Предыдущее - http://www.proza.ru/2019/10/23/59
19 октября.
Едем с мужем в Могилёв.
Мне нравится ездить с ним в Могилёв, он хозяйственный, всегда знает что нам надо купить а что нет. А я не знаю, вечно все забываю и путаю, я только следую за ним. Все время следую за ним.
Гостили у друзей. Маме мой подруги, М.Ф. 90 лет. Я помню её другой – живой, энергичной, веселой, с рюкзачком за спиной – за грибами, ягодами, за ней было не угнаться... Теперь это беспомощный человек, нуждающийся в постоянном уходе. Она не знает где она, что она, и потихоньку превращается в овощ. Подруга с мужем ухаживают за ней, дают поддерживающие таблетки. У них нет личной жизни, и они не представляют, как бывает или может быть по-другому... Мы пришли в этот мир для любви...
На стенах лестничной площадки нарисованы забавные человечки. Какие однако позитивные люди живут в подъезде, создают себе и другим хорошее настроение. Оказалось, это подруга! Рисовала ночью, чтобы никто не видел, боялась что соседи будут против, заругают. А люди отнеслись очень тепло. Не хватает в наше время радости, позитива. Вот откуда у моей подружки силы в такой тяжёлой домашней обстановке ещё создавать настроение вокруг себя.
P.S.: Через два с половиной года во время пандемии уйдет мама моей подруги. А я буду с ОРВИ на больничном, в другом городе, и не приеду. Как-то давно мама нам сказала: девки, когда я помру, чтобы все ко мне пришли! Она считала нас всех своими дочками, потому что своих мам у нас тогда уже не было, мы рано осиротели...
21 октября.
Муж уехал, я осталась в одиночестве и созерцаниях. Планировала пофоткать виды Могилёва, и неосмотрительно позвонила подруге З. "на пару минут". Проговорили больше часа. Солнце село, вот и вся фото сессия.
Явилась к З. так поздно что можно было уже ехать обратно. Кормила меня блинами, которые ловко приготовила аккурат под мой уход, поила чаем и освещала последние новости что скопились за год нашей разлуки. Послушали песню - «Последний снег» Родиона Газманова… и окунулись в светлые дни нашей юности. Даже не верится, что в наше время кто-то ещё может сочинять и петь такое. Кто ее написал, не знаю, но исполнение!..
Подружка весь вечер удивлялась моему планшету, и называла его «весь мир в кармане». Сообщила между прочим, что не смотря на то что меня в этом городе давно нет, заочно меня знает множество людей, которые входят в круг общения З., и что я уже стала легендарной личностью. Что мои стихи живут самостоятельной жизнью, их читают, на них пишут музыку и поют песни. Вот так и приходит слава, тихо и незаметно. Но какое мне до этого дело?.. Вернулась на квартиру за полночь. Впрочем, как всегда.
22 октября.
Долго лежала в постели в обнимку с планшетом. В квартире холодно, угловая, первый этаж. Из-за плюсовой температуры отключили отопление. Натянула на себя всевозможные пледы, свитера… Сама сюда приехала, в этот дом, чтобы побыть отшельником...
Мечтала посвятить день прогулкам по городу, и поснимать… Но разве дадут? Подруга З. сообщила кому-то что я здесь, этот кто-то передал кому-то ещё, и пошло-поехало… И наконец мне позвонила А., мать моего друга Сережи (он скончался 9 лет назад), хочет меня видеть. Я крайне редко ей звоню, и ещё реже наведываюсь. Никто не знает, когда увидимся в следующий раз, и случится ли он.
Мы приехали, мама накрыла стол. Все было такое вкусное, как и всегда у неё, что я попила весь бальзам. А. недавно выписалась из больницы, (лежала в реанимации с отеком лёгких), серьезные проблемы с сердцем. Кажется, совсем недавно ей было 75 лет, и вот уже 85. Говорила, что если бы я тогда после смерти Серёжи не уехала из Могилева, она бы меня удочерила. Она чувствует себя одинокой. Она ходит в храм, общается с людьми, но дома неизменно одна, муж умер через три года после сына, и ей не к кому приклонить голову…
У моего друга Сережи должны были остаться черновики, он немного сочинял стихи, записывал свои мысли, а компьютера у него не было. Спросила у его мамы, но говорит, не остались. Некая мадам, материализовавшись из его юности и не добившись его руки и сердца, - здесь следует понимать как жилплощади, ибо Серёжа был очень болен и таким ей точно не нужен, она бы его сразу сдала в психушку, - после его смерти все подобрала до последнего листочка, не спросив разрешения у родителей Серёжи. Банально пролетариата комнату и украла его творчество.
23 октября.
Ездила в деревню навестить родных.
Увы, теперь эти поездки большей частью печальны...
Одна тётя, Лидия, 79 лет. Шесть лет назад потеряла единственную дочь (34 года). Инсульт, как результат тяжелого стресса. Восстановилась, врачи удивлялись как быстро научилась ходить. Сейчас плохо видит и слышит. В доме извечные проблемы с сантехникой, электричеством. В деревне специалистов не найти, тетин муж делать ничего не умеет, а все что мог он уже сломал. Он может сварить картошки, подмести пол. Если его послать в магазин, может вернуться через несколько дней, или черт его вообще знает. Поэтому тётя его никуда не выпускает и держит дома на хозяйстве.
Второй, т.Шуре, 87. Пережила смерть одного из двух сыновей. Сейчас отказывает память, спрашивает меня где я работаю, сколько получаю, когда мне на пенсию. Вскоре опять задаёт те же вопросы, и я снова рассказываю о своей работе, зарплате… Привожу ей гостинцы – мармелад или зефир, показываю, кладу на стол. Через некоторое время спрашивает: а что там лежит? Жалуется: стали тяготить гости, очень устаёт, и тянет к земле... Когда-то у неё все горело в руках – огород, хозяйство, тяжелая работа на свино-ферме, двое сыновей, всех накормить, мужа на работу отправить... Помню её фирменные блинчики с творогом, и оладушки, все это появлялось легко и быстро, как на скатерти-самобранке… По выходе на пенсию тётя участвовала в самодеятельности, пела, у неё замечательный голос. Тперь всякий раз прощаясь, я не уверена увижу ли её ещё раз.
Третья, т.Ева, умерла 11 лет назад. Жила в бабушкином доме, мимо которого лежит моя дорога на автобусную остановку. Здесь я родилась, а потом проводила каждые каникулы у бабушки. Теперь дом продан – словно предан, и в этом тоже есть моя доля вины. Все самое дорогое начинаешь ценить, когда потеряешь...
Когда приезжаю в деревню, моя дорога неизменно лежит мимо бабушкиного дома. Я не могу на него смотреть, и не смотреть не могу… Никогда не думала, что это будет так больно. О, если бы я только могла повернуть время вспять!.. Иногда он мне снится, каждый его уголок, каждая щербинка, каждая пядочка земли на дворе, две могучие берёзы у плетня.** И во сне дом заполняется голосами, запахами, воспоминаниями. Дом оживает, чтобы утром умереть снова. Я просыпаюсь, и понимаю что во сне плакала. Я живу дальше, и жду, когда опять придёт ко мне во сне бабушкин дом. Вот такой у меня теперь вечный «день сурка»...
* * *
Вернулась на квартиру затемно. Пересекая небольшую площадь в центре города, обратила внимание на подростков на сноубордах. Поставила тяжёлые сумки, любовалась. Представила себя со стороны, как стоит тётка с сумками и глазеет на молодежь. Думала, вот и всё, никогда уже не быть мне на месте этих ребят. Это их будущее, и мне в нем места нет. Я просто выпала из звена, за ненадобностью. Так я стояла и провожала свою молодость, свое прошлое в городе моего детства и юности...
24 октября.
Накануне отъезда сделала-таки фотовылазку по городу. Если бы только знал мой муж, где я бродила и ползала в поисках удачных кадров, в каких глухих оврагах и сомнительных пролесках… Он бы меня никогда туда не пустил! Но к счастью, мы были в разных городах... Снимки оказались не то чтобы очень, но и не так чтобы совсем, в общем, дрэк, многое ушло фтопку. Собиралась поснимать виды города, а полезла в какие-то буреломы и заброшенные места. Красивое в упор не вижу, а какие-нибудь раскоряченные деревья – всегда пожалуйста. Ну, вот что я за человек?
Вечером навещала дядю Л. в больнице (мужа тёти Шуры). Найти его в многоэтажном отделении не представляло большого труда. Он здесь довольно известная личность, можно сказать, легендарная, лежит по нескольку раз на год, и ремонтирует медсестрам все что ни попросят. Дядя играл с мужиками в карты в чужой палате. Поприветствовала его объятиями и поцелуем, он же был настолько увлечен, что не сразу понял кто я. Наверно, я его разочаровала своим визитом, нарушила его идиллию. Но вскоре ко мне привык, и даже о чем-то поговорили. Выглядел дядя плохо. А разве кто-нибудь хорошо выглядит в больнице?..
* * *
Ой, этот дневничок получился какой-то больно грустный. Ну и ладно, даже компьютер иногда ведёт себя непредсказуемо, здесь же целый человек. А весёлым все время может быть только дурак.
----------------------------------
**У бабушки было одиннадцать детей, пятеро из которых умерли во младенчестве, а шестеро стали взрослыми. Две берёзы у плетня садили в юности мои дяди и тёти.
---------------------------------------------
Продолжение -
http://www.proza.ru/2020/01/30/609