Историк

  Инна демонстративно раскрыла учебник – посмотреть даты.
  Михаил Иванович, или, как они его звали Историк, проходя мимо, спокойно закрыл учебник. Инна снова открыла, уже с вызовом. Историк на этот раз не подошел, а захлопнул его  указкой, прямо из-за  учительского стола. Сделал это  так же спокойно, не переставая задавать вопросы и не замечая рассерженности Инны.
  Новый учитель истории  был немолод, но энергичен. Крепкий, выше среднего роста, с небольшими, все понимающими  голубыми глазами, он казался давно знакомым человеком, но со всеми держался на деликатном расстоянии. Михаил Иванович был охотником и рыбаком, любил бегать на лыжах и играл в футбол.
  Противостояние Инны и Историка продолжалось месяц. Инна была лучшей ученицей в классе, но вот исторические даты запоминала туго. Новый учитель истории не любил на уроке открытых учебников. Он неустанно повторял, что это совершенно незачем, ибо учебник по истории – не книжка со стихами, которые надо повторять...
  Инне казалось, что Историк ее не любит. Она даже была уверена в этом, хотя он никак не выказывал своего  нерасположения. Наоборот. Ко всем относился уважительно, но совершенно не желая понравиться. Всем он говорил «вы» и выслушивал внимательно даже законченных двоечников.
  Это было странно. В 9 «б» уже сложились отношения с учителями. Они были такими же, как, наверное, везде: преподаватели любили отличников и не жаловали двоечников. Когда впервые Михаил Иванович обратился к самому тупому Вовке Галахову: «Владимир, ответьте мне, пожалуйста...», тот аж покраснел от смущения. Надо же - его за человека посчитали! А класс прямо-таки загоготал. Учитель энергично обвел всех недоуменным взглядом... Лукавил, конечно же. Явно знал, кого спрашивает. Но в классе как-то притихли.
  Новый Историк вообще не вписывался ни в какие  известные 9 «б» рамки. На каждом уроке он спрашивал  абсолютно всех, хотя бы по одному разу. Оценки ставил строго и как-то непонятно. Если ученик на поставленный вопрос начинал пересказывать вызубренный параграф, он тут же усаживал на место и предупреждал, что вынужден будет снизить балл, ибо требуется всего лишь ответ на конкретный вопрос, а не пересказ выученного. Многие не понимали его и обижались.
  В свой кабинет Историк никого  никогда не пускал раньше звонка. Перед дверями лежала сырая тряпка. Михаил Иванович стоял рядом и  после очередного приветствия скороговоркой повторял: «Ноги, не забывайте вытирать ноги!»
  Его кабинет был не только самым чистым и проветренным, но и самым интересным. Михаил Иванович собственноручно смастерил кафедру, в которую вмонтировал магнитофон. Часто на уроках он включал и фильмы. Сам говорил не так много, но интересно. Никому из учеников не приходилось делать  замечаний – все охотно слушали. Любил он задавать вопросы во время объяснения нового материала. Это тоже нравилось не всем. Только развесишь уши, а к тебе с вопросом: «Как вы думаете, для чего собрались в Тегеране главы трех государств?» Или что-то в этом роде. Некоторые сильно сердились, а Марс Шафиуллин как-то нагрубил: «Я не знаю, зачем они там собрались!.. Я там не был». Михаил Иванович тут же спросил  Ольгу Шаповалову. В классе считали ее средненькой ученицей. Та ответила: «Я думаю, для переговоров». Учитель  энергично повернулся к Марсу: «Ольга знает, хотя и не была там». Марс тихонько что-то пробурчал себе  под нос и слегка покраснел.
  Так вот Инна считала, что Историк ее не любит. И когда ее мама отправилась на родительское собрание, то девочка была уверена, что учитель не преминет пожаловаться на нее...
  Мама вернулась из школы веселая и довольная. Ей было уже не стыдно за дочку. Та из отстающей и «трудной»  за два года сумела стать звездой не только в классе, но и во всей параллели.
- У вас, оказывается, новый историк, - сказала мама, усаживаясь ужинать.
- Да. И что он? – Инна пододвинула тарелку ближе к матери.
- Сказал: ты – талантливая девочка, - ответила мама, откусывая хлеб.
- Да-а? – недоверчиво спросила Инна.
- А что? – мама принялась за селедку.
- Странно...
- Почему странно? – спросила мама, налегая на рыбу.
- Да так, - Инна довольно ухмыльнулась.


   На уроках Инна больше не стала назло  учителю открывать учебник. А даты, что любопытно, стала запоминать намного лучше.
  ''Инна, вы очень мыслящее существо, '' -  вскоре объявил в классе Михаил Иванович.
   

   Экзамена по истории при поступлении в университет девочка не боялась вовсе.
  «Такого хорошего ответа в этом году я еще не слышал», - уважительно глядя на Инну, сказал седовласый высокий профессор истории. Он зашел в аудиторию, где сдавали экзамен абитуриенты, по своим делам да и задержался, услышав Инну. А той несказанно повезло – попала реформа Столыпина, которую она больше всего знала.
- В какой школе вы учились, у какого учителя? – спросил профессор.
Инна назвала.
- Странно, почему я не знаю его, - профессор присел.
- Он всего лишь два года в Перми.
- Значит, еще услышу, - профессор поднялся со стула. Уже в дверях он оглянулся на девушку. – Надеюсь, до встречи в университете.
- Спасибо, - Инна благодарно улыбнулась в ответ.
Девушка поступила в университет именно туда, куда хотела – на исторический факультет.
Каждый раз, когда Инна получала по истории очередной «автомат», с теплотой вспоминала Михаила Ивановича.
   С учителем она виделась редко и то случайно. Но ко всем праздникам девушка непременно опускала в его почтовый ящик открытку. Это были не просто благодарность и вежливость. Можно сказать, это  было священнодействие. Инна долго выбирала открытку, писала текст сначала на черновике, следила, чтоб не было повторений с предыдущим поздравлением…
Инна иногда общалась с женой Историка – немолодой, больной женщиной. Та охотно разговаривала с бывшей ученицей мужа.
 … Инна успешно закончила университет, стала преподавать в школе, вышла замуж.
   Однажды она шла с работы и на «блошином рынке» возле своего дома, увидела Михаила Ивановича. Учитель в поношенной фуфайке… торговал речной  рыбой. Инна растерялась. Подойти и купить рыбу она почему-то стеснялась, а пройти мимо, лишь поздоровавшись, не могла… Выручили подошедшие покупатели рыбы. Инна растерянно улыбнулась Михаилу Ивановичу и прошла.
   Весь вечер она не находила себе места. Историк бедствует? Или не считает зазорным продать лишний улов?..
   На следующий день Инна рассказала об этой встрече родственникам.
- На учительскую пенсию не проживешь, - интеллигентно вздохнул дядя.
- Михаил Иванович, как вышел на пенсию, сразу из школы ушел. – вступила в разговор тетя. – Сказал, что надо уступать дорогу молодым. А жить-то надо, да и жена у него больная - вот и продает рыбу.
  Много лет рыбачил Михаил Иванович. Круглый год пропадал на реке. Там и погиб. То ли сердце не выдержало, то ли чья-то злобная рука поднялась на старого учителя, - неизвестно.
 


Рецензии
Ирина, учителя и ученики для меня большая тема. Наш класс (на Урале) был очень дружен и после окончания школы. Когда приезжал на родину и встречался с одноклассниками, то рассказывали, как в трудные девяностые наши учителя бедствовали и искали утешение у своих бывших учеников. Это было тяжело для обеих сторон.
Наша всеобщая школьная учительница, учительница литературы и русского, личность потрясающей духовной красоты, была сражена ранней онкологией.
Об есть в "Школьном вальсе", но это роман на 300 страниц. не одолеть.
Всего доброго и спасибо за рассказ, всколыхнувший мою память

Александр Ведров   15.04.2015 05:42     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.