Великий Новгород 2010

Великий Новгород
Текст Дианы Дорониной

Статья публиковалась в журнале «МОСТ»
Фотоальбом: https://vk.com/albums-15233405, https://vk.com/album-15233405_109316509

В Новгороде Великом я давно хотела побывать. История северной Руси, даже глубже – словен ильменских (славян) так многогранна и чудесна. Люди, населявшие этот край, суровы в помыслах, летописях и храмах своей земли. И в то же время одухотворённы, светлы, смелы и смекалисты.
О славянах писали древние историки, что они любят движение и деятельность, имеют привычку к частым переменам погоды, терпеливость, питаются грубой, сырой пищей. Что они быстры: легко всходят на холмы, спускаются в расселины, смело бросаются в опасные болота и в глубокие реки. Наши предки считали, что главная красота – крепость в теле, сила в руках и лёгкость в движениях. Поэтому мало заботились о наружности – грязь и пыль не были им страшны (греки осуждали эту нечистоту, но хвалили славян за высокий рост, стройность, мужественную приятность лица). Загорая от жарких лучей солнца, славяне казались смуглыми. Все без исключения были русыми. Так писали Прокопий и Маврикий в VI веке. Возможно, они были знакомы и с теми славянами, которые населяли новгородские земли.
Новгород действительно Великий – озеро Ильмень и река Волхов, храмы и Кремль (детинец), корабли и разнообразие товаров, вече и республика, приглашённые князья, Александр Невский и Чудское озеро, монголы и духовная независимость.
Новгород всегда в моём сознании был чем-то необычным, отдельным, сильным, красивым. Эта местность была для меня средоточием славянского севера (наравне с Архангельском). А потом как-то сюда добавилась и Сибирь – именно новгородцы первыми осваивали этот край. А в противовес Новгороду – славяне киевских земель. Поляне не столь строгие – их культура, вбирающая в себя больше влияний, не такая стойкая в своём славянстве. Именно отсюда пошло уничтожение славянской культуры, письменности, исторических памятников, религии. Именно на эти земли позарились, на этих славян сделали ставку хитроокие византийцы, предчувствуя собственный скорый крах, духовный и материальный развал свой не преодолев.
В истории принято сравнивать летописи новгородские и киевские, архитектуру и орнаменты. Отличалась и одежда, отличался и нрав людей, их воля к жизни, их стремление к независимости. В новгородских летописях язык утончённый, без украшательств и излишеств. Орнамент книг не сочный, но глаз радует, краски спокойные. А киевские любили в языке упражняться, красный цвет уважить. Постройки новгородские мощные и стройные, купола в свинцовых листах, а золото пусть остаётся южной Руси.
Сейчас в Киеве ощущаешь лишь отголоски прежнего – древнеславянского. Переехало оно всё в Рязань русскую и финно-угорскую, неброскую, но тёплую, добрую, прекрасную.
Я хотела, чтобы и в Новгороде душа моя запела, возвысилась, родное вдохнула и обогатилась. С этими мыслями и ехала.
Я несколько раз собиралась из Петербурга совершить путешествие в Новгород. Поехать с экскурсией от Гостиного двора. Но всё как-то не удавалось.
А тут мы выпустили сборник «Город – воин, труженик, поэт», посвящённый Новгороду Великому (1150-летний юбилей) и дружественным ему городам Северо-Запада России. Инициатором издания такой книги стал Александр Кузин (его стихотворения публиковались в альманахе «МОСТ» и журнале «Край городов»). Разумеется, в сборнике были напечатаны стихи и новгородских поэтов.
После выхода книги из печати Александр Кузин поинтересовался у Ольги Лавровой (автор сборника), нельзя ли организовать презентацию в Новгороде Великом. Оказалось, всё просто. Ольга дала телефон Анатолия Николаевича Молоканова, который возглавляет новгородское отделение Союза писателей России. Было немного удивительно, что нас согласились принять с такой лёгкостью и с таким интересом. Обычно все эти отделения СПР рассматривают нас как конкурентов и коммерсантов, они замкнуты и общаются с большой неохотой. Тут было по-другому.

Из Петербурга мы выехали в первом часу дня. Это было 26 апреля 2010 года. Прекрасный солнечный день.
Я внимательно следила за дорогой. Мне понравились огромные указатели названий рек, деревень, сёл, мимо которых мы проезжали. Радищево, Успенское, река Тигода…
Новгородская область аккуратная (в сравнении с Псковской, в направлении Заянья) и не педантично-чопорная (как Ленинградская в направлении Сланцев и Кировска). Оранжево-зелёные остановки. Дома большие, но не столь богатые, как в Рязанской и Московской областях (на севере традиционно используют пастельные тона в оформлении домов – белый кирпич, различные элементы голубого цвета, жёлтая и светло-зелёная вагонка, правда, веяние последних лет – ярко-оранжевые дома, что поделать – в магазины завезли краску такого цвета; заборы простые, а то и вовсе нет; в Рязанской и особенно Московской областях дома строят сплошь из красного кирпича, дома большие, с размахом, огороды аккуратные, поля не пустуют, заборы красивые, на любой вкус и цвет).
В три часа мы уже были в Новгороде. До встречи в здании Союза писателей оставалось ещё три часа. И Александр Кузин отвёз нас в Кремль.
Мы с Сашей прогулялись по парку. И я всё прислушивалась к себе, к городу. Но, увы, величия и душевного порыва не было. Мне всё чудилось, что я гуляю по увеличенному в размерах городу Сланцы. Я хотела увидеть хотя бы нечто похожее на Рязань.
И тут я вспомнила, что история-то не остановилась на независимом этапе развития Новгорода. И город давила, давила Московская Русь. Московские князья и Рязань к рукам прибрали, и Нижний Новгород, и Ростов, и Ярославль. И остались только ещё Новгород Великий и Тверь. В 1478 году (при Иване III) Новгород окончательно подчинился Москве. В общем-то, это всё формальности, как мне кажется. Рязань своё лицо сохранила. Но Новгород постигла печальная судьба. Может, действительно Перун мстит?
Дело в том, что если Новгород и продолжал после объединения жить своей жизнью, как и Рязань, то во время Великой Отечественной войны очень пострадал. Разрушено было почти всё! Рязань тоже обстреливали, но что-то её уберегло от разрушения. И остались ещё деревянные дома (их, правда, уничтожают со страшной силой, приезжаешь через полгода, а знакомого и любимого деревянного домика уже нет, только на фотографиях наших живёт), и здания XIX века (что роднит Рязань с Москвой и немного с Петербургом), и сталинские дома, и здания хрущёвской архитектуры, и дома времён Брежнева, и лужковская архитектура. И, конечно, Кремль! То есть исторически полный комплект.
Великий Новгород сейчас – во многом город хрущёвской эпохи. Именно тогда он активно застраивался. Поэтому и напоминает относительно молодые города Ленинградской области – Сланцы, Кириши, Кировск. И только храмы, стоящие в ряд на небольшом друг от друга расстоянии напоминают о былом величии. Только возле этих храмов впервые мне удалось поймать и впустить в себя дух Новгорода – Великого, древнего!
А вот новгородский Кремль показался мне ненастоящим. Софийскому храму там одиноко! Внутри как-то пусто, жизни не чувствуется. Похоже на площадь. Было грустно. Я сразу вспомнила такой близкий, кажется, меньший по территории, рязанский Кремль. Он уютный, там приятно забираться по лесенкам на крылечки, трогать стены, брать рукой кольца и отворять низенькие двери, заходить внутрь и отдаваться влиянию круглых сводов. Храмам в рязанском Кремле хорошо в содружестве. В музеях – отличные экспозиции. И зимой этого года, 2010-го, мы каждую субботу приходили в Кремль на заседания археологического клуба имени В.А. Городцова (о клубе читайте в 30-м томе «МОСТА»). Доклад о покорении Сибири был первым из целой серии. Мы узнали, что именно новгородцы стали первыми покорителями и поселились в Сибири (видать, опыт торговли и ушкуйничества сыграл свою роль).
Только когда выходишь из новгородского Кремля к Волхову и созерцаешь противоположный берег, где расположились торговые ряды и храмы за ними (те, что один за другим), островок на реке, начинаешь успокаиваться, верить в лучший исход, внимать красоте. Уходить не хочется, хочется ловить ветра, смотреть на воду и рассматривать остров.
У нас ещё оставалось время, и мы зашли в научную библиотеку, которая располагается на территории Кремля. Поднялись к директору Надежде Николаевне Гунченко, передали два экземпляра сборника в фонд библиотеки. Нас приняли запросто, без всяких там церемоний, приветливо.
К четырём часам за нами вернулся Александр Кузин. Мы порядком проголодались, решили пообедать. Нужно было найти подходящее кафе. Прошлись мимо памятника Сергею Рахманинову (в новгородском Кремле, кстати, есть музыкальный колледж имени Рахманинова). Решили, что найдём местечко поближе к Союзу писателей. И нашли. Это было кафе «Славянский буфет». Довольно уютное кафе. Мне еда показалась обыкновенной, но достаточно вкусной. На двоих с Сашей мы потратили двести с чем-то рублей – нормально. А в общем, цены в Новгороде, как в Питере.
После позднего обеда потихоньку пошли на встречу.
Нас встретил сам Молоканов и уже пришедшие писатели и поэты. Сказали, что уже беспокоятся, где мы. Обстановка была хорошая, смущения и зажатости мы не чувствовали. Единственное, я не хотела выступать, я не люблю пристального внимания, начинаю сбиваться, забывать слова. Думала, скажу пару слов приветствия и передам слово Саше или Александру, а потом буду фотографировать то, что происходит.
Но мне из вежливости предоставили первое слово (я ожидала). Плохо, что нам не представили всех присутствующих. Пришлось встряхнуться. Я рассказала о клубе «Век искусства», о «МОСТЕ», о «ПЕГАСИКЕ», о сборниках и хотела передать слово Александру Кузину, чтобы не откладывать награждение авторов, участвовавших в проекте. Надо отметить, что пришли все, кто печатался: Татьяна Гикалова-Нескреба, Ольга Лаврова, Юрий Никитин.
В общем, журналы и книги были разложены на столе, все их брали, изучали. Но этого было недостаточно, и мне стали задавать вопросы. В целом мне всегда легче, когда задают вопросы, а я отвечаю. Но тут были вопросы с подковырками. В основном их задавал явно въедливый поэт Анатолий Объедков. Вопросы касались отбора текстов в «МОСТ». Но выбил меня из колеи самый противный вопрос из всех: считаю ли я себя судом в последней инстанции, когда отбираю тексты в журнал, объективен ли мой выбор? Я бы не стала так спрашивать. Я бы спросила, на чём человек основывается, когда делает выборки. И потом Объедков ещё спросил, пишу ли я сама. Стараюсь, но, увы, времени на себя не хватает. С первым вопросом меня выручил Саша. А я свернула своё выступление и стала слушать других.
Александр Титов говорил дольше меня, у него это лучше получается, чётче и органичнее. Сказывается опыт выступлений и преподавательской работы.
И, наконец, о сборнике «Город – воин, труженик, поэт» рассказал Александр Кузин. Мне было интересно слушать его. Вручили авторские экземпляры и поздравили поэтов, подарили книгу всем присутствующим. Александр прочёл своё стихотворение.
Мы попросили прочитать стихи из сборника и остальных авторов. С выражением читала Татьяна Гикалова-Нескреба, и тут и вырос в моём воображении тот Великий Новгород, встречи с которым я ожидала много лет. И в это же время я думала о стихотворении Юрия Никитина, оно всему нашему коллективу очень понравилось, я бы даже сама прочла его.
Читал стихи и Анатолий Объедков.
Было очень приятно, когда нам тоже преподнесли подарки – колокольчики и альманахи. Звучат эти колокольчики чудесно и чисто! Что касается альманахов, то нам потом сказали, что некоторые из них поддерживает Николай Анатольевич Сумароков. Мы успели с ним познакомиться. Он сидел напротив, и я всё думала, что вот это типичный представитель Новгорода. Я всё пыталась для себя обрисовать тип новгородцев – мужчин и женщин. Если в Рязани мне это удалось сразу, то в Новгороде – с большим трудом.
На память мы все вместе сфотографировались. А затем нас угостили чаем, правда, на неформальной части осталось очень мало народу. То, что нас так радушно приняли, не заклевали и не заклеймили обвинениями в коммерции, меня продолжало удивлять. Да ещё и чаем угостили! Впервые в истории общения с Союзом писателей происходило такое. И это мне напомнило знакомство с Борисом Орловым – руководителем петербургского отделения СПР и Александром Лобановским.
Однако нас огорчили альманахи. Вечером мы с Сашей и утром смотрели и уже начали читать сборники. Во всех есть, увы, грубые ошибки. Это даже не опечатки, а именно незнание русского языка, плохое владение им. И это тем более удручает, когда видишь солидный твёрдый переплёт и вообще держишь в руках довольно толстую книгу, в которой собраны тексты членов Союза писателей. Некоторые книги страдают и от неполноценного внутреннего оформления – недоработка с фотографиями (не одна или две фотографии, а почти все) и рисунками при наличии неплохой печати, сама вёрстка местами неаккуратная. Обидно, что на издание книг выделяются деньги, но в результате книга остаётся недоделанной. И потом, где эти книги распространяются? Я так и не поняла.
Невольно начинаешь думать о создании союза профессионалов, потому что Союз писателей не несёт той нагрузки и не преследует тех целей, которые, по идее, перед ним стоят. В первую очередь развитие современной литературы и русского языка, который, получается, прежде нужно хорошо выучить тем, кто дальше будет книги давать обществу, детям. Сейчас получается, что выпуском таких книг Союз сам себя дискредитирует, продолжает не созидать, а разлагать русскую культуру. Книга выполняет разные функции, все это знают, но не все стремятся сделать качественно.
Я не могу понять, для чего вообще нужен Союз писателей, если туда входят люди, которые работают на разных работах, а не в самом Союзе? Они собираются один раз в неделю, к примеру, на час-два, а потом расходятся. Смысл их деятельности в том, чтобы поговорить друг с другом, излить душу. Камерно и формально. А ведь литература, издательская деятельность, формирование культуры, работа с детьми и молодёжью – это великий труд! И нужны люди, которые сделают это своей профессией.
На следующее утро мы поехали знакомиться с окрестностями Новгорода.
Посетили ныне Перынский Рождества Богородицы скит. Для меня это прежде всего – стоянка древних людей, а потом уже – капище языческого бога Перуна. Князь Владимир, как известно, сначала провёл реформу иерархии славянских (русских) языческих богов и велел построить капище около озера Ильмень (скит расположен при истоке реки Волхов из озера Ильмень). А в 988 году осуществил Крещение Руси, в результате которого все кумиры были уничтожены, в том числе и новгородский Перун. Великий Новгород был крещён епископом Иоакимом Корсунянином в 989 году. Капище разрушили, Перуна сбросили в Волхов, он плыл и зацепился за корягу, а люди стали говорить, что это плохая примета и теперь Новгород ждут многие испытания и разруха. Можно верить или не верить, но сила мысли была столь велика, что Новогородская земля действительно претерпела с тех пор до наших дней много горестей: от расправы с Новгородской республикой до почти полного уничтожения города фашистскими бомбардирами.
И сам Перынский скит пережил много бед: и под шведами был, и под немцами, и под коммунистами, а теперь вот под «дикими капиталистами».
Я не люблю, когда богов отображают в идолах, в иконах, но мне близка славянская мифология, и я считаю, что православная церковь проявила крайнюю степень неуважения к культуре и жизни древних славян и русских. Одно дело, если бы всё происходило мирно, так нет – отобрали силой прекрасный кусок земли, чтобы народу было привычнее, тупо соорудили храм на прежнем месте молений, а на месте Перуна возвели крест, и даже не устыдились соединения с язычеством, против которого и выступали. В этом содержится немалая доля лицемерия. Отсюда весь негатив.
Сам же Перынский скит расположен в очень живописном месте, а потому всё здесь располагает к спокойствию, умиротворению, здесь чувствуется жизнь древних – тягуче-плавная, в единении с природой. И поэтому церковь Рождества Богородицы остаётся в стороне. Есть только земля, деревья, вода и солнце – они и помогают душе всколыхнуться, восторженно обозревая себя как неотъемлемую часть общемирового. Твоя жизнь – каждое дерево, каждый лучик солнца, каждая капля воды, каждая кроха земли. В этом – главное.
Побывали мы и в церкви, куда нас любезно пригласил отец Дмитрий. Сначала была построена деревянная церковь в 995 году, а каменную возвели в 30-х годах XIII века. Это строение домонгольского времени, материал – сочетание известняка и тонкого кирпича (плинфы), положенных на известковом растворе с примесью кирпичной крошки (цемянки). Мне очень нравится древняя архитектура, она не однообразная, несмотря на то, что имеет общие черты, каноны. Не безликая.
Отец Дмитрий подарил нам несколько красочных буклетов и открыток, которые оформлены монахами и послушниками скита. На мой взгляд, весьма неплохо. Не только фотографии, но и рисунки от руки. А на одном из буклетов место уделено и животным, птицам и рыбам, населяющим Новгородскую землю. А отец Дмитрий мне почему-то не показался православным, а простым человеком, любящим уединение, труд и природу.
Озеро Ильмень меня покорило. Действительно искристое «небесное озеро». Не умыться его водой я не могла. Не хотелось покидать озеро, но время поджимало.
Посетили мы Свято-Юрьев мужской монастырь. Побродили по невероятно чистым и аккуратным тропкам и дорожкам. Вот Георгиевский собор (1119 года постройки, заложен князем Всеволодом Мстиславичем, «а мастер трудился Пётр» – так говорится в летописи новгородской; храм восстановлен в 1951-52 годах)), великий и мощный, особенно если встать под стену и сфотографироваться. Но мощью своей не задавит, не унизит – наоборот, вознесёшься к небесам озёрным.
Конечно, камни и кирпич для строительства – хорошо, но дерево никто не отменял. Более всего моя душа насладилась в музее деревянного зодчества под открытым небом «Витославицы». И особенно в обычных избах, совмещённых с хозяйственными постройками. Впечатляют. Стройно и изящно. Вот, к примеру, изба М.Д. Екимовой из деревни Рышево (XIX век) – постройка на подклети с хозяйственным двором и сенником на конюшне. Или изба В.А. Туницкого из деревни Пырищи (70-80 годы XIX века; постройка на подклети с галереей-«прикрольком», с двухъярусным хозяйственным двором, топилась «по-чёрному»). Отличные сооружения! Внутренне оформление – прелесть!
Часовни, церкви, кузница; качеля в старинном стиле – мимо неё я не прошла! Славянское солнце – берестяной сувенир на память (теперь охраняет мир в нашем доме).
Вернувшись в город, на прощание мы погуляли по набережной Волхова и забежали в книжный магазин «Библиосфера». Но ни одной книги не купили, нам показалось, что они невыносимо дорогие.
Назад – в Петербург, на дачу около Синявино. Новгород Великий, прощаемся, но не навсегда!
Благодарим Александра Кузина за организацию поездки!


Рецензии
"Здесь чувствуется жизнь древних – тягуче-плавная, в единении с природой."

"Есть только земля, деревья, вода и солнце – они и помогают душе всколыхнуться, восторженно обозревая себя как неотъемлемую часть общемирового. Твоя жизнь – каждое дерево, каждый лучик солнца, каждая капля воды, каждая кроха земли. В этом – главное."

Как это прекрасно сказано. Это главное, что есть в мире!

С благодарностью!

Галина Черонова   24.06.2017 13:44     Заявить о нарушении
Уважамая Галина,
благодарю за поддержку и за добрые слова.
Приглашаю в наш лит.ежемесячник.
Издаётся не в Новгороде, севернее - в Ингерманландии и в самом Питере
Пишите: e-vi@list.ru

Мост Будущее   29.06.2017 09:34   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.