Номо Sapiens!

Ты, паря, не егози. Прежде чем судить, надо или знать или думать.
Садись, послушай.

Их дом был почти в центре деревни.
 Во всяком случае, вблизи всех стратегических центров, где можно было найти разовую работу.
 
Железнодорожная станция, завод, засолка, необъятные склады РайПО и конечно ПэМэКа.

ПэМэКовская шарашка ценилась всегда, и всегда обоюдно. Пришли вагоны, а разгружать некому, пока то, да се, а тариф за простой - щелкает. Вот и бывало почти всегда так, еще вагон подают, а гонец уже бежит к бичам за помощью.
 
Дом им достался по наследству, от не проснувшегося после возлияния попутчика по «дну».
 Нельзя сказать, что они не дорожили своим жилищем. В «залах и горницах» было относительно чисто, видавшие виды постельные принадлежности не крахмалены, но достаточно свежи, если, конечно, на них не спал не успевший снять сапоги житель. В окнах были стекла, печка немного поддымливала, так то не от неумения, а от занятости.
У них даже огород был, заросший бурьяном правда, но картошку они копали.

 Погрузка - выгрузка, отнести – принести была их основной работой. Иногда, при очень уж стесненных обстоятельствах их можно было увидеть на людских огородах. Они работали за жидкую, давно определенную «валюту». Да и получая деньги, они сразу конвертировали их в более надежную и привычную водку.

Вот скажешь ты, что бичи они и есть бичи, и место им выше грузчика не положено.

А-а-ааа..., браток, не скажи.

 БИЧ - это Бывший Интеллигентный Человек.

Это сейчас их величают по паспорту – БОМЖ - Без Определенного Места Жительства, как-то не звучно и без упоминания имени – Человек.
Отсюда и потребность в нем только временная, так как на долговременной работе он не удержится, да и сам не хочет.

 А потребность бывает больш-а-я, я тебе скажу.
 Того же Николаху возьми, другой раз по три дня ждет его главный инженер с завода. Если когда на заводе выпадает очень уж серьезная, фасонистая деталька для изготовления - идут к Николаю.
. Николаха пока не спился, был классным станочником. А для спеца главное вдохновение. Можно, конечно, и так сделать. По нимбам, да по нониусам, но - лучше, чем во вдохновении, в полете рабочего экстаза, не сде-е-лаешь
. Не-ет, не сделаешь!
 Вот и сидел инженер по переменке с мастерами ждал, когда у Николахи перестанут трястись руки. После излечения садил его в УАЗик, брал бутылку коньяка, хорошую закуску и вез его на рабочее место.
 Там Николаха осматривался, приноравливался к работе и, немного покуражившись, приступал к исполнению.
Не поверишь, возле него стояли человек пять начальников, любуясь его работой, а может, подсматривали, чтобы потом плагиатом заняться. Да разве вдохнове-е-ние, поле-е-т можно украсть?
 А он, в кураже, плескал на донышко коньяка, вдыхал его и, бросив в рот скибочку лимончика в цедре, продолжал.
 Инженер этого выносить не мог, плевался громко, ругался матом на Николаху и с клятвами больше не обращаться за помощью к Николахе уходил. Как бы то ни было, но работа была всегда сделана отлично и Николаху на том же УАЗе отвозили домой, с гонораром в три-пять бутылок коньяка.

А вот еще случай был с тем же Николахой.
Не вру - вот тебе крест.
Как-то выхватил инженер Николаху у водки в очередной раз. Надо было зубья нарезать на венце от экскаватора. Экскаватор огромный, карьерный. Вскрышу делал на угольном разрезе. Выкрошились на поворотном венце шесть зубьев. Все - встал экскаватор. А зубья там, что моя рука, огромные. Ну, что? Привезли Николаху, показывают.

- Сделаешь? - спрашивают. Срочно, брат, нужно сделать.

Походил Николаха вокруг, позаглядовал. А там венец килограмм четыреста, если не больше.

-Сделаю – говорит. Только мне нужен сварщик хороший, столяр и топчан мне сюда принесите. В понедельник вечером готово будет. А дело в пятницу.

- А за работу что возьмешь?

-Короче так. Сейчас две бутылки «коняшки» с закусочкой, я ж не один буду, а когда сделаю, еще три и две плитки шоколада. Как? Не много загнул?

- Да ты что, милый? Пойдет, мы тебе и пять бутылок привезем.

- Ну и лады! По рукам.

Первым Николахе понадобился столяр. Сделал он ему перед станком такой верстачок ровненький. Выставили они его параллельно столу фрезерному и десяток клиньев выстругали из досок.
Водрузил на станок Николаха поврежденную часть венца, а остальное на верстачок, на клинышки, чтобы станок не перекинулся от такого противовеса. Фрезерует Николаха поврежденные зубья «как чисто»*, клинышки подбивает потихоньку, чтобы не было большого перекосу и обработал все, подготовил венец к другой операции.


Просверлил в тело венца, на месте зубьев отверстия, в которые забил кувалдой штифты железные. Получилось, что на месте каждого зуба торчат штифты, как пальцы растопыренные. Вот и сварщику работа. Варит он с вставками, шов за швом тело зуба наращивает, а Николаха дернул полстакана и спать лег на топчанчике. К утру готова работа, переходи к следущей.

Пошел Николаха в заточку и, пока венец был горячий, смастерил из обыкновенной фрезы инструмент режущий, да такой, что точно копирует межзубцовую впадину. Главное эвольвенту выдержал. И пошел, пошел этим инстрУментом корявые зубья охаживать.
Подбивает клинышки и, зуб за зубом обрабатывает.

В понедельник вокруг него толпа стоит, смотрят, что Николаха выкамаривает. А тот только лыбится.

Вот и заказчики с карьера приехали. Смотрят на завершение работы.

- Все, голуби, принимайте железяку.

Принялись они проверять работу. Все проверяют, зубомерами, штангелями щелкают. Параллельность зубьев исследуют. Все как надо, не придерешься, отлично работа сделана. Сами не верят, как так на таком оборудовании, можно такую работу выполнить.

- Молодец, Николай, выручил.

- Да ладно, где там у вас, жабры что-то подсыхать начали.

- О! Да конечно. Вот как договорено.

Вытаскивают три бутылки коньяка.

- Вот.

- А шоколадки где? Договор, какой был?

- Возьми деньги на шоколадки, магазин-то сейчас закрыт. Завтра сам купишь.

- Э…, голуби, я и седня мог бы их купить, мне б и в долг бы дали, если что, но уговор-то у нас был какой, или не помните?

Посмотрели на Николаху как на пугало, не то что удивились, больше осерчали.

- Ты, холоп, говори, да не заговаривайся, бери деньги, пойло и проваливай.

-Да нет, голуби, давайте миром. Вы завтра сами шоколадки купите и принесете вместе с пойлом, а я здесь, на топчанчике посплю, вас дожидаться буду. Как бы не спер кто деталюшку вашу.

Вот же сучий потрох! Не будешь же сейчас с ним драться при народишке. Ладно, думают, мы тебя завтра по утречку выпихнем.

Приходят утром. Глядь! Нет венца!

- Где венец?

- Как где, что нету? Ай, кто-то украл. Проспал, как есть проспал. Принесли шоколадки?
Если принесли, я найду вора, лазил тут один, наверное, он спер.

Кипит начальство. Какой-то бичара над ними издевается.

 -Под суд пойдешь!

-Шоколадки где?

- Идите, Анатолий Владимирович, вызывайте участкового. Пусть он ему покажет кузькину мать.

- А ты, голубь, пока мент не пришел посмотри на это. Выбросил вперед руку, Николаха, и ударил другой рукой чуть выше локтя.

- Вот тебе!

Ну, пришел участковый, попытал Николаху, где венец – не знаю, где венец - не знаю.
Обшарили все вокруг – нет венца. Отвезли Николаху в КПЗ. Посидел там три дня, да и выгнали.
 А венец нашли лет через семь. Он его краном, здесь же в цеху, на крышу координатки** поставил.

Скажешь - а почему его на заводе не оставляли?- а кто ж его терпеть будет, если он в месяц двадцать дней выпивший? Пьяница он и бич.

Как-то мастер ПэМэКа, несколько заносчивая, по причине высшего образования особа, попрекнул Николаху в скотском пристрастии к алкоголю, на что тот, ничуть не смутившись, ответствовал:

- Ты, голубь, пьяницей никогда не будешь.

Особа, оторопевши, возмутилась, дескать, как так, я с высшим образованием и не смогу быть пьяницей. Он может, а я не смогу.

- Что же мне помешает, если захочу?

- Да тебе, голубь, никто бутылку не поставит.

- Почему не поставит?

-Да ты, голуба, делать руками ничего не можешь, только языком чешешь. А ты что – артист? Это только артистам за язык подвешенный деньги положены, а тебе и бутылку не дадут.

Поверженный такой логикой борец за трезвый образ жизни, с возгласом: «Бичва!» поспешил ретироваться, дабы не быть уличенным, в чем-либо большем, о чем он и не подозревал.

А Петро, Петр Николаевич чего стоит? Ладно, там Ромка – перекати поле, а Петр Николаевич голова.
 Где он только не работал.
 И посты занимал высокие, и учителем английского языка в школе был, пока , хлебнув на переменке,он не попутал английский с русской литературой или историей и не начал шпарить раскрывшим в интересе рот пацанам о величии Слова о полку Игореве.
 А на ту беду, заинтересованный не привычной тишиной, в класс заглянул директор.

Ну что? Лишили Петра Николаевича интеллигентности.

Лишить-то лишили, но интеллигентами в деревне почти все стали через его голову.
Петр Николаевич когда-то закончил с отличием политэн и махом, за сутки - двое разбирался в разных там сопроматах и начерталках, термехах и политэкономиях для грызших гранит науки будущих представителей элиты. А так как соискателей было достаточно, то и мзда частенько выставлялась для всех страждущих.

О тож...

А как сгорели они, не стало хватать чего-то в деревне. Бичи были, а вспоминают часто. А сгорели-то по дурному, отрезали их электрики от света, а они по пьянке лампу перевернули. Все трое и сгорели живьем.
Всем миром их и похоронили в одной могилке.



 * "как чисто" - термин в металообработке, означающий обработку до неповрежденного металла.
 **координатка - специальное, отдельное помещение, как правило внутри цеха,для установки особо точного координатно-расточного станка.


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.