Глава 6.72. Исповедь перед врачом
Сегодня меня спасает Дмитрий Александрович. Он с Эдиком прекрасно справляется и без оркестра. Какое же наслаждение — иногда просто слушать, а не играть. Мариночка тоже радуется, наблюдая, как ко мне подсаживается старший Соколов. Видимо, вчерашний разговор с Дианой, где я в шутку объясняла корень всех наших бед в России в связке с Европой и Америкой, не даёт покоя Петру Евгеньевичу. А ведь он — врач.
Эдик никогда его не обижал, как и Наталию Алексеевну. Учась в музыкальной школе с их сыном, я чаще видела её. Маме было некогда, в музшколу меня отвозила Ромашова, а забирала обычно Соколова. Пётр Евгеньевич же пропадал в своей больнице, где был главврачом, — до тех пор, пока в нашей жизни не появились Вересовы.
Он очень хорош, как и Эдик. Оба — шатены, с карими, умными и открытыми глазами.
—Уступила Дмитрию свой рояль?
—У него через два дня сольный концерт в Порту.
—А ты почему отказалась выступать?
—Нужно помочь мужчинам с проектами.
—Когда наш сын поступил в консерваторию, Наталья переживала, что ты сначала решила окончить университет. Хотя и не бросала музыку, я был уверен, что после университета ты расслабишься и не захочешь в консерваторию.
—Во-первых, Эдик мне не позволил бы, как и Макс. Они и подтолкнули. Напрасно сомневались!
—А во-вторых?
—Вы и сами догадываетесь. Ксения Евгеньевна не была бы счастлива. Вот я и совершала подвиги.
—Но в университете ты прошла два факультета параллельно!
—Взрослые со своими степенями иначе не разрешали. Мама рано защитила диссертацию! И Ксюшу не хотела огорчать — она ведь преподавала математику. С физикой проблем тоже не было: два Сергея — Белов и Головин, да и Саша Свиридов — были прекрасными физиками. Учебников и задачников у меня было столько, что, получив под их покровительством достойные знания, я в университете начала лениться. Но подруга Ксении Евгеньевны вовремя подсказала, что мне нужна нагрузка. У моего прадеда, кстати, было три диплома, и он чувствовал ответственность. Будучи хорошим инженером и экономистом, в сорок лет он получил и диплом юриста. Но вы хотели поговорить о другом!
— Вчера Мария Михайловна с сочувствием сказала, что ты слишком рано взвалила на себя так много.
—А иначе не могло быть! Никогда и никому не рассказывала, но вам, как врачу, признаюсь. Когда в один год умерли папа и дедуля, бабуля спаслась только мной. И чтобы не огорчать её, я делала всё, чтобы заполнить собой пустоту Ксюши. Я даже не могла называть её бабулей — так молодо она выглядела. Тем более что студенты постоянно были рядом.
—Но и твоя красота не давала покоя окружающим.
—Вот вам и ответ на все вопросы о причине моей ранней мудрости. Я попала в сложнейшие обстоятельства, но была защищена истинной элитой — и в семье, и среди друзей. Контраст с улицей и интернетом порой шокировал настолько, что я понимала: должна защищаться сама.
—И часто приходилось отбиваться?
—Забавно слышать это от вас.
—Мой сын, как и Влад, постоянно рассказывали об этом с восторгом.
—Но я никогда не показывала друзьям ту боль, которую мне причиняли те, кому я будоражила душу. Тесть Олега, профессиональный психолог, как-то сказал мне, что я прирождённый психолог.
—Я с ним согласен, как и Машенька-биолог.
—Хотя вы и учёные, я готова поспорить: именно обстоятельства порой делают нас людьми. А может, я и не права... Но, попав в уникальные условия, я всё же склоняюсь к этой мысли.
—Нет! Мария Михайловна наблюдала за тобой с детства и утверждает: ты психолог от рождения. Иди, поиграй с Эдиком! Он уже заждался с Дмитрием Александровичем. Дмитрий любит тебя слушать, как и мы. Порадуй нас, наша красавица!