Приключения Ильяса Фрикадельевича М

Людмила Канашева
      
       Ильяс Фрикадельевич М. сидел на широком, холодном крыльце своего загородного дома и задумчиво грыз ногти. С некоторых пор это стало его ежевечерним ритуалом. Каждый небольшой кусочек отгрызанного ногтя он смачно сплевывал на аккуратный зеленый газон, начинавшийся сразу за первой ступенькой крыльца.
В перерывах он рассеяно глядел на кусок красного, закатного неба и с тревогой думал о будущем.
       Покончив с ногтями на левой руке, он привстал, осторожно пошарил за спиной и вытащил оттуда кончик серого с кисточкой на конце хвоста и в очередной раз всхлипнул.
« Что же все-таки с этим делать?» - уныло подумал он и, взяв привычно ножницы, осторожно подстриг черную кисточку на кончике хвоста. Было не больно. Но все же он никак не мог к этому привыкнуть, хотя это уже продолжалось четыре месяца.
       Да-да, именно в апреле у него появился этот ужасный хвост. И рос он с поразительной быстротой, всего за три месяца вырос на метр.
       А началось так обыденно. В марте его стал мучить зуд и он целый месяц лечился сначала от сахарного диабета, а потом от гемороя. Но ни примочки, ни припарки, ни самые дорогие импортные мази, таблетки и капельницы не помогли. Лечился он в соседнем городе, инкогнито, так как не хотел, чтобы о его болезни знали знакомые и друзья. Он не допускал такого развития событий, так как работал в небольшом банке в городе Фигассе на должности начальника аналитического отдела. И частенько, уехав с работы, якобы в командировку, он посещал разные медцентры .
       Но уже через месяц лечения доктор на очередном осмотре тихо ойкнув, сказал, что ему надо пригласить еще одного коллегу. Теперь уже два доктора, вооружившись огромными металлическими инструментами, осматривали Ильяса Фрикадельевича, и тихонько охали. У М. затряслись ноги, почуяв неладное, и он взволнованно вскрикнул:
-Ну, что там?
-Понимаете, Ильяс Фрикадельевич, это ничего страшного, такие случаи часто бывают. Но Вам необходима операция. Давайте через недельку подъезжайте и все сделаем,- сказал срывающимся голосом доктор.
А через неделю и сам М. нащупал у себя что-то, напоминающее волосатую шишку. Закусив нижнюю губу, он внимательно разглядывал себя в большом зеркале огромного шкафа в своем кабинете. И вдруг очень явственно увидел хвост. Да еще с пушистой черной кисточкой на конце.
«Во, блин, дела. Глюки, наверное, - в ужасе подумал он и вспотел. Но, вернувшись к рассматриванию своей находки через час, обнаружил то же самое.
       Через два часа он был у своего лечащего доктора. Сунул ему в руки толстую пачку синих купюр, и, голосом полным отчаяния, произнес:
-Ну сделайте что-нибудь, отрежьте мне это.
Комиссия профессоров, срочно созванная доктором по мобильному телефону, после долгого осматривания и не менее долгого обсуждения за закрытыми дверьми, наконец, вынесла решение, что с этим случаем не может ничего поделать. Такого еще не было в их практике, и они посоветовали Ильясу Фрикадельевичу срочно ехать в Германию и там делать операцию.
До отъезда в Германию оставалось два дня, когда М. решил прогуляться с Рексом в лесу, подышать, так сказать, свежим воздухом и привести свои мысли в порядок.
«Как же мне ехать, я совсем не могу уже сидеть за рулем, мне этот хвост физически мешает, как будто сидишь все время на граненном стакане,- мрачно размышлял он, искоса поглядывая за привычным маршрутом своей собаки, кусая свои толстые, красные губы.
Да, М. чувствовал полнейший дискомфорт за рулем. Было не только неудобно, но и, конкретно, больно. От боли хотелось выть и сесть за руль задом наперед, и так на коленях ехать. Вчера он даже попробовал так ехать, но выехал на встречную полосу и чуть не врезался в придорожной столб на той стороне.
Хорошо, что на шоссе в эту ночь никого не было. Пришлось опять занять обычное сидячее положение.
«Делать-то что, как быть?- эти вопросы барабанной дробью выбивали в его висках заунывную негритянскую мелодию.- Уж и работу пришлось бросить и от жены уйти и от всех своих любовниц»
 Действительно, его женщины пока ничего не знали. Но постоянно ему названивали. Он отшучивался, но от встреч увиливал, а жене просто грубил, стараясь ее обидеть, чтобы у нее не возникало желания немедленно приехать. Она хорошо изучила характер мужа и старалась в этот момент держаться от него подальше.
       А теперь уже не только ездить на машине было больно, но и передвигаться пешком стало не очень удобно. Да и новая возникла проблема: как этот хвост спрятать под одежду, так чтобы его не было заметно.
       Сначала М. старательно прятал хвост, когда он был еще небольшой, в одежду. То носил рубашку на выпуск, то удлиненный пиджак. Но хвост рос, и с каждым днем его все труднее было спрятать под одежды.
       В загородном доме с Ильясом Фрикадельевичем постоянно проживала его теща Хадилла Задрыговна Фентифлюй, базарная толстая баба, которую интересовали только деньги и жизнь соседей. Кажется теща пока ничего не замечала, потому что по дому он всегда ходил в просторном халате, а позавтракав, немедленно удалялся в лес с собакой.
С тещей Ильяс старался как можно меньше встречаться, потому что у нее был поганый язык. Всем в поселке и каждому встречному она рассказывала о своем житье-бытье и жаловалась постоянно на зятя, что он пьет и не работает. Сама она жила здесь потому, что ее городскую квартиру заняла дочь с семьей, а новую они еще только собирались купить. И потому тёща злилась на зятя, что он бросил работу.
       Но деньги М. теще выдавал регулярно на пропитание и хозяйственные нужды. И на покупку новой квартиры деньги у М. имелись. Но из-за постоянного своего удрученного состояния, он все откладывал покупку. Денег у него было очень много. Еще с тех времен, когда он работал в банке. И по его расчетам хватит этих денег не только на его безбедное здесь существование, но и детям, и внукам еще достанется.
       Деньги он просто украл, когда работал в банке. И, провернув такую аферу, он немедленно скрылся из города, и поселился у далеких родственников жены. Затем построил это дом и оформил его на свою дочь. Вот с того самого момента, когда он украл эти самые деньги, у него и начались неприятности со здоровьем.
       С каждым днем положение М. становилось все невыносимее. Сегодня, когда он шел своим обычным маршрутом с собакой, она вдруг остановилась у большого пня и стала громко и свирепо лаять.
-Ну что там увидел Рекс?-сказал Ильяс,- небось ящерка проползла, а ты так заливаешься.
       Наклонившись поближе к старому трухлявому, причудливой формы пню, М. остолбенел. Прямо ему в глаза кто-то глядел строго и пронзительно.
Ильяс Фрикадельевич, почувствовал холод в коленках. Он стоял оцепенев, ни в силах сдвинуться с места.
«Кто же это?»- лихорадочно пронеслось в его голове.
       Раздалось кряхтение и чихание. И из под пня появилось некое серое существо.
«О, господи, что же это? И собака почему-то вдруг замолчала»-пронеслось проволочной стрелой в висках Ильяса.
-Не бойся, это я, Лесовик, - высунулась седая борода.
И тут М., наконец, разглядел крошечного старика с большой лохматой головой и черными до земли усами, -Ну чего смотришь, помоги мне выбраться отсюда.
       Ильяс Фрикадельевич протянул к нему руку. Старичок больно ухватился за нее и с силой потянул к себе в нору.
-А-А-А, - заорал М.,- отпусти, отпусти, чего ты хочешь?
 -Ага, испугался? А как воровать, то не боялся?
-Дак, никто не знает и не догадывается. Там все просто было сделать.
-Угу, просто, значит. А хвостик-то тебе нравится?
-Ой, нет. Значит, это ты мне его сделал?
 -А то кто же? Нравится? Носи дальше. К следующему месяцу он у тебя будет, как у кенгуру и рога я тебе сейчас поставлю. Ильяс Фрикадельевич почувствовал, как у него зачесалась голова у висков, сразу с двух сторон. Он схватился за виски и ощутил небольшие твердые шишечки под кожей головы.
«Во, и рога теперь начнут расти? - в ужасе подумал он.
 -А поделом. Не воруй, не воруй, не воруй,-причитал старик, цепко держась за руку бывшего работника банка.
- Ой, дед, что ж делать-то, уж рад бы обратно отдать, да только потратил уж много, сам знаешь, дом, машина, опять же содержу всю родню. Хочешь тебе дам, сколько хочешь, только отпусти.
-Уж, нетушки, Ильясик дорогой. Не могу тебе помочь ничем. Живи так: с хвостом и рогами. Ты этого достоин!-сказал он с хитрой улыбкой,- А скоро и совсем в лес жить перейдешь, хотя и так уже околя леса проживаешь,- смеялся он, шепелявя, -Я тебя в болоте помещу. Нужны мне тут такие, чтобы кочки своими дурными головами держали. Болото соблюдали.
С этими словами он и отпустил руку уже побледневшего Ильяса. И тот свалился головой в лесную яму, наполненную болотной жижей.
Напрасно Рекс пытался вытянуть хозяина за штаны. В его пасти остался только кусочек серого хвоста с симпатичной пушистой черной кисточкой на конце. С ним он и прибежал к дому.
А хозяина искали-искали, так и не нашли.