которая ей нравилась больше всего. Стивен так ее и назвал "К Лизе". Немного амбициозно, да. Но он с возрастом становился все более амбициозен. Потом через десятые руки эта запись попала к одному модному режиссеру, как раз искавшему композитора для своего фильма. Ему был нужен кто-то неординарный, экспериментирующий с музыкой так, как он экспериментировал с кино. Фильм вместе с музыкой удался и был номинирован на "Оскар". Так вскоре о музыке Стивена узнали в кинобизнесе. Он стал модным композитором. Его завалили заказами. Обычно его просили писать такую музыку, которая бы раскрывала глубинные проживания героев в драмах или музыка должна была рассказывать как звучит среда и пространство в фантастических фильмах. Стивену всегда удавалось передать и чувства героев, и напряженность момента и рассказать, как может звучать абсолютная тишина космоса, он мог одной только музыкой выжать из зрителей нужные эмоции.
Все это произошло довольно быстро. Еще несколько лет назад Стивен был обычным человеком с обычной работой и обычными планами на будущее, и вот он - лауреат всевозможных премий от Грэмми до Оскара, обладатель блестящего настоящего и безбедного будущего - переиздания его дисков обеспечили ему небедную старость. А Стивен все так же жил уединенно с Лизой, иногда лишь они путешествовали вдвоем в какие-нибудь прекрасные места.
Однако с годами Стивена все чаще стали беспокоить неприятные симптомы, по всей видимости, связанные с его даром. Все чаще у него болела голова от ярких цветов, особенно от дневного света, его стали раздражать практически все люди, вскоре он стал затворником и мизантропом. Все контакты с миром он стал поддерживать только через Лизу. К ним в дом никто не приходил, никто не помогал Лизе по хозяйству, так что ей пришлось взвалить на себя обязанности продюсера, секретаря, домохозяйки, кухарки, единственной подруги и единственного первого слушателя.
Но эти его симптомы быстро прогрессировали и скоро у него начались вспышки ярости и злобы, он стал недоверчивым и подозрительным. Его отношение к Лизе стало превращаться в раздражение и недовольство всем, чем бы она ни занималась. Однажды за обедом, ему показался подозрительным вкус рыбы. Попробовав один кусочек, он выплюнул его обратно в тарелку:
- Лиза, что за гадость ты сегодня опять приготовила. Я тебе тысячу раз говорил, что я терпеть не могу рыбу. А ты специально продолжаешь ее готовить, только ради удовольствия позлить меня, - он гневно отшвырнул тарелку от себя. - Мне кажется, ты хочешь, чтобы я сошел с ума. Ты специально подстраиваешь все так, чтобы позлить меня. У меня от этого начинает раскалываться голова. Я тебе надоел и ты хочешь, чтобы я быстрее умер. Тебя душит зависть.
У Лизы от несправедливости на глазах закипели слезы:
- Стивен, я первый раз слышу, что ты не любишь рыбу. Ты всегда ее ел. Как ты можешь говорить, что я хочу сжить тебя со свету! Я - самая большая твоя поклонница, ты же знаешь, я боготворю тебя и твою музыку! Как ты можешь так обижать меня?!
- С сегодняшнего дня, мы будем питаться отдельно, прошипел в ответ Стивен, - я буду заказывать еду в ресторанах. Я могу себе это позволить. И я буду благодарен тебе, если ты как можно скорее покинешь этот дом.
Лиза рыдала.
В один прекрасный день Стивен, разозлившись на Лизу за очередной проступок - она вылила в раковину его холодный чай, приказал ей убираться из дома. Лиза не могла поверить своим ушам:
- Стивен, ты сошел с ума, нам надо обратиться к врачу. Как ты будешь жить без меня? А я без тебя? Я хочу жить с тобой до конца своих дней!
- Или моих, - злобно ответил Стивен
Хорошо, что Лиза не могла видеть его глаза и выражение его лица. Она бы без промедления бы собрала вещи и покинула дом. Глаза его были выпучены, левая щека дергалась в нервном тике.
Стивен заперся в своей комнате, там теперь всегда царил мрак. Он не мог смотреть ни на свет, ни на яркие изображения. А Лиза пошла звонить доктору Смиту. Она описала все, что происходило в их доме в последнее время, рассказала, как Стивен ведет себя, чем занимается, как изменились его реакции на свет и цвет. Было решено обследовать его, хотя доктор Смит сомневался в успехе любого медицинского обследования этого уникального человека с непонятными способностями.
Стивен был готов к такому предательству со стороны Лизы. Он готовился к тому, что за ним придут. Он забаррикадировал свою дверь и выкрикивал из-за нее:
- Идите вон из моего дома, не смейте трогать меня и ломать мой дом. Я знаю, что вы задумали, вы хотите убить меня и получить все мои деньги. Но вы ничего не получите! Я все давно завещал моему брату Майклу!
Доктор Смит понял, что Стивен не в себе и уговоры бесполезны, он решил вызывать санитаров на подмогу и ломать дверь.
Выломав дверь, санитары ворвались в темную вонючую комнату - в ней гнили остатки еды, которую доставляли Стивену. В это йкомнате, как загнанный в угол зверь, стоял, сжавшись в пружину Стивен. В руках он держал нож. Но санитары имели большой опыт по нейтрализации буйнопомешанных. Сопротивление было очень быстро сломлено, и Стивен оказался пленен врачами. Они сразу же вкололи ему успокоительное, и он затих. В таком состоянии его привезли в больницу и сразу же отправили на обследование. Первая же томография показала опухоль в головном мозге. Лиза дала согласие на операцию, со Стивеном было бесполезно разговаривать или объяснять ему что-то - он все также находился под действием лекарств.
Для него вызвали лучшего нейрохирурга из другого госпиталя. Его прооперировали, опухоль была успешно удалена, она была небольшой и последствия не должны были оказать какое-то влияние на жизнь Стивена. Но его умственно здоровье должно было выправиться. По крайней мере, все искренне на это надеялись.
Стивен пришел в сознание в палате. Он сразу понял, что он в палате, хотя вокруг была абсолютная темнота. Рядом раздался женский голос:
- Стивен, как ты себя чувствуешь?
- Я в порядке. Только я не понимаю, почему я здесь. Что произошло? И почему так темно вокруг? Включите свет! Кто это говорит? Где я? Где Эмма?
- Эмма, Стивен, почему ты зовешь Эмму? Ты же не видел ее уже много лет. Я – Лиза.
- Я расстался с ней вчера. У нее была вечеринка. Я уехал от нее на машине. Была гроза. Кто это - Лиза? Что случилось? Почему я ничего не вижу?
Тут раздался еще один голос:
- Меня зовут доктор Смит. Я невролог и Ваш лечащий доктор. Вы помните, как Вас зовут и что с Вами произошло?