Вездеездовские

Сергей Алхутов
Даже если я не знал заранее, что прославлюсь, я бы так бы не поступил бы никогда бы.
А было всё просто. Они объявили конкурс идиотов, в котором я решил участвовать. Мне мама с детства говорила: ну ты, мол, и дурак, сынуля, если ты понимаешь, о чём я говорю, потому что я таким и вырос.
И вот объявили конкурс идиотов, в котором я решил участвовать. Обещали: кто победит, того сделают умным и навсегда дадут денег.
В котором я участвовал, конкурс, он был особенный. А так у нас все конкурсы обычные. Везде.
И надо было написать рассказ, который надо было прислать на конкурс, на который надо было присылать рассказы. Вот такие большие!
Я написал. Красиво так написал. Про волков и ландыши. Никогда больше так не стану. Или не смогу. А может, смогу.
А написал про то, как они их едят, а они у них в животе прорастают. Вообще-то это был не конкурс идиотов, а конкурс писателей, я вспомнил.
А ещё у нас был один конкурс: кто больше счастливых билетов в автобусе купит. Но там я проиграл. Их вообще-то мало бывает, поэтому печатают и несчастные билеты тоже.
Я написал и прислал. То есть я про лису написал. Они такие же оранжевые. И нога в гипсе.
Не знаю, кто эти конкурсы выдумывает. Поэтому не стал ничего посылать. А рассказ я спрятал.
Но они его нашли и сказали, что у меня первое место.
У лисы нога в гипсе - это просто. Она в капкан попала и пришла к фельдшеру. Он статуи делает. Гипсовые. И у неё вместо ноги теперь бюст рыжий.
А про волков я им ничего не сказал. Они сами узнали и сказали.
У меня первое место. И время. Поэтому у меня есть часы.
Я теперь думаю: рассказ - это как счастливый билет. Потому что их печатают, и надо побольше собрать. Вообще-то писать рассказы никто не умеет, только печатать.
Они все называются: первопечатник Фёдор Конюхов!
Это у вас у всех такая способность есть. Не знаю какая, потому что всё всегда по-разному. Даже вчера по-разному было.
Нельзя больше писать - у нас вечер.