Глава 2.79. Урок
Прилетели с Дианой в Сен-Тропе. Но ей уже не терпится включить наши каналы из России. Сейчас идут в Прямом эфире ток-шоу, и Диана боится их пропустить. Согласна, смотреть их уже в ютубе неинтересно, а здесь телезритель, как бы, соучастник событий, протекающих в Прямом эфире.
Я сижу в интернете. Вересов уже догадывается, как, в принципе, и Ричард. А мне уже самой хочется сказать. Хотя Николенька знает, что его любимая может добавить к тому, что уже сказала лет на сто вперёд. И Ричард с Вересовым это очень хорошо понимают, поэтому и переглядываются. Но Дианочка возмущается относительно либералов, которые — рождённые в благополучии, выросшие на книгах и разговорах о чести — предали всё это ради лакированной лжи. И живут они на фоне тех, кто их проплачивает, конечно, несравнимо. Они нищие на фоне своих хозяев, на которых работают — настолько нищие душой, что даже не чувствуют этого падения.
— Дианочка, я нашла, как тебе ответить…
—Коротенько!
—Спасибо, Ричард, за подсказку!
—Читай сама, Диана!
«А вот реакция … на победу Путина на выборах президента 2018 года. Народ голосовал за “стабильность”, он ее и получит. Все будет также серо и затхло, как и прежде…»
— Но я же это, Виктория, слышала и от тебя!
—Родная, но она, как и все адекватные телезрители, сидящие сейчас перед экраном, это прекрасно знает.
—Ричи, Вика, знает значительно больше, о чём говорит и пишет.
—А что больше можно сказать, Диана, вот и на другом канале, пока идёт реклама, такой же либерал, так же, как и первый, спокойно продаётся шобле, сидящей в Европе и у вас в Америке. Богатейшие уже тридцать лет и вытягивающие из России всё, что можно. Эти уродцы, которые обогатились за счёт нашей страны, разорив и ряд других стран, даже уничтожив их, страшны потому, что их пока не остановить от грабежа. Но они идиоты! Как пришли из подворотни, так и остаются в ней, судя по тому, кем себя окружают, и как, и чем живут. Они умеют вовремя объединиться, судя по родителям, всё отметают и стали говорить ту “правду”, о которой знает каждый из адекватных людей. Они и становятся ярыми русофобами, в услужении никчёмных и ничтожных тварей, которые только и способны воровать. В этом беда. Вот они и страшны!
—А почему они страшны?
—Потому, родная, что вся эта шобла, которая достала нас уже в Америке, и приведёт этих образованных ребят к власти.
—Тогда, Ричард, те, кто награбил и заставляет работать на себя молодых либералов…
—Верно, мыслишь, Николенька! Эти шестёрки, работающие сегодня на богатеньких и ненавидящие искренно русский мир истинной интеллигенции, которая и есть только в России, не скрывают своё стремление и уверенность в достижении власти.
Вересов с грустью смотрит на меня, понимая, насколько же я права. И не потому, что я предсказываю беду, а потому, что вижу её корни — в продажности одних и в беспамятстве других. Но главное, что понимаю и он, и Ричард, и даже Диана теперь начинает понимать: страх не в силе врага, а в нашей забывчивости. Мы помним — значит, мы уже защищены.