Командировка в Свердловск
Оказывается, все мои немногочисленные командировки случились, в основном, зимой. Вот и в Свердловск мы с сотрудником из соседнего бюро прилетели морозным вечером девятнадцатого января. Взяв такси, объехали несколько гостиниц, но, увы, мест нигде не было. Не найдя другого выхода, я решила поехать переночевать у старшего брата. Он жил минутах в сорока езды электричкой от Свердловска. Мой товарищ по командировке Саша, мужчина лет сорока, категорически отказывался ехать со мной.
- Неудобно постороннему мужику вваливаться к чужим людям на ночь глядя. Что они подумают? Пересижу ночь на вокзале.
Но я настояла, чтобы он поехал со мной. Как-то совесть не позволяла оставить товарища по несчастью на произвол судьбы, да и завтра ведь с утра на работу, надо нормально отдохнуть. Хорошо, что раньше мы регулярно писали письма: адрес брата я помнила наизусть и довольно быстро нашла его. С братом мы встретились в прихожей. Он надевал пальто, собираясь в ночную смену. Встреча получилась незапланированной и, к сожалению, краткой. Родственники приняли нас очень радушно, тем более что у хозяйки дома оказался день рождения. После долгих мытарств по морозу было очень здорово поесть горячих пельменей и даже выпить мне шампанского, а Саше – водки. Он никак не ожидал, что всё так хорошо устроится, и просто не находил слов от благодарности моим родственникам.
Утром мы уехали в Свердловск. На заводе «Уралмаш» долго слушали скучнейшую лекцию какого-то начальника о методе пневмоштамповки. По-моему, лектор и сам чуть не засыпал: нижняя губа у него отвисала, глаза смотрели на меня осоловело, а речь время от времени прерывалась, и он заглядывал в тетрадку. В обед мы отправились в заводскую столовую. Меню поразило богатым ассортиментом блюд, у нас прямо глаза разбежались. Рабочим огромного завода жаловаться не приходилось: кормили их очень хорошо и вкусно, прямо по-домашнему. Нечего было даже и сравнивать с нашей заводской столовой. Саше, правда, не давал покоя вопрос – как мы будем отчитываться за эту командировку. Дело в том, что всем известен был нрав начальника нашего огромного технологического отдела. Он мог не принять наш отчет, в котором фигурировало лишь ознакомление с новым методом. Это он считал беллетристикой, ему чертежи подавай! Ну и выводы по командировке будут соответствующие.
С этим начальником, грозой отдела, перед которым трепетали все, мне пришлось столкнуться лично, не успела я проработать и полгода. На работе ввели нормирование труда. Если до этого мы старались просто выполнить месячный план работы, то теперь в конце месяца должны были сдавать свои чертежи нормировщице. А уж она по какой-то сложной сетке вычисляла время выполнения конкретного чертежа, руководствуясь, видимо, густотой линий и цифирей на бумаге. Принимала она на нормирование законченный чертеж.
И вот в первый же месяц работы по новым правилам я и еще одна женщина из нашего бюро не выполнили план! Что и говорить, это было неприятно услышать из уст начальника бюро. Но самое неприятное было впереди: нас вызвал на ковер сам начальник отдела! Женщины из нашего коллектива сочувственно смотрели на нас, как на обреченных. Узнав, что я еще не сталкивалась с этим начальником, они всплеснули руками и наперебой стали описывать методы его работы с подчиненными и вспоминать разные ужасные случаи из практики; они здесь давно работали. Получался прямо людоед какой-то! После такой психологической подготовки сердце подпрыгивало в груди от страха (наверное, страх перед начальством у нас врожденный!), но одновременно я испытывала какое-то мазохистское любопытство. Мы с сотрудницей робко заглянули в высокий кабинет, но там никого не было.
- Может, уйдем пока на место, вызовет, когда придет? - предложила я. - Что ты! Он на это время назначил придти. Подождем, - сказала она. Её прямо колотило от страха.
Вскоре пришел хозяин кабинета, очень прямой, худощавый высокий человек с пышной седой шевелюрой из мелких кудрей, с бесстрастными светлыми глазами. Он сел за стол напротив нас, как мне показалось, а может, это я нафантазировала себе после услышанного о нем, с предвкушением удовольствия от предстоящего допроса. И такое удовольствие все мы неожиданно получили. Сначала я молча смотрела на портрет Ленина за его спиной.
- Ну, рассказывайте, почему не выполнили план, - начал он.
- Вы знаете, что за невыполнение плана вас лишат премии? Я, волнуясь как на экзамене, сказала:
- Премию ведь дают за выполнение плана как поощрение. А если план не выполнен, она не должна выплачиваться автоматически! И для того, чтобы объявить об этом, совершенно незачем вызывать нас в кабинет высокого начальства! Это была, конечно, дерзость с моей стороны.
- Ну, молодец! Видишь, как она меня отчитала? - обратился он к моей подруге по несчастью. С тем же успехом он мог бы обратиться к шкафу, так как она сидела молча, стараясь быть как можно незаметней.
- Будь что будет, скажу, что думаю, раз уж такой случай, - решила я. И сказала, что нормирование непродуманное, и если бы пронормировали ту часть работы, которой я сейчас занимаюсь, а закончу ее только в следующем месяце, то я еще и перевыполнила бы план! Надо отдать должное, начальник принял это во внимание и отпустил нас живыми. Сотрудница в кабинете даже и рта не раскрыла, хотя мне неизвестно, что было причиной невыполнения плана у нее. Она тут же всем рассказала про мой «подвиг»! Те же женщины, что полчаса назад запугивали нас, с жаром стали говорить, что этот начальник не любит, когда его боятся, и поэтому хорошо, что я «взяла с ним правильный тон». Как бы то ни было, подход к нормированию действительно изменили, уж не знаю, с моей ли или еще с чьей-то подачи. Но больше таких казусов у меня не было.
И вот теперь мне снова надо было объясняться с этим начальником по поводу командировки. Мы с Сашей зашли в знакомый кабинет и сели. Почему-то я уже не боялась. Какое-то шестое чувство подсказывало, что этого начальника можно нейтрализовать только контратакой. Беседа началась с подробного рассказа о методе пневмоштамповки, но он нас прервал:
- Где чертежи? Где конкретные результаты поездки? Тут я бодро озвучила то, что нам предложили на «Уралмаше». Что надо приехать туда нашему работнику с конкретным заданием и там под руководством их специалистов разработать чертежи на наше изделие. И таким способом освоить новый для нас метод. И опять начальник воскликнул, обращаясь к моему спутнику:
- Вот она меня один раз положила на лопатки и теперь всегда умеет вывернуться! Мы все заулыбались, отчет был подписан, а Саша в коридоре благодарно пожал мне руку:
- Без тебя я бы так легко не отделался!
О новом методе штамповки на нашем заводе я больше не слышала.