Жил был дед

В семье его звали — дед. Да он и был дедом. Жил он со своим внуком, его женой и правнуком.

Родные относились к старику с должным уважением, но уже как к человеку прошлого.

Старик был молчаливым, необщительным, и говорил с домочадцами только по необходимости. Он не вмешивался в жизнь молодых, и его не беспокоили.

Но стали замечать за дедом странности. Удивил он всех, когда объявил, что спать будет за шкафом. Дед перенёс за шкаф свою кровать, на которой проспал пятьдесят лет, перенёс и прикроватную тумбочку.

У старика были скоплены деньги. Никто не знал, сколько денег, но думали, что много. Дед снял со сберкнижки всё скопленное, показал домочадцам увесистую пачку, перетянутую бечёвкой, и положил её в тумбочку.

Старик перестал обедать за общим столом, еду ему приносили за шкаф, и ел он, сидя на кровати.

Он стал редко выходить из дома, лежал одетым на кровати и о чём-то думал.

В гостиной по вечерам смотрели телевизор. А старика телепередачи уже давно не интересовали, и бывало, он раздражался, стучал в стенку шкафа, и только когда приглушали звук, успокаивался.

К странному поведению деда привыкли и даже шутили, называя место за шкафом «гнездом».

Как-то заметили, что старик не отвечает на вопросы, а ноги его и левая рука не двигаются. Вызвали врача, тот осмотрел старика, ничего не сказал и ушёл. А спрашивать врача не стали, всем и так было ясно, что это, вероятнее всего, инсульт.

Шли дни. В «гнездо» к старику заходили редко, только тогда, когда надо было накормить и напоить несчастного.

Чаще других к деду заходил восьмилетний правнук Петя. Петя садился на край кровати, смотрел на деда и молчал. И дед молчал и смотрел на Петю пустым, бессмысленным взглядом. Пете становилось страшно, и он спрашивал: «Дедушка, что тебе надо?» Дед молчал. И Петя уходил.

Домочадцы не могли понять, есть ли у старика разум. Обращались к нему с разными вопросами, но он на них никак не реагировал, и глаза его ничего не выражали. И все решили, что разума у старика нет.

В доме жила собака по кличке Лиза. Дед её очень любил. Собака была старая, с облезлой шерстью и большой висячей шишкой на боку. Одна нога у Лизы была сломана, и ходила она на трёх, а сломанную волочила за собой. Старик лечил Лизу у ветеринара, но безуспешно. А когда дед заболел и слёг, то собаку почти перестали кормить и выгуливать, и она целыми днями лежала под кроватью хозяина.

Если вначале своей болезни старик вёл себя спокойно, тихо лежал в своём «гнезде», то со временем он стал беспокойным, мычал и стучал здоровой рукой в стенку шкафа. А что его беспокоило, понять не могли. И бывали дни, когда старик мычал и стучал не переставая.

Как-то Петя делал уроки и никак не мог сосредоточиться на решении арифметической задачи. Дед за шкафом мычал и стучал не переставая. И Петя не выдержал, вбежал в дедово «гнездо», схватил лежавшее на кровати полотенце и отхлестал им деда по лицу. Дед перестал мычать и с испугом смотрел на своего правнука. Петя опомнился и выбежал из «гнезда». Но уже скоро ему стало жалко деда и стыдно за свой поступок. И он вернулся в «гнездо», присел к деду на кровать и сказал: «Прости меня, дедушка». Дед молчал.

Проведать старика, поддержать его никто не приходил. За всю свою жизнь старик не завёл ни друзей, ни приятелей. Ещё до болезни зашёл к нему бывший сослуживец, тоже уже старый человек, но разговор не получился, старик смотрел на гостя пустым взглядом и молчал. И сослуживец ушёл.

В семье о старике почти не говорили и только ждали конца а с ним и облегчения.
Из-за незаживающих пролежней надо было деда каждый день переворачивать, менять под ним простыню, надо было делать обезболивающие уколы, кормить с ложки, а старик выплёвывал кашу и здоровой рукой пытался выхватить ложку. И все эти неприятные процедуры никому делать не хотелось, и бывало, что дед лежал по несколько дней подряд полуголодный, один на один со своими страданиями.

Была и ещё одна неприятность — это удушливый запах гниющего тела. К этому запаху присоединялся и запах от давно немытой собаки.

Как-то решили вымыть деда. На помощь пригласили соседа и общими усилиями перенесли деда в ванную. Дед не сопротивлялся, а только испуганно глядел на всех.

Но закончилось всё неожиданно. Уже хотели начать мыть старика, но он вдруг стал испражняться и загадил ванную. И все решили, что старик сделал это нарочно, из озорства, и обиделись на него. И мыть не стали, а только сполоснули из душа и отнесли в «гнездо».

Дед умер утром. Но никто этого не заметил.

Обратили внимание на то, что за шкафом непривычно тихо. И все обрадовались такой передышке. И до обеда к старику никто не заходил, а когда зашли, чтобы покормить, то увидели, что дед мёртв.

Собака под кроватью лежала тихо, и долго не могли её выманить, она сопротивлялась, рычала, пыталась укусить.

Деньги из тумбочки забрали. А Лизу выгнали из дома во двор.

К выносу покойника пришли две старушки-соседки. Они плакали, хотя соседа и не любили за его неприветливый характер.

Возникла непредвиденная трудность с выносом гроба из квартиры. Коридор оказался таким узким, что развернуться в нём с гробом было невозможно. Но квартира находилась на первом этаже, и гроб с телом старика вытащили через окно.
Во дворе бегала Лиза, она была напугана, скулила и не могла понять, что происходит.

Гроб поместили в катафалк и поехали на кладбище.

А Петя стоял у окна и смотрел на выезжающий со двора катафалк, за которым, волоча ногу, бежала Лиза.

Прошёл месяц. Петя сидел в дедовом «гнезде», куда для него поставили стол, и делал уроки. Он уже редко вспоминал деда, у него было много своих забот.

Как-то, проходя мимо мусорных баков, Петя увидел Лизу. Она очень изменилась, но он узнал её. И Лиза узнала Петю.

Шерсть на собаке почти полностью облезла, шишка на боку кровоточила и увеличилась настолько, что мешала собаке свободно передвигаться. Лиза смотрела на Петю внимательным и тоскливым взглядом. Петя смутился и поспешил домой.

Весь день Петя думал о Лизе. Он представлял, как Лиза бегает от помойки к помойке в поисках пищи, а ночью не может согреться и дрожит от холода. И Пете было жалко Лизу, и слёзы подступали к его глазам. Петя готов был взять Лизу в дом, но понимал, что ни мама, ни папа не согласятся.

А вечером, когда Петя лёг в постель, то долго не мог уснуть, всё думал о Лизе. И решил, что хотя бы будет Лизу подкармливать.

Утром, перед уходом в школу, Петя тайком от родителей взял из холодильника батон колбасы, отрезал от него большой кусок для Лизы, завернул его в газету и засунул в свой школьный рюкзак.

У мусорных баков крутились две дворовые собаки, но Лизы не было. Петя опаздывал на уроки и поспешил в школу. Но проходя мимо магазина увидел Лизу. Она сидела у дверей, смотрела на выходящих из магазина людей. Но все спешили и на собаку не обращали внимания.

Петя позвал Лизу, положил перед ней свёрток с колбасой и побежал в школу.

И каждое утро Петя носил Лизе колбасу, а она ждала его у магазина. Лиза радостно бросалась к Пете, виляла хвостом, а когда он наклонялся к ней, чтобы развернуть свёрток, пыталась лизнуть его в лицо.

Но однажды Петя у магазина Лизу не увидел. Он, как всегда, опаздывал в школу и не знал, как поступить. Петя стоял в нерешительности, оглядываясь по сторонам.

Из магазина вышла женщина, подошла к Пете и заговорила с ним: «Мальчик, ты собачку ищешь? Я в магазине работаю и часто вижу, как ты её кормишь. Так вот, с твоей собачкой случилось несчастье, вчера вечером её раздавила машина. Но ты не расстраивайся, много их бездомных-то бегает».

Петя почувствовал, как слёзы потекли у него из глаз. Всхлипывая; он побрёл в школу.

Петя не заметил, как прошли уроки, не помнил, что говорили учителя, о чём его спрашивали, и как он отвечал. А дома, после школы, Петя сидел в своём углу за шкафом, кое-как делал уроки и не мог успокоиться.

Вечером Петя отказался от ужина. Родители обратили внимание на подавленное состояние сына, на его покрасневшие глаза и спросили, не заболел ли он.

Петя опустил голову, слёзы потекли у него из глаз. «Дедушка умер, Лиза умерла, и я умру», — прошептал он.
 


Рецензии