– Ты что здесь делаешь, дура? – неожиданно раздался позади Ионы голос Владимира, и она вздрогнула, с ужасом раскрыв широко глаза. – Немедленно возвращайся во дворец. Сейчас всё там и справим.
– Нет, – еле слышно вымолвила она, не желая больше ему подчиняться, а следовать тому порыву, что так буйствовал в душе.
– Ты вернёшься со мной, будешь делать, что скажу, иначе и дяди не станет, и трактира этого, а там и тебя, – приставив к её спине нож, проговорил полный гнева Владимир.
– За себя не боюсь, – огрызнулась Иона и пискнула, почувствовав боль.
Нож почти вонзился в неё, вызвав дрожь опасения больше не видеть жизни, какой бы худой та ни казалась. Подчиняясь, Иона шла к повозке, которая ждала возвращения Владимира. Они молчали весь путь до дворца, а когда прибыли, Владимир толкнул Иону ко входу и сказал:
– Иди переоденься в своё служебное и жди меня!
Иона промолчала и сейчас. Она ушла во дворец, в котором медленно погасал свет в окнах. Ещё несколько часов и наступит ночь, но уходить на отдых ещё многие не собирались...
Владимир встал к окнам коридора и наблюдал, как из подъехавшей кареты выходила его супруга в сопровождении Антона и его товарища. С насмешкой взирал он на них, будучи уверенным, что скоро получит то, о чём давно мечтает...
– Владимир Александрович? Вы вернулись? – с удивлением вопросил один из пожилых господ, выйдя из одной из комнат.
Владимир оглянулся. Он знал, кто перед ним... Перед тем, как отправиться следом за убежавшей Ионой, он сидел с ним и его братом за сочинением очередной оды государыне, чтобы как-то поддержать ту в столь тревожное время, когда даже в журналах стали появляться вольности и осуждения знати настоящего времени...
– Да, что-то захотелось остаться подольше. Вот, стоял и думал, как можно ещё порадовать нашу государыню, – сказал Владимир, следуя с господином в комнату, где брат того так и сидел в кресле с записями в руках.
– А мы стали думать сочинить песню да отправить в народ, чтоб пели! – сообщил тот.
– Замечательная идея! – воодушевлённо воскликнул Владимир и сел к клавесину, сыграв небольшую задорную мелодию.
– Да-да, что-то вроде этого! – засмеялись братья от радости...
За ними украдкой подглядывала в дверь Иона. Она не ушла переодеваться... То растерянно оглядывалась по сторонам, то наблюдала за весельем кажущегося счастливым Владимира... Услышав голоса и шаги, Иона спряталась за угол и увидела, как прошли мимо к кабинету государыни прибывшая Татьяна и её спутники...
– Стоишь? – гневно вопросил Владимир.
Он снова неслышно подошёл, заставив Иону вздрогнуть.
– Тебе что было сказано делать? – яростно прошептал он в глаза испуганной Ионы.
– Нет, – стала она отступать спиной. – Я не хочу больше... Не буду...
– Змея, – оглянулся по сторонам Владимир, но никого не было вокруг.
Схватив Иона за руку, он втолкнул её в один из кабинетов и запер дверь. В страхе уставилась Иона на приближающегося к ней недруга.
– Нет в том смысла боле, – молвила она, упёршись спиной в стену. – Медальон возвращён, отец погиб, ваша супруга выжила и состояния вам её не получить, коли она не захочет... Всё пустое...
Только Владимир будто не слушал. Он схватил её с озверением в руки, повалил на стол, задрав юбку, и жестоко овладел, заставляя ударами по лицу не произносить и стона... Как ни вырывалась Иона, всё было безуспешно, пока Владимир не издал стон наслаждения и не отпрянул...
Еле отыскала в себе силы, чтобы подняться, Иона схватилась за подсвечник, но всё видевший Владимир толкнул её от себя, и она упала... Головой с силою ударившись об угол стола, Иона пала на ковёр, а по нему тут же стала растекаться... кровь...
– Чертовка, – скорее поправив на себе одежду, Владимир с ужасом оглянулся в кабинете, но всё казалось тихим.
Он осторожно поспешил оказаться у дверей государыни, где, как доложил охранник, в данный момент та беседовала с Татьяной... Вскоре вышедшая от государыни Перекусихина с удивлением взглянула на Владимира:
– Вы что здесь делаете?!
– Поблагодарить государыню желаю, что супругу вернули живую да здоровую, – улыбнулся он, стараясь казаться спокойным, хотя руки чуть тряслись, но он их скорее спрятал за спину.
– Матушка-государыня не сможет принять вас да и нет надобности благодарить. Всё понимает. Всё знает, – будто загадками говорила Перекусихина, чуть прищурив глаза.
Точно так же прищурил глаза Владимир и сказал:
– Откуда такая уверенность, сударыня?
– Прошу, – протянула та имеющуюся у неё в руке бумагу.
– Что это? – тут же раскрыл написанное перед глазами Владимир и удивился. – Возвращаться в Москву и не выезжать оттуда?
– Да, читайте дальше, – уточнила Перексихина.
– Что здесь читать? – усмехнулся Владимир. – Какое задание мне будет поручено, что я даже повидать супругу не имею права?
– Нам не ведомо, но будет так, – развела руками Перекусихина и скорее вернулась в кабинет к государыне, оставив Владимира со множеством вопросов в голове.
Он бросил взгляд на коридор, откуда только пришёл, где за одной из дверей лежит убившаяся Иона, и решительно направил шаг покинуть дворец. Подчиниться указу Императрицы казалось важным и пока полезным. А там...
Он уже размышлял и строил планы, как поступит при том или ином обстоятельстве, возрождая надежду, что всё ещё может сложиться в жизни так, как желает...
Продолжение - http://www.proza.ru/2017/11/24/1014