(до - http://www.proza.ru/2018/11/11/1243)
«После того, как братья-волшебники расстались с добродушным бородачом и его спутницей, общей любимицей Нюсси, им пришлось скрываться уже в другом месте, выжидая и не ведая – разнюхали о них маги или нет. В их отношения закралась напряжённость: братья про себя винили Анса, взявшего на себя создание Сказочника, который оказался губителем живого. Анс чувствовал это и сидел хмурый, молчаливый. Он, то ронял вниз звёзды, то тихонько дул, прогоняя облачка, то исчезал, растворяясь.
Добряк Енс очень переживал разлад и, наконец, не выдержав, со слезами предложил:
- Давайте поговорим…
Анс пожал плечами, но не возразил. Венс кивнул.
Таким образом, говорить пришлось Енсу, к чему он был не слишком склонен по натуре.
- Братья… Меж нами разлад.
Те, к кому были адресованы его слова, молча согласились.
- Сами знаете, так нельзя. Ведь маги для этого и утроили нас. Теперь они нас легко уничтожат. Но это – полбеды. Мы не сумеем сделать то, ради чего появились на свет. Надо что-то менять… Когда в одном живом существе борются несколько разных, это нелегко и не помогает тому, в ком подобное происходит. Я прочёл за последнее время не про один такой случай в хрониках того мира. Это способно разрушить любое разумное существо… как и нашу дружбу.
Братья слушали.
- Понимаю, вы скажете: но как нам договориться? Предлагаю ввести какой-то порядок… может, даже военный, чтоб все подчинялись. Например, сегодня Венс ведёт разговор и имеет два голоса, когда придётся решать, а завтра – Анс… Или предлагайте сами, не молчите. Мы что же сдались магам? Готовы отдать им Ашну? Мика? Не поможем тем, кто мучается в их пределах? Мы – трусы?!
Венс улыбнулся ему, Анс тоже посмотрел, слегка удивлённо. Видно, не ожидал такого пыла от младшего. А тот завершил свою речь:
- Раз вы не возражаете и не предлагаете ничего, то пусть определит жребий, кому сегодня вести, имея два голоса, и давать право выступить.
Они тянули одну из трёх тростинок. Обломанная досталась самому Енсу. Венс опять улыбнулся, Анс, подбадривая, хлопнул младшего по плечу. Енс развёл руками, а потом сжал кулаки, пытаясь помочь себе родить мысль. Он даже подумал о Мике, когда тот проводил «военный совет». И это помогло! Ведь сам их взрослый друг, не зная, что сказать, заявил: «Я буду рассуждать вслух, а вы помогать, и, глядишь, так родится спасительный план. Военные советы подобным образом и проводятся».
Поэтому Енс начал:
- Мы здесь не для того, чтоб превзойти Сказочника в жестокости или магов в коварстве… Да и пожелай мы -- вряд ли бы нам удалось. Для этого надо быть иными, чем мы.
И поглядел на братьев. Они с интересом слушали. Ободрённый, младший брат продолжил:
- Мы должны поступить так, как от нас не ожидают и с чем ничего не смогут поделать.
Анс поднял руку, прося слова. Енс с радостью разрешил старшему говорить, надеясь, что его мучения закончились. Но услышал:
- Это – верно. Остаётся простой вопрос… как?
Енс наморщил лоб, пытаясь хоть что-то придумать. Он даже открыл рот, словно собираясь сказать. Но говорить было нечего. А это было необходимо. Чтоб поддержать только ещё рождавшийся авторитет, чтобы помочь делу. И он решился: «Произнесу первое, что придёт на ум, а потом пусть попытаются понять, что имел в виду. Глядишь, вместе что-нибудь и родим…»
- Смешно… - сорвалось у него с языка. Енс увидел, что выражения лиц изменились. Братья пытались понять, что он говорит.
- Должно быть смешно! – уже уверенней сказал он и взглянул на Венса, как на последнюю надежду, мол, помоги, брат, разъяснить…
Венс не подвёл, поднял руку и, получив слово, сказал:
- Не иначе, как ты вспомнил легенду о городе мастеров зеркал. Они делали не только обычные зеркала, но и кривые, в которых все выглядели настолько забавно, что хохотали, видя.
Когда войско великого завоевателя приблизилось к стенам их города, жители уже понимали, что за ужасная судьба их ожидает. Сопротивление было бесполезно и способно лишь усугубить последствия. Тогда кому-то из них в голову пришла, за неимением иных, казалось, безумная идея. И за неё ухватились. Жители выставили вдоль стен кривые зеркала, к которым подошли подивиться воины завоевателя. Смех стоял такой, какого отродясь не слышали в этих местах.
Старейшие города вышли навстречу полководцу, поклонились ему и сказали: «Повелитель мира!
Это – самое ценное из того, чем обладаем. Мы готовы его отдать».
Рассказывают, что завоевателю пришлось увести армию – к следующему городу. Потому что он понял: когда воины смеются, они не могут убивать.
Как понимаю, ты, Енс, хочешь предложить нечто подобное?
Тот кивнул с благодарной улыбкой. После чего искоса глянул на Анса, ожидая ехидного вопроса. Однако старший брат принялся рассуждать, получив слово, как будто совершенно серьёзно:
- Мир, попав в который, становишься смешным… Мало кто захочет в нём обосноваться. Тогда это – неплохая защита… А если такой мир придёт к тебе? Пожалуй, большинство предпочтёт уйти из своего. Следовательно, и – нападение.
Оба брата с интересом услышали продолжение:
- Послать флот из воздушных замков, которые на месте развернутся, охватив земли, где станут сходить с ума от смеха… Но оставить выход. Для бегства. И так продвигаться, гоня перед ними всё встреченное с чувством юмора. Интересно, что смогут предпринять маги, видя, как их подданные умирают со смеху?
Венс с Енсом переглянулись, пытаясь понять: шутит старший брат или…
А тот развил идею:
- Но ведь необязательно смешить… воздушные замки можно отправить в путь, битком набив исполнением желаний… раздавая на месте «всем сестрам по серьгАм», то есть… осуществляя их мечты. Только хорошие! – предостерегающе поднял он руку, предупредив критику, - Плохие на борт не грузим. Маги не решатся выступить против ползучего счастья…
Он, буквально светясь, с горящими глазами, повернулся к братьям:
- Мы сделаем то, что маги оказались свершить не в состоянии… Осчастливим их мир, и он станет нашим!
Венс молчал, отыскивая подвох или ошибку в предложенном плане и не находя их. Енс откровенно радовался предложению брата.
Голосование было единодушным. С осуществлением решили не тянуть, а приступать немедленно. Пришлось обсуждать исполнением каких желаний наполнять воздушные замки, а какие считать запретными.
- Неет… - возразил после долгих перечислений Венс, - учесть все невозможно. Давайте лучше оговорим, что туда не грузим, а остальное – пожалуйста!
- Ты – гений! – восхищённо воскликнул младший. О порядке ведения все уже позабыли, счастливые.
- Мы же – по замыслу – один Сказочник, так что гении – все мы, братишки, - улыбаясь, сказал старший.
Прежде всего, под запрет попало то, что не нравилось братьям. Некоторые цвета, звуки и запахи. Нет, если оные существовали в тех землях, что предстояло осчастливить, то и пусть, но пожелать их дополнительно было нельзя. Сложней оказалось с продолжением списка. Юные волшебники почти не сталкивались с реальной жизнью мира магов, черпая сведения из книг, и потому пришли в некоторое затруднение. Да, для них стало счастьем творить счастье других, делая их мир своим, но что являлось счастьем для того мира?.. Мира, в котором, жили настолько разные, что счастье одного являлось горем другого… То же было и в отношении его обитателей к запретам, которые будучи таковыми в одном месте переставали ими быть во втором или спустя время – в том же первом!
- Даа… - при общем молчании протянул Енс, вспомнив о своей роли ведущего, обязанного двигать обсуждение, - А что если сделать так, чтоб все были счастливы одинаково? Может, потому они и несчастны, что разные?
- Ты тоже гений, брат, - улыбнулся Венс, - Гениальное – просто.
- А зачем столько живых существ, коль они одинаковы? – спросил Анс, - Довольно и нескольких лучших. Их знаменитый философ заявлял: «Для меня один – лучше десяти тысяч, если он – наилучший». Остальные – лишние. Не все и достойны счастья. Оставим Мика с Нюсси, его Солнце, тех, за кого они попросят, ну и тех, кто нам понравится. Кто станет помогать. Может быть, каких-то детей. Наших сделаем бессмертными, а прочие вымрут постепенно. Пусть себе доживают. Отдельно, чтобы не вредили нашим. Переделать их не удастся, натуры у них такие изначально. От старого мира. Надо только, чтоб не оставили потомства. Ведь это те, кто и сделал сей мир несчастным. Те, что отличались. Те, для которых горе других было счастьем, или счастье других – горем.
- И ты – гений, Анс, - сказал младший.
- Я же вам говорил, что мы – одно, а значит, заодно, - усмехнулся старший, - В том мире – разные, вот они и слабы.
- «Когда мы едины, мы – непобедимы!» - проскандировал Енс, подняв вверх кулаки.
Братья засмеялись. Они были счастливы. Всё упрощалось, теперь можно обойтись без большого воздушного флота, и без мучений отбора запретов или обитателей. Сами себя проявят. Отношением. Тем, что пойдут на сотрудничество, либо станут злоумышлять. Остальные – не определившиеся – просто стадо баранов, которых можно не брать в расчёт.
- Нет, - сказал, подумав, Анс, - флот всё же нужен большой. Для охвата. Для внезапности. Чтобы маги не успели очнуться, как всё кончилось. Сообщения будут нестись к ним со всех сторон, и они не смогут понять, откуда ведут нападение и за что хвататься. Они даже не сразу сообразят, что это нападение извне, а не безумие, охватившее всех внутри по непонятной причине.
- Ты… - начал Енс, но старший его перебил, улыбаясь:
- Знаю, гений, как ты и Венс.
Братья снова рассмеялись.
- Что будем делать с Ашну и Другими в его мире? – напомнил Венс.
Анс отрицательно покачал головой:
- Не всё сразу. Нам бы с этим управиться сначала. Маги же начнут противодействовать. Между прочим, у них граница с Утешительным краем… Если её не откроют, то край Ашну подождёт. Потом с ним договоримся. Когда победим.
- Есть одна серьёзная проблема…
Анс вскинул глаза на среднего.
- … как нам измерить эту вселенную? К тому же, она меняет конфигурацию. Как в ней верно рассчитать число воздушных замков для вторжения?
Старший брат на мгновение задумался, и ответ оказался готов:
- Важна не конфигурация или пределы, а число объектов атаки. Жизнь размещена неравномерно, хотя первой волной можно и не обнаружить все её очаги для нейтрализации.
- Откуда у тебя эти слова? – удивился Енс.
- Из трактатов об искусстве войны, - отвечал Анс.
Средний и младший переглянулись.
- У меня предложение, - сказал старший брат, - Производством наших невидимых «летающих крепостей» и их начинкой – счастьем для дураков, которые сами не могут быть счастливыми и другим жизнь портят -- займётся Енс.
- Готов! – отсалютовал тот.
- Венсу, как провидцу, хочу предложить разведку. Нужно же знать цели, сколько потребуется бортов и счастья, как отработали наши крепости, распыляя иную жизнь, что предприняли маги…
- Готов приступить.
- Я возьму на себя сами операции. Очередь за вами, братья. У меня пока нет флота и карты целей. Готов поэтому помочь их создавать.
Работа закипела…»
(далее - http://www.proza.ru/2018/11/11/1252