В начале мая 1986 года Иван Павлович Ордынский впервые задумался о возвращении в Ленинград. Первоначальная страсть к жене Марии постепенно успокоилась. Он любил её и сына, но деревенская жизнь всё больше тяготила его, толкая к переезду в город.
- На душе неспокойно, - признался он ей. - Словно, что-то произошло нехорошее или должно произойти…
Ордынский по-прежнему работал врачом, но все силы отдавал воспитанию Юры. Каждый вечер он укладывал его спать. Сын запоем читал книги из колхозной библиотеки, но однажды попросил:
- Прочитай мне любимую сказку «Иван-царевич и Серый волк»!
Отец удивился, но взял потрёпанную книжицу и прочёл:
- Лежит Иван-царевич мёртвый, над ним уже вороны летают. Откуда ни возьмись, прибежал серый волк и схватил ворона с воронёнком: «Ты лети ворон, за живой и мёртвой водой. Принесёшь, тогда отпущу воронёнка!» Ворон, делать нечего, полетел, а волк держит его воронёнка. Долго ли ворон летал, коротко ли, принёс он живой и мёртвой воды. Серый волк спрыснул мёртвой водой раны Ивану-царевичу, раны зажили; спрыснул его живой водой, он ожил и сказал: «Ох, крепко же я спал!»
- А что такое живая и мёртвая вода? - спросил Юра.
- За живую не знаю, про мёртвую догадываюсь… - ответил Ордынский. - Помнишь, как в прошлом году бык «Водород» наступил тебе на палец ноги и рана долго не заживала? Я тогда съездил к источнику в лесу. Вокруг ничего не растёт, рыба не водится, а вода чистая, но пахнет странно…
- Ты полил её мою ногу, - уточнил мальчик, - гниющий ноготь на пальце мгновенно покрылся пузырями… Я сильно испугался!
- Зато через пару дней ноготь отпал, а рана зажила! - улыбнулся отец. - Вот это и была «мёртвая вода»!
День был выходной, Юра побежал к клубу, где собирались местные ребята. Мимо проходил строитель Игнат Перебейнос, приехавший весной с бригадой строить новое здание школы. Присел с ними на травку покурить.
- Хотите бизнес делать? - поинтересовался он. - Заработать на курево.
- Что надо делать? - в ответ спросил младший сын председателя колхоза.
- Мы вырыли яму под фундамент, - пояснил он. - Нужно забутить её камнем под заливку бетоном. Но кучу камней грузовик вывалил в одном месте, нужно растащить их по канавам, а нам некогда…
- Что платишь?
- Одна сигарета за один камень в канаве… - ответил хитрый хохол.
Ребята согласились, хотя местные жители не доверяли пришлым. Игнат уже столкнулся с тем, что аборигены скептически относились к его идеям.
- Сергей Савицкий мне так и не поверил… - вспомнил он.
Сергей родился и семнадцать лет прожил на Камчатке. При знакомстве с новым человеком говорил с плохо скрываемой гордостью:
- У нас живут особые люди! Других таких во всём свете не сыскать…
После окончания средней школы он устроился работать экспедитором в лесозаготовительную контору.
- Мне нужно год перекантоваться до призыва в Советскую Армию, - пояснил Сергей водителю машины, на которой предстояло работать.
- А я только, что демобилизовался… - ответил Перебейнос.
История для Советского Союза обычная. Приехал после службы на север за «длинным рублём» парень родом из Винницкой области, устроился водителем на снабженческий «ЗИЛ» леспромхоза.
- Неплохой водитель! - сделал вывод Савицкий, съездив с ним.
В одной из поездок забарахлил движок машины.
- Заглох и не заводится... - Игнат долго ковырялся под капотом, объясняя отношение к рыдвану на смеси русского языка и украинской мовы.
Из кузова был выдернут канат и в родные пенаты они двинулись в виде гужевой повозки, где вместо лошади был взявший их на абордаж «КамАЗ».
- Человек нас выручил! - по прибытию на место назначения он вынул из кошелька пять рублей. - Нужно отблагодарить.
- Сегодня он нам помог, - объяснил он. - Завтра мы ему поможем! Только так в первобытных условиях севера человек и выживает…
- Не болтай ерундой! - махнул рукой Перебейнос и побежал рассчитываться с водителем тяглового средства.
Убелённый сединой дед, водитель «КамАЗа», всю жизнь проработавший на севере, послал его вместе с пятью рублями далеко.
- Я думаю дальше территориального пространства Советского Союза, - ухмылялся Сергей, наблюдая в зеркало заднего вида, как украинец возвращался с кислой рожей.
Он долго объяснял шофёру, что на Камчатке взаимовыручка не основана на материально-денежных отношениях.
- Люди у нас особые! - закончил Савицкий лекцию.
Машину починили, следующая командировка намечалась в областной центр. Туда груза не было и планировалось проскочить налегке, но только они выехали на трассу областного значения, Игнат ударил по тормозам.
- Что случилось? - встревожился экспедитор.
- Есть идея! - ответил водитель.
Ничего не понимая, Сергей наблюдал, как он шустро запрыгнул в кузов и сбросил оттуда на землю жёсткую сцепку.
- Огромная рогатка, - знал пассажир, - сваренная из труб, для транспортировки сломанных машин.
Не успел шофёр подтащить её к переднему бамперу «ЗИЛа», как из-за поворота выскочил груженый «КрАЗ».
- Стой! - Перебейнос отчаянно махнул рукой.
Грузовик был прочно закреплён за задний фаркоп, а две проушины приспособления накинуты на передние клыки «ЗИЛа». Отдувающийся водитель запрыгнул в кабину.
- Не понял? - смог произнести Савицкий, наблюдающий свистопляску.
- А что тут непонятного, он тоже в город едет, - заверил он.
- Так мы сломались, что ли? - не имея возможности найти логическую цепь, задавал напарник глупые и наивные вопросы.
- Ничё мы не сломались, просто дорогу я не знаю, а на жёсткой сцепке и выспаться можно! Такому «зверю», - кивнув на рванувший с места «КрАЗ», уточнил шофёр, - мы как пушинка!
- А смысл?
- Будем делать бизнес! - устраиваясь поудобней, объяснил Игнат, в душе поражаясь беспросветной тупости аборигена.
- А что это такое? - удивился Сергей.
- Слово заграничное, - ответил он. - Означает нежданную прибыль… Когда зарплата идёт, а что-то сверху капает!
Савицкий принялся обдумывать информацию, а водитель заверил:
- Доедем с ветерком, а бензин я продам!
Он, закатывая глаза в предвкушении будущих барышей, довёл предпринимательскую мысль до конца.
- Это вряд ли получится… - заметил Сергей.
- Почему это? - удивился Перебейнос.
- Люди у нас особые…
- Много ты понимаешь в колбасных образках! - ухмыльнулся он. - Люди везде одинаковые, жадные и глупые…
Ехать на жесткой сцепке, в общем, неплохо, особенно когда первые сто километров сидишь с открытым ртом в нирваническом состоянии.
- Стебануть на заводе пачку пиломатериала можно! - размышлял Савицкий. - Но разве это сравнимо с такой комбинацией?
Наслаждаться поездкой немного мешала летящая из-под колёс ведущей машины пыль, но Игнат спокойно читал газетку и иногда мигал фарами, если было желание выскочить по малой нужде.
- Красота, а не поездка! - радовался он.
Когда на землю опустились сумерки, вообще закемарил. Сергей всю дорогу думал какие разные люди живут в СССР. Иногда мысли заводили его в такую даль, что, косо посматривая на водителя, он прикидывал:
- Какую хрень украинец может ещё придумать? Не окажусь ли завтра я в роли «КрАЗа», когда он захочет ещё что-нибудь сэкономить и продать…
По приезду в город Перебейнос душевно поблагодарил уставшего водителя машины, тащившего «ЗИЛ» сотни километров.
- Вот она северная взаимовыручка! - он долго тряс руку коллеги, с несмываемыми пятнами въевшегося моторного масла. - Спас, можно сказать, от голодной смерти на трассе!
Игнат достал канистру и шланг. Открыл крышку бензобака, опустил туда один конец шланга, другой взял в рот и сильно втянул воздух.
- Глотнул бензина! - закашлялся он, подставляя под струю канистру.
Набрав топлива, водитель выдернул шланг из бензобака и поток бензина иссяк. Он выставил на дорогу канистру и сел рядом, ожидая покупателей.
- Скоро поедем дальше! - заверил напарника.
Однако машины проносились мимо, никто не жаждал заправки.
- Бензин, что ли никому не нужен? - возмущался Перебейнос.
- Ну, кому его продашь, - пояснил Савицкий. - Бензин стоит копейки. Если непредвиденная ситуация, любую машину останови, канистру обязательно нальют забесплатно!
- Действительно, - опечалился водитель, - у вас живут особенные люди! В Украине всё по-другому…
Больше Игнат подобного не придумывал. До призыва в армию Сергей с ним проработал без приключений. Служить попал в ГСВГ и через два года пошёл учиться в школу милиции.
- Работать хочу в родных местах! - сообщил он, когда окончил её в звании лейтенанта ГАИ.
Прослужив в доблестных рядах государственной автомобильной инспекции месяц, был отправлен начальником на место ДТП. Прибыв в район аварии, Савицкий посмотрел сначала направо, потом налево, и только потом по центру. Апофеозом осмотра места происшествия, стали широко разведенные им руки, и реплика:
- Вашу мать, ну как же так!?
На широченной песчаной полосе отлива, мирно стояли две машины, боднувшие друг друга точно в «лоб». Настолько точно, что осевое смещение было сантиметров в десять, не больше.
- Ну и кто тут виновник столкновения? - лихорадочно соображал он. - Дорожных знаков никаких, самой дороги нет…
Правда, оставалась надежда, что кто-то из водителей сдуру возьмёт вину на себя, но шансы были минимальные.
- Ну, как же так?! - повторился лейтенант, приблизившись с мирно курящим мужикам, в одном из которых он признал Перебейноса.
- Как, как! - передразнил его водитель «ЗИЛа», - знамо как! Обнакновенно! Чмяк! И кирдык-хана!
- А если серьёзно? - прервал его Савицкий, - ведь на такой полосе и пара десятков «КамАЗов» без труда разъедется!
- Так, а я и говорю серьёзно… - заверил Игнат. - Еду. Песочек мокренький, ровненький, не то, что наша грунтовка. Притопил немножко, но в пределах правил, а тут вот, товарищ навстречу. Ну, я вправо и он вправо, я влево и он влево, я опять вправо, но и он туда же, вот здесь и встретились!
В другой машине «УАЗ» за рулём ехал парторг городского бумажного комбината, являющегося предприятием областного значения.
- А вы что скажете, Иван Петрович? - переведя взгляд на парторга и призывая к помощи в установлении истины, спросил лейтенант.
- Так, а что я скажу? В общем-то, правильно товарищ поясняет, только сначала я влево и он влево, я вправо и он вправо, потом я влево и он туда же!
В нормальной голове не могли уложиться две столкнувшиеся лоб в лоб машины, на полосе, где каждой для маневра отпускалось метров по тридцать.
- Вы же Иван Петрович грамотный человек! - возмутился Сергей. - К примеру, если он туда, то сюда могли проехать!
- А, вот это вы зря, товарищ! - поправив галстук, произнёс парторг. - Мы граждане советские и воспитывались на одной идеологической платформе! Мыслить по-разному и метаться нам не позволяет генеральная линия партии!
Совместными мозговыми усилиями решили ДТП не оформлять, повреждения машин оказались не смертельными. Парторг уехал первым. Перебейнос остался поговорить с бывшим экспедитором.
- Скажи честно, - попросил его лейтенант, - как на самом деле было!
- Еду я берегом океана! - признался Игнат. - Красота, после отлива песок не хуже асфальта. Привык я здесь, даже продлил трудовой контракт. Людей мало, рыбы много… Вдруг навстречу машина парторга. Коммунистов ещё с детства не люблю! Он принял вправо, я вправо, он уворачивается от столкновения влево, я влево и думаю: «Хрен ты от меня увернёшься!»
- Получается, ты виноват? - понял Савицкий. - Плати десять рублей!
- За что? - опешил украинец.
- В ГАИ закон! - сказал он. - Нарушил правила движения - плати!
- А ещё говорил, что на Камчатке люди живут особенные… - бурчал Перебейнос, доставая «червонец». - Везде люди одинаковые, каждый хочет иметь свой маленький «бизнес».
Он обиделся и вернулся в Украину. Там со знакомыми собрал бригаду строителей и подрядился строить школу в деревне Ордынских.
- Таскать камни за семьдесят метров не хочется... - мучился Игнат.
Он пошёл просить трактор. Тракторист потребовал бутылку. Решил попросить лошадь. Конюх запросил бутылку.
- Бутылка стоит два рубля восемьдесят семь копеек, - посчитал хохол. - Дорого, но что делать?
Он купил водки и встретил мающихся без дела подростков. Когда договорился с ними, вернулся в магазин, отдал бутылку продавщице, а взял тридцать пачек сигарет «Памир» по цене десять копеек пачка.
- В пачке двадцать сигарет, - подсчитал Перебейнос. - Шестьсот камней.
Столько в куче не было, он поставил условие, что если парни перетащат кучу до вечера, то премирует остатком сигарет без счёта. Вернулся после подготовки строительства в другом месте. Ребята всё перетащили, забутили камнями траншеи под фундамент.
- Расчёт платежом красен! - сказал младший Попков.
Игнат отдал сетку с сигаретами и по-отечески смотрел, как они чинно делили заработок. Вечером в клубе Попков открыл ему тайну:
- Ты не знал, что конюх за бутылку коня даёт. Мы скинулись, купили бутылку, на коне перевезли, сваливали в траншеи. Сами не таскали!
Игнат попытался объяснить ребятишкам, что они сами себе купили сигарет, а работали бесплатно. Они смотрели хитро, щурились, улыбались, как маленькие мужички. В их глазах читалось:
- Обманули хохла, вот он и выкручивается…
- Мы могли на собранные нами деньги просто купить такое же количество сигарет, - расстроился Юра. - И не работать целый день…
После делёжки ему досталось две пачки. Он не курил, но за компанию с ребятами выкурил подряд пару сигарет. Ему стало плохо, стошнило, потом в полуобморочном состоянии он увидел путешествие аннунаков.
… С изумлением смотрел беглый аннунак на тёмную землю, над которой висели бело-голубые небеса. Вдали виднелись высокие холмы. Вода оказалась холодной. В зелёной воде заметил много рыб.
- Я обречён умереть на чужбине в одиночестве! - грустно размышляя о судьбе и вспоминая родных, он вернулся на корабль, перекусил и лёг спать.
Вскоре его разбудил яркий свет, это взошло Солнце, которое сияло сильней, чем на Нибиру. Пришло время исследовать новую планету. Алалу выставил наружу шест с прибором:
- Воздух оказался пригодным для дыхания!
Сняв шлем «Орла» и одеяния «Рыбы», прихватив приборы для исследований и оружие, он вышел из корабля. Алалу с наслаждением вдыхал воздух Земли. Свет ослепил его, пришлось надеть тёмные очки.
- Вода оказалась непригодной для питья, - вздохнул он после анализа.
Направился в сторону, где виднелись холмы. Путь его лежал между кустарниками и деревьями, ветви склонялись под тяжестью плодов. От плодов исходил приятный аромат, Алалу сорвал один и попробовал.
- Плод оказался сладким и приятным на вкус! - восторг не оставлял его.
Он продолжил путь через лес и вскоре ощутил влагу под ногами. Впереди увидел небольшой водоём с чистой водой.
- Вода оказалась пригодной для питья! - обрадовался пришелец.
Она была прохладной и приятной на вкус, отличалась от воды Нубиру.
- Хороший воздух, вода, пригодная для питья, вкусные плоды и рыба в воде! - мечтал Алалу. - Найду золото, снова стану правителем…
Алалу долго исследовал место приземления. Он захотел зачерпнуть воды, но испуганно отскочил в сторону. На краю водоёма ползло скользкое тело и издавало пугающее шипение.
- Умри! - Алалу схватил оружие и лучом поразил тварь.
Он подошёл, существо не шевелилось, было мертво, похоже на верёвку.
- Странного вида оно! Без рук и без ног, на маленькой голове злые глаза, а изо рта свисает длинный язык! - удивился аннунак.
Набрав воды во флягу, беглец пошёл к кораблю, нарвав по дороге сладких фруктов. Солнце садилось, в лесу наступили сумерки. На горизонте поднимался белый шар, освещая местность холодным бледным светом.
- Это Кингу спутник Земли, - догадался Алалу.
Всё, о чём говорилось в Началах, теперь он увидел своими глазами.
- Только непривычно, - немного расстроился путешественник, - что день на Земле оказался слишком скоротечным.
Он приготовил шест с Испытателем, надел костюм «Рыбы» и с первыми лучами восходящего Солнца, дрожа от нетерпения, двинулся к болоту.
- Надо искать её золотые вены, омываемые водой, - Алалу нашёл глубокое место и опустил Испытатель на дно.
Сердце его затрепетало и замерло, Испытатель показал наличие золота в воде. Он снова погружал Испытатель в воду, каждый раз Испытатель сообщал об обнаруженном золоте. Триумфальный крик вырвался из груди:
- Теперь судьба Нибиру в моих руках!
продолжение http://www.proza.ru/2017/09/12/615