В поисках формулы жизни

ПРЕДИСЛОВИЕ
Владивосток 2006 года. Прошло лето, 50 на 50 - 50 процентов успеха и 50 процентов неудач. По закону Парето: все в мире работает по принципу 20 на 80, то есть, если были неудачи, то наверняка их 80% , и, если были удачи, то тоже 80%, причем породило их 20% неудач. Поэтому я не стал развивать эту тему, а понял, что с выставками квадратов все прошло удачно – те самые 80 процентов, что не было экстрима, значит, надо дать его сейчас, после Саян: сесть за компьютер и найти то сакральное (необычное, мистическое), что бы подвигло на творческий подвиг – написать эту книгу. Первую часть я выполнил: написал скрипты, свертки, развертки и кодирование информации с подзарядкой их энергией через импульсы слов и выражений. Информация и энергия – это синонимы, они бинарны и несут в себе то и другое. Конечно, это энергия на тонком плане и не динамо крутить, но, кто его знает, может, по мощи она и сильнее. Мне приснился сон, что я вижу мою новую книгу и название у нее «Формула счастья», которое мне сразу показалось банальным, а вот название «Формула жизни» поинтересней - тем более, в этот день проходили выборы, и одна из избираемых партий была «Партия жизни». Хочу сказать, что все это вместе – знак, а к знакам надо прислушиваться. Писать по этой теме я начал года три назад, и названия книги появлялись разные: «В поисках сущего», «За философским камнем» и вот два новых названия. Проверим их через свертку – что они дают. Чтобы картинка была сложнее, вводим названия по буквам: каждая буква - отдельное слово. Причем возьмем кодирование (расположение букв) на магическом квадрате.
З а ф и л о с о ф с к и м к а м н е м
99+11+22+11+13+16+19+16+22+19+12+11+14+12+11+14+15+66+14 = 11
на йавезейзбаг багдрг
В п о и с к а х п о з н а н и я с у щ е г о
 = 31
у ёеазбак ёендадау зиорэе
Ф о р м у л а с ч а с т ь я
22+16+18+14+21+13+11++19+25+11+19+22+33+33 = 99
йежгива змазйуу
Ф о р м у л а ж и з н и
22+16+18+14+21+13+11++88+11+99+15+11 = 13
йежгива данда
В той же последовательности дадим графические коды:
 
 
Их сумму как «диалог» между названиями
 

Итак, картинки всех названий, как и должно быть, интересные, однако код в буквах «Жгива Данда» осмысленнее в названии «Формула жизни», что и требовалось доказать. «Диалог» может быть использованы на обложке книги. Исследования в области альфа-дайдж-супрематизма будут даны по мере написания книги, в приложении или отдельной книгой.
После выше представленных исследований возникло желание назвать книгу «Код жизни». Импонировало то, что слово «код» у многих на слуху по книге Брауна «Код да Винчи», ну и суть вроде бы не теряется, название покороче. Начались аргументы за и против. А когда какая-то проблема встает, всегда случается, что начинает стекаться, как в лощину, информация. Так и в этом случае с нашим Нострадамусом (под этим именем он будет и в нашем походе участвовать) – Владимиром Вещуновым встреча произошла в кафе «Луидор». Вот какой разговор произошел.
- Вовка Нострадамус, я надумал новое название книги: «Код жизни» вместо «Формула жизни».
- Ты уж определись, - первая была реакция Вещуна. – Чем тебе не нравится название «Формула жизни?
- Хочется покороче, и слово «код» вызывает что-то мистическое, да и ближе к цифрам, нумерологии, что я в книге использую.
- Давай исследуем оба названия по первым буквам, - Нострадамус уже что-то вмиг прикинул в голове для обоснования первого названия. – ФЖ - какую цифру дают при сложении цифр в алфавите?
- Я не помню, каким цифрам они соответствуют.
- Сделай визитку или календарик, а на обратной стороне помести алфавит с кодами цифр, они часто тебе будут давать подсказку. Например, брать пиво, водку с таким-то названием или нет.
- Что, идея! Сегодня и сделаю. Но знать цифры мало – надо уметь их трактовать.
- Ладно, подскажу. «Формула жизни» - название книги. Первая буква Ф, ее порядковый номер 22. Второе слово с буквы Ж – 8-я по счету. В сумме они дают 30. А что такое 30? Это тройка - от Солнца третья планета Земля. На которой что? Правильно, жизнь.
- Да, чудеса! Это же есть ответ на вопрос: «В чем суть сущего?» На Земле жить. Получилось примерно как с тем англичанином, который, наслышавшись о седьмом чуде, о решетках Летнего сада Петербурга, прибыл на пароходе, посмотрел и сразу обратно в Англию: «Я увидел Божественное творение, больше меня ничем удивить нельзя». Так и сейчас получилось. Нострадамус, ты дал ответ: название книги «Формула жизни» - это жизнь на Земле. Это ответ и алхимикам, которые всю жизнь искали, как свинец превратить в золото и жизнь сделать вечной.
 - Давай проверим другое название книги «Код жизни» по первым буквам: К – это 12, Ж – 8. В сумме они дают – 20. А что такое 20. Это кальций по таблице Менделеева. А где его больше? Правильно, в костях. А что означают кости?
- Череп и кости.
- Так вот выходит, что второе название - не совсем подходящее.
- Это с позиций нашего бытия «череп и кости» что-то страшное. Христианская религия говорит, что человек не умирает, а переходит на новый уровень, и, даже больше, придет время - человек вернется в свое тело и будет жить на Земле. Многие религии умершего не оплакивают, а вселятся, мол, человек или реинкарнировал, или в новую жизнь на Земле перейдет - в нирвану, наивысшее счастье.
 - Реинкарнация – круг мучений на Земле, не очень лучший вариант. Будда прошел 966 реинкарнаций, чтобы стать Буддой, а что говорить о простом смертном.
- Может, и нет - Формулы жизни. Есть только поиск, и не надо отбирать иллюзию, что он не найдет ее. Хотя что-то, что мы, кажется, ищем, находят. И от этого открытия человечество бы далеко вперед продвинулось. Особенно много чего найдено и закодировано в седой древности. Об этом египетские и этрусские иероглифы - письмена египетских пирамид говорят. Не зря говорится: «Сначала было Слово».
- И Слово было Бог. И Он дал жизнь на земле.
- Слово сказанное и слово написанное - разные понятия. В написанных словах много чего не досказано, не переданы многие моменты, которые нельзя передать письмом. Чтобы передать суть, использовали иносказания, преувеличения, метафоры, что дает неоднозначность ответа, но если ответ найден, то он истинен.
- Поиск ответа человека через слово – это один из поисков истины, не менее важный, и даже более исходит из математики, которой не верить никак нельзя. А числа – это всё.
- Я всегда удивлялся, почему в Евангелие так много чисел. И потому давай, Нострадамус, ничего не будем делать, китайская философия что говорит? Ничего не делай, истина сама придет. Написать книгу о чудесах цифр - это и будет откровением.
- Открытие истины происхождения Земли, опасности, которые ее поджидают и что может с людьми происходить, - почетная миссия. А если выйдем на информационное поле и магию цифр – они нам многое подскажут, многое объяснят.
- Так и поступаем, через слово и действия исследования проведем. А через мистерии в нашем виртуальном путешествии на сокровенное выйдем.
Часть 1. На восток
Начало
После этого мне приснился сон, будто мы с друзьями путешествовали в Запредельный мир, а с нами первые лица государства нашего. И вот сон начал в жизнь воплощаться. Мы выступаем, и действительно первые лица с нами.
Как попал в нашу компанию президент Мономах – история простая. Ему попалась моя книга «В поисках десятого откровения», которую я передал ему через министра Морского транспорта – выпускника нашего Морского университета. Я, конечно, не верил, что он передаст книгу, но вот факт свершился. Мономах прочитал книгу и пожелал с нами совершить что-то подобное, что в книге описано. Потом я узнал, что ему тоже приснился сон, в котором он путешествовал по Саянам в поисках ответа на вопрос: избираться ему на третий срок или поставить своего человека, который отбудет один президентский срок и свои полномочия через законные выборы ему отдаст. Сон не дал ответа, а нагадал, что он должен с нами совершить путешествие. Вот это и случилось.
Свой план мы выставили в Интернет, оповестили Михаила Кожухова, который дал согласие тоже участвовать. Он хоть и советник президента, но с нами поддерживает контакт – нет-нет, да и перезвонимся. И вот ближе к лету, считай, перед самым выходом по намеченному маршруту, где-то в мае, ему звонок - президент желает встретиться.
- Вот не думал, что обо мне помнят! - воскликнул Михаил. – Зачем я понадобился?
В свое время Михаилу с ответственного поста советника предложили уйти. Обвинили, что на себя стрелки переводил в решении многих вопросов, которые надо согласовывать. Хотя ладно, это не наша тема. У нас задача поскромнее, философская: быть или не быть. Смотря, конечно, чему быть или чему не быть.
Оказалось, быть. Быть нашей экспедиции! Встреча Михаила Кожухова с президентом состоялась, тот сходу Михаилу вопрос задал:
- Миша, слышал, ты по Саянам любишь путешествовать? Со снежным человеком встречался.
- Да, было такое. Но откуда известно? Книга Болотова об этом еще не вышла.
- У меня сигнальный экземпляр сеть. Первую его книгу я прочитал «В поисках десятого откровения», понравилась. Но это еще бы не беда, мне стали сниться сны, будто я путешествую по Саянам в вашей компании, и что мне тогда многое откроется.
- Никаких проблем! - загорелся Михаил. – На пару дней мы поход запросто организуем. Ты государь отчизны - и на большее время не можешь?
- Я, как понял, должен около месяца ноги бить с вами, и только после этого, через разные лишения, подвиги мне откроется истина. Философский камень найдем
- Что, верите в это? – хотел задать Михаил вопрос, как когда-то по-свойски, но передумал.
Что раньше было, надо забыть, сейчас другой человек перед ним сидит, точнее, он перед ним сидит. Однако Владимир прочитал мысль своего бывшего советника:
- Михаил, давай по-простому, как когда-то. Тем более, мне придется полностью на тебя положиться. Я буду участвовать в экспедиции инкогнито, и со мной никто из охраны путешествовать не должен. Можем так организовать?
- Проблем нет! Я скажу, что со мной друг, который на президента похож и имя у него необычное – Мономах, и все вопросы отметены будут сразу.
- А не будет так, как у тебя в Курагино поваренок спрашивал: «Мужик, я тебя вчера по ящику видел?»
- Да было такое. У Болотова вычитали? На самом деле там все проще: спросит и тут же забудет.
- Ну что, тогда давай действуй. Вся ответственность на тебе. Но сам понимаешь, об этом никто не должен знать.
- Нет проблем - Алексею Лебедь позвоню, он курирует нас. То вертолетом обеспечит, то провизией.
Об этом разговоре мне Михаил сообщил. На что я ему ответил:
- Михаил, знаешь, а мне во сне это приснилось. Ты только подтвердил, что мы должны за философским камнем двинуть, который одиннадцатое откровение нам подскажет. Только непонятно, как мы все же выйдем на это откровение.
- Ты же в десятом откровении пишешь, что узнал: приморским губернатором станет Сергей Дарькин.
- Та задача была простой, но кстати – тоже через виртуальный выход, когда мы, путешествуя во времени, оказались в писательской организации, и все писатели были с шишками на лицах и на теле - каждый человеческий порок вылезал.
- Видишь, подобное и с нами должно случиться. Я, Фома неверующий, и то в подобное стал верить. Давай действуй, готовься – выходи на астральный уровень, как нам откровение постичь.
- Значит, одиннадцвтое откровение нам скажет, быть или не быть Мономаху президентом на новый срок?
- Да, такие цели стоят.
 - Что ж, согласен. Есть у нас наработки: сравнить-сопоставить и наметить - нумерологически через графические мандалы проведем проработку.
- Вот и действуй. Финансирование будет.
- Что ж, отлично!
На этом разговор с Михаилом закончился, и я принялся готовиться не столько к походу, сколько к его магически-мистической окантовке. А то, что это мистическая штучка - сомнений нет. Такое может случиться только в кошмарном сне, а если все же кто-то будет читать эти строки, значит, произошло это не только во сне, но и наяву.
Итак, мы с Нострадамусом определили, что все должно начаться из Курагино, оттуда мы должны выйти в сторону Севера – туда, где легендарная Гиперборея лежит. Путь на своих двоих, на одиннадцатом трамвае. Отпали проблемы вертолет доставать, лодки под мотором искать. Путь на север в сторону курагинского кладбища, и надо пройти через старинную его часть, среди берез, это является знамением. Вспомнил, что есть там древняя роща из несколько берез, там похоронены мои бабушка, дедушка, теток и дядек не счесть. Давно не был там, и вот судьба распорядилась – навестить их. Это одно, а второе - должны пройти там между березами, как бы через ворота в мир иной живым пройти, где мифы, и мы должны совершить подвиги – каждый свой.
В сторону на север от Курагино – деревни Молсовхоз, Брагино, Грязнуха и далее Идринский район староверов, где жили когда-то и мои родственники, которые часто были в Курагино у нас. Бывал и я у них, соприкасаясь с их староверческим укладом. Из детства помню, как я попал к деду Игнату. Его дом в глухой тайге стоял. И вот, попав туда, много чего необыкновенного увидел. Один дом у деда молебнам был посвящен – большая комната, сплошь увешанная иконами. Я один раз подсмотрел, как дед Игнат заходил в неё и начинал вести беседу с фантомами реальных личностей. Кто это был, я тогда не понял, и спросил деда:
- С кем ты, дедушка, разговаривал?
– С батюшкой царем.
- Он же умер!
-Для кого умер, а для меня нет - ответил дед Игнат и закричал:
- Пшел отсюда! Не для вас все это, антихристов! Небось, еще и пинер? Нет вам прощения, безбожники!
- Нет, дедушка, я не пионер.
Меня как раз перед этим исключили на месяц из пионеров (было такое наказание у директора школы) за то, что окно снежком в школе разбил. А после разговора с дедом решил не вступать, чтобы не закрылись ворота общения с людьми из прошлого.
- Если не пинер, то позволю пообщаться с батюшкой царем, но только тихо сиди.
Действительно, такое чудо случилось, я долгое время считал, что дед Игнат подстроил мне всё это. Но сейчас думаю, все наяву было.
Ездил я и к другому деду – к Илье Осколкову на заимку за Молсовхозом. Заимка - домов двенадцать. Он не старовер, но тоже старославянской закваски. Жил долго, лет девяносто. Ослеп в старости, но помнил много из своей жизни. Мы выходили с ним в степь, прямо за его домом, разжигали костер, вели беседы. У него были связи с какими-то сущностями, которых он вызывал. Чаще это был волк, готовый выполнить любую его команду. Правда, когда стал слепым, зрячим сделать его никто не мог. Поэтому он часто посещал другой мир.
- Там я зрячий, потому посиди немного у костра с собакой, я на часик туда схожу – пообщаюсь со своим отцом, братьями.
Не верил я тогда этому, хоть и не был пионером, но все равно, что-то мешало мне на веру всё это принять.
На север от Курагино
Наша группа решила на север идти. Путь к дедам Игнату и Илье мне всегда казался мистическим. Было ощущение, если пойти дальше, то откроется другой мир: другой ландшафт, другие горы. Приезжая в Курагино, часто проводил первую ночь на вершине горы, откуда мог наблюдать тот мир и людей. Во сне часто видел себя летающим над Курагино, правда, на север, куда сейчас лежал наш путь, не осмеливался забираться.
И вот наш путь на север, в неизведанное, из нас живущих еще никем не посещенное. С нами Мономах. Его многие узнают, но мы всегда шутим, что это двойник. Поваренок при виде Мономаха, как когда-то увидел Михаила Кожухова, воскликнул:
- Я вас вчера в ящике видел?
- Сплюнь! Бог с тобой! – воскликнул князь Жибо. - Если не хочешь остатки своих дней в психушке просидеть.
При Сталине бы поваренок сразу загремел на Увал – так место называется, где находятся могилки. Тогда не щадили никого, в Курагино сгинули десятки тысяч людей. Не стали бы церемониться, что ты поваренок из 2-й школы. Эта школа для слабоумных - единственная на Красноярский край.
- Школа без учеников никогда не остается, - читает мои мысли Виктор. – И пользу приносит – из нее люди выходят. Десять лет я отдал этой школе. Учительствовал в ней.
И вот мы честной компанией выступаем. Компания подобралась большая. Пришлось две группы по ложному маршруту направить. И правильно сделали: за нами, как потом выяснили, слежку наладили. А мы сумели незаметно по своему маршруту двинуться. Одну группу мы отправили на лодках в верховья Кизира, другую туда же, но через обитель Виссариона. Они должны встретиться на Кизире, совершить восхождение и исследовать ледник Стальнова. Дело в том, что мы могли не найти дыры в 4-мерное пространство, а ледник Стальнова - дольмен, который имеет выход в другое измерение. По крайней мере, выходить нам из того мира лучше там. Поэтому я назначил встречу на 10 августа, чтобы 18 августа к Виссариону на праздник – 19-я годовщина будет, как они обосновались на Тиберкуле.
Мы на север идем: я, Михаил Кожухов, Мономах, гуру Нострадамус-Вещунов, князь Жибо, Люсьен, Игнатыч – как без врача-хирурга, братья Лысак и Боц, наша физическая мощь: Володя Никулкин и Леха Возжаев; Щербина - художник. Хотели взять Колька, отца Лехи, но в последний момент раздумали – пусть нам виртуально на помощь приходит, как-никак отличился в подвигах с Суреном, и ему это запросто сделать. Спросите: «А Херакл-Сурен с вами идет»? - «Не будьте ребенком! – слова Виктора Жибо. – Конечно!»
По поводу начала экспедиции пресс-конференцию устроили. Абаканское, красноярское телевидение снимало. Народ – его не проведешь, разузнал - стремился на президента Мономаха посмотреть. Администрация курагинская, как всегда, не верящая в чудеса, не поверила слухам. Они не верят, что в Курагино Михаил Кожухов запросто с нами бывает, а тут президент. Но это их дело. Зато народ верит.
День стоял жаркий, однако ветерок нас приятно обдувал, принося запах цветов с совхозных полей и гор, что слева и справа от нашего пути.
Вот и кладбищенские ворота. «Народу здесь больше, чем в Курагино сейчас живет!» – воскликнул бы мой друг Борис Иванов. Это мы с ним сделали восхождение на пик Грандиозный. Скажу - событие неординарное. Вряд ли кто из курагинцев похвастаться может. Сам Григорий Федосеев, мечтавший побывать на этом высочайшем пике в Саянах, так и не осуществил свою мечту, только его сердце, как он завещал, похоронили там.
Пройти ворота на кладбище - уже это ужас вызывает, потому живой народ другими путями проникает. Если ночью кто пытался пройти их, потом неприятности возникали с ним или родственниками. Я в детстве поспорил, что побываю на кладбище, а в качестве доказательства шину от велосипеда оставлю. Одно дело сказать, а другое - выполнить. Давай придумывать, как исполнить это обязательство. Пойти с Тарзаном - убежит. Один раз с ним попал в переделку, здесь, в горах, пошел на коз охотиться. Так увлеклись погоней за козами, что среди ночи в горах оказались. Тарзан не то чтобы меня защищать, сам мне под ноги лез - вокруг волков немерено тогда было. К утру еле живыми выбрались. А на кладбище ночью додумался на лошади верхом поехать. Благо, тогда лесхоз напротив нашего дома находился, я там свой человек – их лошадей постоянно вечером на поля отгонял, и оставить у себя на ночь одну - проблем не было. И вот я на лошадке и двинул место предков посетить. Страх начался, как только из деревни выехал. А когда подъехал к воротом, сердце из груди стало вырываться. Лошадка и та уперлась. Кстати, она потом свою смерть нашла - утонула в Абаканской протоке не по своей вине – вожжи запутались, когда реку переезжал мой старшой: на покос ехали с ним, я переплыл протоку а он, не послушавшись меня, решил переехать речку, сам чудом спасся, а лошадь утонула. Видать, обернулась, назад посмотрела, когда мы возвращались. И к воротом, когда мы подъехали, она ни-в-какую не шла. Я ее и так и сяк – стоит упертая, и всё. Привязать, а самому пешком пройти? Вспомнил, как один солдат, так же поспорил, что кол вобьет в таком-то месте ночью на могилках. Вбить-то вбил, да только свою шинель прибил к земле. Поднимается, а его кто-то держит. Сердце и не выдержало – утром только нашли. Смекаю, как бы подобное не случилось. Короче, не стал заезжать – просто бросил велосипедную покрышку за столбики и назад быстренько галопом дунул. Оглянуться боюсь, казалось, что за мной кто-то гонится. Бабушка еще воскликнула:
- Откуда, окаянный, несешься? Почему лошадь в поле не оставил?
- Завтра утром отгоню. Славу Богу, что жив. Сейчас на кладбище был.
- Несет тебя куда не надо! Делом бы занялся! Огород не политый, дрова не колоты!
- По щучьему велению, по-моему хотенью завтра все будет исполнено, – пообещал.
Видите, сколько событий произошло с этим местом, куда мы идем. Процессия чудной кажется – толпа с огромными рюкзаками движется. Проходим курагинский базар, народ вывалил, смотрит на такое чудо. А скажи им, что с нами сам президент путь держит в преисподнюю, разбежались бы. Никто и не верит. А мы же жребий свой бросили: тот мир идем исследовать. В ясный летний день здесь умиротворенно все – вечностью веет. Мы же подбадривая себя, ворота пересекаем – так в послании было определено. Кто-то споткнулся.
- На какую ногу?
- На правую, - слышу ответ.
- Значит, не страшно, - успокаиваю. - Кто у нас дневник ведет? Все приметы запоминайте, потом нам это пригодится. Особенно когда возвращаться будем.
- Что, в преисподнюю будем спускаться? – шепчет Боц. – Об этом мы не договаривались.
- Боц, не боись! В преисподнюю не надо, а вот бой под Ватерлоо принять, подобно тому, как мы когда-то в Кордово приняли и ты пару ребер лишился, придется.
- Надеюсь, не с мертвецами.
- Где и с ними, - успокаиваю друга.
Итак, мы двигаемся среди могил. Вот моего друга Панкова – это он мне оттуда сказал: «Не торопись сюда, хорошего здесь ничего нет». Далее родителям Витька Жибо поклонились. Михаил Кожухов помнит Серафиму Николаевну, он отдал ей поклон. Тетка Витькина, Нина Михайловна, нас провожает – хотела с нами пойти, однако на ноги не надеется. К её бабке подошли – могилка в хорошем состоянии, каждый год внучка из Москвы приезжает. Видим Ольгу Конову – по поручению своей сестры, лучшей целительницы России Надежды Шотт (в девичестве Корчагиной) за могилой её первой учительницы ухаживает.
- Вовка! - Виктор по-свойски к президенту обращается, в принципе не веря, что это действительно президент, потому вопрос на проверку. - Ты не говорил, что Надежда Шотт является первой целительницей России?
- Да было такое, - Мономах кивает. – Мы ее в Кремле принимали. Вот не подумал бы, что она отсюда.
- Моя тетка с ней в одном классе училась, а профессор, наш руководитель экспедиции, с ее братом-двойняшкой учился. Этот братец по местам отдаленным пошел, а сестра вот стала целительницей мирового значения, канал ТВ «Москва» ее постоянно показывает.
- На мужиках – у нас природа отдыхает, - Ольга вставила, как близкая родственница Надежды Шотт.
- Ольга, она и на тебе отдыхает, - прошептал Виктор и тут же в сторону метнулся, как бы Ольга не запулила Виктору в моргала чем-нибудь. За ней - запросто.
Вход в другое измерение
- Толпа, всё! Давайте прощаемся. Нам дальше вон в тот лесок. Там могила моей бабушки, и там наш вход в другое измерение. Сказано в послании: мы должны точно в полдень пройти ворота между двух берез.
- Не верю я этому! - воскликнула Ольга. – Обман трудящихся!
- Потому тебя и не берем, - ответил я ей.
Вот к березам подходим. Здесь давно не хоронят – жутко особенно. Деревья вековые, и сумрак, будто вечером. Я двигаюсь к месту обозначенному. Меня всегда сюда бабушка водила, потом, правда, Василий Денисов дорогу знал. Однако вот и я вывел народ.
Не сказал я об одной детали: мы зачем-то с собой мотороллер тянем. Два брата Боц и Лысак его ведут среди могил. Вот это недоразуменье мне во сне приснилось, что он должен с нами путь пройти. Причем, это тот мотороллер, который я из Владивостока когда-то приволок. Так вот, пришлось мне у Борисенко его забирать и восстанавливать – чудом у него он сохранился. Сейчас на ходу, заправлен; и мы среди могил его тащим.
Вот мы к знаковым березам подошли. Время - без одной минуты двенадцать.
- Народ, нам будет отведено всего десять минут, потому не мешкайте! - объявляю.
И точно, в двенадцать ноль-ноль между деревьями пустота- темнота образовалась. На меня жуть напала. В какую авантюру я народ вовлекаю. Сам же говорю:
- Спокойно! Не дрейфить! Я первым иду. Вторыми - Боц и Лысак, мотороллер проталкивайте, чтобы не казалось, что это невозможно. Он как раз делает дверь прохода устойчивой.
Я, не раздумывая, в темноту ныряю.
- Ба! Так тут ничего не изменилось! – восклицаю. - Только деревья куда-то-то исчезли и зубчатые горы, как замки, появились. Причем все это видел я во сне.
Дожидаюсь, кто следующий появится. Действительно, Боц с Лысаком мотороллер протаскивают; дальше Жибо с Игнатычем, вот и Мономах с Кожуховым живые; Люсьен. Ольга Конова голову просунула: можно?
- Ольга! Назад! Назад! Дай остальным членам экспедиции протиснуться, а то дверь скоро захлопнется.
Ольга назад отпрянула, остальных членов нашего похода пропустила – все до одного успели проскочить. Кто-то назад пытался вернуться, а нет, проход закрылся. Мы оказались как бы наверху: видим кладбищенский лес, за ним Курагино, и кажется, поверни – и запросто назад вернешься.
- Толпа, мы не духи? У кого-нибудь есть зеркало?
- Вот, - Игнатыч вытащил зеркало. – Всё на месте. Значит, не духи.
- Что дальше? Куда идти? – Боц, как самый нетерпеливый, вопрос задает.
- Нам торопиться некуда, - отвечаю. – Надо спокойно разобраться. Вон, видите, тропа к скалам идет, а вон другая, наезженная, влево сворачивает. Потому, мне кажется, надо двигаться к скалам – я во сне видел эту дорогу и что-то искал вон в том замке, в котором можно переночевать. Не знаю, что нас там ждет, но это будет наше первое испытание.
Так мы и сделали: двинулись к скалам, напоминающим старинные замки. Приближение к ним было не из приятных. Вроде бы по камням движемся, однако такое впечатление, что по живому идем. Несколько человек, пришлось оставить с нашим грузом и мотороллером на своротке, где тропа ведет влево.
- Леха, Володя! Разводите костер, готовьте ужин и ждите нас! -отдаю команду. - Нам придется, может, бежать из этих храмов. Под защитой костра и особенно этого железного коня, мотороллера, под охраной будем.
- Я остаюсь, - попытался Боц от ответственности уйти.
- Боц, не к лицу тебе это. Ты нам нужен - обхаживать местных барышень. Здесь все твои мечты проявятся. Мы на второй сфере – рая, когда все желания сбываются.
- Ну, т-тогда я с-с вами… - Боц, заикаясь, кивает.
Здесь все мечты сбываются
Все молча моим указаниям следуют - взбираемся на первый утес. Перед нами настоящий замок открылся. Мост перекинут через пропасть. Ворота за мостом в замок открыты. Всё, кажется, в запустении. На мост вступаем, осторожно по нему движемся.
- Посмотрите вниз! Дна не видно! – замечает Виктор.
- Ни дна, ни покрышки! - пытаюсь шутить.
- Что дна нет, это точно.
- Что-то, Виктор, не слышим от тебя искрометных выражений? Где они? За тобой должок – триста выражений. Помнишь?
- Помню, Помню. Только вот куда ты нас, в какую аферу ввергнул? Я уже и не рад, что в это дело ввязался. Мне и сам президент не нужен. Мне бы домой.
- Раньше ты спасался тем, что у тебя дома: мать, отец старые, их одних оставить не можешь.
- А сейчас мне за домом следить надо. Как бы последнее не увели - нажитое непомерным трудом.
- Ты соседке же Вальке наказал следить, разрешил жить в нем.
- За Валькой самой надо следить. Потому я в последний момент ей отбой дал, а за домом следить поручил Толясику. Хотя на того тоже надежды нет.
За такими разговорами на мосту мы малость разрядились и дальше двинули. Мост благополучно миновали. Многовековые ворота прошли. И только их прошли, как в средневековом замке оказались. Народу много – все бегают, мельтешат, нас не замечают. Пытаюсь заговорить. Нет, ничего не получается. Не слышат нас.
- Толпа, мы где-то по времени чуть впереди оказались, потому у нас и не получается контакта, - высказываю догадку. - Нам надо еще через что-то пройти.
- Вон дверь в апартаменты замка открыта, - заметил Жибо.
С Виктором мы путешествовали в прошлый раз в XVI век к его предкам, потому он быстро освоился.
- Чувствую, жареным пахнет, - Виктор крутит носом. - Нам их еда запросто достанется. С людьми мы не можем общаться, а вот с их предметами запросто.
Действительно, в замке пир идет, столы от еды всякой ломятся. В основном мясные блюда и вино. Столы стоят – один главный вдоль всего зала, за ним старцы сидят, во главе с князем. Князь на Виктора похож. Небольшие столы по сторонам расположены – в небольших кулуарах, за которыми наложницы стоят рюмки наливают.
- Это кто там к нам пожаловал? - вдруг раздался голос князя.
Народ по сторонам давай оглядываться. Чувствуется, что они не видят никого из нас.
- Князь, нет никого! - кто-то воскликнул. – Тебе чудится.
- Тиресей, - обратился князь к седому старцу, - что ты скажешь? Видишь кого-нибудь?
- Да, вижу людей. Один из них на тебя похож.
- Вот и славно, - произнес довольный князь Жибо-старший. – Отведи им лучшие комнаты, а потом на пир веди. Мы важное событие празднуем - тысячелетие нашего бытия в этом замке.
- Как вам прожить так долго удалось? - кто-то из нас вопрос задал.
- Это особая история, и вопросы прошу потом задавать. Сначала по комнатам определитесь, помойтесь по-нашему - в деревянных кадках со всякими травами, – и сразу лет на сто жизнь продлите. В помощь к вам Тиресей фей поставит, они будут видеть вас. А потом к столу.
Так мы и сделали. Комната каждому в отдельности определена, бочка-баня в специальной комнате. Обслуживают нас прелестные девушки – и все было здорово: спинки потерли, веничками похлестали.
- Толпа! Здорово! - Боц кричит. – Это же сон!
- Боц, это тебе не в курагинской казенной бане! Хотя и она хороша была, - комментирует Виктор.
- А что у нас Люсьен помалкивает? – забеспокоился Сурен. – И где она?
- Ее в женское отделение увели, - Боц все подмечает.
- Как бы не пропала? Мы должны вместе держаться.
- Люсьен не пропадет. Вот мы можем здесь остаться, а она нет – это наше спасение, - объясняю. – Кроме того, наша задача ответ найти: для чего человек на Земле живет? А потом: как выйти отсюда? Старый князь Жибо так просто не отпустит.
- А я бы остался, - Боц, как кот на сметану, потянулся. – Здесь здорово! Мармеладок много.
- Они же мертвые!
- Ну, не скажи. Я одну щипнул – в теле.
- Ты, Боц, поосторожнее, пока мы порядки их не узнали, а то евнухом быстро сделают.
- Они здесь все евнухи.
- А видели, как ловко они с мечом обходятся. Все вроде бы должно быть азиатское, а нет, мечи европейские. Да и вообще здесь много европейцев. Дворец в европейском стиле воздвигнут. Да и твой предок Виктор на азиата не тянет. Одна шапка азиатская, как когда-то Тимур-Тамерлан носил, а азиата в нём - кот не валялся. Скульптору Герасимову, когда он его по черепу реконструировал, пришлось тюрбан на него напялить.
- Здесь природа постаралась, - Виктор подметил. – Видите, замок в скалах высечен. И, похоже, ему несколько тысячелетий. От какой-то древней цивилизации остался. Много тайн сокрыто.
- Клад где-нибудь зарыт. Виктор, вот бы нам порыть. Ты на Земле все собираешься на усадьбе своего предка покопаться.
- Миноискатель нужен. С его помощью запросто драгметалл найдем. Зачем мотороллер тянете? Бензин кончится, и выбросите. А миноискатель пригодился бы.
- Нам надо разделиться, - Сурен предлагает. - Одни в одни тайны вникают, другие - в другие.
- Сурен, ты в двух направлениях действуй.
- Меня старый князь мамлюком назвал и предложил сотней командовать.
- Это одно направление, а второе, Сурен, тебе женщин обольщать в этом мире придется.
- Не беспокойтесь, проблем с этим не будет, - заверил Сурен.
- Надо нам поближе со старцем Тиресеем познакомиться. Как я понял, он по какому-то заданию свыше из Трои или самих Тартар сюда прибыл с миссией, так и остался у князя Жибо.
- Тогда много прорицателей было отправлено по миру. Одни среди чжурчжэней осели, другие в Золотой, Синей и прочих ордах – в княжествах земли русской.
Поговорив-помыслив, мы в тронный зал двинули. Старый князь нас на почетные места усадил. Для остальных мы остаемся пока невидимыми. Похоже, только через некоторое время станем видимыми.
- Ну что, потомки мои, - старый князь к нам обратился, – рад вашему прибытию в наш мир. Рад буду послушать, как живете. Мы застряли в этом мире. Однако не будем тянуть время: вы с нами в поход выходите, на Персию.
- А поближе нельзя, - заволновался Виктор. – Нам надо к себе вернуться успеть. У меня служба в банке, дом бесхозный без прислуги остался; Алпамыс, вумная собачка, некормлена. А вот у государственного человека, президента – целая страна без головы осталась.
- А что вам волноваться, вы, как во сне, здесь можете хоть год провести, а вернетесь в тот же день, в какой отбыли.
- Обман трудящихся! - не верит Виктор.
- Кроме того, вы должны испытание пройти, - старый князь продолжил, - одно из них в походе на Персию. Не пожалеете. Выходим через пару дней. Вас подучат, как оружием пользоваться и как на коне скакать. А вашему царю Мономаху доверяю конницей в триста сабель командовать. Выдержит испытание, значит, отпущу, а нет – командовать сотней долго будет. Каждый из вас должен подвиг свершить. И Георгия Даниловича из плена высвободить.
- Мы с Суреном 175 подвигов совершили, - попытался я, как бы сказала Ольга Конова, алиби обеспечить.
 - Те подвиги не в счет. Вы у нас свои будете совершать.
- Откуда столько человек у вас? – вопрос Виктор задал. - Ты же, пращур, из того времени с войском в триста сабель ушёл.
- Да, столько воинов у меня под Красноярском стояло. И сейчас они у меня знатные, элитные воины, а остальные из неприкаянных, заблудших душ. Они за свои прегрешения на Земле в рай попасть не могут, вот к нам и примкнули.
- А мне какое дашь поручение? - Виктор наседает на своего предка.
- Тебе сотней командовать. По рангу пока не вышел главнокомандующим быть.
- А нельзя не командовать? Я сюда случайно попал, меня вот на такое мои друзья подбили.
- Ничего-ничего, мы из тебя Батыя сделаем. Завтра к тренировкам приступайте. Наш тамплиер Тиресей секреты знает, как вас за пару дней джигитами сделать.
- А правда, что Батый – это Иван Данилович Калита, внук византийского императора Константина? И что он в сане фараона в Египте похоронен? У нас это профессор Болотов утверждает.
- Что Калита – это Батый - научно установленный факт. Вот пока не могу определить, под каким именем он похоронен в Египте. И какая пирамида его.
- Что Батый - это Калита, правильно, а вот внук не Константина, а императора Византии Михаила Палеолога. А под каким именем его пирамида в Египте, вам узнать – это тоже в ваш список подвигов входит.
 - А скажи, - Жибо-младший вопросы начал задавать, лишь бы делом не заниматься, - кто брат Калиты? Неужели Чингизцарь? Хотя я уже знаю, что Георгий Данилович под именем Чингизцарь наводил ужас на своих врагов, в конце жизни Хеопсом наречен был и пирамиду Хеопса – самую большую - за свои подвиги получил?
- Откуда вы все знаете? То, что Хеопс – это Георгий Данилович Победоносец, это правда. И пирамида с его именем ему принадлежит. Он императорских кровей, потому и почести такие похороненным на фамильном кладбище византийских императоров.
- Скажи… - Виктор хотел следующий вопрос задать, но старый князь перебил его:
- Всё-всё! К делу приступайте. Тиресей, займись ими.
Действительно, после этого нас переделывать начали. Тренировки с чередованием массажа и бани в деревянных бочках, всякие мази и напитки чудеса сделали. Мы быстро приобрели форму 20-летних. Куда у всех животы делись, тело так и выпирало мышцами. Особенно выделялся Сурен – он, как вылитый Зевс, весь из мыщц. Но особенно отличился Владимир-Мономах, который из ученика превратился в тренера, - учил джигитов, как надо действовать в рукопашном бою. Всякие там подсечки, кувырки, перекиды, тайные удары по жизненноважным органам – были переданы воинам старого князя Жибо.
- Царь Вовка-Мономах! – кричал старый князь Жибо. – Ты моих воинов не испорти! Как я ими управлять буду.
- Давай тебя научу, - отвечал Мономах.
- Потом, потом. Завтра выходим в поход.
Поход на Персию
Действительно, назавтра конные полки готовы и к обеду с криками «банзай!» бросились из замка. Кто-то командовать отрядом был поставлен. Сеня с Суреном в отряд Жибо-младшего определили. Остальные наши члены команды под командование Вовки-Мономаха пошли. Кожемяке – так стали называть Михаила Кожухова – секретный отдел доверили. Все на конях. Летели со скоростью звука. Лошади не знали усталости, на всем пути переправы через реки были приготовлены заранее. К вечеру оказались на границе с Персией.
- Князь, - обратился я к старому Жибо, – не пойму, как мы так быстро до границ Персии добрались?
- По потаенным тропам. Подобно тому, как в Космосе можно двигаться между планетами с нулевым притяжением. Так и у нас на Земле есть такие. Без гравитации.
- Ба! Князь, ты с астрономией и физикой знаком! На Земле в этом только недавно разобрались, а вы уже пользуетесь.
- Вы многое там не знаете из жития на Земле. Ничего, я вас научу.
- Как бы нам не сгинуть. Вам нипочем походные тяготы, а мы еле в седле держимся, и причем, вам рана не рана, вы живые остаетесь, а мы погибнуть можем.
 - Рану вылечим, а вот головы лишитесь, здесь мы бессильны, - называется, успокоил старый князь.
Утро вечера мудренее; лагерь разбили в ущелье. Вовка-Мономах стоянку обошел и к старому князю обратился:
- Что-то мне не нравится наша дислокация. Во-первых, место для нападения небезопасное, а второе – вон тот ледник может сорваться.
- Мы здесь уже невпервой останавливаемся, - возразил старый князь. – Дозоры вон на тех сопках наши выставлены.
 - Нет, не могу согласиться с тобой, князь, - Мономах на своем стоит. – Давай лучше под тот бархан переберемся. Там мы можем мобильнее действовать.
- Что ж, послушаюсь я тебя, Вовка-царь. У меня тоже сомнения возникли.
Армия на новое место перебралась. На старом оставили юрты, костры и чучела воинов. Мы же под барханом расположились. Старое место у нас на ладони.
И вот где-то за полночь нас сторожевые толкают: «Просыпайтесь! Смотрите!» И от того, что увидели, в ужас пришли: на нашу стоянку многотысячная армия персов ринулась. Давай чучела наши крушить. А поняли, что их обманули, стали по сторонам оглядываться, куда мы могли спрятаться? И тут самое страшное случилось: земля зашевелилась, и ледник, что над стоянкой висел, на наших неприятелей вмиг обрушился. В одну секунду под себя всех погреб. Мы от такой картины остолбенели.
- Ну, царь Мономах, спас ты нас! - старый князь Жибо воскликнул. - Вот не думал, что такое могло случиться. Несколько тысячелетий всегда здесь все войска останавливались, и вот на тебе.
- Про землетрясение я не знал - случайно вышло, а вот то, что неприятель напасть может, да, считаю, моя заслуга - интуиция, как борца рукопашного боя, сработала.
- Молодец, царь Вовка! И за этот подвиг ты отпущен будешь. У себя еще два срока будешь править. Можешь хоть сейчас в свой мир возвращаться.
- А три срока могу править?
- Нет, не можешь. Для этого надо еще здесь парочку подвигов совершить.
- Вот и хорошо. Я все равно своих друзей не могу бросить и не все еще ответы получил.
- Что ж, помогай друзьям преодолеть испытания. А это погребение персов нашу победу предопределило. Завтра быстро по их стране проскочим и к себе возвращаемся.
- И какова наша задача? Жечь и рушить? – Виктор забеспокоился.
- Нет, ни в коем случае, мы у эмира должны забрать одну вещицу, которой он не по праву владеет. Кстати, надо посмотреть, кто там под завалом жив остался. Смотрите, кто-то копошится.
Нам на день работы хватило откапывать тех, кто ближе к поверхности оказался. Выкопали эмира. Благодарит нас, просит прощения, на судьбу жалуется, что она его на предательский ход подвигла – чуть не погиб. Хоть этот мир и бессмертен, однако из-под толщи льда долго бы не смогли выбраться – пока бы лед не растаял.
- Вот видишь, как тебя судьба наказала, - не смог старый князь Жибо не подначить эмира. - Знаешь за собой грешок? Что ты у нас в свое время силой забрал?
- Котел изобилия. Был грех.
- Он самый. Так что отдавай подобру-поздорову.
- Проблем нет. Берите. Только мой шеф-повар под завал попал, и с ним котел. Если на глубине оказался, то не вытащить. Среди спасенных не вижу его.
- Виктор, - шепчу другу, - где у нас Санька-борода со своими рамками, он у тебя в отряде с твоими воинами слился, и не узнаешь его.
- Так вон он, - Виктор кивнул на вылитого Тамерлана, каким его у нас по фильмам показывают.
- Санька! Борода! Иди к нам. Рамки у тебя с собой?
- С собой.
Тогда приступай к работе, надо котел изобилия из-под завала вызволять. Он где-то вместе с поваром эмира застрял.
- Что ж, это мы могем, - Санька-борода к своей привычной работе мага-рамочника приступил.
Все пространство завала на квадраты разбил, воинов по углам расставил и давай проверять. Так еще десятка два воинов эмира выкопали. И вот рамки больше обычного закрутились.
- Вот здесь копайте, что-то бронзовое должно быть. Из чего котел?
- Бронза, бронза, - эмир кивает.
Бросились лед откидывать. На глубине двух метров голова повара показалась. Откопали вместе с котлом - мертвой хваткой держит. Ожил и котел нам отдает. Уже понял, что отдать должен.
- Ну, Санька-борода, кажется, и ты заслужил отпущение грехов и на землю, родную матушку, можешь быть отпущен, - подметил я. - Князь Жибо, как считаешь?
- Ты правильно говоришь, за такое мы отпускаем Саньку-бороду, как вы говорите, но он должен искусству управлять рамками нас научить.
- Этому искусству я уже многих научил, - откликнулся Санька, - ваши воины быстро схватывают, могу тебя, старый князь, научить и рамки подарю.
- Меня не надо. А вот нашего прорицателя Тиресея прошу изволить. А то он все на старых своих знаниях почивает, надо новое осваивать.
- А по Персии мы с победой все же должны пройти, - предлагаю старому князю Жибо. – Это сильный фактор. Во многих у нас это чувство осталось, как когда-то наши предки по побежденным землям и селениям шагали. И нам в той жизни вряд ли кому испытать удастся. Этому сродни то, когда после тяжелого похода домой возвращаешься. Так и кажется, что тебя с триумфом встречают.
- Что ж, такое можно. Я думаю, персидский эмир не будет возражать? А мы в это время его у себя подержим. Пусть он расскажет сказки из «Тысячи и одной ночи», которые заставлял свою наложницу читать.
- Я согласен, - кивает эмир.
Ему бы не соглашаться – из такого светопреставления спасен.
- Вот и славно! – воскликнул Виктор – потомок старого князя Жибо. - Ты нам разрешаешь в дворце твоем побывать, с твоими сокровищами ознакомиться, я во сне видел, что должен найти его. Где оно? Может, среди твоих изумрудов оно, или твои бумаги нам тайну откроют? Может, твоя Шехерезада знает?
- О, Аллах мой! – воскликнул эмир. - Вы меня по миру пустите. Со двора всё, что непосильным трудом нажито, уведете. Прошу Шехерезаду не обижать и моего коня-скакуна не трогать. Хорошо, что я на нем в этот поход не поехал. А так берите, что пожелаете. А чтобы во дворец допустили без лишнего кровопролития, с вами моего визиря, вами спасенного, даю.
- Вот и спасибо! - старый князь своего собрата эмира на нашем жаргоне благодарит и напутствие своему потомку дает:
- Виктор, отправляйся с войском на подвиги ратные, а мы с царем Мономахом здесь поворкуем. Два дня, я думаю, вам хватит.
- Войско, по коням! За мной! – Виктор не стал долго раздумывать, быстро, как заправский завоеватель, на Персию двинул.
В один прогон в столице персов оказались, которая вся во всем своем величии перед нами предстала. От огней и всякого изобилия блистала. Считали, что их эмир с победой должен явиться. Нас как победителей встречают.
Посланный с нами визирь вроде бы и выполняет все наши указания, однако сам себе на уме. У меня сомнения закрались: а не совершили ли мы ошибку, что старого князя Жибо и Вовку-Мономаха одних с небольшой охраной оставили. Наверняка у шаха в засаде где-нибудь отряд стоит и сейчас они там уже освободили своего шаха, а наших почикали.
- Сотенный Кожемяка! - кричит главнокомандующий Жибо-младший. – Сердце тебе ничего не говорит, что мы опрометчиво твоего шефа, хоть и бывшего, со старым князем Жибо одних оставили.
- Да вещает, что беда может случиться.
- Так вот, бери свою сотню и скачи обратно.
Кожемяка свою сотню мигом из Багдада вывел и погнал на границу с Персией, где наше командование оставили. А там действительно страсти начались. Мы как в воду глядели: конный отряд из засады видел все, что произошло, и ждал только момента, чтобы отбить своего шаха. Такого момента дождались и напали. Мигом всю охрану перебили и в шатре на Вовку-Мономаха и старого Жибо напали, которые не растерялись - круговую оборону приняли. Особо удачно Вовка- Мономах действовал – один за одним противникам башки скручивал, да и старый князь ловко кривой саблей действовал – с десяток голов вокруг валялось. Однако силы оказались неравные. Скрутили наших героев. И шах-падишах персидский решил свое взять. Давай перед Мономахом и Жибо своей шашкой махать, вот-вот головы им снесет.
- Эмир, я же тебя спас и жизнь тебе сохранил, а ты так подло поступаешь, – князь Жибо пытается время выиграть. – Вот наш гость из другого времени. Мы-то бессмертны, а вот он погибнуть может.
 - Не рассказывай мне тысяча вторую сказку. Готовься к лютой смерти, - произнес Эмир и кривую саблю занес, - вот-вот голова полетит.
И тут чудо не чудо, а случилось неожиданное. На голову падишаха котел Люсьен надела и закричала его воинам:
- Стоять! Или сейчас у падишаха вмиг из одной головы будет сразу тысяча. Вы же знаете, каким чудесным свойством обладает котел?
Воины падишаха не верят и готовы напасть на Люсьен. Однако сам падишах из-под котла умоляет:
- Не трогайте, не трогайте их! Она правду говорит!
А пока говорил, из чугуна голову вытащил и закричал:
- Рубите! Рубите их!
И пришел бы конец нашим, не поспей Михаил Кожемяка. Он со своими воинами быстро разметал противника. Падишах собрался было бежать, но схватили его, еле живой на колени упал:
- Прости, князь Жибо! Прости! – запричитал.
- Помиловать нельзя казнить! – очухался князь Жибо, двусмысленно мысль выражая.
- Так помиловать или казнить? –Кожемяка уловил юмор.
- Спроси у шаха, чего он желает!
- Прости, прости меня, о, великий полководец! – падишах головой давай биться о землю.
Князь Жибо и Вовка-Мономах рассмеялись от такой картины.
- Я думаю, надо простить его, но уже не выпускать из виду, пока наши не возвратятся.
- Надо послать гонцов в Багдад, пусть там не надеются, что здесь их шаху освободиться удалось. А мы продолжим наш разговор с Мономахом, и нам эмир компанию составит. А беседа у нас простая, какую тактику должен выбрать полководец. Мы вот за два дня пожинаем плоды трех ее видов: внезапное нападение, точный расчет, подкуп и предательство. Третье наш шах выбрал – тем и поплатился. Мономах точный расчет проповедует, а я, как великий полководец Чингизцарь, он же Георгий Данилович, – внезапность и быстроту.
- Так у нас Суворов действовал, за что ему Павел I звание генералиссимуса присвоил, - заметил Кожемяка. - Только наступление и наступление. Через Альпы на старости войско провел. Картина Сурикова так и называется «Переход Суворова чрез Альпы». Подвиг самого Ганнибала повторил.
Мы же об этих событиях в Багдаде от гонца Кожемяки узнали, что наши товарищи чуть не погибли и шах-падишах второй раз низложен.
Такое предательство падишаха нашим воинам здесь, в Багдаде, руки развязало – началось мародерство. Однако главнокомандующий младший князь Жибо остановил их:
- Не сметь грабежом местного населения заниматься! Нам добра из дворца падишаха хватит – по-братски поделим.
- Виктор, знаю, как ты будешь делить: это мне, это опять мне, свой бинокль то на уменьшение, то на увеличение будешь наводить.
- Я, Валерче, все по справедливости поделю. Пускай из гарема себе воины мои невест выбирают. Мне Шехерезаду послушать надо, выпытать, где кольцо шаха со змеей хранится. Вот это кольцо всем кольцам – кольцо. Повернул голову у змеи, от любой болезни человека можно вылечить, молодым сделать. Голова змеи - философский камень.
- Да, Виктор, из-за философского камня многие пострадали – так и не нашли его. А про змею я не слышал. Ты же не веришь в эти разные чудеса.
- Я верю только Надежде Шотт - знаменитой целительнице и матери подруги моей молодости Светки.
- Помню-помню, нашумевшее дело. Однако что с нами сейчас творится, никто этому не поверит.
- Вот когда лечить людей начнем с помощью философского камня и бессмертными делать, тогда поверят.
- О, батенька, и ты тоже поверил в философский камень, многие зубы обломали на этом. Хотя я-то сам верю, потому наша экспедиция отправилась за философским камнем. Действуй!
- Вы только мне не мешайте. Дайте с Шехерезадой пару вечеров провести. Я ее заболтаю.
- Что ты заболтать можешь, мы знаем. Не будешь словами Гарика Сукачева петь: «На фотку я твою смотрел, от любови корчился».
- Нет, та любовь ушла, и ее не воротишь назад, - Виктор вздохнул. – А в Шехерезаду я действительно влюбился, втюрился. Вот бы мне ее в жены. Люблю длинноногих
- Откуда разглядел? Хотя ладно, Виктор, давай действуй. А где же Боц в складках местности затерялся? Это не он там пристает к местному люду женского сословия в парандже: «Открой личико!»
- Он, он! Как кот в масле катается.
- Ладно, действуйте. У меня есть занятие. С местными аксакалами от науки пообщаться. Где-то здесь первый математик-аналитик. Он многое про числа знает, как через них выйти на откровения.
На этом мы расстались, хотя договорились бдить и вечером на бале-банкете встретиться в честь победителей. Виктор Жибо как главнокомандующий визиря предупреждает, чтобы тот не думал что-нибудь выкинуть, тогда их шаху-падишаху конец будет. «Последнее ему на руку, - подумал я, – Сам шахом стать хочет». Надежда, что Кожемяка со своим отрядом вернется. Действительно, к вечеру с половиной своей сотни он и Люсьен объявились. Вторая половина сотни со старым князем и Мономахом остались.
- Михаил, бери бразды правления. А то наш главнокомандующий Виктор Жибо намерен тысячу и одну сказку Шехерезады слушать, а вторую сам рассказывать.
- Нам пару дней старый князь отвел. И выступать обратно должны.
- Пару - это хорошо. Давай располагайся в хоромах; Виктор распорядился, чтобы вечером большой пир был организован.
- Узнаю Виктора, узнаю! Только боюсь, как бы это мероприятие до добра худого не довел. Надо посты вокруг города выставить. Персы могут в любое время нагрянуть. По стране у них еще много отрядов.
На встрече с ученым Востока Абдулой Абль-Насемом
На этом и порешили. Я по городу с охраной из двух наших воинов бродить отправился – искать ученого. Мне сказали, что в таком-то доме надо искать. Нашли довольно быстро. Вот и он собственной персоной. В тюрбане вышел. Давай беседовать. Сначала разговор не клеился, как будто на разных языках говорим. Однако быстро друг друга понимать стали. Дело в том, что в этом мире общий язык для всех существовал. Мы со старым князем Жибо и его воинами быстро на общий перешли. И вот с персами слияние нашего языка с их произошло. Я уж куда туг на язык и то быстро освоил всякие наречия. А Виктор вообще вмиг все схватывал – вот и с Шехерезадой нашел общую тему разговора.
- Абдул Абль-Насем, - обратился я к великому ученому, – скажи, какой сейчас год у вас?
- 4800-й.
- Ну, мне это ничего не говорит. А от Рождества Христова?
- 5221 год.
- Опять что-то не так. Ну да ладно, вы как-то по своим понятиям живете, и нам этого не понять. О другом поговорим. Как вы слова в цифровой код переводите?
- Согласно словарю, каждая буква свою цифру имеет, потом в слове эти цифры складываем, и если число больше сотни, то опять эти цифры складываем.
- А если число меньше 10?
- То удваиваем.
- Понятно я тоже такое придумал, правда, подсчет не вручную веду, а на компьютере. Говорят, ты тоже свою счетную машину придумал. Целая комната из палочек-дошечек – двоичная система из нулей и единичек; на несколько столетий опередил время.
- Да это давно было, однако машина работает, до сих пор подсчеты делаем.
- И что считаете? Нам кажется, что ваш мир нереальный. Живы вы или мертвецы?
 

Абдул Абль-Насем, - обратился я к великому ученому, - скажи, какой сейчас год у вас? А от Рождества Христова? - 5221 год.
 = 413
- Что реально, что нереально – сложно сказать. А то, что мы долго живем – это правильно.
- Что, найден вами эликсир бессмертия?
- Найдено пространство, в котором человек бессмертен. И причем не в каждом месте этот принцип действует. Мир разбит на квадраты, и вот в одном квадрате это действует, в другом нет. Кроме того, само время нами определено верно. Время имеет размерность, и можно чуть впереди находиться, чуть сзади, причем не линейно от сегодня к завтра, а перпендикулярно, параллельно, подобно тому, что на плоскости вторую прямую можно провести по-разному к первой. Время само по себе многомерно.
- Понятно, понятно. До этого я признавал многомерный мир – само пространство, а вот насчет времени как-то не думал. Хотя фильм видел на подобную тему – когда самолет в другое время попал, где полное уничтожение материи происходило. Потом они из того времени выбрались и в наше время вернулись на несколько минут позже. Вокруг люди снуют, а их не видят – их как бы нет. Потом с трудом стрелки на нужное время перевели.
- Что такое фильм и телевизор?
- Волшебное зеркало – по которому многое показать можно, но все на материальной основе построено, и никакого колдовства.
- У нас с зеркалами никакого колдовства, а раньше считалось колдовством. Все имеет свою основу. И многое из этого постигли на уровне тонких тел. Вот давай глянем, что ваши друзья делают с нашим шахом, - проговорил Абдул Абль-Насем и зеркало вытащил. - Видишь, вот они сидят и чай пьют. Их разговор я по губам читаю.
- Ба! А почему ваши солдаты этими зеркалами не пользуются.
- Шах запретил.
- А на другой мир, на другое время можно их настроить? Особенно на будущее?
- Работаю над этим. Хотя уже сейчас могу настроить. Однако у вас столько там информации, что утонуть в ней можно.
- Давай в наш мир в 2010 год глянем. Что он покажет?
- Вот смотри, - Абдул Абль-Насем давай зеркало хитро крутить. – Земной шар вашего мира из Космоса, вот материки, города. Какой город нужен? Показывай.
- Вот сюда давай, в Москву, в Кремль, – я уже заправски кручу зеркало. - Кто президент у нас? Ба! Владимир Мономах! Он с нами в этом мире, значит, вернется, и страной править еще будет два срока. Правда, непонятно, с перерывом или сразу. А ну-ка давай крутанем на Сибирь. Сюда, сюда! Курагино. Усадьба Виктора, и мы сидим у него во дворе и байки травим. Ну, славу Богу, значит, мы отсюда выберемся. Зеркало не обманывает? На судьбу ничего не подействует?
- Да, на судьбу могут повлиять другие силы. Но для этого надо постараться сильно.
- Стоп! Стоп! – кричит Абдул. – Смотри, коллега, пожар во Владивостоке!
- Это же случилось год назад. Тогда столько молодых девчат погибло – из окон попрыгав, с 8-го этажа. Мы не можем сейчас на это как-то подействовать, чтоб не было такого?
- Если бы это случилось в будущем, можно изменить, а вот то, что произошло, – трудно, хотя и это возможно.
- Тогда, Абдул Абль-Насем, давай я покручу по будущему, и потом сможем что-то предупредить. Надо Вовку-Мономаха за это зеркало посадить – он ответственен за судьбу людей, пусть запоминает. Вот вижу, наш Алпомыс – собачонка - под машину попал. Это 2007 год, август, 18-е число. Как раз у Виссариона праздник. Всё, из дому не выпускать Алпомыса! К этому числу мы вернемся. Вижу нас с Климом Ворошиловым - едем на праздник. Да, чудеса у вас творятся, Абдул. И все же непонятно, почему народ не сидит и не смотрит передачи по такому зеркалу?
- Чтоб не знать будущее, у нас запрещено смотреть их. Меньше знаешь, меньше проблем.
- Что ж, есть в этом сермяжное зерно. А то посмотришь, что в следующую минуту случится, в день, час, и неинтересно дальше будет двигаться по жизни.
- Вот поэтому и принято табу на такие зеркала. Обычными, пожалуйста, пользуйся, а такими – нет.
- Абдул Абль-Насем, меня вот еще такой момент интересует. Как в нашем мире продвинутые оказываются – такие, как Иоанн Богослов, Нострадамус, Леонардо да Винчи и другие, которые на многие столетия вперед многое предсказали, правда, иносказательно, но все равно многие события день в день, что произойдет и технические новшества всякие?
- Они не один день за такими вот зеркалами посидели. На Земле уже знали секреты изготовления. Первыми этрусские-русские, ваши предки, придумали. Потом секрет был утерян по каким-то причинам.
- А как вам технология таких зеркал досталась?
- Наш мир также перенес много катаклизмов – апокалипсисов на уровне нейринов, – миры в большом и малом схожи. Подобно тому, как звезды рождаются и умирают. Так и в нашем микромире. Многие цивилизации побеспокоились о сохранении своих достижениий, генофонда, они всё это передают на вновь рожденную звезду, на планеты, и там жизнь будет продолжена. Причем формы могут самые различные и время, и пространство.
- Ну, если так вольно можно поступать со временем, какие тогда проблемы, крути вперед-назад - и никакого апокалипсиса.
- Это в относительном исчислении, во времени двух измерений, а время трехмерное, туда нам нет доступа, как вы не можете в пятимерное пространство выйти.
- А вы можете?
- Да, мы этим овладели.
- А что, сейчас рай перекочевал в семимерное пространство, это правда? Кажется, даже я к этому руку приложил. Был вызван в их шарашку, к ученым в запредельном мире - и будь добр, отдай мои исследования, как это я семимерное пространство смог смоделировать?
- Они и ко мне с этим вопросом обращались. Однако моя модель – векторная, подобно тому, как модель твоего научного шефа Филиппова их не удовлетворила.
- Ба, так ты в курсе и этого!
- Да, иногда сижу за зеркалом и наблюдаю, что где происходит.
- А наше будущее не посмотрел? Выберемся отсюда?
- Что вы выберетесь, не беспокойся. Но испытаний вас ждет много. А насчет далекого будущего не буду говорить.
- Что ж, Абдул Абль-Насем, на этом спасибо. А вот скажи, а ваши зеркала в нашем мире будут действовать?
- А почему нет? Будут.
- Ты мне одно такое зеркальце не дашь? Чисто эксперимент провести.
- Конечно, могу дать. Только оно будет определенное время действовать, а потом его свойства теряются.
- И сколько долго?
- Год.
- За это время я много чего могу увидеть и предсказать.
- Не обольщайся. Оно будет действовать у вас только на настоящее время, а на будущее – нет.
- Абдул Абль-Насем, ты что-то темнишь. Не хочешь дать мне настоящее зеркало с просмотром будущего.
- Нет-нет! Все так и есть, как говорю. Можешь вот это зеркало взять, через которое мы только что ваше будущее смотрели. Может, сработает.
- На этом спасибо. Во дворце сегодня будешь? Там большой бал-фуршет предстоит.
- Постараюсь. С тобой еще поговорить хочу. Потенциал в тебе как в ученом заложен, о котором ты сам не догадываешься. Так вот я тебе дам толчок, чтобы не блуждал в потемках.
- Спасибо, спасибо! Кстати, а нельзя ли посмотреть, как бал пройдет? Нам никаких бед не ждать?
Абдул Абль-Насем начал зеркало крутить, но оно немтырем стоит – полосы идут, как на нашей Земле с телевизором случается.
- Не пойму, что случилось! - Абдул занервничал. - Такого еще не было.
- Вот видишь. И на вашу технику бывает старуха-проруха. Кто-то запреты ваши не выполняет. И тайные силы действуют. Чует мое сердце, как бы нам с этим балом у вас под колпаком не оказаться. Короче, бегу. А ты, Абдул, покрути зеркало и, если что, сообщи.
С этим напутствием я во дворец кинулся – предупредить наших друзей, чтобы мы осторожней были.
Бал-фуршет в персидском дворце
Виктора с Шехерезадой в ее апартаментах нашел. Он ей заливает о музыкантах, какие были популярные в 70-х годах – в его молодости. Сам пытается напеть.
- Виктор, что мучаешься? На зеркало, покрути и живьем покажи, как было дело.
- Дай-ка, дай, профессор! Ба, и точно! Крутится наш мир. Как на 70-е годы настроить?
- Подумай. Зеркало твои мысли воспринимает.
- Не получается.
- Надо в альфа-ритм войти, на 10 гц выйти. Спокойно. Отрешись от всего, а лучше вот посмотри на обратную сторону зеркала, оно настраивает на нужный альфа-ритм. Видишь, образ - спираль скрученная, две девятки вертикально одна на другой, горизонтально также две девятки.
- Вижу.
- Вот все, есть настрой, переворачивай и думай, что ты хочешь увидеть.
- Ба! Вот я собственной персоной в парке спич, то есть бардовскую песню, исполняю. Ты вон, Валерка, рот разинул.
- Точно. Вот славное время было. А вон Светка пьяненькая. Вокруг нее Вовка Щербинин веревки вьет.
- Тогда он у меня увел товар со двора. Простить ему до сих пор не могу.
- Так тогда тебя кроме музона ничего не интересовало.
- Я ради хорошей музыки душу дьяволу продам.
- Ты осторожно, Виктор, словами бросаться, нам только еще к нему попасть не хватало.
- Ладно, Валерче, дай мне зеркало на вечерок, я вот с Шехерезадой побеседую, нашу жизнь покажу, и на вторую тысячу сказок перейдем, будут две тысячи и одна сказка.
- Нам надо отсюда удирать. Твое сердце-вещун ничего тебе не говорит?
- Оно мне одно говорит, с Шехерезадой надо пообщаться. А о нашей безопасности я отдал распоряжения Кожемяке – пусть он следит за всем. Не зря же ему за Афган орден Красной Звезды вручили. Сам дорогой наш Леонид Ильич ему вручал.
- Да, Виктор, кто подумать мог, что ты Кожемякой так запросто командовать будешь. Он же самим советником президента Мономаха был.
- А я князь Жибо! - понесло Виктора.
- Жибо, Жибо! Не забывай, мы здесь гости и уязвимы, могем сгинуть не за понюшку табака.
- Профессор, не боись! Узнавай тайны этого мира. Моя задача, знаешь, перстень добыть. Он где-то в апартаментах шаха спрятан. Кстати, а через зеркало нельзя узнать?
- Это зеркало на наш мир действует, а их мир только продвинутые могут видеть. Вот вечером на бал придет Абдул Абель-Насем, попытаюсь, чтоб он посмотрел в свое зеркало и узнал, где это кольцо с философским камнем.
- Действуй, профессор! Действуй! А мне не мешай.
- Виктор, а где Сурен? Куда ты его отправил? Не вижу его в наших доблестных рядах.
- Отправил подальше от дворца. Уже к Шехерезаде начал приставать. Я ему: иди к старушкам. А он ни в какую, лезет, и всё.
- Товар уведет уже не со двора, а из дворца, - смеюсь, вспоминаю нашумевшее дело из жизни на Земле.
- Сурен еще ничем не отличился. Не отпустят его отсюда.
- А пусть. Мы к нему его сынка направим, пусть они еще с сотню подвигов совершат.
Посмеялись мы, но решили, что бдить надо, и потому я пошел Кожемяку искать.
Нашел. На площади перед дворцом представление дает. Его телевизионная сущность проявилась – людям на площади шоу устроил, как на верблюдах надо ездить.
- Михаил, что творишь! Ты их еще научи, как лошадей подковывать.
- Так я сам учусь.
- А, тогда понятно.
- Только вот от Виктора Жибо приказ - охрану усилить и пути отступления обеспечить. Не нравятся все это спокойствие и радужный прием. Как бы главный визирь переворот не устроил. Может, упредить его, арестовать.
- Не можем. Народ за него. Он популярнее самого султана.
- Что ж, значит судьба, нам на балу во дворце участвовать. Но будьте начеку! Не пейте никаких напитков и не шляйтесь по апартаментам.
- Уже отдал такие указания. Сурена вызвал, чтобы внутри дворца охрану обеспечивал и следил, где жареным запахнет.
- Это правильно. Он похож на персов и многое может услышать. Вы его соответствующим образом и переоденьте - пусть он среди местной знати покрутится. Может, чего узнает. Владеть информацией, значит, выиграть сражение.
Итак, бал начался. Собралось, персу, то есть яблоку, упасть некуда. Вышли в сад с бассейнами – яства на золотых подносах прямо на коврах на полу разложены. Предложили по-турецки садиться.
Я с Абдулом невдалеке от Виктора с Шехерезадой расположился. Виктор как главный командует застольем.
- Прошу бокалы водочкой наполнить, - Он по запарке начал, забыв, что персы не пьют, и тут же свою ошибку исправил: - Простите, соком. Наполнили? А теперь давайте сок проверим на рыбках в аквариуме. Выльем в него каждый свой сок. Все выполнили? Смотрим… Да, рыбки плавают. Значит, все нормально. Ешьте, пейте, ничего не бойтесь!
Дальше передать спичи, которые выдавал Виктор, сложно.
Но основную лепту в наше дело внес Сурен. Он приказ Виктора «внедриться в местные складки местности» понял по-своему. Нашел зал во дворце, где подают крепкие напитки, опиум и гейш, и засел там. Правда, перед тем, как впасть в свое любимое состояние – заняться гейша ми и когда его уже не остановить, - узнал, откуда нам ждать неприятностей. А эти неприятности заключались в том, что нам в соки, выставленные на стол, должны подмешать яд, причем не в самом начале, а в конце бала. Яд действует только на нас пришельцев и не действует на персов. Об этом он успел передать Кожемяке, и тот сообщил мне и Виктору. Потому Виктор и произнес такой странный тост. Так что Сурен на бал явился заряженный и уже не скрывал, что это он, герой, 175 подвигов совершил.
- Как бы петь не начал, - шепчу Виктору, - это же его любимое занятие.
- Сейчас я его мигом в чувство приведу. Я же кольцо достал. Вот оно. Давай покажу, как Сурена из состояния куража вывести. Вот кручу головку змеи, видишь, острие в виде иголки. Им надо Сурена в плечо уколоть. И сразу он нормальным станет.
- Что-то не верю!
- Сурен, иди сюда! - Виктор друга подозвал.
- Басселль-массель-карабассель! – пытается петь Сурен, двигаясь к Виктору.
- Сурен, здесь забудь, что ты друг мне. Ты подчиненный. И зови меня просто: добропочтенный князь. А во-вторых, подставляй плечо, мы тебя выводить из пьяного состояния будем.
- Виктор, ты почему такой? – куражится Сурен. – Как ворота поставить у тебя во дворе, так Сурен, а как прошу меня с Шехерезадой познакомить - гонишь от ворот. Будь другом, дай с ней часок поворковать.
- Сурен, ты же мне со своего плеча пиджак не дашь!
- Как не дам? На бери! - Сурен давай с себя одежду скидывать.
Виктор этим воспользовался: змеей волшебного перстня уколол в плечо Сурена, и тот мигом трезвый стал.
- Что я это говорю? - Сурен понял, что какой-то бред перед этим нес. - Вы не пили отравленный сок?

 

Басселль Массель Карабассель Сурен Виктор Валерий-сан Михайло Кожухов
52+36+122+553+553+496+280+616+891 = 769

- Нет-нет, Сурен. Спасибо, что предупредил. Сейчас твоя задача смотреть, чтобы персы не выкинули еще что-нибудь, – Виктор Сурена наставляет. – И играй дальше роль пьяного. Еще что-нибудь толковое услышишь.
Дальше пошел Сурен роль играть, правда, уже не так убедительно. Не поет «Басселль-массель-карабассель» и не обнимается с визирем. К последнему наша Люсьен подсела. У нее свой обворожительный имидж, поэтому ей прощают такие вольности, и она без паранджи разгуливает.
- Визирь, скажи, в чем твоя сила? - пристает к нему. – Я вот спасла вашего шаха, и он мне обещал все, что я захочу. Так вот я тебя хочу.
- Визирь глаза выпучил от такой наглости.
- Вы что говорите, дорогая? Если моей сотой женой хотите стать, то, пожалуйста.
- Сотой я не хочу, а хочу первой. А давай, визирь, выпьем что-нибудь. Нам Сурен текилы нальет.
- Сурен, налей нам текилы. Текилы хочу! Все текилы хотят!
Сурен, видя такое дело, что можно к самому визирю подсесть, бутыль текилы выставил. Он этим зельем запасся и незаметно команду дал в сок подсыпать снотворное и желающим без промедления выдавать порцию. Через некоторое время персы вовсю текилу хлестали. И женская половина на мужскую перекочевала. Вакханалия началась. Никто уже не помышлял ударить по нам исподтишка. Некому было дать команду - визирь в объятиях Люсьен, и не вырваться ему. Тех, кто должен был отраву подсыпать в сок, Кожемяка нейтрализовал. Кроме того, он ударную группу визиря отослал из города.
В темнице
Все, казалось, под контролем нашим. Однако визирь обхитрил нас. Он двойной удар подготовил. Только все расслабились и уверены были, что все о’ кей, как вдруг каждый из нас в кольце из двух-трех персов-воинов оказались. Визирь их в потаенных комнатах держал. Повязали нас и в темницу бросили. Перед самым нашим арестом Абдул успел шепнуть, что выручит нас. Я, Виктор, Кожемяка, Люсьен, Сурен в одну камеру попали. Одного Боца не было, и мы не знали, арестован он или нет. Если нет, то, может, сообщит в лагерь, что мы в ловушку попали.
- Виктор, узник Бухенвальда, пардон, персов, ты главнокомандующий у нас, что скажешь, как нам вырваться из этих казематов? Кто нас подставил? Не твоя ли Шехерезада?
- Шехерезада спасет нас. И скажу больше - она в меня втюрилась.
- Ой, не верю я этим персиянкам. Особенно Шехеразаде. Она не такая уж лапочка, как малюет себя.
- Лапочка, лапочка! – Виктор на своем стоит. – Где Боц, почему нас не выручает? Нам бы сюда Валерку-министра Алексея Лебедя, он у душманов в плену был и нашел бы выход.
- В плену не у душманов, а в Анголе. С душманами вон Кожемяка сражался. Почему, Михаил, такое случилось, что визирь тебя так облапошил.
- Все виноваты. Текила! Текила! Вот и оказались здесь. Хотя, знаете, я подготовил подарок. Времени сколько сейчас? Час ночи. Так вот, сейчас маленький взрыв должен прозвучать. Мне стоит вот на эту кнопочку нажать.
- Однако постой! Откуда у тебя взрывное устройство здесь?
- Я не бил баклуши, как некоторые, и секрет китайский, как порох сделать, выведал и вот бомбу изготовил и запал к ней. Только как к нему пробраться? Он под ковром спрятан. Успел, перед тем как нас схватили, спрятать.
- Ну, это, считай, пропащее дело, - Сурен промолвил. - Только чудо может нас спасти.
- Друзья, думайте, думайте, как нам выбраться. Может, Люсьен что придумает.
- Нет, не могу – все мои возможности исчерпаны. Здесь я не могу и на астральный уровень выйти. Портал закрыт полностью.
- Парни! Парни! – вдруг услышали шепот.
- Так это же Боц вон в ту вентиляционную решётку голос подает.
- Боц! Боц! Как нас нашел?
- Меня ученый Абдул спас. Паранджой накрыл, я за его гейшу сошел. Нас из замка выпустили как своих.
- Как ты под два метра под их гейшу мог сойти?
- Пришлось на коленях идти. В темноте не заметили.
- Боц, выручай. Кожемяка бомбу приготовил, она под колонной у входа установлена. А запал к ней под ковром в зале, где мы гуляли. Можешь туда пробраться?
- Не смогу, а вот Абдул сможет. Его вызвали, чтобы он при ваших пытках присутствовал, и свободно по покоям разгуливает.
- Вот и славно. Давай его сюда, я с ним поговорю.
Передали мы ему просьбу запал принести, а сами у Боца пытаемся узнать, где наши воины.
- Воины по Багдаду разбрелись, сейчас их отлавливают и в конюшни собирают.
- Ой-ой! – Виктор застонал. – Мне старый князь Жибо не простит такой оплошности.
- Не стони, Виктор, нам спастись бы. А там видно будет.
Пока мы стонали, Абдул за запалом сходил и нам через вентиляционную решётку просунул.
- Михаил, сработает?
- Сработает. Взрыв - и колона падает вправо, пробивает вот этот угол, мы выскакиваем и бежим к конюшням, освобождаем наших воинов, там же вскакиваем на лошадей и скачем в свой лагерь.
- Бегство – худший вариант, - Виктор мысль высказал. – Нас без оружия перебьют, как куропаток. Надо что-то другое придумать. Где у них арсенал с оружием? Наша задача захватить его.
- Это было бы лучше, - Кожемяка кивает. – Я знаю, где он. Но он под семью печатями.
- Запоры нас не удержат, - Виктор какую-то мысль вынашивает. – Для чего у нас Боц? Он откроет.
- Как?
- Пусть думает. На то и голова у него на плечах.
- Эх, танк бы нам сюда, - Кожемяка вздыхает.
- Давайте, давайте! Говорите всё, что угодно, мозговая атака должна быть, и решение найдем, - вспомнил я про метод «мозговой штурм».
- Михаил, а со взрывом все надежно? А то, может, пшик и всё. Предлагаю так действовать. Боц и Абдулом у дверей конюшен дежурят и, как только после взрыва паника начнется, освобождают наших воинов. Пусть они берут лошадей и скачут к арсеналам. Мы откроем. Короче, натиск и нападение! И никакого отступления! Будем по-суворовски действовать!
Кожемяка дистанционное управление бомбой на «товсь» настраивает и отсчет начинает. На команду «три», действительно, как бабахнет, что у нас чуть перепонки не полопались. Но это еще ничего. Колонна прямо на нас обрушилась, и нашей тюрьмы как ни бывало. В нескольких дюймах от нас колонна зависла. Однако свое дело сделала. Небо перестало быть в крупную клетку - проход открылся. Мы, как и договорились, к арсеналу бросились. Персы все на колени попадали и Аллаху молятся – в полной прострации. Мы без труда тут же ключи у стражей забрали и вмиг арсенал с оружием открыли. Тут и наши воины, сотни полторы подоспели, остальные где-то в городе спрятались. Мы вооружились и давай персов-воинов, пока они ни разумели, что к чему, вязать и в их же казематы сгонять. За час порядок навели. Выдали нам и визиря. Оказалось, народ несильно его любил и потому законного шаха желал видеть.
Заседание князя Жибо
К 4-м утра победа полная. Реабилитировали мы себя. И продолжить банкет готовы.
- Продолжение банкета требую! - Виктор кричит. – Где Шехерезада? Ее хочу!
«Ларису Ивановну хочу!» – Так обычно «Русское радио» шутит на нашей Земле.
- Что ты ее хочешь, это понятно, - Сурен отошел от шока. – Но не лучше ли нам отсюда подобру-поздорову восвояси трогать. На нашей Земле понадежней.
- Сурен, что сказал старый князь Жибо? Когда мы выберемся? Когда каждый подвиг совершит. А сегодня у нас в минус счет пошел. Нет подвигов - и баста!
- Михаил заслужил такое, однако сегодняшней промашкой накрылись ордена за подвиги.
- Так нам никогда не выбраться отсюда, - Сурен паникует.
- Не боись, Сурен, выберемся, - Виктор успокаивает словами Ольги Коновой. – Кстати, Ольга Конова нас обнадежила - алиби дала, что мы выберемся.
Пока мы рассуждали на эту тему, наш штаб - старый князь Жибо, Владимир Мономах - на площадь вступил. Уже в курсе, что с нами случилось.
- Ну что, отличились, друзья мои? - старый князь Жибо улыбается. – Слава Богу, что живы остались. Прощаю. Всякое бывает. Но все вам с нуля начинать надо. Придется вам одно мероприятие поручить. В страну Чжуржэнию послать. Там есть должок передо мной у местного князя. Вот вы его и должны вернуть.
- А нельзя ли без кровопролитных войн это поручение выполнить?
- Почему нельзя! Можно. Предлагаю вам туда купцами отправиться - из Персии с товаром. И задача - хитростью решить проблему.
- До Чжуржэнии мы год будем добираться.
- Зачем год? Тропами с нулевым притяжением вы за пару дней там окажитесь.
- А Шехерезаду можно взять? – Виктор соображает в свою пользу.
- Если согласится, почему нельзя? Потом назад доставите.
- Я её, может, на Землю заберу.
- Вот этого нельзя делать, - старый князь пояснил. - Пока вы туда путь держите, мы здесь в Персии побудем. С шахом решили объединить силы и поход на Рим совершить. А то крестоносцы на нас двигаются.
- Так и мы хотели бы на Рим сходить.
- Успеете обернуться с поручением из Чжуржэнии, возьмем.
- Тогда мы согласны. Как действовать будем?
- Хитростью, хитростью. Кто у вас хитрым лисом был?
- Кутузов.
- Он самый. Вот и действуйте.
- А ты с нами отпустишь прорицателя Тиресея?
- Пусть отправляется. Ему в тех землях что-то надо увидеть.
- Ну, тогда мы живем! - воскликнул Виктор – Они с профессором вычислят, как надо действовать.
- Дело у него лучше пойдет с Бородой-рамочником – они там быстро определят, где философский камень зарыт. Основная наша задача – философский камень найти и хана Георгия-Чингиза освободить.
Купеческий караван в Китай
Начинаем сборы. Главнокомандующим Виктор Жибо. Михаил Кожухов – секьюрити, серый кардинал. Мономаха сотней командовать определили, основной ударной силой.
- Князь Жибо, почему так мало войска даешь? – обратился с обидой Виктор к своему предку.
- Почему мало? Сто моих воинов - тысячей в любой момент станут. И кто ей командует? Кстати, почему ты, потомок мой, такой большой обоз снарядил? В несколько сот повозок. Одних наложниц несколько тысяч набрал – весь Халиф остался без невест.
- А зачем нам лишения испытывать? Мы должны показать, кто путешествует. Не на один же день едем. В Китае порядок наведем. Потом в Чжуржэнию Чингизцаря вызволить из плена. Под этим именем князь Георгий своим отцом – царем Руси Данилой – туда направлен. Опыта набираться, правда, в кабалу попал. Потом в Японию заглянем. Там дайдж-джины, темные силы, из ада выбрались и балуются – их надо на место поставить. Ты лучше, дед Жибо, скажи, что в Чжуржэнии мы должны достать, кроме как Жоржа-Чингизцаря из плена освободить. Может, не надо выручать? Потом же все пошло не так: Романовы на Руси власть возьмут – простой народ крепостным станет. А измени мы малость ход истории, все по-другому будет.
- Может тогда и вас не быть. Изменить историю – это значит, ее по другому руслу пустить. И представляешь: вас не будет, и будут вообще другие люди. Для истории это, может, и не имеет значения, а для живущих – важно. И при этом ты не знаешь, что в другом случае произойдет. Допустим, Чингизцарь, он же царь Руси Георгий Победоносец, поход крестоносцев на Русь не остановит. А те русский народ не пощадят. Мои звездочеты просчитали различные варианты с Чингизцарём и без Чингизцаря; скажу: вариант без него намного печальней для русичей.
- Ладно, верю! Жоржа-Чингиза мы спасем, а потом он нас спасет!
После этого Виктор еще сотню повозок загрузил с персидским добром, и мы в путь тронулись.
- Виктор, а почему не воспользуемся скрытыми дорогами Шелкового пути – быстро бы в Китае оказались.
- Торопиться нам некуда. Не к станку опаздываем! - прокомментировал главнокомандующий.
- Ты-то не испытываешь лишения. А воины в седлах устали.
- Это их стезя. Да и им в этом мире все нипочем. Они же бессмертные.
- А твоя стезя - развлекаться здесь?
- Может, и так. Хотя, почему ты так со мной разговариваешь? Кто наместник этих земель? Я! Вот и слушайся меня! Скоро в Пекине будем. Я там был, я там все знаю.
- Виктор, ты через полтысячи лет от этих времен там был.
- Ничего-ничего! Вот увидишь. Гонцы не прибыли?
- Гонцы прибыли и сообщили, что нас китайцы со всеми почестями ждут. Они успели подвиг совершить - предупредить китайцев о нападении на них соседей, потому в благодарность за это китайцы ждут нас, как друзей.
- Это хорошо. Не хочу войн. Нам надо там с недельку отдохнуть по-человечески. От Шехерезады вторую половину второй тысячи сказок хочу услышать.
- Ты ей, наверное, больше сказок рассказываешь, чем она тебе?
- Рассказываю, рассказываю! - Виктор рассердился. – Ты вот скажи, сколько времени отводишь на то, чтобы наша любовь с ней не распалась.
- Месяц. Когда-то я завысил планку, что у Костана с Ленусь любовь на год продлится. А её на месяц не хватило.
- Там все было ясно, что связь распадется. А здесь любовь веками – временем и пространством определена, и, можно сказать, вечная.
- Зачем тебе вечность? Вот после нашего похода и расстанься с ней. Не забирать же тебе ее в наш мир на Землю.
- А что, и заберу! Ты же хотел во Владивосток кого-то забрать.
- Хотел и расхотел.
Так мы с Виктором по дороге словами перекидывались, пока он отдыхал от своей услады с Шехерезадой. В других шатрах, где другие наложницы ехали, Боц и Сурен прописались. Вот кто купался, как коты в масле.
- Боц, что-то ноги тебя еле держат, - подметил я. – А вон Сурену ничего.
- Профессор, приглашаю навестить вон тот экипаж, там продвинутая профессура собирается – астрологи и прочие медиумы.
- Сурен, ты смотри, как бы темные силы не просочились в наш караван и не завели в темное ущелье.
- Ты на Сурена положись. Полная безопасность обеспечена. Кстати, у нас на пути сегодня замок, и нам там бал дают.
- Что за замок? Вроде бы не было запланировано? Монастырь Шаолинь должен быть, а замка – нет. Не темных ли это сил?
Виктор, оказывается, уже встретил послов этого замка и согласие дал пару дней у них провести. Узнаю Виктора. Лишь бы закутить, а с кем, неважно. Тут нам как бы не вляпаться.
Китай-город
На горизонте среди степей показался не замок, а город с китайскими дворцами с их крышами, фонтанами и множеством бумажных драконов на площадях и крышах. Вспомнились слова Сергея Симакова, что самый пик искусства, когда художник так может изобразить, что это живым становится. И вот это зрелище казалось таковым: миг - и все эти драконы живыми станут.
Однако ворота замка-города перед нами распахнуты, и нас свита китайцев в дорогих одеждах с дорогими подарками встречает. Особенно много шелковых одежд и платьев. Наша женская половина бросилась принимать эти подарки, не отказываясь и от драгоценностей - изумрудов, золотых колец, браслетов. Этого добра здесь особенно много.
- Профессор, - зашептал Сурен, - похоже, китайцы философским камней владеют и знают, как бронзу в золото превратить.
- Не нравится мне все это. Не муляж ли? Китайцы мастаки такие спектакли устраивать. Причем, нарисованное может живым стать, и, наоборот, живое в нарисованное превратится.
- Виктору скажи.
- Не поверит. Скажет: обман трудящихся.
- И как быть? Надо бы совещание собрать, но не успеваем. Где Кожемяка?
- Он уже в городе и меры безопасности принимает, - сообщил Сурен как его правая рука. – Мне уже передал, что там все в порядке. И можно выступать.
- Тогда что нам в радости печалиться. Одно только огорчает, мы здесь уязвимы, и надо быть осторожными.
С этими мыслями мы в ворота замка-города вступили. Среди встречающей знати я Андрея Камалова узрел. Он, будучи в командировке в Китае, умер год назад от болезни уха. Кремировали его китайцы, а схоронили во Владивостоке. Правда, кого кремировали, пойди проверь. Я еще тогда сказал, что не Андрея схоронили. И вот его живым вижу. В другом времени и пространстве, но все равно - факт. Он много занимался древнекитайской философией, и его мысли и тело в китайскую суть переродились. Андрей меня тоже узнал и знак подает, чтобы я не выдавал, что знаком с ним. Я тоже подал знак, что понял и встретиться надо.
- Вечером найду тебя, - получил утвердительный ответ.
Разместили нас, как подобает дорогих гостей, в хоромах, разные там опахала, ванны прямо в каменных гротах предоставили. Все, как в долине гейзеров на Камчатке, – множество ванн с разной температурой воды и разными её выбросами. С десятиметровой высоты падает вода – одна струя-столб холодная, другая – горячая, массаж природа выполняет. И таких водопадов попарно несколько десятков – вдоль каменной стены.
Все мы поместились в этих ванных. Купались до самого вечера. Однако вот и вечер. Город-замок в сногсшибательном фейерверке и праздничном настроении. Все китайцы в масках драконов. Я в полном беспокойстве. Жду встречи с Андреем, он должен прояснить, что затевается против нас.
А китайцы проявляют полнейшее гостеприимство. Кушанья всякие – больше пресмыкающихся: вараны, змеи, черепахи. Напитки –зеленый чай и зеленый морс. Почему зеленый – непонятно, наверное, из древесных лягушек. Пытаюсь не пить, жду Андрея. Вот и он знак подает за ним идти. Иду, поднимаемся по винтовой лестнице и попадаем в комнату под самой крышей дворца – почти как в его мастерской, что у него до сих пор стоит в сохранности во Владивостоке: жена Андрея хочет там музей его памяти открыть. И вот, пожалуйста, Андрей здесь воссоздал в натуральную величину все это.
- Андрей, откуда офортный станок взялся?
- Пришлось по памяти у местных кузнецов заказывать. Они умельцы, по рисунку что угодно могут воспроизвести. За то, что я могу рисовать, меня здесь и держат.
- Скажи, китайцы эти - светлые или темные силы? Кому они служат.
- Я сам до сих пор не разобрался.
- Вот видишь, до чего довело увлечение китайскими разными учениями. Среди драконов живешь. На улице я не встретил ни одной китайской рожи – одни драконьи. Рассказывай, чем здесь занимаешься. Я как понимаю, эта мастерская - твоя отдушина. А где основная жизнь? Ты встречал нас в свите, не из простых, значит?
- В знать вхожу. В парламент, по-нашему. Что-то решаем, утверждаем, как на Земле. Но основная нить бытия плетется в другом месте, куда не допускают. Один раз удалось пробраться на их шабаш, и у меня от увиденного в голове помутнело. Здесь как-то реально все происходит, а там я увидел картину жизни, как у Сальвадора Дали или в кривом зеркале. Запросто могут целые селения, страны одним росчерком пера на холст перенести. Рисуют, колдуют - и вестник с победой приходит. Причем рисуют и своих и других, а на картину переносится неприятельские войско - оно здесь и застревает.
- И что, неприятель с лица Земли исчезает? Ведь можно и обратную операцию выполнить: войска из картины выпустить, как джина из бутылки.
- Можно. Но эту тайну я не знаю, да и не стремлюсь узнать. А вот рисовать неугодных приходится. Непосредственно министру по охране императора подчиняюсь, он и отдает указания нарисовать того или иного сановника. А как только нарисовал, забирают картину, колдуют над ней, и вот человека нет – на картине он.
- Здорово! Хотя что тут хорошего. А в чем колдовство состоит?
- Какой-то иероглиф-текст они дорисовывают и еще какие-то манипуляции проделывают, вслух слова-фразы произносят.
- Андрей, давай разузнаем эту тайну. Я ее на Земле применю.
- Этого как раз и не надо делать. Я, собственно, из-за этого в Китай поехал. Приблизился к этой тайне, и вот результат - здесь оказался.
- Так ты действительно умер? Или подтасовали, и ты - живая плоть в этом мире, как мы.
- Да, я такой же, как вы, но меня отсюда уже вряд ли выпустят и другие силы, потому что многое узнал.
- Не боись, вытащим, если сами, конечно, выберемся. Что затевают против нас китайцы?
- Одно - вас на картину нанести. Я половину картины уже нарисовал, где вы всей компанией по кругу расположены.
- Ну, Андрей, ты успокоил.
- Мы за вами наблюдаем, как вы только из Персии вышли, и знали, что наши земли никак не обойдете. Вот через всевидящие зеркало я и сделал зарисовки каждого. Заодно и всех воинов старого князя Жибо. У китайцев с ними какие-то давнишние счеты. Вот и хотят посчитаться.
- Андрей, а где выход? Может, вашего императора среди нашей компании нарисовать. Знаешь, у Леонарда да Винчи в картине «Тайная вечеря» святая Магдалина и чаша Грааля изображены. А все, кто чашей владеет, тайнами мира будет обладать и силой. Магдалина в основе всего стоит, будто она несет женское начало, а не мужское от Иисуса Христа.
- Да, вы здорово продвинулись. Чаша Грааля – это мощная штука, и обладание ею сильное господство над миром дает. У нас здесь за ней тоже гоняются. И известно, что она сейчас в Чжуржэнии, потому ее никто не может взять силой.
- Ты же знаешь, Андрей, что в Чжуржэнии в плену Чингизцарь находится, который на самом деле Георгий Данилович – сын русского царя и внук византийского императора. Ему великие дела судьба предсказывает.
- Да, знаю. Чингизцарь, он же князь Георгий Данилович, там в плену. Ему только на седьмой год удастся выбраться от них и чашу Грааля забрать. Потому он потом с победой всю Европу пройдет.
- А никто ему не помешает?
- В это вы должны вмешаться. Помочь ему бежать из плена. А не случись этого, себя уничтожите. Старый князь Жибо вас не зря послал в Чжуржэнию - как раз освободить Чингиза-Георгия Даниловича из плена.
- Ну, Андрей, голова кружится. Только что фильм «Код да Винчи» посмотрел, книгу прочитал, многие моменты на графический код проверил.
- Графический код – это интересно. Что это такое?
- 99-арканная система расчета – своего рода свертка слов, высказываний, заклинаний.
- Ба, так это иероглиф – магический знак превращения картины по этой системе создается. Только здесь действует не 99-арканная система, а 999-арканная, в которую вписываются 999 главных иероглифов Китая.
- У них и 10 тысяч найдется – они сами не могут сейчас с помощью компьютера посчитать, сколько у них иероглифов.
- Давай расскажи, как ты 99-арканной системой пользуешься и в 999-ю алгоритм дай, я разберусь. Вот бы программу написать.
- Знаешь, мы ноутбук с собой таскаем, батарей набрали, есть солнечный генератор для подзарядки батарей, так что мигом напишу скрипт перевода в 999–арканную. Ты давай нумерацию иероглифов от одного до 999 и код в 999-арканной системе, и будет тебе через пару дней программа телепортации. В помощь тебе, чтобы картину с императором рисовать, Вовку Щербину определим. Помнишь, во Владивостоке выставку у Городнего делал? Он в нашей свите без дела сидит, только Виктора - младшего князя Жибо - с Щехерезадой рисует.
- Щербину помню. Его манера письма как раз для этого подойдет. Мне запрещено рисовать придворных - наложено магическое табу, а вот посторонний это сможет сделать.
- Вот и славно. Начинайте незамедлительно. А я сяду за 999-арканную систему кода.
После этого я действительно засел за реализацию 999-арканной системы для всяких заклинаний. Вопрос встал, как 999-арканную систему двухмерной или трехмерной сделать? Если число меньше 10, то его утраиваем, и если меньше 100, то тоже утраиваем 66: будет 666, а если число из разных цифр, например, 35 – то складываем 3+5 = 8 и утраиваем – 888. Есть другие алгоритмы, однако решил на этом остановиться. Скрипт засел писать.
Вопрос: как китайскую грамоту в компьютер ввести? Через цифровое соответствие: иероглифов числам, цифровой код, а через него строку иероглифов и матрицу. Есть скрипт формирования матрицы 12х12. А если иероглифов больше, то надо плавающим параметр размера матрицы сделать. В принципе сделано: задаешь число символов иероглифов в строке, а число строк определяется в зависимости от числа их. Такой подход нам помог иероглифы египетских пирамид читать. Вот где тайн нераскрытых - непочатый край.
Пришлось день попыхтеть, чтобы этот скрипт написать. Не так все хорошо, как бы написали с Роньшиным – программистом от Бога. Однако скрипт работает. Можно чудеса творить. Надо Андрея звать, инструмент создания голографической решетки сдавать заказчику:
- Андрей, принимай заказ!
- Что ж неплохо. Сколькиарканная?
- 999-ти. На 999 иероглифов рассчитана.
- Маловато, надо на десять тысяч. Иероглифов на самом деле еще больше. 10 000 тысяч - оптимальный вариант.
- Ты же говорил, 999-арканной свертки хватит.
- Вдруг ошибаюсь. 10 000 тысяч - с гарантией.
- 9999-арканную свертку я могу сейчас смоделировать, но боюсь, что скрипт не потянет. Ты давай быстрей нам выставляй защиту, чтобы твой император не смог нас в твою картину упрятать. Зачем нарисовал нас?
- Было велено. Я подневольный.
- Ладно, действуй. Тебя освободим от пут этого мира. В христианскую веру вернем. Нам дорога туда известна – мы провели мощное исследование. Кстати, может, этрусский – наш старославянский шрифт подойдет для сверток, он тоже многовековую заряженную энергетику имеет.
- Это мы проверим. Надо что-то емкое найти, чтобы связь с картиной иметь.
- Может, вариант свертки со вторичной проекцией использовать в плоскости и над плоскостью, через линии связи.
- Да, так и должно быть.
- Это я могу быстро сделать. Завтра готово будет.
- Утро вечера мудренее...
С вечера засел за программу, и к утру она была готова, как просил Андрей - со вторичной проекцией. Картина - вторичная проекция, а в пространстве сама свертка. Линии - бамбуковые палочки, порохом засыпанные. Поднес фитиль - и чудо-свертка трехмерных объектов в двухмерную плоскость загонят. Что наверху было, в картину перемещается. Живое, неживое – нет разницы.
- Что внизу, что вверху, - Андрей кивает. – Теперь я понял, как китайцы этот фокус с живыми проделывают. А вот с неодушевленными предметами у них не всегда получается.
- Щербина, тащи картину, что подготовил, - я сразу к делу приступил. - Императора будем в картину загонять. Свертку я приготовил по коду иероглифов, что Андрей предложил.
Вот картина перед нами. Я свертку в виде голограммы настраиваю над картиной; Андрей бамбуковые палочки – линии связи - в пространстве мастит.
- Готово! Поджигаю! – произносит он.
Ба! Картина ожила – император и все приближенные на картине, как живые, на ней двигаются. Жизнь у них еще теплится, по инерции идет.
- Сейчас перестанут мельтешить, – Андрей замечает.
И точно, все замерло.
- А оживить можно?
- Конечно, можно. Но здесь другой код нужен. Вы же в усыпальнице Хафраанха с целым стадо скота такой фокус проделали. Там надо было магическое слово на этрусском языке правильно произнести. Сурен голос свой на Олимпе поставил, благодаря этому и получилось. Похоже, и здесь так надо. Сурен же у вас в караван-сарае. А зачем вам это надо?
- Мы Чингиза – князя Георгия Даниловича - так думаем из плена вызволять. Правда, рисовать его некогда будет. Ты нас и Щербина императора и свиту его с помощью зеркала рисовали. А в царстве Бохай оно не действует – монахи-бохайцы мощную защиту выставили. Андрей, у меня идея есть. А нельзя ли вот так объекты живые и неживые в компьютер загонять. Давай попробуем. Вовка Щербина, не хочешь испытать?
- Нет, извольте. Вон китаец ходит, своего императора ищет. На нем и пробуйте.
- Тогда за дело. Нам его имя надо узнать, лучше в иероглифах. Я по ним быстро свертку сделаю в пространстве и на плоскости. Правда, дальше непонятно что делать. Нам изображение этого человека нужно иметь в компьютере.
- Может, нарисовать, а потом изображение через сканер ввести! – Щербина подсказывает
- Ба! Так что мы мучаемся! У нас же цифровой фотоаппарат заработал. Его Борода-рамочник отремонтировал. Вон и он идет. Александр Иванович, дай фотоаппарат на минутку. Надо вон того китайца сфотать. Заодно его имя ты узнай из шести частей – шести иероглифов: имена его, отца, жены, где родился, кто по профессии.
- Проблем нет. Фотоаппарат со мной, сейчас сфотографирую; остальное узнаю, я с китайцем знаком. Он своего визиря ищет – найти не может, не знает, куда он вместе с императором подевался
Минут через пять Борода всё, как обещал, выполнил. Дальше дело техники. Я свертку получил, вторичную проекцию в плоскость компьютера вывели, а основную в виде голограммы, в пространстве – от нее опять пространственную конструкцию из бамбуковых палочек построили, порохом засыпали.
- Андрей, а наши ноутбуки не разлетятся? Мастера пиротехники Кожемяку надо бы пригласить.
- Заряд – направленный. На поверхности экрана только маленький дымок останется.
- Смотри, Андрей. Эта техника нам еще пригодится.
- Поджигаю! - кричит Андрей, и сей акт свершается.
- Смотрим чудо. Китайца, как что-то аморфное, через экран в компьютер затягивает. И вот он там уже мечется, как белка в клетке.
- Борода, напиши ему, что мы его вытащим, правда, подретушируем под Чингиза – обмен произведем.
- А как мы это сделаем?
- Китайца не трогать! Поищете кого-нибудь у меня в архиве. Кажется, фотография Колька из Курагино есть. А то он закис без дела. Давайте сюда его. Да и Сёлика за компанию.
Александр Иванович нашел фотографию, где мы втроем стоим: я, Колёк и Сёлик.
- Меня не вздумайте клонировать, - предупреждаю друзей. - Одного хватит. А Колька с Сёликом сюда прошу. Андрей, командуй, как это сделать.
Текстовой код должен быть на китайском языке в виде иероглифов
17+52+80+68+98+58+98+73+85+69 = 40
 Надо свертку того и другого. Достаточно имя свернуть.

 
 

Вот свертки их имен, под которыми они в подвигах Сурена участвовали. Это уже я сделал.
К о л ё к
59 27 97 17 96 = колёк = 99
 

- Вот сакральные свертки в плоскости и пространстве, - объявляю. – Смотрите на картинках.
Внизу на этрусском имя Колька, которое Сурен должен произнести. Зовите его!
Пока за Суреном бегали, Андрей конструкцию из бамбуковых палочек выстроил - 3D-свертки получились, которые где угодно могут быть расположены. Главное, чтобы палочки порохом были заряжены и акт сожжения произошел. Вот и Сурен нарисовался.
- Чего это у вас на экране Колёк с Сёликом мельтешат. Не хотите ли вы их вызвать сюда?
- Сурен, смотри сюда. Вот слово в транскрипции с этрусского. Тебе надо произнести его, как когда-то ты в усыпальнице имя фараона произнес. Следи за Андреем, как только команду даст, кричи.
- Поджигаю! – объявляет Андрей, и вмиг конструкция заполыхала.
- Ломил! – кричит Сурен.
И к нему в этот момент в объятия Колёк падает, вместе на траву завалились.
- Вы чо, мужики? - Колёк глаза таращит. – В натуре?
- Получилось! – кричим от радости.
- А, это ты, Валерка, тогда все нормалек. Вы тогда меня бросили. А что вы без меня можете? Да ничего. Я всю историю назубок знаю. Имя? Кого хочешь назову
- Вот и хорошо, будешь на этрусском языке произносить. Сейчас Сёлика вызовем.
Я быстро опять с мистическим именем нашего друга манипуляции проделал: свертки получил и имя на этрусском языке.
67 54 24 94 59 = сёлик = 11
 

- Колёк, смотри сюда. Вот слово в транскрипции с этрусского. Как написано, так и кричи по команде. Ты на Олимпе бывал с нами, поэтому получится.
- Поджигаю! – объявляет Андрей. – Кричи Колёк!
- Фимил!
И к нему в объятия Сёлик падает.
- Опять, Николай, шутишь, - Сёлик было на Колька стал наезжать, но, увидав нас, закричал:
- Ура! Наконец, меня вызвали. Знал, что без меня не обойтись. Кто вам шашлыки будет жарить?
- Уж точно, без тебя мы не можем. Особенно вон наш главнокомандующий князь Жибо.
- Колёк! Сёлик! Как вы здесь оказались? - князь как раз к испытательному полигону подошел.
- Не знаю, - Сёлик заморгал. - Вот они вызвали. Бросили вы там меня. Ладно бы Ольгу Конову обнесли. А то самого главного героя Иллады, после Сурена. Сколько раз я вас спасал? Рассказывайте, где мы и круг наших обязанностей? Как я понял, Колёк тоже только что здесь оказался.
- В распоряжение нашего прорицателя Тиресея поступаете. Вы с ним, кстати, знакомы. На лошадях скакать научитесь, шашкой махать. Через пару часов в поход отправляемся, будете в седле трястись, - объявил Виктор Жибо и к Шехерезаде стопы направил.
- Какой Виктор стал! - Сёлик глаза выпучил от такой встречи с другом.
- Толпа, предлагаю за успех эксперимента маленький обед устроить. Где там у нас стол-самобранка, точнее, картинка со всякими яствами, которые мы мигом на поляну вызовем?
- Нет фотографии со стен пирамиды Хафраанха? Там много чего нарисовано.
- С той картины мы всё подъели. Что-нибудь свеженького надо. Борода, поищи из нашего архива. Или лучше набери в Интернете слово «натюрморт», а нет, лучше сразу: «сервировка банкетного зала в ресторане». И выбирай.
 - У вас что, и Интернет работает? – Сёлик удивился.
- Вчера заработал. После того, как мы императора и его колдунов вот на эту картину загнали.
- Это вы нехорошо с императорским величеством и его свитой поступили, - Сёлик-праведник замечает. – Они потом миллиона своих соотечественников не досчитаются.
 - Для них миллион туда, миллион обратно - ничего не стоит.
Пока об этом рассуждали, Борода нашел, что надо. Банкетный зал ресторана «Оливье», сервировка на 70 человек. Только как вызвать, не знаем.

 
 
 

- Давайте имя хозяина ресторана введем по отработанной схеме. Этот ресторан наших друзей в Москве Руслана и Олеси.
- Имени Руслана достаточно. Только вот они потом этот стол пустым обнаружат.
- Ничего! Руслан наш друг и должен поддержать нас в таком деле, – Виктор, почувствовав, что жареным запахло, с Шехерезадой к народу подтянулся.
Итак, я имя Руслан ввожу.
По-этрусски никто прочитать не может. Пробуем в современной транскрипции произнести… Не получается.
- Давайте имя хозяйки введем, - князь Жибо предложил.
64 24 53 67 83 = олеся = 44
 
 

Полученную картинку-свертку на свертку Руслана наложили.

 
- Мощная картина получилась, - замечаю. - И имя Олеся по-этрусски читаемо – «Олеся - Офелия». Кто будет произносить?
- Давай я, - Сурен предложил.
 И точно, после того как выполнили действа, стол к нам на поляну перекочевал вместе с Русланом. Его имя в рисунке присутствовало – вот и сработало.
- Где я? – запаниковал Руслан. Но, увидев нас, закричал:
- Братва, рад видеть вас! Как вы так сумели? Мы в Курагино?
- Бери выше. Мы в тысячи лет от нашего времени, и местность - это Китай. Вон только с императором расправились. За убытки в императорском дворце можешь по сусекам поскрести.
- А как я назад вернусь? Мне завтра на службу.
- А вот об этом мы не подумали. Придется Олесю напрягать – пускай она через компьютер своего муженька вызволяет. Инструкцию дадим. Но это терпит. Давайте за стол, посидим по-человечески, а то все вприсядку – все ноги изломали.
Мы за стол засели, вкусных московских блюд из ресторана «Оливье» наших друзей откушали.
- У фараона Хафраанха вкусней! - Сёлик недоволен. – Говорил вам, давайте с его стены стол с яствами стибрим.
- Побойся Бога, Сёлик! Хозяину оставь еды, когда проснется.
- Там за сто лет не съесть, сколько всего изображено.
- Ладно, в следующий раз к тем изображениям обратимся. Где-то есть фотография.
Короче, погуляли мы. Руслана восвояси отправили. Жена его Олеся быстро в наши инструкции вникла, спасла муженька от вакханок, которые вот-вот должны были овладеть им. Нам же в Китае делать нечего, в царство Бохай выступаем.
Царство Бохай
Страной правили продвинутые монахи. Причем, мало что имели азиатского. Кто они, откуда пришли, никто не знал. Однако вершили судьбой народа, который в основном составляли китайцы и маньчжуры.
Но страна процветала. Каждое поселение располагалось в долине. От этих поселений в горы тянулись дороги, которые приводили к дольменам. Здесь монахи исполняли ритуальные обряды: посвящение в воина; отсюда начинались и ратные походы. Была хорошо организованная сеть коммуникационных связей, не только духовных, но и в физическом плане. Воин мог в считанные минуты через проходы между дольменами, разделенными сотнями километров, оказаться в другом месте - на границе своего государства перед наступающим неприятелем или даже в его тылу. В результате таких действий бохайцы стойко защищали страну и несколько столетий не знали поражений. Коммуникационная связь между дольменами поддерживалась на энергетическом уровне. В той или иной пещере сконцентрированная энергия могла в считанные секунды между дольменами перенести человека в другое место. Монахи знали секреты телепортации во времени и в другие измерения.
Сами бохайцы, а потом уже чжуржэни не нападали на соседей, но защита границ так была налажена, что ни один из неприятелей не мог ничего с ними сделать. В то время набирали силу центральный Китай, Маньчжурия, между которыми постоянно проходили стычки. В защите границ участвовал русский князь Георгий Данилович, как его здесь звали Чингиз. Бохайцы в это время были непобедимы. Они могли быть разбиты в том случае, если бы кто-то узнал тайну коммуникационных связей дольменов - мгновенной телепортации из одного места в другое. Эту тайну пытался узнать Чингиз, однако монахи никого не подпускали к ней.
Перед нами стояла задача помочь Чингизу - Жоржу Даниловичу - овладеть знаниями бохайцев и выбраться из плена. Наш обоз в это время с подарками мирно двигался в направлении этой страны. Командовал Виктор Жибо. От него зависело, как мы поступим в той или иной ситуации. Мы владели многими артефактами, которые обеспечивали нашу безопасность. Могли с помощью магического зеркала увидеть, как будут протекать события. Связь с нашим миром через Интернет наладили.
Бохайцы нас встретили дружелюбно. Всеми их действиями руководили монахи, они был хозяева положения, однако как они руководят страной, было неясно. Некоторые монахи, мы заметили, собираются ночью. Их называли монахами тьмы. Их воздействие на бохайце6в было огромное, и любое их приказание выполнялось беспрекословно.
Нас они приветствовали кивком головы, как будто читая наши мысли. Естественно, узнай, что мы хотим освободить Чингиза, который уведет у них чашу Грааля - охранный артефакт бохайского государства, они бы нам это не простили.
Если посмотреть на сегодняшнюю карту, то мы попали на юг Приморского края, - это район дороги на Партизанск - от Стеклянухи в сторону Хмельницкого; далее Чертов мост и ущелье в сторону Бронвичей. Здесь в Гражданскую войну прятались партизаны и сейчас излюбленное место туристов-водников - весной в большую воду они проходят по этому ущелью. Кроме того, мы несколько раз проводили тут эзотерические экспедиции. Наш Борода-рамочник с помощью биорамок изучал эти места, и мы еще тогда, забираясь на одну из составленных скал-останцев гору, определили дорогу бохайцев. И вот в этом мире, двигаясь по знакомым местам, мы и были приглашены в резиденцию монахов.
Естественно, ничего похожего не было с тем, что мы видели в современной жизни. Это были громадные, вроде бы естественного происхождения, но на самом деле составленные из каменных монолитов правильные многогранники, в основном кубы. В нашей жизни мы видели только остатки кубов с хорошо отесанными сторонами. Мы еще тогда гадали, как природа могла отточить так правильно их стороны.
Нас представили высшему монаху и пригласили пойти за ними. Тропа вела в гору, куда мы двигались, как на эскалаторе, точнее, летели по воздуху. Для этого достаточно было вступить на тропу, и тело начинало нестись без притяжения.
- Смотрите, как легко двигаемся, а в наше время и в нашем пространстве я еле поднялся к подножью этой горы, - вспомнил я как мы втроем с Бородой-рамочником и Владимиром Ивановым двигались в этом месте.
- Смотрите, скалы! В них лица высечены, наподобие американских президентов, - Борода-рамочник подметил.- В нашем времени только одно лицо и то не полностью,
- Александр Иванович, помню, - киваю ему.
Вот мы, как по эскалатору, к входу пещеры поднялись. Владимир Иванов - адепт в нашем времени - говорил, что видит там саламандр, дайдж-джинов и других сущностей, которые охраняют эти пещеры. Мы же в огромное пространство пещеры входим. Виктор всех наложниц за собой тащит, особенно Шехерезаду – он обещал ей тыщу сказок рассказать из нашей жизни.
- Виктор, у монахов не вижу женского сословия, может, и нам надо их оставить снаружи?
- Не боись, не боись! Я уже согласовал, и нам разрешили с собой женщин взять. Михайло Кожух охрану выставил, все будет в порядке. Ты, Валерьян, смотри, где Чингизхан и у кого из монахов служит. Он у них седьмой год и мы должны его в этом году освободить, тогда только он дров наломает.
- Вон у алтаря не он стоит? Похож на него?
- Эй ты, гвардеец, не Чингиз ты? - Виктор запросто, по-бохайски спросил.
- Чингиз!
- Обманываешь, однако. Тебя же Чингизом потом окрестили.
- Чингизом меня нарекли, когда меня сюда послали.
- Ладно, давай думать, как тебя освободить из плена.
- Вы сами подумайте о своей безопасности, как вам самим освободиться: эти монахи - хитрые лисы, могут заманить в ловушку, и вы никогда отсюда не выберетесь.
- Вот и помогай нам, подскажи, как действовать.
- Одно скажу: дальше трех первых залов не ходите, там западня - оттуда не выбраться. Кроме того, напиток у них есть со специальным зельем, выпьете, и вы зомби - сами предложите остаться у них и будете им служить. И главное, ни в коем случае не думайте, что вы в их подчинение попасть можете, они по материализации мыслей мастаки.
- Хорошо, что предупредил, но что делать нам?
- Есть одно средство, на которое они пойдут: в будущем, в вашем времени надо выполнить одно их действо, после которого они на свою планету Альфа-Центавра, на свою прародину, могут удалиться, на это они клюнут.
- Что это за действо? Опять надо что-то запрограммировать - образный скрипт создать, мистерию или какой код придумать.
- Не понимаю, о чем говоришь? Знаю, что надо что-то совершить в ваше время. Вы в своей эзотерической экспедиции на Земле чуть не подошли к их разгадке с той лишь разницей, что в этих пещерах живут не монстры, разные там саламандры, ундины и прочие духи, а вот эти самые духи монахов. Они на Землю попали случайно - их космический караван-сарай разбился, и им надо выбраться. Они могут себя запросто законсервировать, но вот проснуться в нужный час не могут, а с помощью вас в вашем временном пространстве они могут запросто восвояси удалиться.
- А не навредит это нашему пространству, а то Земля есть, и нет ее?
- Этого они не будут делать. Все завязано в Космосе, нарушь эту связь, и до их околицы катастрофа может докатиться.
- А почему тебя, Чингиз, не отпускают?
- Они меня и держат, чтобы с вами торг устроить - на будущее. Есть у них другие варианты развития, вы один из вариантов, и поведи вы себя неправильно, они вмиг с вами, да и со мной, расправятся.
- Чингиз, может, наши женщины чашу весов перевесят, их подпустить, чтобы они их охмурили?
- Тут энергетика особенная нужна. Их главный монах - сильный медиум и с ним осторожно надо быть.
- Может, Люсьен подпустим, пусть она узнает, в чем его слабая сторона?
- Как у Кощея Бессмертного - смерть его на кончике иглы.
Да, надо проверить нумерологические соотношения, может, что подскажут.
- Доставай ноутбук и проверяй, - Виктор мне шепчет. - Сделай заготовку картины этих цифр, одно дело подсчитать, а другое в картину закодировать, вон, как китайцы миллионы неприятельских воинов в картину могут загнать - были живыми, нарисовали их, и они в картину перекочевали.
Здесь нам цифровой фотоаппарат помог, мы снимаем, в компьютер, на принтер выводим - определенные мистические конструкции из бамбука, и вот тебе материализация, точнее, дематериализация - войско неприятеля наступает и тут же на листе бумаги проявляется.
- Может, нам такой ход придумать.
- Рисуй их, точнее, фотку сделай и в компьютер, затем напечатай, и те же действия проделайте.
- Что? Идея! Мы Чингизхана сфотографируем, а потом, когда от бохайцев отобьемся, его дематериализуем.
- А удастся? У вас же дематериализация картины «Переход Суворова через Альпы» не получилась.
- Картина давно была написана, - как бы в будущем, и такое в принципе невозможно. Здесь мы осуществим прямой процесс, а потом обратный. Должно получиться. Руслан проделал у нас такой фокус.
- Это было в свободной зоне. Здесь все по-другому. Потренироваться надо на ком-нибудь.
- На ком?
- Да вон хоть на Боце, он все равно без дела болтается.
- На Боце нельзя. Ладно, что-нибудь придумаем.
После этого диалога мы дальше за монахами двинули. Все вместе держимся и наготове. Наш эскорт - человек сто вместе с наложницами из Персии во главе с Шехерезадой - в тронный зал монахов вошел. Здесь все по-современному, даже больше, по-суперсовре-менному, хотя тех технических нагромождений, как в нашем мире, нет, а автоматизация полная, подобно тому, что мы вверх по мнимому эскалатору двигались. Вот они, оказывается, как неприятеля побеждали - прогрессом. Только непонятно, что они от нашего мира могут заполучить, чтобы на Альфа-Центавра перебраться. Видать, что-то им надо.
- На тонких материях все по-другому действует, и на них наш мир влияет, - Сурен заметил.
- Похоже, так. Только нам от этого ни жарко, ни холодно.
- Но все равно надо ухо востро держать.
- Сурен, ты дружка Кожуха подстрахуй, - Виктор заметил. - Что-то я ему не верю, как бы не переметнулся к душманам.
- Есть, есть у него любовь к ним. Гены у него или еще что, когда воевал с ними в Афганистане, вирусом душманизма заразился.
- Может, и так.
С этими словами мы в пещеру проследовали. Все скромно, естественно, но автоматика кругом. Каждому апартамент выделен со всеми удобствами; причем только подумал о чем-то - и тебе, пожалуйста, и туалетная комната и стул, стол, кровать, диван, какой хочешь свет. Примерно так, как мы в нашем мире с помощью сознания свет можем включать через биоплазмограф Сергеева - у меня сохранился единственный экземпляр; сейчас спецслужбы разных стран гоняются за ним, но я ни за какие коврижки не продаю. Мол, сам не понимаю, как он работает.
Итак, наша свита себя в порядок привела и в зал вышла - нас монахи за почетный стол усадили. Мгновенно он яствами разными наполнился.
- Садитесь, гости дорогие, ешьте, пейте, что душа пожелает, - было объявлено.
- Мы вот подарки привезли вам от князя Жибо и шаха Багдада, - пытается наш главнокомандующий слово вставить. - Примите?
- Примем! - кивают монахи, думая о чем-то своем. - Как он поживает? Почему сам не прибыл? Говорят, что к нему из будущего гонцы прибыли? Вы будете?
- Да, мы. Здесь нас пять человек, а остальные из вашего мира - наложницы из Багдада, Шехерезада, китайские послы. Вы что, с Китаем в ссоре?
- Почему в ссоре? Кто нас не трогает, мы тех не трогаем. Но кто к нам с мечом приходит, мы тому отпор даем.
- Мы знаем вашу историю, точнее, время расцвета царств Бохай и Чжуржэнии в Приморье. Почему ваши царства такой расцвет имели и резко в небытие ушли?
- Есть тому причина, - один из монахов ответил, - и пока об этом рано говорить. Скажу, что мы ничего не можем изменить. И про вашу миссию мы знаем и мешать вам не будем.
Однако что-то хитрит наш главный монах, на уме что-то держит. Обещает старому князю Жибо некоторые артефакты магии вернуть, о которых мы намекнули.
- Чингиз, - обратился я шепотом к будущему Георгию Победоносцу, а потом Хеопсу – обладателю самой большой усыпальницы в Египте. - О чем монах сей говорит, что за пазухой держит?
- Трудно ответить. Скажу, за семь лет, что я у них в плену, многое узнал, и сейчас у меня есть силы и знания русский народ на ратные подвиги поднять и с победами до самого синего моря дойти.
- Это мы знаем. Так и может случиться. Но все зависит от того, сможем ли мы тебя отсюда вызволить и чтобы ты кое-что забрал.
- Чашу Грааля?
- Да. А как освободить тебя? Должны тебя в бутылку, точнее, в виртуальный мир ноутбука поместить. Это мы прилюдно совершим, как бы фокус покажем, а ты свою готовность к этому выскажи.
Я ноутбук на стол выставил. Монахи, во многом продвинутые - в материализации наших мыслей, однако многое не знали или просто забыли. Они были своего рода роботы: что в них заложено, то они и выполняют, хотя способности у них были очень большие - просто не могут новое сформулировать в мозгу. Они те же люди, что на острове Пасхи, могли многое, но не имели алгоритма к этому действию, потому и были на одной стадии зашкаливания: больших идолов строить. Так и в этой пещере на уровне голографии все автоматически происходит: подумал и получи.
- Монахи, можете убедиться в чудесах и нашей цивилизации. Видите экран и всякие картинки в нем, так вот любого можно отобразить в этой коробке.
Монахи с достоинством смотрят, показывают вид, что их ничем не проведешь.
- Давайте кого-нибудь из подданных ваших отобразим. Хотя бы вот этого раба, - я на Чингиза показываю.
- Его можно.
Подвел я к нему камеру, и Чингиз - на экране ноутбука. Причем там есть, а наяву - нет.
- Вы нам его возвращайте! - запаниковали монахи. – Мы, не подумав, согласились на эксперимент.
- Нет проблем! Только надо некоторый код ввести. Истинное имя этого солдата.
- Чингиз.
Ввожу в компьютер, однако не воспринимает он это имя.
- Настоящее имя! Настоящее имя давайте! Быстрее, а то потеряем вашего воина.
- Георгий Данилович!
- Это похоже на правду. Сейчас вызовем.
Однако нам надо не Жоржа вызывать, нам нужен китаец, которого приготовили для обмена. Андрей быстро пространственную свертку, ранее приготовленную из бамбука на имя китайца, мастит и тут же поджигает фитиль. Маленький взрыв - и китаец на свободе: вылитый Чингиз. Перед этим пришлось поработать, чтобы из китайца европейца Чингиза - Георгия Даниловича - сделать, в одежды соответствующие одеть, словарным запасом и языком наделить. Короче, из китайца продвинутого сделали – потом он действительно отличился, и бохайцы в нем души не чаяли. Освобождение же Чингиза из компьютера на потом оставили.
 

После этого монахи свой фотоаппарат вытащили. Мол, кто сфотографируется, тот на Альфа-Центавра попадет. Боц сразу согласился. Его ночью разбуди на простом фотоаппарате сфотаться – не поленится встать, а тут на далекую планету можно попасть. «Кто откажется от такого», - его знаменитые слова. Меня же больше интересует, как их техникой материализации овладеть.
- Скажи, добропочтенный князь с далекой планеты Альфа-Центавра, как вы так просто с предметами обращаетесь? Запросто взял и получил ту или иную вещь. Вы что, можете гору создать, например, по дороге в долину мы видели такую.
- Смотрите, - отвечает один из монахов
Перед нами стены пещеры раздвинулись, и мы панораму увидели, как гора медленно расти стала.
- Ба! Так эта самая гора под Партизанском, на которую японцы в наше время глаз положили, просят ее за большие деньги продать. Вы туда дайдж-джинов не поместили? Кто выпустит их оттуда, будет большую власть иметь - всем миром владеть.
- Я все знаю! - Виктор воскликнул. - К этой тайне Блаватская ближе всех приблизилась, она писала про это. А самураи давно от них черной энергией питались, точнее, им дайдж-джины помогали, поэтому они себя и считали бессмертными.
- Потому и не надо отдавать эту гору в аренду в нашем времени, так же, как воду из Байкала они просят по цене нефти, - объявляю. Нам надо в Японию самим двигать и узнать тайну, как они этих дайдж-джинов себе на службу поставили. Согласен, Виктор?
- Согласен, если конечно бохайцы не возражают.
- Японцы наши союзники, и наведаться можно. Китайцы - те враги, то на нас нападают, то на японцев.
- А не с вашей помощью они мост из кораблей построили на остров Хоккайдо?
- С нашей. Но с нашей и разметало.
- Тогда понятно. Но все равно нам на островах надо побывать? Помогите мост воздвигнуть, чтобы мы с обозом туда, как посуху, прошли.
- Хорошо, - соглашаются монахи, пытаясь от нас отделаться
И мы начали в Японию переправу готовить. Правда, перед этим Чингиза освободили. Ввели его истинное имя. Мы-то знали, что он Георгий. Вот свертка его имени и транскрипция на этрусском.
 
Опять те же манипуляции с бамбуковыми палочками, и вот Чингиз, то есть Жорж, на свободе. Чашу Грааля из тайника достал, и, недолго думая, мы его на Русь отправили – там его подвиги ждут: народ объединить и Византию освободить, земли своих царских предков, корону по закону вернуть своему дядьке – Алексею I. Сопровождающего Чингизцаря Вовку-Мономаха определили с небольшим отрядом - путь до ставки скачут.
Мы же в поход на Японию выдвинули силы. Монахи помогли. За сутки переправа была готова: мы, как посуху, на Хоккайдо перебрались. Оттуда в центральную часть Японии. Японцы нас как бы не видели, монахи настроили наше передвижение во времени, которое чуть вперед, чем на островах, действовало, объяснили, что через сутки наше время с их сравняется. Так и получилось. Верительные грамоты японцам от бохайцев передали...
Как мы в Японии время провели, в другой раз расскажу. Скажу только, что успели многие тайны узнать. Нейтрализовали дайдж-джинов, которых японцы собирались выпустить, и к нашим в ставку старого князя Жибо и Вовки-Мономаха вернулись. Последний, правда, с Чингизцарем на Русь двинул – там в ратных подвигах поучаствовать.
Часть 2. По лестнице истории на Запад
Итак, наш путь на Запад, навстречу крестоносцам.
- Далекий мой прапрадед, - ворчал Виктор, - зачем нас посылаешь навстречу этому войску, они нас посчитают за лазутчиков и уничтожат.
- Вам с ними не надо встречаться, если вы в пространстве между Саладином и крестоносцами будете действовать.
- Мы перехватили у них письмо, закодированное квадратом Цезаря, направленное Саладину в Египет, должны прочитать и отредактировать в нашу пользу. Потом ответ перехватить, который тоже следует подправить. Где вам лучше оказаться: в армии Саладина или у крестоносцев, вам решать.
- А что за код в их переписке?
- Код простой. Буквы сверху вниз, слева направо в квадрате n х n пишутся без пробелов.
- Это же квадрат Юлия Цезаря! У вас есть кое-что из их переписки?
- Какай здесь секрет? – продемонстрировал свои познания Виктор, глядя на послание. - Бери и пиши в одну строку.
 - Написать можно, но понять не так просто, нужен ключ к прочтению и пониманию текста. Что тут написано, прочесть вряд ли кто сможет без ключа.
- Да, ключ нужен. Буквы текста надо по линиям, звезды соединяющим, в нужный час соединить, фигуру по ним нарисовать – она будет только направляющей. А потом по узловым точкам текст расположить по тому или иному магическому закону.
- Ну, закрутили, я на компьютере такое только придумал. Давай нам карту звезд неба и линию, по которой мы прочитать послание сможем.
- Дать не могу для вашей же безопасности. Крестоносцы чуть заподозрят, что вы что-то знаете, мигом вас сканируют, а потом языки вырвут. Вот когда вы будете иметь письмо от крестоносцев к Саладину, тогда получите инструкции, как расшифровать и по-новому закодировать.
- Заинтриговал ты нас, старый князь. Предлагаю с крестоносцев начать, туда направиться, где они свои силы собирают. Там легче будет послание перехватить. Подкуп и шантаж будем использовать.
- В десны с крестоносцами целоваться? – Виктор возмущается.
- Без этого не обойтись. Так мы узнаем об их планах и сможем дальше по лестнице истории двигаться. И все же скажи, старый князь Жибо, какой все же год или хотя бы столетие сейчас у вас идет? Времена крестоносцев. Это где-то ХI век.
- Правильно, но наше время спрессованное. Все походы крестоносцев от первого на Константинополь - 1096 год, до похода на Русь - 1240 год, когда в 1242 году на Чудском озере Александр Невский одержал победу над крестоносцами Ливонского ордена, полтора столетия длились. Вы в этом промежутке времени можете свободно гулять.
- Давай разберемся. Крестоносцы четыре похода совершили. Первый - их разгромили. Второй - они выиграли, благодаря Чингизу – Георгию Даниловичу, который выступил на их стороне, спасая Византийскую империю своего деда от турков, кстати, наших русских атаманов, выходцев из казаков.
- Значит, сейчас время второго похода крестоносцев на Константинополь – или Трою, по мифологии.
- Все правильно. Потому крестоносцы и ищут себе союзников. Арабско-египетского султана Саладина хотят привлечь. Мы не должны допустить этого. Тогда они сильную мощь будут иметь.
- Так Саладин сам потом Иерусалим-Трою захватит.
- Да. Но противостояние равное будет, потому остальной мир может спокоен быть.
- Что ж, это неплохо. А почему все же крестоносцы потом на Русь двинули? С Чингизцарем Руси в союзниках ходили. Русь вроде бы была христианская, недавно мы тысячелетие Руси крещеной отмечали?
- Русь как была христианская, как когда-то в составе Византии, так и осталась. Только Запад стал с папой католиками и всех неверными объявил. Русь – языческой. Чтобы под этим предлогом грабить её и земли прибрать, ею завладеть. То, что русские князья – ханы, придумали. Русь – Великой Тартарией стали называть, а потом просто Монголией – Великая значит. Русские князья и сами маскировались под ханов непобедимых, что на самом деле и было; войско состояло из казаков, конница которых была непобедима.
- Так в чем, скажи, наша задача?
- Скорее, не ваша, а вашего монарха Вовки-Мономаха, обеспечить предпосылки, чтобы Русь цельной в истории осталась, - не дать крестоносцам с Саладином объединиться. Лучше пускай они между собой дерутся, пока Чингизцарь, то есть Георгий Данилович, после вашего освобождения из плена в Чжуржэнии Русь объединит и силы на Запад двинет.
- Он же византийские земли должен освободить от турок?
- Что он и сделает – с победами до самих Пиренеев дойдет. А потом вместе с крестоносцами Константинополь освободит.
- Понято! Мы – вашим, вы – нашим! Хотя чего тебе, старый князь Жибо, об этом времени биться. Это же не твое время – ни в прошлом, ни в настоящем.
 - Не скажи, как история повернет, нас тоже касается. Если крестоносцы Русь возьмут, они потом и далее на Восток двинут. Кроме того, перед вами еще стоит задача, чаше Грааля не дать потеряться у Чингизцаря. И найти магическое копье, карающее и лечащее, которое было у Батыя, брата Чингиза, однако кто-то выкрал у него. А так они непобедимы с этими артефактами.
- Ба! Так бы и говорил. Что тебе волшебный, всенасыщающий котел нужен и магическое копье – карающее и лечащее.
- Не без этого, но сейчас главное - следы запутать. Папа римский на Константинополь готовит поход, народу объявил, что конец света наступит. День назначил.
- А когда этого не произошло, у гроба Господнего стал грехи отмаливать. Сделал круг и чист?
- Все правильно.
- Тогда понято (ударение на первом слоге), как говорят у нас прапорщики. Однако что за послание и кому в кодах Юлия Цезаря, что ты подготовил?
- Это послание папы Саладину передадите Георгию Даниловичу Чингизцарю – к этому времени он как раз к походу на Запад будет готовиться. Там инструкции, как послания от папы Рубруку прочесть и что ответить.
- Это что, нам к нему в Новгород тащиться?
 - Нет, все, Батый, Чингиз и посол от папы в Караван-сарае на Волге соберутся.
- Стар-рый, - Виктор к своему пращуру князю Жибо по-свойски обращается. - А что, Жорж Чингизцарь действительно красавцем слыл, секс-символом своего века.
- Это относится к Александру Невскому. Георгий - символ в другом: Победоносец он.
- Монах Вильгельм Рубрук. Его задача Чингизцаря в поход против турок настроить, захвативших Византию – колыбель его предков. В одном из посланий от него будет сообщение, что чаша Грааля у Георгия Даниловича и он будет непобедимым, если не выкрасть ее у него. Рубрук в послании предлагает план, как выкрасть чашу.
- Вот теперь понятна наша миссия: предотвратить похищение того, что по праву принадлежит Чингизцарю, то есть, по-нашему, Жоржу.
- Старый князь Жибо, давай твое письмо в кодах Юлия Цезаря, мы его в графический код переведем, тогда никто не сможет его прочитать.
- Мне и надо, чтобы его монах Вильгельм Рубрук прочел и до папы донес.
- Вумно! – Виктор воскликнул. – И куда ты направишь крестоносцев?
- В замок Монсальваш. Пускай там священные реликвии ищут.
- По их преданию, обрести их может только идеальный рыцарь, так что поиски чаши Грааля есть поиски духовного совершенства.
- Мы нашли артефакты генерала Пепеляева, - Виктор нашумевшее дело вспомнил. – Однако никто духовного совершенства не поимел. А что, в том замке действительно что-то есть?
- В венгерском замке они одних вурдалаков встретят – вот пусть с нечистой силой пообщаются. Князь венгерский Милаш предоставит им такую милость.
- А давайте через зеркало посмотрим, что папа римский делает? Нострадамус-Вовка Вещун, давай зеркало!
После этих слов наш Нострадамус зеркало из-за пазухи вытащил и давай настраивать на частоту папской резиденции.
- Нет его в резиденции, где-то в другом месте на путь истинный паству наставляет, - произнес он.
- Если наставляет на Трою-Константинополь идти, то он во Франции значит.
- Крути свою машину на Францию, - Виктор торопит.
- Точно, вот он, папа Урбан II, во Франции, в Клермоне, на церковном соборе речь толкает:
-Предпримите путь к Гробу Святому, исторгните ту землю у нечестного народа и подчините ее себе. Земля та была Богом дана во владение Сынам Израиля и, по Писанию, «течет медом и млеком, второй рай утех…»
- Что-то в его речи мало из Библии: «не убий» и «полюби своего врага как самого себя», на преступления толкает.
- Ты, Нострадамус-Вещун, настрой зеркало, когда он начнет секретные инструкции давать.
- Не берет. Такие наставления папа в своей резиденции дает, а она у него защитный экран имеет, и мы не можем туда пробиться.
- Он что, знает про это зеркало?
- Не будьте ребенком! Конечно! – старый князь уже лексикон своего правнука использует.
Вот он, прогресс, в средневековые времена. Мы тут в век освоения Космоса только сейчас этого добились, прослушки и прочие вещи, а папа римский из далекого средневековья такими штуками пользовался.
- Однако, старый князь Жибо, ты нам интересное задание даешь, а что, если мы не справимся?
- Навсегда у нас останетесь. Ведь сказано вам было, что выберетесь вы отсюда, если подвиг совершите, чашу Грааля и копье сотника Лонгина сохраните и мне принесете.
- Чашу Грааля мы нашли – у Жоржа-Чингиза она. А вот где копье? Придется Библию штудировать, там искать. В тексте по некоторым словам, событиям можно понять. У меня в ноутбуке оба Завета – будем изучать. Тиресей, ты что-то в тени нашего Нострадамуса-Вещуна прячешься? Давай осваивай премудреную науку и технику нашего века, зеркало твое не поможет, нужны точные расчеты.
- Что ж, можно и это освоить, нам, прорицателям, не привыкать. Я уже кое-чему научился. Где там у тебя библиотека с файлами книг Фоменко.
- Ба! Так тебя и учить не надо. Набери код Biblia, и страница откроется.
Тиресей после этих слов действительно по клавишам застучал, пароль набрал и быстро нужные файлы нашел.
- Вот и изучай. Мы подготовкой к походу займемся. Кто выступает? Кто остается? А кто своими подвигами вольную заработал, может на Землю возвращаться. Владимир-Мономах, ты что надумал, с нами или на Землю?
- А сколько прошло?
- Для нас время там замерло, в какой час мы оттуда ушли, в тот же час и вернемся, - Виктор разъясняет.
- Тогда я с вами. По крайней мере, до Руси доберусь. Надо брата Чингизцаря – Батыя – Ивана Калиту - увидеть, есть дело к нему.
- Вот и славно.
Итак, мы своим отрядом: я, князь Жибо-младший, Михайло Кожухов, два Боца, два наших Нострадумуса: Тиресей и Вовка-Вещун и наша неизменная Люсьен к походу готовимся. Старый князь нам сотню лучших бойцов выделил. Обоз у нас поскромнее, чем тот, который на Китай двигался, но все равно Виктор набрал столько всего, что сотня повозок получилась, одних наложниц не счесть.
- Не люблю в седле трястись! – Виктор шепчет. – Мы по-стариковски, в золотых повозках поедем. Сколько до Караван-сарая пути?
 - Но нашим дорогам путь держите. За пару дней доберетесь, - пообещал старый князь Жибо.
 - И все же что там старый князь про чашу Грааля говорил?
- Из чаши Грааля Христос пил во время Тайной вечери и в нее Иосиф Аримафейский собрал его кровь, - Тиресей давай объяснять. - Отсюда Грааль – волшебный, всенасыщающий котел. С Граалем соседствует копье сотника Лонгина. Мы же об этом говорили?
- Мне надо убедиться, правильно ли я все понял. Нам что, тоже в замок Монсальваш двигать? И кто из нас идеальный рыцарь?
- Тот, кто совершил больше подвигов и свободу получил.
- Владимир-Мономах таким будет.
- Владимир, муж государственный, скажи, откуда на Руси знаменитая шапка Мономаха появилась?
- В эпоху Ивана III. Когда Мономах совершил победоносный поход на Царьград, его дед император Константин отдал внуку порфиру со своей головы. Византийского императора Константина звали Мономах, как и его внука Владимира.
- Так это же какой век будет?
- IV век. В 324-году Константин стал государем Византийской империи. Тогда же он и перенес столицу с берегов Нила Александрию на берега Босфора, то есть из Древнего Рима в "Новый Рим" - Константинополь.
- Потом царский венец византийского императора перешел в Русь во времена Владимира Мономаха. Он родоначальник московских царей.
- А ты, Владимир-Мономах, каким будешь по счету?
- Надо считать, а лучше проверить этот факт в историческом научном контексте. Старый князь Жибо, возможно такое?
- Вы должны, как говоришь, при де-факто присутствовать в Царьграде.
- Давай, Нострадамус-Вещун, перед тем, как путешествовать по истории и временной шкале, разберемся, у кого из византийских императоров женами из земель русских были? Может, жену Вовке-Мономаху прекрасную Елену из Спарты или кого из этрусских подыщем.
- Ты меня пять раз женил, когда мои подвиги описывал, - Сурен, присутствующий при разговоре, не утерпел, обиду высказал.
- Радоваться надо.
- Я-то радовался, только потом жена обиду высказала. И была бы правда, а то же напраслина.
- Ладно, прости, Сурен. Византийские императоры часто женились на дочерях русских царей и не только царей всея Руси, но и орд – губерний Руси, во главе которых ханы, каганы стояли. Например, Юстиниан II женат на дочери кагана был. Тиберий II тоже женился на дочери кагана в 708 году. Женой Константина V также была дочь кагана – русского царя – Ирина. Были и обратные браки: цари хазаров вступали в браки с дочерьми византийских императоров.
- Как это дикие кочевники вступали в браки с византийскими принцессами, из роскошных дворцов кутаться в шкуры пожаловали?
- Нет, конечно. Просто хазары – это казаки великой русской Золотой Орды, в страхе державшие всю Европу, их вожди жили в Коломне (там была столица), которую, как и Константинополь, называли Царьград, и там все было по-царски.
- Орда – это русские?
- Орда - военное конное войско - была частью Руси.
- Орда, орден – не отсюда ли орденами стали награждать?
- Да. Военный орден святого Георгия Победоносца с Руси по всей Европе пошел. Чингизцарь - Георгий Данилович. А Иван Калита - царь Батый, он же Ярослав Мудрый.
- Двв брата - акробата! Вовка-Нострадамус, запутал ты нас. Надо проверить, как предлагает старый князь Жибо, самим по шкале времени прогуляться. И все же вопрос к тебе, Нострадамус, почему тогда мы везде встречаем «девка камена». Такие статуи повсюду есть. Это же не христианский символ и не русский.
 - Почему не русский. Вначале языческие традиции с христианскими уживались. «Девка камена» - это надгробный памятник казаков, русских воинов, которые держат прижатый к животу сосуд, чашу или рог. Причем часто с отвислыми усами, на боку с высеченной саблей и колчаном с луком и стрелами – вооружением русских воинов.
- А почему тогда этих «девка камена» мы в Китае, в Саянах, на Алтае встречаем? И почему-то только мужские статуи.
- Русские в дальние военные походы хаживали и на Восток. Погибали. На Алтае, в Туве, Монголии такие статуи называются полевые - стоящие в поле. Об этом писал наш знакомый монах Вильгельм Рубрук, который как будто отправился к монгольскому хану в далекий Каракорум, в центральную Монголию, а на самом деле в центральную Русь. Так вот он в числе прочих сведений сообщает: «Команы-конники насыпают большой холм над усопшим и воздвигают ему статую, держащую у себя в руке перед пупком чашу».
- Если мы так запросто гуляем во временном коридоре в тысячу лет 500-1500 года, то давай, Нострадамус, покажи нам на соединение пяти планет около Водолея, которое, как показывают наши вычисления, осуществилось 9 февраля 1345 года.
- Вот тронемся в путь, и покажу.
- И все же, Нострадамус, как мир развивался? Не в старые, покрытые сединой времена, а 1000-2000 лет назад? Мы не будем обращаться к трактовкам современных ученых. Весь мир вокруг Средиземного моря и Русского моря, потом его назвали Черным, сосредоточился. Варяжское, Балтийское море с севера мир омывало.
- Много веков миром правила Византийская империя, которая включала народы, располагавшихся вокруг этих морей. В том числе и Русь – русские государства. Народы в основном христианской веры были. Это потом разделились на католиков, мусульман, которые и начали Византию щипать – как-никак в ней все богатства были сосредоточены. На Руси все цари потомками византийских императоров были, в ее составе воевали. Но потом силу взяли османы (троянцы), они от атаманов (казаков), бежавших с Дона, произошли. И напали на Византию – Царьградом овладели.
- Вначале столицей Византии была Александрия в Египте? Первым Римом ее называли.
- Все правильно. Второй Рим - Константинополь, который при падении Византийской империи на современное место перебрался. А третий Рим - Москва.
- Поэтому все с Византийской империи началось, Потому так много совпадений в историях государств Европы. Вот только русских оттеснили на задворки цивилизации, хотя со всеми государствами в ногу шли, а в некоторых случаях даже опережала, например, этруски-русские раньше кого-либо в Европе стали использовать письменность.
 - На мумиях в Египте также находят их письмена.
- Иероглифы – это тоже изобретение русских, они были предназначены освещать жизнь умерших. Письмена для второстепенных целей служили. Этрусские - строители пирамид – владели тем и другим.
- Вовка-Нострадамус, значит, Византия распалась, и начался разброд полный.
- Именно. На Руси возникли орды - Золотая, Белая, Синяя. Их столицами в разные времена были: Новгород, Ярославль, Смоленск, Киев, Азов. Во главе княжеств стояли потомки византийских императоров. Все они вели свой род от Августа.
- Ба, вот откуда претензии русских императоров, что они ведут свой род от Августа. И все же, с кем в родстве Чингизцарь из Византийской династии?
- Потомок императора Михаила Палеолога. Царь Руси Данил женился на Евфросинии, дочери Палеолога, который в свою очередь был женат на русской принцессе.
- Русские женщины, значит, и тогда в фаворе были? – Виктор-младший не удержался, вопрос задал.
- А как же! Кон-нечно! Твоей интонацией отвечу.
- Царь Данил правил всей Русью. Детей у него было много. Одного сына, дав ему для путешествий имя Чингиз, направил на Восток, чтобы он дошел до моря, побывал в Японию. Да что вам рассказывать, вы же про это уже знаете. Другого сына Ивана, назвав Батый, в Персию отправил - туда русские владения доходили.
- А что дальше с ними произошло по лестнице истории?
- Чингиз вернулся на Русь. Отец его Данил, царь всея Руси, погиб в противостоянии с Западом. Георгию Даниловичу, как старшему сыну, царство принимать. Русь в смуте, и империя деда Византия потерпела поражение. Атаманы с востока, турками, троянцами их по-разному называли, - на Константинополь напали, который пал от их натиска.
- Значит, вернулся сын Чингиз-Георгий к разбитому корыту?
- Георгий – он же и Рюрик - не зря прошел огни и воды: быстро все княжества в одно сильное государство объединил, а кто не хотел, силой заставил, потому в истории подано это, как завоевание Руси Чингисханом. После объединения Руси наш Чингизцарь освобождать земли своего деда пошел. И действительно, дошел до Атлантики - везде до сих пор встречаются следы этого похода.
Папа, резиденция которого находилась во втором Риме – Константинополе, с падением Византии перебрался в Париж. Видя, какие силы наступают, решил чужими руками разбить турков (по мифологии, троянцев), якобы для освобождения гроба Господня.
Поэтому и сохранились противоречивые сведения. Самая известная, что крестоносцы с Запада двигались, и сущестьвовала другая, что с Востока. Так вот, первый поход действительно с Востока – Чингизцарь освободил Константинополь и дальше весь запад.
Второй поход с Запада был совместный, в котором Чингизцарь, точнее, его сын Батый выступал уже в составе союзных сил. По лестнице истории, Георгий – Рюрик остался непобедимым – отсюда Георгий Победоносец.
После Ивана Калиты, то есть хана Батыя, верховным царем Руси стал Александр Невский, который стал укреплять Русь изнутри.
- Да, далее известные факты. Однако вопрос: а где похоронен Чингизцарь?
- Пирамида Хеопса – это и его пирамида. Буквы «г» на греческом языке нет. Отсюда Хеопс = Геопс = Георгий, уже имя канонизировано и как Чингизцарь не упоминается.
- А что, на стенах пирамиды не отражена жизнь Чингизцаря?
- А ты видел все картины пирамиды?
- А что, это не все, что даются в книгах?
- Это малая часть, и даются только те сцены из жизни фараона – царя земли русской, которые не противоречат принятой хронологии развития мира, где роль России определена на задворках истории. Кроме того, существовали каноны, по которым происходило строительство пирамид с их изобразительно-письменным рядом. Тысячи квадратных метров исписаны иероглифами-картинками; они описывают историю того или иного сильного мира того времени.
- А где Батый похоронен?
- Там же, в усыпальнице – на старом родовом кладбище своих именитых предков в Египте.
- Как его имя в плеяде фараонов?
- Никто не может определить. Имя, которое давали умершим императорам Византии при присвоении им титула фараона, состояло из пяти частей. Все части были воплощением различных богов из далекой древности. Известно только, что в четвертую часть входило личное имя царя. К примеру, личное имя фараона Тутмоса III было Мен-Хепер-Ра. И только в пятой части титулатуры называлось, чей это сын, то есть, по-нашему, - отчество. Например, Тутмос-Нефер-Хепер. Именно оно обычно и служило официальным именем фараона. Вот после этого и определи, какая из пирамид - Батыя.
- Нефер-Хепер - вполне подходит для Батыя, - смеётся Виктор.
Имя фараона часто писали в виде иероглифов - картушей.

 
 

Вот несколько картушей, на которых может быть написано имя «Батый».
Картуш – символ божественной царской власти, написанный иероглифами. Картуш может быть круглой или продолговатой формы. Очертание картуша – канат, окружающий имя фараона, привязанный одним концом. Это символизировало божественную роль фараона по отношению ко всему, что есть во Вселенной. Сегодня египетские ремесленники делают красивые картуши и анхи - как могучие символы жизни, на которых может быть имя владельца из древних египетских иероглифов.
Фараон включал в свое имя слог из имени предшественника. Кто предшественник Чингиза и Батыя? Данил - отец, Палеолог – дед. Вот с этими слогами и надо искать имя Батыя. Так, первое имя фараона Джосера — Нетериерхет. Имя фараона Сехемхет явно указывает на родство с первым. Так что предстоит узнать имя Батыя - Ивана Даниловича Калиты – в плеяде имен фараонов. По нашей версии – это Хеврон. Его лик в Большом Сфинксе запечатлен.
***
Наш поход по лестнице истории на этом не закончился. После встречи крестоносцев мы попадем в эпоху Возрождения. Встретимся с Леонардо да Винчи, Нострадамусом – это мы ему надиктовали, что произойдет в будущем. Потом Калиостро на нашем пути будет строить козни; в Семилетней войне примем участие, на дорогах которой в Кенигсберге встретимся с моим далеким прадедом Андреем Тимофеевичем Болотовым; дворцовый переворот с братьями Орловыми совершим, еще многое случится. Только после этого назад в Персию вернемся в штаб старого князя Жибо и уже оттуда в наш мир - в районе Фигуристых белков, как обещали, 15 августа выйдем. Воссоединимся с нашими группами и на праздник Виссариона на Тиберкуль успеем попасть. Далее с Щербиной перфоманс устроим на День Курагино в конце августа, а в Красноярске в биеннале визуальных искусств Красноярского музея современного искусства примем участие c картинами из нашего путешествия. Мало кто понимает наше искусство, но что поделаешь – искусство всегда впереди идет. Хотя молодежь понимает. И это здорово. И главная задача остается: найти формулу жизни – научный экскурс за философским камнем.


Рецензии