Две души в одном теле

— Закрой глаза. Ты что-то видишь? Теперь и уши. Слышишь? Остальные органы восприятия сложнее дезактивировать, но для понимания достаточно отключить зрение и слух. Теперь представь себе, насколько скучна и неинтересна жизнь в энергетическом мире без органов чувств, — небольшой, почти прозрачный шар висел передо мной на уровне глаз. Нет, не надувной резиновый шарик, наполненный гелием, а энергетический сгусток, слегка обозначенный непрозрачностью воздуха. Как будто шедший впереди курильщик выпустил облачко дыма очень правильной шаровидной формы.
 
— Вот мы и развлекаемся таким образом, — шар стал прозрачным и исчез из виду. Но слова его продолжали звучать в голове, как будто я разговаривал сам с собой. Никаких неприятных ощущений, никакого чужеродного проникновения я не чувствовал. Кто он? Инопланетянин, затерявшийся в земной атмосфере, или существо земное иномерное, пришедшее к нам из другого измерения? Я соображал, как себя вести. По крайней мере, враждебного настроя у моего так называемого собеседника не ощущалось. В голове вертелось много вопросов, но какие из них самые важные?
 
— Не напрягайся, мне проще общаться с тобой, когда ты в расслабленном состоянии, — опять слова поплыли сами по себе в моей голове, вытесняя мои собственные мысли, — если ты хочешь задать какие-то вопросы, пожалуйста. Я отвечу на все, которые тебя интересуют. Кто я? Если одним словом — Собиратель-101313. Что я собираю? Души.
   
— Чьи души? — у меня закралось подозрение — не за моей ли душой приплыл этот шарик?
 
 — Нет, не волнуйся. Твоя душа, пока ты жив, принадлежит только тебе. Я о других, которые, освободившись, забывают о своем предназначении, — шар опять приобрел видимость, заполнив весь объем белесым туманом. В нем почувствовалось беспокойство, внутри появились завихрения, — иногда возникают проблемы с возвращением некоторых слишком свободолюбивых экземпляров. Возомнив себя полноценным эргом, жителем нашего мира, они пытаются припрятать накопленную энергию и использовать ее самостоятельно, забывая о том, что вопросы перерождения решаются на более высоком уровне. И чтобы перейти на следующую ступень, нужно долго трудиться.
   
«По-видимому, он ищет чью-то душу. Но при чем здесь я? Какое я имею отношение к исчезнувшей похитительнице энергии?» — не успел я подумать, как тут же получил ответ.
   
— Может, и не имеешь, но проверить надо. Ты уже представляешь, как мы живем без органов чувств в энергетическом мире. Поэтому нам приходится в каждого вновь рожденного человека вселять нашего посланника. После смерти тела он отдает нам накопленную энергию чувств и эмоций. Для нас она является жизненной силой, благодаря которой мы можем существовать. Но некоторые из них не хотят возвращаться в скучный энергетический мир. Они остаются среди людей, лишая нас возможности получить принадлежащую нам энергию.
 
Я стоял среди бескрайнего желтого поля, засеянного пшеницей, и пытался осознать, что происходит. За двадцать лет мотаний по сельхозугодьям в изучении одного из загадочных феноменов планеты мне не приходилось сталкиваться ни с чем подобным.
   
Как только услышу из новостей, или кто-то из моих информаторов сообщит мне о появлении новых объектов, я бросаю все и мчусь за тысячи километров, чтобы успеть застать не поврежденным и не затоптанным один из кругов среди засеянного поля.
   
Третий год подряд я приезжаю в этот район. Здесь мы впервые встретились с Настей, журналисткой небольшой местной газеты. Прочитав ее репортаж о появившемся круге, через редакцию я связался с ней и попросил организовать охрану объекта до моего прибытия. Она хорошо справилась с поставленной задачей — сутки провела в машине, сдерживая поток любопытствующих.
   
С виду еще совсем девчонка, а в действительности — опытный репортер, со стажем работы в редакции больше семи лет, с беспокойным и дерзким характером, она металась по округе в поисках интересных тем для репортажей. Всех присутствующих вокруг себя Настя втягивала в водоворот собственной бурной деятельности, раздавая какие-то команды и поручения. Интересно было то, что никто не мог ей отказать. Вот и я попал под ее управление, прибыв на место. Тут же она вручила мне в руки красный флажок и попросила постоять и понаблюдать за группой туристов, прибывших в автобусе. Вызванная полиция задерживалась, и нам пришлось организовывать движение людей вокруг объекта.
   
Тогда же, заглянув в ее серо-голубые глаза и нечаянно прикоснувшись к руке, я почувствовал, что со мной что-то произошло. Глядя на Настю, иначе как обнаженной я ее не видел. Исчезли темно-синие джинсы, растворился в воздухе белый свитерок. Она двигалась среди толпы абсолютно голая, размахивая обнаженными ручками, отдавая указания. Белизной кожи она выделялась среди темных одежд окружающих. Маленькие аккуратные груди не мешали ей энергично передвигаться. Они не свисали отдельными частями, а были единым целым с остальным телом. Плоский животик снизу был украшен темным пучком вьющихся волосков, заманчиво притягивающих мой взгляд. Но больше всего своими формами привлекали мое внимание узенькая талия и плавные округлости бедер, переходящие в немного полноватые, но красивые ноги. В воображении вертелись картинки, одна другой сексуальней: то я представлял ее лежащей на спине с согнутыми ногами и широко раздвинутыми коленями, то упирающейся руками о капот автомобиля и повернутой ко мне спиной, влекущей меня половыми губками...
   
— Что с вами? Вам плохо? — я так увлекся, что закрыл глаза, замечтавшись, и не увидел, как ко мне подошла Настя.
Она пристально смотрела на меня, и горячая краска стыда стала постепенно заливать мое лицо. «Старый сексуально озабоченный идиот», — подумал про себя.
   
— Нет, нет, — поторопился ответить я, — немного задумался.
 
— Повяжите что-нибудь на голову. Сегодня солнце припекает, — уж очень заботливо посоветовала она мне.
   
Ее взгляд излучал искорку заинтересованности, очень перспективную для меня, дающую шанс для развития наших отношений. Я не ошибся: и была ночь с воплощением всех моих воображаемых картинок, и было рожденное чувство, связавшее нас не проходящим желанием, и были аэропорты и самолеты, и тысячи километров, разделяющих наши встречи.
   
В последний раз мы встречались несколько месяцев назад, и вскоре Настя впервые должна была прилететь ко мне. Но никто не мог предположить, что все так закончится...
   
— Круги на полях — наша работа. Иногда, когда становится совсем тоскливо, мы развлекаемся таким вот образом. И нам развлечение, и вам еще один мотиватор удовольствий, — продолжал полупрозрачный шар, медленно летая вокруг меня.
   
— Но этот объект создали не мы. Вот почему я здесь, — шар подозрительно близко приблизился ко мне, как будто принюхиваясь, — я пришел за ней.
   
— За кем? — я ничего не понимал.
   
Настя неожиданно исчезла. В редакции ничего не знали, только сообщили о новом появившемся круге. Я прилетел на это же поле, где мы познакомились. Новый объект отличался своей сложностью и размерами. Мне не приходилось сталкиваться с такими огромными фигурами на полях. Идеальная симметричность и сложное изображение, состоящее из большого количества мелочей, выделяло ее среди множества других.
   
На поле Насти тоже не было. Только когда я появился здесь, на мгновение мне показалось, что она идет рядом со мной, держась за указательный палец, как маленький ребенок. Я остановился и огляделся, настолько явным было ее присутствие.
   
— Не надо притворяться, — шар увеличился в размере в несколько раз. И теперь устрашающе нависал надо мною, готовый поглотить и растворить меня в собственном энергетическом объеме, — это она создала фигуру, чтобы вызвать тебя. Твое тело — единственное место, где могла скрыться ее душа. Только родственные души могут слиться воедино в одном теле.
   
Я продолжал слушать слова Собирателя-101313 и одновременно прислушиваться к своему внутреннему состоянию. Только сейчас я обратил внимание на то, что во мне появилась какая-то новая энергия, новая сила, придающая такую уверенность и смелость, из которых родилось абсолютное спокойствие моего поведения.
   
Шар перестал существовать для меня, я пытался почувствовать в себе присутствие Насти, но кроме не свойственного мне состояния безразличия и спокойствия ничего больше не ощущал. Собиратель-101313 своим поведением хотел вызвать какую-то активность моих мыслей, чтобы определить мое внутреннее состояние, но, как он ни старался, я оставался невозмутимым, подавляя желание думать о Насте.
   
И он сдался.
   
— Я еще вернусь, — последний раз я прочел его слова в виде собственной мысли, и шар так же неожиданно растаял в воздухе, как и появился.
   
Только он исчез, исчезли и мое равнодушие и спокойствие. Вместо них пришло ощущение переполненности чувствами. Радость распирала меня изнутри, возникло желание активных действий. Исчезла усталость после дальней дороги, но без Насти мне все было не интересно. К тому же, теперь я знал тайну возникновения кругов на полях, к раскрытию которой стремился всю жизнь. Мысль о том, что Насти больше нет и ее душу ищет какой-то Собиратель, казалась мне неестественной, а все, что произошло со мной на поле, было просто сном.
   
Я не хотел верить словам, сказанным шаром, мне нужно было обязательно найти Настю. Начиная с редакции, я приступил к поискам. Главный редактор сказал, что она взяла отпуск по уходу за больной тетей, живущей где-то в глубинке. Постепенно, расспрашивая ее подруг и наших общих знакомых, я выяснил, что Настя была беременна, но очень не хотела, чтобы я об этом узнал. Почему она так решила и что она задумала?
   
Случайно мне стал известен номер телефона ее тети; не раздумывая, я сразу позвонил. Никто не отвечал. Связь с деревней была отвратительная. Полдня я набирал номер, и только к вечеру в трубке раздался старческий голос.
   
— Але, вам каво? — от неожиданности я растерялся.
   
— Настю мне, Настю, — кричал я в трубку.
   
— Нету здеся Насти, померли все, и Прасковья померла, и племяшка ее померла. Сначала племяшку схоронили, а за нею и Прасковью. Пес остался одинешенек, да я сосед. Корм псу принес.
   
— Как померли? Когда? Почему? — оглушенный такой новостью, я не знал, что спросить у соседа.
   
— А хтой знает, почему? Померли, и все тут. Племяшку нашли в луже кровей, оттого и померла. А Прасковья изрыдалась вся, оттого и померла, — старик еще что-то бормотал, но я больше ничего не слышал.
   
Я не мог поверить, что Насти больше нет. Как это могло случиться? Значит, шар не врал. Там, на поле, он искал ее душу. Он говорил, что она могла скрыться от преследования только в моем теле. Значит, теперь наши души вместе? Но почему я этого не чувствую?
   
И тут я заметил за собой странное мимолетное движение правой рукой, как будто мешающие волосы со лба убрал за левое ухо. Но волос на моей голове оставалось крайне мало.

Это движение было присуще Насте…


Рецензии