Уроки вокала



Елене Садловской



Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье…


И. А. Крылов
«Квартет»


Скажи или хотя бы намекни кто-либо Софье Ильиничне, что такое может случиться, она бы ни за что не поверила.

Нет, ну только представить себе! Сидит Софья Ильинична за роялем. В классе. Ведёт урок. Сидит и упражнения играет.

А дети поют – распеваются:

– Ма – ми – мэ – ма – мо – му.

А потом:

– За – зы – зо.

И уже пускала в оборот Софья Ильинична игровое любимое детское упражнение:

– Тпру – у – у – у – у.

Всё время – вверх-вниз, по восходящей и нисходящей – с интервалом в полтона.

Сначала всё сопровождалось весёлым хихиканьем, а потом дети входили в форму и вместе с терпеливой учительницей «тпрукали» во имя разогрева артикуляции и голосовых связок.

И уже дошли они до пятой распевки, и стали с радостными улыбками совсем по-взрослому – по-«белькантовски» – петь «вьени – вьини – вьяни».

Словом, в классе царила нормальная рабочая атмосфера.

Софья Ильинична детей к концерту готовила, к отчётному – для родителей и членов семей.

К тому, на который приходят мамы, папы, бабушки, дедушки, приводят родственников, особо приближённых знакомых и друзей, и даже приносят совсем крошечных малышей в корзиночках.

Зал полон людей с цветами и небольшими пакетиками, в которых лежат трогательные небольшие сувенирчики. Но главное, всё сияет и светится широкими счастливыми улыбками, любовью и любованием, эстетическим наслаждением и гордостью от того, что вон – вон она – наша Лизонька – в первом ряду – раз – два – три – четвёртая (!) справа – с такими красивыми белыми бантиками – и в белом с рюшечками платьице – поёт!

А потом солирует – поёт одна – красиво, громко, грамотно и правильно! Спасибо Софье Ильиничне, учительнице вокала! Спасибо студии!

Какой замечательный праздник!

И все детки такие славные – и большие, и маленькие!

И вот в разгар всех приготовлений, как раз во время ля-мажорного «лё – о – о – о – о», дверь в класс открылась.

И дальше – без всяких «Здравствуйте, Софья Ильинична, здравствуйте, дети, сидите-сидите, простите, Софья Ильинична, извините», – в классе появился – не тихо, виновато втянув голову в плечи, вошёл – и даже не просто осторожно вошёл – а именно ворвался, как стремительный ураган, как поднимающий клубы серой пыли вихрь – ввалился тяжёлым медведем – Игорь.

Вот просто Игорь.

Вот просто – бесцеремонно и нагло.

И произнёс текст.

И не просто текст! Тираду!

– Софья Ильинична, Вы тут к концерту готовитесь? Мне Ирина Владимировна сказала, чтобы я у Вас посидел-посмотрел.

– Ну, что ж! – согласившись с приказанием директрисы, сказала Софья Ильинична. – Посидите.

– И заодно Вас протестирую! – ничтоже сумняшеся самоуверенно выдал пришелец.

Софья Ильинична повернулась к нему – на своём вертящемся-крутящемся музыкальном – на винте с резьбой – деревянном – блестящем, покрытом коричневым лаком – стуле и оценивающе посмотрела на умника.

«Он меня будет тестировать!» – подумала она и сказала:

– Ну, протестируйте!

И продолжила занятие.

Но когда распевка закончилась, то энергичный гость быстренько и как-то суетливо вскочил и, не давая Софье Ильиничне сказать ни слова, прервав урок, завопил:

– Дети!

Вот прямо так глупо закричал, по-дурацки, в надежде на бравурную реакцию.

Он сразу решительно взял быка за рога и притягивал к себе внимание – грубо и насильственно.

– Мы будем готовиться к концерту! И сейчас выучим песенку!

Дети смотрели на него во все глаза, как смотрят на внезапно налетевшую грозу.

Было небо синим и ясным – и вдруг – откуда ни возьмись – налетела туча – «чёрная грязь» – всё нахмурилось – полоснули тонкие ослепительные электрические зигзаги – загремели в высоте оглушительные хлопки литавров – и сразу полил – в толстую верёвку – мощно и напористо – дождь, тяжело стуча по земле грузными безжалостными каплями.

– Запоминайте слова! И слушайте меня, – продолжал новоявленный ментор.

Удивлённые дети, воспитанные в лучших традициях преподавания, осторожно и недоверчиво внимали новой методике – а вдруг так надо!

Обычно их учили совсем по-другому.

Пребывающая в шоке Софья Ильинична, не отрывая глаз, смотрела на Игоря.

Его две недели назад привела в студию бухгалтер с нижайшей просьбой, обращённой к директрисе.

– Это Игорь! Он хороший парень! Ну, я говорила Вам о нём, Ирина Владимировна! Дайте ему шанс! Он только-только окончил школу. И ищет работу. Возьмите его!

– А что он, собственно, будет делать? – поинтересовалась директриса, оценивающе взглянув на молодого человека, стоявшего за спиной Антонины Антоновны.

– Деток учить! Деток! – заискивающе заулыбалась бухгалтер. – Он пишет замечательные песни! А как поёт под гитару! Это мой племянник. Нам ведь нужен ещё один преподаватель музыки!

– Нужен-то нужен, – ответила Ирина Владимировна и задумалась, – а какое у него образование?

– Музыкальная школа! – с восторгом сообщила сердобольная тётушка.

Племянник в поддержку её словам заулыбался, и по мере того, как его губы оставались растянутыми, улыбка преображалась из застенчивой в гордую.

– Как мило… Но этого мало, – возразила Ирина Владимировна. – У преподавателя должно быть высшее образование. Вот смотрите, у Софьи Ильиничны – консерватория, магистратура, стаж.

– Ну, пусть он хотя бы попробует, – со слезами в голосе взмолилась тётушка. – Дайте мальчику возможность реализовать себя!

– Нет, Антонина Антоновна, это невозможно, – твёрдо сказала Ирина Владимировна, – существуют законы и нормы, требования и правила.

– Да мальчик – умница, – продолжала уговаривать тётушка, – пусть он для начала поможет подготовиться к концерту! Вы только послушайте, какие он детские песенки сочиняет! Ребяткам понравится! К тому же пока всё равно одного учителя нет.

Ирину Владимировну покоробили и предложение, и само слово «ребятки». Выдерживать сцену становилось всё трудней.

«Ладно, – подумала она, будучи не в силах так сразу осадить бухгалтера, – пусть на занятиях посидит, послушает, а там и откажу».

К тому же дома на парфюмерном столике у неё стоял флакон дорогих французских духов, на днях подаренный Антониной Антоновной, – а вот просто так, без повода – летела, знаете ли, себе – заглянула в дьюти-фри – и вот – нате Вам – купила – думаю – «хороший подарок!»

– Ну хорошо, – сказала директриса, оценивающе взглянув на молодого не обременённого комплексами человека, выглядывавшего из-за тётушкиного плеча, – пусть поможет с организацией концерта. А там решим. Покажите, что Вы умеете!

– Это для самых маленьких, – пояснил обрадованный племянник, самоуверенно подошёл к пианино, раскрыл его, громко хлопнув крышкой, и, часто ошибаясь в аккордах, начал тренькать аккомпанемент, по ходу дела объявив: «Песенка про бабочку».

– Трынь-тынь-тынь! – легкомысленно запела бабочка устами потенциального педагога – великовозрастного мальчика Игоря.


Голос его был тонок, слаб, не поставлен и плохо сочетался с хорошо сформировавшейся фигурой.

– По полянке, по цветочкам
Я лечу-лечу-лечу.
Впереди большая кочка.
Посидеть на ней хочу!

«Н-да, – подумала Ирина Владимировна и с тоской взглянула на бухгалтершу, – а завтра аудиторы придут… Всё на ней! Что же делать? Возьму, куда ж деваться! Но до концерта, не больше».

– А что? Очень мило! – воскликнула тётушка, помня о предстоящей проверке. – Свежая струя! А то у нас малыши – всё про улыбку, да про улыбку! «От улыбки станет всем светлей!» Надоело! Сколько можно это петь! Пусть репертуар обновляется! Песенка – как раз к концерту!

– Ну, ладно, – согласилась с доводами движимая состраданием и страхом перед предстоящим аудитом Ирина Владимировна, – возьмём с испытательным сроком.

А теперь две недели спустя Софья Ильинична сидела за роялем и слушала, как «хороший парень», прервавший её урок, ухватился за вожжи и стал учить детей – со слуха, без нот – новой песенке.

– Комар летит! – пел он. – Повторяем!

– …ти-и-ит, – послушно подхватили дети.

– Комар звенит!

– …ни-и-ит! – подпевали дети.

– Он не устанет! – продолжал урок новоявленный педагог. – Всех покусает!

За сердце Софья Ильинична, конечно, не схватилась.

Финал опуса был чарующим. Игорь возвысил голос и громко фальцетом пропел:

– Покусаю-покусаю! Ам!

Десятилетние дети не засмеялись – они давно выросли из такого репертуара, и слова им не понравились.

– Так! – воодушевлённо взмахнул руками Игорь. – Софья Ильинична, Вы позволите? Я – за рояль!

Софья Ильинична встала из-за инструмента и тихо вышла из класса.


– Ирина Владимировна! – сидела она в кресле в директорском кабинете и недоумённо панически вопрошала. – Что это такое? Объясните!

– Ну, голубушка! Ну, простите! Ну, потерпите, пожалуйста, милая Вы моя! – лично подносила ей чашку с чаем и подвигала вазочку с печеньем Ирина Владимировна. – Вам с сахаром?

– Спасибо, не надо сахара! Так же нельзя! Мы же опозоримся! – слабо восклицала Софья Ильинична, принимая чашку.

– Вы не паникуйте! Вот проверка закончится! – слабо утешала то ли её, то ли саму себя Ирина Владимировна. – И тогда…

Про комара на концерте петь не стали.

А впоследствии тётушка пристроила племянника курьером в какую-то фирму.


(«Гуманитарная миссия». Рига. 2017)


Рецензии
Очень жизненно: подарки, взятки и вообще - деньги, открывают дорогу непрофессионалам, бездарям. И одновременно они закрывают дорогу талантам и выбрасывают на обочину профессионалов.
Всего Вам самого доброго!

Буковский Юрий   20.11.2017 18:36     Заявить о нарушении
Большое спасибо за отклик, Юрий!

С самыми хорошими пожеланиями

Светлана Данилина   21.11.2017 01:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.