Адам Триединый. Фрагмент для ознакомления

АДАМ ТРИЕДИНЫЙ

Фрагмент. Полный текст входит в книгу «Квота». Купить ее можно в таких магазинах, как «Литрес» и «Озон». Подробнее на моем сайте (ссылка внизу страницы) и на сайте издательства «Ридеро» https://ridero.ru/books/kvota/
Небо было чистым, без намека на облачко, и неестественно ярко-синим, словно готовилось к съемкам в порожденном кислотным сознанием рекламном ролике. Солнце было в зените, но, несмотря на это, его свет почему-то не слепил, и я мог спокойно наблюдать за парящим в небе крестом. Крест был гностическим: плоским, широким, с кольцом над перекладиной, через отверстие в котором лежащий на кресте человек мог смотреть вниз.
Человек и крест были единым целым, этаким небесным кентавром, который с легкостью совершал немыслимые маневры, попирая законы физики, что роднило его с НЛО и китайскими драконами.
Я лежал на спине на теплой, мягкой земле в зеленой сочной траве и смотрел на полет креста. Я словно был его тенью, и каждый маневр, каждое даже еле уловимое движение отдавалось во мне целой гаммой по большей части приятных ощущений. Иногда, правда, во время особо дерзкого маневра кайф становился настолько сильным, что вызывал дискомфорт.
Я мог бы так лежать целую вечность, но после очередной мертвой петли крест резко рванул вниз, вызвав у меня сильный спазм мышц живота, почти коснулся травы, взмыл вертикально вверх и исчез в небе. От этого у меня в голове словно рванула водородная бомба. На какое-то время мои чувства отключились, а когда я пришел в ному, взвыл от тоски, так как вместе с крестом навсегда улетела очень дорогая часть моего естества. Наверно, только неприятие подобных слов мешает назвать покинувшую меня часть душой.
  Лишившись духа легкости, я стал настолько тяжелым, что земля подо мной сначала просела, а потом разверзлась, и я очутился в невообразимо огромной пещере. Несмотря на царящую там тьму, я отчетливо видел полчища висящих вниз головой безликих людей, обвернувшихся черными кожистыми крыльями.
-Они ждут, - услышал я властный мужской голос и проснулся.
Открыв глаза, я увидел сидящую с ногами в кресле средней разожранности незнакомую женщину лет 30, одетую в похожий на мешок размером с пододеяльник с вырезами для головы и рук серый балахон. В чем-то похожем пугал воров живущий на крыше Карлсон. Сверху из мешка торчала круглая, поросшая короткими темными волосами голова с совершенно никаким лицом. Снизу – ступни в стоптанных посеревших от времени изначально белых шлепанцах.
На столе рядом с креслом лежала обложкой вверх раскрытая книжка с приторно улыбающейся парочкой на обложке. Женщина смотрела на меня с граничащим с шоком удивлением, словно я только что материализовался на кровати рядом с ней.
-Привет, - выпалил я, растерявшись.
В ответ она с необычайной для своей комплекции легкостью подпрыгнула в кресле и выдала скороговоркой:
-С пробуждением! Сейчас позову наставника.
Затем рванула из комнаты, потеряв на пороге правый шлепанец.
«Да, золушки уже не те», - подумал я, вспоминая позднее эту сцену. Тогда же ее поведение настолько меня ошарашило, что я на автопилоте вскочил с кровати и помчался за ней. Мы пронеслись в конец короткого широкого коридора и помчались, прыгая через несколько ступенек, вниз по деревянной лестнице с резными перилами. Судя по тому, что она вела только вниз, мы были на верхнем этаже. Этажом ниже мы чуть было не сбили с ног поднимающегося по лестнице мужчину. На вид ему было около 50. Высокий, худой, стриженный почти наголо. Лицо приятное, интеллигентное. Одет он был в такой же балахон, что и дежурившее у моей кровати приведение без мотора. В вертикальном положении это одеяние было примерно до колен.
-Он пробудился! – завопила сиделка, чуть не сбив мужика с ног.
-Я вижу, что пробудился, - слегка укоризненно ответил он. – Надеюсь, Катя не сильно вас напугала? – спросил он меня.
-Еще не понял, - окончательно растерялся я.
-Простите, - буркнула Катя и густо покраснела.
-Предлагаю пройти в вашу комнату. Там вы сможете привести себя в порядок, а потом мы поговорим, - решил мужчина. - Тебя, Катя, это тоже касается, - добавил он, заметив, что она наполовину босая.
Тут до меня дошло, что я не только стою перед ними в костюме Адама, но еще и демонстрирую утреннюю эрекцию. Я представил, как выглядел со стороны несущимся за Катей с хером наперевес, и почувствовал, что тоже краснею.
-Вы, наверно, идите вперед, а мы догоним, - решил мужчина.
Получив это благословение, я рванул к себе в комнату почти с той же скоростью, с какой несся оттуда. В шкафу висело несколько балахонов, один из которых я поспешил надеть. На полу шкафа стояли сандалии на липучках. Их я тоже надел.
Между спальней и общим коридором был небольшой тамбур с еще одной дверью, за которой я нашел санузел с унитазом, ванной и раковиной. В тумбочке над раковиной были шампунь, бритвенный станок с гелем для бритья и бальзамом после, зубная щетка и зубная паста. Все было в упаковке.
-Ничего, мужик, - сказал я своему отражению в зеркале, - скоро ты будешь вспоминать это с тем же удовольствием, с каким вспоминаешь былые конфузы.
После опорожнения мочевого пузыря на душе стало хорошо. Вернувшись в комнату, я сел на кровать и стал ждать гостей. Они появились минуты через 3. Войдя, мужчина сел в кресло, предварительно постучав и получив на это мое разрешение, а Катя, оставаясь за дверью, нащупала ногой шлепанец, надела и поспешила убраться подальше.
-Прежде всего, - начал гость, - позвольте извиниться за Катю. Она у нас барышня впечатлительная, и когда вы узнаете суть дела, думаю, легко оправдаете ее поведение.
Я не знал, что сказать, поэтому промолчал.
-Теперь позвольте представиться. Олег Владимирович. Но можете называть меня наставником, так как именно в этом качестве я приставлен к вашей персоне.
-Я что в больнице? – растерявшись от его слов, выпалил я, несмотря на то, что обстановка была совсем не больничной.
-Ну что вы, - рассмеялся он. – Мы хоть и можем показаться странными, но вполне адекватны.
-Извините, - смутился я. Он кивнул.
-Сейчас уже время обеда, - сообщил он, - поэтому я предлагаю ограничиться краткой версией происходящего, а уже потом поговорить обо всем подробно.
-Хорошо, - согласился я, внутренне напрягаясь от ожидания услышать какую-нибудь гадость.
-Да не волнуйтесь вы так. У вас все замечательно. Вы успешно прошли через ритуал перерождения. Это главное. А небольшие проблемы с сознанием в виде потери памяти и незначительной когнитивной неадекватности скоро пройдут.
-Я потерял память? – окончательно растерялся я.
-А разве нет? – удивился он.
-Не знаю, - признался я. Пока вы не сказали, я об этом не думал, но сейчас…
Я действительно не мог ничего о себе вспомнить, как герой дурацкой книги или кино. Клянусь, если бы я рассказывал выдуманную историю, то уж точно не стал бы использовать столь заезженный сюжетный ход, как пробуждение героя в незнакомом месте, да еще и со стертой памятью. Но что поделать, если судьбе иногда угодно имитировать не самые лучшие приемы искусства.
-Главное, не волнуйтесь. В вашем случае потеря памяти – вполне естественное и закономерное явление. Было бы удивительно, если бы вы что-то помнили. Тогда стоило бы опасаться каких-нибудь непредвиденных последствий, а так все идет, как надо, - заверил меня наставник.
-Меня чем-то накачали? – встревожился я.
-Ничем таким, что могло бы вам навредить.
-И все же?
-Давайте отложим разговор до вечернего чая. Поверьте, я не ухожу от ответа, но если я сейчас попытаюсь полностью удовлетворить ваше любопытство, мы рискуем остаться без обеда. Но если вы готовы пожертвовать едой…
Едва он произнес это слово, я ощутил страшный голод.
-Как это у вас получается? – удивленно спросил я.
-Что? – не понял он.
-Пока вы не заговорили о еде, я вообще о ней не думал, а сейчас голодный, как волк. И там, в коридоре. Если бы вы не сказали, я бы вообще не заметил, что голый.
-Это побочный эффект перерождения. Говоря современным языком, у вас сейчас происходит переустановка ПО, и мозг практически полностью занят этим процессом. Поэтому он не замечает ничего вокруг до тех пор, пока кто-то, в данном случае я, не привлечет к этому ваше внимание.
-То есть, меня все еще прет?
-Можно сказать, и так. А теперь пойдемте есть.
Обедали на превращенной в столовую веранде. Там стояло несколько столов, за которыми сидели люди. Центральный стол был зарезервирован за нами. Едва мы сели подали еду. В тот день на обед был рыбный суп, сытный салат из морепродуктов, фруктовый десерт и чудесный кофе.
Кроме обслуживающей нас официантки все были в балахонах. На ней были джинсы, зеленая маечка с абстрактным рисунком и симпатичные босоножки на низких каблуках. Она же была и единственным лучиком сексуальной привлекательности в этом царстве бесцветности. На вид ей было лет 25. Рост средний. Изящная. Длинноногая. Лицо красивое. Волосы длинные, окрашенные в красный цвет.
Пока мы ели, окружающие буквально пялились на меня.
-Не сердитесь на них, - сказал наставник, видя, что мне от этого не по себе. – Они впервые видят рожденного заново, а это для них, как просветленный мастер для искателей просветления.
-Я бы с удовольствием надавал им палкой по голове, - раздраженно сказал я.
Наставник улыбнулся.
-С вашего позволения мы вернемся к этому разговору за вечерним чаем, так как до этого мне нужно будет уладить несколько дел, - сказал он, когда обед подошел к концу. - Вы пока что можете осмотреться. Усадьба к вашим услугам, а любой человек на ее территории – ваш покорный слуга, так что обращайтесь в случае необходимости к любому из нас. Здесь для каждого служить вам – большая честь. Так что не стесняйтесь. Пляж у нас собственный, отличный. Вот только сегодня я бы посоветовал вам лезть в воду. Можете не рассчитать свои силы или еще что-нибудь...
-Понимаю. Это как бухать на пляже, - перебил его я.
-В смысле?
-Нередко люди гибнут по колено в воде даже после бутылки пива. Их развозит на солнце настолько, что они на какое-то мгновение теряют сознание, падают и делают рефлекторный вдох. Со мной может произойти что-то подобное?
-Не думаю, но денек лучше поберечься. За территорию усадьбы вам тоже лучше не выходить.
-Шаг вправо, шаг влево - шпагат?
-Ну нет, вы нисколько не пленник. Но представьте, что может случиться, если вы выйдете в люди в таком виде, да еще не зная, кто вы и откуда?
-Ну да, дурдом мне будет обеспечен.
-И раз уж заговорили об одежде... Мы носим хитоны на голое тело, так как это самое удобное здесь одеяние. Но если вы хотите что-то более привычное, только скажите.
-Я уже успел его оценить.
Подобные конструкции действительно отлично подходят для жары. Так одно время на даче я носил простыню, как некое подобие туники. (Пояснение для зануд: это и другие воспоминания появились значительно позже, и я включаю их в повествование уже постфактум) 
-А теперь, если у вас нет неотложных вопросов, позвольте откланяться. Как освобожусь, я вас сразу найду.
Усадьба меня впечатлила. Это была практически квадратная территория внушительных размеров. Одна сторона квадрата упиралась в берег окруженной скалами бухты с чистой водой и песчаным дном. Посторонних на пляж не пускали, поэтому на песке не было характерных следов пребывания отечественных отдыхающих. Так что там можно было лежать прямо на песке, не боясь нарваться на использованный подгузник, объедки или битое стекло. А можно было устроиться и на шезлонге. Был там и участок тени, которую создавали высокие раскидистые деревья, нижние ветки которых были срезаны до трехметровой высоты. Как  мне когда-то рассказывал знакомый грузин, они так делают для создания «высокой тени», так как только «высокая тень» создает прохладу. «Низкая тень» порождает духоту. В тени деревьев стояли три красивые беседки с очаровательными столами и стульями и с десяток шезлонгов. Когда я забрел на пляж, там нежилось на солнце несколько голых человек, что позволило мне сделать вывод о естественности здешних нравов. Чуть позже наставник подтвердил правоту моих выводов:
-Мы не заморачиваемся по поводу противоестественных моральных норм. Но если хотите, можете отдыхать на пляже в плавках. 
Я тоже ничем таким давно уже не заморачивался, и даже был в юности организатором купаний голышом в протекающей в наших краях речке. Тогда, правда, мы могли себе это позволить только ночью.
С трех других сторон, как гласит легенда, территория окружена высоким каменным забором. Узнать, насколько легенда соответствует истине, мешал растущий вдоль забора непроходимый колючий кустарник, который вкусно пах во время цветения и давал весьма недурственные напоминающие терн ягоды с непроизносимым названием. Большая часть территории была похожа на дикий экзотический лес, который лишь у самого дома превращался в ухоженный парк с газонами, клумбами, дорожками из дикого камня, скамейками и парой милых беседок.
Что находилось за пределами усадьбы, было непонятно, так как через броню из забора и кустов оттуда не пробивалось ничего вроде вопящей из машин музыки и прочих продуктов человеческой жизнедеятельности. Не знаю, кто как, а я ни разу в своей жизни не слышал, чтобы из действительно хорошей машины орал на всю улицу какой-нибудь струнный квартет. Только какой-нибудь рэп или блатняк, (что по своей сути одно и то же), причем, обязательно из подстать этой с позволения сказать музыке убитой колымаги, за рулем которой сидит промежуточное звено эволюции.
Есть версия, что прародиной человечества была не Африка, а территория России. В этом случае эволюционный путь превращения обезьяны в человека был дорогой не с пальмы на землю, а с березы, и отбрасывались во время него не только хвост и задние руки, но и лапти с кафтанами. В любом случае некоторым особям путь на землю преградили убитые машины с заточенными под рэп акустическими системами, в результате они так и остались тем промежуточным звеном эволюции, останки которого ученые безрезультатно ищут среди окаменелостей.
Дом был милым, трехэтажным, поросшим плющом и диким виноградом кирпичным зданием. В архитектурных стилях я не разбираюсь, но похожие дома показывают в кино об английской аристократии.
«Господская часть» третьего этажа состоял из 5 одинаковых номеров, с просторной спальней и ванной комнатой. Остальную часть третьего этажа и весь второй занимал обслуживающий персонал. На первом была кухня, столовая, несколько залов, бильярдная, библиотека и кинотеатр.
В спальне стояла удобная большая кровать, письменный стол, несколько кресел и шифоньер. Интернета и телевиденья в усадьбе не было.
Кроме главного здания на территории была еще пара каких-то непортящих общий вид сараев.
Обслуживающий персонал состоял из нескольких поваров, дюжины служанок, человек 10 садовников и где-то столько же вооруженных автоматами охранников. Главным над всеми был наставник.
Кроме охранников, работающих во дворе садовников и красивой официантки, все носили балахоны. Назывались они здесь почему-то хитонами. Надо сказать, что за исключением понравившейся мне официантки присутствующие женщины были настолько неинтересными, что их не сделала бы привлекательной даже самая крутая одежда.
Ложкой дегтя в этой бочке меда стало повышенное внимание к моей персоне буквально всех. Несмотря на то, что никто больше не реагировал на меня, как Катя, при встрече все пялились так, словно я был каким-нибудь рептилоидом или иным выходцем из другого мира.
Разговор с наставником состоялся за вечерним чаем, который нам подали в беседку, чтобы мы могли спокойно поговорить без лишних глаз и ушей. На этот раз прислуживала женщина неимоверных размеров, на которой хитон сидел чуть ли не в обтяжку. Было время заката, и солнце окрасило небо в психоделические тона. Неподалеку благоухали какие-то цветы, а сводный оркестр местной фауны создавал звуковой фон. Идеальные условия для романтического свидания. Разумеется, наша встреча с наставником была не из этой категории.
-Ну как вы освоились немного? – спросил он первым делом.
-Так, самую малость, - ответил я.
-Ничего, скоро почувствуете себя здесь, как дома.
-Скорее, как в раю, из которого меня выпрут в обозримом будущем, даже если я наотрез откажусь от любых плодов.
-Скоро у вас будет похожий дом.
-Да? И за какие заслуги?
-Вы дважды рожденный, и для всех нас это имеет огромное значение. Более того, все это, он сделал широкий жест рукой, - существует для таких, как вы. Мы лишь скромные ваши слуги.
-Не знаю почему, но меня это как-то пугает, - признался я.
-И зря. Здесь вам ничего не грозит. По крайней мере, с нашей стороны.
-У майя или ацтеков был обычай избирать на какое-то время на роль бога самого красивого юношу, окружать его роскошью, а потом через год убивать во время ритуала. Я, конечно, не Аполлон, но на вкус и цвет…
-Нам вы нужны живым и здоровым, и если позволите, я расскажу почему.
-Надеюсь, ваши слова окажутся не только убедительными, но и правдивыми, - съязвил я.
Наставник улыбнулся.
-История нашего сообщества, которое мы называем Орденом, уходит корнями в настолько глубокую древность, что больше похожа на мифологию...
-Как, собственно, и история, как таковая, - вставил я.
-Началась она со встречи основателя Ордена с Небесным Отцом, который явился перед ним во всем своем великолепии. 
Упоминание небесного отца заставило меня поморщиться, как от зубной боли.
-Я знаю, что у вас аллергия на небесных отцов, духовных учителей и прочую подобную публику. А заодно и на разборки Добра со Злом, но из песни слов не выкинешь.
-Я понимаю, - ответил я, решив не затягивать беседу ненужными придирками.
-А как вы относитесь к идее палеоконтакта? – спросил вдруг наставник.
Этот вопрос  заставил меня застыть на пару секунд от удивления.
-Если вы о том, что миром правят рептилоиды, то по мне так это чушь, хотя сам Дэвид Айк мне симпатичен. А если учесть, что большинство двуногих вряд ли пользуются более поздними отделами мозга, он в какой-то степени даже прав, - ответил я, «оттаяв».
-Роберт Темпл называл их земноводными.
-Жабами?
-Можно сказать и так.
-По мне так это еще забавней.
-И, тем не менее, контакт с внеземными существами не только имел место быть, но и продолжается до сих пор. Я понимаю, что в это трудно поверить, но скоро вы сможете убедиться в этом на личном опыте.
-Меня ждет экскурсия по летающей тарелке? – съязвил я.
-Нет, но Небесный Отец, с которым вам вскоре предстоит встретиться, и с которым вы уже встречались, но забыли об этом, является таким существом.
-Хотите сказать, я в гостях у инопланетянина?  - спросил я.
Разговор начинал меня нервировать, так как наставник на полном серьезе нес эту чушь. От человека, который искренне верит в такое, можно ждать чего угодно, а тут, судя по всему, такими были все.
-Я понимаю, как это для вас звучит, но скоро вы сами сможете во всем убедиться. Пока же можете отнестись к моим словам, как к легенде, если вам так больше нравится.
-Хорошо, - согласился я, опасаясь с ним спорить.
-Несколько тысячелетий назад основатели Ордена вступили в контакт с внеземным разумным существом, которое назвали Небесным Отцом, так как оно прибыло к нам из космоса, то есть с Неба, где Небесные Отцы проводят большую часть жизни. Говоря современным языком, они надолго покидают тело и странствуют по астральным мирам.
-Значок ВТО на груди у него, - вырвалось у меня.
Наставник улыбнулся.
-Такой образ жизни делал Небесных Отцов крайне уязвимыми, так как, пока их сознания бороздят Небесные дали, тела пребывают в состоянии глубокого анабиоза. Поэтому они и обратились к людям с предложением заключить союз или Завет, согласно которому люди обязуются в течение 10 лет заботиться о телах Отцов. За это Отцы обязались навсегда забирать после окончания этого срока заботившихся о них людей на Небо. 
Кроме этого на людей было возложено еще 2 задачи: Найти и подготовить достойных преемников и найти влюбленную пару, чья энергетика, говоря современным языком, позволит им слиться воедино в Небесном Союзе.
-Так вы хотите меня сосватать?
-Ваш брак уже состоялся. Только вы об этом не помните. Как и о предыдущих наших беседах на эту тему.
-Тогда где моя половинка?
-Вы уже стали единым целым.
-Понятно. Медовый месяц мне не светит.
-В обычном значении нет. Но позвольте дорассказать.
-Да, конечно, извините.
Когда Отец Небесный вернулся в наш мир через 10 лет, все было сделано. Убедившись в этом, он соединил влюбленную пару в Небесном Союзе в единое целое, сотворив тем самым полновесного человека.
-Как у Платона?
-Основой описанного им мифа, как и многих других мифов и ритуалов, является полученная в результате утечки фрагментарная информация с последующей ее профанацией. Копируя форму, люди не понимали суть, отсюда такое количество совершенно нелепых нагромождений среди так называемых духовных знаний.
-Это как карго культ на тихоокеанских островах. В годы войны там были военные базы антигитлеровской коалиции. Обеспечение всем необходимым осуществлялось с воздуха. Часть вещей и еды военные отдавали местным дикарям. Потом война закончилась. Военные с островов ушли. А когда туда через какое-то время зарулили цивилизованные люди, они обнаружили, что дикари начали имитировать действия солдат с целью привлечь внимание больших железных птиц. Они расчистили взлетную полосу, наделали самолетов из веток, по ночам жгли сигнальные костры. И так далее.
-Вы правы. Утечка информации стала причиной возникновения целого ряда сотворенных по этому же принципу культов. Но вернемся к теме. После того, как человек стал наполненным, Отец Небесный вложил в него часть своей Небесной души, объявив после этого того человека своим полноправным Сыном. Со временем Сын сам стал Отцом, породив таким же способом через 10 лет своего Сына. Так продолжалось до наших дней, и сегодня Сыном Отца являетесь вы. Теперь вы понимаете поведение Кати и других людей?
-Охренеть! – ошалел я от услышанного. – Живой Сын Небесного Отца! Надеюсь, вы не хотите заставить меня страдать за чьи-то грехи?
-Нет, конечно! Вы же не Митра в самом деле. И не Кришна с Осирисом.
-И не Кинг-Конг, - вспомнил я «Principia Discordia». - Ну хоть на этом спасибо, так как страдать я совсем не собираюсь.
-А вам и не придется. Описанное мной триединство позволит вам преодолеть силу притяжения материи.
-Отягощение злом?
-Можно сказать и так. Дело в том, что когда-то люди тоже были свободными путешественниками, но, попав на землю, они стали пленниками плоти или, как вы правильно заметили, отягощенными злом сознаниями. Чтобы преодолеть это притяжение нужна запредельная для обычного человеческого существа энергия, но благодаря вашему триединству и связи со многими поколениями Небесных Отцов вы не только сможете сами преодолеть эту силу, но и позволите нам отправиться на Небеса вместе с вами. Разумеется, после 10 лет верной службы.
-А как же осознанные сновидения и внетелесный опыт?
-Летающие рыбы тоже выпрыгивают из воды и пролетают какое-то расстояние по воздуху. Но разве можно сравнить их полет с полетом птиц?
-Понятно. Вот только я не чувствую связи ни с каким Отцом, - поспешил признаться я. Не люблю, когда от меня чего-то ждут, особенно, когда ждут невозможного.
-Это потому, что ваше преображение в Сына Небесного Отца требует времени. Это как замена одной версии «Виндовс» на другую. Вы сейчас находитесь в процессе активной трансформации, и пока, говоря языком традиции, мертвы.
-Так вы мой Аид! – рассмеялся я.
-Действительно, - поддержал он.
-Если я правильно понял, вы ждете, что я отправлюсь после всего этого бороздить астрал, а заодно прихвачу вас с собой?
-Вы правильно поняли. Только в отличие от нас вы будете возвращаться в тело.
-А вы?
-Не будучи детьми Отца Небесного, мы лишены такой возможности. Так что для нас это путешествие в один конец.
-Не боитесь?
-Есть немного, но игра стоит свеч.
-Откуда вы знаете, если никто из вас не возвращался?
-Перед тем, как отправиться в свой первый полет, Сын Небесного Отца показывает нам великолепие Небес. Это – скрепляющая наш Завет печать.
-А если у меня не получится?
-Получится. Можете не сомневаться.
-Ну а если?
-За тысячи лет существования Ордена таких случаев не наблюдалось. 
-Но теоретически такое возможно?
-Разве что только теоретически.
-И что тогда?
-Ну не знаю… - растерялся он. – Будем ждать еще 10 лет.
-А что будет со мной?
-Вернетесь к своей обычной жизни.
-Вы что, отпустите меня после того, что я здесь узнал?
-Да вы еще пока ничего не узнали. По крайней мере, ничего такого, что может нам навредить. Так что если не захотите или не сможете повести нас на Небеса, отправитесь домой после неплохого бесплатного отдыха. Но этого не случится.
-Почему?
-По той же причине, по которой весь воздух не собирается в одном углу помещения, хотя теоретически это даже больше возможно, чем ваша неудача. Процесс уже начат, и кроме смерти ничто не способно его остановить. Убивать себя вы не собираетесь, а от внешних врагов мы защищены не только секретностью, но и влиянием. Надеюсь, вы понимаете, что за тысячелетия своего существования Орден благодаря знаниям Небесных Отцов не только внедрился во все властные, общественные, научные и финансовые сферы, но и занимает там лидирующее положение.
-Прямо как ассасины при старике Хасане.
-Мы даже круче.
На этом наш разговор был окончен. Чай закончился еще раньше.
Разумеется, я не поверил в зеленых человечков, жаб или кем бы они ни были, не говоря уж о своей роли астрального Сусанина. Все это слишком явно отдавало бредом, вот только наставник совсем не походил ни на шизофреника, ни на астрально-озабоченного идиота. Это был расчетливый, циничный, умный человек, в принципе неспособный тупо верить в то, что несет. По крайней мере, мне он показался именно таким. Отсюда единственной версией происходящего было разводилово. Вот только кого и с какими последствиями для меня?
В том, что клиентом был кто-то другой, я был уверен на все сто, так как с меня нечего было взять. По крайней мере, столь затратная игра не стоила бы свеч. Да и навязываемая мне роль делала меня, скорее, сначала сыром в мышеловке, а потом ответственным за все крайним. Отвечать за что-либо я не хотел, а как соскочить не имел ни малейшего представления.
Чтобы отвлечься я взял в библиотеке какую-то фантастику, но мне не читалось. Пока глаза блуждали по страницам, мысли все время возвращались к моей дальнейшей судьбе. В результате я безрезультатно проломал себе голову весь вечер и большую часть ночи, так как сопутствующая этим мыслям тревога не давала мне уснуть.
В конце концов, я провалился в тяжелый вязкий сон, который еще больше меня утомил. Не удивительно, что за завтраком я был настолько не в настроении, что даже хорошенькая официантка не вызывала у меня никаких чувств.
-Сильно хреново? – спросил наставник, подсаживаясь за мой стол.
-А что, так заметно? – раздраженно спросил я.
-Скорее, предсказуемо. Думаю, вы долго терзались мыслями о том, как и для чего я пытаюсь вас использовать, а потом у вас был ужасный сон.
-Вы что, мысли читаете?
-Статистика, мой друг. Я же говорю, не вы первый, не вы последний. Так что мне не трудно угадать ваше состояние.
-Могли бы и предупредить.
-Это была бы медвежья услуга, так как вам совсем не обязательно испытывать на себе все симптомы перерождения, а так как эффект плацебо никто не отменял, предупреждение могло бы повлиять в худшую сторону на ваше состояние. Примите это, - он положил на стол желатиновую капсулу. 
-Что это? – спросил я.
-Не бойтесь, пейте. Поверьте, если бы мы хотели вас накачать, подмешали бы это в еду или воду.
Этот довод показался мне достаточно разумным, и я выпил пилюлю. Минут через пять прошло все, включая тревогу, и я захотел спать настолько, что до постели добирался на автопилоте. Проспал до следующего утра, как убитый, без единого сновидения. Разве что  услышал уже под утро похожий на хлопанье крыльев звук.
До завтрака было больше часа, и я решил сходить на пляж, пока солнце еще не выключило на улице сплит, так как жариться на солнце я терпеть не могу с тех пор, как получил в 10 классе солнечный удар. Настроение было настолько порхающим, что меня так и подмывало перейти на бег. Нечто подобное я испытал, когда впервые сварил чай в молоке. Рецепт этого незаменимого в жару напитка предельно прост: Когда молоко начинает подавать первые признаки закипания, в него кладется чай. Огонь выключается либо сразу же после закипания, либо через 5 – 10 секунд после начала кипения. Затем чай настаивается минут 5, процеживается и выпивается. После него долго не хочется ни есть, ни пить. Да и после чрезмерного чествования Бахуса он приводит в норму, только в этом случае в него еще следует добавить сахар. Готовя его впервые, я переложил чая. После чаепития мы с другом пошли в минипоход. На пятом километре пути нас настиг чай. Я почувствовал, что глаза открываются настолько сильно, что веки буквально собираются в складки на затылке, а потом захотелось бежать. Нечто похожее я чувствовал и теперь.
На пляже меня ждал сюрприз в виде хорошенькой официанточки. Она пришла за пару минут до меня и еще не успела раздеться. На этот раз на ней был хитон и шлепанцы. Она стояла прямо по курсу, что позволило мне подойти к ней без лишней навязчивости.
-Не помешаю? – спросил я, поздоровавшись.
-Надеюсь, не станете, - ответила она и с дружелюбной улыбкой, позволившей мне не считать ее слова шуткой, а не намеком на нежелание продолжать разговор. Затем она без малейшего стеснения сняла хитон, явив моему взору изящное, в меру спортивное тело с небольшими, но красивой формы грудями.
-Можно спросить ваше имя?
-Анжела.
-Свое я, к сожалению, не знаю.
-Это либо пройдет, либо привыкнете. Так что не парьтесь.
-Мудро.
-Если стесняетесь при мне раздеваться, скажите, я перейду на другой конец пляжа, - сказала она, видя, что я медлю с раздеванием.
-Ну что вы, ни в коем случае, - как-то слишком уж страстно выдал я. – Я не то, чтобы прям боюсь показать вам свои телеса, просто еще не совсем освоился и не знаю всех местных порядков.
-Тогда не стесняйтесь. Мы здесь относимся к телам, как к одежде для духа.
-Понятно, - ответил я, снимая хитон.
-Вы плавать не разучились? – спросила Анжела.
-Не знаю, - признался я.
-Проверим?
-Хорошо. Только, давайте на «ты», а то когда 2 голых человека друг другу выкают, это выглядит как-то нелепо.
-Договорились. Пойдем?
Разумеется, я перенесся в воображении с ней в постель, но тут же поймал себя на том, что весь эротизм моих фантазий носит исключительно поверхностный характер. Я только думал, что хочу ее, потому что по всем прикидкам должен был ее хотеть. В реальности же я испытывал исключительно эстетическое удовольствие от ее красоты, без малейших признаков сексуального желания. Это настолько меня ошеломило, что я хлебнул воды, часть которой попала не в то горло. Кашель вернул меня к прозе жизни.
-Ты в порядке? – спросила Анжела.
-Слюной подавился, - выдал я первое, что пришло в голову.
-Если устал, лучше вернуться на берег. С морем лучше не шутить.
-Да нет, похоже, я способен держаться на воде.
Судя по всему, я действительно был неплохим пловцом, но по сравнению с тем, как легко и изящно плыла Анжела, я был похож на хоть и непотопляемое, но все же бревно. 
-А то смотри. Мне до конца дней не простят смерть Сына Небесного Отца. 
-Надеюсь, до этого не дойдет. Как тебе здесь? – спросил я, меняя уже начавшую меня доставать тему разговора.
-Вполне. Место отличное. Работа не пыльная. Отец практически ухода не требует. Так что мы здесь, как на курорте.
-Так ты его видела? – удивился я.
-Кого? – не поняла Анжела.
-Отца.
-Конечно. Мы все с ним встречались.
-И какой он?
-До удивления обычный. Как, собственно, и ты.
-А я его увижу?
-Конечно. Ты же его Сын.
-Скоро?
-Не знаю. Это только наставник может сказать.
-А где сейчас Отец?
-Скорее всего, у себя. Он не любит бывать на людях.
-Так он здесь?
-Ну конечно. Это же его дом.
-А где именно?
-Этого я сказать не могу. Спроси у наставника. Только он знает все про Отца. А наше дело маленькое: служить вам с Отцом и ждать, когда вы нас заберете.
-А если у нас не получится?
-Ты шутишь что ли?
-Но откуда у тебя такая уверенность.
-Я одна из стажерок, поэтому сама ничего такого не испытала, но старожилы говорят, что во время заключения Завета Отец показывает своим слугам Небеса, чтобы те знали, ради чего ему служат. Говорят, это нечто невообразимое, а иначе кто бы согласился променять 10 лет жизни непонятно на что.
-Толпы верующих добровольно отказываются от радостей жизни земной ради причитающихся за это посмертных благ, несмотря на то, что никто еще не вернулся оттуда и не подтвердил правоту их ожиданий. Так что…
-Не спорю. Но здесь принято подтверждать возможность исполнения обещаний.
Дальнейший разговор был настолько ни о чем, что нет никакого смысла его пересказывать. Мы вволю наплавались, затем я проводил Анжелу до двери в ее комнату.
-С тобой приятно было поплавать, да и потом поболтать, – сказал я перед тем, как распрощаться.
-Я там каждое утро. Если хочешь, присоединяйся.
-С удовольствием.
-Тогда до завтра.
Простившись с Анжелой, я помчался искать наставника. Он был во дворе с задней стороны дома. Разговаривал о чем-то с садовниками. Не желая им мешать, я остановился на достаточно приличном расстоянии.
Заметив меня, наставник поспешил закончить разговор и направился ко мне. Видя это, я пошел ему навстречу.
-Вы что-то хотели? – спросил он.
-Похоже, у меня проблема, - выпалил я и рассказал о своей реакции на Анжелу. 
-Это не удивительно, - сказал наставник, выслушав мои откровения. Вы же вступили в Небесный Союз со своей возлюбленной, став с ней в результате единым целым.
-И что теперь, я никогда  ни с кем? – умоляюще глядя на наставника, спросил я, словно его слова могли повлиять на ход событий.
-Боюсь, что так, - сочувственно ответил он.
-А нельзя это как-то исправить?
-В вас сейчас говорят исключительно старые привычки того человека, каким вы были до перерождения. Умирая, этот человек должен умереть вместе с ними, а его место в этом теле окончательно занять Сын Отца Небесного. Как только это произойдет, перед вами откроются такие горизонты, что вы даже представить себе не можете. По сравнению с ними даже самый лучший секс покажется вам исключительно нелепыми телодвижениями. Поверьте, вы не теряете ровным счетом ничего.
-А что мне еще остается делать?
-Верить и ждать воскрешения, которое расставит все точки над «и».
-Долго?
-Скорее всего, несколько дней. К тому же общество красивой, умной женщины приятно и само по себе, без секса. Опять же, вы сами творец своего рая или ада. Все зависит от того, на чем вы будете сосредотачивать внимание: на доступных вам радостях и удовольствиях, или на связанных с трансформацией неудобствах, которые, поверьте мне, не стоят и ломаного гроша. Скажите лучше, как вы себя чувствуете?
-В остальном все просто отлично.
-А что снилось?
-Вы знаете, ничего.
-Совсем ничего? Подумайте хорошенько. Это действительно важно.
-Разве что какой-то хлопот крыльев.
-А вы говорите, ничего! – обрадовался он. – Ваше осознание отращивает крылья для Небесного полета. Так что все идет наилучшим образом.
Остаток для прошел без каких-либо заслуживающих внимания событий. Утром я встал пораньше и помчался на пляж, так как, несмотря на отсутствие сексуальных потребностей, к Анжеле меня тянуло всей душой.
В юности я, смеясь над платонической любовью, посвятил ей даже стихи:

Лежим под одеялом
И щелкаем ****ом.

Теперь же я мчался к женщине только за тем, чтобы просто побыть рядом с ней, а в лучшем случае подержаться с ней за ручку. Вот уж действительно судьбе не откажешь в чувстве юмора. Только он у нее достаточно специфический. Так львиная доля наших проблем – это исполненные с подковыркой наши же желания.
Едва я вошел в «дикую» зону, за спиной послышались уже знакомые по сну хлопки крыльев. Обернувшись, я увидел то, что чуть не заставило меня наложить в несуществующие штаны от страха. На расстоянии пары шагов за мной следовала трехмерная и достаточно отчетливая, чтобы ее было видно, тень человека примерно моего роста и комплекции, завернутого в просторный плащ. Помедлив секунду, она живо юркнула мне за спину, а когда я повернулся, ее уже не было. Выматерившись, я продолжил путь, но шагов через 10 за спиной вновь послышались хлопки крыльев.
В потолке открылся люк – не волнуйтесь, это глюк, - вспомнил я детское стихотворенье, и мне стало не по себе.
Как объяснил мне когда-то знакомый психиатр, галлюцинация от бреда отличается тем, что во время галлюцинации ты находишь черную кошку в темной комнате, когда ее там нет, а во время бреда веришь в то, что это происходит на самом деле.
Умом я понимал, что никакая крылатая тень меня не преследует, но видение было настолько отчетливым, а страх – сильным, что я со всех ног помчался к наставнику. К счастью, долго его искать не пришлось, так как он делал зарядку на лужайке у дома.
-Что случилось? – испугался он, видя мое состояние.
Немного отдышавшись, я рассказал о своей встрече с тенью.
-Можете быть спокойны, - облегченно вздохнув, сказал он, выслушав мой рассказ. – Это не сумасшествие и не преследующее вас зло. Дело в том, что ваше энергетическое тело окрепло настолько, что напоминает почти готового вылететь из гнезда птенца. Оно пробует свои силы, но еще неумело. Так что поздравляю. Вы созреваете даже раньше срока.
-Прямо как советский урожай.
-Главное, чтобы не с тем результатом. Но в этом можете быть уверены на все сто.
-Не сглазьте.
Он постучал по дереву.
Ночью мне приснился необычайно яркий сон. Я был глубоко под землей в опутавшем всю планету лабиринте, построенном задолго до того, как у облезлых обезьян хватило наглости провозгласить себя ВИП творением богов. В лабиринте было темно, но я не только видел отчетливо мельчайшие детали, но и весь лабиринт в целом, словно он был прописан в моем сознании. Моим органом зрения была центральная часть мозга, воспринимающая картину одновременно со всех сторон, в результате я наблюдал не какой-то сектор с небольшим пятном фокусировки, а одинаково четкую сферическую панораму.
На первый взгляд кроме его протяженности в лабиринте не было ничего особенного: разветвляющиеся коридоры, обложенные отесанным камнем и кирпичом. Никаких излишеств. Никаких украшений. Никаких аксессуаров в виде человеческих костей или полчищ крыс, летучих мышей и тараканов. Но в нем было нечто незримо величественное, что вселяло одновременно граничащее с благоговением почтение и ужас.
Я бежал по лабиринту, убегая от напугавшей меня днем тени, но теперь это был человек из плоти и крови, закутанный в длинный просторный плащ из прошлых веков. Благодаря особенностям сферического зрения, я видел его, а он меня. Мы были словно фишки в настольной игре.
Как  предполагал жанр ночного кошмара, он неторопливо шел за мной, и, несмотря на мой бег, расстояние между нами сокращалось. Наша встреча была неизбежна, но лишающий разума ужас гнал меня прочь до последнего момента, когда он одним прыжком преодолев несколько метров, схватил меня за руку. Это заставило меня капитулировать, и я покорно пошел туда, куда он меня тащил. 
Он привел меня в просторную залу с высоченным куполом-потолком, освещенную множеством факелов. Они были вставлены в прикрученные к стенам специальные подставки. В центре залы к металлическому шесту, у таких обычно танцуют, была привязана женщина. На вид ей было лет 30. Высокая, стройная, с красивым лицом и длинными черными волосами. На ней было длинное бардовое платье и такого же цвета изящные туфли на высоких каблуках. В ушах – красивые серьги с бриллиантами размером с горошину. Такой же бриллиант висел у нее на шее на изящной золотой цепочке. От нее веяло силой и властью, а отражающееся в глазах пламя факелов усиливало этот эффект. Она была одновременно воплощением всех моих страхов и чем-то настолько родным и важным, что я готов был отдать за нее жизнь.
-Держи, - сказал притащивший меня туда мужчина, протягивая красивой работы нож из черного камня. – Убей ее или умри сам.
Женщина с вызовом посмотрела на меня, и я увидел в ее глазах понимание чего-то для меня запредельного и вселенскую глубину, словно глазами ей служили черные дыры или еще более разрушительные бездны. Ее глаза завораживали, лишали воли, заставляли подчиняться и служить. 
-Действуй, или умрешь, - бросил мужчина, и я почувствовал, что если промедлю еще хоть мгновение, случится нечто намного более ужасающее, чем смерть.
 Это придало мне сил, и я, выхватив у него нож, одним ударом разрезал связывающие женщину веревки. Это заставило мужчину рассмеяться тем дурацким смехом, который принято считать ужасающим. Женщина улыбнулась хищной улыбкой, а затем впилась зубами в мою шею. Но вместо того, чтобы пить кровь, она впрыснула в мои артерии через специальные каналы в зубах всю себя. Я закричал, но не мог даже пошевелиться, а когда от нее осталась лишь сухая оболочка похожая на сброшенную змеиную кожу, настолько лишился сил, что рухнул бы мешком на пол, если бы мужчина не подхватил меня на руки.
-Поздравляю, - сказал он с не предвещающей ничего хорошего усмешкой на лице. - Теперь ты один из нас.
Затем он расправил крылья, которые я принимал за плащ и полетел вверх сквозь земную толщу, которую преодолевал без малейшего сопротивления. Когда мы вырвались на поверхность, свет восходящего солнца больно ударил меня по глазам, но я успел рассмотреть на небе, где сражалась ночь с днем, единственную утреннюю звезду.
Я проснулся разбитым, словно у меня начиналась простуда или О, РВИ! – как я привык ее называть. Правда, насморка и характерных ощущений в носоглотке и бронхах не было. Зато тело ломило, как пораженные артритом суставы на погоду. Ощущение было настолько противным, что я, несмотря на слишком ранее время, отправился к наставнику за лекарством.
-Извините за беспокойство, но, похоже, меня наградили простудной инфекцией, а так как вы здесь сидите в центре паутины… - сказал я, войдя после полученного на это разрешения.
-Вы правильно сделали, что не стали тянуть, - сказал он, приглашая меня сесть в кресло жестом руки.
-Что вам сегодня снилось? – спросил он, подробно расспросив меня о симптомах.
-Мне сейчас не до пародий на Бунюэля, - раздраженно ответил я. За время нашего разговора мне стало настолько хуже, что мне уже ни до чего не было дела.
-Поверьте, я бы не спрашивал, если бы это не было крайне важно, - сообщил он с предельно серьезным выражением лица.
-Давайте я помогу вам вернуться в постель, а по дороге расскажу, что происходит, и чего следует ждать, - решил он, выслушав мой рассказ. - Как вы уже наверняка поняли, у вас не простуда, - сообщил он, помогая мне встать, затем, осторожно ведя под руку, продолжил: - Вампирский ритуал с питьем крови вампира ради превращения человека в подобное ему существо является темным отражением ритуала причастия, которое, совершается кровью и плотью бога. Те или иные виды богоедства или теофагии были распространены по всей планете еще на ранних стадиях тотемизма, то есть в первобытные времена, когда в результате утечки информации первобытные люди переняли внешнюю форму технологии перерождения, извратив ее смысл…
-А можно ближе к делу? – попросил я.
-Ближе к делу, так ближе к делу, - согласился наставник, укладывая меня в постель. – У вас агония. Вы умираете. Теперь уже по-настоящему.
-Вы же говорили… - только и сумел выдавить из себя я из-за навалившейся на меня слабости.
-Вы умираете, как человек, и умрете. Тут уж извините. Но одновременно в вас возродится Небесный Сын.
-Так я умру или нет?
-Попробую сказать так: Это тело на какое-то время отключится, а потом очнется, но уже с принципиально другим сознанием.
-А если не очнется?
-Очнется. Но у меня для вас 2 новости, и обе вас не обрадуют. Во-первых, вам будет нестерпимо плохо, но недолго. Так что придется потерпеть. Вторая новость заключается в том, что к вам вернутся воспоминания, которые ужаснут вас еще больше, чем ужас смерти.
-Спасибо на добром слове, - прошептал я.
Это были мои последние слова, так как в следующий миг началась агония. Наверно, я бы чувствовал нечто похожее, если бы меня сунули в черную дыру. Меня одновременно разрывало на части и сжимало в бесконечно малую точку. Мне было холодно и жарко. Меня трясло так, что я боялся откусить язык. А потом что-то лопнуло в районе лопаток, и я почувствовал, как за моей спиной распрямляются черные кожистые крылья, как у летучей мыши. Закутавшись в них, я умер, чтобы, возродившись, чуть не умереть от ужаса.


Рецензии