Куда убегает ваш утренний кофе? 19. Куда убегает у

фото vrml,10\2002



19. Куда убегает утренний кофе?



Машиах ло ба,
Машиах гам ло метальфен

часами сидим
ждем что мессия придет
мессия - ключевой человек
рука его на всем и каждая рука на нем
в плотном дыму
йерухам причмокивает губами
йуда смотрит на часы
и вращает глазами

офис на Севере (тельавива конечно)
арциэли лтд консалтинг
после полудня
снаружи вращается мир
нажимает кнопку вызова, говорит "принесите кофе"
нажимает кнопку вызова, говорит "мессия не идет"

а мессия все не приходит
а мессия никак не звонит

Машиах ло ба,
Машиах гам ло метальфен

Израильский шлягер


Куда убегает утренний кофе?

Можете ответить? А я знала правильный ответ


Как отмечают аналитики от Ломброзо до Юнга, сумасшедшие придают преувеличенное, какое-то космическое значение какой-нибудь неудачной шутке, ошибке в произношении, мелким, несущественным с точки зрения нормального человека деталям. Сумасшедший ведь живёт в мире, в целом мире, как и нормальный человек, только этот мир не вполне совпадает с нормальным. Это, так сказать, другой тональ. Персональный. Случайные точки пересечения с нормальным миром, вовсе для того не предназначенные, испытывают весь смысловой вес целого мира шизофреника.


"Он употребляет некоторые слова в особом, ему только понятном смысле, точно так же он по-своему истолковывает слова окружающих, а потом основывает на этих словах представляющиеся ему галлюцинации и бред преследования. Причины того и другого явления одинаковы." - пишет Ломброзо.


Куда убегает утренний кофе? Этот вопрос придумал ЕП. Мой утренний кофе убегал к нему, потому что любил его. Каждое утро было праздничным, потому что начиналось с кофе. Который постоянно норовил убежать к ЕП. Практически, вся церемония проходила в его присутствии. Я больше не надеялась увидеть его в этом, так называемом «реальном мире». Тем хуже для реального мира! Теперь я работала над уничтожением реальности. Я помнила ощущение его присутствия рядом, и училась поддерживать это ощущение. В его присутствии я была царицей, потому что он был царь. Княгиней, потому что он был князь. И принцессой, потому что он был принц. Вот только ужасно смущалась, когда от волнения делала какой-нибудь неловкий жест или не могла найти ложку. Ну или когда от меня убегал кофе. Каждое мелкое происшествие было просто чудесным – когда я чувствовала его присутствие, я знала: он любуется мной. Поэтому я была очень, очень красива. Когда кофе был готов и налит в чашку, и я усаживалась за стол, напротив было его место. Мы пили кофе вместе. Мои плечи распрямлялись, жесты приобретали, как мне казалось, грациозность и значительность, иногда я вскидывала голову и бросала взгляд в "его сторону". В этот момент я чувствовала особенную гордость, восторг, смущение - это было как шок, или электрический разряд – я почти ощущала его ответный взгляд.


Суфийские женщины говорили об этом примерно так:


Люди, я не безумна, я опьянена.

Мое сердце - всецелое осознавание и ясность.

Мой единственный грех, мой единственный проступок -

Не стыдясь, отдаваться Ему,

Быть обесчещенной, восхuщенной любовью к Другу.

Тропку к Нему я никогда не оставлю.


Я всегда думала, что когда ЕП пишет о "Нашей Леди", то имеет в виду МН. Она была наша Дева Мария - нежная утешительница, любящая мать. А ЕП больше всего желал материнской любви, любви могущественной хозяйки мира. Это ясно было видно хотя бы по тому, как подчеркнуто он настаивал на роли авторитарного отца. Как-то раз он сильно напился, упал и ушиб голову так, что потерял сознание. Придя в себя, он решил побриться налысо в честь Нашей Леди, о чем немедленно всем и сообщил. В ее честь. Свои красивые длинные белые волосы. И видимо так и сделал, судя по тому, что мне передали от него заказ на тюбетейку. Ему нужна была тюбетейка, и чтобы я вышила ей на макушке свастику. МН он ни о чем таком не просил - потому, думала я, что он боялся долго смотреть в ее сторону. Это можно было выдерживать только на расстоянии. Я всегда думала что ЕП и МН любят друг друга самой детской небесной любовью из всех любовей нашей «семьи». Я была уверена, МН проводит многие часы, с туманной нежностью глядя в небо, она задумчиво гуляет одна и трогает деревья, или срывает травинки и ощущает его присутствие всюду - больше ей ничего не надо. Я сама так гуляла.


Когда ЕП начал писать короткие рассказы про свою демоническую семью, там всегда была младшая его дочь Алефтина. Уж очень он ее любил, и всё объяснял ей, что она из расы повелителей, и как ей себя вести и ничего не бояться. Я была уверена, что его Алефтина - это МН. Даже больше того: мне казалось, и сама МН так думала. Если так, ей больше нечего было желать. Ее так сильно любили, так много - и с такой огромной высоты. Она была почтительна и требовательна с ЕП. Наверно именно таким тоном она когда-то говорила со своим отцом-генералом. Она знала, что в любой момент может пожаловаться ему на что-нибудь, и он примет меры. А я бы никогда не осмелилась на такое. Это была бы неподобающая претензия с моей стороны. Зато я знала, что могу - и это даже моя обязанность, которую я люблю - вести против ЕП военные действия всех родов. Война всегда приводила его в великолепное расположение духа. Мне казалось, что часто, почти всегда - я и есть тот единственный настоящий противник, который способен разрушить его неуязвимость. АЧ как-то запросто определил, что я принадлежу к сословию кшатриев, и я очень гордилась своими воинскими качествами. Конечно же, на самом деле я не была никаким противником ЕП. Совершенно нелепо было бы ему воевать с обычным человеком, хуже того - женщиной, да ещё и ученицей. Ему пристало воевать не менее, чем с уполномоченными демоницами, высшими ангелицами или архонтшей этого мира. Я не понимала этого столько лет, сколько понадобилось, чтобы подготовиться и перенести это наконец. То есть очень долго. И всё равно было очень стыдно и обидно, какая я была дура. И до сих пор я обижена на ЕП, хотя я и знаю, что он вроде бы ни в чем не виноват. Это я придумала любовь, какую хотела, и себе, и другим, а его мнения на этот счет никто никогда не спрашивал. Всё вроде бы так - да не так. Дело в том, что я не могла это на совершенно пустом месте придумывать, по крайней мере сначала, когда с обратной связью было еще не так плохо. Тут что-то не так. Зачем он мне тогда писал письма с разными чудесными разъяснениями, которые я учила наизусть? Зачем в его историях появлялись мои вещи, превращенные в сокровища? И разве он не излучал всё время, как ядерный гриб, эту нечеловеческую любовь? Зачем он постоянно писал о ней нам, людям? Чего он ждал от этого? Как это должно было в нас отозваться? Очевидно, не так, как он хотел. Мы разочаровали его.


Мы всей семьей, тогла я знала точно, - и я, и МН, и АЧ, - мы все любили его. МН как-то мне сказала "Почему-то все его ужасно хотят". Так оно и было, думала я, и понятно почему - потому что он сам ужасно хотел, он горел, как плазменный факел, и мы вспыхивали от одного его присутствия.

Я знаю, он хотел не нас, не кого-нибудь одного из нас, и даже не всех вместе, а богиню Кали, черную вдову, Донну Анну, Демоницу Эвашастраэль, жену свою Елизавету, темного эльфа, Нечистую Деву, Нашу Леди. Он называл ее всеми этими именами и еще многими другими и постоянно рисовал ее, и писал о ней эпические поэмы, и бесчисленное количество рассказов, и книгу разговоров с ней. Он видел ее своим третьим глазом. Его основным занятием было ее восхваление. Пышные титулы и высокий стиль изложения создавали состояния высокого накала, не имеющие отношения к "простым человеческим чувствам". Он говорил о высших реальностях так, что вы явственно ощущали бешеный напор чего-то безжалостного, великолепного, чуждого, и совершенно иного - и восторг, и возмущение - и это могло быть для вас так пронзительно и невыносимо, как для подростка вдруг увидеть перед собой совершенно недоступную, но совершенно голую старшеклассницу.


В сущности, ЕП и показывал нам, зачуханным подросткам, настоящую голую старшеклассницу - то есть нечто совершенно ужасное, великолепное и невероятное - это желанное высшее существо, которое ему являлось. У него был писательский дар от рождения - он мог описать нечто запредельное так, что вы отчетливо ощущали его дыхание. Естественно, что к нему стремились и его хотели - ведь он не только видел нечто чрезвычайно привлекательное и недоступное большинству, но и умел указать на это, так что вы тоже оказывались этому в некоторой степени причастны.


Он мог бы быть духовным лидером, главой культа или секты - поскольку выполнял ту же функцию, что и они - он реализовывал связь между бессмертным идеальным и воплощенными в материю мельтешащими смертными, которые этому идеальному поклоняются и служат. Конечно же, для паствы, для смертных осведомленность о воле богов, которую им сообщает пастырь, и созерцание живого образа силы, который он им показывает, составляет желанный смысл существования. Но не это важно посреднику. Паства находит через него смысл, который ищет, чисто автоматически, в виде побочного эффекта его основной деятельности. Важно только то, чьим полномочным представителем является пророк, важен только тот, от кого он получил прямые указания. Он, может быть, единственный, кто слышал этот приказ. А может быть, у него есть братья, настолько близкие, что видят ту же чудесную картину, что и он, и так же выбраны идеальным. Но одинок он или нет - совершенно не важно. Важно только одно - выполнить задание, полученное сверху, слышать и распространять волю идеального, утверждать и восхвалять этот образ, угадывая его малейшую прихоть.


Возможно, это несколько отвлеченно звучит, поэтому приведу примеры. Допустим, Магомет получает волю Аллаха непосредственно в виде правил и законов, составляющих суры Корана. Аллах просто диктует ему их одну за другой. Аллах еще говорит ему идти и проповедовать то, что он диктует. Магомет выполняет все, что было ему сказано. Он проповедует и делает разные политические ходы и вообще, всё что только разрешает Аллах, чтобы его закон в конце концов исполняли все на свете, как по сути и должно быть, поскольку Аллах – господин этого мира. Однако Аллах не пожелал уничтожить неверных сразу - по причинам, которые ведомы одному ему. Потому ислам не распространился по всей земле. Также Аллах приказал мусульманам, чтобы они по возможности уничтожали неверных и увеличивали число верных. Зачем он приказал уничтожать неверных, если сам пока что решил их оставить жить, смертный понять не может и спрашивать не должен: Аллаху виднее, что делать и как приказывать. Смертный – это мелкая букашка, которая не может иметь никакого понятия о таких вещах. Это настолько выше ее разумения, насколько Аллах больше букашки. Все должны подчиняться, не раздумывая.

Благодаря Магомету мусульмане получили знание истины: что нет бога кроме Аллаха и Магомет пророк его, и что на все воля Аллаха. Кроме того, они получили его волю, изложенную в письменном виде в священной книге Коран. Магомет в точности выполнил все приказания Аллаха. Таково было его предназначение. Теперь все, кто подчиняется приказам Аллаха, которые записал Магомет - правоверные - знают Истину. Из текста приказов им известно, как и зачем их создал Аллах, и в чем Аллах заключил смысл их существования, его цель, а также как и чем оно кончится и почему. Это по-настоящему счастливые люди.


Конечно, ЕП был не Магомет, и не получал такого мощного и артикулированного приказа сверху. Сфера влияния его «проповедей» совсем незначительна – это тяжелые сумасшедшие, его благодарные читатели, а также пара эмоционально неустойчивых латентно нездоровых поклонников, готовых сбрендить с ума непосредственно на этой почве, несколько ценителей литературных достоинств и единственный заинтересованный человек из числа тех, кто, вероятно, способен адекватно воспринимать его сообщение.

Как и сообщал сам ЕП, его высшая покровительница, эта Нечистая Дева, в отличие от Аллаха, ничуть не заинтересована в людях.


Другой пример - Обри Бердслей. Он видел идеальное в неправильных, странных и причудливых образах, в искусственной и гротескной манере, в вычурности и гниении. Прежде этот аспект красоты не желал проявляться в воплощенном мире, теперь он решил - быть. Идеальное проявилось именно в той форме, для которой понадобилась судьба Бердслея. Именно ему идеальное представилось в виде полузагадочных монструозных созданий, совершенно болезненных, порочных и декоративных. Поскольку причины этого видения идеального нам бесполезно пытаться понять, как и волю Аллаха, лучше скажем, что красота выбрала такой образ для манифестации из прихоти. Бердслей, разумеется, неукоснительно исполнял эту прихоть - жить, хотеть, бояться и переносить образы на бумагу, когда придет время. Возможно, с ним происходили какие-нибудь события и помимо создания рисунков, ну и что. Все, что с ним происходило, было задумано именно так, как нужно было для манифестации. Таким образом, прихоть идеального (или предназначение Бердслея) была выполнена. Что бы с ним не произошло потом, уже не важно.


Так и ЕП видимо исполнял некий каприз . Его описания страсти были талантливы. Казалось, вся наша небольшая группа испытывала особое почтение к ЕП. АЧ говорил, что узнав ЕП, он был потрясен тем фактом, что тот жив, и всё ещё продолжает жить, хотя очевидно слишком хорош для этого мира. МН целомудренно перед ним преклонялась, как крестьянка перед прекрасным принцем. Однажды ЕП написал историю, очень хорошую, про Азиатскую Дивизию и перчатку на руке. Я всю ночь читала этот рассказ, и слала ему по ICQ идиотские психотические сообщения по мере продвижения сюжета. Мне постоянно казалось, что я с ним разговариваю, и я просто отвечала на его реплики. Он ничего не писал в ответ, только в конце концов сказал: "Мне кажется, вы всё-таки разговаривали не со мной".

А утром я увидела, что МН написала ему всего одно короткое сообщение в гостевую книгу. Это звучало так:

"Вы написали чудесный текст сегодня, мой дорогой ЕП. Чудесный. Об Азиатах и Животном, и о выворачивании кожи. Я представила себе, как эта перчатка - снимется, и там будет - новая кожа, и можно будет поцеловать эту руку. Спасибо, вы меня очень поддержали».


Я была потрясена и очарована чувством, которое побудило ее так написать. Я могла писать всякую чушь, но никогда бы не осмелилась на такое.

ЕП написал следующий рассказ о том, как просветляются перчатки.


Когда-то, в первом энтузиазме, когда я таскала за собой тяжеленный талмуд Шмакова про бинеры, тернеры, квартернеры и всё такое, я очень любила людей. Стоило мне поймать какого-нибудь человека, тут же начинала ему рассказывать, что он - сын Царя, да только долго спал, снились дурные сны - и вот всё забыл.

Людям это нравилось. Сразу после этого они испытывали разлив родственных чувств, а потом быстро всё забывали. Люди были разные. Как-то пришла к нам в офис христианка в платочке, из Сибири, по делу, с заданием от таежного прихода разместить в продажу книгу псалмов. Псалмы, конечно, никому не были нужны. Христианку бы все послали с удовольствием, но она была упорная и решила дожидаться главного начальника. Пока делать было нечего, с интересом читала с экрана эссе об абсурде. Попутно разговорилась. Она оказалась хорошим мануальным терапевтом и ещё видела ауру. Ауру я показала ей на фотографии в компьютере: дифракционный эффект, какой бывает от плохой вебкамеры. Она, смущаясь и краснея, говорила, главным образом, о Нём - о чём же ещё? Он такой-то там и такой-то, скажем, не помню уже - непонятный, таинственный, никогда не узнаешь, какой, то страшный, то маленький, хуже ребёнка, и так далее. Да, говорю, это есть, а ещё он все время как будто где-то в другом месте, но иногда смеется, как озорная девчонка, и упёртый, упрямый просто насмерть. Она так обрадовалась. Говорит: «А что, вы тоже Его знаете?»


Когда дизайнер СА был "ещё жив", я как-то спросила его: "Куда убегает утренний кофе?" И он ответил, нисколько не сомневаясь: "Конечно же ко мне!"

Это был правильный ответ! Я страшно обрадовалась. "Не ожидала, что ты ответишь правильно!" - воскликнула я в восторге. "Ха-ха!" - закричал в ответ СА. - "Я знаю, потому что я тебя люблю!"


Это был пример вопроса, зависящего от того, кто спрашивает и кто отвечает. В общем случае ответ на этот вопрос формулировался для меня так: кофе убегает к Возлюбленному. Однако, Возлюбленный, Робот - это не один конкретный человек. Он может манифестироваться в разных людях в разное время - он манифестировался в ЕП, когда я по утрам была одна, и он манифестировался в СА, и поэтому он знал ответ на вопрос.


Если бы меня спросили "Куда убегает утренний кофе", мой ответ нельзя было бы предсказать, не зная, кто спрашивал. Если бы меня спросил человек, в котором я не видела никакого проблеска Присутствия, я бы сказала ему, что кофе убегает к Роботу Сергею Дацюку, или сказала бы, что к ЕП, если бы он о нем что-то слышал. Но если бы между мной и этим человеком шел некий электрический ток, я ответила бы, что кофе к нему самому и убегает. Если бы меня спросил АЧ, я бы не сказала ничего. Во всех случаях я бы отвечала одно и то же - что кофе убегает к Возлюбленному, только подбирала бы для каждого случая подходящее ему обозначение. Вот только почему-то, когда я спрашивала сама себя, кофе неизменно убегал к ЕП.


Между прочим, я очень полюбила пить кофе, и многие годы не могла обходиться утром без этой процедуры. Даже в дурдоме я специально вставала, пока все еще спали, и просила включить мне на кухне чайник – размешивала в железной кружке растворимый и усаживалась в туалете на трубе, чтобы торжественно выпить его и выкурить первую сигарету. Без этого день бы не начался. Лет 5 или 6 утренний кофе был для меня источником каждодневной радости – ведь я пила его не одна.

Ещё два года депрессии я пила его принудительно, в память о памяти прошлого, а после надолго бросила пить кофе по утрам.

Когда я его всё-таки варю – чаще всего для гостей – мой кофе убегает на плиту.


* * *


«Посмотрите на край кувшина - на нем сидит оса. Она может перелететь на вашу руку, поскольку живые существа любят вас, но спросит ли она у себя, кто она такая и откуда она пришла?»

Я наклонил кувшин и кивнул, предлагая Ивану Денисовичу продолжать. Он продолжил:

«Она не знает, откуда она пришла, но тем не менее, она найдет дорогу домой, в осиный приют. Но будет ли это тем местом, откуда она пришла?»

Эти слова поразили меня настолько, что я едва не опрокинул кувшин.

«Нет, - сказал я, - тем местом, откуда она пришла, будет то место, куда она уйдет отсюда, а не то место, куда она вернется здесь же».

«В том-то и дело. Это то же самое место, куда убегает утренний кофе. Это то место, где таится пустота внутри скорлупы выеденного яйца. Проблема для человеческих и других существ состоит в том, что все сущее не является тем местом, но является скорлупой. А им следовало бы понять, что скорлупа преходяща - ведь она в любом случае отпадет. Скорлупа - не надежная защита. Она утлая лодка. Но и пассажир этой лодки еще очень далек от того места, настолько, что, с моей точки зрения, вовсе от нее - лодки - неотличим. Разница между моей точкой зрения и точкой слепоты пассажира лодки - это и есть непреодолимая со стороны пассажира пропасть между сознанием и материей».


Из Новости #505.

«Байкал 1667

секретное донесение»

продолжение 
глава 20. Прекрасный ядерный взрыв:  http://www.proza.ru/2006/04/27-163
оглавление книги "Куда убегает ваш утренний кофе": http://www.proza.ru/avtor/schwartzbrown


Рецензии
Ого! Графоманы штурмуют эпический формат.
(Это я о Вас и Вашем "Кофе" - а Вы что подумали?)
Думаете оглушить читателя красивыми рассуждениями -
яйцами без скорлупы?
А зачем?
И вообще, не сотворите себе кумира.
(Это я о ЕП.)
А в частности искать смысла в бессмыслице -
занятие недостойное человека разумного,
поэтому читать Вас не следует.
С ув.,
Стас Камень, БК & ИА

Стас Камень   05.07.2006 20:06     Заявить о нарушении