2. Встреча в зоопарке

Предуведомление для читателя, открывшего главу наугад

Место событий.
Юг Финляндии, поселок рядом с городком Сюсьмя на озерном острове, связанном с берегом насыпной дамбой, где проживают финны и эстонцы, и куда летом приезжают несколько семей из Санкт-Петербурга. На этом острове находится место, в которое трудно попасть, — «Добрый край». Лапландия на севере Финляндии. Северная столица России — Санкт-Петербург.

Время событий.
Весна-лето 2018 г.

Персонажи:
Лоухи — добрая волшебница.
Так-так — дальний родственник Лоухи, муми-тролль.
Кольгрима — злая волшебница, сводная сестра Лоухи.
Стикс — гениальный программист, воспитанник и послушный исполнитель злой воли Кольгримы, некогда обращенный ею в человека из дикого кабана.
Ахеронт — программист, некогда обращенный Кольгримой в человека из домашнего кабана.
Григорий (он же сэр Дарий-Григорий Второй, персидскоподданный) — «продвинутый» кот.
Юстас — петух боевого нрава, рыцарь.
Маклеод (он же шотландский барон Гордон Первый Маклеод Единственный) — шотландский сеттер.
Чернавка (она же посланница богов, близкая родственница вещего Ворона) — ворона.
Пеструха, Дура-Жанна (Д'Жанна) (они же две Дульсинеи) — курицы.
Вепрь Зубило — дикий кабан.
Мишель — повар, некогда обращенный Кольгримой в человека из бурого медведя.
Серж — поваренок, некогда обращенный Кольгримой в человека из кролика.
Петр, Ирина, девочки Маша и Даша — семейство Сомовых.
Денис, Зинаида — соседи Сомовых.
Калле — эстонец, приятель Петра.
Инту Мартонен, Аарно Какконнен — финны.
Верховный шаман Лапландии.


Нет худа без добра
Сказочная повесть
(Для детей среднего школьного возраста)

Жизнь — нелегкое занятие, а всего труднее первые сто лет.
Уилсон Мизнер



Глава 2. Встреча в зоопарке

Перебраться на новое место Кольгриме помогли бесы. Ведьма заключила с ними договор, по которому те за несколько часов не только перенесли все ее вещи и технику, но и расставили по нужным местам. Бесы тут же потребовали немедленной (согласно договору) оплаты. Кольгрима без своего волшебного кресла была не в состоянии в тот же час рассчитаться с наемниками. Сославшись на проблемы со здоровьем, она попросила небольшой отсрочки. Черти, весьма искушенные во всякого рода обманах и прямых надувательствах, охотно согласились, но тут же включили «счетчик». Две недели задержки, испрошенные заказчицей на погашение долга, оборачивались ей двойной оплатой.
Обозвав нечистых юристов жуликами, Кольгрима достала письменный договор, заключенный с бесами, и произнесла над ними страшное заклятие, которое всегда лишало ее последних сил. За свою жизнь она всего лишь несколько раз изрекла подобные магические слова, когда никакие уловки не помогали, и когда надо было срочно отменить свои же подписи на документах или обещания, данные прибесно (то же самое, что в человеческом обществе гласно, прилюдно) в высоком подземном обществе. Вот и сейчас в обоих экземплярах договора в разделе «Дополнительные условия» сам собой появился еще один пункт, который гласил: «В случае, если Заказчик (то есть она, Кольгрима) не в состоянии уплатить немедленно означенную сумму, она выплачивает эту сумму через две недели с пеней 0,01% в сутки, т.е. дополнительно 0,14% от указанной суммы». Дав задание летучим мышам, которые по эстафете вызвали к Кольгриме нечистых юристов, Кольгрима позвала Стикса, объяснила ему ситуацию, не посвятив, правда, его в то, что она только что «вписала» дополнительный пункт:
— Представляешь, оборзели бесы в конец! Вместе четырнадцати сотых процента требуют сто процентов! Вот же черным по белому написано одна сотая процента от означенной суммы в день!
Стикс обратил внимание на бледный вид хозяйки.
— Нездоровится, госпожа?
— Столько волнений за последние дни! А тут еще эти бесы! Надо бы полежать, отдохнуть, но вот приходится заниматься черт знает чем!
«Черт знает чем», — подумал Стикс.
Через полчаса пожаловали два нечистых юриста. Обе стороны уселись за стол, достали свои экземпляры договоров, сверили, после чего Кольгрима заявила, что выставление бесами такой грабительской пени незаконно, поскольку в договоре указана совсем другая величина, в семьсот четырнадцать раз меньшая.
— Не может быть! — слаженным дуэтом воскликнули нечистые юристы. С недоумением переглянувшись, они еще раз сверили оба экземпляра договора, не только с лицевой, но и с тыльной стороны, посмотрели зачем-то даже в ребра листов бумаги, а потом в какой-то хитрый с разными подсветками окуляр. Но подделки так и не обнаружили. В глубоких раздумьях и страстном желании разобраться в этой чертовщине, удалились. Пообещали прийти завтра к обеду вместе с начальником юридического отдела.
Но назавтра они не пришли. Нечистые криминалисты признали договор подлинным, и бесы были вынуждены согласиться на условия Кольгримы. Колдунье тут же стало лучше, и она на радостях впервые предоставила своим сотрудникам выходной день. Посоветовала погулять по городу, подышать свежим воздухом, так как предстоит долгая и напряженная работа под землей. «На пенсию отпущу по льготному списку, как шахтеров», — пообещала работодательница.
Кольгрима выдала каждому карту города, объяснив, что стоит посмотреть, а куда лучше не соваться, и порекомендовала ходить не группой, как на экскурсии (чтобы не привлекать лишнего внимания), а поодиночке или парами. Вернуться надо было к восьми вечера, до закрытия территории крепости. Кольгрима обеспечивала незаметный для глаз посторонних и охраны вход и выход из подземелья.
Серж и Мишель направились сразу же на ближайший — Сытнинский рынок, чтобы изучить ассортимент продуктов. Ахеронт и Стикс пожелали совершить прогулки индивидуально. Ахеронт направился пешком через Троицкий мост на Невский проспект, а Стикс решил далеко не уходить, а провести весь день в Александровском Парке и Ленинградском зоопарке, которые были рядом с крепостью.
Переходя по мосту узкий Кронверкский пролив и огибая зоопарк по Кронверкской набережной и Кронверкскому проспекту, Стикс почувствовал волнение. Запах большого скопления диких животных невольно погнал сильнее кровь. Ноги тоже зашагали быстрее. К кассам он и вовсе подбежал.
У входа посетитель зашел на детскую площадку, покормил бесцеремонных козочек с растянутыми от постоянного обжорства животами — капустой и морковкой, которую тут же шинковали и продавали в пластмассовых стаканчиках. Постоял возле бассейна, в котором под наблюдением ленивой медведицы плескался белый медвежонок. Побывал в павильонах с обезьянами, рыбками, пресмыкающимися, но они оставили его безучастным. Стикс не мог сосредоточиться на какой-нибудь мысли, будто все они разлетелись, как вспугнутые голуби с площади. Очнулся, когда лебедь вдруг спросил его:
— Правда, я красивый?
— Очень! — улыбнувшись, ответил он. Лебедь в восторге привстал над водой, вытянул шею и мощно замахал крыльями.
Когда Стикс оказался возле очередной клетки, он почувствовал, что тут живут дикие свиньи. Так и есть. Мамаша с поросятами.
— Что уставился? — недружелюбно спросила свинья. — Кабаниху не видел?
Стикс ничего не ответил. Но что-то в ее вопросе услышал знакомое. «А! В школе проходили образ Кабанихи...»  Свинья принюхалась.
— Постой, не из наших ли будешь?
— Из ваших, — буркнул Стикс. — К несчастью, очеловечился.
И в это время он почувствовал, что кто-то смотрит ему в спину. Послышался детский голос:
— Это он, Маша, я же вижу. Дядя Стикс!
Стикс вздрогнул. Никто еще так не обращался к нему. Обернулся. Девчушка смотрела на него снизу вверх. Вроде как знакомая. Где он видел ее?
— Здравствуйте, — сказала девочка, — это я, Даша. А вон Маша. И наш папа.
Стикс понял, что рад видеть девочек. Почувствовал, что улыбается им. Так люди чувствуют на своем лице солнечное тепло.
Подошел Петр. Поздоровались.
— Давно приехали? — спросил Петр.
— Нет. В командировке, — неопределенно ответил Стикс. Он не знал, что сказать, и нужно ли знать отцу о том, что похитительница его девочек находится тоже здесь, в Петербурге. — Я на пару дней всего.
— А мы вот выбрались, наконец, в зоопарк. Добросовестно всё обошли. Сейчас домой идем. Живем вон там, — Петр махнул рукой в сторону Кронверкского проспекта. — Тут недалеко. Может, зайдем к нам, чайку попьем?
— Попьем! Попьем! — запрыгали девочки. — Только сначала покатаемся на лошадке! Ты обещал.
Стикс хотел попрощаться с кабанихой. Оглянулся, но клетки не увидел.
Вышли из зоопарка. Маша села на белую лошадку, Даша на гнедого пони. Сделали круг, поменялись местами. Сделали еще один круг. Потом перешли проспект и направились к Петру.
Стикс провел у Сомовых три часа. Пообедал, сразился с Дашей в шахматы. Маша сыграла на пианино несколько этюдов. Умиротворенный, он возвращался к себе. Петр и Ирина, а еще пуще сестренки приглашали молодого человека заходить к ним в любое время, как только он окажется в Питере.
Стикс, чуть ли не со слезами на глазах, распрощался с гостеприимными хозяевами.
«Надо же, как расчувствовался я сегодня!» — всю дорогу думал он.

Рисунок их Интернета
https://vk.com/photo-708996_352894262


Рецензии
Очень ярко и узнаваемо представлен эпизод с договорными обязательствами. Жуликов было много. Видимо, и вы, Виорэль, знаете это не понаслышке.
А подписи с каждой странички Договора тоже исчезли?
Это напомнило, как Фантомас подписывал какие-то обязательства ручкой, чернила которой через пару минут исчезали. Видимо, Кольгрима этот фильм пропустила.
Может быть это и к лучшему. Так как сериал ещё продолжается...

С уважением и наилучшими пожеланиями,
Ваш Евгений -

Евгений Говсиевич   17.05.2017 11:31     Заявить о нарушении