– Ваше Величество, – с поклоном подошёл Сегюр к государыне.
На вид явно встревоженный чем-то, он бросил взгляд на Ивана, а Императрица улыбнулась:
– Прошу, говорите. Мой верный слуга останется рядом на случай нового приказа.
– Хорошо, Ваше Величество... Меня подослал делегат узнать о планах ваших. Волнения в Петербурге столь сильные, что все иностранные послы колеблются, не знают, бежать ли или оставаться здесь вплоть до сдачи города? – сказал Сегюр.
– Опять вы о том, – вздохнула государыня, раскрыв зонтик и отправившись с ним в медленную прогулку. – Вань, не отставай...
Иван следовал за ними, но старался держаться позади, чтобы не мешать беседе, в себе переживая обо всём, что узнавал...
– Так что же говорят обо мне в городе? – спросила Императрица у посла.
– Осмелюсь сказать, – развёл он руками. – Везде утверждают почти наверняка, что этой или следующей ночью Ваше Величество отправится в Москву.
– Ах, – была государыня невозмутима. – И вы этому поверили, господин граф?
– Как же, – стал отвечать он. – Источники, из которых исходит этот слух, кажутся очень достоверными, и только ваш характер заставляет меня сомневаться.
Императрица подняла гордо голову, чем ещё раз удивила посла:
– Победа будет наша! Велю собрать по пятьсот лошадей на каждой станции по московской дороге, но только лишь для того, чтобы ускорить прибытие подкреплений, необходимых для защиты Санкт-Петербурга. А вы, – взглянула она на посла. – Так сообщите же вашему двору, что я остаюсь в моей столице и выйду из неё лишь на бой со шведским королём.
– Это бравада, Ваше Величество, – сомневался Сегюр.
– Вы считаете меня легкомысленной?! – удивилась государыня. – Вы ещё вспомните о том, когда будет победа...
Иван слушал, волновался за будущее родного края, но почему-то и в его душе поселилась вера в ту самую победу над шведами, которую обещает Императрица, а, значит, судьба будет благосклонна и позволит ему с Настей спокойно жить, уединившись в своём уголке...
Распрощавшись с Сегюром, государыня тут же повернулась к Ивану и пригласила вернуться во дворец. Спокойная, довольная, непоколебимая никакими тревогами, она казалась самой настоящей правительницей из всех в мире. Именно той правительницей, которая не предаст, которая заботится о каждом подданном, о самой земле, устраивая всё лишь на благо каждого...
– Что ж, – прошла она в кабинет и указала на одно из кресел. – Садись, Вань, поговорим теперь с Рюминым.
Рюмина ждать долго не пришлось. Тот явился раньше вызванного времени, и его сразу пропустили в кабинет.
– Мне приятно, – улыбнулась Императрица, встав у стола, на котором лежало два свёртка, завязанных атласной алой лентой. – Пора пришла разобраться со всей фальшью, ложью и так далее.
В тот момент дверь в кабинет чуть приоткрылась, что не заметили ни Иван, ни Рюмин. Императрица же видела всё, отчего еле сдержала улыбку и продолжила речь, пока подглядывающие за происходящим Настя с Татьяной с замиранием сердца слушали.
Поправив от волнения парик на голове, Рюмин чуть кашлянул:
– Ваше Величество, позвольте просить не разлучать Морозова с семьёй. Батюшка его очень просил. Они дороги мне.
– Знаю, – подняла брови государыня. – Любой крепостной купец, а особенно такой хороший, каким стал отец Вани, приносит дохода куда больше, нежели простой мужик в поле. Однако семья у Ивана уже иная.
– Как же это?! – удивился взволнованный от услышанного Рюмин, бросая вопросительные взгляды то на поднявшегося с кресла Ивана, то на Императрицу.
– А вот так. Женится он на днях. Я уже всё устроила, – взяла она один из свёртков со стола и протянула Рюмину. – Ивана ты продашь иному барину... Кандалинцеву.
– Он, конечно, человек разумный, строгий, но всё же, может, Иван с женою у меня останутся? – попытался улыбаться Рюмин, но чувствовал, что решение уже принято не в его пользу.
– Нет, – подтвердила его опасения государыня. – К сожалению, Настю уже некоторое время назад продали с матерью вместе Кандалинцеву, а сей барин не только строг, но и упрям. Не отдаёт её вам, а потому прощайтесь с Ваней. Видеться ему с родными будет позволено, как и заниматься любимыми делами, кои сам себе выберет.
Императрица взяла со стола иной свёрток и взмахнула им:
– Здесь составлен приказ Кандалинцеву на будущее, чтобы оградить Ивана с Анастасией Морозовых от возможных претензий или обязательств. Пояснять не буду. Узнаете всё в своё время. Сейчас это пока не столь важно. Важно строить новую жизнь, быть счастливыми и дружными. Об этом приказе Кандалинцев знает. Приказ будет храниться здесь. Понятно ли всё, Вань? – взглянула она на застывшего на месте Ивана.
Тот не двигался, обдумывая всё, что только что узнал. Он молчал, и ему было дано время прийти в себя, собраться с мыслями... Императрица бросила взгляд в сторону двери, и та тут же открылась. Вошедший слуга мельком оглянулся на убежавших по коридору Настю с Татьяной.
Подойдя к государыне, слуга что-то прошептал, вручая сложенное вдвое письмо, и откланялся. Императрица прочитала послание и вздохнула:
– Скоро покой... Что ж, а вот и помощник твоего капитана прибыл, – улыбнулась она Ивану, встретившись с ним взглядами. – Ты ведь собираешься Настю под венец брать?
– Нет более счастья для меня, как стать мужем для Насти, – заблестели его глаза, и довольная Императрица махнула на дверь рукой:
– Ну так ступай же к ней! Завтра вас обвенчают! Я уж давно всё устроила. А вечером встретимся да отпразднуем!
Иван скорее откланялся, покинув кабинет, а смотревший ему вслед Рюмин с сожалением выдохнул.
– Не печалься. У тебя целое семейство Морозовых крепостных. И так прибыли денежной хватает, – улыбнулась государыня.
– Да родные его просили, – пожал он плечами. – Я ж добром отпускаю.
– Знаю, что добрый, потому так и решилось всё, – похлопала его по плечу Императрица и достала из стола мешочек, звенящий монетами. – А это награда тебе и им... Поделишь. Ванька же не умер, увидятся ещё...
Продолжение - http://www.proza.ru/2017/04/24/1043