Однажды зимой вертолёт кроме обычного набора привёз в таёжный посёлок две коробки разных консервов (рыбных, птичьих, звериных), заказанные местным дельцом Демьяном. Каждая банка снабжена ценником с предупреждением: "Цена 300 руб. За СПЕКУЛЯЦИЮ - строгое наказание".
Принимая 24 тысячи рублей, лётчик сообщил, что нарушать запрет нельзя, что цена по всей Земле одинакова.
- А за доставку в такую даль? - удивляется Демьян.
- Доставка бесплатная: читай на банках. Там же - правила хранения.
- Возьми хоть тысячу как премию!
- Нет! Я хочу успешно вернуться, - строго возражает лётчик. - Некоторые не верили надписям и потом очень жалели.
- Не придуман ещё запрет, который нельзя обойти, - усмехается делец.
Недели две спустя Демьян запрягает ездовых лаек и едет в хутор Глушь, прихватив несколько банок с рыбой, которые пытается продать по 400 рублей.
- Почему такая скромная цена, - удивляется очередной кандидат в покупатели, - может, консервы просроченные?
- Смотри дату на дне, ещё полгода в запасе, - показывает делец, не выпуская банку из рук.
- Зачем зажимаешь? Банка повреждена? - допытывается молодой покупатель и выдёргивает банку.
- Что такое "спекуляция"? - с подозрительностью спрашивает он, прочитав предупреждение на боковой поверхности.
- Была страна СССР, и в ней был закон, запрещающий перепродажу по большей цене, чем указана на упаковке товара. Теперь такого закона нигде нет, это слово исчезло, на иностранный манер благоговейно говорят "коммерция". Поэтому не беспокойся, покупай.
Кандидат мнётся, опасается скрытого подвоха.
- Да и в СССР не везде соблюдался закон о спекуляции, - увещевает Демьян. - Вот, например, на бумажной упаковке написано: "Сахар-песок, 1 кг, цена 78 коп.", а на севере в государственном магазине над пакетом стоял ценник с ценой 84 копейки, в очень отдалённых местах Сибири тот же пакет продавался по 90 копеек.
Ладно, куплю, - соглашается местный житель, - только у меня столько рублей нет, но есть тугрики, юани, йены.
- Давай, что есть, я пересчитаю по курсу.
Довольный делец получает валюту, но вдруг из-под крышки банки доносятся два коротких писка.
- Что за писки? - тревожится покупатель, смотрит на крышку и читает вслух: "Три писка - попытка продать дороже твёрдой цены, два писка - нарушение правила торговли только в рублях".
- Вот гады! Вмонтировали подслушивающее устройство, - шипит делец. - Держи рубли за свои бумажки,.. а теперь отдавай рубли мне.
- Но тут только триста рублей, - возмущается покупатель.
- Тогда поезжай в город за сотни километров и обменяй по лучшему курсу...
Наконец, сделка состоялась. Постепенно избавившись на хуторе от капризного товара и переночевав, Демьян едет обратно, привычно распевая песню о том, что видит вокруг.
Я еду дорогой. Дорога прямая.
И еду я прямо, кусты не ломая.
А снег под санями хрустит и искрится.
По воздуху мчится какая-то птица.
. * . * . * .
Хуторские дети и подростки сгрудились у одной консервной банки. Старший говорит напарнику: "Ты продаёшь мне эту банку. Она стоит триста рублей. У меня есть тридцать юаней. Юань равен десяти рублям. Согласен взять юанями?"
- Да!
Из-под крышки слышится двойной писк.
- Ишь, умная банка! Возражает. Ей нравятся только рубли.
Все смеются.
- У кого есть четыреста рублей? - спрашивает напарник.
- У меня триста пятьдесят, - откликается один подросток.
- Годится! Давай деньги, бери банку.
Банка издаёт тройной писк. Все снова смеются.
Девочка, укутавшись в платок, по-старчески шепелявит: "Милок, у мене токмо трыста дэсять рубликов. Продашь баночку?"
- Ладно, старая, тебе уступлю.
- Пик, пик, пик, - предупреждает банка под весёлый смех ребятишек...
. * . * . * .
День клонится к закату. Впереди меж кустами Демьян видит небольшой поворот, сбоку - высокий сугроб. При подъезжании лайки начинают беспокоиться. Мужчина подгоняет упряжку хореем и перекладывает короткоствольное ружьё на колени.
Вдруг сугроб рассыпается, из него выпрыгивает белый медведь, хватает пастью ближайшую лайку и дёргает. Ремень лопается. Сани опрокидываются. Выстрел улетает "в молоко", да и пуля для волка лишь разозлила бы медведя. Перепуганные лайки грызут и рвут постромки, а медведь с добычей исчезает. Когда Демьян вылез из-под саней, он услышал только быстро удаляющийся визг и лай.
- "Что это было? - слегка успокоившись, размышляет неудачник, - сработало предупреждение консервного завода или тут случайное совпадение? Не слышал, чтобы белые углублялись так далеко на юг от Ледовитого океана..."
Думай - не думай, но надо топать пешком. Куда ближе? В Глушь или к родному посёлку? До хутора. Но стыдно возвращаться. Тогда вперёд.
Делец-неудачник собирает в сани разлетевшиеся пожитки и отправляется в путь, толкая сани перед собой. Вечерний полумрак застаёт его пересекающим поляну. Путник готовится к ночлегу: рубит засохшую ель, зажигает четыре костра, в центре между ними выкапывает углубление, ложится и накрывает яму санями.
Беспокойный прерывистый сон одолевает Демьяна: то ему мерещится большой белый шар, приближающийся по санному следу, и кто-то белый, прячущийся за шаром, то слышится скрип крадущихся шагов, то снег бугрится, будто под ним ползёт кто-то крупный. Демьян выглядывает из укрытия, видение исчезает, звуки превращаются в потрескивание костров. Недоспавший, измаявшийся мужчина затемно отправляется с факелом в дальнейший путь.
. * . * . * .
Едва забрезжил медлительный рассвет, в дверь громко постучали.
- Кого в такую воскресную рань принесла нелёгкая? - сердито спросил сквозь дверь Денис.
- Муж пропал! Выручай, сосед, - откликнулся женский голос.
- С чего ему пропадать, ведь только вечером должен вернуться, али дни считать разучилась?
- Собаки прибегли без саней, да и не все. Скулят, шибко напуганы.
- Тогда тебе нужно в МЧС, а не ко мне.
- Не кочевряжься, мы заплатим за энергию и амортизацию за износ.
- А за работу в неурочное время?
- Тоже. Со мной брат с ружьём. Он готов ехать.
- Его возьму, а ты вертайся - для четверых места нет...
Аэросани катили по чётким следам, оставленным лайками. В полдень остановились, давая отдых моторам, перекусили и отправились дальше. Следы вывели на просеку, расширяющуюся впереди и сужающуюся вдали. Отпала необходимость маневрировать, и Денис увеличил скорость.
- Дядя Денис, что это белое колышется впереди?
- Мать честная! Неуж-то белый медведь? Эк, куда его занесла голодуха.
- Он что-то грызёт. Эх, не успели! Пропал наш Демьян! Что я скажу сестре?
- Ну-ка пальни! Постарайся в глаз... Эх, мазила!
Медведь убежал за деревья, не выпуская из пасти добычу, издалека похожую на часть человеческой руки с кистью.
Аэросани подъехали к месту трагедии. Двое увидели опрокинутые санки, какие-то лоскутья, куски мороженой рыбы.
- Помогите слезть, - донёсся с неба слабый жалобный голос.
Посмотрели вверх. На недалёкой берёзе, обхватив ствол, сидел заснеженный человек в желтоватой дублёнке, белой заячьей шапке и то ли портянках, то ли белых толстых носках. Возле берёзы валялись унты и короткое ружьё.
- Сосед, как тебя туда занесло?
- Н-не знаю.
- Потерпи, сейчас раздвинем лестницу.
Попив горячий грог из термоса, Демьян улёгся за спинами спасателей и, засыпая, успел подумать: "Эх! Надо было продавать по 4 банки за 1200 рублей, а потом просить одну банку обратно как бы в подарок".