Станица гундоровская

           СТАНИЦА ГУНДОРОВСКАЯ      

              Предисловие   

Столетиями живут казаки на Дону. Имеют они свою древнюю историю и историю нового времени.
В средней школе ученик учит историю Петра Великого и историю взятия Бастилии, открытие Колумбом Америки и о строительстве Великой Китайской стены. Знает молодой человек о том, кто изобрёл компьютер, и первым слетал в космос.
Но знает ли молодой человек о тех, кто жил до него на этой земле, по которой он ходит?
А если не знает, то нужна ли ему чужая история?
Незнающий родства человек – не может правильно ориентироваться в пространстве. Любой человек, знающий чуток сути проблемы, становится его поводырём. Но поводырь может быть не только добрым дядей, но он может и завести в такие дебри рассуждений и размышлений, из которых незнающему человеку выбраться трудно.
Начиная очерк о Гундоровском юрте, неплохо бы кратко осветить сам вопрос возникновения казачества, и кто они такие: казаки.
Казачий словарь-справочник, вышедший в 1968 году в Сан Ансельмо, Калифорния, США, так освещает вопрос возникновения казачества, как на Дону, так и в других местах: Казаки – народность, образовавшаяся в начале новой эры, как результат генетических связей между туранскими племенами скифского народа Кос-Саки (или Ка-Саки) и Приазовских славян Меото-Кайсаров с некоторой примесью Асов-Аланов или Танаитов (Донцов).
От глубокой двадцавековой древности и до наших дней звучание и начертание Казачьего имени в источниках подвергалось только незначительным изменениям.
От глубокой древности, и до наших дней жизнь Казаков связана с северо-западной частью Скифии Азиатской. (Жизнь Восточно-Азиатских казаков в данной работе не рассматривается). Перемещение их предков в ранний кочевой период позначены «торческими» курганными погребениями с одним конём. Они указывают первоначальное переселение в III-II в.в. до нашей эры из Закавказья на Северный Кавказ, где их племена начали постепенный переход к оседлости, интенсивно внедряясь в жизнь Славян Меотиды ( Северы – Плиния и Сувары – Птоломея). В результате процессов, которые в археологии принято называть «внедрением Сарматов в среду Меотов», на Северном Кавказе и на Дону появился смешанный славяно-туранский тип особой народности, делившийся на ряд племён (войск).
Распространились они и в верхне-донскую лесостепь, где арабские историки ХIII в. обнаружили Сакалибов, а Персы через сто лет после них, Брадасов-Бродников. Оседлая часть этих племён, оставшаяся на Кавказе, смешалась с Гуннами, Болгарами, Казарами, и Асами-Аланами, в царстве которых Приазовье и Тамань стали называться Землёй Касак (Гудуд ал Алэм). Касски Поволжья, Удзы и Торки, выполняя военное поручение Хазарского кагана, выгнали из-за волги Печенегов и принудили их уйти за Донец и Днепр. При этом часть Печенегов покорилась Удзам и Торкам, и вместе с ними переселились на Нижний Дон.
Казачий антропологический тип и казачья разговорная речь формировались в обстановке количественного преобладания Приазовских Славян, но и до настоящих дней в нашем народе сохранилось много туранских физических свойств, много туранских слов и оборотов речи, из которых самым значительным надо признать отсутствие форм среднего рода. Не напрасно казачий язык раньше считался славяно-татарским. 
В 965 г. Земля Касак путём завоевания попала под власть Киева. В 988 г. она передана в управление одному из Рюриковичей, Мстиславу Владимировичу, который после смерти отца отложился от Киева и со своими Коссаками (Казягъ летописей) и Казарами занял подонские и донецкие степи до Чернигова. В кровавом бою Мстислав разбил под Лиственом, выступившего против него, киево-новгородского князя Ярослава и стал государем державы, получившей название по главному городу Томаторкани. До 1060 г. Томаторкань объединяла в своих границах все племена Коссаков и простиралась от Кубани по всему Подонью, Донцу и Северщине, включая Курск и Рязань. Упадок этого казачьего государства начался с приходом в Черноморские степи племенного союза Кипчаков или Половцев (1060г.) Юг державы, Земля Касак вместе со столицей Томаторканью, ещё полтора века после этого оставалась независимым государством. Это колыбель Казаков Азовских, Гребенских, Казаков-Черкасов, вышедших отсюда на Дон и Днепр. Жители же центральной степной части государства, занятой Половцами, отошли в лесо-степь и продолжали бороться против них сообща с Русью, называясь Чёрными Клобуками. В русских летописях Чёрные Клобуки после стали называться Черкасами и Казаками. Все они, попав на Днепр, оставались там семь веков. В свою очередь, часть населения державы Томаторканской скрылась в Крыму и запечатлена там в генуэзском и колониальном уставе, как Казаки охраны колоний.
С приходом Монголов в 1223г. Подонские Бродники оказались на их стороне и бились против Руси на р. Калке. Когда же по Восточной Европе установилась власть Золотой Орды (1240г. ) все Казаки оказались в границах монгольского государства. Тут они пользовались автономными правами, имели свою церковь, и в большинстве своём сохранили славянский язык.
Когда в Орде начались междоусобия, Казаки, жившие вдали от правящих центров, много страдали от своеволия ордынских мусульман. Однако, разгром войск Мамая на Куликовом поле (1380 г.) не принёс освобождения для Руси и стал роковым для Казаков: Ордынцы принудили их очистить берега степной части Дона и переселиться не только в его верховья, но и дальше на север вплоть до Камы, Северной Двины и Белого моря. Днепровские и Перекопские Казаки отложились от Крыма после того, как ханы покорились власти султана, т.е. в конце ХV в., Азовские же оставались на местах до начала ХVI в., а потом, рассорившись с Турками, перекочевали ближе к Северской земле. Там они объединились с общиной Казаков Белгородских.
Последними ушли от ханов Ордынские Ногайские и Ордынские Астраханские Казаки, соединившиеся с Донцами только во второй половине шестнадцатого века.
Протестом против служения Московской (Рюриковичей) и Литовской (Гедеминовичей) власти, ячвилось образование двух казачьих «речных республик» (государств) на Дону и на Нижнем Днепре, которые послужили очагами возрождения казачьей независимости.
Однако, на родную землю и в родную среду возвращались не все казаки. Многие роды и семьи остались на насиженных за столетие местах в Московии, Литве и Польше. Дети и внуки казачьих эмигрантов оставались так же на далёком севере. Привыкнув к суровому климату, они двинулись небольшими группами на восток через горы и сплошные массы изобильных лесов. Промышляя пушным зверем и покоряя местные племена, они освоили для московских царей огромные пространства Сибири. Единые по происхождению, они оказались разделены огромными пространствами и жизнь их потекла по своим особенным путям.
На следующем историческом этапе в ХVI-ХVIII в.в. главная казачья масса выступает в качестве Донцов и Запорожцев, возвратившихся с Днепра на исконную Землю Касак в Приазовье под именем Казаков Черноморских (Кубанских), в конце восемнадцатого века.
Поэтому, мы можем заключить, что Казаки указываются в качестве особого славянского народа, занимающего часть России, наряду с господствующими Россиянами и покорёнными Поляками (Малороссами).
Предлагаемый очерк о Гундоровском юрте основан на исторических документах, проверенных фактах, воспоминаниях участников событий. Так что связь времён не теряется и древний предок становится близок и понятен, так же, как и наш современник.
И тогда жизнь становится осмысленна и понятна.
Книга расчитана на тех кто интересуется историей казачества, историей своего края и той «малой родины» которая именуется: Гундоровским юртом.

             Станица Гундоровская

В 1681 году, на левом берегу Донца, был основан казачий городок Гундоров, на что, тогда же в Черкасске, столице войска Донского казаку Кагальницкого городка Михайле Иванову с товарищами была выдана войсковая заёмная грамота «на занятие Гундоровского юрта» «станицу собрать сколько им угодно» «чтоб прокормиться».
Первоначально Мизаил Иванов с товарищами выбрал место под поселение станицы на левом берегу Северского Донца в лесу. Местность носила название «Станичный луг», что напротив верхней части хутора Поповка. Население городка было незначительное – десятка два домов. Возводились они на высоких, дубовых сваях – из-за частых разливов Донца. Рядом на Ермаковском кургане установили сторожевой пост.
В 1704 году в донские городки сыском беглых прибыли по поручению чужого государя Петра I из сопредельного государства сыщики Михайло Пушкин и Максим Кологривов. Побывали они и в Гундоровском городке, записав в бумагах, что в городке проживает 73 человека. А вот беглых они не обнаружили. Ещё бы – казаки никогда беглых не выдавали, особенно в Московские и Турецкие земли.
После того, как при атамане Булавине Гундоровский городок выступил в полном своём составе за природную свою волю и казачью независимость, драгуны Петра I уничтожили все строения в казачьем городке, казаки переселились на новое место, что выше по левой стороне Донца и в старину называлось «Телятники». Там был отрыт новый колодезь, и сама местность была более возвышенная и песчаная.
Надо отметить, что Гундоровский городок основывался на уже обжитой ранее земле, где когда-то имелись поселения и следы древних стоянок людей. Об этом говорит пять скифских курганов у кирпичного завода, результаты археологических раскопок и исследований. На территории Гундоровского юрта находили половецких баб (Х-ХI вв.), а так же следы Хетской (Гетской) культуры. Да и само название станицы связано с древним названием столицы Гуннов, что находилась в средней Азии: Гуниград, Гундерберг (лат), Хуниград, Хива.
Вохможно, что на территории Гундоровского юрта, в своё время, находилась та самая загадочная столица Великой Болгарии, родоначальниками которой и были гунногундоры – болгары, славянского происхождения, материальные свидетельства которых на пространстве от Днепра, до Дона до сих пор разыскивает Болгарская академия наук.
В юрте станицы Гундоровской – курганы Дубовый, Попасный, Баба, Самсонов и другие. Близ хутора Алесюткина в урочище – Кладовая гора мелового происхождения. Согласно ронданию, в ней был закопан большой клад. Народное поверье утверждало, что в горе есть неведомые жильцы.
По другому поверью, в ночь под Крещение, когда наступает время освящения воды, с горы слышен будто бы пушечный выстрел.
На месте второго поселения в урочище Телятники, недалеко от Осиного колодца, в конце 17-го столетия построили казаки свой первый храм. В 1749 году станишники воздвигли церковь во имя Архистратига Михаила, освятив её 5 июня 1750 года. Тогда в Гундоровской насчитывалось 106 дворов, в них жило 369 мужчин и 446 женщин.
В 1765 году городок от наводнений и песка, засыпавшего его, переселился на своё третье место, тоже на левом берегу Донца, где теперь хутор Старая Станица. Вместе с городком переехала и казачья церковь, под именем казачьего покровителя. Новый храм освятили 2 июня 1767 года.
Напротив хутора (бывшего городка) сохранились остатки сооружений для выработки каменных пушечных ядер. Там же, у вершины Белой горы, - пещера, с которой связаны легенды о святой деве и о её погибшем женихе – атамане. Предание рассказывает, что атаман и его брат пали в битве вместе с дружиной киевского князя Игоря и погребены под курганом «Три брата». Девушка же скрылась в пещере, стала отшельницей, но прославилась, как местная святая. Существовало поверье, что дева, являясь в утреннем тумане, предупреждала казаков о предстоящей беде и поэтому жители городка, выходя по утрам из домов, с тревогой посматривали на гору.
Легенда подтверждается историками и их исследованиями. Так в «Истории УССР» т. 1 , говорится о Донецкой орде (войске), которая занимала территорию среднего Донца, правилась выборной властью и имела своего выборного главу (атамана). О том же повествуется в сочинениях Попова «История о Донском войске», Харьков 1814 г. и «История Донецкого войска Владимира Браневского». М, 1846 г.
Северский Донец часто менял своё русло. Так случилось, что то русло Донца во второй половине 18-го века ушло к горам, а станицу стал донимать сыпучий песок. Он заносил станицу и не давал прокорм казакам, которые питались не только рыбалкой и скотоводством, но и зерноводством и овощами.
В 1784 году казаки переместили свой Гундоровский городок на четвёртое по счёту место, там где теперь находится Михайловка. Вновь поселённую станицу разделили на три части: первая вниз по Донцу – Власовская, вторая – Серединовская и третья , верхняя – Махиновка. Городок окружали озёра: Леоново-озеро, Валуйское озеро, Громки – большие и малые, Длинненькое (у Старой Станицы), Большое (ныне высохшее). Городок не имел, как таковых названий улиц и только улица ведущая на кладбище называлась Мёртвой.
Махиновка была населена выходцами из Малороссии. В 1812 году они были приняты в казаки. Выходцами из Малороссии были заселены хутора Ореховка, Поповка, Алесюткин.
На четвёртом месте Гундоровцы прежнюю свою церковь расширили, построили колокольню из дубового леса. В 1800 году в станице было 254 двора, 1431 мужчина и 1430 женщин.
Надо отметить, что все годы своего существования, на первых порах главным храмом казачьего Гундоровского городка был храм Архистратига Михаила, небесного покровителя казаков, их духовного атамана. Такая церковь и стояла в Гундоровском городке (ныне Михайловка) и на фундаменте которой совсем ещё недавно стояла Михайловская школа, а учительская как раз располагалась на месте алтаря. Старые учителя рассказывали, что по ночам невозможно было оставаться. Какая-то невидимая сила присутствовала в этом месте и оберегала свои секреты. Это ещё раз доказывает то, что казаки свои храмы строили ни абы как, а в местах святых, то есть намоленных, указанных знающими людьми, ведающими, что делают, то есть ведунами.
Из старых домов, которые были ещё казачьими куренями до сего дня согранились в Михайловке дома где находился магазин, дом Поповой Клеопатры Даниловны (бывшее правление), дом Бардачёвых, дом Сухоруковых.
Через ту Гундоровку шёл основной тракт между Москвой и Кавказом, а так же между Харьковом и Кавказом. На Михайловском кладбище имелась могила неизвестной царевны, которая в 18-м веке ехала по своим делам, да скончалась в пути, и свой последний приют нашла над кручиной Донца в благословенном месте.
Переправа была на Яике, - месте переката, в мелководье, напротив современного пионерского лагеря.
Отличались Гундоровцы своей хозяйственностью и домовитостью. Например свиней выращивали так. По весне гнали стадо свиней со всех дворов в лес, по дороге между озёрами. Кидали с впереди ехавшей телеги резаную тыквы, а свиньи бежали за кормёжкой, всё дальше и дальше в лес. А уже в лесу считалось, что там где свинья ляжет спать, там её и место. Свиней оставляли до осени. Там, в лесу, они кормились, поросились, и нагуливали свои бока. А осенью, под снег, свиней таким же макаром гнали обратно в станицу. И какая свинья со своим выводком приходила во двор – те свиньи и считались хозяйскими.
Озёра и участки Донца чистили сами казаки. Каждый курень получал свой участок водоёма и следил за его состоянием. Поэтому-то у станице всегда была своя рыба и чистые водоёмы. Рыболовные снасти вешали на заборы и никто не брал из в корыстных целях. Если хотел казак порыбачить чужими снастями, то он снимал её с забора, рыбачил, после чего чистил и вешал обратно на забор. Хозяева получали свою долю рыбы и благодарность казака, за то что мать-природа не забыла его и казачий род.
Да и вообще у казаков не было принято, что бы по станице шлялись сирые и нищие. Если кто и становился сиротой, то его брали в казачий курень и воспитывали так же, как и родных детей – в одной большой семье. Пожилых казаков и казачек, которые остались к старости немощными и без родственников доглядывали так же всем «обществом». И закон равноправия и справедливости главенствовал над казачьим «городком-государством», как главный закон бытия, которому «свои» должны были следовать все неукоснительно, а чужие подчиняться.
А под Покрова – основной казачий праздник, всегда выпадал снег. И тогда спутанные в степи за станицей лошади сами приходили к своим дворам и шумно дышали у заборов – просились домой.
Но гундоровцы прославились не только своими частыми переселениями в области освоения в древности земли.
Участвовали Гундоровские казаки во всех событиях, где присутствовали Донские казаки. Вместе прошли станишники все турецкие войны, били Наполеона, отстаивали вместе с терцами казачий Кавказ. Покрыли себя славой Гундоровцы на полях Первой мировой войны и в годы лихолетья братоубийственной смуты.
В 1872 году прежний № 31 казачий полк был отправлен на постоянное место службы в город Замостье Люблинской губернии (Польша). 27 июля 1875 г. 31 полк получил № 10 полка Войска Донского, а с 24 мая 1894 года стал называться – 10 Донской казачий полк. 26 августа 1904 года полк стал именоваться – 10-й Донской казачий Генерала Луковкина полк.
Полковое знамя полка было георгиевское (гвардейское) «За подвиги оказанные в Отечественную войну 1812 года при Краоне и Лаони 1812 года», которое было пожаловано 29 апреля 1869 г. Донскому казачьему Мельникова 5-го полку.
Отличались полчане одиночной белевой петлицей на воротнике и обшлагах мундиров нижних чинов, пожалованных им 6 декабря 1908 г.
На службе прославились станичные роды Власовых, Шляхтиных, Краснянских, Ушаковых, Манохиных.
Переселение станицы на нынешнее своё место имеет длинную и непростую историю. Вот как было дело, и о чём говорят документы:
… «по справкам Новочеркасской духовной консистории, приходская Архангельская церковь «значится построенной в 1786 году, зданием деревянным». (Любое казачье поселение обзаводилось сначала часовней, а потом и храмом, в течении 5-10 лет после основания).
Но частые наводнения причиняли разрушения не только куреням казаков, но и церковному зданию. И вот с 1828 года, по обследованию: «имеющаяся в здешней станице деревянная церковь Божия, во имя Святого Архистратига Михаила сооружённая, будучи по низкому месту положению занимаема, почти ежегодно полою водою, подвергается повреждению» … «Фундамент с южной стороны обнизился до такой степени, что крылос стоит совершенно боком, а в трапезной перекладина, на которой основан верхний мост, переломилась».
Гундоровцы решили перенести церковь на новое место. Для этого станичное правление через своего поверенного есаула Гаврилу Ковалёва ходатайствует о разрешении «деревянного сдания цервовь Божию на невыгодном месте перестроить на другом, удобном, возвышенном и твёрдом грунте земли, очищенном уже от жительства». Для данной постройки имелось достаточное «число» леса, растущего и блюдимого в станичном юрте с давнего времени и имеющего название «церковной заповедью».
Но епархия не пошла навстречу Гундоровцам. Архиепископ Афанасий объявил в 1830 году свою волю: строить церковь каменной.
Казаки согласились с решением церковного начальства и «сограждане в 1832 году единодушно изъявили своё согласие на постройку каменной церкви, на что был составлен войсковым архитектором г. есаулом Фаниным план со сметою, простиравшейся до 70.000 рублей». Но «неурожай 1833 года, падёж скота и малоимению станичных сумм» не позволили обществу приступить к постройке храма. Решили отремонтировать старую церковь.
9 августа 1843 года Приходская церковь Божия Архистратиха Михаила «пришедшая в обветшалость… вспыхнула как свечка, сразу же после того, как отслужил вечернюю службу приходской священник Михаил Ефимов. Церковь сгорела дотла. Но «церковные антиминас, престол, жертвенник, кресты, Евангелия, образа в ризах и часть «низшего пояса иконостаса посредством стёкшегося народа были спасены и помещены в обывательском доме есаула Ивана Трофименкова».
Гундоровцы решают строить каменный храм «зданием о трёх престолах (первый – под названием Архистратига Михаила, 2-й – во имя Успения Пресвятыя славные Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии и 3-й – на память 1-го Воронежского святителя Митрофана) именно на том месте, где стояла прежняя церковь, из уважения к тому, что было когда-то освещено и где более пятидесяти лет славилось имя Божие, именем которого назывался Храм, и где покоились прахи похороненных там праотцов».
Но начальник штаба Войска генерал-лейтенант М. Г. Хомутов (с 1848 по 1862 гг. – войсковой атаман) распорядился со строительством церкви повременить, пока сам не посетит станицу Гундоровскую.
На сходе было выяснено мнение гундоровцев как о строительстве храма, так и о переносе станицы на правый берег Донца, для того чтобы обезопаситься от ежегодных наводнений. Мнение станишников подвигло Хомутова обратиться 13 октября 1850 года к военному министру о перенесении Гундоровской станицы «на новое место при реке Большой Каменке, где хутор Станичный».
В марте 1851 года пришло «высочайшее разрешение на переселение Гундоровской станицы на другое место». Тогда же инженеру Родионову пришло предписание о распланировании местности.
  Инженер своими ногами отмерял определившийся кусок пустующей земли. Сначала отвёл место под станичное правление (сейчас на его фундаменте расположен 23-й магазин), потом под новый храм; затем были распределены участки под курени. Ожидалось большое переселение: «в приходе оной церкви дворов – 942, в них мужского пола – 2896, а женского – 3162 души», и большинство из станичников согласны были переселиться.
После планировки состоялся перенос станицы на новое место. Через Донец казаки переходили бродом, перевозили разобранные деревянные дома, а потом ещё долгое время, по старой памяти трудились они на старых своих наделах, что остались в бывшей Гундоровской станице, чтавшей хутором Михайловкой. А временную архангельскую церковь, выстроенную на месте сгоревшей, оставили.
Переселились в новую станицу казачьи роды хорунжих Афанасия Аникина и Гаврила Ершова, урядников Якова Власова, Алексея Харитонова, Степана Попова, Ефима Шевырёва, Семёна Давыдова, Герасимова, казаков: Григория Борисова, Филиппа Склярова, Алексея Кондратьева и других. Но в Михайловке остались другие роды коренных гундоровцев, как Неживовы (от Неживков-мудрых), Изварины, Сухоруковы, Швечиковы, Бордачовы, Поповы, Плотниковы, Недиковы, Казачкины, Абрамовы и другие.
12 ноября 1852 года император Николай I утвердил проект на постройку каменной церкви в вновь заселённой Гундоровской станице Войска Донского. По смете исчислено было 32.107 рублей серебром. Издержку эту намеревались отнести на суммы, собранные обществом и от доброхотных пожертвований в «долженствующие поступить от казаков, имеющих пользоваться льготой от службы».
4 июня 1853 года при собрании всего общества освятили избранное для церкви место. И сразу же станичники начинают строить свой храм.
Из послания архиепископу Иоанну известно, что 2в Гундоровской станичная строящаяся церковь в последней половине минувшего 1853 г. начата каменным, кирпичным зданием и воздвигнута до первых икон, работа производилась исправно и прочно и остановилась только по позднему времени и недостатку кирпичей».
В 1854 году работы начались только 12 июня. В первой половине 1855 года церковь строилась «с успехом и с должной правильностью». К июлю 1856 года идёт уже выделка верхних карнизов, а к осени уже выведены своды с устройством на них ста фонарей, «из коих на одном главном, среднем, поставлена глава, а также на сводах устроены кровля, и некоторая часть оной покрыта листовым железом».
В 1861 году храм был завершён, но не трёхпрестольный, как предполагалось вначале, а двухпрестольный. 13 июня антиминсы были возложены на престол в приделе Успения Божией матери, а 14 июля в приделе святителя Митрофана.
Иконостас делали на вложения гундоровцев, которые на сходе 15 марта 1859 года поручили попечительство столь важного дела священнику новой станицу Ивану Семёнову. На станичном сборе присутствовали «из числа 542 граждан, имевших право голоса, 328 человек». Документ подписал станичный писарь урядник Таравин, а вёл сход станичный атаман урядник Герасимов.
Архитектурное исполнение храма было решено в византийском стиле (нарушая старую казачью архитектуру храма). Всего обошёлся храм в 38.500 рублей, кроме того, иконостас оценивался в 10 тысяч рублей (царским золотом).
В церкви были перенесённые из старого казачьего храма: Триодь цветная 1695 года, Триодь постная 1699 года, Минея месячная 1724 года, Октоих 1727 года.
В 1911 году, как писал станичный священник Николай Сысоев в «Донских епархиальных ведомостях», «в храме сейчас идёт капитальный ремонт. Приделываются два каменных пристроя – тамбуры с северной и южной стороны, ставится паровое отопление, меняются полы и вообще весь храм будет заново ремонтироваться как снаружи, так и внутри».
Новая станица Гундоровская, так же, как и старая, оставалась административным центром Гундоровского юрта, в который, помимо самой станицы входило ещё 38 хуторов и землю она занимала по правой нагорной стороне Донца и по левой, низменной, всего 114273 десятин земли.
Земля на правой стороне Донца была мало удобной для хлебопашества – сплошь бугры, балки, каменистая почва, солонцы. На левой стороне Донца почвы были пригодны для хлебопашества, а также для садоводства и огородничества.
Правда, всё же около 8000 десятин земли находилось под песком.
Всего под хлебопашество было пригодно в юрте 35 тысяч десятин.
Первый общий передел земли между хуторами совершился в 1876 году, последний – в 1904 году. Из дележа исключили общественный лес, землю под ярмарочными и церковными площадями (всего 6 церквей), под угольными участками, водяными мельницами, усадьбами и садами иногородних.
Иногда, казак получал клочки земли на пай одновременно в разных местах, что представляло собой большое неудобство. К примеру, на хуторе Караичеве на пай приходилось пять с половиной десятин… в десяти местах. В хуторе Сорокине – в девяти местах. Право на пай имел каждый казак, достигший 17 лет.
До революции в Гундоровский юот входили следующие населённые пункты: Станица Гундоровская, Хутора: Аникин, Белинский, Больше-Суходол, Везовка, Верхне-Грачики, Верхне-Дуванный, Верхне-Караичев, Верхне-Ковалёв, Верхне-Шевырёв, Власов, Герасимов, Деревеченский, Дубовой, Елисюткин (Подгорный), Изварин, Королёв, Кочетовка, Лопуховатый, Макарьев, Манохин, Мало-Суходол, Михайлов, Нижние-Грачики, Нижне-Дуванный, Нижне-Караичев, Нижне-Королёв, Нижне-Шевырёв, Орехов, Платинский, Плешаков (Никитовка), Платов, Попов, Свиногеев, Сорокин (Фомовка, Грачевник), Станичный (Дорошевский, Макаров, Чувакин), Старая Станица, Таловый, Уляшкин, Хрящи.
Храмы были построены в следующих хуторах: Успенская – в Ореховом с 1877 года, Вознесенская – в Аникине с 1979 года, Троицкая – в Караичеве в 1879 году, Георгиевская – в Суходоле с 1885 года.
В хуторе Аникине в 1880 году было открыто приходское училище.
Казаки станицы Гундоровской есаул Герасимов и сотник Гуков в 1802 году основали хутор из шести казачьих хозяйств, положивший основание городу Гукову. В 1882 году в хуторе Гукове была открыта Николаевская церковь.
Несмотря на традиционную домовитость и трудолюбие гундоровцев, далеко не все казаки обрабатывали выделенную им землю. Так в 1904 году 562 земельных пая сдавались в аренду. Луга в юрте не делили, а сдавали в аренду. Деньги же шли в станичный общественный доход.
В юрте станицы в 1870 году имелось 5503 десятины лесных угодий. Через четверть века они сократились до 4201 десятины.
Обследовавший экономическое состояние станицы Гундоровской И. Тимошенков (в 1908 году) отмечал, что здесь «земледелие в крайне жалком состоянии, и год от года ухудшается, так как земля всё больше и больше истощается и урожаи умоляются».
В упадок приходило и скотоводство из-за недостатка кормов. 301 домохозяин вообще не имел скота.
До 400 гундоровцев уходили работать на шахты, заводы и фабрики. В самой станице насчитывалось до 70 ремесленников: кузнецы, столяры, портные.
И не потому, что казаки исхудали, жали их беды, а от того, что центральные власти, после принятия закона о казачестве в 1837 году целенаправленно и планомерно сворачивали казачьи свободы, права и привилегии. А начало дискриминации казачьего населения началось ещё раньше – с момента оккупации Москвой казачьих земель при Петре I.
Так, после Булавинского выступления, станица потеряла часть своего земельного юрта в пользу помещиков Старобельского уезда. С тех пор земельный надел гундоровцев не превышал 6-7 десятин.
К началу ХХ века большинство станичников составляли казаки-земледельцы, и, надо сказать, в поте лица добывали они свой хлеб.
В 1904 году на территории юрта прошёл общий передел пахотной земли. Каждому хутору, как и самой станице назначались для владения на десятилетний срок земельные наделы. При исполнении этой задачи землемеры и доверенные сделали большую ошибку и этим причинили разорение 9 хуторам. Весна 1904 года была благоприятна для роста хлеба и трав и землемеры с доверенными вырезая неудобную землю в юрт, когда поверхность земли была покрыта растительностью, полагали в удобную и средне-удобную землю места, которые вовсе не были таковыми.
Что тут была грубая ошибка, показало время. Как только в начале 1905 г. земля была роздана хуторам во владение, поднялись вопли со стороны казаков, оставшихся без пахотной земли. Обиженные пошли по начальству. Девять хуторов: Верхний и нижний Деревеченские, Власов, Мало-Суходольский, Н-Дуванный, Плешаков, В-Шевырёв, Фомовка и Аникин заявили жалобу, что они вовсе не получили удобной к хлебопашеству земли, что в их полосах земля средне удобная, содержащая хрящ, камень и солончаки, и неудобная признанная удобной. Хутора просили о приостановке раздела юрта на хуторские довольствия и о переоценке земель.
Окружным атаманом была назначена комиссия, в состав которой вошли: помощник окружного атамана, делопроизводитель управления, местный заседатель, члены станичного и хуторского правления и понятые от соседних Каменской и Митякинской станиц. Комиссия долго расследовала дело и выяснила, наконец, что жалующимся хуторам действительно не дано удобной земли. Дело было обращено в Станичный общественный сбор, который не нашёл возможным удовлетворить жалобщиков в виду неимения запасных станичных земель, да ещё и потому, что другие хутора, как Изварин, Королёвка, В- и Н- Королёвы, Никитовка и герасимов получили в наделы точно такую же землю.
Жалоба хуторов была оставлена без последствий. Аргументом к отказу было ещё и то, что за раздел юрт заплатил по 13 коп. с десятины, а всего 13.536 руб. 84 коп., при новом переделе потребовалась бы точно такая же сумма.
После отказа в 1906 году с хуторов Плешаков, Власова, Верхне-Дуванного, Шевырёвки и др. собрались в путь со всем своим скарбом 97 казачьих семейств. Они заявили юртовому правлению, что им угрожает голодная смерть на родных местах и что они решили переселиться на войсковой участок в Сальском округе, около Платовской станицы, куда приглашали охотников. Юртовое правление с большим трудом нашло выход из создавшейся ситуации и уговорило казаков не покидать родные места.
Арендная плата за пай колебался между 3 и 35 рублями. В хуторах правой стороны Донца паи стоили низко. В хуторе Деревечках – от 7 до 12 руб., в Королёве – от 7 до 15 руб., в Сорокином – от 5 до 25 руб., а в хуторах левой стороны цена пая была выше: в хуторах Дубовом и В. Грачиках она составляла от 25 до 35 руб.
Часть паёв юрта продавалась с аукциона за задолженность в юртовую сумму по справке к службе и табунному капиталу. Так, например, 30 августа 1908 г. был составлен приговор, согласно которому постановлено описать паи у 16 человек хутора Сорокина, 6 человек хутора Королёва и т. д.
К 1908 году в юрте станицы жило около 11 тысяч казаков (мужского пола), из них получали паи 9745 человек.
В ХVIII веке на территории юрта были обнаружены залежи каменного угля. Первые разработки в 1797 году начинал Луганский литейный завод. Тогда же предприимчивый казак Двухжёнов начал разработку и поставку угля в Таганрог. В начале ХХ века станичное правление станицы Гундоровской вырезало для брта на продажу в аренду 4139 десятин земли с тем, чтобы за каждый добытый пуд угля арендаторы уплачивали полкопейки.
Сами для себя гундоровцы с давних пор добывали уголь в самодельных ямах и штольнях. Уголь брали для отопления, но не на продажу. И только с 1876 года в юрте станицы стали добывать уголь промышленным способом (шахта Дуванная, Изваринские шахты). В Островской, Терновской и Белинской каменоломнях добывали камень. В Новочеркасск, Ростов, Таганрог продавали  в большом количестве белую глину.
В самой Гундоровской станице и в хуторе Аникине устраивалась Вознесенская ярмарка, на которой шла торговля скотом.
Всей жизнью станицы руководило станичное правление, во главе которого находился атаман. В 1876 году Гундоровским атаманом являлся хорунжий Михаил Иосифович Ушаков. Он заботился и о двухклассном приходском училище, почётным блюстителем которого избрали в то время казака И. П. Качкалду. Надзирателем был губернский секретарь Е. Т. Попов. Преподавали в училище кузнечный мастер урядник Я. Е. Темниев и колёсный мастер урядник Е. И. Мельников.
Дорогой через территорию Гундоровского юрта был тракт от окружной станицы Каменской до Луганска. Тракт шёл от Гундоровской станицы вдоль реки Большая Каменка до хутора Сорокина и далее. Станичная ярмарка проводилась в Сорокине, а дорога содержалась на общественные деньги.
Но были и нерадивые хозяйства. Так, в хуторе В-Суходол где находилось 180 дворов в 1908 году в общественном стаде не было ни одного совершеннолетнего бугая.
В 1906 году в станице была открыта новая школа. Теперь в станице существовало два начальных училища: женское, там где теперь амбулатория и мужское, на фундаменте которого стоит первая школа.
В 1914 году была построена земская больница, на 10 коек, где работал один врач и два фельдшера. Уроженцы Гундоровской станицы Усачёвы были первыми фельдшерами в Гундоровке. Известный местный ветеран конца ХХ века Карпусь являлся приёмным сыном Усачёвых. Старый дом казачьего рода Усачёвых перешёл в наследство директору 1 школы и на сегодняшний день разрушен.
Доходы от земледелия и аренды земли под добычу каменного угля обогащали станичный общественный капитал и давал возможность содержать, кроме народных школ, Гундоровский Политехникум, учреждённый незадолго перед революцией. Гундоровская станица давала самый большой процент грамотности на Дону и ввела обязательное первоначальное обучение в низших классах школы. Даже во время Гражданской войны Гундоровцы продолжали строить в станице свою гимназию.
Станица славилась своими знатоками и исполнителями старинных песен, так же как братской спайкой и необычайным мужеством жителей.
Уроженцами Гундоровской станицы были: Власов – оперный певец, бас, до Шаляпина многолетний солист Большого театра в Москве, драматург Погодин, известный донской экономист и краевед С. Ф. Номикосов, общественный деятель и журналист И. И. Ушаков, издававший газету «Эхо Азова», герой русско-турецкой войны 1877-78 гг. генерал В. К. Рытиков.
О профессии и образе жизни говорят сами фамилии коренных гундоровцев: Кузнецовых, Шапкиных, Кучеровых. Шляхтины, Изварины, Мазанкины, Коловертовы, Рытиковы, Чукавовы, Щепетковы – часто встречаются в документах и бумагах дореволюционной станицы. В середине ХVIII века в Гундоровской жили Неграмотный и Нечитайлов.
Во время борьбы за Казачий Присуд в гг. 1918-1920 станица Гундоровская дала не только знаменитых командиров Гусельщикова, Коноводова, Фетисова, Сухорукова, Шебанова, Шевырёва, Ершова, Герасимова, Усачёва, Семёнова, а прогремела и всей своей рядовай массой от левого до правого фланга, в боевых частях непревзойдённым мужеством. Донской атаман даровал Гундоровскому полку и батареям звание Георгиевских. В течении двух лет борьбы, за исключительные отличия в боях, 223 рядовых станичника были произведены в офицерские чины, а само название «Гундоровец» стало на Дону синонимом отважного и доблестного воина.
Именно тогда и родилась легенда о том, что Гундоровская станица «офицерская», где могли селиться только «обер-чины» и генералы.
В знаменитом романе М. А Шолохова можно прочитать: «К осени 1918 года только в таких частях как Гундоровский георгиевский полк, спайка была крепка, но в Донской армии их было не мало».
И далее: «В слободе Бутурлиновке был устроен смотр только что вышедшему из боя Гундоровскому георгиевскому полку. Краснов после смотра стал около полкового штандарта. Поворачиваясь корпусом вправо, зычно крикнул:
- Кто служил под моей командой в десятом полку – шаг
вперёд!
Почти половина гундоровцев вышла перед строем…
Краснов перецеловался со всеми полчанами, пояснил:
- Это те герои, с которыми я бил немцев под Незвинской,
австрийцев у Белжеца и Комарова и помогал нашей общей победе над врагом».
В том же романе в начале ХVII главы шестой части можно прочитать:
- По Чиру бой идёт, - определил Пантелей Прокофьевич.
          …Слышно было по Дону, как где-то, не ближе Усть-Хопёрской, глухо гудели орудия и совсем тихо (нужно было припасть ухом к промёрзшей земле) выстрачивали пулемёты.
- Неплохо и там осланивают! Генерал Гусельщиков там с
Гундоровцами, - говорил Петро, обметая снег с колен и папахи,…»
Гражданская война – всегда братоубийственная война. Были среди гундоровцев и те казаки, что поверили в болтовню жидовских комиссаров и пошли за преступной властью в никуда. Так, среди расстрелянных подтёлковцев было двое гундоровцев: Иван Изварин и Мирон Калиновцев. Причём отец Изварина, Николай Иванович Изварин, служивший священником на плотине, был расстрелян при советской власти, а другой его сын Вркадий Николаевич Изварин, работавший учителем в гундоровской школе был расстрелян той же «народной» властью в 1931 году. Расстрелян и сын учителя Терентий. За эту «власть» и уходили воевать обманутые казаки и такие голодранцы как братья Дорошевы.
Основная же масса гундоровцев правильно сделала выбор в той сложившейся ситуации, когда обман и предательство политических горлопанов достигло своего предела, когда казаков использовали, как расхожий материал и хотели их кидать под пули только в своих узкокорыстных интересах. Казакам не нужны были ни красные ни белые. Они поднялись за свою природную казачью волю, за свои традиции, за свою землю.
Так была создана Донская армия, при Области Войска Донского, где управлял Казачий Круг и выбранный им Войсковой атаман. Казаки решили – хватит, нанюхались чиновничьих кукишей, сами можем не хуже жить. И никого не будем спрашивать, где встаёт солнце, куда заходит, когда садить просо, а когда убирать подсолнечник.
Так в 1918-1920 годах на независимом Дону армия располагала одной бригадой бронепоездов. В бригаде состояло четыре дивизиона, каждый из поездов боевых и одного ремонтного. Боевой поезд имел две бронированные площадки и такой же паравоз; на площадках 2-4 орудия и 14 тяжёлых пулемётов при экипаже: командир, восемь офицеров и около ста рядовых. Первй дивизион: «Атаман Каледин», «Гундоровец» и «Князь Суворов». Во второй дивизион входили: «Раздорец», «Митякинец» и «Илья Муромец». Третий дивизион: «Партизан полковник Чернецов», «КазакЗемлянухин» и «Генерал Бакланов». Четвёртый дивизион: «Ермак», «Донской Баян» и «Иван Кольцо».
Два бронепоезда «Атаман Орлов» и «Атаман Назаров» действовали самостоятельно и подчинялись штабу армии. Бронепоезда принимали участие в боях на ж. Д. Линиях Лихая-Царицын, Лихая-Лиски, Лихая-Купрянск и Зверево-Штеровка.
На участке Бобров-Таловая-Поварино-Михайловка действовали отдельно бронепоезда «Бузулук», «Хопёр» и один безымянный, отбитый у красных Гундоровцами генерала Гусельщикова.
Прославленный в белой армии генерал Андриан Капитонович Гусельщиков родился в 1870 г., в станице Гундоровской. С фронта Первой Мировой войны он возвратился в чине войскового старшины и когда Казаки начали борьбу за Дон, он встал во главе полка, выставленного станицей. Гусельщиков оказался достойным начальником доблестной воинской части, которую вёл от победы к победе, сначала как её командир, а потом как начальник Северного отряда из полков: Гундоровского, Луганского, Верхне-Донского, Мешковского, Мигулинского, Казанского и Богучарского.
В Крыму генерал командовал донской дивизией. В 1920 г. он оставил Родину и умер в эмиграции в 1936 г. погребён около г. Виши (Франция).
Другим казачьим полководцем был Коноводов Иван Никитич, который родился 19 октября 1885 г. в хуторе Беленском  станицы Гундоровской, член Круга спасения Дона, генерал-майор. Происходил он из малосостоятельной казачьей семьи вторым сыном Никиты Андриановича Коноводова и его жены Варвары Ильиничны, урождённой Ушаковой. Первоначальное образование он получил в станичном двухклассном училище, после которого, помогал отцу в хозяйстве, несколько лет сдавал экзамены за курс шести классов Каменского реального училища. В 1905 г. после проверочного испытания Коноводов был принят в Новочеркасское юнкерское училище; в 1908 г. он произведён в чин хорунжего и вышел на службу в 3-й Донской казачий полк. Первую мировую войну он провёл в рядах 20-го Донского казачьего полка, делегатом которого в мае 1917 г. был послан на Первый Донской Круг.
Вернувшись на Дон после развала Русской армии, принял участие в формировании Гундоровского полка и командовал им некоторое время в 1918 году. В следующие годы борьбы за Казачий Присуд состоял командиром 6-й пешей бригады и 8-й Донской казачьей дивизии; три раза был ранен и раз тяжело контужен, награждён многими боевыми орденами. С 1920 года оказался в эмиграции, где был сторонником казачьего национального Движения. Печатался в парижском журнале «Казачье Единство».
Род Коноводовых древнейший в Гундоровском юрте. Вначале носили прозвище Дуван, называться Коноводовыми стали после того, как один из представителей рода стал водить коней на продажу в Киев и Москву. Последний из Дуванов был Сидор. Его дети и внуки прозывались Коноводовыми: Иван, его сын Семён и внук Пётр, сотник, убитый в бою с Турками; после Петра остался сын Андриан и внук Никита, отец генерала И. Н. Коноводова.
Известна была в станице фамилия коренных гундоровцев Рытиковых. Из дошедших до нас сведений мы можем рассказать о следующих представителях данной фамилии. 1) Вениамин Алексеевич, родился в 1905 году в станице Гундоровской. Во время Второй Мировой войны эмигрировал на Запад, где и умер 25 августа 1959 году, и погребён на кладбище г. Рубо. (Франция). 2) Григорий Степанович, родился 30 января 1884 году, генерал-майор. Окончил Тамбовский Педагогический институт и поступил в Новочеркасское Казачье училище, из которого в 1904 году с производством в чин хорунжего выпущен на службу в 3 Донской казачий полк. В 1915 году, прослушав ускоренный курс Военной Академии, причислен к Генеральному штабу и откомандирован в штаб Туркестанского корпуса. От 1918 года участвовал в борьбе за Дон, в 1920 году эмигрировал. Умер 15 февраля 1940 года в Кральево (Югославия). 3) Роман Семёнович рождения 1890 года. Есаул. В молодости, будучи народным учителем, обвинён в хранении нелегальной литературы и сослан за Полярный Круг. Возвратился в станицу через два года; во время Первой Мировой войны, принят в Новочеркасское Казачье училище и после производства в прапорщики отбыл служить в 30 Донской отдельной сотне. С 1919 года вместе с Гундоровцами боролся за Дон, в Новороссийске попал в плен к красным, мобилизован ими в корпус Будённого, послан на Польский фронт и со всем составом 4-й дивизии перешёл на сторону Поляков. Остался в эмиграции.
В 1922 году нелегально перешёл советскую границу, через Украину пробрался к своему хутору Дуванному и, скрываясь среди камней в его окрестностях, дал знать о себе Казачьке-невесте. Но о его приходе стало известно и местным чекистам. Идя к Роману Семёновичу, девушка попала в их руки, а так как отказалась открыть его укрытие, тут же была зверски заколота штыками.
Рытиков возвратился в Польшу и проживал на её востоке до наступления Москалей в её восточные земли. Ушёл от них в Литву и дальше в Восточную Пруссию. Когда здесь при границе Немцы принуждали его возвратиться назад в Литву, он перерезал себе бритвой горло, получил разрешение остаться, вылечен и прослыл, как смелый Казак, не пожелавший склониться перед врагами. Из Пруссии в 1941 году Рытиков возвратился к семье в область Польши, оккупированной теперь Немцами, и получил от них должность управляющего засеквестированным имением. По слухам, в 1943 году убит украинскими националистами на Волыни. Он обладал прекрасным голосом и был замечательным знатоком и исполнителем старинных казачьих песен.
Ещё одним представителем легендарных гундоровцев являлся Николай Яковлевич Шляхтин, родившийся в 1892 году в станице Гундоровской. Он вышел из Донского кадетского корпуса, был принят в сотню бнкеров Николаевского кавалерийского училища, которое окончил вахмистром в 1913 году. Вышел на службу в 10 Донской казачий полк, где приобрёл славу одного из лучших гимнастов и конников. В рядах того же полка провёл Первую Мировую войну, во время которой неоднократно награждался орденами и чинами за боевые подвиги. После Октябрьского уголовного переворота в конце 1917 года возвратился на Дон в чине войскового старшины, принял участие в борьбе с ленинской красной гвардией изуверов, а после сформирования Донской офицерской школы назначен в неё начальником Конного отдела. После эвакуации в Крым был преподавателем в Атаманском военном училище, вышел с ним на фронт и за бой под Каховкой произведён в чин полковника.
Уйдя в эмиграцию, много лет выступал во главе группы наездников и посетил с нею многие города Европы. Когда же началась война, с 1939 года проживал в Бельгии и зарабатывал на пропитание семьи тяжёлым физическим трудом. Умер 26-го октября 1958 г. в г. Гент (Бельгия).
В январе 1920 г. Гундоровский Георгиевский полк отступал, чуть минуя родную станицу. На буграх у кирпичного завода цепко держали оборону 12 гундоровских офицеров с артиллерией. Три раза брали Гундоровскую наступавшие в лоб со стороны Каменской красные и не могли взять, пока не обошли… Гундоровские офицеры недалеко отошли, их порубили у хутора Власовка. В конце хутора братская могила – одни казаки там лежат.
Вот биография последнего защитника Гундоровской станицы. Иосиф Захарович Изварин родился примерно в 1885 году в станице Гундоровской. Оставшись сиротой, с детства пробивал себе дорогу в жизнь самостоятельно; выучился грамоте и стал хорошим ремесленником, но семнадцати лет покинул станицу и в поисках приключений прошёл всю Сибирь. Попав на Амур, охотился там на тигров. Служить призван в донскую артиллерию и с Первой Мировой войны вернулся домой старшим урядником. Всё время борьбы за Дон состоял в Гундоровском полку, славился мужеством и необычайной меткостью в стрельбе. Произведён в офицерский чин, но стал инвалидом с перебитыми ногами. Когда Донская армия отходила на Кавказ, Изварин отказался эвакуироваться, а перед тем, как станицу должны были занять красные уголовники, он и его жена Дуня взобрались с пулемётом на гору Свистуху и встретили колонну красных жестоким огнём. В ответ началась артиллерийская стрельба и они оба были разорваны снарядами на куски. Изварин и его жена были последними защитниками Гундоровской станицы от большевитских подонков.
По воспоминаниям старожилов, до революции Гундоровцы жили в мире и спокойствии. На население юрта, которое к 1920 г. составляло 30 тысяч человек, до 1917 года приходилось всего 3 чина полиции. И закон правил над людьми. Не было воровства, насилия, унижения личности. А если какая гниль и приходила со стороны, то казаки сами управлялись над искоренением несправедливости.
В станице днём трудились, а вечерами собирались в гости, устраивали вечера танцев, любительские спектакли и пели песни.
Покосы и рыболовство давали станичникам самоснабжение в простых запасах. Своя мельница молола муку. Свои торговые лабазы и лавки снабжали жителей привозным товаром.
И всё закончилось в 1920 году. После того, как через станицу прошли войска 9 красной армии, за штыками коммунистов пришли карательные органы революции.
Начальником милиции в Гундоровку был назначен Николай Герасимов, а его заместителем Илья Медведев, оба из Луганских рабочих и бывшие балтийские моряки. В пьяном виде они ходили по казачьим куреням, брали заложников, отбирали ценные вещи и тёплую одежду. Герасимов собственноручно застрелил задержанного казачьего есаула.
Чекисты и милиционеры взяли в заложники группу жён и детей гундоровских офицеров. Всех их погнали в Луганск. Но пьяным большевикам лень было гнать за 60 вёрст казачек и детей-казачат – пятьдесят избитых ими людей. Сразу за Власовкой красные порубили заложников шашками.
В станице наступила советская власть. Земля у казаков была отобрана. Отобраны были и все права. Появился на казачьей земле советский колхоз имени Калинина. В успенский собор стали ссыпать зерно на хранение. На Донце устроили рыбколхозы.
В конце 20-х, начале 30-х годов ХХ века в Гундоровской станице разместилось несколько детских домов, на территории одного из них сейчас туббольница.
На территории юрта со второй половины 30-х годов коммунисты стали добывать уголь, платя казакам и их потомкам открытой ненавистью и призрением. Когда то казачью станицу превратили в рабочий посёлок с внедрением в массы людей трудовой повинности и рабской покорности.
Так и прожила станица в трудах и подвигах, горе и радости целых 70 лет – длинную человеческую жизнь, ожидая возрождения, своего второго появления на земле, как казачьей земле, установления законов казачьего свободолюбия и справедливости.
 

               Возрождение Гундоровского юрта
                1990 – 2004 гг..

Осенью 1990 года инициативная группа в составе: Казаков Владимир Борисович (председатель), Моисеев Пётр Никитич, Юрий Жуков, Владимир Гришанин, Нехлебаев, Яцков, Волченсков, Жариков, Горелов, решила собрать сход казаков по вопросу возрождения казачества и восстановления исторической справедливости по отношению к исконно проживающему на Дону народу.
3 ноября 1990 года в Гундоровском клубе состоялся сход казаков в составе 180 человек. Сход постановил возродить Гундоровский юрт, делегировать казаков на Войсковой круг в г. Ростов-на-Дону. На сходе был выбран первый атаман возрождённого Гундоровского юрта Журавлёв.
После проведения Первого Войскового круга, восстановления Всевеликого Войска Донского, в марте 1991 года в станице Гундоровская, в клубе, состоялся станичный круг, на котором присутствовало 47 человек и был выбран атаман станицы В. Баламутин. В апреле того же года были созданы хуторские казачьи общества: Дорошовка, атаман Ю. Жуков, Песчановка, атаман Плешаков, городская (Донецк), атаман Яцков, Западное, атаман Попов, станичное (куренное), атаман Ивнев, Краснодон (Сорокинский куст), атаман Герасимов.
В августе 1991 года Гундоровцы находились на сидении в атаманском дворце (при войсковом атамане Мещерякове), когда решался вопрос вплоть до перехода государственной власти в казачьи руки.
Деятельность по возрождению Гундоровского юрта согласовывалась с Программой по возрождению казачества, где говорилось о реабилитации казачества в политической, экономической, правовой деятельности, восстановлении самостоятельного представительства в органах местного самоуправления, восстановление территориально-этнического единства казаков, традиционно этнического уклада жизни, быта и культуры.
В связи с принятой программой по возрождению казачества, деятельность казачьего общества Гундоровский юрт, развивалась так же по общему плану.
Было собрано 3 тысячи подписей по передаче поймы Северского Донца казачьему юрту. и согласно с законом о реабилитации репрессированных народов, пойма была передана юрту.
В июне-июле 1992 года был организован казачий трудовой лагерь. Возглавляли лагерь Журавлёв, Горелов, Гарбузов.
В 1992 году, вместе с другими казаками Всевеликого Войска Донского, казаки Гундоровского юрта в количестве 17 человек оказывали помощь по стабилизации сложного положения в Приднестровье. Возглавлял группу юртовой атаман Журавлёв.
В 1993 году был организован летний лагерь «Казачок», который просуществовал 3 года. В первый год прошло 2 потока, в последующие годы 3 потока за лето. В первый год при лагере существовал 1 казачий взвод (30 человек), в последующие годы по 2 взвода (35-40 кадетов), со своими казачьими воспитателями и наставниками. Начальником лагеря работал Гарбузов.
В том же 1993 году Гундоровцы активно проявили себя в вопросе создания Донской республики. Более 300 гундоровских казаков участвовали в пикетировании областного законодательного собрания с требованием объявления «Донской республики». Пикетирование привело к принятию требований казаков. Под знаменем Гундоровского юрта, которое держали Журавлёв и Фетисов, было объявлено создание «Донской республики» за которую проголосовал 191 депутат «за» и 1 «против».
Через десять дней решение Законодательного собрания было опротестовано областным прокурором.
Как сказал один из журналистов того времени: «Действие казаков можно свести к следующим словам: «Казаки долго запрягают, а потом никуда не едут».
Осенью 1993 года гундоровские казаки участвовали в стабилизации обстановки в Москве (А. Кольцов, Я. Скляров и др. Всего 40 – 50 человек).
В октябре 1993 года состоялся Большой круг Гундоровского юрта, на котором юртовым атаманом был избран В.А. Фетисов. Новый юртовой атаман стал добиваться помещения для юртового правления. В 1994 году юрт получил помещение по адресу пер. Осипенко 1. К тому времени в юрте состояло только служилых казаков более 300 человек.
В 1994 году прошла перерегистрация казачьей общины в казачье общество. Кроме Гундоровского, на территории юрта были зарегистрированы следующие общества: 1. Станичное, атаман Фетисов. 2. Городское общество, атаман Кольцов. 3. Хутор Станичный, атаман Ивнев. 4. Хутор Дорошовка, атаман Жуков. 5. Западное, атаман Попов. 6. Двадцатка, атаман Шурупов. 7. ЦОФ (приграничное), атаман Фирсов. 8. Ореховское, атаман Захаров. 9. Комиссаровское, атаман Маринюк. 10. Донское (микрорайон), атаман Токмачёв. 11. Донецкое, атаман Яцков.
С этого года казаки Гундоровского юрта стали работать согласно государственной концепции по отношению к казачеству, указам президента и законам Российского государства.
В 1995 году была создана программа «Выживание», с целью обеспечить жизнепропитание казаков и их семей. В связи с этой программой организовали хутор «Степной». Выкупили землю, имущество. Каменская администрация в лице Бочарова стала активно мешать казачьему хозяйству. Дошло до того, что было отключено электричество, а электрические провода (отвод от силовой линии) были сняты на протяжении 6 километров. И всё же казаки выжили. Они на свои деньги закупили технику и посевной материал. Сами обрабатывали землю и ухаживали за скотиной. Вся техника и живность были куплены за счёт средств казаков, деньги казачьего правления, казаков, которые вложили большую часть своего имущества в создание хутора Степной (в особенности личное имущество казака А.А. Шурупова). Сам Шурупов является на сегодняшний день управляющим хутора «Степной». Он бывший атаман Двадцатки.
На сегодняшний день на хуторе Степной 3 большиколёсных трактора, 1 малоколёсный, 1 гусеничный, полный комплект крепёжного и навесного оборудования для обработки земли. Имеет хутор и свой комбайн.
Особенно отличились в становлении хутора казаки Сухоносов, Шурупов-младший, Юрий Руссо, Эдуард Гельм. Помогало и войско: топливом и семенами.
В 1996 году прекратил своё существование лагерь «Казачок». Местная администрация равнодушно отнеслась к проблемам казачества, а такие представители, как балабан – активно мешали казачьему возрождению.
В 1996 году в Донецке закрылось большинство шахт. Закрылась и шахта «Донецкая» на которой председателем профкома работал Н.Н. Кесилашвили. Через него много денег выделялось на программы Гундоровского юрта, в том числе и на лагерь «Казачок». Оставшись без финансовой поддержки местной администрации и потеряв помощников в виде денежноспособных предприятий, юрт свернул свою программу по летнему воспитанию молодёжи в казачьем духе, но не забыл о пункте программы Возрождения казачества в отношении подрастающего поколения.
Общее развитие Гундоровского юрта нацелилось на развитие хозяйственной жизни, самостоятельности на собственных предприятиях и финансовой независимости.
В июне 1997 года проводится очередной Большой юртовый круг Гундоровцев. На круге новым юртовым атаманом становится Воронкоа А.И. В этом же году, в ходе эксперимента, совместно с ФПС России была организована казачья пограничная стража, которая с января по декабрь охраняла границу. В пограничную стражу входило 20 гундоровцев, которые крепко стояли на своём месте и не позволяли мерзавцам наживаться на пограничной «халяве».
28 августа 1997 года состоялось первое на Дону открытие памятника белому казаку-офицеру. Этим памятником стал памятник Иосифу Захаровичу Изварину, который, лишённый ног, в феврале 1920 г., вместе со своей женой затащил на гору Свистуху станковый пулемёт и долгое время не давал красным пройти по дороге со стороны Каменской на Луганск. Казак Изварин был последним казаком, защищавшим Гундоровский юрт от пролетарских бандитов.
Памятник был поставлен на казачьи деньги, которые были собраны, как от общей «казны», так и при помощи личного долевого участия казаков. Открытие памятника освещала печать. Сюжет о памятнике снимало Ростовское телевидение.
В том же году, на Покрова гундоровцы, на 12 автобусах выезжали на парад в город Новочеркасск. Тогда А. Кольцов был заместителем окружного атамана Донецкого округа Демьяненко. Общее количество выезжающих казаков юрта превысило за 300 человек.
В январе 1998 года состоялся Большой круг в Белой Калитве. Сразу же после круга А. Кольцов съездил в Новочеркасск к Козицыну, переговорил с ним и получил от атамана МСКОВД представительство на управление общественной организацией «Гундоровский юрт». 8 февраля 1998 года на Гундоровской шахте были собраны атаманы всех хуторских организаций, к тому времени существовавших. Там, на совете атаманов было принято решение о создании общественной организации «Гундоровский юрт». Атаманом юрта был проголосован А. Кольцов. Так получился раскол Гундоровского юрта на «реестровых» и «вольных».
После раскола было принято решение зачинщиков раскола не принимать в казачью организацию, а рядовому составу дорога к возвращению была гарантирована.
На протяжении года кака-то работа в «вольном» казачестве ещё проводилась, но к концу года реальная работа Кольцовского юрта прекратилась. Из хуторских организаций на сегодняшний день в «вольном» юрте остались только городская организация «Вольное» (которая работает сама по себе), атаман И.В. Аникин и Станчная хуторская организация (атаман Шпалов).
Сообразуясь с концепцией воспитания молодых казаков в духе казачьей культуры и быта, юртовый атаман Воронков в 1998 году попробовал организовать кадетские классы в 1 школе станицы Гундоровской. Первая попытка не удалась, но через два года юрт вернулся к этому вопросу.
В 1999 году была организована войсковая организация «Возрождение» – клуб радиолюбителей, готовящая специалистов-радистов для войска и службы в Российской армии. «Возрождение» работает с информационной связью, делает выезды «в поле», на соревнования и квалификацию. Руководит работой «Возрождения» Фетисов и Бабкин.
В 2000 году появился «Пересвет» – учебный центр по подготовке молодых казаков к службе в армии. Первым руководителем центра был Смертин, а после его кончины в 2001 году центр возглавил В. Волков, поборник казачьего воспитания, умеющий из пацанов делать мужчин.
В 2000 году Большой круг Гундоровского юрта вновь переизбирает атаманом А.И. Воронкова и решает поставить на площади возле Успенской церкви в Гундоровке памятник всем погибшим казакам сгинувшим в годину Гражданской войны и годы репрессий.
28 августа 2001 года, на Успение, на площади перед Успенской церковью, при большом стечении людей, состоялось торжественное открытие памятника. На открытии были представители Войскового управления, атаман Войска В.П. Водолацкий, представители администрации, украинские казаки. Там же, после открытия памятника, мэру города Донецка Ю.Н. Тарасенко Войсковым атаманом за заслуги перед казачеством было присвоено звание Войскового старшины.
В 2001 году в юрте была организована казачья Муниципальная дружина. Работая, согласно законов, и положений Российского государства, дружина ведёт работу по охране общественного порядка, профилактике правонарушений. Были на счету дружинников задержание наркоманов, квартирных воров, хулиганов. Первым руководителем дружины был Шумейко, потом Николай Голдобин. Сейчас, с 2003 года дружину возглавляет Э.А. Воронков. В дружине 20 человек – 15 в Донецке и 5 в М.Каменке.
В том же, 2001 году разрешился вопрос о организации кадетских классов в СШ № 1. После согласования с Войском и подготовки всех документов, с сентября 2002 года в Гундоровской средней школе два 7 класса стали казачьими кадетскими классами. А в 2003 году вся школа стала казачьей. От Войска была выделена материальная помощь, мебель, методическая литература. Вместе с казачьим воспитанием в школе идёт подготовка к армии.
В 2003 году, в окрябре, перед Покровами, на месте первоначального основания станицы Гундоровской был установлен крест с мемориальной доской. Поисковая работа достигла своего результата. Было найдено место первоначальной казачьей церкви, майдана, казачьих дворов и левад.
Поисковая и краеведческая работа на территории юрта продолжается.
На территории юрта имеется два казачьих народных хора: «Казачья воля», руководитель Волченсков и фольклёрная группа «Станичники».
Юрт приобрёл картины художника В.Н. Тишакова, председателя Совета стариков Донецкого округа в целях реабилитации исторической правды и воспитания молодёжи в духе казачества.
М. Каменка (атаман А.Ф. Островерхов) и Волченск, атаман Саляников в 2004 году вошли в Юрт. Вступили в юрт так же Вязовка, Михайловка, Зелёновка, Должанка, старобельск.
Основным направлением Гундоровского юрта на 2004 год являются: возрождение хозяйственных структур, воспитание молодёжи и поисково-краеведческая работа.
26 сентября 2004 года на Большом отчётно-перевыборном круге в результате единогласного голосования казаков был воссоздан Гундоровский юрт в своей исторической общинной границе в составе станиц: Гундоровская, Сорочинская, М.Каменка, а также всех хуторов, что существовали в юрте до революции. Первым атаманом возрождённого юрта был выбран А.И. Воронков, его первым заместителем В.А. Фетисов.



Рецензии
Спасибо за интересную статью.Любопытно было бы знать о следах готов на землях гундоровцев.С уважением Анна Кутырева.

Анна Кутырева   31.03.2014 14:29     Заявить о нарушении
А куда ж пропала 1 Мировая война? Не уж то её и не было?

Геннадий Коваленко 1   04.07.2016 16:14   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.