Короткая память окончание

Вернувшись из города, Сосюра пребывал в наилучшем расположении духа. Ещё бы, ведь барыш, вырученный от реализации  припасов Калины, превзошёл ожидания. Оксана, упоминая охотника, наседала на мужа: «держись его, пригодится». Никишка, и без того захаживающий под разным предлогом,  вовсе зачастил  к старожилу. И не то чтобы дружба завязалась между ними, скорее наметилась  связка в отношениях.
 
Дальние поездки стали регулярными, и всякий раз перед ними Сосюра встречался с охотником. Прошло не так много времени, а Никишку не узнать – приосанился, вроде как ростом стал выше в барсучьей шапке, одет по-городскому, и даже походка стала уверенней.

В один из вечеров   застал он Калину за чтением старинной книги, удивлённо покосился на огромный фолиант, хотел было отпустить шутку, да стушевался от строгого взора хозяина. Вместо вопросов достал из-за пазухи бутылку, замялся:
-Розговор е.
Калина освободил стол, кивнул, приглашая гостя. Тот начал сразу, без  обычных дальних подходов, хотя неловкие движения выдавали внутренний трепет, непроизвольно возникающий под прямым взглядом Калины.
- Дывлюся, я на тэбэ, Калына и не розумию. Усэ пры тоби. И умный и вызучий . Дило знаешь . Добро само в рукы прэ, а жывеш ны шибко богатэ. Чёго так?
- Так в две ложки есть не будешь, две шубы враз не оденешь. Всё, что надо для жизни имею, а большего… К чему? На тот свет с собой не возьмёшь, - усмехнулся Калина.
- Так-то оно так, но  жизня одна. Хочиця ны перыбываця с хлиба на воду, а  пожить всласть, шоб на широку ногу. Кишка худа? Сам россуды, скилько звирьря добувайшь, а сбуть куда? Госзакупок ныма, а пырыкупщикы в последний раз колы булы? То-то! Мыдок, рыбка – всёго повно, а ты бильше хлопцив балуешь.А можэ нэма рядом того, хто б пыдсказав, научив, да прыглянув за добром, шо даром раздаешь? Ты скажи. За процент  хоть прыстрою. Всурьёз пыдняться можем. А колы деньжатамы  подмогнэшь, ны пожалкуй: на магазинчик, чи ще на шо - вовик не запамятую.
- Это спекуляцией предлагаешь заняться? Не, не моё это. Уволь, дорогой.
- Тю! Да яка ж цэ спекуляция, ды яка-людина? Цэ так – трошки для сэбэ. Оцэ ты всю жизню по тайги рыскаешь, а шо маешь, окромя ревматизму? Ну, хоть мечта у тебе е?
- Мечта есть, как не быть. Только пачкать её барахольными делами не стану, не хочу жить с оглядкой, чтоб перед людьми было стыдно. И не уговаривай! – обрубил концы Калина.


На исходе зимы стихли метели, дым из печных труб не висел столбом, а медленно растекался, теряясь в солнечных лучах. Возвращаясь из школы, Тимка залюбовался игрой воздуха и света, воображение дорисовывало одному ему видимые картины. Остановился, закрыв глаза. Поднял голову, на лице улыбка. Солнечные блики пробивались сквозь веки, щекотали, вызывали новые ощущения, близкие к восторгу. Снова вспомнился дядька Калина и… его мечта, ставшая  общей тайной. Охотник поделился заветным, вроде как невзначай, но Тимка-то понимал и без предупреждения: до времени нельзя болтать лишнего. Пока нельзя. А хотелось, хотелось рассказать о достойной цели, которой заразился и сам. Сделалось грустно. Перепады настроения стали привычны.

 Он скучал по  старшему другу. До боли под рёбрами, до спрятанных слёз, до беззвучного воя в темноте. И страдал не по-детски от непонимания, теряясь в догадках, что же произошло. В его слишком короткой жизни не было опыта предательства. Ну, так - случались недоразумения в бесшабашных мальчишеских проделках, но это не то. Несерьёзно. Блуждая в лабиринтах мыслей, неизменно заходил в тупик. Лишь интуиция подсказывала, нет – Калина не предатель, вопреки тому, что внушали отец с матерью.
Родителей как подменили. Ни с того ни с сего - наотрез запретили общаться с Калиной. Мол, жаловался на Тимку, что постоянно шастает, отвлекает. Колдун и чернокнижник, а его умение править скот и людей - от нечистого. Лучше с ним не встречаться, кто знает, что у старого шептуна на уме. Бдительно следили за сыном, пресекая попытки встреч. «Неправда! Калина – не колдун!», - пытался защищать Тимка, за что и получал тумаков. Наговоры не убеждали и злили.  Уловив момент, тайком пробирался к дому охотника, но двор пустовал, а окна, прикрытые ставнями, лишь усиливали беспокойство.


Сплетни, что плесень – появляются ниоткуда, расползаются, как мыши, грязнят честное имя. У колодца собрался женский «консилиум». Перетирали новости, громкоголосая Оксана спорила:
-Говорю вам, против Бога всё это. Колдун, как есть колдун. Тоже мне авторитет… Скотину лечит, шо ж, тогда жену загубил, коль такой мудрый, да хороший?
- Окстись, Оксана, - возражали ей, -  тот високосный год по сей день не забыть. В тайге пожарище страшное, огонь-то стеной подходил к селу, техники не хватало. Считай, все мужики сутками тушили. Там и сын Калины пропал, как ни искали, а не нашли ни живого, ни мёртвого. В это время - самый сплав, у баржи затор образовался, так наши бабы бадога в руки и взялись разруливать. Чай не впервой мужицкое дело справлять. Около Насти «крокодил» вынырнул да шибанул, зацепил под воду. Чуть не задавило, еле вытащили из-под брёвен. Недолго мучилась наша красавица-певунья. Когда Калина вернулся, уж поздно было, Настя будто только его и ждала, чтоб прибраться. Был бы рядом, как пить дать выходил.
Стих разговор. Повздыхали молча. Перед тем, как разойтись, кто-то вспомнил:
- Калина-то с Настей, по молодости, ох, и красивой парой были, шибко любили друг друга! Вот нате ж, какая петля в судьбе человеку выпала…

Тишина закралась в гостеприимный дом, накрыла ветошью напрасных ожиданий. Дыр много, а чувство вины без вины не находило выхода. Съедало изнутри. Чего раскис – ругал себя Калина, брался за дело и откладывал. Очередной раз подходил к окну, прислушивался, мнились шаги за дверью. Ан, нет. Спокойно всё. Только ветер гуляет по двору, да изредка дятел напомнит о себе размеренной дробью. По ночам ворочался, снилась Настя. Грустная. Звала, просила согреть, смотрела с лёгкой укоризной, напоминала. О чём? Просыпался в мороке, глядел в темноту. Никогда одиночество не было столь  тягостным, как сейчас. Прикипел старый к малому, как к последней отраде, а оно надо ж, как вышло.

В ночь на Страстной неделе жарко горел Калинин дом, до утра безумствовал красный петух. На пепелище, рядом с подпёртой дверью, торчал осиновый кол.
Верность – спутница дружбы приводила к месту трагедии. Теперь никто не запрещал Тимофею бывать здесь. Он удивился, когда заметил, что кол пустил корни и ожил тоненькой осинкой. На ветру и без ветра деревце трепетало, будто что-то пыталось сказать.
Высоко в небе кружила птица.
- Кииииииииииии...
С высоты птичьего полёта виделось, каким слепым бывает доверчивое сердце в своём одиночестве. До чего коротка, порой, людская память. Нестерпимо жаль. Жаль. Жаль.



Послесловие.
Сбудется мечта Калины: в таёжном селе засияет куполом часовня, одетая в деревянные кружева. В сумерках перемен для неприкаянных душ должно быть место примирения с Богом.



Благодарю за помощь в редактировании хуторян и
Владимира Теняева -  http://www.proza.ru/avtor/navspb


Рецензии
Что-то я пропустил... Здравствуйте Светлана! Каюсь, не усмотрел завершение прекрасного рассказа. Год прошёл. Впрочем, я редко бывал в инете. Но всё равно извиняюсь. Вы пожалуй, единственная на сайте, кто пишет в таком необычном стиле. Тем дороже мне Ваши творения. Вижу, здесь Вы отступили от своего правила - писать короткие вещи. Что же, попытка не пытка. Тем более, получилось достойное творение.
При должном усердии его вполне можно довести до филигранности. Осталось подождать чуть... и поменять финал. Чувствуется Ваше стремление, между строк написанное, наконец закончить его. Потерпите, время придёт. У меня картина в углу стоит недоработанная три года, убей, не хочу доделывать. Тоже жду, когда посетит чо-нибудь. Рассказик три месяца ждал сокращения и хорошего конца. Сегодня тиснул, загляните если будет время и желание (Молочные реки...). Не мучайтесь вопросом - быть не быть. Есть нужда, пишите, нет, рисуйте, не рисуется, пойте, танцуйте. В истории литературы Вы и так отмечены. Осталось искать пути к совершенству, а ему, известно, нет предела. Достаточно лишь одной вещи, сделанной как надо, и можно считать свой труд незряшным.
А желание поделиться с окружающими радостью от завершения литературной вещи мне вполне знакомо. Я этот рассказик раз пять выставлял и удалял. Всё время радовался. Зато читателей сколько набежало!
Если я не пишу, хуже от этого не становлюсь. А перечитывая Ваши рассказы и рецензии, я думаю о том, что вот, живет прекраснодушный человек почти рядом и от этого становится на душе тепло и радостно!
Муза приходит и уходит, а мы остаёмся. Во Всяком случае - пока.
С поклоном и душевным трепетом.

Влад Медоборник   28.10.2017 13:33     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Влад!
Душевное спасибо за понимание и участие, за добрые слова – настоящие, не между делом. Искренность - такая редкость в наше время.
Конечно, Вы правы, хотелось быстрей довести до ума, то есть закончить недописанное. Но видно, упустила время, запал прошёл, мелодию потеряла. Получилось, наверное, не совсем.
В творчестве нужна полная самоотдача, иначе получается халтурка или около того. В общем, хватает меня только на крохотки)))))))))
Землячка,

Светлана Климова   28.10.2017 15:54   Заявить о нарушении
В наше время скромничать неприлично. "Крохотули" - скажите тоже! Это концентрированное до размеров чёрной дыры выражение помыслов автора, сгусток его душевной энергии, заключенный в немногие строки, волнующие ум и кровь читателя. У Вас такие вещи есть и достаточно.
С почтением.
Земляк.


Влад Медоборник   28.10.2017 16:54   Заявить о нарушении
Виноват - "крохотки".

Влад Медоборник   28.10.2017 16:58   Заявить о нарушении
Вот - вот, буду концентрировать, замахиваться на Объёмные тексты рано, терпения не хватает)))))))

Светлана Климова   28.10.2017 17:15   Заявить о нарушении
На это произведение написано 18 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.