Глазной клещ. Рассказ-быль

                                                   Посвящается министерству
                                                   здравоохранения
                            
Иван Петрович, одинокий старик, уже за восемьдесят ему. И все бы ничего. И здоровье еще есть, и желание жить есть. Но свалилась на него нежданно-негаданно беда. Почувствовал вдруг Иван Петрович в глазах своих дискомфорт какой-то. А потом уж и веки припухли, покраснели, чесаться стали. Ну и подумал Иван Петрович, что уж и не минешь ему в поликлинику идти, к офтальмологу. А в поликлинике Иван Петрович давно уж и не был, помнит он, что последний раз посещал поликлинику лет пять тому назад, когда на правое ухо оглох, и медсестра ему из уха серную пробку вымывала.

Но идти в поликлинику Иван Петрович боялся, слышал он, что сейчас к врачам-то на прием попасть не так и просто.

А глаза у Ивана Петровича уж и гноиться стали, а на внутренней стороне нижнего века какой-то пузырь образовался. И еще напугала Ивана Петровича соседка Клава, когда он пожаловался ей на свою глазную болезнь. «Это у вас, Иван Петрович, - сказала Клава, - клещ в глазах завелся, у моего мужика такое же было, так он с полгода не мог от клеща-то этого долбанного избавиться».

Поначалу-то Иван Петрович и не поверил Клаве, и даже обиделся на нее. Да и как можно было поверить-то в такую глупость. Но когда Клава описала симптомы этой болезни, то и поверить пришлось.

А Ивану Петровичу уж и невмоготу было. И решился он пойти в поликлинику. Но пойти он решил к открытию, к семи часам утра, чтобы уж в первых рядах в очереди-то оказаться.

И вот утром, еще до открытия, подошел Иван Петрович к дверям поликлиники. И удивился, и даже испугался. У дверей поликлиники-то, жаждущих записаться на прием к врачу, собралось столько, что и сосчитать было невозможно. И уж хотел Иван Петрович и уйти, но почему-то остался.

Но вот и двери поликлиники открылись. И всех запустили.

А в помещении поликлиники-то духота, и присесть негде, да и
как присядешь-то, ведь, не дай Бог, и очередь потеряешь. А у Ивана Петровича варикозное расширение вен на обеих ногах, и стоять ему на одном месте долго никак нельзя. Но Иван Петрович решил стоять до конца. И стоял. Но когда простоял он в очереди два часа, и уже существенно приблизился к заветному окошечку регистратуры, вдруг объявили, что талоны к офтальмологу закончились, а следующая запись к врачу, только через десять дней. Стоящие в очереди к офтальмологу стали безропотно расходиться. И только один молодой мужчина, уходя крепко матюкнулся, и пригрозил написать жалобу в министерство здравоохранения.

И Иван Петрович хотел матюкнуться, но сдержался.

Надо сказать, что Иван Петрович не совсем одинок. Есть у него дочь. А живет дочь уже много лет в Америке, и часто звонит отцу. Но не всегда отец и дочь понимают друг друга. Дочь не может понять российскую жизнь, а отец американскую.

И когда вечером позвонила дочь и спросила отца о его здоровье, Иван Петрович и рассказал ей о своей клещевой болезни, о нестерпимом зуде в глазах, о невозможности попасть на прием к офтальмологу. Но дочь не понимала отца, и только удивлялась, возмущалась и плакала.

А Иван Петрович решил смириться со своей глазной болезнью. И как-то удавалось ему уживаться с клещом. То ли уж Иван Петрович привык к клещу, то ли клещ по каким-то своим соображениям стал вести себя не так агрессивно.

Беспокоил клещ Ивана Петровича только в утренние и вечерние часы, и тогда Иван Петрович чесал веки, вымывал из глаз гной, промывал глаза раствором марганцовки. А в дневные часы клещ то ли спал, то ли отдыхал. И Иван Петрович от клеща отдыхал.

А из Америки звонит дочь. Она расспрашивает отца о его глазной болезни, сочувствует ему и плачет. Дочь успокаивает отца, говорит, что в американской протестантской церкви, которую она посещает прихожане-американцы очень озабочены его глазной болезнью, и молятся за него, просят Бога помочь ему получить от врачей лечение, которое избавило бы его  от глазного клеща.

И Иван Петрович надеется на Бога. Быть может, думает он, молитва-то добрых американцев и дойдет до Бога, и совершится чудо, и попадет он на прием к офтальмологу, а быть может Бог-то непосредственно и с самим клещом разберется.
С Иваном Петровичем я давно знаком, сосед он мой по дому. До выхода на пенсию Иван Петрович работал токарем на авиационном заводе. Иван Петрович был награжден знаком «Победитель социалистического соревнования» и фотография его висела на заводской «Доске почета». Иван Петрович и человек хороший: не курит, не пьет, и со всеми жителями дома здоровается.

Сочувствую я Ивану Петровичу. И как уж его угораздило клеща-то подцепить. А быть может эта болезнь-то и заразная, а я при встрече с Иваном Петровичем за руку здороваюсь, возможно, клещ-то этот ко мне уж и перешел. Боюсь я, но как с хорошим человеком не поздороваться-то.

И если вы, добрые люди, прониклись сочувствием к моему соседу Ивану Петровичу, и знаете как от клеща глазного избавиться, то позвоните мне, а я уж все Ивану Петровичу и перескажу.

Но и мне не помешал бы ваш совет. Быть может знаете вы, как от геморроя излечиться. Давно уж я с этой срамной болезнью мучаюсь. В поликлинику я уж и идти боюсь. Пожалуй, как Иван Петрович, выстоишь многочасовую очередь, и объявят, что талоны к проктологу закончились. И стоять я в очереди долго не могу, гипертония и стенокардия у меня. Боюсь я, как бы в очереди со мной инфаркт не случился. Так что, добрые люди, если звонить мне будете, то уж и о моем геморрое не забудьте, окажите милость дайте совет, хоть какой.


Рецензии