Весенний переполох часть 1

Весна в самом разгаре! Солнышко припекает, распускаются первые зеленые листочки, на деревьях, птицы поют, внимание друг друга привлекают. Все и всё проснулось. Мир наполнен гомоном, чириканьем, звоном и радостью. От такого яркого, солнечного изобилия не только в глазах рябит, но и всякие романтические желания возникают. Молодежь веселится, новых друзей и подруг ищет, а отягощенного опытом человека тянет старые связи налаживать. Вот и происходят всякие нехорошие, а может быть хорошие истории с теми, кто эти самые связи вовремя не наладил.
Юрий Большаков шагал по знакомой улице. Три года назад он колесил по ней и днем, и ночью. Машину он предусмотрительно поставил на стоянке возле универмага. Его новенький джип был способен быстро и надолго завладеть вниманием любопытных обитателей одноэтажных домиков, тихо и мирно, отдыхающих на скамеечках возле своих дворов. Этого ему совсем не хотелось. Если бы кто-то решил узнать: для чего ему такая конспирация, он не смог бы ответить. Психотерапевт в этом случае обязательно рассказал бы о скрытом и неосознанном чувстве вины. Но такого человека рядом не было, а самого Большакова тянуло в знакомые места, как магнитом.
Знакомая пятиэтажка показалась из-за угла. Юрий уже бодро повернул к ней, но сразу отступил назад за угол, за спасительные кусты сирени. Его сердце колотилось, как бешеное, он даже положил руку под расстегнутый пиджак на рубашку, что бы ни выскочило ненароком.
Юрий никак не ожидал, что сразу наткнется на свою знакомую, да еще в обществе очаровательного малыша. Он решил навестить знакомые места, вспомнить приятные минуты, а судьба смеялась над ним вовсе горло и, как с места в карьер, он увидел ЕЁ. Большаков не хотел ворошить прошлое, или хотел, но сам себе в этом не признавался.
Юрий расстался с Машей три года назад. Покинул он ее без особого сожаления, не было в ней ничего особенного, тем более встречаться с ней тогда он никак не мог. Дела его пошли наперекосяк, а пребывание в краевой столице только усугубляло и без того нелегкое положение его маленького предприятия. Поэтому после месяца прекрасного секса и светских развлечений Юрий постарался как можно быстрее и без проблем исчезнуть из жизни Марии. Ему тогда казалось, что если он просто уйдет, не попрощавшись, по-английски, то это будет самый лучший вариант из всех. Не нужно будет объясняться и выслушивать упреки. Долгие выяснения отношений Юрий Большаков ненавидел, а женские слезы не переносил. Сожаление о том, что сероглазая женщина с пушистыми черными ресницами навсегда ушла из его жизни, пришло позднее. Она снилась ему по ночам, иногда во сне он ощущал рядом ее гибкое и теплое тело. Большаков давно хотел избавиться от этих наваждений, а тут ему как раз выпал свободный день. Возвращаться домой в Зареченск, не имело смысла, да и никто его там не ждал.
Юрий долго кружил по городу, просто катался в свое удовольствие, несколько раз проезжал мимо знакомого универмага. Наконец, он решился и заехал на стоянку. Ноги сами несли его к знакомому дому. Большаков всегда считал себя человеком «психически устойчивым» и готовым к «любым неожиданностям», но так сразу наткнутся на свое сероглазое наваждение, он не рассчитывал и … растерялся. Маша играла с малышом в песочнице. «Она уже замужем»,— почему-то с тоской подумал Юра. Он лихорадочно осматривал ее руки в поисках обручального кольца, но его не было.
«Не носит? А может это вообще не ее ребенок?». Большаков задавал себе вопросы, на которые не было ответов, пока не было. «Может это мой ребенок?»— от этой мысли Юрий покрылся липким, противным потом, хотя по-прежнему ярко светило солнце и был теплый солнечный денек. Он присмотрелся к малышу, сколько ему может быть лет. Большаков совершенно ничего не знал о маленьких детях.
«Спокойно, только спокойно»— пробормотал он, даже не заметив, что разговаривает вслух. Он действительно сильно разволновался, что для такого самоуверенного человека, как он было совсем не свойственно. Пока Большаков прятался в кустах и пытался о что-либо понять, ничего не подозревающая Маша собрала игрушки, разбросанные в песочнице, взяла ребенка за руку и отправилась к подъезду. Юрий все смотрел и смотрел на эту пару, а в его сердце пробирался предательский холодок: «Зачем он стер свой адрес из ее записной книжки, может быть, и узнал бы обо всем раньше, а теперь захочет ли он с ним разговаривать?». Мужчина встрепенулся: «Что за глупые мысли? О чем я должен был узнать? Ерунда!».
Мама с сыном ушли, держась за руки. Большаков заворожено смотрел в след до тех пор, пока они не скрылись, после этого он тряхнул головой, чтобы прийти в себя, при этом его шевелюра красиво всколыхнулась. Нужно было все выяснить, чтобы вновь обрести уверенность в себе, но осторожно.
Юрий вошел во двор и огляделся. На лавочке как всегда сидела бабуля. Нет на свете городского двора у многоэтажного дома, где бы ни сидели эти вездесущие стражи общественного порядка, у них запросто можно узнать все новости и при некотором проворстве даже тайные сведения о соседях. Большаков подошел к подъезду, долго изучал список жильцов, чем естественно заинтересовал пожилую даму. Уже через минуту она решила «помочь юноше, попавшему в затруднительно положение». Он спросил ее о женщине с ребенком, которая проживает в этом доме, но он, к сожалению, не помнит номера квартиры и фамилию. Бабуля сразу оживилась, поняв, что нашла благодарного слушателя на ближайшее время. Она с радостью вспоминала все у кого есть мальчики, как большие, так и маленькие и со смаком пересказывала пикантные подробности о своих соседях. Но только под конец монолога, в который Большаков поначалу вставлял поощряющие восклицания, а, когда его силы иссякли только сидел рядом и кивал в такт ее рассказа головой, она вспомнила о Маше.
—А может, тебе Машка нужна?– покосилась на него бабка.
Юрий равнодушно пожал плечами, хотя внутри весь подобрался.
—Вот послушай, еще тебе скажу.— и бабуля набрав побольше воздуха в легкие, поведала ему очередную скандальную историю.
–Родила тут у нас одна без мужа. Третий год мальчику. Теперь ходит, нянчит. Машка то, девка хорошая, сватал ее тут один, вместе с мальчиком брал, но она отказалась. «Не хочу», говорит, «сыну неродного отца». Трудно ей одной, времена то, какие.
Бабуля покачала головой.
У Юрия неприятно засосало под ложечкой, такое ощущение он испытывал каждый раз, когда предстояло важное дело, а он не совсем был уверен в хорошем его исходе для себя, а бабуля продолжала, глядя прямо ему в глаза, как будто разгадала его маневры:
—Что за дурень отказался от своей детины! Мальчик такой ласковый и общительный, а Машка девка хорошая!
Женщина отвернулась от Большакова и перескочила на другое. Юрий уже не слушал ее, в голове у него крутилось: «Мальчику третий год, третий год…»— от этой фразы он не мог отделаться.


Рецензии