5. А была ли кабаниха?

Предуведомление для читателя, открывшего главу наугад

Место событий.
Юг Финляндии, поселок рядом с городком Сюсьмя на озерном острове, связанном с берегом насыпной дамбой, где проживают финны и эстонцы, и куда летом приезжают несколько семей из Санкт-Петербурга. На этом острове находится место, в которое трудно попасть, — «Добрый край». Лапландия на севере Финляндии. Северная столица России — Санкт-Петербург.
Время событий.
Весна-лето 2018 г.

Персонажи:
Лоухи — добрая волшебница.
Так-так — дальний родственник Лоухи, муми-тролль.
Кольгрима — злая волшебница, сводная сестра Лоухи.
Стикс — гениальный программист, воспитанник и послушный исполнитель злой воли Кольгримы, некогда обращенный ею в человека из дикого кабана.
Ахеронт — программист, некогда обращенный Кольгримой в человека из домашнего кабана.
Григорий (он же сэр Дарий-Григорий Второй, персидскоподданный) — «продвинутый» кот.
Юстас — петух боевого нрава, рыцарь.
Маклеод (он же шотландский барон Гордон Первый Маклеод Единственный) — шотландский сеттер.
Чернавка (она же посланница богов, близкая родственница вещего Ворона) — ворона.
Пеструха, Дура-Жанна (Д'Жанна) (они же две Дульсинеи) — курицы.
Вепрь Зубило — дикий кабан.
Аксель Тринадцатый — крысиный король.
Альфа Премудрая — крысиная королева.
Мишель — повар, некогда обращенный Кольгримой в человека из бурого медведя.
Серж — поваренок, некогда обращенный Кольгримой в человека из кролика.
Петр, Ирина, девочки Маша и Даша — семейство Сомовых.
Денис, Зинаида — соседи Сомовых.
Калле — эстонец, приятель Петра.
Инту Мартонен, Аарно Какконнен — финны.
Верховный шаман Лапландии.


Нет худа без добра
Сказочная повесть
(Для детей среднего школьного возраста)

Жизнь — нелегкое занятие, а всего труднее первые сто лет.
Уилсон Мизнер



Глава 5. А была ли кабаниха?


В середине пути Альфа Премудрая показала Григорию свои апартаменты. А он попросил ее сказать своим гвардейцам, чтобы те не набросились на него, когда он вздумает приблизиться к ее покоям.
— Кто набросится?
— Гвардейцы. Разве за нами не следуют четыре ваших охранника?
— Если точнее, пять.
— Пять? Да, вон там за выступом двое, а не один.
— А говорят, у котов обоняние простенькое.
— У подъездных котов — простенькое, а у августейших особ — царское обоняние! Пардон, мадам, я не провожу параллелей!
— Поворот. Мы пришли, — остановилась Альфа Премудрая. — Над нами крепость. Дальше тоннель к Зимнему дворцу. Вон там, в выемке дыра в кирпичной кладке. Мои крысы прогрызли. Она ведет в шкаф Кольгримы…
— Жаль, не знал, — сказал Григорий. — Проторчал тут как-то сутки.
— Вы не нашли бы этот ход. Он под нижней полкой. Чтобы попасть в шкаф снаружи, из спальни колдуньи, надо в нижней полке третью планку слева отодвинуть. Отсюда, соответственно, третью справа. Удачи вам, а я вернусь к себе, — сказала крыса.
— Благодарю вас, ваше величество! Узнаю детали, которые помогут освободить вашего супруга и вернуть вам обоняние, тут же сообщу.
Крысиная королева направилась к себе, а кот отодвинул планку и вылез на полку шкафа. Планку вернул на место и приотворил дверцу. Та слегка скрипнула. И тут же захлопнулась.
— Мишель! — послышался голос Кольгримы. — Ты когда мне дверь шкафа починишь? Подбей, чтоб не открывалась! Спать не дает! Да поскорей! Я пока кофе попью.
Григорий выскочил на пол и пошел на кухню. Кольгрима отослала Сержа помогать Мишелю.
— Стикс! Ахероша! Идите сюда! Вам что приготовить?
— Капучино с шоколадом! — крикнул Ахеронт.
— Экспрессо! — отозвался Стикс.
Программисты уселись за стол. Хозяйка подала кофе. С видимым удовольствием выпила чашечку капучино и даже демократически утерла рот тыльной стороной ладони:
— Хорош! Ну, что, ребята, на этой неделе надо с этапом закругляться.
— Свою часть я сделал, — сказал Ахеронт, — осталось малость.
— Хорошо, — похвалила Кольгрима. — Молодец!
— Только что закончил, — отчитался Стикс. — Завтра можно приступать к заключительному этапу.
— Ты гений! — прозвучало достаточно искренне из уст хозяйки, не склонной к излишним сантиментам. — Я думала, ты управишься к осени, ко Дню всех святых, а ты, смотри, как ракета! Так мы и летом успеем всё сделать!
— Успеем. До осени нельзя тянуть, с сентября учебный год в университете.
— Разумеется, разумеется! Ну, до сентября еще есть время. Через месяц закончим, проведем предварительные испытания, потом наведаемся в Сюсьмя, отдохнем недельку-другую на природе, ягоду пособираем, рыбку половим. Как, Стикс, не соскучился по сбору ягод? Шучу. В августе вернемся сюда. На программу есть богатенький буратино, готовый заплатить за нее очень приличные деньги. Хватит по гроб жизни. Я лично покупаю санаторий в Швейцарии, на Женевском озере. Переговоры уже провела. Найму дуремаров, внедрю методику омолаживания и восстановления организма. Слышали — «Cellvital» называется? Методология основана на клеточной терапии. Чем старее население, тем больше хочет омолодиться. Дурней с каждым годом прибывает. А вы с сентября начнете преподавать в питерском университете! Пока суть да дело, Ахероша, ступай, добивай свою часть. А ты, Стикс, если всё сделал, отдохни. Возьми деньги, сколько надо, планшет. Мобильник не забудь. Ступай в свой парк. Можешь к девочкам заглянуть. Они уже со школы пришли. Пошли, переправлю тебя.
В Александровском парке скамейка, на которой Стикс любил сидеть, была свободна. Он пришел сюда уже в четвертый раз. Когда наступал выходной день — не обязательно воскресенье, хозяйка, как сегодня, по разным причинам меняла выходные дни — Стикс не знал, куда себя деть. Ему хотелось одновременно пойти в зоопарк, к Сомовым и в Александровский парк. О других местах он даже не думал. Эта неопределенность заканчивалась каждый раз тем, что он усаживался на скамейку. Вот и сегодня он несколько раз вставал и неспешно прогуливался по дорожкам от Балтийского дома к метро и обратно. Заглянул в книжный магазин и кинотеатр. Ни одна книга и ни один фильм его не соблазнили. Сделал крюк вокруг университета Правосудия и посетил Музей артиллерии.
На площадке перед входом в музей восемь пушек были направлены на крепость и еще четыре развернуты в стороны от нее, Стикс подумал о том, что заряди их Кольгрима самыми разрывными и бронебойными снарядами, и тогда не собьет летящего трехметрового золотого ангела со шпиля крепости!
Сотни различных пушек и артиллерийских установок, в которых была воплощена всего одна идея, озадачили его: странно, что люди столько времени убили на эти громоздкие и малоэффективные сооружения. «Как всё нелепо! — думал программист. — Нелепа идея. Нелепа конструкция. Нелепа стрельба. Трижды нелепо! Артиллерия всего мира бессильна против моей программы!»
Глядя на пушки, из жерл которых вылетали ядра, картечь, снаряды, мины, программист чувствовал гордость, оттого что создал самое совершенное оружие в мире, до которого еще не додумались даже создатели компьютерных игр стрелялок. Стикс готов был осознать, но еще не осознавал тот факт, что запусти он в мир свою программу посреди любой недели, скажем в среду, и мир уже вряд ли когда подойдет к своему воскресению.
После пушечного плацдарма Стикса безотчетно потянуло в зоопарк. Он сразу же направился в дальний от входа конец к клетке диких свиней. Ему почему-то захотелось пообщаться с родичами. Клетки он не обнаружил. Несколько раз прошел вдоль изгороди зоопарка, приглядываясь к клеткам и вольерам, но клетки, где была кабаниха с поросятами, не нашел. Не было даже таблички. Лишь на том месте, где должна была бать клетка свиней, висел рисунок, на котором был изображен равнинный тапир. Разочарованный, посетитель покинул зоопарк и на входе спросил у контролера, а где дикие свиньи.
— Кабаны? — переспросила та. — А их нет.
— Они же были месяц назад в дальнем углу.
— Да нет, не было их там никогда!
— Там, видимо, сейчас тапир?
— Тапир был, но он умер в позапрошлом году.
Разочарование и вовсе сменилось унынием. «Неужели мне всё это показалось? Но с чего это?» Стикс сел на скамейку и тупо смотрел, как с надувной горки катается малышня. Эти до упора простые действия юных созданий — карабкаться вверх, а потом катиться вниз — точь-в-точь были действиями их отцов, дедов и прадедов — делай, что возможно и доступно, и ни о чем больше не думай! Делай столько раз, сколько получится! И лучше поскорее, пока не закончилось твое время!
Белая лошадь и гнедой пони, поматывая в такт хода головой, привычно катали ребятишек. Видно было, что лошадкам нравится облако радости, которое сопровождало всех детей. Стикс поднялся со скамейки и пошел к Сомовым.
Григорий успел вернуться до Стикса, увидел программиста и, сняв шапку, попросил впустить его в подъезд.
Гостю обрадовались, тут же организовали чай с ватрушками и пирожками с черникой.
— Столько черники набрали в том году, что никак не съедим! — сказала Ирина.
— Этот год тоже будет черничный.
— Прочитали прогноз?
— Прогноз? Нет, просто я сам знаю.
Григорий шепнул Петру:
— Иди в кабинет. На минутку!
В кабинете Григорий отдал шапку-невидимку Петру. Тот тут же надел ее и сел напротив зеркала, пытаясь разглядеть в нем невидимого себя. Кот стал рассказывать о планах Кольгримы. Петр уточнял детали. Тут открылась дверь и вошла Ирина.
— Петь, пошли пить чай. Ой! А где же он? — Хозяйка посмотрела на кота. — Я же только что слышала его голос!
Григорий сладко зевнул и ответил:
— Показалось!
Ирина вышла из комнаты, позвала:
— Петр! Ты где?
Петр снял шапку и вышел из комнаты.
— Где-где? Где бывают джентльмены? Там же, где и дамы.
За чаем Стикс не мог избавиться от потрясения, вызванного исчезновением клетки диких свиней.
— Странно, что в зоопарке нет диких свиней, — сказал он и поглядел на Ирину, точно та могла пояснить, почему их там нет. — Вроде всегда были.
— Что, нет?
— Нет! И говорят, что и не было. А я их видел в прошлый раз…
— Это она, — сказал Григорий, — ваша Кольгрима. Когда вы пили чай на кухне, вокруг тебя и Ахеронта плавало облако. А вокруг нее не было ничего. Я думаю, это облако видно только невидимке, а просто так его не заметишь.
— Какому невидимке? — спросила Ирина, а девочки толкнули друг дружку локотками.
— Это фигурально, — сказал кот.
— И что это за облако? — спросил Стикс.
— А вроде того, что было в Добром краю, когда выплыли желто-зеленые облака. Это же ты их послал на нас? Ведь это была информация? Гипноз — тоже информация и может быть в виде облака.
«Вот оно что! — стукнуло Стиксу в голову. — Колдунья использует мои же разработки, только в микроскопической дозе — и для чего? Чтобы одурачить меня! Как же я не догадался об этом!»
— Дарий-Григорий! Ты уверен, что видел это облако?
— Абсолютно! Как свои восемнадцать когтей!
— Почему восемнадцать? — спросила Ирина.
— Потому что у кошек пять когтей на передней лапе и четыре на задней!
— Век живи, век учись, — вздохнула хозяйка.
«Если это облако, как оно оказалось вокруг меня в зоопарке?» — думал Стикс.
Тут кто-то позвонил Ирине.
«Какой же я балда! — подумал Стикс. — В телефоне программа! Моя же программа, которую я разработал год назад для гипноза ее противников. Ну и старушка! Она, оказывается, прекрасно разбирается в технических вопросах!»
Стикс вынул мобильник. Так и есть, вот она! Хотел было удалить программу, но вовремя одумался. Вдруг с ней связан и общий вызов Кольгримы. Тогда и в крепость не попадешь. «А может, и не стоит больше попадать туда? Нет, стоит всё узнать до конца. Всё равно не спрячешься от нее, найдет. У нее тьма шпионов».

Рисунок из Интернета


Рецензии