Пати пролетел несколько метров и ударился головой об стену. Ключ Времени, который он держал всё это время за щекой, вылетел изо рта и со звоном упал на каменный пол. От удара из глаз Пати посыпались искры. Он на какое-то мгновение даже потерял сознание.
Очнулся Пати на руках у Силестины. Она не скрывала своих слёз от смешанных чувств радости и отчаяния.
Радости оттого, что снова видит своего любимого ласкового котика, своего единственного друга! И отчаяния, что поймали их обоих.
Пати, не теряя времени и не говоря ни слова, выпрыгнул из её рук и бросился за Ключом, лежавшим на полу. Он схватил его зубами и снова вернулся к Силестине, положив предмет ей на ладонь.Она смотрела на него удивлённым взглядом.
-У меня нет времени, чтобы всё тебе рассказать, оставим это на потом, дорогая моя Силестина. В ладони у тебя Ключ Времени, он твоё и моё спасение! Ты должна согреть его своим теплом, так было написано в Послании. Тогда произойдёт чудо! Сделай это поскорее, пока не пришел инквизитор, - прошептал кот Силестине на ухо.
Силестина сжала ладонь в кулак, но руки были настолько холодными, что согреть Ключ было просто невозможно. А за дверью уже послышались голоса и топот. Кто-то вставил дверной ключ в замочную скважину, провернул его дважды, и тяжёлая дверь со скрипом открылась...
На пороге стоял инквизитор Перрин, а позади него стражники, священник, двое понятых и секретарь.
Пати онемел от ужаса. Он понимал, что если сейчас не произойдёт чуда, то их обоих ждёт страшная мучительная смерть от пыток или костёр. Лицо инквизитора, изуродованное Пати, выражало нескрываемую ненависть к обеим жертвам.
Громко зачитав Силестине обвинение её в колдовстве, Перрин попросил стоящих рядом с ним понятых подтвердить это подписями на бумаге. В это время Пати пытался согреть Силестину, прижавшись к ней всем своим пушистым кошачьим тельцем.
Наступал момент развязки. Стражники двинулись в сторону наших героев. В руках у них были толстые верёвки, которыми они должны были связать Силестину и, по-видимому, Пати тоже.
В камеру вошёл ещё один человек довольно высокого роста. Это был палач. В руках у него был ящик, в котором лежали инструменты для пыток. В глазах палача не было ни капли жалости к узникам. Он привык быть жестоким и беспощадным со всеми, потому что это была не только его работа, но и внутренняя потребность садиста причинять боль и страдания другим людям.
Открыв ящик, палач начал вынимать свои инструменты. Сначала он вытащил «железный башмак», который надевали на ногу и ломали с его помощью кости стопы и пальцев, а затем множество разных колющих и режущих инструментов.
Стражники приблизились к узникам, собираясь связать несчастных. Пати в тоске посмотрел на Силестину. Девушка была очень бледна и напугана. Она поймала взгляд Пати и ещё сильнее прижала его к себе. Эти последние секунды пребывания вместе отдавались такой щемящей болью в их душах, что сердца обоих забились сильно и часто, кровь застучала в висках, и ладони Силестины стали не просто тёплыми, а совсем горячими!
В ту же секунду на глазах кровожадных злодеев Силестина и Пати начали превращаться в белое облако. Это продолжалось всего несколько секунд, но времени вполне хватило, чтобы все, кто был в камере, с воплями ужаса начали разбегаться в разные стороны.
Продолжение http://www.proza.ru/2018/11/19/1140