Глава 6.40. Мелодия души
Вересов с Дианой — те ещё мастера сюрпризов!
Мы прилетели в Нью-Йорк днём, отрепетировали с ребятами, а затем Дианочка устроила показ новых летних платьев. Я пришла в полный восторг. И вечером прошлась в них по подиуму, с наслаждением ловя в зале родные лица: Головины с Люсей и Ада с Володей примчались из Сан-Хосе; Татьяна и Белов — вместе с нами из Петербурга.
А теперь, вся под впечатлением этих дней, я сижу за роялем.
Люся в те годы, когда я училась в Петербурге, заставляла меня играть каждый вечер — боялась, что растеряю форму. И сейчас она, кажется, понимает: дело не в одной лишь технике, а в этом врождённом умении — пропускать через себя обстоятельства, в которые тебя забрасывает жизнь, и превращать их в новое звучание. Ты будто растворяешься во времени, находишь собственные, никем не подсказанные краски и создаёшь нечто, не прописанное даже партитурой композитора.
За окном — пасмурно и всего девятнадцать градусов, но гостиная залита тёплым светом. Главное же — в ней собрались люди, до боли знакомые. И они чувствуют: я ещё никогда не играла так. Вот оно — торжество: техники, природы, безупречного инструмента и этого милого, дорогого сердцу круга. И я, наверное, в эту минуту так же ценна для них — особенно для хозяина виллы. Не будь эта вещь его самой любимой, возможно, я и не смогла бы сыграть её вот так. Но сейчас я, подобно дедуле, у которого впервые вижу блеск в глазах, растворилась в чарующих звуках вместе со всеми.
У меня нет ощущения, что за роялем сижу именно я. Точно так же бывает, когда пишу: кажется, будто кто-то другой ведёт рукой, а ты лишь, затаив дыхание, нажимаешь на клавиши — и извлекаешь наружу незнакомую, удивительную мелодию собственной души.