Пить надо меньше

       




       Умер Степан Жариков - технолог гальванического цеха львовского завода «Полярон». Умер в командировке в Москве.

       Одинокий сорокалетний мужичек, маленький, худенький, тихий и спокойный, страдающий букетом возрастных болячек. Вот одна из них его и доконала вдали от родного дома. Заводской комитет долго решал, как забрать бедолагу из Москвы и как похоронить. Ну, похоронить еще куда ни шло, а вот доставить во Львов тело??? Кто поедет? Тот боится покойников, этот вообще не представляет куда ходить и как это все оформлять... Короче, все отказались ехать. И тогда начальник цеха принял волевое решение – послать за Жариковым двух рабочих Егорова и Оноприенко, все одно – бездельники и пьянь и потерь от их отсутствия будет не много. Сказано, сделано.

       Выдали командировочные, суточные и еще на расходы по перевозке тела. Объяснили куда идти и к кому обращаться, подписали сопроводительные письма в Моссовет, в милицию, похоронное бюро. Выезжать нужно было вечерним поездом.

       Приятели обрадовались возможности сорваться с работы на неопределенное время с кучей денег. Первое, что они сделалали, купили два билета в общем вагоне, решив разницу между билетом купейным и общим пропить. Пили всю ночь и еще пол следующего дня. В Москве пересчитали оставшиеся от «путешествия» деньги и поняли, что платить за услуги по перевозке тела, нечем. Почесали рожи, купили пива и долго молчали, как-будто размышляли над создавшейся ситуацией. А размышлять было над чем : ну, там справки, свидетельства - это копейки, а гроб, а костюм несчастному Жарикову? Ёй, а билеты обратные.

       Расстроились приятели жутко, но нет на земле более изощренного народа, чем русские, некоторые из них абсолютно серьезно считали, что блоху подковали исключительно по той причине, что остальной металл продали и пропили, а из остатков...блохе подкову пристроили.

       Моссовет обработали за час, милицию за две бутылки водки, свидетельство о смерти за одну бутылку. Осталось оплатить гроб, купить костюм, забрать тело... и... Денег осталось только на обратный путь и костюм.

       Решение было удивительное по своей простоте. Приятели купили костюм черный, туфли дешевые черные и двинулись в морг. Вышел мужик с такой синей рожей, что они решили, уж не покойник ли? Протянули ему документы, одежду .

       - А гроб?, тоскливо пропел «покойник». Гроб где???

       Егоров и Оноприенко гордо протянули две бутылки водки и сказали:

       - Гроб там, за углом в машине. Ты нам отдай покойничка, а мы его сами донесем и пристроим бедолагу на вечный сон. Понимаешь, друган это наш.
И растирая воображаемые слезы по небритым щекам, вытащили из кармана еще одну бутылку:

       - Помянем???

«Покойник» долго пытался навести резкость на чудаков, которые сами будут тащить труп, но на бутылку резкость навелась моментально. Выпили, «покойник» приодел труп и велел быстро, быстро забирать, чтобы кто-нибудь не увидел. Приятели схватили под мышки тяжеленного Жарикова, надели на его голову шляпу с широкими полями , вытащили на улицу. Остановили такси, заволокли «пьяного товарища» в салон, извинились перед водителем за запах и состояние друга, объяслили – пьян до безсознания. Приехали на вокзал, купили три билета в купейном вагоне. Проводница даже не удивилась этой странной компании, понимая, что через час после отхода поезда и те двое тоже будут в таком же невменяемом состоянии. Воняет только очень, зараза, постель изгадит.

       Труп уложили на верхнюю полку, сложили руки на груди и чтобы не разъезжались от тряски, придавили портфелем, куда предусмотрительно положили кирпич. Шляпой прикрыли желтую физиономию Жарикова. Сели, гордо посмотрели друг на друга, осознавая, как здорово и легко у них все получилось, вытащили остатки денег, пересчитали и поняли, если не брать постельное белье, то у них еще остается достаточно денег, чтобы красиво посидеть за столиком вагона-ресторана вкусно поесть под хорошую бутылочку водочки и пару бутылочек пива. Да, такое удачное мероприятие нужно обмыть.

       Через час на одной из станций в купе вошел еще один пассажир. Осмотрелся. На верхней полке спал мужчина, внизу полка была свободна. На ней пассажир и разместился. Сидор Иванович ехал в командировку. День выдался просто бешенный – горел план на стройке, опять поступили бракованные панели, сдавали приемной комиссии очередной дом, а тут еще эта командировка... Но вот он в купе, дорога длинная, попутчик на верхней полке спит, остальных соседей нет. Тихо и спокойно. Сидор Иванович достал из чемоданчика бутерброды с колбасой и салом, огурчики, пару яиц и пол-литровочку, аккуратно протер салфеткой стоящий на столике стакан и потирая ладошки, был весь в предвкушении трапезы.

       Внезапно с верхней полки прямо на колени Сидору Ивановичу рухнул тяжеленный портфель и так врезал по коленкам, что искры посыпались из глаз. Сидор Иванович громко завыл, разразился пятиэтажным матом, выговаривая пассажиру с верхней полки притензии и угрозы. Тот не реагировал. Тогда Сидор Иванович встал и положил портфель на прежнее место – на грудь Жарикова. Чертыхнулся еще пару раз и принялся за бутерброды под водочку.

       Не прошло и десяти минут, как при очередном толчке поезда, портфель вновь рухнул на сей раз прямо на середину стола, в дребезги разбив бутылку водки и разбрызгав помидоры по лицу и костюму Сидора Ивановича. Выдержка покинула его, схватив портфель он с силой швырнул его на верхнюю полку. Пассажир на верхней полке, по известной причине не издал ни звука.

       Прошло пол-часа. Сидор Иванович допил и закусил тем, что удалось спасти, сел и уставился в окно. При очередном торможении вагона, с верхней полки свесилась рука. Сидор Иванович уже приготовился высказать свое возмущение, как взгляд его остановился на пальцах и ногтях этой руки. Они были совершенно желтого цвета, да и рука тоже. Сидор Иванович встал, пристально смотрел на Жарикова, потом приподнял шляпу и...ужас охватил его, холодный пот выступил на лице, свело спазмом живот. Он понял, что бросив на полку тяжелый портфель, убил человека. Перед глазами всплыли: милиция, суд, тюрьма, каторга. Что делать? Придя в себя через пару минут, он в первую очередь закрыл дверь, ведь в любую минуту могут прийти остальные попутчики и... тогда хана. Дрожащими от страха и ужаса руками открыл окно, невероятными усилиями протолкнул в него труп, затем портфель, шляпу. Такими же трясущимися руками закрыл окно, открыл дверь, быстро расстелил постель, разделся, лег и накрылся одеялом с головой, бесперестанно стуча от страха зубами.

       Егоров и Оноприенко сидели в вагоне-ресторане до самого его закрытия, то есть до часу ночи. Ели не много, зато пили очень много и все обсуждали, как удачно они провернули свою командировку, вспоминая детали и запивая их очередной рюмкой водки. В купе пришли за полночь. На нижней полке кто-то спал накрывшись с головой, на верхней никого не было... «Пить надо меньше», мелькнуло в голове.

 Отрезвев в одну минуту они стянули одеяло с Сидора Ивановича и сдавленным голосом спросили:

       - А где тот - с верхней полки????

       - Да, вышел на предыдущей станции...

P.S

       
Суд был закрытым. Судили всех троих по разным статьям.



       Зина Ермакова

       Дюссельдорф

       08.2008 г.


Рецензии
Добрый вечер, Зина.

Зачем удалять. Вы же этот рассказ писали не для того.
И не Ваша печаль, что кто-то изобрел второй велосипед. По свету ходит не мало подобных историй и ясно, что никто ни у кого домашнее задание не списывал.
http://www.proza.ru/2013/03/25/1942
С пожеланием удачи,

Александр Васильевич Стародубцев   09.04.2013 20:36     Заявить о нарушении
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.