Ночные копатели Валентин и Димка

В пепельном небе одиноко плавали бледные звёзды, дрейфующая среди них полная луна была такой же бледной одинокой и безразличной ко всему, даже к самой себе. Дул сквозной ветер. Ночь обещала быть тёмной и по-осеннему холодной, бабье лето заканчивалось.
На пустыре рос репейник. А ещё, когда-то на этом прямоугольном, как футбольное поле пустыре кто-то собирался что-то построить, но потом, те, кто собирались передумали. Памятниками неудавшейся стройки стали страшный по своей глубине котлован, немного наполненный дождевой водой и, торчащий на его берегу железный урод - ржавый экскаватор без внутренностей. Вот - как раз два человека прошли мимо него. Один из них скользнул по чудовищу жёлтым лучом мощного фонаря. Фонарь жёг Валентин.
Валентин - высокий и худой двадцатидвухлетний парень. Он имел скверную привычку - не поднимать ноги при ходьбе, вечно ими шаркал, будь то по полу, асфальту или земле. Длинноволосый, всегда с плохо выбритым лицом, он никогда не обращал внимание на то, во что был одет и как выглядел. Холостой и беззаботный Валентин жил с "родичами"- пенсионерами, особенно их "не доил", но без стеснения кушал за их счёт.
Чуть позади Валентина шёл его дружок - шестнадцатилетний подросток - Димка.
Димка уступал Валентину ростом, но в противоположность тому был крепок и следил за собой. Димка - единственный кормилец в семье. А семья такова: мать-алкашка, приходящие "отцы", семилетняя сестрёнка и пятилетний братик. Обыкновенная семья, такие сплошь и рядом.
Наконец пустырь был пересечён путниками и они ступили на тропу. Тропа горбами привела к смешанному лесу. Лес шуршал листьями, которые уже желтели и обречённо падали. Куда же шли наши путники? А шли они на городскую свалку. Зачем? Да ещё на ночь глядя?- спросите вы. А воры обычно "работают" по ночам. Ведь в сущности двое друзей шли для того, чтобы заняться воровством, правда очень трудоёмким и весьма необычным. Итак - они шли на городскую свалку с целью... как бы это сказать поприятнее... с целью извлечь из её недр титановые отходы. Титан! Именно для него родного за спинами путников висели рюкзаки, похожие на большие сдутые мячи, и из них "зловеще" выглядывали орудия предстоящего преступления: укороченные  штыковые лопаты, ломики и каёлки.
Видать по всему идти на это "дело" друзьям было не впервой, они шли без опаски: Валентин не тушил фонарь, оба смолили сигареты, громко общались:
- Дим, ты Пашку хромого знаешь?
- Да кто его не знает, это тот, который квартиру пропил.
- Не пропил, а в карты проиграл.
- А, ну, это существенная разница.
- Вот. Так он, Пашка, на прошлой неделе на пять тыш титана сдал. За раз накопал. Повезло мужику.
- Не свисти! Одному столько титана не унести.
- А у него тележка есть. Удобная, я тебе скажу, штука в нашем бизнесе. Она... не очень большая...,- далее следовало подробное описание чудо-тележки.
- Вот бы и нам таку-ую-ю,- мечтательно вздохнул Димка, после того как дружок закончил описание тележки Паши хромого.
- Сейчас бы пивка,- замечтал о другом Валентин, смачно облизнув губы.- Накопаем - попью импортного. И девочку сниму.- Валентин на мгновенье обернулся к Димке, заговорщицки подмигнул и заблеял: " Се-ердце-е-е, тебе не хочется поко-о-я-я!"
Димка сплюнул:
- У меня дома жрать нечего: мать, зараза, нашла деньги на продукты и пропила, а он - пиво, девочку...
Валентин не слышал слов Димки, он продолжал блеять: "Се-ердце-е, как хорошо на свете жи-и-ить!"
Вдруг друзья притихли - они наконец вышли из лесной местности и упёрлись в громадные склоны гор, созданных людьми. Горы смердили.
Вот она - городская свалка! Здесь, в этом огромном "пироге", состряпанном из мусора, хоронилась довольно дорогая начинка - титан. Дело в том, что в так называемые годы застоя сюда, на городскую свалку, с завода по производству титана, что находился в сорока километрах, свозились среди прочих отходов и отходы самого титана. После развала Союза поворотливый делец по фамилии Банщиков смекнул: на свалке можно заработать. Он арендовал свалку на много лет, нагнал сюда рабочих, трактора и не прогадал. Отходы титана сбывались по всей России, а так же за рубеж.
Огромная свалка не была огорожена, но "извлекать" ценный металл, кроме нанятых Банщиковым рабочих, никому другому не рекомендовалось. Ну, о том, чтобы это проделывать среди бела дня и говорить нечего, риск стопроцентный, тебя просто похоронят на этой же самой свалке. А вот ночью можно попробовать. Во-первых - охрана по ночам пила, во-вторых - их собак постепенно прикормили "левые" ночные копатели титана, в третьих... а в третьих - кто не рискует, тот не пьёт... импортное пиво. Так что находились отчаянные люди, по разным причинам нуждающиеся в деньгах, кои с лопатами, ломами, каёлками, фонариками приходили к смердящему, но с ценной начинкой "пирогу" и рыли, рыли, рыли. А утром они уносили пополневшие рюкзаки на вышеупомянутый пустырь, где у ржавого экскаватора их поджидал "каблук" с конкурентами Банщикова. Тут же происходил взвес металла и денежный расчёт.
Валентин и Димка вскарабкались на верх. По свалке уже вовсю шарили жёлтые кружки фонарей.
- Здорово, мужики,- в полголоса поприветствовал Валентин группу людей, греющихся возле костерка, затем каждому пожал руку. Димка последовал его примеру.
Хорошо ли плохо друг друга здесь знали все. Вот этот угрюмый шварцнегер, которого уважительно звали Михалыч, работает в строительной фирме рабочим, хорошо зарабатывает, интенсивно копит на иномарку, поэтому и "подрабатывает" по ночам. А вот у этого весёлого бородача - Виталика, отца троих детей , на работе плохо - полгода не дают зарплату, и он просто вынужден копаться в дерьме. Ну, а вот этот прыщавый, с хитрыми глазками Борюся не может жить без водочки и таких здесь большинство. А вот и Димкин сверстник - Колян, ему хочется новые джинсы и кожаную куртку. Колян распечатывал пачку "Парламента".
- Угощай,- отпетый халявщик Валентин протянул руку.- Как улов?
- Пока одна мелочёвка. Ночь сегодня тёмная, а у моего фонаря, как назло, батарейки подсели,- пожаловался Колян.
- Батарейки я тебе дам, у меня запасные есть,- пообещал "великодушный" Валентин и тут же забыл про своё обещание.
Выручил Коляна Димка.
Что ж, чего зря время терять: инструмент вытащен из рюкзаков, надеты новые строительные перчатки - пока ещё беленькие, выбрано место копки, фонари включены и положены так, чтобы выбранное место было освещено - к делу!
Валентин и Димка рыли плечо к плечу. Выкопанные кусочки металла оббивали от прилипшего мессива о кромки штыков и бросали, не разделяя, сначала в один рюкзак, потом - в другой. Валентин вёл себя шумно: радостно выкрикивал что-то в духе "Оп-па! Иди к папочки!", выгребая на свет "коронки", "сопли", "кубики" (всё это титановые отходы), когда долго ничего не попадалось - матерился. Димка вёл себя сдержаней, хотя и был не менее удачлив. Впрочем, и он не удержался от всплеска эмоций, когда, словно крышечку бочонка с золотом, осторожно расчищал голыми ладошками гладкую поверхность синелого куска титана килограмма на три.
- Валька, зырь, зырь!- хвастался Димка, перекидывая из руки в руку тяжёленький титановый блин.
- Зырю, зырю, не потеряй,- ворчал завистливо Валентин. Хотя чему было завидовать, ведь всё шло в общий котёл - на двоих.
Притомившись, они курили, прикидывали на какую сумму уже накопали. После перекура вновь пристраивались фонари, вновь вонзались в мусорное мессиво штыки лопаток, взлетали каёлки, трещали на коленках штаны, руки в уже грязных перчатках смахивали со лба жирный пот.
За работой не заметили как забрезжил рассвет. Где-то на другом конце свалки залаяли собаки, там, в вагончике опохмелялись охранники. Измученные, гружённые металлом ночные копатели потянулись к лесу. Спешно прекратили работу и Валентин с Димкой. Их "улов" был весьма не плохим. Они с трудом дотащили до пустыря свои рюкзаки. Приёмщики торопили: "Шевелите батонами, вы последние." Взвес и расчёт занял несколько минут. Хлопки дверц, напоминание: "Завтра в это же время, на этом же месте." и "каблук" с усиленными рессорами тяжело отчалил.
Итак - "дело" сделано. Валентин увлечённо пересчитывал деньги. Он не видел, как у друга Димки вдруг побелели губы и расширились глаза.
- Спрячь деньги,- судорожно зашептал Димка.- Спрячь деньги...
Валентин вскинул голову только тогда, когда услышал шум приближающейся машины. Его рука инстинктивно скомкала деньги в кулак, он протянул их Димке.
- Положи к себе, у меня все карманы дырявые.
Димка сунул деньги в карман своей куртки. Чёрный джип мчался прямо на них.
- Бежим!- завопил Валентин.
Забыв про рюкзаки, друзья рванули обратно - в лес. Замелькали стволы берёз, больно ударили по лицу лапы пихт. Овраг не овраг, горка не горка - бежали как от волков. А те, что выскочили из джипа и бросились им вдогонку были кровожаднее волков. Неожиданно Валентина подкосило на правую ногу и он упал на муравейник. Прихрамывая, на ходу стряхивая с себя жгучих муравьёв, он отстал от Димки. Димка вернулся за Валентином, обхватил того за тощую талию.
- Ну, ну. Поймают ведь. Крепись,- подбадривал Димка.
- Не могу,- задыхался, подпрыгивая, Валентин.- Давай на свалку, зароемся.
И вот они уже вышли к свалке, оставалось подняться по склону, а там спасительные рукотворные ямы, да целые катакомбы там! И вот они уже почти вскарабкались на вершину склона, но тут их ждал "сюрприз": двое охранников в комуфляжах  с избитымы мордами (доброе утро от Банщикова), держа на коротких поводках рычащих овчарок выглянули с вершины и сказали "лаского":
- Мы вас ждём. Лезьте, ребятки, лезьте. 
Валентин и Димка думали скатиться вниз. Но поздно, снизу на "ребяток" зло смотрели бритоголовые амбалы, гнавшиеся за ними по лесу.
- А ну вниз, щеглы!- отплёвываясь приказал один из них.
Унизительными пинками их гнали к машине. Пузатый мужик лет пятидесяти, с равнодушными глазами на бульдожьем лице вальяжно стоял у джипа, жевал резинку и одновременно курил. Это был сам Банщиков. Он решил этим утром устроить внезапную проверку: объехал свалку, навестил охранников. Банщиков был возмущён, его титан, его деньги воруют! Естественно он не участвовал в погоне, он ждал её результата. А когда результат оказался в его пользу, равнодушные глаза наполнил нездоровый интерес.
- Чуть не съе...лись,- посетовал бритоголовый амбал. Он швырнул Димку к ногам Банщикова. Тут же другой амбал выпнул из леса хромающего Валентина.
- Козлики, вы знаете кто я?- смакуя каждое слово, заговорил Банщиков.- Уверен, что знаете. Вы воруете у меня титан, козлики. Разве вас не учили в детстве, что воровать нехорошо?
- Учили,- подал жалостливый голос Валентин.
- Вероятно плохо учили, козлики.
- Да я вообще в первый раз на свалку пришёл!- словно на похоронах, причём собственных, заголосил Валентин.- Меня дружок заманил!- он кивнул на Димку.- Да и не накопал я ничего! У меня и денег-то никаких нет! Вот! Вот!- Валентин начал выворачивать свои карманы. Димка не заметил ни одного рваного и покачал головой.
Бритоголовые амбалы наматывали на кулаки кожаные армейские ремни с латунными бляхами.
- Ну, скажи ты им, Димка!- заверещал Валентин.
- Он говорит правду,- глухо сказал Димка.
- А ты накопал?- прищурился Банщиков.
- ...Накопал.
- Деньги где?
-...Выронил, когда убегали.
- В первый раз я!- не унимался Валентин.
Банщиков раздражённо кивнул и Валентин получил хлёсткий удар ремнём по лицу. Скуля и закрыв лицо руками, тот закатался по жухлой траве. Банщиков брезгливо сморщился.
- Это, козлик, тебе так же моё первое, а заодно и последнее предупреждение.- Затем приказал:- Пацана в машину! Прокатимся.
Димку кинули на заднее сиденье. За стеклом джипа плыл лес, а рассвет становился всё ярче и ярче. Утро предполагало на удивление тёплый денёк. Наверное - это будет последний день бабьего лета,- подумал Димка.


Прошла осень, отползла зима, вступила в свои права весна: зачирикало, закапало, зазеленело. Димкины соседи по палате находились в холле - смотрели телевизор. Димка сидел на подоконнике и наблюдал за Валентином. Тот не изменял себе: в мятой рубашке, плохо выбритый, длинноволосый. Удерживая на лице простодушную улыбку, Валентин выкладывал из пакета на Димкину тумбочку гостинцы: литровую банку вишнёвого компота, красные яблоки, кулёк карамелек.
- Зря ты это.
- Лопай-лопай.
- Да у меня всего полно.
- С каких это пор?- Валентин не желал терпеть возражений. Выложив всё что принёс, он скомкал пакет. Возникла пауза неловкости. Валентин отвёл глаза и наконец задал главный вопрос:
- Как всё было-то?
- Как-как...Обыкновенно,- у Димки на пару секунд задрожала нижняя губа, но только на пару секунд.- Били. На том пустыре. Позвоночник сломали, руку. Затем бросили в котлован - тот самый. Хорошо, что мелко там, не утонул...
- А как выбрался?
 - Спасибо ночным копателям: услышали, вытащили. Не все ещё знали про "проверку" Банщикова, а то хана бы мне. Кто бы сунулся на свалку?
- Дим, но я же тоже пострадал: я ногу вывихнул, а ещё у меня такой бланш был, такой бланш,- Валентин приложил к щеке яблоко - получилось смешно.
Вдруг за окном раздался надрывный женский голос:
- Ди-има-а! Сыно-ок!
Димка высунулся в форточку, тремя этажами ниже, на сухом асфальте стояла его мать. Она была в бедной, но чистой одежде, её волосы выбивались из-под вязаной шапочки. Прикрыв ладонью глаза от слепящего солнца, она болезненно улыбалась.
- Привет, ма!
- Привет! Скоро ты, сынок, домой-то?!
- Скоро! Сегодня на ренген ходил: всё в порядке, через день-два выпишут!
- Ну, слава богу. А я не стала к тебе подниматься, простыла я, боюсь заразить! Как я рада за тебя, сынок!
- Ты иди, иди домой! И чтобы лежала! Васька с Ленухой не умрут, поесть сами смогут.
- Там тебе пирожки передадут. С капустой!
- Спасибо, ма! Ты иди!
- Ухожу, сына, ухожу.
- Совсем себя не бережёт,- вздохнул Димка, глядя вслед матери. Он вздрогнул, когда услышал сзади циничный голос Валентина, хрустящего яблоком:
- Не пьёт?
- Не пьёт,- отрезал с какой-то злостью Димка.
- Ну, ну. Я же только - за. А я снова хожу титан копать,- прикончив яблоко, вдохновенно затараторил Валентин. На свалке бардак, Банщиков теперь за границей живёт, а за него какой-то олух командует, честное слово - олух.
- Валька, остановись!- Димка резко обернулся, в спину словно ударило током. То ли боль в спине отразилась на его лице, то ли другая, неведомая, не понятная его дружку боль.
- Болит?- искренне посочувствовал Валентин.
- Иногда.
- Отпустило?
- Отпустило.
- Кстати, Дмитрий, высунись-ка ещё разок в форточку.
- Это зачем?
- Ну, высунись-высунись.- Ни с того, ни с сего Валентин взъерошил на своей голове волосы и засучил рукава так, как это делают фокусники перед исполнением номера. Димка нехотя высунулся.
- Правее, видишь тополь?
- Ну.
- Рэкс! Пэкс! Фэкс! Что к нему пристёгнуто тросиком? Видишь?!
- Ух ты-ы-ы! Тележка!
- Она самая - чудо-тележка! Краса-авица! Это же наша с тобой мечта, Димка!
Валентин весь сиял от гордости за себя. И вообще он был в диком восторге.. Димка, забыв обо всём плохом, был рад не менее. А ещё он подумал о матери, о братике, сестрёнке, он подумал - как было бы здорово, если бы их жизнь стала лучше: интересней, сытнее.  Он спрыгнул с подоконника, позвоночник выдержал.
- Так говоришь, Валька, бардак на свалке?
- Бардак, Димка, бардак!
- Хорошо. Заходи за мной через пару дней. Ближе к ночи. И красавицу нашу не забудь!



 


Рецензии