73 дня среди русских шидзинов

Выбранные места из виртуальной дискуссии с «масками»

                          Шидзин (яп. - ;;) – поэт.
                          Хайдзин (яп. ;;) – поэт, пишущий хайку (хокку).
                          Кадзин (яп. ;;;) – поэт, пишущий танка.

        Предлагаемый материал написан, можно сказать, в старинном формате – в жанре диалога, известном ещё со времён Древней Греции и Рима. Спешу оговориться, автор, конечно же, ни в коей мере не ставит свою работу в один ряд, например, с диалогами Платона или Лукиана; это было бы слишком…
    Прошедшие века неумолимо накладывают свой отпечаток на любые реминисценции: меняется образ мысли, мировоззрение, а вместе с ним и такие «частности», как лексика, стиль и многие другие приёмы литературно-художественного письма.
    В данном опусе нас может привести в смущение, например, описание того, как общаются между собой в определённом интернетном пространстве современные авторы. Но что поделаешь! Стиль их общения мы намеренно сохраняем, дабы читатель с большим доверием воспринимал суть представленных в тексте диалогов, документальность которых интересна и с точки зрения изучения нравов, бытующих в среде пользователей т. н. творческих сайтов.
    Автор приносит извинения и за то, что ему часто приходится обращаться к своим собственным стихам, написанным в стиле японской средневековой поэзии. Делается это отнюдь не в целях саморекламы, а только потому, что без цитирования авторских хокку и танка невозможно было бы вести предметную беседу с нынешними русскими шидзинами.
    Диалог как жанр даёт возможность в живой форме, а не в стиле научных трактатов, знакомить читателей с поднятыми автором сугубо литературными и, более того,  эстетико-этическими проблемами, волнующими русских поэтов, которые проявляют творческий интерес к японской стихотворной традиции.
    Следует подчеркнуть: диалог в ходе беседы или даже острой полемики даёт шанс каждому из его участников непосредственно высказывать своё мнение ради более объективного понимания позиций оппонента (здесь порой важна всякая «мелочь», всякое, казалось бы незначительное суждение), а в дальнейшем – и ради возможного взаимного достижения консенсуса. 


1. «А за «танка-циклы» здесь не ругают?..»
 
    В портал «Японской классической поэзии» я вошёл относительно подготовленным: с неким багажом знаний об «экзотическом Востоке» и, конечно же, с «писаной торбой» стихов в стиле японских хокку и танка. Не скрою, мне было интересно узнать, какое впечатление произведут мои опусы на пользователей солидного сайта, среди которых, как я и предполагал, были талантливые авторы, в том числе профи, знающие японский язык. Мне хотелось познакомиться с их творчеством и, естественно, всё лучшее из их опыта взять на вооружение.
    Очутился я в компании людей, подавляющее большинство которых скромно скрывало свои настоящие имена под таинственными (для меня) псевдонимами: masyo, ae, morisato, zinaha, юна, м-м, БДД, Ганзи Цу и тому подобные никнеймы. (Никаких сведений о своих авторах сайт не даёт).
   В результате, почти всю переписку пришлось вести, по существу, с безымянными масками, что, в общем-то, оказалось вроде бы на руку, поскольку не пришлось думать о том, как бы случайно не задеть самолюбие кого-нибудь из местных «классиков», дословно цитируя выбранные места из нашей с ним полемики. И всё же такие условия общения были явно не в рыцарских правилах! – что я и подтвердил нижеследующей танкой:

Турнир нелепый:
Подняв забрало, драться
С какой-то маской,
Украшенной к тому же
Словечком чужестранным.

    Поначалу всё шло спокойно. С 18-го октября по 15-е ноября 2010 г. я впервые выложил на сайте шесть своих работ: «О виршах», «О вызовах времени», «О бабочках», «О бутонах», «О богатстве и славе», «О вере» и «О вкусах». Все они были сделаны в стиле японского поэтического жанра, название которому - «рэнга»: каждое стихотворение – это, по сути, цепочка пятистиший, строящихся на принципе чередования строк в 5-7-5-7-7 слогов, связанных общей темой и настроением.
    Как писала в своей статье «Поэзия японских трёхстиший (хайку)» известный востоковед Е.М. Дьяконова, рэнга (жанр, возникший как приятная забава в 12 веке) могла состоять из заданного числа пятистиший и сочиняться как несколькими, так и ОДНИМ (подчёркиваю) автором. Одноавторские рэнга назывались «ДОКУГИН» (букв. «один человек»). В моём случае каждая моя рэнговая цепочка состояла из пяти пятистиший. 
    Несмотря на разнообразие представленных мною тем, ни одно из шести стихотворений не было удостоено ни одним комментарием. «Видимо, «старожилы» присматриваются к «новосёлу», - решил я. – Ничего удивительного». 
    Но вот появилась ещё одна «животрепещущая» тема –  «О возрастных чувствах», кои (в качестве эксперимента, нарушающего каноны средневековой японской поэтики) я описал  пятистишиями… рифмованными, сохраняя однако каноническое число слогов в каждой строке.

Хотел признаться…
Сказать «Люблю!» легко ли
В свои пятнадцать?
Вдруг ей приспичит в школе
Над пареньком смеяться?!

Вертись умело! -
Те6е уже под сорок.
Влюбляйся смело
И делай своё дело,
Пока не вышел порох!

Как это мило, -
Когда Вам за полсотни
Перевалило, -
Якшаться в подворотне
Влюблённее дебила!

И вовсе глупо
Шестидесятилетних
Задорить тупо, -
Не будь привычек вредных,
На секс усилий тщетных.

Восьмой десяток?..
Пора угомониться!
Хоть грех и сладок,
Надёжней – помолиться:
Для входа в рай – задаток!

    Тут-то я и дождался! Некто мorisato по свежим следам, ровно в 05 часов 26 минут по московскому времени прокомментировал (в стиле танки):

«Простите меня,
Но это же просто «хрень».
Я уточняю:
Как-то безыдейно, брат…
Только в этом всё дело!»

    А 18-го октября мой критик вдруг сам прокололся – «задымил», опубликовав явно ущербное хокку: «Сизый дымок.\Запах масла\что запах крови». Да ещё сопроводил его своим же «глубокомысленным» комментарием: «Это трёхстишие «узкоспециальное». Сизый дым при выхлопе  - это один из признаков изношенности двигателя автомобиля, а характерный запах сгорающего в больших количествах моторного масла просто вопиёт о необходимости капитального ремонта… Автомеханики такое «племя» - даже наиблагороднейшие его представители бескорыстием не отличаются».
   
    Да, «двигатель» поэта-автомобилиста явно забарахлил. Как тут не позлословить:

Вас, друг мой, видно,
На автосервис тянет
Дышать маслами…
Но там, где «запах крови»,
Поэзией не пахнет.

    Читателю стоит заметить на будущее, что авторы этого сайта  часто обмениваются не только прозаическими грубостями (наиболее вопиющие я удалил), но и стихотворными «любезностями» - в стиле японских танка или хокку.

    - Вы что обиделись? – заморгал фарами morisato. – Лучше бы промолчали, право…
   - Лично я не обиделся. Обидно за каноны хоккуписания. Приличий хокку\ Не соблюдает глупый.\Мне жаль невежду.\Не стыдно ли поэту\ Писать фигню в три строчки?..

    На следующий день, решив, что лучше больше не шутить, я выложил «докугин» «О дороге»:

Меня не видят
Глаза идущих мимо.
И только окна
Домов, вокруг стоящих,
Встречают, провожают…

Одни, как льдины,
Блестят холодным блеском.
В других – зарницы
Подмигивают злобно.
А в третьих – мрак и темень.

Затылком чую
Стеклянные глазищи.
Куда податься?
За стены городские?
К соблазнам горизонта?

Искус простора!
Как выспренно и лихо
Он манит в небо,
Где жертвенник вселенский
Пылает… ненасытно!

Но слышу звоны
Колоколов любимых:
Зовут вернуться -
Смиренно, без гордыни -
В толпу, к домам и храму.

    Однако morisato снова завёлся: «Простите меня! Но это откровенная «лажа»,
как говорят мои знакомые музыканты. Вселенская скорбь, ненависть к домам, храмам и к людЯм – чистый и ясный Чёрный квадрат!»

Было ещё два комментатора.

Анжей: «Очень, очень… Спасибо. Перечитываю и перечитываю. Наверно, мне близко. Другим – не знаю».

Елена: «А мне вот тож глянулось».

Вадим Розов в ответ:
«Анжей, Елена,
Спасибо за поддержку!
Пусть morisato,
Да со своим «комментом»,
Поймёт: где храм, там люди».

    Бои разгораются!.. 24-го октября появляется хокку под заголовком «Вадиму Розову», написанное ником «юна»:
«Танки хороши,
Но уж очень длинные.
Зрение портят».

    Morisato тотчас подхватывает двусмысленный намёк: «А за «танка-циклы» здесь не ругают»?
    - Какое ругают! – присоединяется новый ник – «Удручённый жизнью». – Бьют…
    - Так какого дьявола не пинают Вадима Розова? – провокационный вопрос всё того же morisato. – Низзя?.. Стихи у него хорошие, только почему он выбрал такую дикую форму подачи? Зачем это нужно??? Впрочем, я многого не понимаю.
    (Вот тут мой Зоил, пожалуй, прав).

    26-го октября появляется мой «Кадзин*, размышляющий о женской доле»:

Мне жалко женщин.
Детей рожают в муках.
Отдать готовы
И кровь, и жизнь, чтоб только
Дитя росло и крепло.

Ночей бессонных,
Тревог и слёз их горьких
Не счесть, не смерить,
Как хвою горных сосен
И камни Фудзиямы.

Как много нужно
Им выстрадать, чтоб чадо
Способным стало
Свой рис взрастить под зноем
Лучей Аматэрасу!**

А если подло
Их бросит муж иль дети,
Навек пусть ками***
Лишат неблагодарных
Любви и женской ласки.

Мне жалко женщин.
Их пол зовётся слабым
Не зря, наверно.
Как скоро увядает
Цвет сакуры в апреле!

* Поэт, пишущий в стиле танка.
** Богиня-солнце (религия синто).
*** Боги и духи синтоизма.

    «Жалко женщин Вам, говорите?.. Занудная вещь у Вас получилась. Наполненная штампами и мужским шовинизмом. Подозреваю, что Вам наплевать на это, как наверно и женщинам на Вас? И спасибо, что растолковали, кто такие кадзины». (Подпись – Тень).

БЕЗЛИКОЙ ТЕНИ

Заступник женщин,
За скромное посланье
Тебе… спасибо.
Лишь наводить не надо
На мой плетень тень злобы. (Подпись – Вадим Розов).

    Тень исчезла, а morisato, неожиданно вежливый, как бы подвёл итог:
«Уважаемый Вадим! Ваши стихи хороши – безо всяких сомнений! А к какому жанру, к какой «форме», какому течению, подвиду, определению Вы сами их относите? Мне эта мини-поэма более всего напомнила «Одиссею» в переводе Жуковского. «Тут Одиссей богоравный над картой склонился…\ Слышим мы мысли его, изумляяся хитрости царской.\ Завтра войдём поутру с ним под гулкие своды,\ Разоблачим волшебство и покинем летающий остров…»

О, Morisato!
Поток молчит – ни слова!
Он просто течёт.
                    (Вадим Розов).

2. Столкновения «под нашим небом»

    Касаться рубрики «Югэн» я долго не решался… В предписаниях администрации сайта, в частности, говорится: «Если вы считаете, что ваши произведения повествуют о прекрасном и соответствуют духу классических японских танка и хокку - вам в раздел "Югэн" («сокровенный, тайный, мистический»). Это – эстетическая категория в японской культуре, обозначающая интуитивное, предполагаемое… Югэн выражает впечатления и чувства, которые испытывает человек, который созерцает лунный свет, струящийся сквозь дымку проплывающего облака, или когда он любуется кружением снежинок, сверкающих подобно серебру».
     О, нет! Данные «впечатления и чувства», если  мне и пришлось испытать когда-то, то сегодня – увы!.. Читаю далее: «Если же вы пишете в шутливой форме или на злобу дня - вам в раздел "Сэнрю". Да! Именно сюда я покорно и устремился поначалу. Но однажды всё же полюбопытствовал…
    28-го ноября местный, и, видимо, по праву заслуженный автор – masyo поместила в югэн свою танку под названием, данным почему-то в скобках и обрамлённым к тому же многоточиями: (…в который год, у места Красные сосны…). М-м тотчас отозвался как бы от имени всех её почитателей: «Как обняла дыханьем… Чудесно, masyo!»
    А вот и сама танка, без знаков препинания и прописных букв:

где сосны строем
все держат наше небо
Янтарный Берег
и нет других на свете
нам берегов для встречи

    Но меня поразило тогда другое – её авторский комментарий к собственному творению, звучащий, пожалуй, даже более поэтично:

«...опять о соснах,
о них прекрасных, и вечнозеленых... поем не уставая
у бухты Суминоэ и залива Такасаго...
у Пресного Залива (Финского) и места Красных Сосен,
у меловых обрывов Святогорья у Донца...
и кажется мне,
у каждого в душе есть свой
сосновый уголок...
благодарю ае (тоже один из друзей автора, - В.Р.)
за этот Янтарный Берег,
где я вдыхаю далекой Балтики соленые ветра,
и красными песками могу ступать, как раньше...
когда могла бывать там
и золото осоки видеть,
которой ещё княже Александр Невский
ходил на шведов»

Свои сердечные привязки masyo завершила цитированием поэта Яманоуэ-но Окура:

Итак, друзья, скорей в страну Ямато!
Туда, где сосны ждут на берегу!
В заливе Мицу,
Где я жил когда-то,
О нас, наверно, память берегут!

    А вот и Ганзи Цу, со своим отзывом: «Дорогая Масё! Замечательный перевод Глускиной. Еще у нее же:

Смотрите, воды Тацута-реки,
Парчою затканные ярко-алой,
Прошиты нитями унылого дождя.
Десятый месяц все зовут не зря
Печальным месяцем, покинутым богами.

    ...этот перевод всегда вспоминается, - закончил Ганзи, - по последней строчке...»

    Эта ссылка на известную танку Неизвестного автора и стала той первопричиной, которая и подвигла меня начать дискуссии со «старожилами» сайта.
   
    «Действительно, поэтические строчки! – признался я. – Но мне, уважаемая Масё, хотелось бы сделать небольшое отступление от комплиментарностей. Нет,нет! Не по поводу Вашей танки! О другой... Всеми уважаемый Ганзи Цу восхищается "замечательным переводом Глускиной" - "Смотрите, воды Тацута-реки...» А нельзя ли было эту же танку переложить в соответствии с канонами классики? Поначалу дать, например, заголовок «ПЕЧАЛЬНАЯ ПОРА У РЕКИ ТАЦУТА». (Можно и другой). А далее - мой вариант перевода:

Речные воды
Парча заткала ало
И дождь унылый...
Десятый месяц года
И впрямь забыт богами.

Что мы теряем в данном случае? - Многословность!
Я всегда восхищаюсь теми, кто овладел тонкостями японского языка, но разочаровываюсь всякий раз, встречаясь с их беспомощностью в языке поэтического перевода. Может, я в чём-то не прав?»

    Ответ от masyo пришёл незамедлительно, цитирую его в сокращенном виде: «…о реке Тацута послушаем Ганзи Цу, раз мы не можем выслушать самого Неизвестного автора,
насчет того, кто же донес (наверно, смысл танки, - В.Р.)
и по пути не расплескал».

Ганзи Цу: «Уважаемый Вадим Розов! Очень внимателно слежу и с удовольствием изучаю Ваши произведения. Даже намеревался откомментировать Ваш цикл белых стихов с использованием формы танка в разделе Сэнрю, но... тут лишь добавлю к ответу Masyo.
Не каждый классный переводчик - это великолепный поэт. Например, Вера Николаевна Маркова. Бесконечно уважаю её, как переводчика, но совершенно не воспринимаю её русских стихов. (О Глускиной Анне Евгеньевне ни слова, - В.Р.).
    Вы, русский поэт, Вадим, у Вас есть всё, что требуется и даже в избытке, и Вам совершенно не обязательно, или если мягче сказать, не требуется, гранить алмаз Вашего дарования японской огранкой 17-31 (количество слогов в хокку и танка)! Пишите в рифму, пишите онегинской строфой, раскройте себя во всю мощь в эпическом полотне))))  Здесь же, в основном, ценители художественной миниатюры.
    Это и не критика, и не предложение, только размышление по поводу и без... Выбор, разумеется, за Вами. ДобрА!»


    Вадим Розов, с эпиграфом  (И нет других в Инете\ "нам берегов для встречи"):

    «Уважаемый Ганзи Цу! Я здесь, на сайте, новичок и потому не уверен, в праве ли вести диалог, скажем, с Вами на «пространстве», принадлежащем третьему лицу, в данном случае Masyo. Впрочем, думаю, что и ей будет любопытно познакомиться с некоторыми суждениями «чужака». В качестве «затравки», выскажу мнение, которое, как мне кажется, сразу может показаться слишком категоричным. И всё же...
    Сколько бы русскоязычные поэты ни подделывались под японцев, ничего дельного из такой затеи не получится: менталитеты разные! А те из них, кто подражает, иной раз даже удачно, определённым тенденциям японской классики, обрекают себя, в конечном счете, на эпигонство, эстетствующее на ставшей уже почти мифологической любви японцев, например, к природе, «одухотворённой» религиозными догмами, учителями и их адептами.
       Хочется верить, что для русского поэта, несмотря на его искренний интерес к «японской огранке» (использую Вашу «терминологию»), она, эта «огранка» никогда не станет самоцелью. Формы, дух, поэтика японской классики может обогатить и обогащает творческие поиски русских поэтов; но служителям российской музы, по-моему, вовсе не к лицу роль самозабвенных продолжателей традиций японской классики (пусть этим занимаются сами японцы), русские поэты – делатели русской поэзии.
    Мне нравится «японская огранка» по многим причинам (но не о них сейчас речь). Скажу только, что стекляшку, сколько бы её ни огранивали, никогда бриллиантом не станет. «Японская огранка» в стихоплётстве графомана не скроет его бездарности.
    Мне нравится «художественная миниатюра» (не важно, насколько она «мини» и как называется – танка ли, хокку, экспромт, мадригал или даже одностишие), в любом случае она должна соответствовать своему названию – «художественная», «поэтическая».
    В мини-жанрах Поэзия особенно уязвима, она предельно обнажена, вот почему лже-поэзия всегда пытается прятаться в многословии. Трудно создавать художественные миниатюры, но в этой трудности – их привлекательность для поэта. И Вам, уважаемый Г.Ц., не удастся целиком переориентировать меня на пушкинские строфы, несмотря на всю благожелательность Ваших советов. (Я прекрасно чувствую, куда Вы клоните. Скажу Вам, для ясности: в поэзии я давно уже не новичок). А что касается «художественных миниатюр» а-ля «японская классика», читать их весьма прискорбно, когда в них поэзией даже не пахнет, несмотря на наличие неких т.н. классических атрибутов.   
    Ещё несколько слов о миниатюрах. Прискорбие от знакомства с ними возникает особенно часто, когда читаешь переводы японской классики, сделанные нашими известными отечественными переводчиками-японистами. Их переводы – это чаще всего просто подстрочники, над которыми нужно ещё работать и работать.
    Беда в том, что русский читатель, любитель «восточной» поэзии принимает это сырьё за истинную японскую классику, а те из них, кто сам пишет стихи, волей-неволей учатся на этих образцах – добросовестных поделках лжепоэтов-переводчиков и тем самым часто начинают пополнять ряды незадачливых эпигонов. О том, какой непоправимый (дай Бог, чтобы всё-таки – поправимый) вред для Русской Поэзии нанесли и наносят эти горе-переводчики, об этом, надеюсь, ещё скажет своё слово непредвзятое, внеклановое литературоведение и честная критика. Но исправить положение по-настоящему смогут лишь истинные поэты, а не эстетствующие эпигоны-графоманы.
    Ещё раз хочется подчеркнуть: постижение красот японской классики полезно не только с эстетической точки зрения, но и с профессиональной, ибо помогает обогащению и расширению творческих возможностей поэта. Но ХОРОШИЙ ЗНАТОК ЯПОНСКОГО ЯЗЫКА, ХОРОШИЙ ФИЛОЛОГ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ХОРОШИЙ ПОЭТ, В ТО ВРЕМЯ КАК ХОРОШИЙ ПОЭТ НИКОГДА НЕ СОТВОРИТ ПЛОХИХ ПЕРЕВОДОВ ИНОСТРАННОЙ ПОЭЗИИ: ОН ПРОСТО НЕ СМОЖЕТ ЭТОГО СДЕЛАТЬ, КАК ГОВОРИТСЯ, «ПО ОПРЕДЕЛЕНИЮ». Успехов Вам во всём!»

    В нашу беседу с masyo и Ганзи Цу нежданно встряла некто Надежда: «Вадиму Розову. Вадим, неплохо бы нам для начала почитать Ваши действительно стихи. Слов много. НО все что до этого у Вас прочла, далеко от японской поэзии. Уж извините - это мое мнение».
 
    Мой ответ с эпиграфом - "Надежда - мой компас живой..." И далее: «Читайте на здоровье кого угодно. Насчёт того, что мои стихи "далеко от японской поэзии", тут я и не возражаю, ибо никогда не стремился и не стремлюсь к подражательству. Зато мои стихи, наверное, ближе к поэзии русской и этот факт меня радует больше, чем Ваше откровение.
С надеждой - В.Р.»
   
    Увы, Надежда снова: «Вадиму Розову; С чего это вдруг Вы нашли в моих словах оскорбления. Я ЕЩЕ раз пишу, неплохо бы для начала почитать Ваши СТИХИ, русские, либо написанные в жанре хокку, танка, и др. САТИРУ читала, и что? Вы, наверное, сюда пришли нас, провинциалов, поучить. Так мы готовы к обучению. Не понимаю, чего Вы такой ЕЖИК?»
   
    Отвечать не стал. Своё любопытство Надежда могла бы легко удовлетворить, обратившись за помощью к поисковым системам, например, «Яндекс» или «Google». А мне любопытнее было продолжить общение с людьми более интересными.

   
    После «паузы для обдумывания хода мысли» Ганзи Цу продолжил: «Уважаемый Вадим! Во-первых, у меня никогда не возникало сомнений, что Вы обладаете и художественным вкусом, и существенным литературным дарованием. Во-вторых, я никогда не позволил себе даже думать о том, что Вы, Вадим, не можете не различать Поэзию и стихоплетство. В-третьих, тема русского и японского поэтического наследия очень серьезно занимает меня в последнее время именно в сравнительно-аналитическом плане... Отчасти, многие высказывания в комментариях – это проверка или корректировка понятий, определений, убеждений....своих и чужих, разумеется. Вопрос, какая поэзия присутствует на сайте Классической японской поэзии, - Вы, уже нашли для себя один единственно правильный ответ?!
    Что касается меня: открывая для себя заново классическую японскую поэзию через русскую поэтику в творчестве русскоязычных литераторов, я не противопоставляю одну Поэзию другой, потому что инструмент общения единый.
    Не уходите, пожалуйста, Вадим, в конфронтацию, просто в Вас чувствуется бОльшая выразительная мощь в классических русских формах. Вы нас не "разделяйте", "умножьте", своим дарованием!))) Это добрая и теплая шутка».
      
Masyo: «Здравствуйте, Вадим! Японских поэтов здесь нет ни одного, все русские, как на подбор...Так что Ваш интерес к твердым формам восточной поэзии всем понятен, равно как и сомнения, и замечания к переводам.
    Приведу здесь послесловие к книге «Шедевры японской классической поэзии в переводах Александра Долина», вышедшей недавно в издательстве «Эксмо». Мне показалось, Вы его читали, а нет... Вам будет тоже интересно услышать мнение достойного переводчика.


3. «Мнение достойного переводчика»
   
    Из предложенной мне  для чтения статьи даю лишь несколько выдержек.
    «Несмотря на продолжающийся в России уже не первое десятилетие ‘бум японской культуры’, в области перевода классической японской поэзии, где и раньше все обстояло не слишком благополучно, сложилась критическая ситуация. На фоне успешного развития блестящих отечественных школ перевода с английского, французского, немецкого, испанского, итальянского и китайского языков поступающие в продажу сборники японской поэзии выглядят зачастую либо как триумф воинствующего дилетантства, либо – что еще хуже – как попытки выдать относительно корректный, но ‘для красоты’ перекореженный академический подстрочник за поэзию, которой он по определению быть не может.
   
    Причины той трагикомической легкости, с которой ныне в печать отправляется любая поэтическая или псевдопоэтическая книжица с маркой ‘ Япония’, предельно просты: отток квалифицированных специалистов из сферы японской литературы, не приносящей доходов, коммерческий интерес издателей к ‘японской теме’ и отсутствие элементарных критериев в определении ‘поэтического’ и ‘не-поэтического’ перевода, которые, разумеется, всегда неизбежно присутствовали в работе с западной поэзией. Это в особенности относится к поэзии танка – самому изощренному и утонченному жанру японской лирики, существующему в канонической устойчивой форме, которая достаточно сложна для перевода. Если в переводе хайку все в основном зависит от правильного понимания текста и верно выбранной интонации (число же слогов может отличаться от оригинала), то в танка мы имеем дело с миниатюрным филигранно отделанным стихотворением твердой формы с четким метром и подвижной ритмической схемой, переполненном поэтическими аллюзиями и тропами на предельно сжатом пространстве.

    К сожалению, если читатель возьмет на себя труд перелистать имеющиеся ныне на рынке сборники танка (и не только), он убедится, что подавляющее их большинство лишено даже намека на какой бы то ни было единый принцип перевода. За редкими исключениями одни и те же переводчики (число всегда было и остается невелико) в одном и том же сборнике прибегают то к белому стиху, то к верлибру, то к дольнику с ломающейся строкой, то к регулярному катрену с грубо оборванным концом, то к псевдопоэтической инверсии, то к введению квазиархаических неологизмов, а зачастую и просто к переложению гениального пятистишия незамысловатой прозой, разбитой для вящей убедительности на пять строк. Удачные попытки, если они есть, фактически нивелируются массой неудачных.

    О передаче поэтических приемов говорить вообще не приходится, хотя они порой ‘разъясняются’ в примечаниях…Твердые поэтические формы можно переводить только в адекватных – пусть и не идентичных – твердых формах, которые не допускают беспричинных вольностей… Иначе мы получим то, что уже получили сегодня – курьезы, нелепости и бесцветные подстрочники, которые по произволу переводчика с издателем выдаются за жемчужины поэзии и при молчаливом или громогласном одобрении критики вводят в заблуждение читателя».

Александр Долин
Профессор японской литературы
Международный университет Акита (Япония)


По-моему, в этой статье есть замечательные наставления для тех, кто хочет переводить и\или писать в жанре танка! С уважением, masyo».
   

    Вадим Розов: «Здравствуйте, Masyo! Спасибо за интересное послесловие А.Долина. Я с удовольствием прочитал его и со всеми его положениями в принципе согласен. Но в то же время лишний раз убедился в том, как часто наши слова расходятся с нашими же делами. Если не трудно, прочитайте мои недавние комменты к двум долинским переводам в рубрике "Танка". С уважением! - В.Р.»
   
    Что же я предложил прочесть?

1. Аривара-но Мотоката, танка «Сложено в первый день весны, наступившей в старом году»* в транскрипции А. Долина:

    tosi no uti
    Faru Fa kinikeri
    Fitotosi wo
    kozo to ya iFan
    kotosi to ya iFan

* Новый год по лунному календарю приходится на конец февраля — начало марта по солнечному.

А вот перевод А. Долина:
   
    Год не минул ещё,
    а весна уже наступила,
    и неведомо мне,
    Как же звать теперь эту пору –
    «старым годом» иль «новым годом»!..

Далее мой комментарий: Уважаемый А. Долин! Спасибо за подстрочник. Приемлем ли мой вариант перевода, сохраняющий размер подлинника?

    Год ещё длится,
    а тут весна настала.
    Теперь не знаю,
    как звать мне эту пору:
    «год старый» или «новый»?

Такая же ситуация с танкой Ки-но Цураюки (868-946) -  «Сложено в первый день весны» (аллюзия на китайскую классическую «Книгу Ритуалов» («Ли цзи»), где сказано: «В первый месяц весны восточный ветер растапливает лёд»).

Транскрипция А. Долина:
 
sode Fidite
musubisi mizu no
koForeru wo
Faru tatu keFu no
kaze ya tokuran

А вот перевод А. Долина:

В день начала весны
растопит ли все-таки ветер
тот покров ледяной
на ручье, где берем мы воду,
рукава одежд увлажняя?..

Вадим Розов («Извините за вторжение!)  даёт свой вариант перевода этой же танки, опять же - сохраняя размер подлинника:

Весенний ветер
растопит он ледовый
покров на речке,
где черпаем мы воду,
касаясь рукавами?


masyo (комментарий на мои опыты-«экспромты»): »Вадим, надеюсь, это шутка. (Вы тут решили ещё с А.Долиным словечком перекинуться). Ну что же... Я Вам отвечу, пока он сам "подтянется". Всё очень просто - прочтите свои ранние стихи, тогда Вам тоже станет всё понятно... И то, к чему он сейчас пришел, и как бы следовало это делать раньше… Но ведь написанное пером, не вырубишь... Сами знаете. А что до Вашего варианта, то всё, конечно, познается в сравнении. Я люблю перевод А. Сандерса:

весна вернулась
хоть год не завершился
не знаю даже
как этот год назвать мне
прошедшим иль грядущим».


Вадим Розов (с эпиграфом – «Шутить я рад, прислуживаться тошно!»): »Ув. Масё, спасибо, что откликнулись за проф. А.Долина, он так и не «подтянулся». Кстати заметить, его Аривара-но Мотоката опубликован в августе этого года, а не в юности. А коммент на его Цураюку не посмотрели?.. А что делает В.Санович? (Я и до него добрался! Вы уж извините. Привередливый я "танкист"!) Неужели сайт даст всю его сотню подстрочников?! Вот один из примеров:

Танка (автор – Тэндзи-тэнно, тридцать восьмой император Японии (627 -671) – «На осеннем поле». Транскрипция В. Сановича:

Aki no ta no
Kariho no io no
Toma o arami
Waga koromode wa
Tsuyu ni nure tsutsu

Перевод, сделанный В. Сановичем:

На осеннем поле
Непрочный приют осенен
Сквозной плетенкой.
Оттого-то мои рукава
Что ни ночь от росы намокают.

    Снова Вадим Розов, со своими «претензиями»: «Уважаемый В.Санович! Вы проделали большую работу. Но, к сожалению, все Ваши переводы скорее напоминают подстрочники. Почему Вы не соблюдаете канонов: 5-7-5-7-7? Например, эта танка Тэндзи-тэнно, по-моему, не в ущерб смысла и художественности оригинала могла бы прозвучать примерно так:

В осеннем поле,
В сени сквозной плетёнки -
Приют непрочный.
Так что роса ночная
Все рукава мне влажит.

    (Можно было бы сказать "мочит", но это слово мне не очень).
Русский язык богат наверное не менее японского! Поэт-переводчик - не просто великолепный знаток чужого языка, он, прежде всего, - поэт! "Школа" поэтического перевода японской классики дисметрическим верлибром мне представляется сомнительной. Желаю Вам удачи!»
    «P.S. Небесполезно вспомнить (см. Литературную энциклопедию, Изд-во Л. Д. Френкель, 1925): «Японский язык, не имея слогов долгих и кратких, ударных и неударных и, следовательно, не имея стоп, построил свою стихологию, в частности, строфику, главным образом на определенном числе слогов в стихе (строке)… Господствующая в японской Бунгаку (книжная поэзия) уже много столетий строфика основана исключительно на 5 и 7 слогах в стихе».

    Строки из моего «докугина» «О виршах»:

«Знай, подражатель:
Стихов японских тайну
Скрывает иероглиф…

Японоведам,
Переводящим «танка»
Стихом свободным, -
Совет: забравшись в танки,
Попробуйте попрыгать».

    2-го декабря, как бы в поддержку именитых переводчиков-японистов, masyo обратилась ко мне «с размахом», поставив вопрос ребром: «Я прочла Ваши варианты к переводам… А давайте просто отбросим то, что Вы умеете писать в размер, это всего лишь один пункт в твердых формах... А дальше опять внимательно читаем Долина: 1.канонический образный строй; 2.каноническая метрика; 3.канонические художественные приемы; 4.каноническая лексика. Скажите сами, Вам это удается?»
    - Чтобы всё это «каноническое» удавалось, пожалуй, нужно быть, прежде всего, японцем и, желательно, к тому же, «каноническим» дзэн-буддистом, - подумалось мне тогда.
   
    Так начался, увы, последний, но и самый благотворный месяц моего общения на сайте «Японская классическая поэзия» с русскими кадзинам (пишущими танка) и с русскими хайдзинами (пишущими хайку-хокку).


4. Назойливый комар и «неизбежное»

    Месяц начинался, можно сказать, на весёлой ноте. 2-го декабря я опубликовал в разделе «Сэнрю» связку своих пятистиший «О мухе»:

С Нарикабурой -
С «гудящею стрелою» -
Сравню я муху,
Чьё жало ранит тело,
Как яд злословья – душу.

На стадионах
Жужжанья мух не слышно.
Вот где раздолье! -
Напиться свежей крови,
Впиваясь в плоть фанатов.

Навоз от мёда
Не отличает муха.
Фригидность вкуса?
А где же нюх? А зренье?..
Всеядность потаскухи!

Спешила муха
К варенью… Хлоп! – И крышка.
Эх, сладкоежка!
Заране знать бы шустрой,
Что смерть бывает сладкой…

- Летают люди
Быстрее всех крылатых!
А что – вы, мухи?..
- А мы ходить умеем
По потолку и стенам!

    «Кобаяси Исса нам улыбается», - заметил ник «bob», поместив, в качестве коммента, хокку знаменитого японского классика:

Ой, не бейте муху!
Руки у неё дрожат…
Ноги у неё дрожат…

    «Спасибо, bob! Не будем хмурить лоб, – отреагировал я. – Улыбнёмся все вместе!».
    За сим, на следующий же день, появилась моя подборка, где-то тоже в шутливом ключе, из пяти хокку под общим заголовком «На земле, в небесах и на море…»:

На пляже

Гляжу на небо...
Нудистка – попкой к солнцу.
Сменил я позу.

На свадьбе

Кричали «Горько!»
Подружка искусала
себе все губы.

На трассе

Летит «Ниссан» мой
на скорости под двести...
Мечтаю в пробке.

На работе

Столы теснятся,
застолье мониторов...
Скорей бы праздник!


На Красной площади

Проходим маршем,
равнение направо!
На склепе пусто.

    И тут-то нежданно-негаданно залетел москито, пардон, опять же morisato, - и загудели ругательства (и что я ему дался!): "Ваше упрямство гораздо поболее будет нашего снисхождения... Вы нехороший человек! Я очень сильно РАЗОЧАРОВАН!!!
Вы опустились до откровенного скотства! Подите прочь! "Чтоб я в дальнейшем не обидел Вашу маму\И не испачкал кровом белую панаму."

    Вслед за этой истеричной тирадой, после одобрения моих хокку  Бобом («Остроумно») и Анжеем («На пляже и на свадьбе - съедобно») «Москито» вновь обрушил свой писк уже на своих давнишних коллег: «Анжей! Вы ли это? Рукоплещете Змию? Сайт, который я почитал, вы ныне вот так просто отдаёте на откуп сатано-дебилам? "Медленное рождает быстрое!"  Загнивайте, господа! Будет у меня время - загляну к вам...»

    «Когда героини - женщины, я себе не принадлежу, - оправдывался Анжей и, обращаясь уже ко мне, добавил: Что-то у меня было из этой серии… Пляжный "бестселлер":

Обнаженная герлА
книгою увлечена,
Интересно, что за книга,
вот бы, вместе почитать?!»

    «Я рад, что на сайте есть люди, понимающие юмор и иронию. Судя по Вашим хокку, Вы - один из них. Спасибо! – поблагодарил я Анжея, отправив следом своё продолжение «пляжной» темы:

Обнажённая герлА
пила чтой-то из горлА.
Интересно, что в бутылке?
Вот бы вместе... Не дала!»

    Тогда же, 3-го декабря, вечером, в продолжение на сей раз «москитной» темы я выложил на сайте танку под названием, взятым из серии моих афоризмов: «Ах, мошка, не возникай!»:

Комар назойлив –
И я его прихлопнул.
Видать, хотел он
Скорей переродиться,
Как бывший мой приятель.

    На следующий день некто неизвестный, подписавшийся (буква в букву) - «остроумному автору»,  прокомментировал: «Сэнрю – 5-7-5 (имелось в виду количество слогов, - В.Р.), танка – не афоризмы».
    «Остроумный автор», то бишь я, был абсолютно с ним согласен, однако решил громогласно заявить: «Всем озабоченным чистотой жанра! Думаю, что ныне «сэнрю» - это  стиль, поэтика, школа, если хотите, не терпящая занудства и мнимой многозначительности, высосанной из пальца».
ВОТ И СДЕЛАЙ ДОБРОЕ ДЕЛО!..

Переродился!
А радости не много:
Свиньёй он вышел.
Неверные, - боюсь я! –
Сожрут его на праздник.

    «Я думаю, никто не перерождался, - возразил ник БДД. – Дискуссии идут только на пользу. Не голосую».

    «Не голосую» - на сайте значит «не поддерживаю». Значит, заслужил. Значит, знай, кому и когда делать доброе дело, - рассуждал я с самим собой. - А всегда ли на пользу идут дискуссии? Вот с morisato мне вообще не хочется дискутировать, ни по какому поводу…
    Но он, казалось, постоянно искал зацепку. К примеру, прочитал он мою танку из серии о Сантоке-скитальце: «Он сел на пенёк.\ Вдруг зачесалось… Привстал:\ пенёк трухлявый!\ Палец большой на ноге\ вылез совсем из носка». Ну, а у «Москито» тут же вылезло жало, да с «Эпиграммкой»: «Пенёк с дубами\ дела не имеет -\ Среди рябинок\ меньше он робеет…»  Во как!... Короче, - о, Неизбежность! - мне всё-таки пришлось, напоследок, ещё раз вступить в «дискуссию» с этой нелепой маской. О чём?.. Придётся забежать вперёд, аж, на две недели, когда я опубликовал «докугин»… «О неизбежном»:

Сказал учитель,
Что секс, как ген природы, -
Предмет науки.
Пытливый ум подростка
Экспериментов жаждет.

«Кто ты!.. Козявка!
Дунь раз – и нет ничтожной!..»
Он так и сделал.
Тут острая былинка
В глаз бонзе и попала!

С тобой всё клёво!
Ты был уже евреем,
Согласно карме.
А он снискал впервые
Такое воплощенье…

Всю жизнь мечтает
Романтик одинокий
Найти такую,
Чтоб слиться с ней духовно…
Не тратя из зарплаты.

Ни водокачки,
Ни газа нет в деревне.
Но мегаполис
Пентхаусы возводит,
И тоже – для народа!

    В течение  1-го часа 50-ти минут, после появления (на сайте) неизбежности,  morisato крепился и, наконец, не выдержал: «Вадим! У Вас есть хотя бы малейший намёк на совесть, внутри Вашей безумно креативной и катастрофически неуёмной души?
Уж я не знаю, как Вам, болезному, обозначить Ваши скромные рамки... Кричать на Вас - это не наш метод! А как разговаривать с человеком, подобным Вам? Стучу - Вы не открываете... Ищу - про пенёк выдаёте (кстати, достаточно жалкие потуги).
Вадим! Подите прочь! Такая подача Вас устроит? Более упрямого аффтора я не встречал...»

    Не успел я найти внутри «хотя бы малейший намёк на совесть», как в мою защиту высказалась (или высказался – не знаю) некто Мидзу: «Morisato, а к чему это вы так нервно и безапелляционно выступаете? И более того, считаю, оччень глубоко и проникновенно пишет Вадим. Четвёртая танка вообще слезу вышибает. Вадим, благодарю вас за столь изящно поданную правду жизни».

    «Увы, Мидзу! – воскликнул я (виртуально). –  Правда жизни мало кому нравится. А зацикленным психам её вообще не понять. Спасибо за отклик! Далее – Морисате:
- А ты кто такой!- вскричал Михаил Самюэлович Паниковский. Шура Балаганов ему отвечает: "Пенёк ты!" Я же, "упрямый аффтор", добавлю более культурным слогом в адрес беспардонного "комментатора": "Ах, мошка, не возникай! Тебе ли, убогой, "обозначать" мне "рамки"! Знаешь, как пел Владимир Высоцкий: "Ты, Зин, на грубость нарываисся!.." Не надо! Впрочем, уверен, Админ не позволит тебе изливать свою больную желчь. Угомонись, мориссато!»

    Так и случилось, довели Админа! – «Уважаемые авторы! Вадим Розов и morisato!
Очень вас прошу соблюдать правила вежливости! Я понимаю ваше стремление утвердить поэтическую правду, но давайте, в лучших японских традициях, сохранять лицо в спорах. Надеюсь, что фраза "У поэтов есть такой обычай - в круг сойдясь, оплевывать друг друга", - это все же не про наш сайт».

    Видимо, чтоб меня утешить, Анжей поставил мне «5 за пятую танку!» и добавил: «Порой, когда бываю за сто км от столицы, стыдно народу в глаза смотреть. "Сынок, чай, тяжело тебе там в Москве жить?"

    Что касается Мориссато (с двумя «с» - заслужил!), так он вовсе распоясался: обратился к Админу с призывом отлучить меня, «вредителя», от «Японской поэзии», как бы выдворить «за сто км от столицы», что и вытворяли когда-то покровители сексотов. За помощью я  решил обратиться к одному из местных авторитетов:

    «Уважаемый ae! Извините, что пишу Вам не совсем по делу. Как я заметил, Вы часто выступаете в роли литобозревателя местного «Тятра ябуки», а посему, возможно, Вам будет любопытно узнать, что творится за его кулисами. Дело в том, что в «Дымке белёсой» нашего сайта завёлся СТУКАЧ. Донос в виде воззвания он написал! Полагаю, что содержание этого «документа» может заинтересовать Вас и коллег, дабы можно было сделать соответствующие выводы. Поборника «идеологии Прекрасного» цитирую дословно: «Призываю администрацию сайта озаботится «стихами» Вадима Розова!
Нет ничего более разрушительного, как попустительство врагу. Врагу нашей общей идеологии, Врагу нашего представления о прекрасном!!!»
Подпись: morisato 20. 12. 10. 15:08

    Всё это было бы смешно, если бы не было так гнусно. Вероятно, Вы давно знаете этого субъекта. Может, он болен? (Прочитайте его сочинения на сэнрю). Если он здоров, тогда есть шанс, каким-то образом повлиять на здоровяка «бесноватого»…
Ещё раз прошу прощения за то, что отвлёк от «высоких мыслей». Спасибо!»


5. Первые шаги на пути к «сокровенному и мистическому»

    Наконец-то я решился войти в раздел «Югэн» не только в качестве одного из комментаторов «Красных сосен» masyo, но и как полноценный автор, которому, согласно предписанию для входящего, желательно было выразить «впечатления и чувства» человека, «созерцающего лунный свет, струящийся сквозь дымку проплывающего облака». Этот образ, заимствованный «Японской классической поэзией» у своего братского сайта «Очерки японской культуры», «вмещает», в частности, «прямое указание на причастность к свету и сверканию, но свету холодному, отрешённому - это прохлада буддизма». Вот и моя «связка» трёхстиший вошла под заголовком «В полнолуние»:

Смотрю из окна.
Небо ночное дивит
Щитом золотым!

Сладко хозяйке...
А ей всё мерещится
Жёлтый блиночек.

Тихо спят дети.
Папа всегда защитит,
Мама накормит.

С куклами дочка,
Сын положил рядом меч.
Мирно спят дети.

Хочет за ширму
Луна заглянуть – страшно:
Кот на циновке.

«Муррр...» Да не спит он,
Щурится на тарелку,
Манну ждёт с неба.

    Первым откликнулся ae: «предпоследнее хорошее такое». Masyo: «приглянулось» тоже предпоследнее трёхстишие, а также первое. Ганзи Цу согласился: «Номер 5 – в 5!». Анжей высказался более пространно: «Написано задушевно по-русски. Что-то больше удалось, что-то меньше. Но мне импонирует, когда пишут глубоко, используя при этом простую русскую речь».
    А я подытожил:

Вот и дню конец.
Горд, что вам, корифеям,
"глянулось" что-то.
Приёмы японских муз
годны для русских стихов!

Рад, что и Анжей
чувствует русский запал
в этих трёхстишьях,
созданных слогом родным,
славным и там - в Ямато.

Аригато! – всем,
а Ганзи-сан – особо:
за слишком краткий,
но многозначительный
коммент с оценкой "Го"!

P.S. «Го» значит «пять» по японски. «Аригато» - спасибо.

    Окрылённый, можно сказать, успехом, я на следующий же день, 7-го декабря, выдал следующую «связку» а-ля югэн, на этот раз – из четырёх пятистиший:

ИДЯ ПО ЗИМНЕЙ УЛИЦЕ…

Краны над стройкой,
словно жирафы, тянут
шеи друг к другу:
после работы пора
поговорить... о любви.

Слякоть повсюду.
Вдруг метель закружилась –
грязь заметает.
Белой порошей иду,
чёрными метками – след.

В зимние будни
держится часто любовь
жаром камина.
Душу согреет уют –
ненависть стает, как лёд.

Если бы мог я
чёрное скрыть под белым!..
Снег лишь сумеет
роль разыграть маляра
здесь, хотя бы на время.

    Этой публикацией мне впервые удалось, «на полную катушку» разговорить своих уважаемых коллег. Думаю, что мнения, высказанные ими, достойны того, чтобы дать запись всей нашей беседы, что называется, без лишних комментариев.

    Lee: "Жирафчики" - прелесть, да и "Камин" - греет!!! Удачи!!!

    masyo: «Жирафы и камин так и просятся в хайку (идеи хорошие)… Вот и во второй танке…  И хокку в ней контрастный (имеются в виду первые три строки, - В.Р.), и параллель с человеческим ненавязчивая... И они более просто показывают, чем рассказывают многословно, - это важно!»

    Вадим Розов: «Уважаемая Масё! Огромное спасибо! Ваши комменты безусловно заслуживают внимания, как и любая, пусть даже самая нелицеприятная, критика. Правда, я уже успел заметить, что Вы и Ваши единомышленники по сайту любите судить больше о составных частях стихотворения, нежели о произведении в целом. Оправдано ли такое его "расчленение" на отдельные хайку или танка, по сути взаимосвязанные в стихотворении единым, хотя порой и подспудным, сюжетом, мыслью, настроением? Чувствуется, что Вы воспитаны на сугубо классических традициях в поэтике "одиноких" 3-строчных и 5-строчных миниатюр. Создаётся впечатление, что Вам вообще не сродни практика соединения нескольких хокку или танка в односюжетном стихотворении в качестве его строф. Убеждён, что русскоязычным поэтам, обращающимся к опыту японской классики, следует расширять свои творческие возможности, а не забивать себя сознательно в угол в угоду беспрекословной преданности «древне»-японским стилистическим принципам. Буду весьма признателен, если найдёте время и желание продолжить этот разговор».

    masyo: «Здравствуйте Вадим! Рада Вас слышать на югэне. Вам просто не сразу удается охватить впечатлением весь сайт. … У меня очень много ранних стихотворных циклов, что вполне соответствует переходному периоду - когда русскоязычному автору не удается одним хайку или танка выразить всё, что хочется сказать!!! О, Боже, как же мы бываем  многословны! Скажу Вам сразу: немного «поупражнявшись» со всеми этими циклами, Вы поймете вскоре, что это многословие порой не стоит одного единственного стиха, который собственно и надо написать, но хорошенько сосредоточившись. Вот тут уже совсем иной восторг, слегка японский! Но это стоит того, чтобы почувствовать глубину выразительности совсем иных средств. Ваш цикл стихотворений я, конечно, воспринимаю в целом, но что же я могла сказать о них, когда и так всё на поверхности... всё-всё открыто! Это очень по-русски... Вы не используете жанровые особенности так, чтобы о написанном Вами можно было потом говорить... И потому, я высказалась только о той песни, что наиболее похожа на танку...».

    Вадим Розов: «Уважаемая Масё! Как хорошо Вы сказали, что во всех этих хокку и танка "так много волшебства и красоты, не меньше, чем в прекрасных русских многосложных рифмах"! Как совместить волшебство и красоту, присущие японским миниатюрам, с русскими рифмами, с русским стихосложением, с русской поэтикой? Вот эти-то вопросы меня и волнуют больше всего. Дать ответ на них может лишь практика, только личные, конкретные опыты, чем, в сущности, я и решил заниматься на нашем общем сайте.
    Я искренне и высоко ценю опыт Ваш, Ваших друзей и всех поэтов, влюблённых в японскую культуру. И, вслед за Вами, хочу тоже постичь, в меру своих сил и способностей, премудрости стиля югэн и сэнрю. А в этом серьёзном, сколь и занимательном, деле рассчитываю, честно говоря, на Вашу помощь - в критике и советах.
    Безусловно, вы правы: "не каждому поэту дано быть именно хайдзином". Но полагаю, что и не каждому хайдзину дано быть именно поэтом, кудесником художественного слова, а не только дзен-буддийским созерцателем. А как бы хотелось быть и тем и другим! Но я, поверьте, не отказался бы и от преимуществ "переходного периода", когда можно было бы, согласно Вашему признанию, ощущать себя автором "непосредственных живых и абсолютно искренних и очень русских при этом" стихов. О, Боже! Что может быть желанней для стихотворца!»

    masyo: «Мы все тут школяры, как говорит ае, только и разницы, кто в каком классе... Однако, утро вечера мудренее: завтра... завтра ещё Вам напишу интересного».

     masyo (на следующий день): «Так вот, пишу Вам о том, что задумала вчера! Не знаю, насколько Вы знакомы с классикой, Вадим, насколько любите японских авторов, и кто именно близок вам по духу. Просто знаю, раз стало интересно, и хочется себя попробовать в восточных твердых формах, то будете ещё читать и читать. А для ориентира напишу Вам очень кратко, что в японской поэзии все жанры (а их не так уж много) пропитаны духом исторических эпох. И каждому времени соответствует своё чувство прекрасного.

1. Эпоха Нара (710-794 гг.) - красота простого [ранние народные песни; короткие песни - танка, длинные песни - нагаута, и другие формы].
2. Эпоха Хэйан (794-1185 гг.) - изящество и красота аварэ (очаровательного): [придворные песни - танка, расцвет жанра танка].
3. Эпоха Камакура-Муромати: период Камакура (1185-1333 гг.) - красота югэн (сокровенного, таинственного), [рождаются цепочки рэнгу, танка пишут уже в духе Югэн];  период Муромати (1392-1568 гг.) - красота саби (печального): [хокку отделяется из рэнга в отдельный жанр коротких трехстиший].
4. Эпоха Эдо (1603-1867 гг.) - красота окаси (смешного): [появляется сэнрю].

    Глядя на это историческое и поэтическое единство, Вам будет легче найти себя в восточных твердых формах... Кто Вы, и из какой эпохи, образно, по духу? - таковы и Ваши стихи, таков и жанр, что для Вас подходит... Про соответствующее наполнение, приемы, стилистику и образы я уже молчу... И никакой помехой этому не является наш русский образ мысли! Удачи!»

    Вадим Розов: «Уважаемая Масё! Как я благодарен Вам за этот маленький экскурс в японскую историю КРАСОТЫ! А если ваш вопрос "кто вы, из какой эпохи, образно, по духу?" обращён ко мне, то я отвечу: достижения всех эпох в постижении прекрасного мне интересны, необходимы и всегда по духу. Спасибо! Читать Вас - всегда удовольствие!
    Далее - для Ганзи Цу, который в одном из своих комментов ввёл в оборот «термин» -
"классическая японская поэзия русского языка"!  Эти слова, Ганзи-сан, не каламбур, сорри! - это позиция, причём, с моей точки зрения, довольно спорная. Создавать классическую японскую поэзию на русском языке - это звучит, простите, как нонсенс. На русском языке можно создавать только русскую поэзию. Даже стихи на японском, как только они переведены на русский, по-моему, тотчас становятся частью русской поэтической культуры. (Имею в виду, конечно, ПОЭТИЧЕСКИЕ переводы, а не подстрочники для филологов, историков литературы или же для студентов, изучающих японский язык).
    Ещё, насчёт японского сонета. Не понимаю, откуда у вас такое неприятие этого нового жанра? Пусть даже он создан искусственно, но если в этой новой форме поэтическое содержание, то какие могут быть претензии? Не важно, какова форма стиха, главное, чтобы стих был поэзией, а не галиматьёй графомана. (Ув. Ганзи Цу, извините за возможно сумбурные суждения мои, но я, к сожалению, легко "завожусь", особенно, когда затрагиваются столь "больные" вопросы)».

    Ганзи Цу: «Уважаемый Вадим! "Классическая японская поэзия русского языка" и "японский сонет" - это мои индикаторы соответствия, которые и должны "заводить". Это хорошо, что для Вас эти вопросы "больные"... Врач - исцелись сам! Предлагаю отложить беседу до того времени, когда уже не будем "заводиться".

    Вадим Розов: «Согласен повременить! Но только позвольте ещё "два слова"... к беседе. Я тут вновь обратился к Вашей статье "Второе пришествие..." и, в связи с ней, задаю вопрос: если западный символизм прижился на японской почве (Вы ведь согласны с А. Долиным?), почему же на западной, сиречь - русской почве не может прижиться японский символизм (между прочим, поэтика того же югэна, по-моему, почти сплошь символизм)? Вот почему подчёркиваю: "ЯПОНСКИЙ СОНЕТ", созданный и прижившийся в России, вполне ЕСТЕСТВЕНЕН».

    Ганзи Цу: «Уважаемый Вадим! Я согласен с А.Долиным в том, что западный ветер привнес в традиционную японскую поэзию новые веяния, вызвал ответные волны в виде стихов новых форм. Однако по прошествии достаточно длительного времени эти «волны» утихли, и японский стих вернулся к своим классическим формам, конечно, с использованием заимствованных символов, образов, не свойственных изначально японской традиции».
   
6. «Кареглазая снежинка» и её роль в «Японской поэзии»

    Свою следующую «рэнгу»-докугин я сопроводил предисловием:

    «Уважаемые читатели и коллеги! Публикуясь на этом сайте, я меньше всего думаю о том, чтобы «вешать на свои произведения табличку «танка\хокку», как это считают некоторые авторы сайта. Не все стихи, выходящие из-под пера поэтов, можно загнать в ту или иную рубрику: тематика, стиль, настроение, художественные приёмы и т.п. часто не соответствуют канонической заданности миниатюр в стиле средневековой японской поэзии. За прошедшие века японская поэзия (в широком смысле) претерпела и претерпевает большие сдвиги в сторону новшеств, идущих с Запада, который в свою очередь успешно заимствует приёмы японской классики».
    ………………..
    Известно, что, во многом благодаря творчеству Эдмонда Гонкура и двум его книгам «Утамаро» (1891) и «Хокусай» (1896), Европа на рубеже 19 – 20 вв. «открыла» японское искусство. Вспоминая «японский выставочный бум» в России, Андрей Белый писал: «…едва для Гонкуров запела японская живопись, как Эдуард Мане воскресил её в своём творчестве; и появились затем труды… посвящённые японцам». Японское влияние на русскую культуру стало заметным в трудах русских художников, скульпторов, архитекторов и, конечно же, поэтов; можно сказать, продолжается оно, это влияние, и по сей день, прямо или косвенно.
    (Как я любил в студенческие годы бродить по Москве! - с ФЭДом в руках, фотографируя старинные здания в стиле «модерн», их крыши и фризы, балконные решётки и даже чугунные лестничные перила, где явно виделся «экзотический» японский орнамент. Его изящные черты я искал и у букинистов, на обложках дореволюционных журналов и поэтических сборников первых десятилетий 20-го века).
   ………………..
«…Идёт благотворный процесс взаимовлияния и взаимообогащения двух поэтических культур. Мне, лично, приятно ощущать себя в этом живом потоке, образующемся из слияния двух «течений», подобных Белому и Голубому Нилам, которые, как известно, породили Большой Нил, оживляющий пески Сахары. Полагаю, что в моих опусах, появляющихся на сайте, можно почувствовать этот синтез двух поэтик. Для меня же самое главное, чтобы в моих стихах была Поэзия. Она – единственный критерий всех наших поэтических опытов. Успешны ли они, - об этом судить Читателю». Итак…

О ПОСТУПКАХ

Решили боги
Спасать непросветлённых,
Надеясь втайне,
Что люди устрашатся
Своих дурных поступков.

Не всякий зрячий
Глаза имеет Будды,
Чтоб видеть бездны,
Куда его толкают
Безудержные страсти.

Иной в пещере,
Самадхе предаваясь,
Учился всуе
Распознавать вершины
Добра и зла под снегом.

Но ты, мечтатель,
Мудрец и проповедник,
Эстет и воин,
Взял меч – Живое Слово:
Спасать Любовь и Веру!

Стихи огранкой
Таинственно сверкают,
Как звёзды ночью,
Разбрасываясь щедро
Священными лучами.

    аe: "эх"

    Вадим Розов: "Уважаемый АЕ! Ваше "эх" напомнило известный анекдот, как Сара посылала из Израиля в Москву телеграмму с соболезнованием: стремясь сэкономить свои "бабки", ограничилась единственным словом "Ох". Спасибо!.. Не скупись, коллега!"

    Ганзи Цу (неожиданно, может, с намёком каким?): "Уважаемый Вадим! Среди Ваших переводов этот нравится больше всех, даже включая переводы сонетов Шекспира:

Как это глупо – кем-то быть,
Всё лето квакать, что ты – кто-то,
Мол, пусть по имени тебя
Чтит... восхищённое болото.
 
(Из стих. Эмили Дикинсон (1830 -1886) «I’m Nobody». Перевёл В.Р. http://www.stihi.ru/2009/09/30/66)".

    ае: «Вадим, видя, что с вами завязывает серьезный диалог Ганзи по фамилии Цу, посчитал свое вмешательство лишним. Ганзи "любитель-профи", а я "любителишко". Вообще же общаться, конечно, будем, обязательно!».

     Эта оптимистическая нота давала надежду на дальнейший любезный обмен мнениями с русскими шидзинами, да вот надо же было мне прочитать на югэне хокку, написанную известным портальцем с ником «М-м»:

«Вечер… Так нежно
Снежинка-кареглазка
Подмигнула мне.

…И  вслед за недоумением ае («…как это кареглазая?») тоже задать вопрос: «"Снежинка-кареглазка", видимо, из рода ядовитых осадков?..»

    М-м стал оправдываться: «Знаете, когда вам подмигнёт кареглазая девушка, что вы увидите? Искорку. Подмигивание — ведь это всегда такая озорная искорка (а может быть, она ещё и нежная)... А здесь — снежный вечер... Вечерние снежинки — ведь это как если бы из сумрака вечернего нам подмигнул кто-то... Не знаю, что ещё сказать в своё оправдание… Если не срабатывает — жаль...»

    ае стал подначивать: «Слышь, Афоня, я на тебя рупь поставил с твоей кареглазой, а ты снова назад сдаешь!»

    Однако на стороне Макса (это, как выяснилось чуть позже, – настоящее имя ника «М-м») оказалась внушительная группа поддержки, в составе которой были, конечно же, и представительницы женского пола. (Ник «zinaha»: «Максимушка, ты про меня? Тоже хочу быть снежинкой-кареглазкой, а, может, я и есть она самая!». Ник «ЛД»: «И мне нравится. И даже (с моими серыми глазами) не чувствую дискриминации». Надежда: «Максим, А хочешь, подмигну!? Ты нас Уралочек не знаешь. Что там ваши москвички! Голосю!».
   Из мужского состава поддержки голоса звучали более серьёзно, bob, например: «Максим! Понравилось, и очень! Принимаю хайку полностью без оговорок и поправок! Спасибо. Кареглазая снежинка – это уже взгляд в суть, взгляд сквозь очевидное. Верю на все 100 – она кареглазка!!!»
   
   Недели две назад в том же «сокровенном и мистическом» югэне я читал того же «М-м»:

«Что ты делаешь?»
Отвечает: «Падаю,
Я же снежинка.
«А ты что делаешь?» - «Я?
Иду». – «Куда?» - «Не знаю». (Вот именно! – В.Р.)
   
    Вспомнив, как часто в «Японской классической поэзии» муссируется тема «снежинок», я тоже… «заголосил»:
 
«Плачет "снежинка"...
Заласкали бедняжку.
Стала "дождинкой"!

    Максим, когда же кончится это недержание... поэтического снегопада?.. В "сумраке вечернем", к тому же снежном, вряд ли поймёшь, кто подмигнул Вам: кареглазая, синеглазая, черноглазая, косоглазая... Нужно иметь поистине сверхпоэтическое воображение. Правда, эдакий "свободный творческий полёт" опасен: залетишь не в ту степь! Впрочем, как говорил АЕ! - у Вас, - о Непогрешимый! - "не может быть случайностей и оплошностей". И всё-таки лучше, если бы снежинка была хотя бы ясноглазая. Да ладно, всё спишется, всё забудется.
Максим, а теперь - кроме шуток. Не кажется ли Вам, что с этими "снежинками" т.н. сезонная поэзия скоро дойдёт до ручки? Сколько же можно насиловать бедных "снежинок"!? Это всех нас касается. Увы! Приятных Вам встреч в зимние вечера!»

    Максим: «Вадим, ае просто подшучивает надо мной по-дружески... Какая там непогрешимость? Увольте. ...Ну а соотнесение вечера и карего цвета глаз не так уж нарочито, как Вам кажется... Синий цвет хорош для весенних и летних вечеров; чёрный — скорее всё-таки для ночи; ну а косой — это Вы шутите, понимаю... Добрых зимних встреч и Вам! Как-нибудь покритикую и Ваши стихи, обещаю!
Вадим, вот Вы пишете: "Не кажется ли Вам, что с этими "снежинками" т.н. сезонная поэзия скоро дойдёт до ручки?..» И т.д. Знаете, когда-то я тоже так думал... На первых порах знакомства с японской поэзией... Но есть какое-то совершенно неизъяснимое очарование в том, чтобы в 1001 раз выразить снежное, или лунное, или ещё какое-нибудь "сезонное" впечатление своё в форме танки, или хокку, или бусоку-секитаи etc. Оно именно неизъяснимо, и — независимо от того, какими Вам кажутся по уровню стихи на этом сайте, — поверьте, никто не насилует "сезонную" тему, не насилую её и я: но она почему-то сама вдруг хочет дышать стихами, и стихами в форме хокку и танка... Пожалуй, это уже болезнь наша... счастливая болезнь! С теплом к Вам, и будем болеть вместе, не рефлексируя на этот счёт! Напишем на воротах нашей большой больницы "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!"

    - Спасибо, Максим, что так бескорыстно записал всех нас в «ПАЦИЕНТЫ»!
   
    Буквально на следующий же день, 13-го декабря (о, роковое число!) я опубликовал в югэне «связку» из трёх хокку и одной танки под общим заголовком «Написано в скитаниях по строчкам больных сезонов»…

7. Скитания по строчкам «больных сезонов»

Цветочки летом,
Пыльца да пыль повсюду,
И аллергия.

Дождинки в осень.
Мозги туманом застит,
Покроет плесень.

Теперь снежинки
Глаза запорошили.
Сморкаться начал.

Весна! Хадзины
Опять при деле будут
И задолдонят
Про сакуру - все хором,
Оскоминой замучат.

    Это был вызов! (И сейчас сомневаюсь: правильно ли я поступил?). Такого количества комментов я ещё ни разу не собирал! Полемика началась издалека…
   
    ае: «Вадим, обращаюсь к вам и ко всем вообще. Предлагаю добровольно придерживаться правила: публиковать одно произведение в день.Произведением считать одно хокку, танка и т.п. формы в 3, 5 или 6 строк. Кто "за"?»

    Lee:  «Трудненько, ае, но буду стремиться к этому.
Вадим, поэтому Вы открыли свой сезон на сакуру? Ну ладно, мучайте, а то всё снежинки да снежинки… ае, а Вы выдержите этот "голодный паёк"? И не станет ли скучненько на сайте?»

    Вадим Розов: «Абсурд, ув.АЕ! Объясните, пожалуйста, чем вызвано Ваше стремление к реформаторству? Может, Вам места на сайте нехватает? Может, Вы считаете, что югэн (а заодно и сэнрю) не признаёт сдвоенные, строенные и тд. (по сюжету!) танка и хайку? Не ретроградство ли это?»

    ае: «Вадим, это мое предложение вызвано стремлением поддерживать публикуемые авторские материалы в заданной порталом струе. Дело сугубо добровольное. Покамест.
Кроме того, совершенно серьезно считаю, что шмалять по-пулеметному очередями достойными, выверенными, проработанными хокку и танка, да еще к тому же  вперемешку аки трассерами, невозможно. Исключение может быть одно - это когда публикуются старые авторские произведения самим автором.
    Ну, и еще, замечу, раз уж завелся, - публиковать длинноты в десятки строк на данном сайте - значит ставить в неудобное положение других портальцев. Неудобное - буквально, т.к. сайт не так проворен, шустер и ёмок, чтобы справляться с водопадами наших строф.
    Олiя (она же – Lee, - В.Р.), скучно не станет - комментировать складные нескладухи в стиле "епонский тятр ябуки" продолжу как и прежде».

    Вадим Розов: «Для АЕ.
1. Что это за "заданная порталом струя"? Во-первых, кем задана? Во-вторых, не следует ли определиться, что такое "югэн" прошлых веков и "югэн" нашего времени?
2. Что скрывается под Вашим "покамест"? Вы - собственник, менеджер сайта или м.б. не все стихотворцы здесь на равных, а кто-то равнее?
3. Что значит "ШМАЛЯЙТЕ" "достойными хокку и танка"? Если Вы "шмаляете", это не значит, что все авторы "шмаляйщики" и столь же пренебрежительны к своему творчеству.
4. Что Вы подразумеваете под "трассером"? Кстати, если поэт написал в один день, скажем, три хокку (всего 9 строк!), что? он должен в угоду реформаторам растянуть своё вдохновение на три дня? Не слишком ли много захотелось?
5. Что Вы имеете в виду, говоря о "длиннотах в десятки строк"? Главное, чтобы были эти "длинноты" поэзией, а не претенциозным эпигонством, как некоторые банальные коротышки, не так ли?
6. Откуда Вы знаете, насколько сайт "проворен, шустр.." и т.п.?

Коллега, постарайтесь ответить по всем пунктам и по существу, чтобы не получился "тятр ябуки", как это Вы остроумно заметили (завидую Вашей находке!).

    ае: «Вадим, главное, получил ваш ответ на свое предложение. Этого достаточно.
Ответить по пунктам не имею возможности.
    По большому счету здесь на сайте, будь то раздел югэн, будь еще какой, нет никакой модерации. Надеюсь, что в будущем в той или иной форме она появится. Пока же ее нет - покамест - строчите смело. Ваши стихи в их большей части считаю белыми стихами, имеющими отношение к классическим корням японской поэзии твердых форм только в части соответствия слоговым формулам. Значит, круг общения здесь на сайте у вас сложится соответствующий".

    masyo: «Ну и дела тут у нас!!! ...Я, наверно, что-то пропустила, теперь не сразу и понимаю... как это вдруг так ПОЛУЧАЕТСЯ???
Шел себе мимо дядя Вадим Розов, ну постучался - ему открыли (сердце). Зашел на огонек... Ну посидели, поговорили… А зачем же так, ведь Вы ещё в гостях, по прежнему... Зачем так о хозяевах, и обитателях ПОРТАЛА... Вас что, здесь кто-нибудь обидел?!!!
Заметьте, сайт называется ЯПОНСКАЯ ПОЭЗИЯ, и 74 японских автора, поэзия которых здесь представлена в разделах ТАНКА и ХОККУ, по праву, имеют такие же голоса, как наши... Они ведь в некотором смысле бессмертны, Вы можете прочесть их строки здесь!
А ещё здесь пишут в ЭТИХ ЖАНРАХ русскоязычные авторы... Если Вы не любите ЯПОНСКУЮ ПОЭЗИЮ и/или не понимаете, чем отличается ТАНКА и ХОККУ от других твердых форм или просто стихотворений, и не хотите разобраться и понять - зачем же Вы сюда пишете?!!! Кому и что пытаетесь здесь доказать... СЕЗОННОСТЬ - это сердце ЯПОНСКОЙ ПОЭЗИИ!!! Вы что хотели оскорбить всех сразу? Слов больше нет...»

    Админ: «Я не буду сейчас вдаваться в дискуссию о соответствии японскому духу отдельных произведений. Однако данный стих явно является пародийным, и не соответствует ПРАВИЛАМ ПУБЛИКАЦИИ (см. ниже) - как минимум, он не соответствует разделу "Югэн". Удалять я его не буду, потому что он вызвал дискуссию, и хочу дать возможность высказаться другим участникам».

    Анжей: «Вадим, не в службу, а в дружбу перенеси данное произведение в Сэнрю или хотя бы укажи это в названии. Грешным делом тоже люблю иронию, самоиронию и прочие разновидности здорового юмора, но уважаю чувства коллег по перу и в этом разделе не позволяю себе лишнего. А периодическая встряска, в виде добротного сэнрю, необходима всем, в том числе и авторам, и читателям данного сайта».

    Вадим Розов: «Что же это вдруг так получается, уважаемая Масё?! Кто Вас обидел? И "дядю Вадима Розова" тоже никто не обижал, поверьте!
Вот только "посидеть, поговорить" с открытым сердцем, без назидательного тона и по существу, вижу, не всем дано.
    Я, простите, не знал, что Вы здесь, на сайте "хозяйка". И до сих пор сомневаюсь, так ли это? Здесь так много масок а-ля известный японский театр. Так откройтесь, я с удовольствием назвал бы Вас по имени-отчеству, согласно русским традициям. Но что поделаешь, коль сочинители имеют право на псевдонимы.
    Знаете, Масё, "дядя Вадим Розов" по своей натуре не любит ни лицемерия, ни ханжества и потому иногда его иронический тон в любом, даже незначительном споре может показаться сУрьёзным людям не в их "формате", а знать, и непозволительным, с их точки зрения. Но это их проблема. А то, что "ты, я, он, она" "ещё в гостях", так это же не так плохо в нашей быстротекущей жизни, вообще, и на сайте, в частности.
    Если бы меня не интересовала японская поэзия, я никогда бы не постучался в дверь этого сайта. Но неужели Вы всерьёз полагаете, что название нашего портала полностью соответствует его содержанию?
    Если поэзия 74 японских авторов, представленных здесь в переводах (часто весьма сомнительных) каким-то образом условно можно назвать японской, то большинство стихов русскоязычных авторов, пишущих "в этих жанрах", скорее не японские (они и не могут быть таковыми), а эпигонские. И в этом подражательстве и «маньеризме» не их вина, а вина тех "авторитетов", кто направляет доверчивые души поэтов, особенно молодых, на ложный путь.
    Никто не покушается на Ваши поэтические пристрастия. Если вы (имею в виду не Вас лично) больше ни на что не способны, кто может винить вас за это? Бог по силе крест налагает! Не нужно только эти свои вирши навязывать в качестве эталона для всех ищущих ПРЕКРАСНОЕ. Не сковывайте побуждения, поиски, инициативы русских поэтов, которые искренне хотят использовать в своём творчестве все лучшее, что создала и создаёт классическая и современная японская поэзия.
    Вам, в частности, кажется, что я не понимаю, "чем отличается танка и хокку от других твёрдых форм". А мне кажется, что Вы не хотите или не можете понять, что даже средневековая танка и хокку не такой уж "застойный", консервативный, твёрдый жанр, как это Вы себе представляете.
    Об этом свидетельствуют и стихи многих японских классиков. Если Вы думаете, что ПРЕКРАСНОЕ таится лишь в "фотографии" момента из жизни Природы, то Вы глубоко ошибаетесь. Ведь и традиционной поэзии японских классиков присуще ДВИЖЕНИЕ, в том числе и что особенно важно, движение мысли. ведь запечатлеть, "зафотографировать" полную философского смысла красоту можно не только в явлениях природы, но и в явлениях, в движениях человеческой мысли и чувств.
    Масё, люди, прожившие под одной крышей всю жизнь, и те часто не могут найти общий язык. Что говорить о нас, случайно встретившихся и заговоривших на "высокие темы". Давайте будем более терпимыми друг к другу. Давайте помнить и о том, что нас читают не только "обитатели портала", но и те (а это самое главное) многочисленные читатели, гости со стороны, желающие, как и все мы, постичь красоты мировой поэзии. С уважением…»

    Ганзи Цу: «Дорогая Masyo!

За окном снегопад,
а я представляю багряный
георгин на снегу.
О любимая! Этот образ
мне тебя сегодня напомнил...
         Китахара Хакусю (пер. А. Долина)

Всегда рад порадовать!»

    М-м: «Вадим, а вот и обещанная критика.
Стих, который Вы написали, — вполне в рамках литературного задора. Что за них (рамки) Вы не вышли, это бесспорно. Обижаться на него — значит не обращать внимания на его литературные достоинства, и неоспоримые.
    Но танка и хокку, особенно на югэне, — это не литературные достоинства и, прежде всего, не они. Поскольку Вы утверждаете, что в японской поэзии разбираетесь, значит, спорить со мной по этому пункту не станете.
    Вадим, взлетайте! Уж настолько уравновешены стихи Ваши, что невольно делается скучно мне и товарищам моим, и я понимаю чувство протеста, охватывающее их при чтении многого из того, что Вы пишете. Маленький стих из 3 или 5 строчек, с большим охватом внутренних чувств, если они вправду есть, — куда как больше пригоден для полёта... С удовольствием проголосую за первый же Ваш полётный, но отрешённый и чистый по духу и далёкий от споров стих. С теплом к Вам, - М-м".

    masyo: «Всем добрый вечер! Для Вас, Вадим, конечно, найду ещё немного слов...
Как Вы уже заметили, на сайте есть уважаемый Админ, и есть правила публикации в разделах, которые все и соблюдают по мере сил и понимания, и есть свои традиции - это ресурс КЛАССИЧЕСКОЙ ПОЭЗИИ. Зайдите по ссылке Artsportal.ru в верхнем левом поле, и Вы найдете там и классическую китайскую поэзию, и классическую восточную поэзию, и классическую русскую, и этот домен - Классическую японскую. Заметьте,
(не стоит... со своим уставом всё же -- в другой монастырь). Японская классическая поэзия - здесь хозяйка! И мы все у неё в гостях... у 74 японцев.
И вовсе я не наблюдаю здесь никаких масок, люди просто печатаются под литературными псевдонимами, и одновременно их сетевыми именами, поскольку не считают себя великими поэтами, будь-то русскими или околояпонскими,
а чаще всего, просто так зарегистрировались однажды... Это совсем не важно! Ведь публикуя свои строки, автор открывает читателям гораздо больше, чем своё имя, так что никто и не стремится узнавать что-то ещё... Я абсолютно не скрываю своё имя, и что с того, произведения публикую как masyo... все так и обращаются ко мне.
Теперь о важном! Вот там... в словах о подражательстве... Ваша фатальная ошибка!
    Вы недопонимаете, что глубокий смысл и бессмертие японской поэзии держатся именно НА ТРАДИЦИИ! Это уходит корнями в восточный менталитет и религиозные убеждения, вне традиции у японцев поэзии НЕТ, как таковой... Вся японская поэзия это ХОНКАДОРИ в самом высшем смысле этого слова, как способ развития и движения вперед. Западному стилю мышления соответствует слово ПРЕЕМСТВЕННОСТЬ, но это совсем другое - "усвоил, оттолкнулся и пошел дальше." А восточному стилю мышления соответствует именно прямое наложение в сознании времен и традиций - ХОНКАДОРИ "смотрю на настоящее и будущее, одновременно с прошлым, сквозь него".
Поэтому, не постигнув глубины глубин, нельзя понимать, и успешно писать в таких жанрах, как танка и хокку. Так что, не будем "о подражательстве" больше, это лишний раз только иллюстрирует незнание многого и важного... Если мы пытаемся писать в этих жанрах, иного пути, чем ХОНКАДОРИ - просто НЕТ! Иначе, это будут не танка и не хокку... Говоря о ХОНКАДОРИ, имею в виду, конечно, не прямое приведение и использование строк классиков, как в одноименном поэтическом приеме, а хонкадори в смысле "написания нового В ДУХЕ прежнего", как это и имеет место в японской поэзии всех веков, вплоть до наших дней».

    Вадим Розов: «Здравствуёте, Масё! Поэтический привет Вам от «дяди Вадима Розова»! Развивая Вашу хонку («песню-образец»), скажу: Ваш «хонкадоризм» не испугал ни меня, ни, надеюсь, «хоккуистов» и «танкистов» портала. В том, что любая национальная поэзия опирается на традиции, нет ничего нового. Хонкадори, в Вашем понимании, присущ и Русской Поэзии. Вспомните, как футуристы, пролеткультовцы и им подобные пытались свести на нет Пушкина и русскую классику. Что из этого получилось!.. Стоп! Все эти схоластические рассуждения о японской поэзии и пр. вообще-то не предмет наших «разногласий».
    Вы не хотите понять, что МЕНЯ ВОЛНУЕТ СОВСЕМ ДРУГОЕ, А ИМЕННО: ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМНОГО ВЛИЯНИЯ И ВЗАИМНОГО ОБОГАЩЕНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ ПОЭЗИЙ, А ТАКЖЕ КОНКРЕТНЫЕ ПОЭТИЧЕСКИЕ ОПЫТЫ В ЭТОМ РУСЛЕ.
    Я вижу, что Ваша «школа» - явно фундаменталистского (в хорошем смысле) толка, не терпит никаких отклонений от традиционных норм и форм. И в этой связи невольно хочется напомнить Вам о благотворном, особо чтимом на Востоке, принципе «золотой середины», отрицающий любую крайность.
    Культура Японии, находившаяся веками в самоизоляции, уже в конце 19-го – начале 20-го веков, повернулась лицом к остальному, в т.ч. западному миру. И этот общекультурный процесс не мог не коснуться и таких, казалось бы, частностей, как пути развития хокку и танка. Стоп! Опять вовлекаю себя в бесперспективную дискуссию с Вами. Ради Бога, оставайтесь со своими пристрастиями. Я уважаю Ваш выбор, но одновременно прошу и Вас с пониманием и без менторского тона относиться к иным мнениям. Я с интересом буду знакомиться с Вашими миниатюрами, даже если Вы будете нервничать от чтения моих опусов. (Впрочем, можете их и не читать, ведь я пишу не для Вас и Ваших друзей-единомышленников, а для Читателя из другого «мира», физически находящегося за пределами нашего сайта).
    Своё стихотворение «Написано в скитаниях...» переносить в раздел «сэнрю» не собираюсь, ибо считаю его полезным для авторов «югэна». Если Админ по каким-либо причинам посчитает необходимым его удалить, это – его право. Но я почему-то уверен, что Раймин (Райский Министр) этого не сделал бы.
    Давайте, уважаемая Масё, прекратим нашу дискуссию, сохраним время и силы для творчества. За Вами остаётся право «последнего слова», если, конечно, захотите его произнести в дальнейших комментариях. Что касается меня, я умолкаю.
    В заключение, дабы Вы точнее уловили мою позицию, позвольте напомнить вам, к примеру, о замечательном японском кадзине по имени Исикава Такубоку. По мнению многих литературоведов, своим творчеством он развернул поэзию танка лицом к людям, призывая поэтов не слишком увлекаться литературными изысками, порождающими эпигонство и маньеризм. Такубоку призывал поэтов смелее вводить в поэзию танка бытовые сюжеты и образы... Стоп!
    И всё-таки спорить со стихотворцами женского пола довольно опасно. Боюсь, окончательно прослыть поборником «мужского шовинизма», в чём меня уже успела упрекнуть одна из наших портальцев. Но зато другая, тоже в «полемике», назвала меня... Ёжиком! Боже, какая прелесть! Я тотчас почувствовал добрую женскую душу, её тепло. До сих пор с умилением вспоминаю эту нечаянную безыскусную реплику и готов, хоть сейчас, поцеловать её автора. Но, увы, это невозможно: как сказал Поэт, «Я уже стар, я робкий...» (о пробках и их назначениях молчу!)
    И ещё. Уважаемая Масё, не сердитесь на «Ёжика» (он же – «дядя Вадим Розов»). А все его предыдущие измышления воспринимайте как «шокотерапию» в пропедевтических целях, дабы помочь вам на пути к истинному «просветлению».
    Спасибо всем! Авось, увидимся. Всем, всем – творческих успехов и удачи! С наступающим Новым Годом!»

    Masyo: «Я вовсе не сержусь на Вас, что Вы такой, Вы не сможете быть не собой... И речи нет! Ничем Вас не пугаю, не обижаю, и не гоню прочь, напротив, пишу Вам, заметьте, самые длинные и вдохновляющие письма, в которых лишь призываю быть более внимательным и корректным - снимите Ваши дзори /или сандалии, в чем Вы там, уже воображаю  / Вы на ЮГЭНЕ... а это значит, в зоне ПРЕКРАСНОГО и ТАИНСТВЕННОГО! Господи, ну это хотя бы можно как-то учесть/понять/принять?!!!
Всё остальное, по воле сердца, у каждого свой выбор!»

    БДД: «…несмотря на то, что вы В.Р и являетесь земляком, Японская поэзия не читается – она познаётся глубиной души, её СЛЫШАТ, она и исходит из глубины души человека… Начал рассуждать, и вспомнились рассуждения Святослава (один из пользователей сайта, - В.Р.) о «кимберлитовых» тропах, золотоносных жилах. Вот действительно откуда исходят настоящие произведения искусства. Но вот по Вашему творчеству: у меня сложилось впечатление, что вы хотите приобрести какой-то вес на этом портале, но выбрали путь скандала, как самоутверждение. Но поймите, что этот путь ошибочный, и здесь уместно вспомнить нашу РУССКУЮ пословицу – «Встречают по…» Удачи Вам».

    Ганзи Цу: «Борис! Ты прав».

    Святослав: «А у меня, Вадим, такое впечатление, как будто кто-то сапогами прошагал по цветочной грядке. Мир художников так раним, что после таких дебатов совершенно не пишется (не берусь утверждать при этом за других авторов). Вы пытаетесь ввергнуть в революцию – незыблемое, вечное. А нужна ли она ему? Задумайтесь. Давайте я Вам напишу что-нибудь на фарси (увидите эту великолепную арабскую вязь), на мадьярском, - услышите голос Дуная.
    Я, может быть, ещё молод и не вправе с такими словами к Вам обращаться, но уж извините. Святослав (кстати, это моё настоящее имя, мама у меня всё же русская)».

    Вадим Розов: «Надеялся, что "прения" закончились, ан нет!
    БДД! Ваши "впечатления" о том, чтО я хочу "приобрести" на этом портале, похожи на ухмылки базарных сплетниц.
    Святослав! Возможно, Вам не пишется, потому что впервые и серьёзно задумались над тем, о чём и как Вы пишете?»

    P. S. Не скрою, хотелось мне быть до конца откровенным с Масё, но я испугался, что мои размышления окончательно будут восприняты как оскорбление. Кого?..
    Во-первых, «бессмертных» японских классиков в интерпретации «тленных» русскоязычных переводчиков;
    во-вторых, «сердца японской поэзии», т.н. сезонности с её банальными, лишёнными художественности, наблюдениями за сменой времён года – наблюдениями «глубокомысленными», исходящими из-под пера многих, всё тех же русскоязычных шицзинов;
    в-третьих, что касается традиций средневековой японской классики, традиций, которые я безусловно чту и которые, даже если бы очень хотел, я просто-напросто не в силах поколебать. А выступаю я против «традиций» лишь тех русскоязычных стихотворцев, которые прикрывают свою эпигонскую бездарность якобы 100-процентной приверженностью к хонкадори и прочим атрибутам дзэнской «поэтики».


8. Апокалипсис «сдедопыта» и дуплет «снежинок»

    Как раз во время «скитаний по строчкам больных сезонов», под впечатлением от последующей нервической полемики, я наткнулся (надо же было!) на два хокку Святослава. Первое – «Следопыт…»: «ночные страсти\ лёд и пламя хризантем\ в смертельной схватке». И второе – «Апокалипсис»: «в таинстве ночи\ строй хризантем низвержен\ мечём ледовым».
    Прочтя этот пафосный лепет, достаточно было бы лишь ухмыльнуться в ответ душещипательным откровениям и продолжить «скитания», но Настасья и Надежда своими комментами, как говорится, подлили масла в огонь, распаляя моё раздражение.
    Настасья: «Святослав, комментировать, по-моему, излишне, просто и ясно, как и первый снежок». Настасья: «Как действительно всё просто…!!! Святослав, по-моему, в этих трёх строках сплелись по крайней мере семь чувств. Просто – Здорово!»
   
    Очередной опус Святослава под заголовком «Торг ли уместен?..» окончательно «низверг» меня: «Но кто же звёзды\ держит на синем небе?!\ Ты ж здесь! Ты рядом!\ И эту невесомость\ Им не верну задаром».
    На содержательную критику со стороны ае автор процитированной мною «танки» ответил: «Ае, по моему, так сказать, замыслу, звёзды на небе парят благодаря любви (здесь Надежда абсолютна права), но вот любовь и ко мне спустилась и я (благодаря ей) парю окрыленный. Конечно же, им (звёздам) не хочу возвращать того, с чем уже свыкся. Да ни за какие деньги! Что вы! Пусть падают, а мы будем загадывать (может, поторгуемся для вида). Извините, конечно, что всё это не вложилось в пять строк».
   
    Наконец, я не сдержался:
    «Уважаемый Святослав! Мне понравилось Ваше признание: «Извините, конечно, что всё это не вложилось в пять строк». (Извините, что поставил запятые в Ваш текст. Будьте требовательны к себе, соблюдайте грамматику языка, на котором пишете).
    Полагаю, что стих, по его прочтении, должен тотчас озарять мысли и чувства читателя, а не заставлять автора в своём комментарии по поводу своего же произведения разъяснять сюжет и смысл написанного, как это любят делать многие ЗАЮГЭННЫЕ портальцы.    («По моемУ, так сказать замыслу, звёзды на небе парят благодаря любви...» и прочая сентиментальная банальность). Напишите такое стихотворение, чтобы все Ваши замыслы «вложились»!
    Вы, Святослав, как я понял, молодой человек, натура впечатлительная, поэтическая. Качества эти в наш чёрствый век достойны уважения. Не растеряйте их. Но, поскольку Вы пишете стихи, а значит, хотите приобщиться к Поэзии, то не стоит так искренне заблуждаться по поводу характера Музы; не думайте, что Она – дамочка экзальтированная и тотчас распускает слёзы и слюни, стоит лишь услышать слово «любовь» и другие красивые слова, вроде «хризантемы!» Возвращусь к Вашим стихам об этих цветочках.
    «В таинстве ночи\ строй хризантем низвержен\ мечом ледовым» (Страх какой «апокалипсис»!) Или: «ночные страсти\ лёд и пламя хризантем\ в смертельной схватке». Читая эти строчки, невольно возникает протестный вопрос: «А видел ли «следопыт» на самом-то деле, в жизни, «лёд и пламя хризантем в смертельной схватке»? Все эти страсти-мордасти – просто-напросто искусственные, бумажные цветочки, надуманная красивость, псевдо-поэтическое краснобайство. Чем раньше Вы откажетесь от подобных «фантиков», тем скорее Муза откроет Вам свои объятия.
    Искренне желаю Вам, Святослав, продолжать свои поэтические опыты и, конечно же, не смущаться от критики, пусть даже самой нелицеприятной. Успехов Вам!»
   
    Святослав же «смутился» непредсказуемо! Он тут же припомнил мне мою танку «Вот и сделай доброе дело!» и обрушился на меня с обвинениями: «С какой же Совестью Вы обращаетесь ко мне – мусульманину, после такого сочинительства, оскорбляющего не только меня… Пытаетесь давать советы, да и просто поучаете. Поверьте, на этом портале действительно есть у кого мне поучиться (далее – имярек)…"
   
    «Советы, Святослав, всегда полезны, даже если их дают "неверные", - заметил я.- А вот поучать Вас, брать в ученики - Боже упаси! - никогда бы не сделал такой глупости. Иншалла! - как говорят братья-мусульмане».
    Но тут я вовремя спохватился: «Святослав, извини меня, старика неразумного. Я-то считал тебя лет на десять постарше, а ты, оказывается, ещё совсем мальчик. Дай Бог! - чтобы все светлые надежды Святослава сбылись!
    P.S. Не будем больше беспокоить друг друга, ладно?» (На том мы и расстались).

    А предновогодний снежный ком продолжал катиться и угрожающе расти…    15-го декабря на «роковом» для меня югэне, как бы в продолжение затеявшихся дискуссий, я поместил – «Написано, созерцая цветущий луг»:

Слова прекрасны,
когда сказались к месту,
как правда - в жизни.

Слова - уродцы,
когда таится глупость
в красе их мнимой.

Словам присуще
расти на ниве вольной
в просторах мысли.

...Цветы мы любим
за безыскусность формы
и гамму красок.
Не дай Бог пахнуть дурно
созданиям Природы!

    «Создания природы, в лице Надежды и Настасьи, тотчас выпалили, как обычно, дуплетом. Надежда: «Вадим, я наверное попрошу сокурсниц заходить на этот портал и ставить Вам оценки. Другого пути успокоить Вас очевидно нет». Настасья:
«Не от мира сего, чьи то чертят персты
Жирным росчерком "крест" на анкете,
Словно путником я, с отдаленной звезды,
Заблудился на этой цветущей планете.
                                                          С.А.О.
Вадим, Вам не зря сказали о "ежистости". Обитателей планеты Плюк, на планете Альфа, не спрашивая, превращали в кактусы. Если Вам нравится этот образ... Но вопрос к Админу: Может, все же оградите?.. Я лично не голосую, да и не думаю, чтобы Надежда проголосовала». («Голосовать» означает у них «проявить солидарность с автором», - В.Р.).

    «Ёжик» и «кактус» (в одном лице) не замедлил взъерошиться.
    Вадим Розов: «Отчего же вы так взбеленились, хорошие? Предлагаю вам некоторые методы во успокоение души вашей.

1. Внимательно и без предвзятости прочитайте все мои комменты (плюс оппонентов) и постарайтесь понять позицию всех участников недавней дискуссии, после чего самокритично оцените всё своё «творчество», все свои заблуждения, а затем, сменив заплесневелые перья, приступайте к работе во имя Поэзии, а не догм, внушённых вам, не знаю, кем.

2. Всё, чем недовольны, запишите (по пунктам) на листке бумаги. Опять же, вдумчиво и самокритично, прочитайте свою запись три раза, а затем сожгите этот свой сокровенный список.

3. Если и это не поможет, разбежитесь и ударьтесь головой об стенку: созерцая подобную (стену), Дарума (Бодхидхарма) в своё время обрёл прозрение. Может быть, Всемогущий и вам дарует просветление. Желаю удачи!

P.S. Не я затеял эту душещипательную переписку, а вы, неумеющие вести спор, пусть даже острый, но в рамках приличия. Научитесь сдерживать свои пошатнувшиеся нервы.
Подобных вам экзальтированных и неуёмных девиц-дамочек (не знаю, кто вы) на одном из солидных порталов давно прозвали психописухами. Даже миниатюрная тупость не знает границ! Надоели вы мне! Умолкните наконец безголосые птички-синички, снежинки ненаглядные!
Спаси их, Всевышний! Спаси Поэзию!»

    М-м (кому однажды так многозначительно подмигнула «снежинка-кареглазка») не мог не воспользоваться моментом, чтобы ещё и ещё раз поквитаться с критиканом «таинственного и прекрасного»: «Вадим, в Вашем ответе Вы трижды вышли за рамки приличия сами. И — дух югэна, о котором Вам дважды и с предельной внятностью сказала masyo, уважать не хотите. Что Вы и кому продолжаете доказывать?..
Уйдите или настройтесь на волну югэна так, как стараются это сделать здесь, как просили Вас и masyo, и я. Это высокая и чистая волна, и, поднимаясь на неё, испытываешь трепет, который у Вас в стихах отсутствует. Испытайте его, и Вас уже не отпустит волна эта, и обогатит она Вас. Просто — доверьтесь ей...
Больше я Вам ничего писать не буду, да и не хотел изначально, с момента Вашего появления на сайте... Но — говорю Вам вполне искренне — если Вы отнесётесь к югэну именно как к югэну, если Вы в него войдёте и им высветлитесь, — отреагирую на Ваши настоящие стихи (которых пока нет) так, как реагирую на удачи друзей. Пока таких стихов у Вас не появилось, никому не советую вступать с Вами в какие бы то ни было беседы.
    Друзья мои, не портьте себе предновогоднее настроение. Пусть к нашим взглядам проявит уважение господин Розов — или покинет нас.
    И ещё. Извинитесь, Вадим, перед девушками. Они, может быть, и малость переусердствовали, но уж Вам-то — хотя бы и из самоуважения — остаться в рамках приличия следовало бы. Всё!»
   
    Предновогодний «снежный ком» продолжал набирать обороты… А тут ещё «Тучи, тучи, тучи…» -  так называлось хокку Надежды, выступившей на югэне через два дня после учинённого мне разноса:

и мигом одним
не напомнит мне лето
белое солнце

    Думаю, что комментарии к этому трёхстишию – очередной шанс к более углублённому пониманию того, как, поднимаясь на «высокую и чистую волну» югэна, «испытывать трепет» (вопреки любой непогоды).

    Ганзи Цу: «....чем дорожу - только мигом одним!»

    Вадим Розов: «Белое солнце пустыни, заляпанное тучами, тучами, тучами... И никакой надежды на смысл, не говоря уж о "прекрасном" и "таинственном"».

    Ае: «Вадим, зло иронизировать нехорошо - со стороны выглядит издевкой.
Надежда, смысл строк и вправду мало понятен».

    БДД: «Зря иронизируете, Вадим. Через тучи действительно пробивается только белым светом солнце. Сто раз замечено. И чем же оно может напомнить летнее солнце? Хотя б на миг…»

    Надежда: «Спасибо, Борис. Опередил».

    Вадим Розов: «Извините, но за таким количеством туч вряд ли увидишь белое солнышко. Пора подключать к дискуссии метеорологов, поэзии здесь делать нечего!»

    Ганзи Цу: «Борис! Ты абсолютно прав! И мне эта картинка ясно нарисовалась.
 Ае-но! Внимательней вглядись!»

    Ае: «Ганзи, но ведь не будь "тучи, тучи, тучи...", то как догадаться?

    Ганзи Цу: «Ае! Аргумантирую свое приятие и восприятие классическим примером.

* * *
Речной ветерок.
Повсюду халаты мелькают
Цвета бледной хурмы.

    И это все, что сказал автор в самом тексте. Ты можешь справедливо заметить "смысл строк и вправду мало понятен". Что же за картинку хотел показать нам автор, какое настроение вызвать? И автор откликается на этот не заданный вопрос читателя и дополняет, а точнее, предваряет, хокку следующим "предисловием":
    "Жители Киото отдыхают в летнюю жару возле реки Камо от самого того часа, когда восходит вечерняя луна, и до восхода солнца. Всю ночь они пьют вино и веселятся. На женщинах пояса повязаны изящным узлом, мужчины в нарядных накидках. Среди толпы виднеются монахи и старики. Даже подмастерья бочаров и кузнецов, вырвавшись на свободу, пьют и горланят вволю».
    Дорогой, Друг, Ае, не станешь ли ты сомневаться, что автор был не в состоянии дать в самом тексте чуть больше информации, чем он счел абсолютно необходимым для создания образа, ну да, ну да, мы говорим о великом Басё.
    Так что в данном случае Надежде понадобилось всего лишь одно слово "тучи", да, сказанное три раза...
    Ну вот, скажи, не смотреть на клавиатуру - и печатать, что получается? - аргумЕнтирую, аргумЕнтирую, конечно, это не нововведение,
а великолепных размеров - очепятка!»

    Ае: «Аргумандрит ты наш!..
Ты мне разложи хокку Надежды, будь ласка, а не притаскивай сразу пример Басё. И без всяких "туч". За Мастера ныкаться - прием аля "лежачего не бьют". Басё я и сам карамасё камакурю...»

    Ганзи Цу: «Ae! А за кого ж нам еще ныкаться как не за Мастера! Этто я тебе как почетный аргумандрит и нечетный хонкадорец ответственно сообчаю! Скажу только - есть за что похвалить и порадоваться, и есть над чем подумать в дальнейшем».

    Святослав: «Извините, что вмешиваюсь в Ваш спор, ае и Ганзи Цу. Не помню, где, но читал, что японская поэзия тем и хороша, что в ней недосказанность… Честно, у меня не возникло никаких вопросов по сюжету. Может, не настолько требователен. А «Тучи, тучи, тучи…» - и образ, и крик души, и ритм».

    Ае: «Ганзи, ок, согласен.
Славик, "недосказанность" это вовсе не "непонятность".
Вот примеры недосказанности, как я это понимаю, из Исса:

Весенний дождь -
Выброшенное письмо
Улетает в рощу.

/Пер. А. Белых/
 
***
 Утром
Тихонько упал на землю
С дерева лист.
 
***
Новый год
Все никак войти не решится
В лавку старьевшика.

/Пер. В. Марковой/»

    А мне, автору заметок о русских шидзинах (кадзинах и хайдзинах), захотелось перефразировать последнюю (из вышеприведенных) хайку:

Из лавки старья
мне никак не даётся
войти в Новый год.


9. СЛГАТЬ нельзя СОЛГАТЬ

    16-го декабря Ганзи Цу опубликовал хайку (без заголовка ):

Хрупкие кроны
Иней из воздуха сткал
Белым берёзам

     Началось обсуждение (опять же, на мой взгляд, забавное и столь же поучительное, как предыдущие).

    Lee: «Красивенно!»

    Настасья: «Г.Ц., проголосовала как за поэтическую форму. Иней - продукт, он сам не ткет, "сткал" - ну пусть будет такой глагол...»

    Ганзи Цу: «Надежда - чуткое сердце! Сткал - очень колючий и шершавый глагол, пускай будет».

    Настасья: «Ганз, я Настасья. Но есть еще Вадим Р., он уж точно не упустит шанса позлословить».

    Ганзи Цу: «Настасья - пламенное сердце! Потому что Анастасия - это воскресшая, если я еще помню греческий.
   Дорогие Настасья и Надежда, Вы даже не представляете как я рад Вашим замечаниям!
   Настасья! С уважаемым Вадимом Розовым у нас договор не общаться во фрагментарном режиме по глобальным вопросам. Ну а детали, оттенки, нюансы обсуждать и разбирать - этто всегда пожалуйста».

    Настасья: «Ганз! Боже, какие замечания, стих прекрасен, образен, картиночка рисуется моментально. А искать какие-то неточные детали - это уже судьба мелочных людей».

    Вадим Розов: «Ганзи-сан, режет ухо вторая строчка. Что-то я нигде, ни в одном словаре, не нахожу слова "сткать", "сткал". Даже если Вы хотите ввести его в оборот, то тщетно. Послушайте, с каким трудом произносится "...воздуха сткал". Хокку - всего три строчки. Чтобы оно было ПОЭЗИЕЙ, мало - найти метафору (крона, сотканная из инея), нужно, чтобы слова ЗВУЧАЛИ. Тем более, в такой коротенькой фразе. Никакие картинки в подобных случаях не помогут. Удачи!»

    masyo:
 
Хрупкие кроны
Иней дыханьем соткал
Белым березам

    Вадим Розов: «Умница, masyo!»

    Ганзи Цу: «Дорогая Masyo! Прекрасный вариант!! Действительно очень близко к собственным ощущениям. Дыхание - дуновение - воздух... Именно заинтересовало состояние: практически на глазах из воздуха, из ниоткуда начинают обрастать искрящимися кристаллами черные ветки плакучих берез... Почему не остановился на "дыхании"... Да просто оно теплое, а хотелось услышать в слове холод... Вот как-то так...
    Уважаемый Вадим! Обратитесь, пожалуйста, к… Грамматическая правильность русской речи : Опыт частотно-стилистического словаря вариантов. - М.: Наука, 1976, - 453 с. Редуцирование гласных в глаголах и причастиях – это не мое ноу-хау, а так жаль.
Разумеется, Вам встречалось слово - И'СТКАННЫЙ, ая, ое; -кан, а, о, и ИСТКА'ННЫЙ, ая, ое; -ка;н, кана;, ка;но (книжн. устар.). Прич. страд. прош. вр. от исткать. Просклонять по числам, родам и падежам, надеюсь, Вы в состоянии самостоятельно.
    Уважаемый Вадим! Так понравилась Ваша очень эмоциональная фраза: «Боже, спаси Поэзию!». Звучит созвучно «Боже, храни короля!». Боже, храни Поэзию… Боже, храни Поэзию… Вот, вспомнил! Начало цитаты: «После того, как движение «хайку нового направления» зашло в тупик, его глава официально заявил о роспуске школы, а спустя несколько лет – и о своем отходе от поэзии» - конец цитаты».

    Вадим Розов: «Ганзи-сан, о возможностях редуцирования гласных в глаголах и причастиях никто не спорит. Но допускается оно не всегда. Конкретика требует примеров. Примеров со "сткать", боюсь, Вы не найдёте. Это - раз. Во-вторых, "ИСТКАТЬ" (вполне "лояльный" глагол), это - не "СТКАТЬ" (глагол, которого не существует в русской лексике). В-третьих, даже если бы вдруг это "сткать", гипотетически, существовало, неужели Вы, поэт, можете оправдывать совершенно не ЗВУЧАЩУЮ вашу строчку в этой непритязательной метафоре, которую Вы хотите упрямо представить как поэтическую находку?
    Я столь подробно говорю об этой Вашей случайной оплошности только потому, что в поэзии нет мелочей, в поэзии каждое слово на божественном учёте, что особенно важно понять молодым авторам, читающим нас. Над словом нужно работать и работать! Искать слово, самое незаменимое в том или ином поэтическом контексте. Вот почему с удовольствием ещё раз скажу: "Боже, храни Поэзию!"

    Ганзи Цу: «Уважаемый Вадим! Совершенно не звучащая строка или слово, или звучащие не так, как Вы считаете единственно правильным... Вопрос для меня остается открытым. То, что Вы расцениваете как мою оплошность и упрямство, - совершенно осознанное и осмысленное действие, которое для меня достаточно обосновано.
Очевидно, что и Вы действуете совершенно осознанно и целенаправленно.
    Говорите, уважаемый Вадим, говорите! Вашу публицистику, критические разборы, в которых не содержится оскорбительных для личностей автора замечаний, а тема исчерпывается исключительно конкретным и обоснованным анализом, я читал и читаю с неизменным удовольствием. Боже, спаси Поэзию!»
    (Далее Ганзи Цу во обоснование правомерности употребления слова «сткать» приводит обширную цитату из научной работы Салимзяновой О.В. «Глагольный аффикс ;со; в современном русском языке» (с. 209-211; 0,19 п.л.).

    Настасья: «Вадиму Розову. Читая ваши комментарии, вспомнила старую украинскую пословицу: " Шла... напало восемь собак, еле отгавкалась" - Но уж такой образ вы себе создали собственными руками. А если вы уж такое СОВЕРШЕНСТВО, то напишите нам такие СОВЕРШЕННЫЕ стихи.
    Ганзи, извините, что здесь, на Вашем прекрасном стихе, обратилась к В.Р.»

    Вадим Розов: «Ах, Настасья!.. Я же Вас просил угомониться! А Вы всё продолжаете "гавкать". Впрочем, не зря Вы себя же сами, по известной причине, причислили к своре из восьми собак. Хорошая пословица в Незалежной! Спасибо! 
   Уважаемый Ганзи! Если Вы себя убедили, спите спокойно (сейчас уже далеко за полночь). Я рад за Вас. Продолжайте своё словотворчество на благо Великого и Могучего, обогащайте шедеврами Русскую Поэзию!»

    М-м (подключился): «...А по мне, Ганз, твоё "стк" работает как звуковой образ, именно что превращение воздуха в иней. И красиво, и необычно. Из-за необычности, быть может, не все готовы принять этот образ... В меня он тоже вошёл не сразу. Но он хорош, и слышу его и вижу! С Николой Зимним, Ганз, тебя, всех нас!!!»

    Ганзи Цу: «И тебя, Максим! В первую очередь, ты у нас тоже всему миру помощник!!
    Уважаемый Вадим! Еще раз повторю, привел свое обоснование не для Вас, а для тех, кто заинтересовался.
    Настасья!! А Вы обратили внимание, как часто наш с Вами диспутант пользуется "смайликом"??? Зная Вадима как страстного любителя афоризмов, сразу вспоминается: "если ты плюнешь на коллектив, коллектив - утрется, если коллектив плюнет на тебя, ты утонешь"!

    Вадим Розов: «Сколько раз ни повторяй "Халва!" - во рту слаще не станет.
И вообще, Ганзи-сан, что с Вами? Нашли, где поддержку искать! Не уподобляйтесь "птичкам-синичкам"! И плюньте Вы лучше на свою глубокомысленную нетленку! Ей-богу, она выеденного яйца не стоит. Если же эта Ваша "хрупкая крона" Вам так дорога, возьмите вариант, протянутый Вам щедрой рукой Масё и баста!
Работать, работать надо, а не лясы точить! Давайте закончим дружескую перепалку и обменяемся добрыми смайликами. Жду Ваших новых свершений!»

    Ае (авторитетно изволил ВСТРЯТЬ): «Смотрю, тут ткачики собрались... Все щебечете? Змеелова на вас нет! Я бы тоже "сткал" написал, не задумываясь. Годится так. С т.з. Правил Русского языка, возможно. О чем еще спорить? Прочее субъективно».

    Вадим Розов: «АЕ! Тут не ткачики собрались, а СТКАЧИКИ!»

    Ганзи Цу: «Уважаемый Вадим! Щедрая рука Дорогой Masyo мне действительно дорога, но я останусь при своем мнении и интересах со своей нетленкой, как Вы совершенно справедливо заметили. Ждем Ваших шедевров. С уважением».

    Elena: «Весело тут у вас!.. Согласна с Максимом и ае - хокку читается превосходно. Сразу ощущаешь себя в скрипучей, колючей ледяной стуже. И средняя строка передаёт это ощущение как нельзя лучше. Спасибо Вам, Ганзи Цу, за 'острые’ ощущения».

    Ганзи Цу: «Благодарю Вас, Елена!»
    …………

        «…ну да, ну да!» Сткачики победили!» - В.Р. – Хокку-хайки Ганзи Цу, филолога-япониста, - опубликовавшего на сайте «Японская поэзия», кажется, не менее четырёх тысяч «коротышек», - давно привлекали моё внимание. Вот и в эти предновогодние дни читаю:
Так сильно метёт
Вдоль улицы белый снег
И тут же тает
                 (9-е декабря)

Карп хвостом плеснул
Лист ли кленовый упал
Круги на воде
                 (10-е декабря)

Деревянный мост
Согретый теплом сердец
Стынет под снегом
                  (10-е декабря)

Куда ни взгляну
Повсюду месяц светит
В небе и в лужах
                   (15-е декабря) и тэдэ и тэпэ.

    При всём моём уважении к образованности и культурности автора «хрупких крон», к его бескомпромиссной приверженности к японской классической поэзии, мне никак не удаётся найти  в подобных трёхстишиях ни поэтических откровений, ни художественных находок, несмотря на постоянные (взаимные) комплименты в адрес его творений со стороны его друзей-единомышленников. Да, мне, видимо, не дано постичь возвышенные секреты югэна! Возвращаюсь в приземлённый жанр сэнрю:

1. О ПРОЗРЕНИИ

Как изваянье
Он стал среди дороги.
Что понуканье!
Там не могла и палка
Столкнуть упрямца с места.

В чём же причина
Такого своеволья?
Устал, трудяга?
Бессмысленная прихоть
Животного инстинкта?

Чем недоволен
Насельник длинноухий
Сенного стойла,
Где по трудам – кормёжка,
А по заслугам – отдых?

Глупец от века
Голодным сдох бы, стоя
Меж двух сосудов:
Один – с водой, что слева,
Другой – с овсом, что справа.

Но в наших строчках
Осёл остановился
С иной причиной:
Задумался впервые!
А вдруг – о смысле жизни?..
                   (15-е декабря)

2.
- Смени колоду,
мошенник кареглазый! –
сказал Сантока. –
Зря дух игры ты портишь
краплёными тузами.
                   (17-е декабря)

3. АПОЛОГИЯ ПУКОВ*

«Му-му!» - корова.
«Гав-гав!» - ей вторит шавка.
- Послушай, олух!
Вот где Краса и Тайна,
И повод к размышленьям!
                   (19-декабря)

* «Пу или Пук! Звукоподржт. хлоп, бац, щёлк, бух…
Может быть от этого пушка?..»
(См. Толковый словарь Владимира Даля, т.3, с.537).

    Последняя «стычка» с югэнофилами произошла у меня 21- го декабря, когда я поместил свою рэнгу-докугин – «О превратностях»:

Пророков чтили,
Бывало, камнем в спину.
А нынче – пулей.
Орудия убийства
С годами совершенней.

Писать клевЕты
Привычно на бумаге.
А спам и вирус
Распространяют бойко
На сайтах Интернета.

Мелеют реки,
Озёра высыхают,
Ручьи иссякли…
А тонем мы в тех водах,
Что горькие, как слёзы.

На небе туча –
Как сгусток зла… А может,
Как остров в море?..
Вдруг ветер улетучил
Все образные мысли!

Мы верим, будто
Спасенье наше в небе.
С горы спускаюсь…
Мой дом – в долине сказок:
Там сад, жена и дети.

    После долгого отсутствия на сайте появился некто «Снусмумрик» и тотчас бросился в атаку: «…последнее понравилось. Но скажите, Вадим, вас некому выслушать? зачем вы втискиваете свое возмущение и претензии в форму танка на этом портале? есть много других мест и предметов для битья. Не в обиду, я просто не понимаю».

    Вадим Розов: «Снусмумрик, попытаюсь Вам и, возможно, Вашим единомышленникам объяснить то, что пока Вам не понятно.
Во-первых, никаких "возмущений и претензий", а также "бития", как Вы выражаетесь, в этих пятистишиях нет и в помине!
Во-вторых, что может быть более "мистичным", чем взаимоотношения пророков и толпы, а также убийственного "прогресса"?
В-третьих, что может быть "таинственней" и нелепей для здравомыслящего человека, чем клевета, спам, вирусы и т.п. - эти порождения Зла?
В-четвёртых, реки, озёра, ручьи, море, гора, долина - разве всё это не о природе, по-своему осмысленной автором?
В-пятых, цепочка пятистиший, скреплённых единым сюжетом авторских размышлений о превратном, и по форме и по духу нисколько не противоречит югэну, тем более 21-го века, не так ли?
В-шестых, Вам и подобным стихотворцам, видимо, кажется необычным стиль автора, потому как Вы привыкли к штампам и "задам" чужеродной средневековой поэтики.
В-седьмых... Хватит для Вас информации, для начала! Мне, право, не удобно, что приходится элементарно разъяснять Снусмумрикам свои опусы. Кстати, не думайте, что японцы, коим Вы так любите подражать, столь глупы, чтобы не видеть русскоязычного эпигонства их средневековой классике.
Спасибо за Ваш коммент: собираю для коллекции. Пишите ещё, мама будет рада. Сараба! (Прощайте!)»

    Снусмумрик: «хм ) вы с таким удовольствием изливаете потоки красноречия, что я только убеждаюсь: вам просто важно, чтобы с вами говорили, уделяли вам внимание. Ну что ж, благодарю за "элементарное разъяснение", тем более, что вам это было "не удобно". Я умею читать, право же, это вы не умеете слышать. Я люблю этот портал именно за то, что вы не можете увидеть и услышать, поскольку слышите только себя. А у вас, как мне кажется, искаженное видение самой сути японской поэзии и творчества обитателей портала. Есть много других мест для ваших опусов. Это, собственно, и хотелось донести вам в первом комменте. И не защищайтесь, пожалуйста, - я совсем не нападаю и против любого насилия вообще. Собственно, все».


10. «Пусть расцветают все цветы…»

    До нового, 2011-го года, оставалось ровно десять дней. На душе было пасмурно. Разве можно было встречать Рождество с таким настроением? Как случилось, что, вместо доброжелательных, пусть иногда и острых обсуждений, гостеприимный, казалось бы, свободный для всех, сайт «Японская классическая поэзия» превратился для меня местом словесных, порой недружелюбных, баталий с коллегами по перу?..

    В какое-то время мне вдруг показалось, что я попал в компанию людей, давно успевших притереться друг к другу и занятых лишь тем, чтобы услаждать свой слух взаимными комплиментарными отзывами по поводу своих, порой примитивных, сочинений, нисколько не заботясь о совершенствовании своего творчества, о поисках новых форм и тематики своих опусов. Заслуженные старожилы портала, казалось, жили в какой-то «сектантской» эйфории - родом из заморской страны, ревниво оберегавшей средневековые традиции синто-буддийского толка и не менее настороженно относившейся к любым культурогенным новшествам, даже в такой вроде бы непритязательной сфере, как… стихосложение!
   
    В этом сообществе русскоязычных кадзинов и хайдзинов я почувствовал себя чужаком, как это ни нелепо, если не смешно, - подобно тем европейским мореплавателям, которых на подходе к берегам Ямато, «из века в век», встречали пушечными ядрами. Вот и меня, с моими скромными поэтическими опытами, кое-кому очень хотелось… выдворить за пределы уважаемого портала: пришёл, вишь, в чужой монастырь со своим уставом! Но разве и этих «консерваторов» нельзя понять? В данном случае это - непримиримые югэнофилы, защищающие свою тихую и благодушную, корпоративную, заводь! Вот и мне, в самом-то деле, хватит выступать в роли «возмутителя спокойствия» - на подступах к Новому Году!

    Успокоительное влияние оказывал на меня своими остроумными хайками Анжей.

«РУССКОЕ» ГОСТЕПРИИМСТВО

С бутылочкой
вина люблю как брата
и… татарина

    Я – в ответ:

С бутылкой вина
люблю, как брата, тебя
и… япончика.

    «Как всегда, с удовольствием читаю Ваши строчки, - писал я Анжею. – Что-то – очень даже very nice, что-то – менее. (Но это явление обычное для всех). Не могу забыть Вашу танку о прОводах благоверной на Красное море. Злоба дня! И с каким юмористическим тактом!

АХ, КОРАЛЛЫ – ЭТО НАДО ВИДЕТЬ!

С тайной надеждой
муж отпускает жену
к Красному морю.
Бережно маску и ласты
уложил в чемодан.

…В этом Вашем пятистишии, как и во многих других хайку и танка, есть и юмор и свежие, не избитые образы. Ваш стиль безусловно заслуживает только одобрения!..
Читая Ваши миниатюрки, невольно удивляешься Вашему умению разнообразить их «тематику» как на югэне, так и на сэнрю. Жаль, что многие из старожилов портала редко заходят на сэнрю; наверно, считают его «второсортным», а может, они больно сУрьёзные?»

«Прожигал всю жизнь.
Не стоит удивляться
Дыре в кармане». (Эту хайку Анжей написал в продолжение темы моей рэнги-докугин) –

ОБ УДИВЛЕНИЯХ

Земля в колючках,
Растрескалась, болеет.
Где ж землепашцы?!
Не стоит удивляться,
Что оскудела чаша.

Он пил изрядно -
Она ушла к другому.
Он вовсе зАпил…
Не стоит удивляться,
Что вновь нашлась другая.

Цветы в куртине
Давно не поливались,
Вот и засохли.
Не стоит удивляться,
Что разжирел садовник.

Муж вышел в мэры,
Супруга – в бизнес-леди.
Тандем удачный!
Не стоит удивляться,
Что оба – за решёткой.

Отравлен сёгун.
Взгрустнулось самураю:
Дел нету больше.
Не стоит удивляться,
Что будет харакири.

    Не стоит удивляться, что отбросил я прочь всякие порывы к диспутам и настроение моё постепенно выправилось. Помогла и поездка за город.

ДЕРЕВЕНСКАЯ ИДИЛЛИЯ (В стиле «японского сонета»)

Варю свой кофе...
Сугроб ещё искрится
Под лунной сенью.

Кот на полатях
Ещё мурлычет сонно...
Вскипел кофейник!

Какое счастье,
Полено в печь подбросив,
Дождаться утра,
Когда дымок сольётся
С кофейным ароматом!

М-м (растопилось сердце у Максима): «Тепло-уютно и с улыбкой, в духе цикла танок Татибана Акэми "Как хорошо..."»

Вадим Розов (тоже вспоминаю Акэми):
 
«Как хорошо,
когда разговоры ведёшь
не с простофилей -
что про давние времена,
что про наш сегодняшний день.
              (Перевод??? А. Долина)

Спасибо, М-М!»

Ан Фань: «Простые дела простой жизни не так уж просты. Вечный ритм».

Ае: «вкусно… аригато!»

Lee: «Нравится… Аромат кофе и ко мне проник».

Мидзу: «просыпаться не хочется из ваших строк».

Надежда (даже она!): «Порадовал, Вадим! Спасибо!»

Вадим Розов (много ли человеку добрых слов надобно!):
    «Уважаемые коллеги и читатели! Приятно, когда твой стиш кому-то приглянулся. Автор, тут как тут, спешит благодарить в ответ. Но разве может поэт гарантировать, что следующий его опус будет встречен столь же благожелательно? Конечно, нет! В следующий раз – другое настроение, другие мысли, и слог его уже ничем не напомнит циклы Татибаны Акэми или ещё кого. А то, что в описании «простых дел простой жизни» проявляется «ритм» Вечности, как справедливо заметил Ан Фань, так в этом нет никакой заслуги автора, это заслуга Музы, нашептавшей ему строчки, в которых кто-то сумеет почувствовать некий философский смысл, а кто-то лишь пожмёт плечами: «Ну и что здесь такого! Деревенщина!»
    Свою «Деревенскую идиллию» я написал одновременно с другим стихотворением - «Вдвоём...», тоже из «деревенского цикла» и вот, вдохновлённый Вашими добрыми отзывами, решил выложить его, но только – на сэнрю: боясь вызвать раздражение у тех русскоязычных стихотворцев, кто, во что бы то ни стало, хочет походить на японских классиков. Уверен, мне такой схожести никогда не достичь, потому что, используя определённые приёмы японской поэтики, я хочу непременно оставаться русским стихотворцем. Будьте и впредь снисходительны к ищущему - на Пути (простите за высокопарность) взаимопонимания и взаимообогащения двух столь различных поэтических культур. Спасибо всем!»

ВДВОЁМ…

Мороз ударил,
но печка полыхает...
Так стало жарко,
что слез мой кот с лежанки,
на подоконник прыгнул.

В окно мы смотрим:
как матовые! – стёкла.
Все запотели.
Тут я протёр ладонью
пятно... Лучи приставил.

Сквозь круг прозрачный
увидел: на заборе
тоскует кошка.
Чем нам её утешить?..
Над «солнцем» вывел пальцем:
«Эй, Мурка! С Новым Годом!»

БДД: «Спасибо, Вадим! С РОЖДЕСТВОМ!»

М-м: «Светло-улыбчиво, здОрово!»

bob: «Читать было очень приятно. Спасибо».

    29-го декабря, достаточно осмелев, я вернулся в ЮГЭН с прощальной публикацией на сайте «Японская классическая поэзия»:

О ЦВЕТАХ

Цветы – посланцы
Любви, надежды, веры.
С их сладким вздохом
Летят от сердца к сердцу
Возвышенные чувства.

Без ароматов
Цветы подобны куклам
С их мёртвым шармом.
Я не люблю их! Всё же
Хочу, чтоб жили дольше.

Что икебана!
Весенний луг милее.
В долинах горных
Среди цветущих вишен
Отрадно сил набраться…

И любоваться
Их пышно-белой кроной,
Пока умеем
Дружить с лучом рассветным,
Дарящим краски миру.

Поблёкли розы…
Мотивчик песни старой
О том, что долго
Живыми притворяться
Цветы земли не могут.

Цветы завянут,
Затем листва... Но корни
Начнут сначала,
Возможно, интересней, -
Когда зима наскучит.

    Тогда же, обращаясь ко всем своим бывшим оппонентам, а ныне, смею надеяться, к доброже6лательным русским шидзинам, я добавил ещё несколько слов: «Хотел бы подарить коллегам ЖИВЫЕ ЦВЕТЫ!.. Говорю Вам – САЁНАРА! До свидания!
Встретимся ли в Новом Году на страницах портала? Не знаю.
Но я буду всегда вспоминать Вас, влюблённых в поэзию страны, поистине, достойной Солнечных Восходов!»

masyo (30.12.10.  13: 04):

»так много добрых слов нашли для нас,
СПАСИБО!

Летят от сердца к сердцу
Возвышенные чувства.

Хочу, чтоб жили дольше.

Среди цветущих вишен
Отрадно сил набраться…

Пока умеем...

Живыми притворяться
Цветы земли не могут!

Мы тоже Вас не забудем!

С наступающим!»


    P. S. от В.Р.: В 2011 году вышла в свет книга Вадима Розова «Цветы в японской вазе» - стихи, хотя и написанные в твёрдой форме японских хокку и танка, однако вполне русские по духу и содержанию.

Илл.: Филологист. Гравюра Кацусики Хокусай (1760 - 1849?).


Рецензии
Стихи и проза у вас интересны и умны! Приглашаю на мою страницу.

Олег Рыбаченко   12.11.2016 18:51     Заявить о нарушении