В последний раз я увидела сестру, когда пришла навестить ее в больнице. Она отравилась чем-то спиртным. Ей было очень плохо!
Эти спутанные волосы, полузакрытые глаза, потерявшие свой былой блеск, эта желто-коричневая кожа, какие-то синюшные руки и ноги, черные, запекшиеся кровью губы, жалкая, худющая, морщинистая шея. До сих пор это все стоит у меня перед глазами, заслоняя тот образ моей сестры, который когда-то так пленил меня.
- Ой, сил совсем нет у меня, не могу даже пошевелиться и говорить трудно. Я что умираю? – спросила она еле шевеля потрескавшимися губами.
- Да ну что ты, - говорила я, - сейчас проколют капельницы, тебе станет легче. Давай помогу тебе искупаться, и будешь снова красотка!
- Я отвела её в душевую, намыливала её - измождённую, давно немытую, чуть не плача от жалости и невозможности помочь.
- Как я устала, я так боюсь! Я не хочу умирать! - шептала она.
Через три дня мы похоронили Светочку. На кладбище были только мы, ее родные.Тетушка Люся, едва стоящая на ногах, я с дочкой и сыном да Сонечка с Верочкой, две светлые девчонки - то хорошее, что осталось от Светочки. Шесть человек провожали в последний путь ту, которая та любила большие, шумные компании, друзей! А где теперь те друзья?