Отель с привидением. Комедия

Мистическая  комедия в двух действиях

                                             Всё происходящее вокруг нас, выглядит      
                                             планетарной безумной метелью.                                    
                                                                          из Интернета

Действующие лица:

СВЕЧКИН Антон Семёнович – штатное привидение, бывший моряк, он же – массовик и дворник
ДОКУЧАЕВА Анна Петровна –  привидение,  дама в годах,  бывшая графиня
ЛЮБА – администратор гостиницы

Гости:   
ЖЕЛТКОВ – предприниматель
ТАША,  жена Желткова
АЗАРЯН – художник
ВАРЯ,  жена АЗАРЯНА
ПОЛКОВНИКОВ – человек с чужой фамилией

Действие происходит в наши дни.



                                               ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ.

                                                КАРТИНА ПЕРВАЯ

Перед нами холл большого дома, вдоль стен -  старинная  мягкая мебель, громадный  камин с канделябрами, тусклое  зеркало с трещиной в затейливой раме, по углам – устрашающих размеров  искусственная  паутина. Над камином – портрет старого графа. Слева - конторка администратора. Почти мрак. 

Тишина, в которой слышны тихие вздохи, из мрака медленно «проплывает» призрачная фигура дамы, которая изучает обстановку, дотрагивается до портрета и также исчезает. Затемнение.

Холл наполнен утренним светом, звучит музыкальная заставка перед рекламой.

ЖЕНСКИЙ   ГОЛОС  РЕКЛАМНОГО РОЛИКА:   Если в душе вы романтик, и вам надоело встречать Хэллоуин  наедине со скучной тыквой в то время, когда хочется настоящих приключений, от которых  кровь бы застывала в жилах? Так в чём же дело? Пакуйте чемоданы и срочно  приезжайте к нам, пока не поздно, туда, где вам обеспечат самую страшную и ужасную ночь по соседству с настоящими привидениями! Отель «Старый граф» ждёт вас! (Снова звучит музыкальная заставка.)

За конторкой  сидит Люба и что-то пишет. Раздаётся телефонный звонок. Люба берёт трубку.

ЛЮБА:   Добрый день! Отель «Старый граф» ...Конечно, бронируем. Да… Вам полулюкс?  Хорошо… записываю…(пишет) Да. Всё как в рекламе, всё настоящее – и услуги, и привидения. Всего доброго!
Снова звонок, на этот раз Люба подобострастно отвечает.
ЛЮБА:  Добрый день!  Отель старый граф слушает... Жанна Олеговна, вы?... Есть  заказы. Да....  Не переживайте, Жанна Олеговна. Через неделю от клиентов отбоя не будет.... Реклама в Интернете?  Ещё не смотрела.  Всё утро номера драила, даже паутину помыла. Вся сверкает на солнышке!.. Нет, но по радио только что передавали.... Спешим, да.  (Звенит колокольчик входной двери) Всё, извините... кто-то пришёл!

ЛЮБА Спешно кладёт труб,  в тревоге оборачивается. Но это всего лишь Свечкин. Он в  старой спортивной курточке. На шее у него -  галстук – бабочка, в р руках – большой чемодан и  вешалка с чехлом, в котором вечерний костюм.

СВЕЧКИН:  Доброго всем утра!  А вот и я! Ох, и красота на улице! Прямо осень золотая! (поёт) Листья жёлтые над городом кружатся!
ЛЮБА: (перебивает)    Свечкин, ты как зрассьте!  А, ну бросай манатки  и бегом подметать дорожки.
СВЕЧКИН:  (отдаёт «честь»)  Слушаюсь, товарищ генерал!
ЛЮБА:   Честь он отдаёт…  Ты  хоть в армии служил?
СВЕЧКИН:    Обижаешь,  Любаша. Я всю жизнь по морям, по океанам...
ЛЮБА:   Ты давай не расслабляйся, Олеговна велела слушаться меня. Роль отрепетировал?  Технику проверил? 
СВЕЧКИН:   Как  штык! Вечером, всё как обещал... Большие гонки ждя дорогих гостей! Все артисты  (потряхивает чемоданом)… на местах.  Будьте покойны!
ЛЮБА:   Живее  давай  и смотри, не подведи, морячок! А то Жанна три шкуры спустит, не поглядит на твои заслуги перед Отечеством. Жми, Свечкин!  На тебя вся страна смотрит.
СВЕЧКИН:  И привидения в том числе!
ЛЮБА:   Бабочку снимай, чай не на балу. (Свечкин  сдёргивает бабочку и прячет в карман)  Бери метлу и дуй на улицу, а то мадам приедет, снова пасть откроет. Скорее, пока народ не приехал.
СВЕЧКИН:  Иду, Люба!  Бегу! (заходит в подсобку, возвращается с метлой)
ЛЮБА:  (вслед) Ничего, Свечкин!  Мы с тобой столько денег получим!
СВЕЧКИН:   Мечтала баба!  (Уходит)
ЛЮБА:   Ещё как получим! А то как же!  (пилит ногти)  Работаю как вол за троих. Вот вернётся наша Жанна с молодым любовником с Фиджи, сразу отвалит деньжищ за труды наши тяжкие. Я с неё угораю! Сорвалась, как девочка с альфонсиком своим. Боюсь  потерять любовь всей жизни, а тут  как назло открытие гостиницы.  Она ко мне - на тебя Люба, вся надежда. Ты молодая, грамотная, справишься, а я отблагодарю, как приеду. Хотела по скайпу  нас контролировать, проводить  планёрки  в режиме онлайн, но, слава Богу, техника подвела. А я то, как рада! Ненавижу все эти прямые линии, просто до икоты.  Надеюсь, не обманет Олеговна. (рассматривает руки.)

Бьют часы. Обычный свет меняется на  призрачный, красноватый. На камине вспыхивают свечи.  Отворяются двери, заходят с чемоданами  ЖЕЛТКОВЫ.

ЖЕЛТКОВ:  Наконец-то, добрались. (Оглядываются) 
ТАША: Господи! Какая дыра!
ЖЕЛТКОВ:  (весело) Не дыра, а пещера! Смотри - какая темнотища.
ТАША:  Ещё лучше. Господи! Что я здесь делаю? Сама себе удивляюсь, своему смирению! Взяла и согласилась как овечка. И куда! Смотреть на привидения! Это всё ты! Поехали, да поехали. Адреналин ему получить приспичило... Обычные курорты нас уже не устраивают. Туда, где нормальные люди отдыхают, а не местная шушера. Светка вчера в Инстаграмме новые фотки выложила: голубая лагуна, аборигены в юбках, Светка с Вованом верхом на крокодиле. А я? Что Я здесь делаю? Скажи, Серый?
ЖЕЛТКОВ:  Успокойся, милая. Вот увидишь, мы отлично проведём время. И прошу, Таша, не кричи так сильно, а то...
ТАША:  А то, что? Привидения  разбегутся? Так я только за!
ЖЕЛТКОВ:  Тише, здесь люди!

Входят Азарян с женой. Оглядываются с интересом. АЗАРЯН  в широкополой шляпе и с этюдником. ВАРЯ одета скромно, но со вкусом.

ЛЮБА:  (преувеличенно громко) А вот ещё гости прибыли. Добро пожаловать в гостиницу «Старый граф». Надеюсь, добрались удачно?
АЗАРЯН:  (отряхивает пальто от снега) В-общем, ничего хорошего.  В вагоне было душно и чай подали холодным…
ВАРЯ:   Спасибо, всё было хорошо. (оглядывается) А у вас тут очень мило.
АЗАРЯН:  Тебя послушаешь, так на Земле давно рай наступил.
ВАРЯ:   Да, я всему рада.  Всё лучше, чем дома взаперти.
АЗАРЯН:  Поздравляю. Наконец, ты попала в общество, как мечтала. Так что ходи и конспектируй.
ЛЮБА:  Разрешите представиться – Люба, администратор гостиницы.
ЖЕЛТКОВ:  Очень приятно! Предприниматель Сергей Желтков, а это - моя жена Таша.
АЗАРЯН:  Я тоже представлюсь. Художник Азарян Юлий Костантинович, моя супруга Варвара.
ЛЮБА:  Очень приятно. Поздравляю, господа, вы первые наши гости. Можно сказать первопроходцы.
ЖЕЛТКОВ:  И вас с почином!

Таша ходит по холлу, рассматривает всё,  пытается достать паутину  зонтом.

ТАША:   Чудненько тут у вас, паутина, мрак... Зеркало специально кокнули?
ЛЮБА:   Ну, что вы!  Это настоящая старина.  Его нашли на чердаке в таком же виде.
АЗАРЯН:  (с иронией)  Вроде сквозных кракелюров на старых полотнах?  Не смешите народ, девушка. Бывает  благородная старина, а здесь обычное старьё.
ВАРЯ:  (примиряюще) А мне кажется, с трещиной гораздо интереснее.  Если долго в него смотреть, можно увидеть призрак старого графа. Ведь это его портрет над камином?
ЛЮБА:  (заученным голосом)  Всё, что перед вами - сохранилось с прежних времён,  в первозданном виде. Мы постарались сохранить дух старого дома, настроение,  чтобы поддержать идею нашего проекта. А над камином, да! вы совершенно правы! - портрет графа Петра Докучаева, в честь которого названа гостиница. Легенда гласит, что граф был вольнодумцем, практически  революционером и умер от пули предателя… И дух его до сих пор бродит по усадьбе. Вы любите старину, верите в привидения?
ТАША:  Ужасно!
ВАРЯ:  Очень любим.
ЖЕЛТКОВ:  Верим, не верим... не так это важно. Самое главное здесь -  атмосфера гостиницы. Вы знаете, Люба, я ужасный любитель мистики. Если бы не бизнес, давно бы занялся оккультными науками. Но увы! В наше время, куда не приедешь - кругом одно и то же: бар, местные красоты, массаж... Всё сотни раз пройдено и жутко надоело. А у вас всё иначе. Просто удивительная, мистическая атмосфера древнего особняка, все эти магические вещи, тайные ходы, старинные портреты, тяжелые канделябры, призраки... Надеюсь, вскоре мы услышим трагическую историю любви из прошлого и увидим её тень?
ЛЮБА:  О, да! Ещё как услышите! Уверяю, господа, в нашем отеле вы не заскучаете!   и ещё, по желанию можно заказать сауну, в каждом номере есть бар с напитками. Всё включено!
ТАША:   Вот это радует.
ЛЮБА:  (вежливо АЗАРЯНУ)  А вы любите старину?
АЗАРЯН:  Люблю ли я старину? Да я художник в третьем поколении. Мне ли не знать её!
ВАРЯ:    Особенно готику.
АЗАРЯН:  При чём здесь готика? Не лезь, когда не спрашивают.
ЖЕЛТКОВ:   Боже мой! Да  вы что, готических романов не читали? Именно готика! Приведения, замки ужасов!!! Мэри Шелли,  Клара Рив… Обожаю ужасы. Жаль, что мы не в замке.
ВАРЯ:  Здесь тоже неплохо. Стиль выдержан.
ЛЮБА:  Располагайтесь, господа, отдохните с дороги, а после ужина прошу всех в холл. Развлекательная программа для гостей – тараканьи бега!
ЖЕЛТКОВ:   Шутите?  Такого я ещё не видывал. Очень любопытно!
ТАША:   (передёргивается) Мерзость какая! Ненавижу тараканов!
ЖЕЛТКОВ:  Ну, что ты, Ташенька, это не твои  кухонные друзья...  Это специально обученные спортивные тараканы. Мадагаскарские! Я прав?
ЛЮБА:   Абсолютно! Вы не поверите, но наши - настоящие спортсмены! Обещаю – будет очень весело.
ЖЕЛТКОВ:  (строго)  Проверку на допинг проходили? (Люба в замешательстве. Желтков смеётся)  Не бойтесь, Люба, я не из ВАДа 
ЛЮБА:  Я так и поняла. Идёмте, господа! Я провожу вас в номера!
Уходят наверх

Затемнение.

                                                  КАРТИНА ВТОРАЯ

Поздний вечер. Холл. Горят свечи, мигают разноцветные огоньки. Вокруг специального полутораметрового короба, разделённого на беговые дорожки, суетится СВЕЧКИН в смокинге с бабочкой. Рядом в кресле расположился ПОЛКОВНИКОВ.

СВЕЧКИН:  И как же вас звать - величать?
ПОЛКОВНИКОВ:  Василий Николаевич меня зовут, а фамилия моя Полковников.
СВЕЧКИН:  Василий Николаевич...Оч-чень приятно! А я Свечкин Антон Семёнович, работник гостиницы. Как говорится, и швец, и жнец и на дуде игрец. Вот собираюсь проводить  тараканьи бега, чему вы и будете свидетель.
ПОЛКОВНИКОВ:  Посмотрим, посмотрим! Я человек любознательный, люблю всё новенькое...
СВЕЧКИН:    У нас всего полно – и новенького, и старенького. Полный ассортимент на душу населения.
ПОЛКОВНИКОВ:  Я, знаете, ипохондрик. Потому и приехал сюда. Надеюсь, свежие лица развеют мой сплин. Это всё равно, что смотреть на молодые розы, нюхать их аромат, от которого сразу исцеляешься. Нравятся мне такие вот маленькие гостиницы. В них особая атмосфера, почти домашний уют.
СВЕЧКИН:  А вы случайно не из военных? Фамилия слишком уж специфическая.
ПОЛКОВНИКОВ:  Ну, что вы! Ни намёка! Это фамилия моей жены. Моя-то была не слишком благозвучной – Могила.
СВЕЧКИН:  Ох, ты боже мой!
ПОЛКОВНИКОВ:  Вот- вот! И я о том же. А сколько было шуток и даже издевательств! Просто жизни не было, хоть ложись и помирай с такой фамилией. А тут на службе женщина подвернулась симпатичная, я и решил фамилию поменять. Теперь хожу, горжусь собой. С этой фамилией не то, что жить, даже в бой не страшно. С женой я после  развёлся, а хорошая фамилия осталась. Живу теперь, друг Свечкин, в полную силу, не то, что раньше.  Вот  к вам явился, новое изведать, потустороннее. Как думаешь, легенда про  графа не враньё? А то нынче брехунов развелось видимо невидимо.
СВЕЧКИН:  (смущённо) Вопрос, конечно, интересный! Кто как, а я верю в привидение. Нутром чую, здесь он старый бродяга. Рассказывают, будто граф Докучаев был ходок по женской части и большой любитель игры в вист. Однажды проиграл он большие деньги...
ПОЛКОВНИКОВ:  (перебивает)  У меня на старой работе был такой же. Всё время ходил налево, жена его бросила, он запил, но вскоре стал художником и прославился. Уточкин его фамилия. Не слыхали?  Тоже был из этих, из бывших. Любил селёдку свежего посола, а водку пил только холодную. Неужели не слыхали?
СВЕЧКИН:  Что-то знакомое, но не припомню... Но послушайте дальше! Граф наш был чертовски, просто парализующе красив и все, кто видел его впервые – женщины, мужчины, кошки, собаки – сразу влюблялись в него и ходили следом, как привязанные.
ПОЛКОВНИКОВ:  Именно таким был мой бывший шеф – глаза голубые, просто синий лёд, а волосы белые, как снег. Женщины просто с ума сходили, а одна самая неказистая, взяла и спрыгнула с крыши от несчастной любви. Чего только не случается в жизни. И всё из-за глупости человеческой. Разве умный человек станет прыгать? Вот вы, например?
СВЕЧКИН:  Я не стал бы. Вот ещё... Ерунда какая!

Часы бьют девять, входят нарядные  ЖЕЛТКОВЫ.

СВЕЧКИН:  Добро пожаловать, господа! Добро пожаловать! Надеюсь, весело проведём время. Ну, как вам ужин?
ЖЕЛТКОВ:  Спасибо. Ужин ничего себе...  Таша, ты  довольна ужином?
ТАША:  (явно подшофе, с ухмылкой) Я всегда  довольна, дорогой.
ЖЕЛТКОВ:  Умница! Вот за что я тебя и люблю.  (целует жену). Так что у нас там в программе?
СВЕЧКИН:  Тараканьи бега!
ПОЛКОВНИКОВ:  Господа,  разрешите представиться: Полковников Василий Николаевич.  Прибыл на отдых два часа назад.
ТАША:  (с интересом) Ничего себе фамилия! Просто отпад! Так и хочется сказать. Ну-у...
ПОЛКОВНИКОВ:  (перебивает) Лучше не надо!  Кстати, я вам говорил, что знаком с Папой Римским?
ТАША: (зачарованно)  Ещё нет.
ПОЛКОВНИКОВ:  Да, да, и с Папой, и с Далай- ламой. Люблю поездить по свету, попутешествовать, познакомиться с интересными людьми. Они ведь тоже устают от этикета, придворных реверансов. Тянет их к простому народу, пообщаться, перекинуться простым  словцом. Спросит, бывало, как там у вас? Всё хорошо? ОК говорю...

Входят АЗАРЯН с ВАРЕЙ. ВАРЯ ослепительно хороша и ПОЛКОВНИКОВ замирает на половине фразы.

АЗАРЯН: (ВАРЕ раздражённо)  Боже, как ты долго возишься с нарядами. Наверное, считаешь, здесь кто-то обратит внимание,  во что ты одета и как выглядишь. Не забывай, ты далеко не красотка.
ВАРЯ:  Я и так помню, благодаря тебе, дорогой. Это моё дело как я выгляжу и это всё, на что имею право.
СВЕЧКИН:  Добрый вечер, господа!  Присоединяйтесь к нам. (важным голосом) Вот недавно где-то прочитал, что рыжие тараканы почти все исчезли. Как думаете, это миф или реальность? 
ПОЛКОВНИКОВ:   Очень может быть. Рыжие тараканы, очень древние существа и живут рядом с человеком многие тысячи лет... И вдруг это случилось (задумчиво замолкает)
ЖЕЛТКОВ:  И что же случилось?
ПОЛКОВНИКОВ:  (печально) Судя по всему, мы им разонравились.
ТАША:  Вот как!?
ПОЛКОВНИКОВ:  А вы как думали? Прусаки очень чувствительны, в отличие от людей.  Абсолютно не выносят синтетической пищи и электромагнитных излучений, среди которых мы  живём последние годы  и к которым, увы! привыкли.  Тараканы  заболели и ушли в неизвестном направлении.
ТАША:  (со знанием дела) Не все заболели. Кое-кто всё-таки выжил.
ВАРЯ:  (с улыбкой) Представляю  картинку: хмурые, сердитые тараканы уходят, прихватив с собой жён, детей и скромные пожитки.                                                 
АЗАРЯН:   Да-с! Тараканы - и те раньше нас поняли, что на земле дело дрянь, и пустились в бега,  в поисках лучшей жизни.
ВАРЯ:  (жалобно) Вот только куда они  девались? Может, им нужна наша помощь?
СВЕЧКИН:  А шут  их знает! Ушли и ушли, и, слава богу, что ушли! Лично мне они без надобности. Толи дело мои спортсмены.  Мечта, а не тараканы. Кровь с молоком!  Ну, так что? По коням, господа?  Начнём  наш забег?
АЗАРЯН:  (вредничая)  Мне как-то не хочется.
СВЕЧКИН:  (растерянно)  Как же так?  Утром были в восторге, а теперь уж нет?
АЗАРЯН:   Публики маловато, мало драйва! Бега в моём представлении - это рёв толпы, волнение, адреналин...
ТАША:  (ЖЕЛТКОВУ) Из-за одного дурака - весь вечер  коту под хвост.
ЖЕЛТКОВ:  Очень жаль, господа, очень жаль. Я целый день ждал и вдруг такое недоразумение.
СВЕЧКИН:  (АЗАРЯНУ) Вы точно не хотите участвовать?
АЗАРЯН:  Да, вот  как-то расхотелось! Кстати, ужин тоже был неудачный. Соус слишком кислый и рыба не дожарена. Двойка вашему повару!
СВЕЧКИН:  Я так и передам нашей хозяйке. Что ещё передать?
АЗАРЯН:  Пока всё.
СВЕЧКИН:  (скучающим голосом) Я даже не знаю, что предложить взамен, господа. Может, в дурачка перекинемся?
ЖЕЛТКОВ:  В дурака мы и дома сыграем. (зевает) А, может, как всегда, посмотрим телевизор? Сегодня  ток шоу с известными политиками.
ТАША:  Кончай хамить, Серый. Ты мне дома надоел со своей политикой.
СВЕЧКИН:    Или, всё-таки бега?
ВАРЯ:  Дорогой, соглашайся! Мы все тебя очень просим!
ПОЛКОВНИКОВ:  Дамы просят. Соглашайтесь!

Все скандируют: «ПРОСИМ! ПРОСИМ!» АЗАРЯН снова капризничает.

ПОЛКОВНИКОВ: Позвольте, господа. Но почему же трое, когда нас четверо! Играем!

Все оживляются, окружив короб. СВЕЧКИН вне себя от радости, что не провалил вечернюю программу, достаёт коробочки с участниками, начинает командовать парадом.

СВЕЧКИН: (специальным голосом спортивного комментатора) Итак, господа, перед нами знаменитые спортсмены, мадагаскарские спринтеры Джек Воробей, Терминатор, Добрыня и крошка Сэм. Крошка хоть и маленький, но весьма шустрый малый. Так что не глядите на размер, выбирайте тех, кто вам по душе, и получайте взамен море адреналина. Никто не знает, кто придёт первым. Это просто лотерея, случай и пусть вам сегодня повезёт! Предупреждаю сразу, участников специально не кормили целую неделю, что обеспечивает немалую активность на беговой дорожке.
ВАРЯ:   Это ужасно, столько не кормить животных.
СВЕЧКИН:  После соревнования вы лично сможете это сделать.
ВАРВАРА:  (мужу тихонько)  Я тоже хочу. Можно я выберу крошку Сэма?
АЗАРЯН:   Ну, что ты как маленькая. Тебе недостаточно смотреть?
ВАРВАРА: (громко)  Очень хочется, милый. Ты ведь не против?  (АЗАРЯН кивает с кривой улыбкой) Мне, пожалуйста, вот этого... Крошка Сэм? Да? Ну, давай знакомиться. (берёт коробочку и гладит её)

Гости разбирают спортсменов и разглядывают кто с интересом, а кто с отвращением.

ТАША: Мне вот этого... полосатенького. Сегодня я твоя мамочка. Тебя зовут Джек Воробей? Смотри, не подведи меня, детка.
ПОЛКОВНИКОВ: (разглядывает своего) Терминатор кажется неплох. Только, вяловат немножко.  Похоже, мы с ним одного года. Ну, что? Начнём?
СВЕЧКИН: Оглашаю правила. По моей команде открывается барьер и под весёлую музыку наши спортсмены бегут к финишу каждый по своей дорожке. Если вдруг участники захотят вернуться обратно, разрешается повернуть их специальной палочкой. Можно стимулировать бег, постукивая палочкой позади. Нельзя кормить и бить участников подручными средствами.  Нарушители правил выбывают с дистанции. Всем всё ясно?
ВСЕ:  Да! Понятно!
СВЕЧКИН:  Поехали!

Открывает барьер. Звучит зажигательная мелодия. Все старательно подталкивают своих подопечных, не смотря на строгий запрет, кричат в возбуждении их имена.

СВЕЧКИН: (голосом комментатора)  Кто же победит, господа? Идёт нешуточная борьба и впереди забега сразу два участника - Джек Воробей и Добрыня. Джек Воробей бежит по красной  дорожке, Добрыня -  по голубой. Повторяю – толкать участников под зад строго запрещено!
ВАРЯ:  Пропустите чемпиона. Ура! Мы впереди!
ТАША:  Ты мой маленький. Цып- цып – цып! Давай, двигай лапками, не ленись.
ЖЕЛТКОВ: (азартно пыхтит, толкая своего стеклянной палочкой) Так они ж не бегут ни черта. Они подлецы спят на ходу... Пошёл, пошёл! Кому сказал, пошёл!
ПОЛКОВНИКОВ: (с не меньшим азартом) Давай, давай! Бегом, я сказал! Терминатор, морда твоя ленивая. А ну быстро! Попробуй не добежать первым! Все лапки поотрываю.
ЖЕЛТКОВ:  (расставив руки) Все быстро разойдитесь. Видите моему плохо! Ему нужен воздух!
ТАША:  Ага! Все так и разбежались. Миленький, беги скорее. Ну, же. Мамочка тебя покормит. Молодец, умница. Давай, давай!
СВЕЧКИН:  Осторожно, господа! Не травмируйте спортсменов!
ВАРЯ:  А мы и не травмируем. Мы тихонечко.

Крики нарастают, все в возбуждении прыгают вокруг, пытаясь пропихнуть своего первым к финишу.

СВЕЧКИН: Наступает самый волнующий момент. Сразу три участника забега выходят на финишную прямую. Джек Воробей, Добрыня и Крошка Сэм. Кто же победит? И это будет... будет... (Вопли)  Ну, конечно! У нас сразу два победителя! Их имена -  Крошка Сэм и Добрыня. И мы  поздравляем вас с заслуженной победой!

ВАРЯ И ЖЕЛТКОВ радостно кричат и обнимаются, АЗАРЯН, насупившись, смотрит на них. Но потом, смягчившись, тоже улыбается. Это всего лишь игра, жена победила и ему приятно.

ТАША:   Не буду кормить своего. Раз проиграл, пусть ходит голодным.
ЖЕЛТКОВ:  Надо было сильней толкать, дурочка.
ТАША:   Думаешь, я не толкала?
ВАРЯ:   А мой Крошка Сэм просто умница. Бежал со всех своих маленьких ножек и сам прибежал. Я ему почти не помогала.
ПОЛКОВНИКОВ:  (ВАРЕ) От всей души поздравляю.
ВАРЯ:    Спасибо! Вы очень добры!
ЖЕЛТКОВ:  На сегодня хватит, пожалуй. Сходим в бар и на боковую. Пожелайте нам весёлых ночных приключений, господин Свечкин.
СВЕЧКИН:   Весёлой вам ночки, господа!  Не забудьте положить под подушку тяжёлый предмет. На всякий случай. 
ТАША:  Ха-ха! Отбиваться от приведений?  У меня с собой здоровенный серебряный крест.
СВЕЧКИН:  В любом случае, господа,  пожелаю всем побольше адреналина и незабываемых впечатлений!

Все расходятся. Затемнение.


                                        КАРТИНА ТРЕТЬЯ.

Глубокая ночь. На улице лает, а потом воет собака.  Звучит зловещая мелодия. В вестибюле погашен свет,  и только камин отбрасывает отблески света на зеркало и портрет графа.  В углу, возле конторки неподвижно стоит Люба. С противоположного конца  холла медленно движется невнятная фигура. Приблизившись к Любе, останавливается и мы узнаём Свечкина в костюме привидения, изображающего старого графа.

ЛЮБА:  Очень неплохо, Антоныч. Я бы испугалась, если бы не знала, что это ты!
СВЕЧКИН:  (с надеждой) Похож? Ну, слава богу! А я переживал, что получится ненатурально.
ЛЮБА:  Очень даже натурально. Просто вылитый граф! Антоныч, только что звонила Жанна. Сказала, если клиенты останутся недовольны, не заплатит нам ни копейки. Так что старайся. На тебя весь мир смотрит.
СВЕЧКИН:  Вот ведь стерва!
ЛЮБА:  Ну, с Богом, что ли? Главное, будь уверенней в себе, пострашнее там, погромче вой... и всё у тебя  получится!
СВЕЧКИН:  С Богом! Ну, я пошёл. (уходит, ЛЮБА крестит его вслед и тоже исчезает.) 

Темнота. Мелодия звучит громче,  ухает сова, скрежет, стоны. Тишина. Внезапно слышится пронзительный крик, громкий топот по лестнице. Крики «Нет, нет!» В фойе отблески света, появляется бегущий Свечкин , следом за ним призрак дамы в наряде начала 20 века.

СВЕЧКИН:  (крестится и мечется по фойе) Боже милосердный! Спаси и сохрани. Привидение! ...Настоящее!!!

Свечкин падает в обморок. Призрак графини Докучаевой хлопочет вокруг него, подаёт нюхательную соль в красивом флаконе, бьёт по щекам. Тот приходит в себя и садится в кресле, пугливо поджав под себя ноги.

ДОКУЧАЕВА:   (тревожно) Вы в порядке?  Живы?
СВЕЧКИН:  Жив, кажется.... (крестится) Свят! Свят!
ДОКУЧАЕВА:   Да не бойтесь вы!
СВЕЧКИН:  (дрожащим голосом) А я и не боюсь!
ДОКУЧАЕВА:  (гневно) Что же вы творите, сударь?  Такое безобразие  устроили.  Шляетесь по дому в непотребном виде, чертей пугаете, нарушаете покой пожилой дамы. Шум, вой… у меня  по вашей милости нервный припадок чуть не случился.  И не стыдно вам, сударь? А ещё в годах!
СВЕЧКИН:  Стыдно, матушка. Ещё как стыдно... Но я не виноват! Меня принудили…  таким  манером гостей развлекать. Старого графа изображаю, призрак его…
ДОКУЧАЕВА:   Господи, какое убожество!  Да разве это развлечение? Уж лучше в картишки перекинулись, книжку почитали… Да хоть бы на охоту поехали...
СВЕЧКИН:   Вы ещё скажите – на бал!
ДОКУЧАЕВА:  Можно и на бал, если предпочитаете танцы. Разве не хорошо?
СВЕЧКИН:   Хорошо, матушка.
ДОКУЧАЕВА:  Ну, так и отправляйтесь… И оставьте меня в покое! Надобно уважение иметь. Как-никак, я хозяйка этого дома.
СВЕЧКИН:  Ошибаетесь, милая… как вас, извините, по батюшке?
ДОКУЧАЕВА:   Графиня Докучаева Анна Петровна… хозяйка поместья.
СВЕЧКИН:   Так вот, уважаемая Анна Петровна… Вы здесь больше не хозяйка. Деревеньки вашей Докучаевки давно уж нет.  А домик ваш долгие годы стоял заброшенным,  разваливаться стал по кирпичикам. А нынешняя хозяйка, Жанна Олеговна Заяц купила и сделала из него гостиницу для туристов. Да не простую, а с приведениями. Сейчас это в большой моде. А я, стало быть, и есть то самое приведение.
ДОКУЧАЕВА:   Шутить изволите?
СВЕЧКИН:   (машет рукой)  Да какие там шутки. У меня сегодня первый выход, так сказать, дебют и, выходит, что я его провалил.  Бездарность я! Не умею народ испугать. Одним словом, шут гороховый.
ДОКУЧАЕВА:   (разглядывает его скептически) Это верно. Вид  ваш совсем не страшный. Скорее, поношенный… Я бы сказала, ветхий  какой-то… Так и хочется копеечку подать.
СВЕЧКИН:  (с обидой)  Ну, что ж, вам видней. Не судьба видать, быть пугалом. 
ДОКУЧАЕВА:  Видать, не судьба, любезный... как вас величать-то?
СВЕЧКИН:    Свечкин я, Антон Семёнович… Бывший моряк.
ДОКУЧАЕВА:    Не судьба, Антон Семёнович!  А вашему Зайцу я ещё покажу  -  кто здесь хозяйка!
СВЕЧКИН:   Не советую связываться. Это такая дама, я вам доложу! Будете жалеть весь остаток загробной жизни.
ДОКУЧАЕВА:  Если позабыли, сударь, то хочу напомнить: загробная жизнь вечна! И кроме назойливых постояльцев мне терять нечего. А уж зайцев бояться, тем более дамы...
СВЕЧКИН:  Да не дама она вовсе. Скорее, чёрт в юбке! Красивый и страшный.  Я слышал,  её муж и дети боятся как огня. Чуть что - матом кроет!
ДОКУЧАЕВА:  Чем кроет?
СВЕЧКИН:  Как бы объяснить по понятней. Страшно ругается, вроде извозчика.  Её всю трясёт при этом... и все кто рядом - тоже  трясутся от страха.
ДОКУЧАЕВА:   Вроде землетрясения? Но как же так?
СВЕЧКИН:   Вот так, матушка. Ей Богу, не вру.
ДОКУЧАЕВА: И много нынче таких дам?
СВЕЧКИН:   Девать некуда. Я называю таких «рыночные дамы». У нас нынче в моде  рыночные отношения и женщины стали рыночными, ну, или  бизнес – вумен...  Деловые, в-общем... Мужики настоящие повымирали, а они всё кругом  заполонили. Пьют, курят, ругаются,  краской мажутся, ходят, в чём мать родила…
ДОКУЧАЕВА:  Нагишом что ли?
СВЕЧКИН:   Бывает и нагишом. Мы уж привыкли.
ДОКУЧАЕВА:  Я что-то не пойму -  куда я попала?… Вы, Антон Семёнович, такие страсти рассказываете, будто наступил  конец света.
СВЕЧКИН:  Он самый! Армагеддон! Но мы вроде как живы ещё. Надолго ли?  Всё даты назначают – то в пятницу, то на май месяц передвинут конец этот. Мы уж устали ждать.
ДОКУЧАЕВА:  (с жалостью смотрит на Свечкина)  Бедные вы, бедные! А жена ваша – такая же дама, или другая какая?
СВЕЧКИН:  Нет у меня жены. Пока по морям бегал, женщины мои уходили к другим. Не скажу, что  плохие были. Просто ждать не умели…а, может, не хотели.
ДОКУЧАЕВА:  (утирает платочком глаза)  Видно, не любили по-настоящему. Вы ужасно меня расстроили своей историей, господин  Свечкин. Жаль вас. Ах, как жаль! И человек, я вижу, хороший. Просто, фортуна от вас отвернулась.
СВЕЧКИН:   Фортуна!? И не говорите! Это такая бестия! Так и скачет от меня, так и скачет!  Как не ловил её за хвост, ни разу не поймал. И с ролью вот не получилось. Знали бы вы, дорогая графинюшка, сколько я книг перечитал про эти привидения, фильмы про  ужасы пересмотрел, а вот не получилось.  Видать, куражу нету!
ДОКУЧАЕВА:  (решительно) Ну, что ж. Будет вам приведение! Да ещё какое! Век будут помнить графиню Докучаеву…
СВЕЧКИН:  (Срывает с головы парик и размахивает над головой)  Э-э-эх! Матушка!  Мы им ещё покажем, страху-то нагоним! А? Йо – хи - хо! И бутылка рому!
ДОКУЧАЕВА:  (восхищённо)  Каков молодец!
Затемнение.


                                  Д Е Й С Т В И Е   В Т О Р О Е.


                                         КАРТИНА ЧЕТВЁРТАЯ

Утро. Тот же холл. Люба пылесосит диваны. Камин весь измазан сажей, а у старого графа на портрете  появились  рожки.

ЛЮБА:  Какая грязь! Будто сто чертей пробежало. И камин весь испоганили. Попробуй теперь отмой! А Семёныч спит, небось, без задних ног. Намаялся за ночь.

Открывается входная дверь. Заходит Свечкин с метлой в руках,  улыбается Любе.

ЛЮБА:  Привет, Семёныч! Лёгок на помине!
СВЕЧКИН:    Доброе утро, Люба! Как спалось?
ЛЮБА:  Прекрасно!  Всю ночь спала, как убитая. Слышала сквозь сон какой-то шум, но ничего не разобрала…А ты как? Всё идёт по плану?
СВЕЧКИН:  Как по мне, то всё отлично.

Уходит с загадочным видом. Люба протирает камин и сажа мгновенно исчезает. Вбегает возбуждённый ЖЕЛТКОВ.  За ним следом жена ТАША.

ЖЕЛТКОВ:   Вы уже здесь?  Просто безумие какое-то!
ЛЮБА: (испуганно) Что такое?
ЖЕЛТКОВ:  Да, призрак ваш! Думал, здесь шутки будут, приколы всякие, голоса… Ну, как в первоапрельском дураке… А у вас всё по-настоящему!
ЛЮБА:  То есть?
ЖЕЛТКОВ:  Ваше привидение оказалось настоящим!
ЛЮБА:  Шутите!
ТАША:  Какие шутки! Вначале было, как в плохом кино –  скрип дверей, топот в коридоре, стоны и всё такое...  Мы с Серым поржали немного, но потом…
ЛЮБА:  Что потом?
ЖЕЛТКОВ:  (вытаращив глаза) Потом явилась ОНА…
ТАША:  Графиня!
ЛЮБА:  (роняет щётку) Мама дорогая! Не может быть…
ЖЕЛТКОВ:   Ещё как может! Графиня! Я глазам своим не поверил! Мы смотрели фильм, и тут  она…сквозь стенку прошла…
ЛЮБА:  (крестится) О, господи!
ТАША:  Вот этими  глазами видела! (тычет себя в глаза) Кидайте в меня тапками, но я не вру.
ЖЕЛТКОВ:  …прошла и зависла в углу, возле телевизора. А там эротику показывали. Она погрозила так пальчиком…типа «ну – ну – ну!»… и выключила телевизор.  Мы так и застыли на месте. (ТАШЕ) Скажи?
ТАША:   Честное пионерское!
ЛЮБА:   А потом?
ТАША:   Потом  ушла… сквозь стену. Как и не было её! Вот такушки!
ЛЮБА:   Какой кошмар! Я бы умерла от страха. Так вы что - недовольны?
ТАША:   Да нет же! Мы в восторге! Причём, в полном… А я дура ехать не хотела.
ЛЮБА:   Вот это почин!  Поздравляю вас, господа. Вы первые гости нашей  гостиницы, кого посетило привидение. Скажите - вам не было страшно?
ЖЕЛТКОВ:  Жутковато, конечно, но до чего цепляет! Просто мороз по коже. Я уж и кумовьям позвонил, и коллегам, всё рассказал, но они дураки не верят, думают, что я их разыгрываю. 

Мимо конторки пробегает рассерженный АЗАРЯН с этюдником. Уже возле двери он останавливается и сердито машет в сторону Любы. Входит ВАРЯ.

АЗАРЯН:  Безобразие! Какой-то инфернальный балаган, а не отель! Я буду жаловаться в прокуратуру!

АЗАРЯН выбегает на улицу, хлопнув дверью. Все растерянно смотрят вслед.

ЛЮБА:  Что это с ним? Человек сам не свой.
ВАРЯ:  Извините его. Он всю ночь не спал. Перенервничал…
ЛЮБА:  А что случилось?
ВАРЯ:  Да как вам сказать. Это касается привидения…
ЖЕЛТКОВЫ: (вместе) И у вас была?
ВАРЯ:  (кивает) Была.
ЛЮБА:  И как вам? Понравилось?
ВАРЯ:  Мне – да! А вот супруг остался недоволен.
ТАША:  А он когда-нибудь, бывает доволен?
ВАРЯ:  (качает головой)  Трудно сказать.

Заходит ПОЛКОВНИКОВ, довольно насвистывая, потирает руки.

ПОЛКОВНИКОВ:  Всем доброе утро!  Милые дамы, не подскажете когда завтрак?
ТАША:  (отмахивается) Нам сейчас не до того.
ПОЛКОВНИКОВ:   А зря. Я знаете, привык следовать своим желаньям. Иногда вдруг страстно захочется то свежих раков, то жюльен из креветок, то украинского борща с пампушками и чесночком. А то просто спасти чью-то душу. Разве не хорошо? (смотрит на ВАРЮ с улыбкой)
ВАРЯ:  (зачарованно) Это прекрасно.
ЖЕЛТКОВ:  Доброе утро, дружище. Вот, обсуждаем прошедшую ночь.
ПОЛКОВНИКОВ:  А что случилось?
ТАША:  Вы что? Ничего не слышали?
ПОЛКОВНИКОВ:  Слышал лай собачий, чей-то хохот, а потом уснул как убитый и вот только что проснулся.
ТАША:  Ну, вы даёте!  Лай собачий он слышал... Мы тут с привидением сражались, а вы всю ночь храпели и пропустили самое интересное.
ПОЛКОВНИКОВ:  Так уж и сражались... А по вам не скажешь!  Лица довольные,  будто миллион выиграли в лотерею.  Сознавайтесь, разыграть меня хотите? Только зря стараетесь, я человек реальный.  Хоть и люблю разговоры о потустороннем, но не верить же в них, прости господи.
ЖЕЛТКОВ:  Как хотите, только это истинная правда. Вот вернётся господин Азарян – его и спросите, коль нам не верите. Уж он-то не соврёт!
ПОЛКОВНИКОВ:  Что да, то да, этот не соврёт. (смотрит на ВАРЮ, смущается) Простите  меня,  я про вашего супруга говорю.... Про отсутствующих принято либо хорошо, либо никак.
ТАША:   Как про покойников.
ВАРЯ:   Не переживайте.  Я привыкла.
ПОЛКОВНИКОВ:  (участливо) Вы-то сами как?
ВАРЯ:  Я в порядке.

Вбегает АЗАРЯН. Явно не в духе. Мечется по фойе.

ВАРЯ:   Дорогой, как ты поработал?
АЗАРЯН: Никак.
ЛЮБА: (радостно)  А как вам ночка? Говорят, было что-то потрясающее, совсем за гранью нашего понимания.
АЗАРЯН: (со злорадством) Абсолютно согласен, мадемуазель! Всё, что происходит здесь и сейчас, за гранью вашего понимания. Где вам понять, если вы тупы, как пробка. Вы же не люди, вы двуногие ничтожества, последнее звено пищевой цепочки... Но, к моему великому сожалению, таких как вы, кругом полно и от вас нигде не скроешься. Тем более, в таком сомнительном заведении, как ваш отель с привидениями.  Господи! Ну, какого чёрта я повёлся на уговоры и поехал сюда?

Люба плачет. ВАРЯ и ТАША пытаются утешить её. ЖЕЛТКОВ хмурится и подходит к  ЖЕЛТКОВУ близко.

ТАША:  Как вам не стыдно! А ещё интеллигент в шляпе.
ЖЕЛТКОВ: (Азаряну вполголоса)  Извинись перед девушкой. Видишь, вся в соплях сидит.
АЗАРЯН:   И не подумаю.
ЖЕЛТКОВ:  Ещё раз повторяю. Извинись, подонок, а то я тебя в тёмном коридоре начну  перевоспитывать, по-простому... языком жестов.
АЗАРЯН:   Понял, иду. 

АЗАРЯН почти бегом отправляется к плачущей Любе, уговаривает её, целует ей руки.  Люба вытирает глаза и уходит в подсобку. Желтков хмуро наблюдает за сценой примирения, как и все остальные.

ЖЕЛТКОВ:  Тот-то, Врубель недоделанный. Наезжать на слабых женщин, не велика доблесть.

ЖЕЛТКОВ уходит мрачный, взволнованная ТАША бежит следом за ним. Уходят все, кроме четы АЗАРЯН.

ВАРЯ:   (тараторит) Знаешь, милый, а я рамочки заказала, не все правда одинаковые, но в одном стиле и золотого цвета. Так правда будет лучше. Для привлечения положительного богатства, ну или хотя бы умеренного благополучия!
АЗАРЯН:  Какие рамочки? Что ты несёшь?
ВАРЯ:   Из пластика, ты же сам говорил, что будет хорошо...  по фен-шую.
АЗАРЯН:  Ничего я не говорил. Слушай, Варя, ты безумно надоела мне со своим фен-шуем. Ты это понимаешь?
ВАРЯ:   Это всё, что ты хочешь мне сказать?
АЗАРЯН:  А что ты хочешь слышать? Признание во всех человеческих грехах? Хорошо, признаюсь! Это я потопил Титаник, убил Мату Хари и президента Кеннеди, украл и спрятал в пещере Гималаев янтарную комнату. Что ещё ты хочешь услышать, милая?
ВАРЯ:  Скажи, Юлик, ты меня ещё любишь?
АЗАРЯН:  Господи, прошу – не называй меня этой кличкой.  Я тебе не Юлик!
ВАРЯ:   А кто ты мне? Сосед по номеру? (плачет) Боже, как я несчастна!
АЗАРЯН:  О, господи! Снова ты про счастье, любишь, не любишь.  Так не бывает, пойми, Варвара.  Счастье длится секунды,  а ты хочешь постоянно быть счастливой. Всё это бред и блажь! Пойми, дурочка, жизнь это бремя, которое мы тащим на себе, тяжёлое и гнусное... И кто тебе обещал, что жить это весело? Придумали себе счастье и носятся с ним как бабка с телевизором. Всё ждут чего-то, а там пусто, одна болтовня и обман.
ВАРЯ:  Ты так и не ответил на мой вопрос.
АЗАРЯН:  Хватит на сегодня вопросов и ответов. Прямо викторина какая-то, а не день. И самое главное... Твоё поведение этой ночью было просто за гранью.  Никогда не прощу этот твой издевательский смех. Ты была просто омерзительна. Поняла? Всё, довольно с меня.

АЗАРЯН в бешенстве покидает фойе и уходит наверх. ВАРЯ садится в кресло, не в силах двинуться с места. Через пару минут появляется АЗАРЯН с этюдником и чемоданом.

ВАРЯ:  (бросается к нему) Ты куда?
АЗАРЯН:  Я уезжаю. Прощай, Варвара.
ВАРЯ:    А как же я? Подожди меня, я только схожу и быстро соберу вещи.
АЗАРЯН:  Ты остаёшься.

АЗАРЯН уходит. ВАРЯ в растерянности стоит посреди фойе.

ВАРЯ:  Боже мой! Боже мой!(жалобно) Он меня бросил? Что же мне делать? Как я буду жить дальше?
Затемнение.

                                                       КАРТИНА ПЯТАЯ

Вечер того же дня. В фойе сидят ЖЕЛТКОВЫ, заходит ВАРЯ, минутой позже заходит ПОЛКОВНИКОВ, рассаживаются кто куда.

ЖЕЛТКОВ:  Ну, что, родная, завтра домой? Всё, что хотели, увидели, заглянули в бездну небытия, даже тараканов погоняли. Как приедем, расскажем  знакомым, как тут было весело. Уверен на сто процентов, что аншлаг здесь обеспечен, от гостей отбоя не будет!
ПОЛКОВНИКОВ:  Вот так и делается реклама. И как! При помощи простого сарафанного радио.
ТАША:  Смешно сказать, но уезжать совсем не хочется. Одно утешает - через неделю я еду в Париж!
ПОЛКОВНИКОВ: (в сторону) Боже, спаси Париж!
ВАРЯ:  Счастливая вы, Таша. Я всю жизнь об этом мечтала, но Париж не для меня! Я и сюда-то попала абсолютно случайно. Моя двоюродная тётка хозяйка гостиницы, позвонила и предложила номер за полцены, боялась, что в первый заезд люди не приедут. Господи, как я была рада! Новые люди, хоть какие-то впечатления в моей унылой жизни... Я так вдохновилась, что уговорила Юлия Константиновича приехать и вот, что из этого получилось. Господи, как это ужасно!
ТАША:  И что тут ужасного, душа моя?
ВАРЯ:  А вы не в курсе? Я думала, все уже знают. Мой дорогой Юлик уехал в страшном гневе и бросил меня одну, практически без денег. Даже не знаю, как домой  добираться. (со вздохом) Я ведь практически нигде не бываю. Просидела столько лет за каменной стеной и этой стеной был мой Юлик. Когда-то ради мужа, я бросила музыку. Он был против того, чтобы в доме стояло пианино, для занятий живописью нужен простор, атмосфера, место для работ, которые, почти  никто не покупал. А тут ещё моё пианино! Так и прожила двенадцать лет среди красок и холстов. Моя проблема в том, что я всё время живу чьей-то жизнью, а своей у меня никогда не было. Не доучилась, никуда не выезжала из города, общалась лишь с теми, кто у нас бывал. Детей Юлик не хотел, а я человек зависимый и всегда слушалась мужа. И вот результат – осталась у разбитого корыта, как старуха из сказки.
ТАША:  Я тебя не понимаю. Ты что, жалеешь? Ты радуйся, что вырвалась из этого ада. Столько лет терпеть и ради кого? Да, кто он такой? Он – никто!
ЖЕЛТКОВ:  Я не удивлюсь, если завтра он за вами явится или позвонит. В конце-концов, кому он нужен, кроме вас. Хотя и Азаряна могу понять. Человек приехал отдохнуть с женой, а ему такое унижение от какого-то призрака, тем более дамы. Такой афронт! Так вы точно не хотите к нему вернуться?
ВАРЯ:  Я и хочу этого, и боюсь. Да, нет, совсем не уверена.
ТАША:  И да, и нет... С ума можно сойти!  (общее молчание)  Слушай, Серый, у меня идея! А давай удочерим Вареньку, купим ей пианино, свозим в Париж. Ты ведь хотел девочку?
ЖЕЛТКОВ:  Таша, ты с ума сошла? Она же твоя ровесница. Я понимаю, что ты  чувствуешь. По сравнению с тобой, Варя беспомощный ребёнок и, ясное дело, тебе хочется её защитить. Пойми, я совсем не против помощи...
ПОЛКОВНИКОВ:  (решительно перебивает) Если позволите, Варенька, я вас довезу. Хоть до самого Парижа!
ВАРЯ:   Шутите? А мне совсем не до шуток.
ПОЛКОВНИКОВ:  Какие шутки, дорогая Варенька, если я в вас влюблён. С первой же минутки, как только увидел.
ЖЕЛТКОВ:  Что-то заканчивается, что-то начинается. Вечный поворот колеса судьбы.
ТАША: (в возбуждении) Ничего себе поворот! А я всё смотрю, что это вы за нашей Варей всё ходите. А тут выходит любовь!
ВАРЯ:  Боже, о чём вы говорите? Какая любовь на краю пропасти?
ТАША: (деловито) Так, давайте решать прямо сейчас. Или, ты Варя, едешь с нами, или с...
ПОЛКОВНИКОВ:  Николай Васильевич Полковников, если позабыли.
ТАША:  Или с Николай Васильевичем...  Решать нужно срочно, потому что завтра ехать, нужно заказывать билеты...
ВАРЯ:  (в отчаянии) Но я не могу срочно!
ТАША:  (вытаскивает денежку из сумочки) Ладно. Тогда бросим жребий. Чур! моя решка!
ЖЕЛТКОВ:  (ТАШЕ) Ну, ты мать даёшь! Человека разыграть решила. Она тебе что - вещь? Варя - человек доброй воли и не должна цепляться за первую, проплывающую мимо соломинку.
ТАША:  Ничего себе соломинка! Да это же яхта со всеми удобствами! Две яхты!
ЖЕЛТКОВ:  Таша, погоди минутку. Мы ведь не просто сидим и болтаем, тут решается судьба человека. Я что хочу сказать... Вы, Варя, сейчас в тупике – муж вас предал, не вынес контакта с привидением. Вы без денег, без сил, вам и так не сладко, а тут ещё мы наседаем – решай, да решай скорее... Вам бы абстрагироваться от всего и как бы взлететь над сценой, где разыгралась ваша драма, и посмотреть на всё это сверху. Оттуда вы увидите, что здесь и сейчас мир не кончается, что впереди ещё много миров, много невиданного, масса путей и открытий. Вы поймите, вы не жертва жестокого предательства, а человек, которому всё по плечу. Вы сейчас сами решаете свою судьбу, потому что вы свободны, Варя! И это главное. А кто первым подаст руку помощи, вам выбирать и помните, что это не значит зависимость и новое рабство. Это всего лишь помощь на первое время, без всяких обязательств. Я правильно говорю?
ПОЛКОВНИКОВ:  Известное дело.
ТАША:  Конечно, правильно! Со мной также было. Упала я однажды на перекрёстке, ноги в стороны, юбка задралась, народ ахает, руками машет, а я в ужасе, что так глупо опозорилась. Но вдруг что-то нашло на меня, как ты, Серый, говоришь – взяла и абстрагировалась от всего. Лежу себе и думаю - а начхать мне на всех, на вас, и на вас, подумаешь, колготки порвала... Встала и пошла, как ни в чём не бывало. Вот такушки!
ВАРЯ:  (ЖЕЛТКОВУ) Спасибо вам. Снова вы меня защищаете. Очень трудно оставаться собой и не превратиться в чью-то очередную игрушку. Боже, как трудно! Кто бы знал! Раз я бедна и никому сейчас не принадлежу, меня можно покупать или просто умыкнуть куда-то. Но вы, всё верно говорите! Теперь я свободна и больше никому не принадлежу.
ПОЛКОВНИКОВ: (ВАРЕ) Послушайте теперь меня, Варя. Всего два слова обо мне, прежде чем решить. Я человек простой, беспартийный, не привлекался, никогда не видел НЛО, никому ничего не должен, имею свою фирму по переработке мяса и молока в Московской области. Мне далеко до вас, такой утончённой, с моими примитивными страстями. Вы Варенька, ещё молоды и прекрасны, просто как майская роза, но если бы знали, как трепещет моё сердце при виде вас...(прикладывает руку к груди и вздыхает) Я вижу в душе вашей свет, который осветил мою дорогу. Раньше я просто жил, работал, любовался красотой, но моё сердце всегда было свободным и мне казалось, что счастье - это какая-то высшая материя, для других, особенных людей. Уж точно не для меня. Я многое повидал на свете, всё у меня есть, чего ж ещё желать то? Выходит, что ошибался. И вы не правы, Варенька, я не торгуюсь и не покупаю. Я предлагаю вам любовь и обожание. И если решитесь, обещаю заботиться о вас всю мою жизнь. Умоляю вас - подумайте хорошенько.
ТАША:  (утирает глаза) Прямо как в кино. Замолчите, Полковников, а то сейчас заплачу, тушь потечёт, а вы будете виноваты.
ПОЛКОВНИКОВ:  Не замолчу. Я не с вами говорю, а с милой Варенькой. Вы можете идти куда хотите, мы и без вас потолкуем. Правда, Варенька? (та согласно кивает)
ТАША:  Вот так всегда. Как поведёшь себя по - человечески, так сразу приглашают на выход (Мужу) Пойдём, милый, нам тут не рады. (ВАРЕ)  Слушай, дорогая, а что ты собственно теряешь? Соглашайся. Видишь, человек от любви умирает и твой человеческий долг спасти его. Мне кажется, это твой шанс. (ПОЛКОВНИКОВУ) Если вы договоритесь, я первая должна знать. ОК?
ПОЛКОВНИКОВ:  (с улыбкой целует руку ТАШЕ) Ташенька, вы - прелесть! Обещаю, что буду бороться до конца. Приду и доложу вам лично.
ТАША:  (встаёт, МУЖУ) Тогда пошли.
ЖЕЛТКОВ:  Идём, Ташенька. Что-то я устал сегодня, пойду, прилягу что ли. Хе-хе... Как говорится, старость не радость.
ТАША:  Хватит плакать. Бьюсь об заклад – в номере запоёшь другое. (Уходят)  Так я жду! А ты, голубушка, лови удачу! Может, ещё в Париже увидимся.
ВАРЯ:  (улыбается) Мне тоже этого хочется. (ПОЛКОВНИКОВУ) Так о чём мы с вами говорили?
ПОЛКОВНИКОВ:  О вас, дорогая. У вас полно времени для вольного выбора. И вот что хочу вам сказать. Даю слово, что никто и никогда вас больше не обидит.
ВАРЯ: Хотите правду?
ПОЛКОВНИКОВ: Да кто её не хочет!
ВАРЯ: Я ужасно заинтригована вашим признанием. Просто чёрт знает что вы тут наговорили! С ума можно сойти... Скажу честно - ваша откровенность подкупает, но посудите сами - не могу же я просто взять и согласиться!
ПОЛКОВНИКОВ:  А вы плюньте на все предрассудки и слушайте, что подскажет вам сердце!

ПОЛКОВНИКОВ берёт ВАРЮ под руку, они идут, тихо беседуя в глубину сцены, и исчезают в сгущающейся темноте.
ТЕМНОТА.

                                                  КАРТИНА  ШЕСТАЯ.

Свет понемногу рассеивается, появляется СВЕЧКИН, одетый в костюм привидения,  с цветком в руках. Навстречу ему  спешит ДОКУЧАЕВА,  они улыбаются друг другу.

СВЕЧКИН:  Наконец-то!  Вернулись, уважаемая Анна Петровна. А это вам презентик! (вручает ей цветок)
ДОКУЧАЕВА:  Ну, вы просто Дон Жуан, женский угодник!  Благодарю вас, мне уже сто лет цветов не дарили.
СВЕЧКИН:  Честно говоря, опасался, что не увижу вас больше.
ДОКУЧАЕВА:  (кокетливо)  Так вы скучали?
СВЕЧКИН:  Скучал. Мне с вами так хорошо, просто душа отдыхает.
ДОКУЧАЕВА:  Если живые ищут утешения у мёртвых, это о многом говорит.
СВЕЧКИН:   О чём же?
ДОКУЧАЕВА:  Что здесь ещё меньше радости и тепла, чем у нас.
СВЕЧКИН:  Пожалуй, так и есть. Я так устал, дорогая графиня! Весь день не спал, всю ночь не ел.  Тьфу ты! Совсем запутался.
ДОКУЧАЕВА:   Молитесь, батюшка! Бог поможет вам всё  преодолеть.
СВЕЧКИН:   Не получится. У меня врождённый атеизм.
ДОКУЧАЕВА:  (смеётся) И тут не повезло! Так вы мне расскажите, удалось напугать вашу публику? Я ведь не большой знаток в таких делах... Это вы у нас – профессор по части привидений.
СВЕЧКИН:  И не говорите! Штатное привидение и  абсолютно  бездарное. А вы, матушка, такого шороху наделали!  Настоящая актриса! Только о вас и говорят,  так вы всех  напугали.
ДОКУЧАЕВА:  (смущённо) Нашли актёрку. Не больно - то они и пугались! Смотрели с интересом, это было. Но чтобы пугаться… не заметила. Правда, пошутила маленько… с одним  господином в пижаме небесного цвета…
СВЕЧКИН:  С Азаряном? Он один и был недоволен, весь день  жужжал да ругался. А потом и вовсе сбежал, бросив жену без материальной помощи. Мне Любаша рассказывала – даже прокуратурой  грозился. Выходит, что вам грозился?
ДОКУЧАЕВА:  (С довольным видом)  Разумеется, мне. Больно он мне не понравился, этот ваш Азарян. Супругу свою изводил, просто поедом ел.  Я слушала, слушала, подобралась тихонечко, да и щёлкнула его по носу, он так подскочил в кровати.  Схватила его за пятки и давай щекотать. Он и плакал, и хохотал как  сумасшедший, умолял перестать, да я его не слушала. А потом взяла его шляпу да по самые уши и нахлобучила. Кричит ваш Азарян, ругается, на суд, говорит, подам! А на кого подавать-то? На привидение?  Подавайте  сколько угодно! А жена его Варвара  уж смеялась, так смеялась, когда я вытворяла с её супругом. И смех был таким торжествующим, счастливым… Давно, видать, не веселилась бедная Варенька. А потом заплакала.  Жалко мне её. Супруг мой, покойный граф, хоть и пустейший был человек, но сроду  мне не докучал.
СВЕЧКИН:  Тёмные были времена.
ДОКУЧАЕВА:  Не темнее вашего!
СВЕЧКИН:   Не надо меня уговаривать! Ни за что не поверю, что ваше время, было лучше нашего. Про вас мы всё знаа-аем! И бесчинствовали, и народ угнетали… В книжках читали, в школе проходили! Вот у нас… у нас…
ДОКУЧАЕВА:  Да что у вас такого, чему бы я позавидовала? Ну-ка, расскажите.
СВЕЧКИН:  Да, всего и не перечислишь. Ну, вот… хотя бы телевизор!
ДОКУЧАЕВА:  Эка невидаль! Картинки мелькают. Срамота одна, да и только! Да мы на Рождество сами живые картины показывали. И не только на Рождество.
СВЕЧКИН:  А мы вот…
ДОКУЧАЕВА:  (перебивает) Вот, да вот… И сказать-то нечего! Шляется по ночам, весь в паутине, призрака  изображает. Есть чему завидовать! Добрые люди спят в эту пору. В наше время во всем был порядок. И в доме, и в государстве. Сверху – Бог, потом царь, после – хозяин, а внизу -  простой народ. У вас-то не так?
СВЕЧКИН:  (чешет голову) Дай подумать, матушка. Как бы сказать, чтоб не соврать… Выходит, как по вашему, так  и по нашему. (загибает пальцы) Бога мы себе вернули, царя тоже, а хозяин тут как тут – сам объявился, по наши рабские души… Выходит, и теперь  всё по- старому.
ДОКУЧАЕВА:  А ты перечишь, морская твоя душа…Людей не изменишь, какими были, таковыми  и останутся. Только облик поменялся, дубовые двери – на бумажные, кругом всё резиной воняет. Паутина и та не настоящая! Чую – галошами от неё разит. А едите что?  Небось, тоже галоши?
СВЕЧКИН:   (вздыхает) Галоши, матушка, только с другим запахом.  Вроде как едой пахнет, а так – натуральные галоши!
ДОКУЧАЕВА:  Святая заступница! Спаси и помилуй! Не дай бог никому так жить. Виданное ли дело! А мы с покойным мужем всё больше рябчиков, да окуней в сметане кушали. Что даст природа, то и едим! Бывало, пирогов Авдотья настряпает с разными ягодами, да с печёнкой. Наливочка всегда  на столе, настойки разные. Всё своё, домашнее, из сада - огорода…
СВЕЧКИН:   Довольно! Хватит издеваться над несчастным человеком!
ДОКУЧАЕВА:  Простите! Вы же говорили, что голодны. Как же вас хозяйка не кормит? Мы своих работников досыта кормили.
СВЕЧКИН:  Так, то людей! А я ведь не человек. Я - привидение! Ну, почему я не умер маленьким? Слушайте, так есть хочется после ваших разговоров, чую ещё немного и я труп! Помню – у Любаши печенье в столе лежало. Погрызу немножко, чтоб до утра продержаться. (достаёт и грызёт печенье) Хотите? Правда, в нём полно химии, разные ешки - неешки... Нет?
ДОКУЧАЕВА:  Вы позабыли, что я не живая?
СВЕЧКИН:  Верно. Извините, графинюшка. Ну, всё. Пора... Нужно идти  работать.

СВЕЧКИН без энтузиазма, обречённой, шаркающей походкой идёт к щитку и включает «шумы»:  на улице ухает филин, по зданию слышатся вздохи, стоны. Графиня смотрит на него со скептической усмешкой.

ДОКУЧАЕВА:  Как это глупо! Хочу заметить, вы ужасно бездарно изображаете  старого графа. Совсем неубедительно! Эта дурацкая шаркающая походка, ужасный грим, а костюм – ниже всякой критики.  Граф был красавец и франт, глаз соколиный, усы торчком… Огонь, а не мужчина! А какой был дамской угодник! Куда вам до него!
СВЕЧКИН:  Вы уж разрисовали! А на портрете –  развалина, обычный старик.
ДОКУЧАЕВА:  Так это не его портрет. Это мой второй муж, тот, что умер от грудной жабы. А граф был такой!…женщин, игру  любил. Страстный был  игрок граф Пётр Васильевич, кутила и мот. Все мои денежки  промотал, чёрт усатый!
СВЕЧКИН:  А мне сказали, что он мятежник был и декабрист, и погиб за идею...
ДОКУЧАЕВА:  Вот уж насмешили! Нашли фрондёра! Это не про моего Петеньку сказано! Докучаев скончался совсем не старым, сорока пяти ещё не было. Только умер не на эшафоте, как народный герой, а в долговой яме. Простудился и помер, царство ему небесное…
СВЕЧКИН:   А как же вы?  Вдова, стало быть?
ДОКУЧАЕВА:  Я? Да что вы на меня так смотрите, С жалостью… Я пережила его на двадцать лет. В тысяча девятьсот семнадцатом скончалась. Церковь к тому времени закрылась, меня не отпели, вот я и осталась одна в доме хозяйничать.
СВЕЧКИН:   Вот оно как было! 
ДОКУЧАЕВА: Я и раньше говорила как было, да только вы не слушали… Но это потом. А после смерти графа я ещё замуж выходила… Я ведь хороша была собой.
СВЕЧКИН:  Вы и сейчас в прекрасной форме.
ДОКУЧАЕВА:   Во втором браке нажила ещё четверых деток.. Всего было семеро.  Второго мужа тоже схоронила. Терентьев Акакий Сафронович.  Хороший был человек. Конечно, не графского роду, но с ним я была в покое.
СВЕЧКИН:  Терентьев, говорите? А детки ваши тоже были Терентьевы?
ДОКУЧАЕВА:   А как же. На отца записаны. А что вам за интерес?
СВЕЧКИН:  Матушка моя  была из Терентьевых. Много их было и все из наших  краёв.
ДОКУЧАЕВА:  (ПАУЗА)  Из наших, говорите… Может Антон Семёнович, вы мой потомок?  Праправнук?…
СВЕЧКИН:  (долго молчит) Даже не знаю, что и сказать. Не хочу быть вашим пра-пра…
ДОКУЧАЕВА:  Правда? И мне не хочется...  пра-пра… Я ведь ещё не слишком стара?
СВЕЧКИН:   Дама хоть куда!  Хоть туда, хоть сюда. Вы такая, такая... да, я бы умер за вас!
ДОКУЧАЕВА:  Так зачем же всё портить? Мы ещё с вами повеселимся, Антон Семёнович! Ещё напугаем немало душ!
СВЕЧКИН:  Ещё пошуршим с вами. Ох, пошуршим! А, может, лучше станцуем? Как вы на это смотрите, дорогая Анна Петровна?
ДОКУЧАЕВА:  А, давайте! Устроим маленький домашний бал. Только вы и я! Я больше чем сто лет не танцевала. Да и сказать по правде, откуда в нашей глуши приличные кавалеры?

СВЕЧКИН подаёт  ДОКУЧАЕВОЙ  руку, они  танцуют вальс. Музыка всё громче, герои   увлечены друг другом и не замечает, как на шум собираются сонные постояльцы, которые с удивлением смотрят на странную пару.



КОНЕЦ


С автором можно связаться по эл.почте: marula@bk.ru


Рецензии
Вероника, замечательная комедия получилась! Прочитала с удовольствием! Дай Бог счастливых поворотов судьбы всем героям! С улыбкой и наилучшими пожеланиями, Алёна.

Алёна Токарева   12.01.2017 00:04     Заявить о нарушении
Спасибо, Алёна, за добрые пожелания! Дай Бог всем нам счастливых поворотов судьбы!

С теплом

Вероника Бережнёва   12.01.2017 00:56   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.