Цена вопроса

     «Каждый шаг причинял русалочке такую боль, будто она ступала по острым ножам и иголкам». Все чаще и чаще при ходьбе Нина Андреевна вспоминала эти слова из старой сказки. Вот и сегодня каждое движение ее стареньких больных ног приносило невыносимые страдания. Она вошла в большой фирменный магазин обуви и с облегчением опустилась на скамеечку для примерки. Скамейки, парапеты, стулья летних кафе, - островки надежды для людей, чей жизненный  путь близок к завершению, их единственная возможность самостоятельно добраться до ближайшего магазина, аптеки, поликлиники и благополучно вернуться домой. Отважившись же на путешествие в отдаленный район города, пожилой человек вовлекает себя в полную трудностей и опасностей Одиссею, которая не всегда заканчивается возвращением домой. Тем не менее Нина Андреевна решилась. Ноги нуждались в удобной качественной обуви. В приобретенных не так давно на ближайшем рынке туфлях она не могла ступить и двух шагов. Разумеется, обувь в фирменном магазине была дорогой, но рекламный проспект обещал хорошие скидки, и Нина Андреевна надеялась, что ей посчастливится найти подходящие туфли по сходной цене.
     Боль в ногах утихла. Нина Андреевна поставила сумку на скамеечку и не спеша пошла вдоль длинных стеллажей. Вскоре выбор был сделан. Девушка-продавец, похожая на русалочку, принесла коробку с парой. Дело стало за малым – примерить туфли.
     Внезапно мальчик лет четырех с неистовым воплем подлетел к скамеечке, одним махом смел с нее сумку, уселся и принялся истошно хохотать. Сумка стремительно скользила по гладкому плиточному полу, теряя на ходу кошелек, телефон, ключи и прочие необходимые мелочи. На мгновенье Нина Андреевна опешила, а потом, с трудом наклоняясь, стала собирать разбросанные вещи, приговаривая: «Что же это такое? Где же родители?»
     - Ну, я - родитель. И дальше что?
     К ней модной танцующей походкой, выворачивая наружу носки остроносых туфель, приблизился широкоплечий мускулистый детина. Его руки были расставлены в стороны, словно крылья реактивного самолета. Нина Андреевна не раз задавалась вопросом, действительно ли молодые люди не могут прижать руки к бокам или они таким образом демонстрируют окружающим свои накачанные мышцы. Она посмотрела на родителя снизу вверх и поняла, что диалог не состоится.
     Предательски подкралась головная боль. Движения стали медленными и неуверенными. Подбежала продавец-русалочка и присела рядом, чтобы помочь. Сквозь туман в глазах Нина Андреевна разглядела надпись на бейджике. Ольга.
     - За-а-ая! Ну, меня апслу-у-ужит кто-нибудь наконе-е-ец! – затянула подкорректированная со всех сторон мать семейства. Ее взгляд отражал полное равнодушие к происходящему, словно силиконом были заполнены и глаза и сердце.
     - Не понял! – заорал родитель на продавца. – Ты что, не знаешь своих должностных обязанностей? Быстро обслуживай клиентку, или завтра же тебя здесь не будет!
     Огромные голубые глаза русалочки стали еще больше и наполнились слезами. Она тихо прошептала Нине Андреевне:
     - Извините, но я должна…
     - Иди, иди, девочка. Я сама.
     Но тут же Нина Андреевна поняла, что не только собрать сумку, но и подняться самостоятельно она уже не сможет. Зал начал медленно вращаться вокруг, вызывая тошноту.
     Тем временем у родителя зазвонил телефон.
     - Да. Да. Понял. Цена вопроса? Я спрашиваю: цена вопроса?
     Он продолжал говорить, но Нина Андреевна уже не разбирала слов. Боль, затмевающая сознание, наносила по голове монотонные удары: «Цена вопроса… Цена вопроса…"
     К счастью, подоспела старший продавец. Она быстро сложила вещи в сумку, подхватила коробку с туфлями и, поддерживая под руку, проводила пожилую женщину к скамеечке.
     - Вам помочь примерять?
     Но увидев покрасневшее лицо и взгляд, устремленный сквозь нее, продавец испугалась.
     - Я сейчас вызову скорую.
     - Нет, нет, не надо… там… в сумке… телефон.
     Нина Андреевна трясущимися руками набрала номер.
     - Яночка, доченька, ты могла бы забрать меня из магазина?
     Уже через полчаса Яна подвозила стонущую и задыхающуюся мать к дому.
     - Яночка, вызывай скорую и позвони Наташе. Возможно сегодня ее смена. Я не хочу в больницу.
     Бригада медиков приехала быстро. Следом примчалась и Наташа. Она работала врачом скорой помощи, но сегодняшний день был для нее выходным.
     Наташа и Яна сидели на кухне, когда к ним вошел фельдшер.
     - Наталья Сергеевна, давление снизилось, капельницу поставили. Андрей Владимирович спрашивает, кто-нибудь сможет остаться с больной, или госпитализация.
     - Нет, - Яна взмахнула рукой, словно отгоняла от себя нечто навязчивое и устрашающее, - мама не хочет в больницу. Я позвоню на работу и отпрошусь.
     - Не стоит. – Наташа поднялась из-за стола. – Если станет хуже – толку от тебя не будет. Отправляйся на работу, а я подежурю.
     И Наташа отправилась провожать сослуживцев.
     Вечером Яна появилась в квартире Нины Андреевны с большой сумкой.
     - Я взяла день за свой счет. Мы с Мишей решили, что будет лучше, если я недельку поживу у тебя.
     Яна разложила свои вещи и стала к плите.  Спустя несколько минут на кухне появилась и Нина Андреевна. Она тяжело опустилась на стул.
     - Мама, зачем ты поднялась? Давление еще высокое.
     - Не хочу я больше лежать.
     - Опять ты за свое. Вот скажи, зачем ты сама поехала в центр города? Почему мне не позвонила? Будь я рядом, ничего бы с тобой не случилось.
     - Ты и так тратишь на меня много своего времени. Мне не хочется быть обузой. И трудно привыкнуть к мысли, что я не могу самостоятельно делать то, чего бы мне хотелось. А в том магазине я выбрала такие красивые туфли, и стоят они ровно столько, сколько я собрала. Жаль, что даже примерить не довелось.
     Утром следующего дня Яна зашла в обувной магазин. Старший продавец ее узнала.
     - Здравствуйте! Как ваша мама?
     - Доброе утро. Гораздо лучше. Спасибо за беспокойство.
     - Я вчера так испугалась. Что с ней произошло?
     - Гипертонический криз.
     - Какой кошмар! Она в больнице?
     - Нет. Давление немного сбили. Моя подруга – врач скорой помощи. Думаю, справимся. А вы не вспомните те туфли, которые мама хотела примерить?
     - Конечно, помню.
     - Я бы хотела их купить. И могла бы я сделать возврат, если не подойдут?
     Яна рассказа о больных ногах Нины Андреевны.
     - Можно и вернуть. Но если у вас такие проблемы, я бы предложила совсем другую обувь. Ваш размер совпадает с размером мамы?
     - Да.
     - Подождите минуточку.
     Женщина вернулась с двумя парами туфель.
     - Вот, померяйте обе пары,  сравните, и, как говорится, почувствуйте разницу.
     Бесспорно, продавец знала свое дело. В туфлях, ею предложенных, наверное, можно было бы отправляться в кругосветное путешествие. Да и дизайн их был безупречен. Яна задумчиво крутила туфли в руках.
     - Они безукоризнены. Но и стоят в два раза дороже, чем те, что выбрала мама.
     - Да, но и носиться они будут в два раза дольше. Возможно и в три. В любом случае вы получите экономию. У вас есть наша дисконтная карта?
     - Нет.
     - Тогда я сделаю вам скидку по моей личной карте. Это - максимально возможная скидка.
     Оставшуюся половину дня Нина Андреевна ходила по квартире в новых туфлях. Они казались удобнее домашних тапочек, и пожилая женщина не уставала их нахваливать.
     - Неужели моих денег было достаточно?
     - Нет. Продавец сделала максимальную скидку. А оставшаяся разница - наш с Мишей подарок.
     - Спасибо, родные мои. А Оленька – молоденькая продавец с такими красивыми русалочьими глазами – мне сразу приглянулась. Мне думается, что девушка не на своем месте. Я бы сказала, что она филолог или актриса.
     - Но я не видела эту Олю. Туфли предложила старший продавец.
     Нина Андреевна приуныла.
     - Я второй день беспокоюсь: все ли у нее в порядке.
     - Так вот в чем дело. А я никак не могу понять, почему мы давление сбить не можем.  Мама, о себе позаботься. Ты же знаешь, какие последствия дает криз.
     Однако на следующий день в обеденный перерыв Яна отправилась в обувной магазин и нашла старшего продавца.
     - Туфли не подошли?
     - Что вы. Еще как подошли. Сегодня утром мама втайне от меня сходила на рынок. Сообщила уже после. Она просто счастлива. Я вам очень благодарна. Примите, пожалуйста, маленький подарок. От всей души.
     Она подала женщине пакет с двумя коробками конфет.
     - Это для вас и для Оли.
     - А Оли нет. Она вчера уволилась.
     Яна вышла из магазина минут через пятнадцать. К маме она вернулась после работы с мороженым и маленьким тортиком.
     - Что это у нас за праздник такой?
     - В честь твоих новых туфлей и сказок с хорошим концом.
     Они сидели на кухне квартиры четырнадцатого этажа и смотрели в открытое окно. Ветерок гнал по небу легкие полупрозрачные облака, и их плавное скольжение наполняло воображение двух женщин чарующим ощущением полета над крышами домов.
     - Мама, я заходила в магазин. Не беспокойся о судьбе Оли. Она выходит замуж и вчера уволилась.
     - Какая радость! Как будто камень свалился с души. А я все думала: вдруг она из-за меня работу потеряет.
     - Причем здесь ты? В магазинах такое иногда случается. Клиенты бывают разные. И то, что произошло, не самое страшное. Ранее ей пришлось оказаться в более унизительном положении.
     - Как же так?
     - Ты не ошиблась. Оля действительно закончила факультет иностранных языков. Семья интеллигентная, но ни к филологии, ни к педагогике отношения не имеет и никаких связей, разумеется, нет. Она долго пыталась найти должность по специальности и между тем, чтобы не сидеть на шее у родителей, устроилась продавцом в магазин обуви в одном из микрорайонов города. Но коллектив ее не принял. Нецензурная брань, сигареты, пиво после смены, - это не о ней. Оля была вежлива и терпелива, и продолжала работать, не смотря ни на что.  А девушки не унимались. То ли они хотели избавиться от «белой вороны», то ли просто развлекались, но Оле пришлось претерпеть и оскорбления, и невозможность обедать в подсобке, и подброшенные в сумку товары и, даже, странных молодых людей, поджидавших ее вечером после смены. Оля не жаловалась. Но когда хозяйке предъявили ее сумку с якобы украденными вещами, она решила уволиться. Хозяйке Оля нравилась, она догадывалась о том, что происходит и приняла решение перевести ее  другую точку сети. И нет ничего удивительного в том, что во время переучета обнаружили очень крупную недостачу. В результате были уволены все продавцы, а сумму разделили между ними поровну. Хозяйка подала в суд на всех, за исключением Оли. Она предложила девушке перейти работать в центр города и частями выплачивать свою долю недостачи. Выбора у Оли не было. Магазин, в котором ты ее и увидела, совершенно другого формата и по ассортименту, и по ценам. Здесь другие клиенты и другие продавцы. Старшего продавца ты помнишь.
     - Приятная женщина.
     - Вот именно она и отвечает там за персонал. Но самое удивительное то, что буквально через неделю после того, как Оля приступила к работе, в магазин зашел молодой человек. Оля обслужила его, и он влюбился. Влюбился с первого взгляда.
     - И Оля с первого?
     - Не знаю, с какого по счету, но старший продавец сказала, что не влюбиться в него было невозможно. Он подходит Оле во всем. Морской офицер. Приехал домой в отпуск и встретил будущую жену . Затем ему вновь пришлось вернуться к службе. Последовал телефонный роман. Перед дальним многомесячным походом он взял короткий отпуск, познакомился с родителями Оли и сделал предложение. Вернулся три недели назад. Они подали заявление. Через неделю состоится бракосочетание.
     - Надо же, какие замысловатые узоры плетет иногда жизнь. Не случись ей попасть в драматическую ситуацию на предыдущем месте работы, не встретила бы свою судьбу.
     - Но с другой стороны, терпеть то, что она терпела, наверное, было мучительно, и когда-нибудь все это скажется на ее здоровье. Да и в магазине, где ты ее встретила, железный принцип – клиент всегда прав. Тоже доставалось.
     - Да, - Нина Андреевна покачала головой, - каждый шаг причинял русалочке такую боль, будто она ступала по острым ножам и иголкам.
     - Ты о чем?
     - Так. Цена вопроса.
     - Он заберет Олю в Мурманск. Там у него квартира. К тому же он нашел ей место преподавателя английского языка в школе.
     Нина Андреевна все еще пребывала в задумчивости.
     - Дорогой ценой досталось девочке счастье.
     - Не дороже, чем тебе твои туфли.
     - Да, цена на туфли высокая, но они того стоят.
     - Мама, я не о деньгах. Тот родитель чуть было не убил тебя. И мы еще не знаем, каковы будут последствия.
     - Ах, брось. Все в прошлом. Я так рада за девочку. И на душе стало легче. Будто свет пролился.
     Вечер проводил день за темные силуэты многоэтажек и накрыл город волшебным оранжево-желтым абажуром. Его закатный отсвет позолотил деревья, цветы, воду в фонтанах и подарил одинокому серому облачку тонкий сияющий ободок. Он преобразил и старенькую кухню. И, вдохновленная своим кратковременным великолепием, кухня, словно летучий корабль, рассекая непривычную для городского вечера тишину, понесла мать и дочь в дальние безоблачные дали.
     - Мама, измерим давление?
     Нина Андреевна надела на руку манжету.
     Груша старательно запыхтела, накачивая воздух. Она собралась со всеми своими силами. В последние дни груше казалось, что она не выдержит напора и вот-вот лопнет. Но, к удивлению, выдохнуть ей позволили гораздо раньше, чем обычно.
     Давление было сто тридцать на семьдесят.


Рецензии