Суррогат любви

 ОДИН

Один, два, три. Три куска отвалил адвокату за артистичность и длинный язык. Год условного срока стоит двух лет заключения. Отдал за свободу все, что было.
Воздух морозный, иглами вонзается в легкие. В горле першит от дешевых сигарет. Долго кашляю в крепко сжатый кулак. За прошлым бесшумно и плотно закрывается пластиковая дверь.
Приятелей отшил. Опять - один. Настоящего друга нет. Может, завести себе псину? Будет ждать с работы.
Работа, работа, работа. Отупляющая работа – за гроши! Тянуть лямку от звонка до звонка? А смысл? Хочется жить легко и свободно! Жить сейчас, а не завтра. Жить по-человечески, а не как бродячая собака.
Собака. Нет гарантии, что не останется одна подыхать с голодухи в пустой квартире. Лучше – кошка. Ей не нужен хозяин. Она не привяжется к тебе своей кошачьей душой.
Душа. Она хочет праздника, а не выскакивать из тела от утреннего звонка будильника.
Надо позвонить Верке. За все время - ни одного письма. Появлялась только в дурманящих снах - молчаливая и желанная.
Вызов идет. Один. Два. Три. Отбой. Да и пошла, коза драная! Трепалась мне о вечной любви, пока мозолил пальцы о валюту.
Кошка - лучше. Вот, эта – рыжая, как Верка. В беленьких носочках. Назову ее Веркой.

ДВА

Животное прожорливое, как мужик, но ласковое, как все бабы. Пытается строить из себя аристократку, брезгливо обходит лужу на полу. Уже и забыла о том, что скиталась по вонючим помойкам. Благородная тварь.
Кран починил. Лужу подтер. Верку по шерстке погладил. Спину грациозно выгнула - прогнула-выгнула. Потерлась безмозглой башкой о мою ногу - раз, два, три.
Раз-два-три. Три шага – и вся кухня. Какой дипломированный дебил проектировал эту халупу? Сам в такую жить не пойдет: не захочет на стены натыкаться.
Стены. Вокруг меня одни стены. И никакого выхода нет.
Завтра опять пойду искать работу. Начну жить с чистого листа. И жрать что-то надо. Верку кормить, чтобы не драла зря глотку. Чтобы в глаза не заглядывала. Душу воротит от ее умоляющих глаз. Та Верка так же глядела, когда на аборт денег отвалил. Щедро же отвалил – на два раза хватило бы. Перехитрить меня задумала. Ребенка захотела. Хомут мне на шею пыталась повесить.Повязать на всю жизнь ребенком. Не дался. Ушла в больницу и не вернулась ко мне. Дура. Не втолковать ей было, что на свободе хочется еще пожить. Для себя. Рыжая тварь.
Пошла вон, Верка! Нечего под ногами путаться. Сама виновата. Жрать хочется? Мне – тоже.
Холодильник урчит, как четвероногая скотина. Как мой пустой желудок. Яйца. Одно, два, три. Соль. Яичница готова. Колбаса – с Веркой пополам. По- честному. Бутылка водки. Одна. И та – ополовиненная. Глоток. Один – второй – третий. На душе потеплело. Размякла душа.
Надо искать бабу. Ласки хочется. Верка, тебе хочется ласки? Хочется, я знаю. Ну, иди сюда, моя киска. Единственная моя, родная.
Эх, Верка, Верка...
А помнишь, как мы весело с тобой жили? Как ладили? И сдался тебе этот ребенок? Ну, изуродовал бы твое шикарное тело, высосал бы упругую грудь. А дальше, что? Что было бы дальше, Верка? Тряслась бы над ним, забыв про меня. Наши страстные ночи превратились бы в сплошной кошмар, а счастливые дни – в вереницу серых будней. А я ведь любви хотел, Верка. Бесконечной. Где только ты и я. И зачем ты все испортила своим бабьим инстинктом?
Глоток – второй – третий.
Да найду я себе другую бабу. Без проблем. Можно, с готовым спиногрызом. Чужих воспитывать проще: по головке погладил, мороженое купил и уже – отец! Авторитет. Ответственности – ноль. Не трожь ребенка! Не буду. Никогда. Даже, пальцем. Сама пусть с ним сюсюкается. А если, что, так потом ей же и вставлю - не разрешала вмешиваться в педагогический процесс! Вот, и расхлебывай дальше, золотце, сама!
Правильно я думаю, Верка? Чего фыркаешь? Что ты понимаешь, рыжая дурочка, в человеческих отношениях? Нет, рано еще в петлю добровольно лезть! Еще погулять можно годик – другой. Мне же только тридцатник будет! Пусть, буду один, но свободный. Семья, Верка, это – кабала. Сперва – любовь, а потом – скандалы. Один – другой – третий. Временное перемирие. И опять все по кругу. А потом – стена. Непробиваемая. Хоть, башкой об нее треснись! А башка у меня, Верка, одна. Две – лучше для Змея Горыныча: у него похмелья не бывает. Не обижайся, Верка, на мои плоские шутки. Это я так тебя развеселить хотел, чтобы ты не дремала. Но вижу, что не нравится. О, пошла-пошла. Топ-топ-топ. Ну, и суки же вы, бабы! Вам душу выворачиваешь наизнанку, а вы жопой поворачиваетесь....

ТРИ

Тарелки грязные в раковине. Одна – две – три. И откуда только берутся? Пепельница полная окурков. Загуляли мы вчера с тобой, Верка? Что пялишь на меня свои глупые глаза? Лучше бы будильник завела с вечера. Только и знаешь, что жрать да гулять. Говорил же тебе, что с утра надо идти работу искать? Говорил! Но тебе, как всегда, по барабану мои проблемы. Опять мне одному голову ломать – чем тебя кормить? Сейчас соображу. Надо тетку навестить! Может, отвалит нам с тобой сотню – другую, как в старые времена? Жди меня дома, Верка! Я скоро вернусь.

Остановка. Одна – вторая. Холодно, черт! Снег под ногами поскрипывает. Зябко до дрожи. Зато, сэкономил на автобусных билетах. Экономист, блин.
Подъезд - третий, этаж – четвертый. Жарко. Восстановить дыхание. Успокоить сердцебиение. Улыбка – обворожительная. Палец – на кнопку звонка. Старенький ситцевый халат. Ему - лет двадцать. Тетке – под шестьдесят. Или уже семьдесят? Настороженный взгляд блеклых глаз. Комплимент. Один –второй. Больше не придумать. Заулыбалась. А в начале, как Верка, брезгливо подергивала лапками. Старая карга. Копит деньги на похороны, чуть ли не с рождения. Словно, собирается трижды помирать. А жизнь у человека одна, тетя Валя! И прожить ее надо так...
Сама знаешь? Ну, и ладно! Ты у меня – эрудит! Молоток, словом. Я тоже в школе это проходил.
Обещал отдать долг через месяц – другой. Не поверила, как всегда. Но подобие жалкой улыбки на прощание выдала, как на моих похоронах и головой вслед покачала.
На улице неожиданно потеплело. Что-то еще неуловимо изменилось. Что – не пойму. Такое ощущение бывает, когда деньги шелестят в кармане между пальцев. Легкое волнение. Все тип – топ! Можно разрешить себе бутылочку пива и кружок краковской колбасы - для Верки. Можно позволить себе и - нагрянуть в гости.
Сигарета. Одна – последняя. Скомканная пачка с синей наклейкой.
Зеленый огонек. Такси!!!
Старые подруги. Одна где-то таскается вторые сутки. Папаша злой, как черт. Другая - спилась, чудовище. А какая девчонка была! Руки в карманах брюк приходилось держать, чтобы себя нечаянно не выдать. Последняя – просто не открыла дверь. Не простила. Эх, Верка – старая любовь...
Постоял минуту – другую перед дверным глазком. Как перед дулом пистолета.
Этажи. Третий – второй – первый. От ступенек рябит в глазах. Или от голода?
У подъезда - синяя коляска. Ручка коляски холодная. Пустышка во рту толстощекого пацана. Смешной такой пацан – похож на хомячка в синей вязаной шапке. Подмигнул ему. Он выплюнул пустышку. Улыбка, от которой бросило в холодный пот. Я узнал бы эту улыбку, даже, если полностью ослеп бы. А если он узнал меня???
 
ОДИН

Как слепой, бреду один по людной улице. Толчки в спину, плечо, сердце. Открываю металлическую пробку зубами. Значит, мне не по зубам оказалась Верка? Перехитрила, зараза! Горьковатая жидкость заполняет душу леденящим холодом.
Зеленый мусорный контейнер. С силой запускаю в него пустой бутылкой. Звон разбитого стекла. Испуганные чужие лица. Я оставляю за спиной свою разбитую жизнь.
Свет вспыхивает внезапно. Уличный фонарь. Один – второй – третий. Один – второй – третий. Один – второй – третий. Я должен вернуться к своей рыжей Верке. Я должен вернуться к Верке. Я вернусь к тебе, чертова кошка! Как и обещал. Мужик должен держать свое слово!
И опять - один. И брюхатая кошка.
 
ДВА

 Котята нелепые: один – два – три. За жизнь цепляются, хоть и слепые. А что за нее цепляться, когда ты никому не нужен в этом мире? Ладно, Верка, не ори так истошно! Оставлю тебе одного несчастного уродца. Люби его, если твой материнский инстинкт этого требует. Может, в нашей с тобой тупой жизни появится какой-то новый смысл? Держи своего пацана, Верка, и пошли спать. Вдруг, завтра нам с тобой больше повезет и подвернется какая-нибудь работенка? Нельзя же жить одним днем - без веры в лучшее. Без своего пацана.
Что-то муторно у меня на душе, Верка. Видно, пришло мое время возвращать старые долги...


Рецензии
От одиночества лучше всего помогает охотничья собака. Курцхар. Они очень умные и приносят тапочки. А еще курцхары люто ненавидят "синьку". Поэтому люди у кого они есть...не пьют. А детей всегда можно настрогать сколько хочешь. Главное потом не загнуться выводя их "в люди". Время нынче слишком тяжелое...путинистическое.

Майк Хаммер 4   06.11.2018 06:39     Заявить о нарушении
Собака женщину не заменит, хоть женщина и не всегда приносит тапочки. Иногда, даже может запустить в вас ими. Но сколько женщина может принести нежности в вашу жизнь, не мне вам рассказывать сказки.
Про собаку - класс, не знала. Возьму на заметку для жен алкашей).
А время, Майк, всегда тяжелое - то революции, то войны всякие. А пока космические не наступили, струганите и выведите в люди!)
Спасибо за ваш визит.

Маленькаялгунья   06.11.2018 14:32   Заявить о нарушении
Только вот так постарайтесь не выводить(
http://www.proza.ru/2018/11/02/1645

И пусть у вас все будет так, как надо по сценарию сверху)

Маленькаялгунья   06.11.2018 14:34   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 72 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.