Месть

Дилогия

Роман. Книга первая      "Месть - Проклятие дракона"
Роман. Книга вторая      "Месть - Печать Раннагарра"


                     Ч Е Р Н О В И К

Просыпающийся город жил своей привычной жизнью. Базарная площадь Хелликии, как огромный гудящий пчелиный улей, медленно и неспешно заполнялась ежедневной суетой – гомоном спешащих по своим делам граждан, скрипом груженых товаром телег, криками горластых торговок, нетерпеливым ржанием лошадей и звоном ударяющегося о наковальню молота. Воздух заполнялся острыми и пряными запахами от разожженных костров, жарящегося на вертелах мяса, хмельной браги и свежевыпеченного хлеба.
- С дороги! Глаза разуй, рохля! - злой окрик заставил Ли отвлечься от созерцания того, как пышнотелая тетка поймала худющего ободранного пацаненка, пытавшегося украсть у нее с прилавка яблоко, и теперь что было силы тягала мальчишку за ухо, рискуя его и вовсе оторвать.
Оливия отскочила в сторону с проезжей части, выслушав в свой адрес еще парочку забористых ругательств от румяного и грузного дядьки, сидевшего на облучке огромной фуры, заполненной пузатыми дубовыми бочками с элем.
- Тетенька, отпустите, я больше не буду, - визжал парнишка, тщетно силясь выдернуть свое опухшее и покрасневшее ухо из пухлых цепких пальцев свирепой торговки.
- Вша мелкая, гнусь навозная! - вопила тетка. - Я тебе покажу, голодранец, как жрать мои яблоки. Сейчас сдам тебя Гончим, и пусть высекут тебя у ратуши, чтоб впредь неповадно было.
- Тетенька не надо, я просто есть хотел. Пожалуйста! – лицо мальчишки некрасиво сморщилось, из широко распахнутых глаз брызнули слезы, прокладывая светлые дорожки по впалым и замурзанным щекам.
- Отпусти его, - понизив голос, Ли натянула капюшон пониже и сделала уверенный шаг навстречу разъяренной торговке.
Тетка замерла, окинув придирчивым взглядом невысокую худощавую фигуру Ли, одетую в новенькие коричневые замшевые брюки, такую же охотничью куртку и добротные сапоги из саррийской кожи.
- Тебе какое дело? – недовольно нахмурилась женщина, сдавив ухо пацана еще сильнее. – Или ты его сообщник? Развелось вас, ворья, как блох у собаки. Так я вас быстро на чистую воду выведу. Сейчас Гончих позову, пусть и тебе всыплют, - осмелев разошлась торговка.
- Ты поосторожнее с обвинениями, - Ли положила руку на пристегнутый к широкому поясу кошель, туго набитый монетами, и женщина, шумно сглотнув мгновенно растеряла весь свой боевой запал. – За клевету, насколько я знаю, тоже секут у ратуши. Зачем мучаешь мальчишку?
- Этого? – тетка снова резко дернула незадачливого воришку за оттопыренное ухо, и тот запричитал еще сильнее. – Это не мальчишка, а прожорливый маленький тролль, - тетка гневно потрясла в воздухе рукой с зажатым в ней надкушенным яблоком.
- Отпусти его, я заплачу, - Оливия вытянула из кошеля мелкую монету и подбросила ее в воздух. Торговка мгновенно выпустила жертву из рук, и с ловкостью голодной дворняги поймала медный таллар на взлете. – Сдачи не надо, - хватая за шиворот пытающегося улизнуть пацана пробасила Ли. – Дай ему еще одно яблоко.
Недовольно скривившись, толстуха взяла с прилавка целое яблоко и протянула недоверчиво уставившемуся на него парнишке.
– На, жри, зараза. И я твою наглую морду запомнила. Еще раз увижу возле себя, точно сдам Гончим, – потом перевела взгляд на Оливию. - А ты, мил человек, кошель-то от него подальше держи, а то гляди, как бы без денег по доброте своей душевной не остался.
- Разберемся, - буркнула Ли, оттаскивая от нее подальше свирепо вгрызающегося в яблоко мальчонку. – Зовут как? - спросила она, ныряя с горе-вором в толпу шляющихся по базару горожан.
- Лэйн, - чавкая и облизываясь пискнул тот.
- Давно не ел, Лэйн? – поинтересовалась Ли, разглядывая его тощую угловатую фигуру.
- Три дня, - доедая огрызок, поведал Лэйн.
- Ты местный или пришел в город лучшей жизни искать? - Ли увидела прилавок со свежевыпеченной сдобой и потащила к нему облизывающего пальцы мальчишку.
- Местный, - Лэйн жадно втянул носом воздух и сглотнул слюну.
- Дайте две с мясом, - Ли вложила в ладонь девушки, продающей выпечку, пару монет, и та с улыбкой протянула не верящему такой удаче Лэйну две еще горячие румяные булки.
Мальчишка боязливо прижал их к впалой груди, а потом, словно опомнившись, нехотя вернул одну наблюдавшей за ним с легкой улыбкой Оливии.
- Это ваша, мастрим, - опустив голову, тяжко вздохнул Лэйн.
- Не надо. Они твои, - Ли рассмеялась, когда парнишка спрятал одну булку за пазуху, про запас, а другую стал быстро глотать, практически не пережевывая. - С чего ты решил, что я мастрим.
Лэйн, не раскрывая рта, кивнул головой на залтак - длинный зазубренный охотничий нож, торчащий из-под складок куртки Ли. Лэйн может и был маленьким, но он все же был мальчиком, а любому, даже самому сопливому пацану, стыдно было не знать, что такие клинки делали из дашарской стали, и позволить их себе могли только мастримы - богатые вольные охотники.
- Вы, наверно, дичь на базар продавать привезли, - Лэйн покосился на увесистый кошелек Оливии.
- Догадливый, - хмыкнула она. – А ты почему не ел три дня, если ты местный? Или денег у твоей семьи совсем нет?
- Нет, - вдруг ощетинился мальчишка.
- Держи, - Ли вытянула из кошелька два золотых, протянув их мальчику. – Отдашь своей маме.
- Нет у меня мамы. И семьи у меня нет, - зло буркнул Лэйн и, развернувшись, пошагал прочь.
- Эй, подожди! – Ли догнала пацана в два шага и схватила за руку. – Прости…
Лэйн резко дернулся, потом, крутанувшись, толкнул со всех своих тщедушных силенок Ли в грудь, пытаясь избавиться от назойливого незнакомца, да так и замер с раскрытым ртом, когда капюшон, скрывавший лицо, упал с ее головы.
- Вы женщина!? – Лэйн протер грязными кулаками глаза, все еще не веря очевидному. – Женщина-мастрим?!
- Прости, я не хотела тебя обидеть, - Оливия протянула парнишке руку. – Я Ли. Я действительно мастрим, и если тебе от этого станет легче, то у меня тоже нет семьи.
- Правда? – паренек робко вложил в раскрытую ладонь охотницы свою костлявую пятерню.
- Правда, - улыбнулась девушка. – И давно ты беспризорничаешь?
- Мамка весной померла, с тех пор я и…- Лэйн громко шморгнул носом, а затем вытер его засаленным рукавом.
- А отец?
- Отец давно скончался. Я маленьким был.
- А почему тебя в приют не забрали? - Ли знала, что сирот забирают воспитанниками в детские дома при монастырях, сама провела в таком большую часть своей жизни.
- Забрали, - недовольно потянул Лэйн. – Сбежал я оттуда.
- Почему? – Ли удивилась. Пусть в монастырях и была строгая дисциплина, и кормили там скудно, но сытно, и это все же было лучше, чем скитаться по улицам вечно голодным и грязным.
- Били там очень больно, - пожаловался мальчишка. – И чуть что, в холодник сажали, а потом есть два дня не давали. Так какая разница, где ходить голодным? Тут хоть не лупит никто, ну разве что за дело, - Лэйн осторожно потер свое красное и теперь сильно торчащее в сторону ухо.
- Слушай, раз ты местный, ты случайно ни у кого здесь не видел такого знака? - Ли присела на корточки и, вытянув из рукава тонкий и острый, как игла, сай, стала рисовать им на земле расправившего крылья орла с семью головами.
- Видел, - мальчишка присел рядом и зачарованно уставился на отливающий в лучах солнца серебром сай. – Дашь подержать?
- На, - не задумываясь протянула ему клинок Оливия. – Где видел?
- Ух, какой! - восторженно стал вертеть оружие в руках Лэйн, мгновенно потеряв интерес к его хозяйке.
- Где ты его видел? – Ли со всей силы тряхнула мальчишку и резко крикнула: – Где ты его видел???
Сай выпал из рук растерявшегося паренька и символично воткнулся прямо в грудь нарисованной на земле птицы.
- Это знак одного высокородного оллинга, - испуганно выдохнул мальчишка, затравленно уставившись в перекошенное от ярости лицо девушки.
Паренек не понял, чем он мог так разозлить мастрим. Минуту назад она была так добра к нему, что даже дала подержать сай, а еще раньше спасла от палок Гончих и накормила. Лэйн недоумевал, что могло с ней произойти за тот короткий миг, пока он держал в руках ее нож.
- Ты знаешь, где его найти? – спросила девушка, все еще жестко сжимая Лэйна за плечи, и он поразился, сколько, оказывается, силы в руках такой худенькой и хрупкой на вид охотницы.
- К- кого? – Лэйн теперь уже был не уверен в доброте мастрим, сейчас она была похожа на тех служительниц Всевидящего, что так больно били его в приюте по рукам розгами, когда он пытался взять со стола лишний кусок хлеба.
- Оллинга! Того, который носит этот знак, - Ли указала взглядом на нарисованного орла, потом, заметив, что мальчишка стал трястись от страха, ослабила хватку и, резко прижав парня к себе, как-то рвано выдохнула в его макушку. – Прости, прости меня, я не хотела тебя напугать. Мне просто очень нужно найти этого человека.
Лэйн недоуменно затих, опасаясь пошевелиться, и напряженно думал, что скажи он мальчишкам из уличной шайки, что его обнимала такая красивая девушка, то, пожалуй, никто и не поверит. И все же она была странной - вроде одета действительно как мастрим, и хватка у нее такая, что сам крепыш Джаг позавидовал бы, но слишком уж утонченные и правильные у нее были черты лица, таких не бывает у безродных, и так гордо и прямо держат спину только благородные шейны.
- Я не знаю, где его найти, я и видел-то его всего несколько раз, - Лэйн смущенно потупился, когда девушка, выпустив его из цепкого захвата, вдруг ласково, как это делала только мама, взъерошила его лохматые русые вихры.
- А где ты его видел? – очень осторожно и мягко, чтобы снова не напугать парнишку, спросила Ли, поднимая с земли сай и пряча его в рукав.
- Возле Храма Огня.
- Храма Огня? – Оливия вот уже третий год колесила с Джеддом по империи Аххад, и в объединенных царем Магридом Великим землях она встречала разные культы, но про Храм Огня слышала впервые. – Где это?
Лэйн махнул рукой, неопределенно указывая направление куда-то вдаль за своей спиной.
– Там, в Голове Дракона.
- Где?! – изумленно распахнула глаза Ли. Драконы вымерли несколько тысяч лет назад и теперь о них ходили только легенды.
- Пойдем покажу, отсюда не видно, - Лэйн схватил Оливию за руку и быстро потащил вверх по улице.
Спустя несколько минут они достигли наивысшей точки города и Лэйн, одернув Ли, разглядывавшую высокое здание ратуши, видневшиеся за разномастными крышами городских построек, затащил ее в узкий глухой проулок между двумя жилыми домами.
- Сможешь подняться по ним наверх? – мальчишка взялся рукой за один из металлических стержней, вбитых на разных уровнях в глухую каменную стену.
Ли усмехнулась, вспомнив, сколько раз падала с отвесной стены, по которой ее заставлял лазить Джедд. В отличие от этой, там вместо кольев были только узкие выщербленные отверстия и небольшие выступающие камни. Первое время Ли выламывала ногти с мясом, а пальцы и ладони после тренировок походили на кровавое месиво, но у девушки была цель, и она никогда не жаловалась на боль, лишь с силой сжимала зубы и после падения упрямо карабкалась наверх снова.
- Уйди в сторону, - Оливия снисходительно фыркнула, направившись к противоположной стене проулка. Разбежавшись, она легко подпрыгнула, ухватившись правой рукой за торчащий где-то на середине стены штырь. Подтянувшись, Ли гибко качнула свое тело и, резко оттолкнувшись, перелетела на полметра вверх, вцепившись левой рукой во вбитый там колышек.
Лэйн, раскрыв рот, наблюдал за порхающей по стене, как белка-летяга, девушкой. Она резко крутанулась и, совершив в воздухе немыслимый пируэт, уверенно, словно кошка, приземлилась на ноги на крыше дома.
- Помочь? – поставив руки в боки насмешливо поинтересовалась она, глядя на Лэйна, неуклюже ползущего по стенке. Мальчишка был похож на маленького краба, и так забавно кряхтел, что Ли сжалилась над ним, и как только он поднялся достаточно высоко, ухватила его за шкирку и подтянула к себе.
- Здорово ты умеешь по стенам прыгать, - завистливо выдохнул Лэйн. – А все мастримы так могут?
- Так что ты мне тут показать хотел? – Ли зорко вглядывалась вдаль и ничего кроме города и простирающегося за ним леса не видела.
- Не туда смотришь, - Лэйн резко развернул девушку, и она, гулко сглотнув, застыла подобно той самой горе, на которую сейчас смотрела. Там, вдали, за пестрой полосой улиц и домов простиралась широкая, мощеная рыжим камнем дорога. Извиваясь, она упиралась в подножие горы, похожей на огромного каменного дракона, сложившего крылья и опустившего на землю голову с раззявленной пастью. Казалось, вот-вот дрогнет усеянная острыми шипами спина, когтистые лапы вспашут землю глубокими бороздами и из раскрытой пасти вырвется струя ревущего пламени.
- Сожри меня волосатый гоблин! – ошеломленно протянула Оливия. – Это что вообще такое?
- Это и есть Храм Огня! Во-он там, прямо во рту дракона, - Лэйн довольно улыбнулся, представляя, как похвастается перед мальчишками новым услышанным ругательством. Звучало просто волшебно – волосатый гоблин! Теперь даже Цанег, знавший самые забористые словечки местных грузчиков и завсегдатаев трактиров, будет ему завидовать.
- Выглядит, как настоящий, - Оливия заворожено разглядывала мельчайшие детали каменного существа. – Невероятно!
- Так он и есть настоящий, - почесал макушку Лэйн, не понимая, как охотница может не знать древнюю легенду. – Говорят, что дракон хотел уничтожить Хелликию, и ее жители, чтобы задобрить монстра, отдавали ему каждый год по прекрасной деве. Однажды участь быть сожранной чудищем выпала дочери местного доджа - главы города. А у него был редкий магический артефакт, который переходил из поколения в поколение членам его семьи, и свято хранился за семью печатями и замками. Так вот, додж нашел Великого Мерлина и пообещал ему, что подарит артефакт, если тот спасет его дочь. Мерлин вышел на бой с драконом и превратил его в камень. Дракон умер, а волшебный огонь внутри него остался. С тех пор люди и приходят туда, как в храм, чтобы прикоснутся к святыне. А еще, бают, что дракон проклял Великого Мерлина, и теперь его потомки могут выбрать себе пару только с помощью его огня.
- Как это, с помощью огня? – удивилась Оливия.
- Так один Всевидящий и знает, - хмыкнул мальчишка. – Никто и никогда не видел потомков Мерлина.
- А что здесь делал тот оллинг, со знаком семиглавого орла? – Оливия уселась на край крыши и свесила вниз ноги, любуясь удивительной горой. Застывших в камне драконов она видела впервые. Если, конечно, это действительно когда-то был дракон, а не сотворенная человеческими руками подделка.
- Не знаю, - Лэйн присел рядом и, покосившись на Ли, в точности повторил позу понравившейся ему мастрим. – Он когда в храм заходит, туда больше никого не пускают.
- И часто он здесь появляется? - Ли напустила на себя нарочито безразличный вид, чтобы мальчишка не понял, как она нервничает на самом деле. Три долгих года она тщетно повсюду искала эту мразь, и вот теперь такая удача! Рука непроизвольно дернулась, сбрасывая в ладонь сай, и почувствовав кожей холод смертоносного метала, Оливия вновь успокоилась и обрела утерянную уверенность в себе.
- Раньше не часто, - Лэйн вытянул из-за пазухи булку. Сдоба немного раздавилась, пока он карабкался по стене, и теперь так умопомрачительно пахла, что у парнишки слюни текли чуть ли не по подбородку. Пару секунд мысленно посокрушавшись, что булка последняя, Лэйн, тяжело вздохнув, ожесточенно принялся ее жевать.
Ли подождала, пока мальчишка доест, и пристально уставилась на него испытующим взглядом. - А теперь? Как часто он бывает в храме теперь?
- Раз в месяц точно, - поведал Лэйн. – Он когда приезжает, то его стража всем бедным и блаженным милостыню раздает. А еще я, когда в приюте был, так на мешках с продуктами, которые туда привозили, тоже знак орла видел. Только нам эти продукты никогда не доставались. Сестры их в кладовых запирали, а потом сами и ели.
Ли задумчиво нахмурилась.
– Значит, сирых и убогих жалеет? Благодетель хренов, - зло выплюнула она, и Лэйн поежился от того, какими стеклянно-холодными стали ее красивые голубые глаза. – А в этом месяце он уже приезжал?
- Да нет пока.
- Слушай, хочешь заработать? – Ли полезла в кошель и вытянула оттуда золотую монету. – Если разузнаешь, когда оллинг в следующий раз появится в храме, дам еще одну.
Лэйн зачарованно распахнул глаза, пялясь на целое состояние, лежащее на хрупкой ладони охотницы. Да за два золотых он почти год мог жить припеваючи – и даже ломоть жареного мяса себе раз в неделю покупать. Только ведь если крепыш Джаг увидит у него деньги, то сразу отберет. Хотя… Если попросить мастрим выдать ему туже суму мелкими монетами, можно немного дать шайке, а остальные закопать на городской свалке у помойной ямы - там так воняет, что никто и не додумается полезть искать.
- А вы не могли бы мне дать один золотой мелкими монетами? Я хочу попросить местных беспризорников помочь, а они за так ничего делать не станут, - Лэйн затаил дыхание и умолял Всевидящего, чтобы красивая мастрим согласилась. Если дело выгорит, то целый год он сможет жить, забыв о голоде.
- А ты смышленый, - Ли спрятала золотой и, отсчитав горку сребреников, всыпала их в худенькие детские ладошки. – Я приду завтра. Сможете к утру что-то выяснить?
Лэйн утвердительно кивнул, не отводя взгляда от отливающих на солнце монет, приятно тяжеливших его ладони. Столько денег он за всю свою жизнь в руках не держал. Да за два серебряных Джаг заставит всю местную шпану город вверх дном перевернуть. Опомнившись, мальчишка оторвал от своей видавшей виды замызганной рубахи лоскут и, сложив в него весь свой скарб, завязал узелком. Выудив из широкого кармана длинную бечевку, которой он по ночам привязывал себя к дереву, чтобы не упасть, Лэйн затянул ее хитрым узлом вокруг узелка и повесил на шею.
- Встретимся здесь завтра в полдень, - Лэйн знал, что Джаг обязательно направит кого- нибудь за ним следить, поэтому придется петлять по городу, чтобы оторваться, а потом, по крышам, никем не замеченным, можно будет добраться до мастрим.
- Хорошо, - Ли поднялась и, оглядевшись по сторонам, закрыла глаза, отпечатав в своей памяти план города, как нарисованную картинку. Этому ее научил Джедд. Профессиональный прием охотников всегда помогал ей быстро найти нужную дорогу в любой малознакомой местности. – До завтра.
Разбежавшись, Ли на глазах у опешившего мальчишки прыгнула с крыши и, совершив в воздухе двойное сальто, твердо встала на ноги. Одернув куртку, девушка натянула на голову капюшон и неторопливо пошагала в сторону базара, а Лэйн, проводив ее долгим завистливым взглядом, подумал, что если б знал, что она такая ловкая, лучше бы провел ее по крышам. К дому лекаря всегда была приставлена лестница - почтенный магистр держал на крыше голубятню, и если бы Лэйн повел охотницу той дорогой, то не пришлось бы позориться и ползти по стене, как недобитый паук. Любовно пощупав рукой узелок с монетами за пазухой, Лэйн улыбнулся – что ни говори, а день у него сегодня на редкость удачный, несмотря на то, что торговка чуть не оторвала ему одно ухо. Но если благодаря этому удалось так хорошо заработать, да еще и наесться досыта, то Лэйн готов был пожертвовать и вторым.
Весело насвистывая, мальчишка отправился в сторону свалки, намереваясь надежно спрятать там свое сокровище, а потом сообщить шайке таких же как и он бродяг, что у них на сегодня есть хорошая работа.

****

Ли дошла до базара и, свернув в мясные ряды, остановилась у лавки большого Фалька, которому она утром сдала кабана и оленину. Хозяин радостно вышел ей навстречу и предложил зайти поесть.
- Жена только похлебку из потрохов сварила. Заходи, мил человек, гостем будешь.
- Прости, я спешу – Оливия отвязала коня, оставленного у мясника и хотела дать ему монету за то, что лошадь вычистили и накормили.
- Что ты, не надо, - Фальк добродушно сжал ладонь Оливии. – Товар у тебя добрый. Шкура не попорченная. Я за нее хороших денег выручу. Никогда не видел, чтобы оленя с одного выстрела стрелой в глаз били.
- Привычка, – пожала плечами Ли. Кроме мяса они с Джеддом промышляли еще и пушниной, а лисе, белке или соболю если в глаз не попадешь – считай, шкура испорчена. И денег за нее больших никто не даст.
- Ты если в наших краях будешь, сдавай всю дичь мне. Я тебя не обижу – выгодно заплачу, - Фальк протянул Оливии сверток из промасленной бумаги. – Это жена копченой телятины тебе на дорогу, мастрим, передала. Не побрезгуй.
- Спасибо! – Ли спрятала мясо в седельную сумку и, дернув поводья, двинулась в путь. – Я здесь еще несколько дней буду, – обернулась она у ворот. – Завтра с утра зайчатины привезу. Возьмешь?
- Возьму, - Фальк расплылся в радостной улыбке. Из хороших заячьих шкур можно было пошить на зиму шапки всей семье, да еще и продать излишек. А в том, что у этого мастрима шкуры будут самого лучшего качества, мясник даже не сомневался.
Оливия выехала за город и пустила коня галопом. До деревни, где они с Джеддом остановились, было миль десять, и девушка хотела быстрее добраться до постоялого двора, пока ее напарник не накачался элем до поросячьего визга и не уснул на столе. Джедд был высоким, широкоплечим и мощным мужчиной, поэтому Ли едва не срывала спину и руки, пока дотаскивала его тяжелую бессознательную тушу до кровати. А ей ведь еще на ночь силки нужно будет на зайцев расставить.

Когда Оливия вошла в харчевню, Джедд уже был навеселе и беззастенчиво тискал весело визжащую у него на коленях румяную девицу.
- Отпусти ее, - недовольно буркнула Ли.
- Еще чего, - Джедд сжал своей лапищей объемистый зад подавальщицы и, игриво рыча, укусил ее за пышную грудь.
- Поговорить надо, - Оливия жестом указала крестьянке, чтобы та шла прочь. Девушка получила от Джедда увесистый шлепок по филейной части и, оправив задравшиеся юбки, ретировалась на кухню.
- Ты когда-нибудь перестанешь себя вести, как озабоченная скотина? – брезгливо скривилась охотница, заметив, что у мужчины приспущены штаны и спереди вздувается приличный бугор.
- Почему это я скотина? – развязно ухмыльнулся Джедд. - Вы, бабы, ведь только и ждете чтоб вам ноги раздвинули, да по скамейке разложили, - охотник совершил неоднозначное движение бедрами и тут же замер, мгновенно протрезвев, потому что между его ног, аккурат в миллиметре от сокровенного места, в скамью воткнулся выброшенный Оливией сай.
- Вильга, похлебку и жаркое принеси, - громко крикнула Ли, усаживаясь за стол напротив Джедда.
- Прости, - охотник тяжело вздохнул, взъерошив свои кудрявые рыжие космы. – Ты не такая, я знаю.
- Пить надо меньше, - Ли зачерпнула ложкой густую деревенскую грибницу, которую перед ней услужливо поставила хозяйка харчевни и, хлебнув ароматной похлебки, зло уставилась в тарелку.
- Ну, не сердись на меня, детка, - Джедд ласково коснулся коротких, цвета спелых колосьев пшеницы, волос девушки. – Я не со зла.
- Ты же знаешь…, - Ли вскинула голову, прожигая напарника ледяной синевой своих глаз.
– Все, хорошо, я больше так никогда не буду. Обещаю. И с элем завязываю.
- Ты только обещаешь, - грустно вздохнула Ли.
- Ты дичь продала?
- Да, - Оливия отстегнула с пояса кошель и бросила на стол.
- Ну, вот и славно, малышка. Завтра отправимся на север, к зиме набьем пушнины и устроим себе месяц отдыха, - охотник щелкнул пальцами и попросил похлебки и для себя.
- Я хотела поговорить с тобой об этом, - Ли опустила глаза в тарелку, чтобы Джедд не понял, что она врет. – Нам придется задержаться здесь на несколько дней.
- Зачем? – Джедд перестал жевать и недоуменно уставился на Оливию.
- Нам сделали заказ на зайцев и на оленину, обещают хорошо заплатить.
- Ну, хорошо, пойдем вечером силки расставим, а поутру и оленя забьем, - согласился Джедд.
- Олень нужен на послезавтра, - Ли продолжала смотреть в тарелку, так, словно она была очень увлечена едой.
- Что-то ты темнишь, девочка, - Джедд коснулся пальцами подбородка Оливии и, приподняв лицо, испытывающее посмотрел в ее глаза.
- Ничего не темню, - вывернулась она из его захвата, продолжив трапезу. – У местного оллинга свадьба послезавтра, нужна свежина на пир.
Джедд, облегченно вздохнув, опять взялся за ложку.
– Ну, свежина так свежина. Ладно. А то я уж было подумал…
- Что ты подумал? - изобразив искреннее удивление поинтересовалась Ли.
- Да ничего, - отмахнулся от нее Джедд. – Ешь. И вправду пить надо меньше, а то лезет в голову ересь всякая.

****

Утром Оливия с Джеддом прошлись по расставленным с вечера ловушкам и отобрали десяток жирных пушистых зайцев. Мелочь и зайчих Оливия всегда отпускала. Мелочь, потому что от нее толку никакого не было, а зайчих - чисто из чувства женской солидарности, за что друг вечно ворчал на нее.
- Ты не иначе как на зайцах за весь мужской род отыгрываешься?
- А вы не больно-то от них и отличаетесь, - туго завязывая мешок бечевкой хмыкнула Оливия. - Сделал дело и в кусты. А зайчиха, она и своего, и чужого ребенка накормит.
- Ты мне тоже чужая, - обиделся Джедд. – Но забочусь я о тебе, как о родной.
- Поэтому напиваешься регулярно в хлам и заставляешь меня таскать тебя на своем горбу.
- Я же сказал – завязал! – охотник понуро опустил голову и, забросив мешок с зайцами себе за спину, грустно поплелся за Ли следом.
- Ты прости меня, - Оливия остановилась и, развернувшись, уткнулась носом в широкую грудь Джедда. – Ты не думай… Я помню: всем, что я знаю и умею, я обязана тебе. И жизнью тоже обязана… Не подбери ты меня тогда…
- Ну, ну, будет, Ли, - мужчина обхватил девушку свободной рукой и ласково погладил по спине. – Что с тобой сегодня такое? Нашла, о чем вспоминать.
- Я никогда и не забывала, - пылающий яростью взгляд Оливии столкнулся с ошеломленным Джедда.
- Детка, ты плохо меня слушала? - охотник захватил в ладонь лицо девушки и осторожно поцеловал ее в лоб. – Выбрось из своей хорошенькой головки весь мусор и живи дальше. Живи, не оглядываясь назад. И тогда у тебя будет шанс стать счастливой. Хочешь, я зайцев в город сам отвезу, а ты отдохни.
- Я не устала, - Ли натянула на лицо улыбку и отстранилась от Джедда. – К тому же ты не знаешь заказчика. Кому ты повезешь продавать дичь?
-тогда давай поедем вместе.
Ли растерялась. Она не знала, что придумать, чтобы отговорить Джедда ехать с ней, и теперь ругала себя за минутную слабость. Нельзя давать волю эмоциям. Нельзя! Скоро она избавится от аххадийской мрази и тогда сможет вздохнуть спокойно.
- Не надо, ты лучше хозяйке помоги дров нарубить, - Ли весело подмигнула другу. – А то через два дня уедем отсюда, и кто знает, когда ты в следующий раз себе веселую вдовушку найдешь.
- Да ну их всех, - почесал рыжую макушку Джедд. – А дров Вильге правда надо нарубить. Обещал ведь.
- Вот, вот! А Джедд Хэмминг всегда держит свое слово, - Оливия задорно толкнула задравшего нос охотника в плечо, и они, смеясь, пошагали в деревню.

Утро выдалось ясным и солнечным, и Оливия добралась до Хелликии довольно быстро и без всяких приключений. Сдав Фальку зайцев, она прямым ходом направилась в противоположную сторону города – туда, где находилась дорога, ведущая к Храму Огня. Когда Оливия смотрела на дракона с высоты, он выглядел завораживающе, теперь же, по мере приближения, ощущения он вызывал немного жутковатые. Казалось, что ты медленно и верно идешь на заклание монстру, раззявившему свою громадную пасть и грозящему вот-вот сомкнуть свои жуткие челюсти, чтобы проткнуть тебя острыми, как сабли, зубами. Дорога заканчивалась просторной круглой площадью, за которой начиналась длинная гранитная лестница, ведущая в самое нутро каменного дракона.
Ли, натянув пониже на нос капюшон, не спеша поднималась по ступеням в Храм Огня, затерявшись в толпе таких же на вид простых, как и она, граждан, желающих прикоснуться рукой к вечной святыне. И только Всевидящий знал, что мотивы ее не столь чисты и просты, как кажется на первый взгляд. Охотница пришла не для того чтобы полюбоваться на красоту храма или воочию увидеть загадочный драконий огонь. Оливию интересовало, как храм устроен внутри, и есть ли в нем укромные места, где можно будет спрятаться, оставаясь незаметной для всех.
Девушка прошла внутрь между двух колон – клыков и с удивлением заметила, что выглядят они действительно как настоящие. Люди останавливались на входе и, почтительно касаясь правой рукой пола, чинно шли дальше - вглубь пасти. Не желая выделяться на их фоне Ли наклонилась, и в глаза бросились странные прожилки, бугорки и длинный желоб, ускользающий куда-то в рассеянную темноту храма. Девушка огляделась по сторонам, а когда взгляд выловил полную картину, замерла в нерешительности, не зная, что ей делать - идти дальше, или бежать без оглядки.
После яркого света глаза, наконец, привыкли к полумраку, и Оливия стала улавливать нюансы. Смертному было не под силу создать такое - она действительно находилась в пасти окаменевшего монстра: с полом - языком, сводом – нёбом, колоннами – зубами и стенами – щеками. Там, где у дракона было горло, откуда-то изнутри прорывалось яркое красное свечение, словно где-то в утробе умершего существа бушевала огненная лава, грозящая вырваться наружу и смыть яростной волной все живое. Миндалины и язычок тлели жаркими всполохами, как брошенные в раскаленное горнило угли.
Желание двинуться навстречу колдовскому огню вдруг стало непреодолимым – он манил, звал, будоражил. Ли смотрела на алые отсветы, играющие в глубине, и, казалось, кожей чувствовала идущее от них тепло. Охотница сделала несмелый шаг, потом еще один, и еще … рука потянулась вперед и… внезапно случилось что-то невероятное – из каменной утробы вырвалась огненная волна, лизнув Оливию жарким языком пламени. Рядом кто-то истошно завизжал, вспыхнула чья-то одежда, началась паника, люди в ужасе стали бежать, покидая храм, а Ли не смогла сдвинуться с места, заворожено наблюдая за танцующими вокруг неё лепестками огня – они ласкали ее тело, словно нежные руки любовника, ластились у ног, как большая урчащая кошка, трогали лицо, целовали губы, гладили волосы. Огонь струился по ее телу, не причиняя вреда и не обжигая – он дарил тепло, радость и покой. Охотница поднесла к лицу ладони и резко вскрикнула, когда их стали расчерчивать оранжевые огненные дорожки.
Пламя погасло мгновенно – словно и не было. Оливия испуганно попятилась, а когда услышала за своей спиной крики и громкий топот, быстро метнулась в сторону и, проскользнув в щель между ближайших каменных зубов, присела на корточки, надеясь, что ее не заметят. Каменная пасть стремительно стала заполняться людьми.
… - И где огонь?
… - Ты что-то видишь?
… - Может, им показалось с перепугу?
… - Ты разве не заметил, что на людях горела одежда?
… - Ничего не понимаю…
… - Странно это все. Надо будет немедленно сообщить дель Орэну
Ли осторожно выглянула в щель и обнаружила группу мужчин, одетых в черные кожаные одежды. Вопли горожан заставили отряд Гончих прибежать в Храм Огня, и теперь они недоуменно оглядывались по сторонам, выискивая хоть какие-нибудь следы того пожара, о котором им поведали перепуганные граждане.
- Пошли к герцогу гонца, - произнес один из Гончих. Судя по нашивкам и отличительным знакам, он был начальником городской стражи.
- А смысл? - ответил ему худощавый светловолосый мужчина. – Додж говорил, что дель Орэн должен приехать завтра, а это значит, он уже в пути. Посланец разминётся с ним в любом случае.
- Ладно, расскажем ему по приезду, - капитан Гончих повернулся к своим подчиненным. – Что-нибудь нашли?
Стражники, заглядывающие в глотку дракона, слаженно замахали головами и растеряно развели руками, демонстрируя всем видом, что ничего странного не обнаружили.
- Драконье дерьмо, - выругался капитан. – Пойдем успокаивать людей.
- И что ты им скажешь? – поинтересовался светловолосый.
- Скажу, что смотритель оставил на полу масляную лампу, а кто-то из прихожан толкнул ее ногой, и произошло самовозгорание.
Капитан махнул рукой, и отряд Гончих неспешно следом за ним покинул Храм Огня. Ли облегченно вздохнула, прислонилась спиной к колонне, откинув назад голову.
- Что это было? - одними губами проговорила Оливия. Охотница повертела руками, пытаясь найти на них следы ожогов. Ничего не было. Абсолютно. Но ощущения от соприкосновения с драконьим огнем остались, и Ли, напряженно и мучительно думала, почему именно ей он не причинил никакого вреда, ведь она отчетливо видела, как взбесившееся пламя подожгло одежду стоящих с ней рядом людей. В конце концов решив, что это не то, о чем она сейчас должна думать, охотница вскочила с места и стала осматривать помещение, пока в него не вернулись напуганные происшествием хелликийцы. Обследовав пространство за колоннами- зубами вдоль стены, Ли обнаружила широкую щель на уровне своей головы. Зацепившись за выступающий край камня руками, она подтянулась и легко запрыгнула внутрь. Места в образовавшейся от трещины нише было немного, но достаточно для того, чтобы Оливия спокойно могла переждать в ней до появления того, кого так долго и тщетно искала долгих три года.
Охотница дождалась, пока храм снова не стал заполняться оживленной толпой, а затем, незаметно выскользнув из-за колонны, смешалась с пестрым скопищем горожан. Простояв еще несколько минут, Ли внимательно изучила все возможные для себя варианты отступления и, воодушевленная скорой развязкой всех своих проблем, резко развернувшись, пошла прочь из храма.

****

Лэйн все утро бесцельно слонялся по городу, создавая видимость, что усиленно ищет какую- нибудь скорую работенку или приезжую раззяву, у которой запросто можно стянуть из корзины пару яиц, хлеба или фруктов. Кошельки Лэйн не воровал принципиально. Слишком мало он пробыл на улице, чтобы успеть забыть о вколачиваемых матерью с детства правилах, что воровство - это страшный грех, за который Всевидящий покарает быстро и жестоко, и слишком хорошо мальчишка помнил, каким тяжким трудом матери доставались жалкие гроши, что ей платили за стирку белья зажиточных горожан.
Лэйн резко свернул в проулок почтенного аптекаря Орвеса, и следующим за ним повсюду шпионам Джага пришлось затаиться за углом, чтобы остаться незамеченными. Мальчишка дернул на себя тяжелую дубовую дверь, потревожив медный колокольчик. Пустое помещение аптеки огласилось мелодичным звоном, и тепло улыбающийся мастер Орвес вышел из-за прилавка навстречу мнущемуся у порога парнишке.
- Ты что-то хотел, Лэйни? - аптекарь по- доброму потрепал Лэйна за затылок. Дулкан Орвес всегда жалел мальчишку и старался по возможности помочь. Когда заболела его мать, и денег на лекарства у семьи совсем не стало, Дулкан давал их бедной женщине бесплатно. К сожалению, болезнь Ханты быстро прогрессировала, и к весне лучшая прачка города тихо и незаметно отошла в мир заблудших душ.
- Может вам мусор выбросить надо? - Лэйн застенчиво поскреб дырявым ботинком невидимую грязь на полу.
- Да. Как хорошо, что ты зашел, я как раз подумывал об этом, - Дулкан вытянул из кармана мелкую монетку, радуясь тому, что мальчишка не воровал, а честно пытался заработать себе на хлеб. - Заберешь мешок на заднем дворе.
Лэйн, довольно сверкнув глазами, забрал таллар и юркнул к черному ходу. Подхватив мешок с мусором, довольный тем, что наконец-то удалось отвязаться от преследователей, он быстро помчался на свалку. Проверив свой нехитрый скарб, мальчишка присыпал тайник битым стеклом и окольными путями направился на встречу с красивой мастрим. Настроение у него было чудеснейшее - во-первых, удалось провести за нос крепыша Джага и всего за два серебряных раздобыть для охотницы нужную информацию, за которую он получит еще один золотой, а во- вторых, на монетку мастера Орвеса он сейчас пойдет и купит себе сахарный пряник. Лэйн забыл, когда последний раз ел сладости. Даже при живой матушке его ими баловали крайне редко.
Мальчишка сидел на крыше и, слизывая с пальцев сахарные крупинки, любовался горой- драконом, когда из Храма Огня стали выбегать люди в горящих одеждах. От нетерпения Лэйн даже вскочил на ноги, жалея, что не может сейчас побежать к храму и из первых уст узнать, что же там произошло, и зачем туда сбежалось столько Гончих.
Время шло. Возле храма собиралось все больше народу, а оттуда никто не выходил. Наконец городские стражи вышли на улицу, и их тут же окружила оживленная размахивающая руками толпа. Ах, как же хотелось мальчику слышать, о чем сейчас говорит капитан Дрокк, но к великому сожалению уйти, не дождавшись мастрим, Лэйн не мог. Пустыми сплетнями сыт не будешь, а вот золотой, который ему пообещали, будет кормить и согревать целую зиму. Правда, солнце уже поднялось в зенит, а охотница все не шла, заставляя парнишку нервничать, что, возможно, она передумала.
Внезапно зоркий мальчишеский глаз выловил знакомую фигуру, одетую в охотничий костюм, выходящую из Храма Огня. Лейн не мог спутать ее ни с кем другим, уж очень запоминающейся была у мастрим осанка и походка. Что она делала в храме? И почему он не заметил ее раньше, среди толпящихся на площади у входа граждан? Наблюдая за девушкой, Лэйн пришел к выводу, что ведет она себя довольно странно. Охотница низко натянула капюшон, опустила голову и шла так, будто пыталась сделаться незаметной для окружающих.
Мальчик вдруг задался вопросом, а зачем этой мастрим мог понадобиться благородный оллинг? А что если она задумала что-то дурное, а он окажется соучастником? Сомнения терзали его не долго - стоило вспомнить тяжесть холодных монет в своих ладонях и сияющий на солнце золотой, как Лэйн решил, что у такой красивой и щедрой девушки не может быть плохих мыслей. А когда запрыгнувшая на крышу мастрим достала ему из кармана карамельную фигурку на палочке, мальчик и вовсе вознес ее в ранг самых лучших и добрых людей, что он знавал за всю свою недолгую жизнь.
- Прости, что опоздала, - Ли села на нагретую солнцем черепицу, подтянула к груди колени и, обняв их руками, задумчиво уставилась на гору-дракона. - А ты часто бывал в Храме Огня? - вдруг спросила она у Лэйна.
Мальчик придвинулся к ней поближе, а затем, лизнув карамель, согласно кивнул.
- А ты зачем в храм ходила?
Ли напряглась и удивленно вскинула бровь.
- А с чего ты решил, что я там была?
- Так я видел, как ты спускалась по ступенькам, - не задумываясь выпалил Лэйн. - Слушай, а что там случилось? Почему у людей одежда горела?
- Да лампу смотритель на полу оставил, - безразлично бросила Ли. - А кто-то ее случайно ногой толкнул, вот и случился пожар.
- А- а- а, - разочарованно потянул Лэйн. - А я уж было подумал, дракон оживать начал.
Ли, округлив глаза, посмотрела на мальчишку.
- Что значит, оживать?
- Ну, говорят, когда разрушится проклятье, наложенное на Мерлина, дракон оживет.
- Ерунда какая-то, - фыркнула Ли, пристально разглядывая гору. А поскольку никаких изменений не увидела, раздраженно добавила. - Бред.
- Вот и я говорю - ерунда, - согласно кивнул мальчишка. - Разве могут оживать тысячелетние камни?
Ли сжала ладонь в кулак, потом, разжав, посмотрела на нее, воскрешая в памяти дорожки огня, бегущие по коже.
- Камни, может, и нет, - задумчиво потянула она. - А заколдованные драконы...,- девушка нахмурилась: то, что с ней случилось в храме, наталкивало на странные мысли. Эта гора или храм, как бы местные жители ее ни называли, на самом деле когда-то была драконом - огромным, живым драконом. И его пламя почему-то на нее отреагировало. Это пугало ее. Пугало и ужасно не нравилось. - Тебе удалось что-то узнать? - переключилась она на Лэйна.
- Конечно, мастрим, - мальчишка довольно улыбнулся. - Оллинг со знаком орла приедет в Хелликию завтра. Конопатый Грэг слышал, как додж говорил капралу Айку, что герцог приедет к полудню.
- Герцог? - Ли вспомнила разговор королевских гончих в храме и поняла, что они говорили именно о той мрази, что она искала. - Так значит, он герцог, - охотница зло усмехнулась. Ну надо же - герцог! Один из пяти племенных, с Темных времен подчинявшихся только Магриду Великому. Плевать. Даже если он следующий претендент на престол, это ее не остановит. - А ты уверен, что герцог, о котором ты говоришь, и тот оллинг, о котором я спрашивала, это один и тот же человек?
- Других здесь никогда и не было, мастрим, - растерянно пробормотал Лэйн. Мальчишка испугался, что охотница не поверила его словам и сейчас не даст обещанный золотой. - И у него знак орла, как вы рисовали. А еще я сам слышал, как додж обращался к нему, называя герцогом.
- Так ты его видел вблизи? - встрепенулась Ли. - Можешь описать?
- Высокий. Сильный. Волосы темные, короткие, - Лэйн мучительно вспоминал в подробностях, как же выглядит оллинг, чтобы мастрим поняла, что он говорит правду. - И глаза у него зеленые- зеленые, как стекла в витражах ратуши.
- Он, - выдохнула Оливия. Эти глаза она не забудет никогда. Изумрудно-зеленые, змеиные, холодные. Эти глаза - ее жуткий кошмар, ее страшный сон, ее болезненное наважденье. - Спасибо, ты мне очень помог. Держи, - девушка протянула Лэйну монету, - Заслужил.
Лэйн взял золотой, и заметив, что красивая мастрим собралась уходить, вдруг понял, что, пожалуй, больше никогда ее не увидит. Отчего-то на душе мальчика стало так паршиво, словно все бродячие коты Хелликии решили поскрестись по ней своими когтями. Охотница была доброй и щедрой, несмотря на весь свой суровый и важный вид, это Лэйн понял сразу. И глаза у нее были голубые, со вспыхивающими теплыми искорками внутри, как у мамы.
- А вы еще будете в наших краях? - робко поинтересовался парнишка.
- Не знаю, - пожала плечами Ли. - Скорее нет, чем да. А тебе зачем?
Лэйн грустно опустил голову, а потом сам от себя не ожидая попросил:
- А возьмите меня с собой? Я всегда мечтал стать охотником. Я ловкий. Я все могу делать. И за лошадьми ухаживать, и ножи точить, и даже похлебку варить.
Оливия с жалостью посмотрела на мальчишку. Будь она одна, возможно и взяла бы его с собой, но Джедд ни за что в жизни не согласится таскать за собой такую обузу. Да и условия жизни у них походные: часто приходилось ночевать в лесу под открытым небом, а мальчику нужна крыша над головой, хотя, если подумать, то крыши у него и в городе не было. Один Всевидящий знает, где ему приходилось ночевать.
- Прости, Лэйн, но у меня уже есть напарник, и боюсь, он не разрешит тебе поехать с нами.
Мальчик отвел глаза, стараясь показать, что он не сильно и расстроился, но на самом деле ему очень хотелось заплакать. Красивая мастрим была его шансом на другую жизнь: честную, полную приключений и отваги. А все, что ждало его в городе - это в конце концов стать таким же жуликом и пройдохой, как и все уличные босяки. Или что еще хуже - быть пойманным Гончими за кражу, высеченным на площади у ратуши, а затем посаженным в яму.
- Я просто спросил, - пожал плечами он. – Думал, вам помощник нужен.
Ли вытянула из кошеля еще один золотой и протянула парнишке.
- Держи, купи себе хорошую одежду. Может быть кто-то возьмет тебя в подмастерья, если ты будешь выглядеть поприличнее.
Лэйн, конечно, с большим удовольствием пошел бы в подмастерья к охотнице, но от золотого отказываться не стал. Кто знает, может и вправду, умойся он и приоденься - даже почтенный мастер Орвэс возьмет его в свою аптеку.
Когда мастрим ушла, Лэйн твердо решил, что завтра с утра пойдет к реке, вымоется хорошенько, а затем купит себе новые рубаху, ботинки и брюки, и отправится по базарным лавкам искать себе работу. Если кто-нибудь из торгашей возьмет его к себе зазывалой, то еда и кров ему обеспечены.
Бесцельно пошлявшись по городу, мальчик передумал откладывать покупку одежды до завтра. Компания крепыша Джага ему не нравилась, и если есть шанс избавиться от нее с самого утра, то этот шанс нужно обязательно использовать.
Спустя полчаса Лэйн нашел портниху, тетушку Зигу, которой матушка раньше стирала белье: он был уверен, что по старой памяти женщина продаст ему добротную одежду недорого и не обманет со сдачей. Считать Лэйн не умел, поэтому очень боялся, что кто-то ушлый отберет у него все деньги.
- А ты, часом, не украл его? - повертев в руках монетку спросила швея.
- Что вы, тетушка Зига! - Лэйн клятвенно положил руку на сердце. - Клянусь, мне его одна добрая мастрим дала, чтобы меня на работу взяли. Укуси меня оса за язык, если вру!
- Ладно, ладно, верю, - улыбнулась женщина. - Ты вот что, малыш, приходи к вечеру и денежку свою спрячь. Она тебе еще пригодится. У меня лоскутов много осталось, пошью я тебе одежку. Добрую одежку пошью. Как увидят тебя - сразу захотят в работники такого красавчика взять.

Портниха сдержала свое слово: когда Лэйн пришел к ней вечером, на столе лежали темные штаны, жилетка из серого сукна, с гладкими костяными пуговками, и светлая льняная рубаха. Да в таком наряде ему не то что в зазывалы, а в приличный дом посыльным можно было устроиться. Женщина завернула вещи в кусок ткани, и мальчишка, весело насвистывая, пошагал к реке. Там, на дереве, уже были припрятаны новенькие, поскрипывающие при ходьбе ботинки, купленные за целый серебреник. Лейна распирало от гордости, он представлял себе, с какой завистью будет смотреть на него уличная шпана, когда он найдет себе работу и будет важно ходить по городу. Пожалуй, он с ними даже здороваться не будет, зачем ему знаться со всякой шантрапой. Тщательно вымывшись в реке, мальчик залез на дерево и, привязав себя покрепче веревкой к веткам, чтобы не свалиться ночью, уснул спокойным и безмятежным сном.
Его разбудило тихое лошадиное ржание. Лэйн спросонья не понял, откуда в лесу возле реки могла взяться кобыла. Протерев глаза, мальчик настороженно замер, заметив в предрассветных сумерках приближающегося к берегу всадника. Каково же было его удивление, когда незнакомый путник оказался той самой красивой мастрим, благодаря которой его унылая жизнь обещала так кардинально измениться.
Девушка одним ловким движением спрыгнула с лошади и, подведя ее к дереву, на котором сидел Лэйн, стала привязывать к стволу. Мальчишка затаив дыхание следил за тем, как охотница, что-то достав из седельной сумки, припрятала это в куртку. Холодная сталь тонкого, как игла, сая, тускло сверкнула в редеющем утреннем тумане и исчезла за обшлагом рукава охотницы. Она, набросив на голову капюшон, тревожно огляделась по сторонам, а затем, запрокинув голову, пробежалась придирчивым взглядом по кронам деревьев. Лэйн испуганно вжался в ствол, опасаясь быть замеченным, но удача, кажется, по-прежнему была на его стороне: не обнаружив ничего подозрительного, спустя минуту мастрим сняла с пояса зазубренный нож, спрятала его за голенище сапога и торопливо двинулась в сторону города.
Когда стихли ее шаги, парнишка, быстро распустив веревки, захватил свои нехитрые пожитки и стал спускаться с дерева. Странное волнение охватило Лэйна: ему вдруг до чесоточного зуда захотелось знать, что собралась в такую рань делать в городе красивая мастрим, и почему она вела себя так, словно шла не на прогулку, а на охоту. Быстро переодевшись в новую одежду, мальчик несколько секунд помялся, стоит ли устраивать слежку за девушкой, но детское любопытство все же взяло верх, и, отбросив все сомнения, Лэйн потрусил следом по тропе, стараясь держаться на приличном расстоянии, чтобы охотница не заметила своего неожиданного преследователя.

****

Ли плохо спала ночью. Ей снова снился вечный кошмар - пустые, словно стеклянные, ярко зеленые глаза смотрели на нее холодно и безразлично, им не было дела до ее отчаянной мольбы.
... Она тоже просила, - низкий, глубокий голос эхом звучал в голове, глухой, леденящей душу дробью, отдаваясь во всем теле. Этот голос всегда заставлял просыпаться в холодном поту, а потом долго ловить губами воздух, наполняя им горящие огнем легкие. Она не забыла звук его голоса. Она узнала бы его из тысячи. Сколько бы ни прошло лет...
Неслышно поднявшись с постели, чтобы не разбудить спящего Джедда, Оливия сняла со стула куртку, взяла в руки сапоги и на цыпочках покинула комнату.

Лошадь она приготовила с вечера, зная, что обязательно должна проснуться раньше Джедда и уехать засветло, чтобы он не увидел, что она вовсе не собиралась охотиться и везти в город оленя. Она должна была попасть в храм до рассвета, пока туда не пришли Гончие и не оцепили дорогу, ожидая приезда высокородного оллинга.
- Скоро все закончится, Кора, - Ли потрепала лошадь за холку и непроизвольно коснулась рукой плеча, там, где под тканью одежд на коже светилась ненавистная метка. Еще немного... Всего несколько часов, и уродующая ее душу и тело связь оборвется, и возможно тогда она действительно все сможет забыть и жить дальше, не оглядываясь назад, как учил ее Джедд. Рвано выдохнув, охотница вскочила на лошадь и ветром помчалась в сторону города.
Не доезжая до Хелликии милю, она привязала Кору у дерева возле реки и почти бегом последовала в сторону горы-дракона. В мучнисто- сером утреннем воздухе тонкая фигурка Оливии казалась таинственной крадущейся тенью, бесшумно двигавшейся по пустынным улицам. Подозрительные звуки и шорохи заставляли девушку остро напрягать зрение и слух, всматриваясь в очертания домов, а когда из-за угла выбегала бродячая собака или кошка - облегченно вздохнув следовать по намеченному маршруту дальше. На выходе из города Ли сошла с основной дороги и сделала длинный крюк, чтобы дежуривший в храме смотритель не смог заметить ее приближение издали.
Карабкаясь по каменным выступам горы, охотница улыбалась, вспоминая, сколько сил и времени она потратила на возможность легко преодолевать, казалось бы, непреодолимые препятствия. Содранные до костей руки, разбитые в кровь колени и страшные синяки, украшавшие ее тело - все было не зря. Теперь она это точно знала. Изнуряющие тренировки, холодные ночи под открытым небом, длинные переходы через перевалы и дремучие леса, сделавшие ее - хрупкую девчонку - сильной и выносливой, все эти испытания стоило пережить только ради одного этого мгновения.
Ли осторожно спустилась по драконьему хребту, оказавшись на голове каменного существа прямо над входом в храм. Из раскрытой пасти исходило тусклое свечение от горевшего внутри ночника, свидетельствуя о том, что смотритель в данный момент находится именно там. Охотница нащупала рукой небольшой отколовшийся осколок и, зашвырнув его в сторону гранитных ступеней, присела, приготовившись к прыжку. Стук скачущего по лестнице камушка звонкой дробью зазвучал в абсолютной тишине и рассеялся в холодном утреннем воздухе. Послышались торопливые шаркающие шаги, а вскоре у входа появилась закутанная в плащ фигура ночного стража с высоко поднятым над головой фонарем. Мужчина сделал несколько шагов вперед и, выставив перед собой меч, стал спускаться по лестнице, громко спрашивая:
- Кто здесь?
Неуловимо быстро Ли, совершив в воздухе сальто, спрыгнула на землю. За доли секунды девушка преодолела расстояние, отделявшее ее от входа в храм и, юркнув между колонн-зубов, оказалась внутри. Когда смотритель вернулся, охотница уже сидела в каменной нише, подтянув к груди колени и прижавшись спиной к стене. Судя по звукам, охранник совершил круг почета по каменной пасти, а спустя несколько минут под ее сводами зазвучал рокочущий мужской храп. Оливия усмехнулась и, умостившись поудобнее, смежив веки тоже провалилась в короткий сон. Если верить услышанному от Гончих и тому, что сказал мальчишка, оллинг прибудет сюда не раньше полудня, а до того времени у нее есть возможность выспаться и приготовься к самому главному испытанию в своей жизни.

Оливия, столько раз стреляя из арбалета и метая залтак безошибочно попадала в цель только потому, что видела на ее месте аххадийскую мразь. Она могла бесконечно выпускать стрелы, и каждый раз, раскалывая предыдущую, попадать в одну и ту же точку. Но одно дело было стрелять в чучело, набитое песком, и совсем другое - в человека. Правда, охотиться на животных тоже поначалу было сложно, и если бы не случай с напавшим на нее медведем, возможно, Ли так и не смогла бы переступить через свой страх убить живое существо. Оливия до сих пор помнила мягкий чавкающий звук от входящего в грузное тело медведя охотничьего ножа. Тяжелая туша придавила ее к земле, и ослабленная борьбой девушка так и не смогла сбросить ее с себя. Когда подоспел Джедд, одежда охотницы пропиталась густой медвежьей кровью, и от ее сладковатого запаха Ли едва не выворачивало на изнанку.
- Ты убила его с одного удара, попала ему в самое сердце, - прижимая ее к себе, восторженно шептал Джедд. - Моя храбрая, сильная девочка, ты одна смогла справиться с каруком!
Это позже Ли узнала, что каруком называли хозяина медведей, злобного и хищного вожака, в одиночной схватке с которым не выживал практически никто. С того момента что-то словно переключилось в сознании Оливии и, охотившись, она больше не испытывала страха, она видела лишь цель, и ее верная стрела или нож всегда эту цель настигали.
- Ты всего лишь еще одна цель,- уговаривала себя девушка, когда думала, что не сможет заставить себя воткнуть нож в холодное сердце твари, разрушившей ее жизнь. - Ты всего лишь цель!

Ли проспала до восхода, а потом периодически проваливалась в полудрему, пропуская мимо ушей гул голосов пришедших с самого утра в храм людей, но когда услышала громкие крики охраны, выгонявшие посетителей на улицу, мгновенно стряхнула с себя остатки сна и, покинув своё убежище, спряталась за колонной. Просидев на полу около часа, Оливия уже было отчаялась и стала думать, что в храм сегодня никто не придет, что, возможно, оллинга задержали какие-то неотложные дела… Расстроенная девушка мучительно соображала, что же теперь такого придумать, чтобы уговорить Джедда задержаться здесь еще на пару дней. Неожиданно с улицы послышался шум, голоса, лязг оружия, а затем под каменным сводом драконьей пасти зазвучал топот торопливых шагов.
Оливия узнала его сразу, как только высокая широкоплечая фигура мужчины возникла на фоне залитого светом проема. Еще не видя его лица, она уже представляла, каким будет его выражение - ледяная застывшая маска, бесчувственная и безучастная.
- Капитан, вы и ваши люди остаетесь на улице, - низкий, тягучий голос зашелестел в пустоте храма, словно летучая мышь, и сердце Оливии испугано дрогнуло. - Здесь, вместе со мной, будут находиться только мои воины.
- Как прикажете, Ваше Высочество.
- Леди Эйлин, не бойтесь. Обещаю, что каменное чудище вас не съест, - возглас герцога снова нарушил тишину в храме, и Ли с удивлением обнаружила нерешительно мнущуюся на входе в пасть изящную женскую фигуру.
- Касс, неужто так обязательно было привозить меня в это жуткое место? - девушка вытянула вперед дрожащую ладонь, и герцог услужливо положил ее на свою согнутую в локте руку.
- Эйлин, это древняя традиция рода, - пара медленно прошествовала мимо затаившейся за колонной Оливии. - Как ни прискорбно вам сообщать, но без этой процедуры я не могу взять вас в жены.
- А это не страшно? - девушка схватилась второй рукой за локоть герцога, прижимаясь к нему всем телом, и Оливию передернуло от омерзения. Неужели этой незнакомке нравится такая тесная близость с мерзкой тварью? Хотя если Ли не подвел слух, то эта дурочка еще и замуж за него собралась.
- Нет, дорогая, это не страшно, все, что вам нужно сделать - это просто постоять рядом со мной несколько минут, - герцог остановился у горла дракона и развернул благородную шейну к себе лицом.
- О, Кассэль, рядом с вами я готова стоять хоть всю оставшуюся жизнь, - приторно-медовые интонации сладкой патокой разлились в красноватом полумраке. Оливия гадливо скривилась, а затем осторожно выглянула из укрытия, пытаясь понять, что эти двое будут делать дальше.
Мужчина стоял на том самом месте, где охотницу вчера настиг драконий огонь. Ли зло усмехнувшись, мысленно пожелала, чтобы каменное чудовище харкнуло огненной струей, превратив ненавистного оллинга в обугленную черную головешку, и ей не пришлось марать об него свои руки, но вместо этого дальше стало происходить что-то странное.
Герцог, запрокинув голову, подался вперед, и от мерцающего рдяными всполохами драконьего язычка вязко отделилась огненная капля. Она ненадолго зависла в воздухе, а затем, словно выделившаяся слюна, мягко шлепнулась в раскрытую ладонь оллинга. Капля обернулась тонким языком пламени и, ярко вспыхнув, осветила суровое лицо герцога пурпурными отблесками. Мужчина осторожно взял за руку пришедшую с ним девушку, заворожено следившую за происходящим, и вложил в ее ладонь слегка подрагивающий, словно живой, огненный лепесток. Он волнообразно колыхнулся, как свеча на ветру, а затем мгновенно погас, будто внезапно ворвавшийся в помещение сквозняк решил загасить его, посчитав, что он своим светом попирает священный полумрак храма. Тяжелый мужской вздох нарушил густую тишину.
- Что-то не так, Касс? - шейна растеряно посмотрела в мрачное лицо застывшего каменным колоссом герцога.
- Все не так, Эйлин, - криво усмехнулся мужчина. - Опять мимо, - герцог резко дернул оторопевшую шейну и, отбросив прочь светские манеры, грубо потащил ее к выходу.
- Кассэль дель Орэн! - взвизгнула упирающаяся дама. - Потрудитесь объяснить, что происходит?
- Вы отправляетесь домой, леди Эйлин, - рявкнул герцог, игнорируя истеричные женские вопли.
Девушка крутанулась, пытаясь вырваться из его жесткого захвата и, запутавшись в широких юбках, неуклюже свалилась на пол.
- Что это? - испуганно прошептала она, ткнув пальцем куда-то за спину нависшего над ней герцога.
Мужчина резко развернулся и хищно уставился на плывущий по воздуху огонек. Взгляд герцога стал напряженно метаться по окружающему пространству, и охотница быстро спряталась за колонну, мгновенно опустив в ладонь верный сай. Она так и не смогла понять, что произошло, когда перед ее глазами ярко полыхнуло алым. На уровне лица Оливии, покачиваясь и вздрагивая, отбрасывая на стены шевелящиеся тени, завис огненный лепесток. Ли дернула рукой, пытаясь прогнать его, как назойливую муху, но едва коснулась пламени пальцами, как оно стало распадаться на части. Это было похоже на волшебный распускающийся бутон. Сначала раскрылся один лепесток, за ним еще один, потом еще, и...
Переливаясь всеми оттенками красного в воздухе пылал огненный цветок, озаряя мрачные камни теплым искрящимся светом.
- Винн эль корро, - хрипло раздалось над ухом ошеломленной Оливии. Она вздрогнула, узнав голос и обнаружив стоящего рядом с ней мужчину. - Винн эль корро, - снова повторил он. Жесткий подбородок дрогнул, четко очерченные губы приоткрылись, растягиваясь в счастливой улыбке, и в зеленых глазах отразилось дрожащее пламя. Он резко сдернул с головы Оливии капюшон, и улыбка медленно схлынула с его лица, как ползущая по крепостной стене серая тень.
- Ты!? - лицо мужчины исказила жуткая гримаса.
- Я, - злорадно усмехнулась Оливия, молниеносно вонзая в его сердце смертоносный сай.

Клинок повис в воздухе в дюйме от груди герцога, как будто наткнулся на невидимую стену. Охотница вскинула руку, нанося еще один удар, и... Ничего. Сай отказывался разить цель. Широко распахнутыми глазами Ли смотрела в ненавистное лицо, и ее стала охватывать паника. Он не двигался - молча и пристально смотрел на Оливию, казалось, до конца не веря тому, что происходит. В холодных зеленых глазах играло танцующее пламя, и там, за обманчивым штилем его спокойствия, зарождался огненный шторм. Четким движением он выбил из ладони Ли сай и, схватив за кисть, потянул на себя.
- Как ты здесь оказалась? - леденящий душу голос морозом заскользил по мгновенно вспотевшей спине. Ветер его дыхания коснулся кожи лица Оливии, и ей показалось, что время повернулось вспять, возвращая ее на три года назад. Страх снова выполз из пустоты, являя ей свой безобразный облик, в легких стало не хватать воздуха, а зубы свело судорогой.
…» Посмотри в глаза своему страху, и он потеряет над тобой власть. «
Слова Джедда всплыли в памяти Ли, и она, вскинув голову, посмотрела в глаза своему вечному кошмару. Спокойно. Отстраненно. Без всяких эмоций. Она больше не та слабая девочка. Никогда и никому она больше не позволит себя обижать.
Резко запрокинув голову, охотница со всей силы ударила ей герцога в лицо.
Мужчина взвыл, хватаясь за разбитые губы, и этого мгновения Оливии хватило, чтобы вытащить из сапога залтак и ринуться к выходу.
- Задержать! - послышался за ее спиной рев дель Орэна.
Наперерез охотнице кинулось пять человек стражи с заряженными арбалетами и выставленными вперед мечами. Не сбавляя хода Ли, отбив меч, запрыгнула на одного из бегущих на нее воинов и, обхватив его ногами, в полете заехала рукояткой залтака ему по голове. Мужчина рухнул на пол, как подкошенный, а Ли, сгруппировавшись, кувыркнулась и, встав на одно колено, уколола следующего за ним охранника ножом в бедро.
Рядом с ухом Оливии просвистел арбалетный болт. Ударившись о камни, он высек сноп искр.
- Не стрелять! - Ли показалось, что от дикого, нечеловеческого крика герцога задрожали стены. С разворота она въехала локтем сначала в живот, потом в лицо оказавшегося за ее спиной парня.
Ли стала похожа на смерч, несущийся без остановки и сбивающий все на своем пути. Вылетев из храма, она на бегу врезала кулаком в морду стоявшего на верхней ступени капитана королевских Гончих. Мужчина, потеряв равновесие, кубарем покатился по лестнице, сбив собой спешащих за ним стражей. Ловко перепрыгнув через образовавшуюся людскую кучу, охотница помчалась в сторону площади, заметив там стоявших лошадей.
Черного, как тьма, скакуна изо всех сил пытались удержать два человека. Конь вставал на дыбы, бил копытами и яростно мотал головой, пытаясь избавиться от повисшей на поводьях обузы. Не задумываясь, Оливия, в одно касание запрыгнула на мятежного животного и, оттолкнув ногой удерживавших его мужчин, дернула поводья.
- Вперед, мальчик, - Ли прижалась всем телом к корпусу нетерпеливо вздрагивающего коня, и он, сорвавшись с места, полетел, как отпущенная стрела.
- Стой! Убьешься! - окрик герцога так неожиданно прозвучал где-то совсем рядом.
Ли оглянулась на скаку, заметив, что дель Орэн преследует ее на мчащейся во весь опор лошади.
- Вот же, тварь! - в сердцах сплюнула охотница. Ловко извернувшись, она метнула в преследователя залтак. Нож плашмя саданул его кобылу в лоб, и она с громким ржанием завалилась на бок, придавив собой грязно ругающегося герцога.
Ударив пятками по бокам своего скакуна, Оливия неслась по дороге в сторону города. Конь мчался с нереальной скоростью, и только благодаря этому девушке удалось оторваться от следовавших за ней Гончих на приличное расстояние. Ли въехала в город и поняла, что двигаться дальше так быстро, как раньше, по заполненным людьми улицам она не сможет. Остановив коня, охотница спрыгнула на землю. Потрепав животное за холку, Оливия благодарно поцеловала его в морду. Конь негромко фыркнул, тряхнув черной гривой.
- Ты красавчик, - улыбнулась Ли, потом, заметив торчащий из седельной сумки меч, радостно потянула его на себя. - Скажешь своему хозяину, что я у него одолжила. Ну, беги обратно, - девушка хлопнула коня по крупу, и он резво потрусил в обратную сторону.
- Мастрим! Сюда! - звонкий голосок Лэйна вынырнул из монотонного гула улицы, заставив Оливию обернуться на звук.
Мальчишка стоял за углом следующего дома и яростно махал ей рукой, призывая к себе.
Пристегнув к поясу вместо потерянного залтака меч, охотница, ловко лавируя между хаотично движущимися прохожими, ринулась навстречу Лэйну.
Парнишка, схватив ее за руку, втащил в узкий проулок за углом. Пробежав пару метров, он упал на живот и, как кошка, пролез в широкую щель под высоким деревянным ограждением.
- Быстрее, мастрим, - мальчик вытянул из-под зазора ладошку, и Ли, недолго раздумывая, опустилась на землю и поползла следом. По ту сторону забора оказался задний двор трех тесно примыкающих друг к другу домов, к стене одного из которых была приставлена лестница.
- Куда дальше? - Оливия остановилась в нерешительности, разглядывая замкнутое пространство.
- По улицам нельзя, - Лэйн кинулся к лестнице. - Уйдем поверху. Капитан Дрокк использовал икту призыва, - мальчишка, вскинув руку, указал пальцем куда-то вдаль над головой Оливии. Проследив за ним взглядом, она заметила красный пульсирующий символ тревоги, зависший высоко в небе. - Через несколько минут весь город будет заполнен Гончими.
Лэйн стал быстро карабкаться по лестнице, а спустя мгновение уже бежал по крышам, показывая Оливии дорогу.
Ли резко оглянулась, на ходу оценивая обстановку. За ней организовали не просто погоню: со всех сторон по улицам в сторону Храма Огня мчались разрозненные отряды Гончих, расталкивая и сбивая с ног попадающих им на пути горожан. Задерживаться и выискивать в толпе взглядом того, от кого она так отчаянно бежала, Ли не стала. Доверившись своему новоиспеченному помощнику, она мчалась за ним, перепрыгивая с крыши на крышу, не задумываясь над тем, куда он ее ведет.
Лэйн внезапно остановился на краю карниза и, отдышавшись, кивнул головой вниз.
С высоты городских крыш базарная площадь была видна, как на ладони. Время перевалило далеко за полдень, и убывающий рынок, как разворошенный пчелиный улей, суетливо шевелился, расползаясь во все стороны. Торгаши быстро собирали свои торговые точки. Полупустые крытые фуры и телеги, запряженные лошадьми, медленно двигались по мощенным булыжником дорогам, подпрыгивая и грохоча на выступах и ухабах.
- Прыгаем, - бросил Оливии Лэйн, когда внизу оказалась заваленная сеном телега. Мальчик сорвался с высоты, по-птичьи взмахнув руками, и Ли, сделав шаг вперед, мягко шлепнулась на душистую кучу, а затем, повторив действия Лэйна, полностью зарылась в сено.
- Куда мы? - тихо спросила она следившего за происходящим сквозь прорехи в стоге парнишку.
- Сено обычно в это время везут в конюшни Гончих, - торопливо зашептал Лэйн. - Сейчас дорога будет проходить через площадь, и мы сможем перелезть в фуру кого-нибудь из заезжих крестьян, возвращающихся домой.
Спустя несколько минут телега со скрипом остановилась, завернув за угол. Лэйн дернул Оливию за рукав куртки, призывая приготовиться. Мальчишка перегнулся через бортик и шлепнулся на землю, как разбросавшая лапы лягушка. Спрыгнувшая следом охотница подняла его за шкирку и волоком потащила к перегородившим дорогу фурам.
- В эту! - не задумываясь, пискнул Лэйн, задирая край прикрывающей телегу холстины.
Ли молниеносно запрыгнула внутрь повозки и, подав мальчишке руку, втянула его следом.
- Это фура Глайка, - переводя дух поведал Лэйн. - Он на рынок каждый день картошку возит. Его ферма в пяти милях на юг от Хелликии. Стража его выпустит, не проверяя.
- А ты молодец, - улыбнулась Оливия. Заметив пустые мешки, она кинула один Лэйну. - Залазь внутрь. Проверять будут всех, это я тебе гарантирую. А так сойдем за картошку, - весело хмыкнула она и, усевшись на пол, стала натягивать мешок на ноги.
Мальчик помялся несколько минут, сожалея, что так неосмотрительно надел новую одежду, и теперь после мешка из-под картошки она станет ужасно грязной, а потом, увидев, что красивая мастрим залезла в него с головой, махнул рукой и сделал тоже самое.
- Стой! – Ли, затаив дыхание, прижалась к бортику, прислушиваясь к голосам доносившихся с улицы. - Что везешь, Глайк?
- Да что я могу везти, капрал Айк, разве не знаете? - добродушный голос мужчины заискивающе любезно обратился к кому-то из остановивших фуру. - Картошку непроданную. Завтра опять приеду.
- Открой полог.
Сквозь мешковину пробился неяркий свет, и Ли поняла, что кто-то из стражи заглядывает внутрь.
- Пусто. Никого нет, - прозвучал громкий окрик. - Проезжай.
- Спасибо, капрал. Случилось что? - полюбопытствовал хозяин телеги.
- Не твоего ума дело, Глайк. Езжай себе дальше, - зло оборвал его стражник, и фермер, дернув поводья, медленно двинулся дальше, увозя беглецов все дальше и дальше от города.

Они покинули повозку только тогда, когда стены города скрылись за густым перелеском.
Юркнув в кусты, охотница и мальчишка быстро побежали в сторону реки, туда, где осталась стоять привязанной кобыла Оливии.
- Спасибо тебе, - Ли ласково взъерошила испачканные землей волосы Лэйна, отвязывая Кору и забираясь в седло.
- Да не за что, - парнишка осторожно погладил лошадь и, переминаясь с ноги на ногу восторженно произнес: - Я видел с крыши, как ты дралась. Ты врезала по морде капитану Дрокку, а он самый крутой Гончий!
- Ты что, следил за мной? - прищурилась Оливия.
- Извини, я не специально. Так вышло, - потупил взгляд Лэйн.
- Да не извиняйся, - хмыкнула Ли. - Это даже хорошо. Не знаю, как бы мне удалось выбраться из города без твоей помощи.
- А почему за тобой все гнались? - спросил мальчик.
- Тебе лучше не знать, - вздохнула Оливия, дернув поводья, и Лэйн неожиданно повис на них, умоляюще заглядывая девушке в лицо.
- Возьми меня с собой. Мне нельзя возвращаться в город. Если кто-то видел нас вместе, меня поймают и засекут до смерти у ратуши.
Ли посмотрела в наполняющиеся слезами глаза мальчика, и сердце предательски дрогнуло. Не могла она ответить черной неблагодарностью и равнодушным безучастием тому, кто только что спас ей жизнь. Протянув руку, охотница подхватила опешившего от неожиданности Лэйна, забросив его в седло впереди себя.
- Только когда я буду разговаривать с Джеддом, сиди молча и рта не раскрывай. Понял?
Лэйн, зачарованно глядя на мастрим, сцепил губы так, что они побелели и согласно кивнул головой. Охотница пронзительно свистнула, и лошадь, резво ударив копытами о землю, перешла на быстрый галоп, стремительно удаляясь вглубь дремучего леса.

****

Кассэль дель Орэн - наследный герцог Оттон, хозяин домена Лаварр, племенной эрл, первый из пяти великих, маршал, завоевавший Магриду Великому половину Аххадийской империи и заслуживший право сидеть в его присутствии, свирепо и ядовито смотрел вслед улепетывавшей от него девчонке, проклиная всех злых духов безликой тьмы. Сказать, что Касс был вне себя, значит не сказать ничего - он был в бешенстве.
Дохлый гоблин, она увела его Мрака! Злобный и неуправляемый жеребец, кусавший и лягавший всех кроме своего хозяина, пошел за ней, как телок на привязи! Как вообще такое могло произойти?! Она разбила ему лицо. Ему - Черному Ястребу, упоминание одного имени которого ввергало людей в трепет и дрожь. Тощая сопливая девчонка выбила его из седла и прилюдно унизила.
- Почему? - Касс закрыл глаза и запрокинув голову к небу глухо прорычал. - Почему?!

Она была жива! Всевидящий! Она была жива! Три долгих года... Три долбанных, проклятых года он горел в черном огне Эреба, видя по ночам ее глаза и обвиняя себя в ее смерти.
Он вернулся за ней... Когда спала алая пелена гнева и ярости, вернулся... Зачем? Он и сам не знал. Как и не знал, за что так с ней поступил и почему не смог убить.
Ее безжизненно-бледное лицо стояло у него перед глазами, когда он покинул владения Райверена, напоив свой клинок кровавой яростью и утолив пожиравшую его душу жажду мести. Белокурая девочка смотрела на него отовсюду своим потерянным небесно-голубым взглядом, полосуя им сердце Касса словно ножом.
Смерть врага не вернула ему убитую Эорию, не облегчила его страдания, а безумие, что он учинил, не залечило жестокую рану в его душе. Стало еще хуже. Он развернул войско и едва не загнал лошадей, так спешил найти ее и забрать. А потом, стоя на краю обрыва, кричал от отчаяния и бессилия, когда нашел зацепившийся за выступ обрывок ее белого платья. Все эти годы он вымаливал у Всевидящего прощения, думая, что она бросилась в пропасть из-за него, а она была жива! Оливия Торвуд была жива.
И Касс не знал, благодарить ли за это светлого Всевидящего или проклинать темного Эреба.

- Ваше Высочество, - капитан Дрокк спрыгнул с лошади, услужливо протягивая узду дель Орэну. - Мы поймаем посягнувшего на вашу жизнь. Это дело чести!
Касс мрачно ухмыльнулся, заметив заплывающий отеком глаз главы королевских Гончих, потом, осмыслив по его выражению лица, что сам выглядит не лучше, зло выругался, коснувшись пальцами разбитой кровоточащей губы.
- Посягнувшую, - бросил он в бледное лицо капитана. - Вас уделала девчонка! Что встали? Приказывайте немедленно оцепить город. Задерживать всех женщин с короткими светлыми волосами. И запомните: тому, кто тронет ее хоть пальцем, отрублю эти пальцы собственноручно, а вам голову.
Герцог легко запрыгнул в седло и, смерив Гончего уничижительно-презрительным взглядом, поднял лошадь на дыбы и резко сорвался с места, стремительно направляясь в ту сторону, куда помчалась мятежная беглянка.
Гилмор Дрокк трясущейся рукой вытянул из-за пазухи амулет призыва, активируя икту. Алый пульсирующий знак тревоги сигнальным маяком вспыхнул над городом, и капитану, не знавшему доселе страха, он показался зловещим предзнаменованием собственной кончины, кровавой петлей повисшей в ясном небе Хеликкии: Черный Ястреб не бросал слов на ветер - головы можно было лишиться быстро и практически безболезненно.

****

Кассэль остановился посреди улицы, заметив неторопливо трусившего в его сторону Мрака. Спрыгнув на землю, он негромко свистнул и жеребец, крутанув хвостом, ускорил шаг, а затем, добравшись до хозяина, резво встряхнулся, радостно ткнувшись мордой ему в грудь.
- Изменник, - потрепав его за гриву сердито буркнул дель Орэн. Конь тихо заржал и, не мигая, уставился на него влажными черными, как ночь, глазами.
- Ладно, спасибо что не сбросил, - не выдержав пристального взгляда животного пошел на попятную Касс. - Но лучше б ты не дал ей уйти. Кстати, куда она побежала? Покажешь? - Мрак отрицательно мотнул головой, раздраженно ударив по брусчатке копытом. - Так значит? - вызверился дель Орэн. - Ты не верный конь, ты озабоченный кобель, - герцог запрыгнул в седло и привычно протянул руку к сумке с мечом. – А, что б тебя... Где мой Аргалеон?! - рявкнул Касс, начиная догадываться, кто увел древний священный клинок его рода. - Ну, попадешься ты мне!
Касс пытался успокоиться и утихомирить бушевавший внутри него гнев, но получалось из рук вон плохо. Мысли темнее грозовых туч проносились в голове мужчины, и он проклинал Магрида, из-за прихоти которого так крепко влип, и себя, за то, что позволил ему собой манипулировать.
Как такое могло произойти? Два года он тщетно пытался найти свою винн эль корро, и в итоге ей оказалась та, которая не должна была ею быть ни при каких обстоятельствах. Что это - зловещая насмешка Эреба или какая-то ошибка? Может ему все привиделось? Не мог огонь дракона выбрать ее. Или мог?
Слова кархийской ведуньи всплыли в его памяти, и Касс вдруг ясно понял, что она имела ввиду, когда спрашивала, помнит ли он о проклятии рода. Он помнил... Именно поэтому племенные эрлы Оттон, потомки великого Мерлина, никогда не приводили в Храм Огня незнакомок, а только тех женщин в чьих чувствах или симпатии не сомневались.

Год назад, подстегиваемый бешенной злобой и желанием вернуть себе Туманные Дубы, дель Орэн отправился к Гаррхалле. Слепая ведунья, читающая судьбы, жила в Гнилой Пустоши, и чтобы добраться до нее герцог, не задумываясь, прошел через мертвые болота, в которых люди чаще пропадали, чем выбирались оттуда живыми. Касс пожалел, что послушал бабьи россказни о даре и силе могущественной колдуньи, когда, войдя в холодную покосившуюся лачугу, увидел сидящую на полу у огня костлявую, одетую в ветхие лохмотья, седую, как лунь, старуху со стеклянно-белыми, без радужки и зрачков, глазами. Плюясь и скрежеща зубами, мужчина хотел было уйти, но хриплый и скрипучий, как несмазанное колесо, голос, полетевший ему в спину, заставил замереть и не поверить тому, что услышал.
- Хочешь найти свою винн эль корро, хозяин теней? - сипло прокряхтела ведунья. Иссушенная рука с черными узловатыми пальцами ловко зачерпнула с пола горсть белоснежных рыбьих костей, безошибочно бросив их в ярко пылающий костер. Пламя с сухим треском взвилось под потолок, рассыпав в воздухе сноп красно- золотых искр.
- Хочу, - Касс затворил дверь, медленно пересек полутемную комнату, и сел на пол напротив неотрывно глядящей на жаркое пламя старухи.
Гаррхалла протянула Кассу свою крючковатую ладонь, и герцогу показалось, что в мутных белесых глазах ведьмы стали закручиваться черные вихри. Крепко сжав своей рукой её холодную руку, дель Орэн смежил веки, позволяя магии колдуньи дотронуться до его сущности. Тени внутри Касса дернулись и тревожно зашипели, чувствуя прикосновение чужеродной силы, глаза резко распахнулись, зрачок вытянулся в вертикальную линию, и птичье зрение поймало в фокус спускающегося по тонкой паутинке из-под потолка крестоносца.
- Ты помнишь о проклятии рода? - внезапно расцепив пальцы спросила старуха.
- Помню, - не понимая, как она могла узнать тайну, которая передавалась только по мужской линии Оттон, ответил Касс.
- И все равно желаешь ее найти? - загадочно поинтересовалась ведунья.
Касс молча кивнул головой, отчего-то не сомневаясь, что слепая старуха видит каждое его движение.
- Она существует?
- А с чего ты взял, что Эория была единственной женщиной, способной принять огонь твоего сердца? - ведьма резко вскинула голову, уставившись на мужчину жуткими, ставшими почти прозрачными глазами.
Касс вздрогнул и хищно прищурился, услышав имя своей мертвой жены. Откуда эта ведьма, живущая в забытой Всевидящим дыре, могла его знать?
- Так я найду её? - осторожно подался вперед герцог.
Старуха криво усмехнулась, снова повернув испещренное глубокими морщинами лицо к ярко полыхающему огню.
- Найдешь. Если будешь искать, обязательно найдешь.
- Спасибо, - Касс достал кошель с золотом и вложил его в протянутую руку все так же неотрывно глядящей в пламя женщины.
Старуха вдруг яростно зашипела, стряхнув на пол монеты, словно прилипшую грязь.
- З- з- зачем ты принес- с- с мне свои бесполезные блестяшки? Где рыба?
Касс медленно поднялся и, дойдя до двери, взял в руки оставленный там мешок со свежими окунями.
- Вот твоя рыба, - он поставил перед Гаррхаллой зловонную торбу, и ведунья, скоро запустив в нее руку, вытащила оттуда дохлую тушку. Старуха уродливо осклабилась, обнажив желтые зубы, а затем жадно впилась ими в сырую рыбину.
Судорожно сглотнув подступившую к горлу желчь, Касс развернулся, намереваясь покинуть мрачное жилище и его отвратительную хозяйку.
- В твоем распоряжении один оборот, - громко чавкая протянула ему в спину колдунья.
- Что? - Касс развернулся, натужно всматриваясь в тощую фигуру женщины, больше похожую на неупокоенное умертвие.
- У тебя всего один земной оборот на то, чтобы превратить огонь ненависти в пламя страсти, - Гаррхалла оторвалась от рыбы, повернув к Кассу свое измазанное кровью и шелухой лицо. - Иначе ты станешь первым из рода, прочувствовавшим на своей шкуре силу проклятья.
Всклоченные волосы ведуньи внезапно зашевелились, словно змеи. Она зловеще рассмеялась, и пламя яростно полыхнуло, превратившись в повисшую над громко потрескивающими поленьями кострища огненную птицу.
- Один оборот, - понеслось зловещее предупреждение в спину удаляющегося герцога.

Тогда он не понял, о чем предупреждала его колдунья, но теперь Кассэль дель Орэн знал точно, что жить ему осталось ровно один земной оборот, потому что шансов на то, что Оливия Торвуд когда-нибудь его полюбит, не было никаких. Но найти ее было необходимо хотя бы для того, чтобы Магрид исполнил свое обещание и вернул ему земли, на которых покоилось тело его убитой жены и не рожденного сына.

Когда герцог вывернул за угол квартала, на перекрестке навстречу ему выбежало человек десять Гончих и, судя по выражению их безрадостных лиц, утешительных новостей у них не было.
- Пока поиски не увенчались успехом, но мы оцепили город, - доложил капрал Айк. - Выбраться за стены Хелликии невозможно. Отряды прочесывают жилые дома. Где бы она ни спряталась, мы найдем ее.
Касс отрешенно смотрел на суетящихся Гончих, и что-то внутри ему подсказывало, что девушки уже нет в городе, но говорить городской страже он об этом не стал. Пусть ищут и не путаются у него под ногами.
- Доложите о результатах поиска мне лично, - небрежно бросил Айку дель Орэн. - А если найдете ее, или узнаете хоть что-то, что могло бы натолкнуть на ее след, снова активируйте икту и ждите меня у ратуши, - Касс развернул коня и быстро поехал в сторону базарной площади. Если его догадки верны, то у него есть шанс найти беглянку еще до захода солнца.
Миновав опустевшие торговые ряды, герцог выехал на широкую улицу, на которой находились дома ремесленников и, сбавив шаг, внимательно стал разглядывать прилежащую к ним территорию. Мясные лавки оказались следом за бакалейными, а то, что конкретно в них пытался найти Касс, обнаружилось буквально в третьем по счету доме. Посреди двора на деревянной перекладине висели недавно освежеванные зайцы, а рядом на длинной веревке сохли их шкуры.
- Ну-ка стой, Мрак, - Касс натянул поводья и вытащил из-за пояса брошенный Оливией залтак. Задумчиво повертев в руках охотничий нож, мужчина вдруг подумал, что возможно он ошибся, и та, что так ловко его бросила, не была на самом деле Оливией Торвуд, а лишь кем-то очень отдаленно на нее похожим.
Девушка, накинувшаяся на него как смерч, так разительно отличалась от той, что он помнил. Та, что выбежала ему навстречу в Храме Ветров, с ее длинными, до самых щиколоток, пшеничными волосами и широко распахнутыми наивно-голубыми глазами отчего-то так болезненно напомнила ему его Эорию - ласковую, будто теплый ветер, нежную, словно весенний цветок, хрупкую, как упавшая на ладонь снежинка. Эта же, с ледяным спокойствием пытавшаяся вонзить в его сердце сай, была другой - жесткой, холодной и невероятно сильной, не смотря на ее видимую тщедушность. Эта незнакомка была расчетливой убийцей, хладнокровной Фурией - богиней мщения.
Всевидящий, неужели она и вправду 'огонь его сердца'? Касс тяжело вздохнул, с силой сжав в ладони деревянную рукоятку ножа: след ауры его хозяйки был очень слабым, но он был. И это пока была единственная зацепка.
- Есть кто дома? - Касс въехал во двор и спрыгнул с лошади.
На крыльцо вышел высокий тучный мужчина, суетливо на ходу снимая с себя заляпанный кровью фартук.
- Чем могу быть полезен? - низко поклонился он.
- Зовут как?
- Фальк, ясный оллинг.
- Зайчатину продаешь, Фальк? - дель Орэн неторопливо подошел к стойке с тушками, разглядывая их с нарочитым интересом.
- Простите, оллинг, но мясо уже продано. Покупатель должен скоро вернуться за разделанными зайцами.
- Жаль, - Касс резко развернулся и схватился рукой за сохнущую рядом на веревке шкуру. - А мех? - на заячьей шкуре было слишком много отпечатков разных аур, но все же ту, что искал, едва уловимую, мужчина смог ощутить.
Мясник неуютно вжал голову в плечи, словно пытался попросить прощения.
- Мех не продается, - пробасил он.
Касс состроил скорбное лицо, и расстроено потянул:
- Обидно, хороший мех. Очень хороший мех, - щупая теперь уже все подряд шкуры и считывая задержавшиеся на них ауры, повторял он. - А где взяли?
- Мастрим один молодой привез, - расплылся в широкой улыбке Фальк. - Ловкий мастрим, оленя одной стрелой в глаз бьет.
- А где найти, не подскажешь? - Касс, склонив голову на бок, приветливо улыбнулся мяснику. - Мне нужна хорошая пушнина, может у него есть?
- Может и есть, - уклончиво ответил Фальк. -Только не знаю я, откуда он. Пришлый. Давно в наших краях таких сноровистых охотников не водилось.
- А он не говорил, когда в следующий раз дичь привезет?
Фальк многозначительно развел руками.
- Да он, насколько я понял, дальше, вглубь империи направляется - на север.
- А где у вас здесь обычно заезжие охотники останавливаются?
- Так много постоялых дворов в округе, - незадачливо почесал голову мясник. - Если поближе, то у коротышки Найфа, большого Рамси, или на ферме у Глайка могут остановиться, а ежели подальше, так и вовсе человек пять насчитается.
- А так, чтобы в самом лесу, в сторону севера? - немного призадумавшись, поинтересовался дель Орэн.
- В лесу? - нахмурился Фальк. - В лесу, на дальней заставе, только сторожка Ольмиха - бывшего Гончего, да подворье Вильги - жены дровосека. Мужик у ней два оборота как помер, вот она и открыла харчевню для пришлых.
- Сколько миль до жены дровосека? - интуиция подсказывала Кассу, что между бывшим Гончим и одинокой женщиной охотница бы выбрала вторую.
- Миль десять. Это если напрямую по просеке, - Фальк испуганно замолк, заметив, каким ястребино-хищным в этот момент стало лицо оллинга, и как ярко сверкнули его изумрудно- зеленые глаза.
- Спасибо, - Касс молниеносно бросил Фальку монету, и тот растерянно уставился на очутившийся в его ладони золотой.
- За что? - удивленно проронил он в спину быстро удаляющегося оллинга, но вскочивший на коня мужчина так и не пожелал удостоить его ответом.

****

Грязно-серые, выцветшие от ветра и дождя крыши срубов, затерявшихся среди густого леса, замелькали сквозь прорехи в зеленой дымке листвы, и Оливия, заставив Кору перейти на шаг, светло улыбнулась съежившемуся и притихшему Лэйну.
- Ну что, спаситель, не передумал ко мне в помощники идти?
Мальчишка всю дорогу до белизны в костяшках пальцев цеплялся за седло, очевидно опасаясь вывалиться и потеряться. Лэйн упрямо мотнул головой и вжал ее в плечи еще сильнее.
- Ты что, на лошади никогда не ездил? - поинтересовалась Ли, выезжая на опушку и направляя лошадь в сторону харчевни.
- Нет, - покаянно выдохнул мальчишка. - Но я научусь. Я ловкий, - вдруг встрепенулся он.
- Да уж куда ты денешься, - потрепав его вихры, согласилась охотница. - Ты на Джедда, что бы он ни говорил, не обращай внимания. Он добрый малый, и сердце у него большое и горячее.
- Как солнце? - тихо спросил мальчик.
- Как солнце, - Оливия усмехнулась такому сравнению, вдруг подумав, что ее рыжеволосый и добросердечный друг действительно был похож на солнце, обогревшее и приласкавшее ее замерзшую душу.
- А он тебе кто, этот Джедд? - Лэйн любопытно повернул к Ли свое конопатое лицо.
- Он...,- девушка задумалась, подбирая слова, которые емко и кратко бы отразили суть того, кем для нее был человек, три года назад подобравший ее, полуживую, в Сонном ущелье. - Он мне все, - наконец произнесла она. - Друг, мать, отец и брат в одном лице.
- Понятно, - мальчик понуро повесил голову, понимая, что раз тот, от которого зависит его судьба, так много значит для красивой мастрим, то она вряд ли пойдет против его воли, не согласись он, Джедд, взять его, Лэйна, с собой.
- Эй, ты чего? - Ли остановила лошадь у крыльца большого добротного сруба и, легко спрыгнув на землю, потянула Лэйну руки. - Испугался?
- Куда я пойду, если твой Джедд не согласится взять меня с вами?
- Согласится, - подмигнула парнишке охотница. - Я очень хорошо умею уговаривать.

Когда они вошли в дом, Джедд сидел за столом и весело болтал с расположившейся напротив него хозяйкой харчевни.
- Вильга, принеси мальчишке тарелку супа и что у тебя там есть на второе, - бросив на стол монету и подталкивая вперед замявшегося Лэйна обронила Ли.
- Это еще что за чудо? - Джедд сложил на своей широкой груди руки и придирчиво уставился на мальчишку.
- Это Лэйн, наш новый компаньон, - широко улыбнулась Оливия, усаживаясь на скамью рядом с мальчиком. – Вильга, и мне супа принеси, - крикнула она, не отводя глаз от нахмурившегося Джедда.
- Детка, ты часом мухоморов не обнюхалась, когда по лесу ехала? - подался вперед Джедд. - С каких это пор мы из мастримов в няньки заделались?
Ли стойко выдержала его прожигающий душу взгляд, и дождавшись, пока Вильга, принесшая еду, не уйдет обратно на кухню, тихо произнесла:
- С тех самых, как один вольный мастрим не подобрал в лесу полудохлую сопливую девчонку, не выходил ее, и не объяснил, что ничего хорошего в этом мире нет, но есть милосердие и человеческое сострадание, заставляющие усомниться в том, что ничего хорошего в этом мире нет, и что человек не может себя чувствовать человеком, оставаясь безразличным к чужим несчастьям. Этот мастрим научил меня делиться куском хлеба с бродячими псами даже тогда, когда сам испытывал голод и нужду.
- Это разные случаи, - сердито насупился Джедд.
- Да нет, Джедд, мальчишка ничем от меня не отличается, как, впрочем, и от бездомной собаки. Он сдохнет зимой голодной и холодной смертью на улицах Хелликии, - Ли выдержала паузу, заметив, как Лэйн, шморгнув носом, уронил соленую слезу в тарелку с супом. - Мальчишка ловкий и смышленый, он не станет нам обузой.
- Я могу чистить вам оружие, стирать и готовить еду, пока вы будите охотиться, - прорезался сиплый голос Лэйна. Джедд криво усмехнулся, глядя на мальчонку.
- Ты его хоть в руках-то держал? Оружие он может чистить, - недовольно буркнул охотник. - Еще руку себе по локоть отрежешь. Чистить он собрался...
- Мастрим, дайте мне свой меч, - вскочил Лэйн. - Я вам покажу, что умею.
- Какой еще меч? - поднялся с места Джедд и тревожно посмотрел на внезапно побледневшую Оливию. - Ли?! - охотник сдернул со скамьи не успевшую увернуться девушку и с ужасом уставился на пристегнутый у ее пояса меч. - Забодай меня дохлый гоблин, - ошеломленно произнес мужчина, вытаскивая из ножен оружие.
Мелодичный звон стали разрезал тишину и на лезвии меча тускло засветились синие магические руны.
- Джедд, - сглотнув попятилась Ли от нависшего над ней грозовой тучей друга.
- Ты где это взяла? - прошипел Джедд.
- Махнулась не глядя, - с напускным безразличием поведала Оливия.
- Ты это видела? - Джедд яростно ткнул пальцем в выгравированный на эфесе знак семиглавого орла.
- Видела, и что? - зло огрызнулась Ли.
- Отрыжка пьяного орка! - Джедд ринулся к девушке, схватив ее за грудки. - Ты где была, Ли? Я тебя спрашиваю, где ты была? Ты хоть знаешь, чей это меч?
- Знаю! - оттолкнув от себя Джедда, вспылила охотница. - Это он, Джедд! Это он! Он, та тварь, что...
- Темный Эреб, что б тебя... ты что наделала, дурочка? - Джедд замер на секунду, закрыв руками лицо. - Я же просил тебя забыть все и жить дальше.
- Это он, Джедд! Ты не понимаешь...
- Это ты не понимаешь, идиотка, - крикнул Джедд. - Благодари Всевидящего, что осталась жива, потому что Черный Ястреб не оставляет шансов своим врагам.
- Да плевать мне, кто он! Я все равно убью его, - Ли разгоряченно выдернула из рук Джедда меч. - Его же мечом и прикончу.
- Дура, - Джедд резко схватил ее за шиворот и, оторвав от пола, потащил наверх. - Малец, а ну, за мной, бегом, - бросил он через плечо испуганно наблюдавшему за происходящим Лэйну.
Второй раз мальчику приказ повторять не требовалось, сорвавшись с места, он быстро потрусил за злющим охотником, уносящим отчаянно дергавшуюся и пытавшуюся вырваться из его здоровенных рук мастрим.
Ворвавшись в комнатушку на втором этаже, мужчина резко бросил Оливию на стоявшую под стенкой кушетку.
- Малец, - Джедд кинул Лэйну охотничий заплечный мешок. - А ну быстро скидывай в него все шмотье.
- Что ты делаешь? - Ли уселась на кровати, подтянув ноги к груди.
- Мы уезжаем. Немедленно, - собирая луки и надевая через плечо широкий охотничий ремень с ножами буркнул Джедд. - Чего расселась? Быстро собирайся! И отдай пацану свою старую куртку и брюки.
- Не надо, - замотал головой Лэйн, запихивая в торбу все, что попадалось ему под руку.
- Ночью в лесу холодно, - отрезал Джедд. - Не хватало еще потом тебя по знахаркам таскать. Рукава закатаешь, штанины обрежем, и будет в самый раз. Потом нормальную одежку тебе справим.
- У меня новая одежда, - обижено засопел Лэйн.
- Зайцев такой одеждой смешить, - Джедд приложил к мальчишке брюки Оливии и, вытянув нож, мгновенно укоротил их на нужную длину. - Одевай, а не то комары в лесу закусают.
Лэйн, зачарованно уставившись на здоровенного мастрима, послушно стал натягивать на себя брюки и куртку, искоса поглядывая на сердитую Оливию и мучительно гадая, не сердится ли она на него за то, что ему отдали ее одежду.
Оливия нехотя поднялась с кровати, потом, сдернув со стола свой кожаный охотничий корсет, зашнуровала его поверх туники и натянула куртку.
- И чего ты всполошился? - перебросив через плечо лук и пристегнув колчан, поинтересовалась она у Джедда.
- Врезал бы я тебе, да времени нет, - затягивая сумки сообщил Джедд. - Подожди, оторвемся от погони, всыплю так, что два дня сидеть не сможешь.
- Да какой погони? - Ли раздраженно топнула ногой. - Никто даже не знает, что я из города смогла выбраться.
- Дура! Как есть дура! - Джедд схватил в одну руку сумки, в другую не успевшего пикнуть Лэйна. - Бегом на улицу, седлать лошадей! - рявкнул Оливии охотник, выходя в коридор.

Спустя несколько минут они покинули хутор и, съехав с основной дороги, стали углубляться в непроходимый лес. Джедд остановил лошадей, спрыгнул на землю, а затем, вернувшись назад, стал заметать следы, забрасывая их листвой.
- У тебя паранойя, Джедд, - фыркнула Оливия, когда он, вскочив на коня, крепко прижал к себе счастливого и от того боявшегося сказать лишнее слово Лэйна.
- Ты не понимаешь, с кем связалась, Ли, только поэтому я не стану тебя пороть сильно.
- А ты понимаешь? - натянув поводья вздернула подбородок охотница.
- Что ты знаешь о Темных Временах, Ли? – Джедд, вывернув на широкую поляну, повел коня по самому ее краю, стараясь не оставлять заметных следов. - О тех временах, когда твари потусторонья и темная нечисть рвали эту землю на части?
Оливия недовольно из-подо лба зыркнула на друга. Она родилась после великого противостояния, когда Магрид Великий объединил серединные земли и прилежащие к ним территории. К тому времени, как Ли выросла, о барьере и великой войне магов, людей и нелюдей с темными эгрэгорами Раннагара остались ходить только легенды, да поющиеся аюллами - странствующими сказателями - баллады.
- Только то, что передают из уст в уста, - нахмурилась Ли.
- Давным- давно в этих местах лилась кровь, горела земля, повсюду царили мрак, смерть и хаос. Весы двуликой изменчивой Алхоры склонялись то на сторону магов света, то на сторону темных эгрэгоров, и не было победителей и проигравших в этой войне - были люди, вынужденные приспосабливаться к жизни то под темным гнетом пришельцев из Раннагара, то под властью и силой волшебников. Именно тогда и появились эрлы - полулюди, те, кто родился от связи человеческих женщин с эгрэгорами тьмы. И кто бы мог подумать, что дети полукровки - нелюди, получат силу, способную уничтожить своих родителей и однажды восстанут. Эрлы объединились в дакты, к ним примкнули жители серединных земель, остландии и Аххада, а также маги, уставшие от бесконечного противостояния. Возникло пять крупнейших племен, во главе которых встали сильнейшие эрлы. Они возглавили восстание и создали барьер, заточивший выходцев из потусторонья в Раннагаре. Но когда ушли темные эгрэгоры, маги решили вернуть себе власть над когда-то принадлежавшими им территориями. Междоусобные войны были еще ожесточенней и кровопролитней, чем великое противостояние, и вот тогда пришел Магрид - царь Аххада, обещавший всем, кто встанет под его знамена, мир и защиту. Племенной эрл Оттон был первым из наследных герцогов, примкнувших к Магриду, и стал единственным, кому великий царь доверял как самому себе, великим полководцем, объединившим вместе с Маргидом разрозненные племена и превратившим территории средиземья в империю Аххад.
Оливия слушала повествование Джедда молча, лишь изредка бросая на него хмурые взгляды.
- Откуда ты все это знаешь? - наконец спросила она.
- Я не всегда был вольным мастримом, - Джедд опустил глаза и уставился куда-то в одну точку. - Когда-то у меня был дом и семья, но однажды, вернувшись с охоты, я нашел лишь обугленные стены и обгоревшие тела жены и дочери. Мое поселение сожгли, потому что воевавшие между собой оллинги не могли поделить территорию. В тот день я взял свой лук и встал под знамена Магрида Великого.
- Ты воевал вместе с царем? - Ли потрясенно смотрела на друга, понимая, как мало она знает о его жизни.
- Я воевал в армии Магрида под командованием Черного Ястреба, - ошарашил ее своим ответом Джедд. - И если бы я знал, что именно он тот человек, ненавистью к которому ты жила все эти годы, я увез бы тебя за пределы империи сразу, как нашел.
- Что в нем такого особенного? Почему ты так боишься его? - натянула поводья Оливия.
- Потому что непобедимый маршал Магрида Великого Черный ястреб - человек, маг, и нелюдь в одном лице.
Ли нервно сглотнула, постигая смысл сказанных Джеддом слов. Она слышала в монастыре жуткие рассказы о том, в кого превращаются потомки темных эгрэгоров, принимая свою вторую ипостась, и мысленно возблагодарила Всевидящего, что ей не довелось видеть уродливую сущность герцога, хотя если подумать, ей вполне хватило и его неприглядного человеческого облика.
Где-то внутри стали зарождаться паника и смятение. Неужели всё зря? Сколько времени она потратила на то, чтобы научиться быть сильной, сколько раз, закрывая глаза, представляла, как ее сай с поющим звуком входит в ненавистную грудь, избавляя её, Оливию, от ненавистной связи. Девушка судорожно сжала ладонью предплечье. Неужели метка так и останется на её теле, вечно напоминая ей о том, кому она принадлежит, и никогда не будет шанса что-то изменить? За что?
- Ты видел его вторую личину? - осторожно поинтересовалась Ли.
- Нет, -торопливо петляя между деревьев, буркнул Джедд. - Я воевал в арьергарде, а маршал всегда был на передовой.
- Не понимаю тогда, откуда у тебя такая уверенность в его непобедимости и невероятной силе? - скептично передернула плечами охотница.
- Слухи, детка, слухи, - мужчина тяжело вздохнул, погладив прижавшегося к нему Лэйна по голове. - Зато я видел, что осталось от тех, кто вступал в схватку с Черным Ястребом.
- И что? - с вызовом бросила Оливия.
- Лучше тебе не знать, - угрюмо заключил Джедд.
Но она знала. Слишком хорошо знала. Память не давала забыть лежащий у ее ног пылающий Райверенвель и дорогу к храму, усеянную мертвыми телами.
- Куда мы теперь?
- Пересечем гарнавельские леса, выйдем к границам империи и перейдем через гномьи горы, - Джедд поднял голову к небу, сокрушенно покачав головой. - Темнеть скоро начнет. Достань из сумки ларэнту.
- Мы что, в Триморье отправляемся? - проигнорировала его просьбу Оливия. - И что мы будем делать среди остроухих?
- Жить, - зло огрызнулся Джедд. - Айвэндрилл не уступает по могуществу Аххаду. Никто не сунется туда тебя искать.
- Может, он найдет свой меч и забудет про меня?
Когда Джедд оставил клинок герцога у Вильги, Оливия даже разозлилась, но теперь охотница понимала, что друг все сделал правильно.
- Я надеюсь. Очень на это надеюсь, - проворчал мужчина. - В любом случае, спать мы сегодня не будем. За ночь мы успеем убраться достаточно далеко. Не думаю, что люди Ястреба будут идти за нами в лесу по темноте.
Оливия, порывшись в заплечном мешке, нашла ларэнту и, насыпав в пузырь порошок из грибов-световиков, прикрепила фонарь к седлу. Тревога Джедда отчего-то передалась и ей. А что, если мерзкая аххадийская тварь не удовлетворится найденным мечом, и отправится за ней в погоню за то, что пыталась его убить? Интересно, жалеет ли он, что не добил ее в прошлый раз? В том, что он ее узнал, Оливия не сомневалась.

****

Отряд герцога добрался до неприметно спрятавшегося в самой гуще леса хуторка, когда солнце уже скрылось за вершинами деревьев, и серо- синяя закатная мгла стала стремительно топить в своих объятиях четкость линий окружающего мира. В узких окнах харчевни уютно и приветливо мерцал рассеянный желтоватый свет, а над крышей вился сизый дым, словно приглашая усталых путников на ужин и ночлег.
Касс мрачно ухмыльнулся, представляя, каким будет лицо девчонки, когда она увидит его на пороге своего убежища. В том, что она здесь, Ястреб был уверен: тонкий ускользающий шлейф ее ауры мужчина почувствовал, как только коснулся рукой деревянных перил крыльца. Жаль только, что придется остаться здесь на ночлег. Кассу не терпелось вернуться с беглянкой в храм и завершить ритуал. А с другой стороны, может, и хорошо, что у него будет ночь на то, чтобы остыть, а с утра поговорить с девушкой без гнева и ненужных эмоций.
- Окружите дом, - тихо приказал он своим людям, поднимаясь по ступеням. Судя по тому, что Оливия устроила в Хелликии, с нее не убудет спокойно выпрыгнуть в окно.
Первое, что бросилось герцогу в глаза, когда он вошел в харчевню, это его аккуратно приставленный к стене напротив Аргалеон. Рукоять с вмурованным в нее кристаллом Ашшаис неярко поблескивала в свете полыхающих свечей, отбрасывая на пол сиреневые блики.
Хозяйка заведения выбежала Кассу навстречу и, низко поклонившись, стала предлагать еду и постой.
- Все потом, - небрежно бросил дель Орэн. - Где владелица оружия? - Касс поднял меч и легко взмахнул им перед лицом мгновенно побледневшей трактирщицы
- Н-не знаю, - проблеяла она.
- Что значит, не знаешь? - хищно прищурившись процедил герцог. Убрав с дороги трясущуюся, как осиновый лист женщину, Касс помчался наверх по лестнице. Выбив ногой обе находящиеся на втором этаже двери, ведущие в гостевые комнаты, и не обнаружив там даже следа той, что искал, он пришел в бешенство. Спустившись, вниз герцог указал трактирщице жестом на скамью, а когда она села, не сводя с него испуганного взгляда, спросил:
- Где она?
- Кто, ясный оллинг? - едва не заплакала Вильга. - Я не понимаю, кого вы ищете.
- Куда делась та, что оставила здесь этот меч? - Касс выставил острием вперед свой клинок. - Где девчонка?
- Меч Джедд оставил. Сказал, что за ним хозяин благородный придет, - Вильга нерешительно ткнула пальцем в Касса. - Стало быть, вы хозяин?
- Кто такой Джедд? - дель Орэн спрятал оружие и, сложив на груди руки, уставился на трактирщицу.
- Мастрим, - поведала женщина. - Жил у меня здесь несколько дней.
- Один?
- Нет, с дочерью. Она тоже мастрим.
Касс сумрачно обвел взглядом помещение, потом, достав из кошеля несколько золотых, бросил их на стол.
- Как давно ушли охотники?
- Так день еще был, - сгребая монеты стала расшаркиваться Вильга.
- Знаешь, куда поехали? - напрягся Касс.
- Да кто ж их, мастримов, знает? Они ж как вольный ветер - сегодня здесь, а завтра ищи-свищи.
- В какую сторону хоть направились, видела? - раздраженно поинтересовался герцог.
Женщина вцепилась дрожащими руками в передник и отрицательно покачала головой.
- Покормишь моих людей, - выходя на улицу бросил дель Орэн через плечо.

Небо уже тронуло невидимой кистью ночи, смешавшей на небесной палитре все краски уходящего дня в огромное чернильно- фиолетовое пятно, усеянное брызгами мерцающих звезд, и Касс, отдав распоряжение воинам ждать его в харчевне, торопливым шагом направился в темнеющие заросли леса. Отойдя на приличное расстояние от хутора, герцог сел на землю и воткнул в нее перед собой меч.
Касс прекрасно понимал, что на оборот и поиски беглецов уйдет слишком много силы и времени, поэтому это был не выход. Сжав руки на рукоятке с кристаллом, дель Орэн запрокинул голову, выискивая в ночном небе птицу. Огромная тень неясыти, раскинув крылья, зависла над черной дымкой леса, и Касс, выбросив аркан Дахаррэ, взял разум птицы под контроль. Неясыть резко дернулась, еще не понимая, что тело больше ей не принадлежит, а затем, покорившись чужой воле, бесшумно полетела вдаль, невесомо паря на нисходящих потоках воздуха.
Касс смотрел сверху вниз глазами птицы и отчетливо видел двигавшихся по ночным тропам хищников, рыщущих в поисках легкой добычи, мышей, суетливо копошащихся в высокой траве, сов, терпеливо выслеживавших свою жертву. Он слышал шум ветра и тихий шелест листвы, журчанье воды в родниках и треск сухих веток, падающих на землю. Он летел над бескрайней громадой дремучего леса, вылавливая зорким взглядом малейшее движение, оттенок и нюанс. Он был птицей - легкой, парящей, свободной, и он гнал магией ее тело с севера на восток, с востока на запад, не обращая внимания на неистовый стук бившегося в агонии сердца, не жалея крыльев, не чувствуя усталости и боли. Он искал... искал ту, что долгие годы не давала забыть ему собственная совесть, ту, что так стремительно, как богиня мщения, ворвалась в его жизнь, перечеркнув ее одним жестом своей тонкой руки.
Он увидел их лишь к середине ночи - сначала две светящиеся точки, прерывисто мелькавшие под густыми шапками крон деревьев, а потом и всадников, торопливо ведущих своих лошадей на восток, к границе Аххада. Броситься за ними в погоню через дебри, по кромешной тьме, было бы глупостью. Касс быстро прикинул расстояние и понял, что даже если будет неистово гнать свой отряд всю оставшуюся ночь и утро, он все равно не успеет обогнуть лес и задержать беглецов у гномьих гор. А мастримы, заплатив каменным мастерам за проход под землей, выйдут прямо в Айвэндрилл, куда Касселю дель Орэну путь заказан, и даже Магрид не позволит ему нарушить договор с перворождённым народом звезд.
Выход был один - отправится одному в приграничный Алахонт, затем взять там людей, и перехватить охотников с юго- восточной стороны.
Смежив веки, Касс легко выскользнул из сознания птицы, и обессилившая неясыть рухнула с высоты небес в темные объятья гарнавельского леса. Вскочив на ноги, дель Орэн выдернул из земли Аргалеон и скоро пошагал в сторону постоялого двора.
Отдав приказ своим воинам возвращаться в Хелликию и ждать его возвращения у доджа, Касс вручил оруженосцу письмо для капитана Гончих с распоряжением оцепить Храм Огня к завтрашнему вечеру. Через несколько минут отряд исчез из вида, и герцог вышел на залитую лунным светом поляну.
Потомок великого Мерлина медленно вдохнул полной грудью прохладный ночной воздух, а затем неторопливо стал снимать с себя одежду. Он не любил оборачиваться. Дар, доставшийся ему от могущественного предка, слишком тесно был связан с проклятьем, и слишком уязвимым Касс чувствовал себя в другом теле. Единственное, от чего всегда сносило голову, так это от ощущения полной свободы, которую дарил высокий полет. И он поднимался так высоко... выше допустимого предела, выше облаков, в ледяные слои разряженного воздуха, пока черные перья его огромных крыльев не покрывались серебристым налетом инея, а пар, выходящий из ноздрей, не оседал на клюве сияющими в лучах солнца кристаллами. И когда грудь сдавливало в тиски, а боль становилась практически невыносимой - он падал. Дерзко, стремительно, входя в головокружительную спираль, для того чтобы почти у самой земли расправить крылья и снова взмыть обгоняющей время стрелой вверх.
Легкий ветер щекотно коснулся груди, пробежал невидимыми змейками по мощным плечам, заскользил струящимся водопадом по усеянной шрамами широкой спине и обвил холодными ручейками сильные ноги. Пальцы и голени внезапно деформировались, превращаясь в жилистые желтые лапы с острыми агатовыми когтями, тело выгнулось, покрылось черными, как непроглядная тьма, перьями. Выброшенные в стороны руки совершили резкий взмах, обретая форму крыльев, секунда и... в небо, закрывая собой таинственный диск луны, поднялся гигантский черный ястреб, сжимающий в когтистых лапах острый, как бритва, меч.
Когда огромная птица, приземлившись на дальней заставе, обернулась в тело мужчины, воины приграничья почтительно склонили головы пред спокойно идущим по крепостной стене обнаженным маршалом империи Аххад.
- Одежду и еду, - на ходу бросил Касс выбежавшему навстречу ему архонту- начальнику крепости, затем небрежно указал мечем в сторону казарм. - Приготовьте мне лошадь. И десять человек пусть ждут внизу.
Архонт крепости, Тиант, незамедлительно отправился исполнять приказ. За время войны он привык к оборотам и перелетам непобедимого Черного Ястреба, как и к той сущности, что лезла из него во время боя. Со временем Аксэль Тиант даже научился не отводить взгляд, когда затягивающие омуты зеленых глаз нелюдя заглядывали ему в самую душу.

Через полчаса небольшой отряд, выехав за ворота, направился в сторону каменного тракта. Небо уже начинало светлеть, и в мучнисто- влажном туманном воздухе мчащиеся на восток всадники казались серыми тенями - расплывчатыми и неясными, непонятно по какой причине нарушающими своей цокающей суетой спокойную тишину зарождающегося утра.
Касс понимал, что, выйдя из леса, мастримы направятся именно к каменному тракту, потому что только по этой дороге можно было добраться до зубчатого хребта, в котором и были прорублены ворота, открывающие проход к гномьим горам. Он приказал мужчинам рассредоточиться и спрятаться среди густых зарослей хвойника и боярышника, растущих по обе стороны узкой тропы, ведущей из леса.
Солнце еще не поднялось над горизонтом, но его восходящий свет уже рассеял ночную мглу, и теперь герцог зорко всматривался в прорехи между деревьями, прислушиваясь к каждому подозрительному шороху или щелчку.
Они появились не скоро, заставив Касса гадать и нервничать, а не ошибся ли он с выводами. Лошади очевидно устали ломиться всю ночь по бездорожью сквозь хлещущие и колючие кустарники, потому сейчас медлительно переставляли ноги, размеренно труся своими большими головами. Оливия ехала немного впереди, а следом за ней, на гнедой кобыле, следовал Джедд. В кольце рук здоровенного рыжеволосого охотника мирно посапывал маленький мальчишка, уткнувшись носом в мягкую ткань охотничьей куртки.
Дель Орэн поднял руку, подавая знак приготовиться. Под копытами одного из коней неожиданно хрустнула ветка, и мастрим мгновенно вскинул голову, натянув поводья.
- Ли, назад! - резко крикнул мужчина, стремительно разворачивая лошадь в обратную сторону.
Девушка со всей силы хлестнула пятками свою кобылу, и еще до того как животное успело совершить бешеный рывок, охотница вскинула лук, выпуская в сторону зарослей две стрелы. Одна пролетела в нескольких сантиметрах от лица Касса и воткнулась в ствол дерева, другая угодила стоявшему рядом капралу в предплечье, и тот с глухим рычанием ринулся из своего укрытия навстречу вновь натягивающей тетиву девчонке.
- Не стрелять, брать живой! - рявкнул герцог, вылетая из засады, заметив, что воины, пытаясь взять Оливию в кольцо, вытянули арбалеты.
- Джедд, беги! Я прикрою! - Оливия подняла лошадь на дыбы, и та ударила копытами по морде подъехавшего к ней почти вплотную коня незадачливого капрала. Животное с диким ржанием дернулось в сторону, сбрасывая с себя не удержавшегося в седле всадника.
Охотница, не теряя времени, метнула два ножа в окружавших ее мужчин, и Касс в очередной раз поразился ее меткости. Она не собиралась никого убивать: она методично выводила из строя его сопровождение, пробив одному воину кисть руки и ранив в бедро другого.
Оливия сопротивлялась, как львица - яростно, безудержно, неистово. Там, где ей не хватало силы, она компенсировала ее недостаток невероятной гибкостью и молниеносной реакцией. Осознав, что прежде чем смогут взять ее живой, она перекалечит почти всех, кто-то из солдат выстрелил в ее лошадь. Арбалетный болт пробил животному грудь. С жутким хрипом оно рухнуло на землю, утягивая за собой свою хозяйку. Девушка успела вывернуться в падении и, кувыркнувшись по траве, резко вскочить на ноги, сжимая в ладонях длинные зазубренные залтаки.
Безжалостная богиня смерти с развеваемыми ветром короткими светлыми прядями волос была так красива в своей безотчетной ярости, что у герцога перехватило дыхание от нереальности происходящего. Непокорный дух - буйный и отчаянный - светился в сияющих непролитым гневом голубых, как летнее небо, глазах. В каждом ее жесте и движении, в гордой посадке упрямого подбородка, в непримиримой линии натянутых позвонков и твердо стоящих на земле ногах сквозила такая внутренняя сила, позавидовать которой могли бы и бывалые воины.
Касс вдруг подумал, что прикрывай его спину на поле боя такая, как эта, шрамов бы на ней было в два раза меньше. Остановить дух смерти может только сама смерть. Но она нужна была Кассу живой, поэтому, развернув свою лошадь, он двинулся на всей скорости за рыжеволосым мастримом.
Дель Орэн догнал его за несколько минут. Все же управлять лошадью, с сидящим впереди мальчиком, охотнику было неудобно, и сражаться, не опасаясь, что случайно заденут ребенка, тоже было опасно. Касс приставил к горлу мужчины меч и, схватив пацаненка за шиворот, усадил себе на колени.
- Брось оружие! - крикнул он поднявшей руку с залтаком Оливии.
Она метнулась полубезумным взглядом в его сторону и сжала ножи с такой силой, что костяшки пальцев стали белыми, как снег.
- Черный Ястреб воюет с женщинами и детьми? - ледяным тоном произнесла она, опуская руки и прожигая Касса яростью своего взгляда.
- На войне все средства хороши, - спокойно бросил он, спрыгивая с лошади и передавая мальчика в руки одного из воинов. - Твой Джедд должен это знать. Не так ли? - иронично вздернул бровь Касс, посмотрев в упор на рыжеволосого охотника.
Джедд не удосужил дель Орэна своим ответом, лишь молча смотрел из-подо лба, пока охрана герцога разоружала его.
- Тронешь ее, и гореть тебе вечно в черном огне Эреба, - прошипел охотник в спину Касса, едва он посмел сделать шаг в сторону Оливии.
- Ты опоздал со своими проклятьями, мастрим, - Касс подошел к Джедду так близко, что теперь видел, как быстро движутся зрачки в его глазах. - Я давно уже там, - тихо шепнул он в мрачное лицо охотника.
Касс повернулся и замер, на мгновенье забыв, что собирался сделать: Оливия, стоявшая в кольце окруживших ее солдат, опустилась на колени перед лежавшей у ее ног умирающей лошадью.
- Кора, прости меня, - девушка нежно провела рукой по судорожно вздрагивающей шее животного, а потом молниеносным движением руки перерезала ему горло.
Охотница опустила голову, прижавшись лбом к бездыханному телу кобылы. Короткие светлые пряди волос полностью закрыли лицо, не давая разглядеть его выражение. Сгорбившись, она просидела так несколько секунд, а затем начала вставать. Она поднималась неторопливо. Кассу казалось, что время намеренно сбавило свой бег, чтобы в его память врезалось воспоминание о том, как распрямляются худенькие колени, сжимаются в кулаки тонкие кисти, а затем медленно- медленно открывается взору искаженное болью и ненавистью красивое лицо.
- Отдай оружие, - герцог вошел в круг, протягивая тяжело дышащей Оливии руку.
Она атаковала неожиданно. Так неуловимо- быстро совершает бросок ядовитая кобра.
Удар...как сверкающий росчерк молнии, и затопленный огненной лавиной взгляд не оставил сомнений, что это не игра и не попытка испугать. Она убивала его. Без жалости и сожаления вонзала в его сердце ножи. И каждый раз, натыкаясь на невидимую преграду, пыталась сделать это снова и снова.
Ему надоело.
Одним движением руки он выбил залтаки из ее ладоней и, схватив за запястье, вздернул её над землей, поднимая на уровень своего лица. Это было ошибкой. Размахнувшись, она ударила его ногой в пах, от чего Касс согнулся практически пополам.
- Стерва, - прорычал он, перехватывая девушку другой рукой, сжимая в кулак короткие пряди волос на её затылке и оттягивая назад её голову.
- Мразь, - сквозь зубы, задыхаясь от боли и злости, прошипела Оливия.
- Ещё раз ударишь меня, повезу связанной и переброшенной поперек седла, - выплюнул Касс в перекошенное лицо Оливии. - А твоих друзей отдам Гончим, за то, что помогали преступнице, покушавшейся на мою жизнь. Ясно?
- Ты... Вонючее дерьмо гоблина, - Ли крепко зажмурилась, переводя дыхание. Ее колотило от злости и бессилия.
- Тебе бы и рот заткнуть не мешало, - едко ухмыльнулся Касс, а затем, бесцеремонно перехватив Оливию за талию, перебросил через свое плечо. - Что встали? - рявкнул он на наблюдавших за происходящим солдат. - Рыжему связать руки и пусть едет на своей лошади. Мальчишку кто-нибудь возьмите к себе.
Мужчины суетливо стали выполнять приказ, а Касс, подойдя к своему жеребцу, взвалил на него Оливию, как куль с мукой. Вставив ногу в стремена, он легко запрыгнул в седло, а затем подтянул к себе тело девушки, крепко прижавшись грудью к ее напряженной спине.
- Что тебе нужно от меня, ублюдок? - попыталась выпутаться из его захвата Ли.
- Решил вернуть долг, - пророкотал ей на ухо Касс.
- Сдохни, и будем считать, что мы квиты, - огрызнулась Оливия, ткнув его локтем в каменный пресс.
- Не так быстро, детка. Не так быстро,- Касс стиснул губы, наливаясь угрюмой злобой. Если бы он только мог что-то изменить.
Девчонка даже не представляла, как близки её слова к истине. Они доехали до заставы, храня взаимную неприязнь друг к другу и железное молчание. Ли тихо ненавидела себя за то, что подставила Джедда и Лэйна, и мучительно придумывала варианты, при которых можно бы было сбежать, оставив зеленоглазую мразь с носом. Она злилась. Злилась так, что все тело покалывало от избытка захлестывающих ее эмоций, не понимая, почему у нее не получалось убить эту тварь. Почему кулак и нога неизменно достигали цели, а нож натыкался на невидимую стену? Это что - магия? Ну, конечно! Он ведь маг, что б ему в зад зуб дракона! Возможно и убить его можно только с помощью магического оружия? Меч! Как же она могла забыть? Ли незаметно покосилась на пристегнутый к поясу герцога клинок. Ей и нужно-то было только одно мгновенье, одна благословенная Всевидящим секунда.
Она ждала. Терпеливо. Безропотно. Уставившись отсутствующим взглядом в одну точку. Она пыталась обмануть его своей покорностью, усыпить ястребиную бдительность. И когда сильные руки сомкнулись на ее талии, стягивая с лошади, Ли сделала это - выдернула из ножен его меч, едва ее ноги коснулись земли.
Его реакция была странной: ни злости, ни удивления, только пустое равнодушие - холодное и непробиваемое, как каменная стена.
- Убить меня хочешь? - Кассэль дель Орэн сделал короткий шаг ей навстречу. Их взгляды схлестнулись, высекая искры бешенства и неистового безумства. - Ну, что же ты остановилась? - он спрятал руки за спину, подставляя обнаженному клинку свою широкую грудь. - Давай, Лив, покончим с этим.
Она замялась лишь на мгновенье, на малюсенькую песчинку времени, прокрутив в своей голове мысль, что что-то во всем этом происходящем неправильно, как-то странно и нескладно, а потом ринулась вперед... Вложила в поющую сталь всю силу своего, полыхающего всеми оттенками красного, гнева.
Она била его... Еще... И еще... И еще. Тщетно. И силы таяли. И руки дрожали и болели. И слезы и горечь застилали глаза, и подступали к горлу, а он все стоял... Все так же каменно- незыблемо, не размыкая сцепленных сзади рук, не отрывая от нее пронзительного взгляда своих зеленых глаз. И он не пошевелился, даже когда она швырнула ему под ноги меч, сжала кулаки и закусила губу, отчаянно пытаясь не разрыдаться. Он просто смотрел. Долго. Пристально. Задумчиво. Куда-то сквозь нее - в непроглядную плену ускользающих за грань мгновений. Потом резко подбросил ногой меч в воздух, поймал его своей ладонью, и нанес удар. Стремительный. Мощный. Разящий.
Оливия не успела испугаться и зажмуриться. Как в замедленном сне она смотрела на приближающееся к ее лицу острие, а потом, широко раскрыв глаза, следила, как раз за разом, клинок замирает в дюйме от ее головы.
- Тебе придется научиться жить с этим, - сухо и бесцветно обронил Касс, пряча оружие в ножны. - Ты уже не сможешь убить меня. А я упустил такую возможность много лет назад.
- Жалеешь? - Оливия вынырнула из навалившегося оцепенения и упрямо вздернула подбородок.
- Нет, - вдруг очень спокойно ответил Касс.
- Зря, - она подошла к нему почти вплотную и, выдержав суровый взгляд, влепила пощечину. Звонкую. Хлесткую. Такую тяжелую и не женскую, что голова мужчины дернулась, свернувшись на бок.
- Ты..., - он жестко схватил ее за руку, едва успев увернуться от коленки, снова метившей ему между ног. - Убью, - прошипел Касс.
- Вряд ли, - злорадно произнесла Оливия и, хищно осклабившись, укусила его за запястье.
Касс, грязно выругавшись, оттолкнул ее от себя со всей силы, и она, отлетев на несколько метров, шлепнулась на землю, ободрав ладони и больно ударившись бедром.
- Приведите ей лошадь, - скрежеща зубами процедил дель Орэн, потом отстегнул один из перевивающих его грудь ремней, выбросил на землю вставленные в него плоские, похожие на серебристых рыбок ножи, и недобро глядя шагнул в сторону поднимающейся на ноги Оливии.
Он больше не играл с ней, не видел в ней слабую женщину - лишь непримиримого противника, серьезного и опасного.
Она не успела отбить его нападение, забилась и затрепыхалась, когда он, сделав ей подсечку, опрокинул на землю, навалившись на нее всем телом. Ли рычала, как обезумевший зверь, зажатая в тиски его сильных ног, а потом глотала злые, свирепые слезы, пока он стягивал ремнем ее руки. Но она не сдалась. Даже такая, связанная и обездвиженная, она попыталась заехать головой герцогу в нос, едва он дал ей немного свободы.
- Не трогай ее, - взревел Джедд, когда дель Орэн, обхватив ее со спины, сжал в тиски своих рук, пытаясь умерить ее безрассудное буйство.
Касс замер, терпеливо выжидая, пока Оливии надоест брыкаться.
- Ты очень дорожишь своим рыжеволосым другом? - вдруг прошептал он ей на ухо.
Ли обмякла, бессильно опустив голову.
- Что ты хочешь, мразь?
- Я хочу, чтобы ты села на лошадь и добровольно поехала со мной, и тогда я возьму твоих друзей с нами, а не отдам приказ бросить их в подвал. Так понятно?
- Хорошо, - выплюнула Ли.
- Ну вот и славно, - Касс разжал руки, сделав осторожный шаг назад.
- Ты пожалеешь, - Оливия резко развернулась и теперь неотрывно смотрела в его ставшие пронзительно зелеными глаза.
- Помочь? - проигнорировав ее выпад кивнул головой Касс в сторону стоявшего рядом коня.
- Пошел ты, - Ли вставила ногу в стремена и, зацепившись связанными руками за луку седла, легко забросила в него свое тело.
Сипло вдыхая и выдыхая воздух, она закрыла глаза, и клокочущая внутри нее ярость полыхнула огнем, обжигая ее сердце пламенной смолой ненависти. Он пожалеет. Придет день, и она заставит его заплатить за каждую секунду унижения и боли, что он ей причинил. За каждую пролитую слезу. За безысходность, опустошение и отчаяние, поселившиеся в ее душе. За сломанную жизнь. За все, чего он ее лишил. Он заплатит.

Касс схватил поводья жеребца Оливии, привязав к своему седлу.
- Ехать будем быстро, - резко заметил он, не поворачивая головы в ее сторону. - Держись крепче.
- Смотри, как бы сам не вывалился из гнезда, ястреб недобитый, - вспыхнула Ли.
Касс грубо хлестнул своего коня, срываясь на безумный бег, и Ли, пошатнувшись, вцепилась в лошадиную гриву, потому что в дель Орэна будто бешенный орк вселился - он гнал по дороге, как сумасшедший: без устали, без оглядки, словно за их спиной сходила снежная лавина и они, обгоняя ветер, мчались прочь, спасая свои жизни.
Он останавливался в попадавшихся на пути заставах лишь два раза, и то только для того, чтобы поменять взмыленных лошадей и позволить солдатам справить нужду.
Оливии ужасно хотелось пить, мышцы на ногах болели от постоянного напряжения, а ремень, стягивающий руки, стер кожу до волдырей, но она упрямо молчала, ничем не выдавая слабости. И даже когда Черный Ястреб протянул ей кружку с водой, она злобно выбила её из его рук, облив ненавистного ублюдка с головы до ног.
Ли видела, как в его сузившихся глазах разгораются искры бешенства, как неистово ходят желваки на скулах, и все ждала, когда же его терпению придет конец, и он перестанет изображать из себя высокородного аристократа, а покажет свое истинное лицо - отвратительное, уродливое, зверское, скрытое за обманчивой маской высокомерия и светской надменности.
Ей было наплевать, что он с ней сделает. Единственное, что тревожило девушку, так это состояние Джедда и Лэйна. В короткие моменты передышек она оглядывалась назад, выискивая их взглядом, и еще больше расстраивалась, когда видела испуганное и бледное лицо мальчика. Охотница проклинала себя за то, что из-за нее пацан попал в такую передрягу. Чувство вины и отчаяния немного гасилось тем, что солдаты давали ему на остановках есть и пить, впрочем, как и Джедду. И в отличие от нее, друг благами, что предлагали враги, не брезговал.
Оливия всю дорогу гадала, куда этот придурочный их везет, а главное зачем? Разгадка тайны пришла к ней под вечер, когда, объехав гарнавельские леса с южной стороны, они выехали на широкую дорогу и впереди замаячили высокие стены Хелликии.
- Мальчишку и мастрима отправьте к доджу, - отдал распоряжение Касс, когда они в сумерках въехали в город. - Найдите моих людей и ждите нашего возвращения.
Охотница злорадно прищурилась, глядя в широкую спину герцога. Этот придурок, похоже, ее недооценивал - теперь, когда он остался без охраны, у нее были все шансы сбежать, а уж способ, как вызволить Джедда и Лэйна, она обязательно найдет. Но стоило ей об этом подумать, как герцог вероломно сдернул ее с лошади, а затем, перебросив через свое седло, словно мешок с дерьмом, помчался по мощеным булыжником мостовым. Оливия билась о круп животного и, сцепив зубы, одаривала ненавистного ублюдка всеми отборными ругательствами, которым за три года скитаний выучилась у Джедда и вольных мастримов, и жалела только об одном - что висит она очень неудобно, и нет возможности укусить эту тварь за ногу - резко, со всей силы, так чтобы почувствовать во рту вкус его поганой крови.
В темноте она не видела, куда он ее везет. Перед глазами мелькало только полотно дороги, и Ли возблагодарила Всевидящего за то, что у хелликийцев она была вымощена камнем, и ей не приходилось глотать пыль из-под копыт мчащегося во весь опор скакуна.
Наконец дель Орэн сбавил скорость, а затем и вовсе остановил своего коня.
- Храм оцеплен, Ваша Светлость, - послышался голос из темноты, потом зазвучали торопливые шаги сразу нескольких пар ног.
Оливия приподняла голову, чтобы осмотреться, но в этот момент сильные руки герцога стащили ее вниз, ловко забросив на плечо. С досады охотница стукнула связанными руками его по спине, но он лишь крепче сжал ладонями ее лодыжки и, на ходу раздавая указания, пошел куда-то вверх по лестнице.
- Все вон из помещения. Ждите меня на улице, - рявкнул Касс, а затем резко поставил Оливию на ноги.
- Вонючий гоблин, - выругалась Ли, когда, протерев глаза, поняла, что он притащил ее в Храм Огня.
В каменной пасти царил зловещий полумрак, подсвеченный красноватым сиянием, идущим из утробы дракона. Где-то там, внутри, казалось, бушевало безумное пожарище, и его отголоски рисовали на стенах танцующие тени, которые становились то ярче, то бледнее, то снова ярче. Днем храм выглядел не так жутко, но во мраке ночи он показался Оливии каким-то устрашающим и ввергающим в ужас местом - преддверием в подземный мир темного Эреба. Девушка невольно попятилась назад, но герцог, цепко схватив за предплечье, подтащил ее к самому жерлу, мерцавшему тлеющим жаром.
Мужчина быстро вытянул руку и в его раскрытой ладони ярко вспыхнул огонек - тонкий, испуганно дрожащий, подсвечивающий лицо дель Орэна бордовым и придающий ему какой-то потусторонний нечеловеческий облик.
Касс схватил связанные ремнем руки Оливии и вложил в них колышущийся лепесток.
Ли с ужасом смотрела, как оживший кошмар повторяется снова. Пламя рассыпалось на части, слоилось, зыбко расползалось в пространстве, превращаясь в алый огненный цветок. Он все ширился и увеличивался в размере, раскрывая пылающие лепестки, прорастая в землю тонким стеблем, выпуская длинные вьющиеся усики, закручивающиеся вокруг их с герцогом тел.
- Д'аххарэ ашш саантэль дрраххар, эс сса винн эль корро, - мрачно произнес Касс, принимая выбор дракона. Он поднял на ошеломленно притихшую Оливию взгляд, и внезапно цветок, повисший между ними, полыхнул яркой вспышкой, а потом из горла дракона вырвалась воющая стена огня.
Кассэль не понимал, что случилось. Происходило что-то, выходящее за рамки того, что он знал об обряде, легенде и проклятии рода в целом. Ничего подобного не было, когда сердце дракона выбрало Эорию.
Пожар опутал безумным вихрем их с Оливией тела и кружил вокруг них в завораживающем взгляд танце: тонкие искрящиеся плети, извивающимися ручейками, плыли по воздуху, превращаясь в огненные деревья, порхающих мотыльков, взлетающих птиц. Под ногами колыхалась огненная трава, по стенам ползли гибкие лозы, распускались пылающие цветы. Огонь закручивался спиралями у ног, скользил змейками по телу, трогал лица, шевелил волосы. Огонь не обжигал - он дарил свет, радость и тепло.
- Что за...? - Касс развернул перед своим лицом ладонь, по которой струились огненные дорожки.
- Жалко он тебе зад не поджарил, - ядовито заметила Ли, когда дель Орэн тряхнул рукой, сбивая с нее пламя.
Касс, словно очнувшись ото сна, поднял на нее свои глаза, и волшебство закончилось. Истаяли сказочные растения. Исчезли пылающие цветы и птицы. В пустоте безмолвного храма остались только мужчина и женщина, с желчной неприязнью и злостью глядящие друг на друга.
Шаг... и Ястреб, легко подхватив не успевшую среагировать Оливию, вновь взвалил её себе на плечо, быстро следуя к выходу. Сколько ни пыталась девушка пробить брешь в его каменно- мрачном спокойствии, у нее ничего не получалось. Она сцепила связанные кисти рук в замок и лупила ими Касса по спине, но ему, казалось, было все равно. Он молчаливо делал то, что считал нужным, зля этим Оливию еще больше. Опять пришлось ехать на его лошади безвольной тушей, посылая все мыслимые и немыслимые напасти и проклятья на его высокородную голову, а потом терпеть, сцепив зубы, пока он нес ее в здание ратуши сквозь строй оцепивших его воинов, как боевой трофей. Ли думала до этого момента, что сильнее ненавидеть этого человека просто не возможно, но оказалось, что у ее ненависти не было предела.
- Сидеть, - Касс швырнул Оливию в объемное кресло в кабинете доджа, приказывая, словно собаке. Она, изловчившись, уперлась спиной в мягкую обивку и, разогнув колени, резко пнула его ногами в живот.
- Лежать, - ехидно бросила она не удержавшему равновесие и упавшему на пол от ее пинка дель Орэну.
Додж с ужасом вжался в стену, наблюдая за тем, как медленно поднимается рассвирепевший племенной эрл, расправляя свои огромные плечи. Отблески пламени от зажженных в комнате свечей плясали безумный танец на смуглом ястребином лице. В зеленых глазах вспыхнул странный недобрый блеск. Горящие, как два изумруда, глаза хищно сузились, уставившись на Оливию, как на ползучую гадину. Он заговорил, и его голос превратился в скрежещущее, словно нож по стеклу, яростное шипение:
- Если ты еще раз дернешься или раскроешь рот, я свяжу тебя по рукам и ногам, как дикого харгарна, и в таком состоянии повезу домой.
Глядя в его застывшее, пугающее лицо, у Оливии и сомнений не возникло, что его слова не расходятся с делом, а лишиться возможности еще и двигать ногами совершенно не хотелось.
- Ты меня хорошо поняла, Оливия Торвуд? - прогудел он с такой непомерной злобой, что Ли передернуло от вымораживающего душу тона его слов. И он помнил, как ее зовут. Всевидящий, он помнил! Почему он помнил? Запоздалая паника пронзила ее от макушки до кончиков пальцев на ногах: он сказал 'повезет домой'. Всевидящий, что имел ввиду этот человек?
- Отвечай! - рявкнул потерявший контроль Касс. - Ты меня поняла?
- Да, - дерзко вскинув голову, ответила Оливия.
- Пошлите за нунтом, - повернувшись к доджу, тоном, не терпящим возражений, приказал Касс.
- Но, Ваше Высочество, - попытался возразить тот. - Уже ночь. Обитель Всевидящего закрыта, и преподобный нунт, вероятно, спит.
- Мне наплевать!!! - заорал дел Орэн. - Вы приведете его, даже если придется притащить его сюда голым вместе с койкой! И пусть захватит все необходимое для таинства заключения брака!
Додж дрожащей рукой схватился за ворот сюртука, сдавившего горло и, опустив голову, потрусил к выходу, чтобы исполнить приказ герцога. Это было святотатством, такое непростительное обращение со слугой света, но если выбирать между недовольством Всевидящего и гневом Черного Ястреба, то возможность попасть в опалу ко второму пугала его намного больше, потому что безудержный маршал Магрида Великого был резок и скор на расправу, и за провинность не щадил ни чужих, ни своих.
- Ты что задумал? - сердце Оливии мучительно сжалось от недоброго предчувствия.
- Я же тебе сказал, - усевшись на край стола, скрестив на груди руки и вытянув перед собой длинные ноги, хмуро объявил Касс, - Собираюсь вернуть долг и взять тебя в жены.
Ли с ужасом сглотнула, высоко вскинув тонкую бровь и по-прежнему до конца не понимая мотивов, которыми он руководствовался.
- Я не пойду за тебя, - яростно заскрипела зубами она.
- Пойдешь, - он почти убил ее невозмутимостью своего тона.
- Тварь, - тяжело дыша, охотница начала подниматься из кресла.
- Сядь, - отчетливо и резко бросил Касс. - Ты не поняла? Ты выйдешь за меня, даже если мне придется заткнуть тебе кляпом рот и положить на пол перед нунтом связанной.
- Я не дам своего согласия, - кипя от гнева прошипела Ли. Касс криво усмехнулся, а потом посмотрел в упор в метающие молнии голубые глаза девушки.
- А разве я у тебя его когда-нибудь спрашивал?
Ли передернуло от его слов, и скользкая змея страха омерзительно медленно поползла за шиворот, заставляя напрячься каждую жилку и мышцу в теле. Ей казалось, что время повернулось вспять, в тот день, четко разграничивший всю ее жизнь на «до», и «после». Впервые за долгие годы она не знала, что делать. Бежать? Как? Она слишком остро и отчетливо ощущала наедине с ним, насколько не равны их силы. Он возвышался перед ней каменной непоколебимой глыбой, и был похож на огромного карука, напавшего на нее в лесу. Это было смешно до истерики, ведь убить хозяина медведей она смогла только потому, что представляла себе, что это Касс.
Почему? Почему она не может прирезать эту тварь?!
С каждой секундой смятение ширилось в ее душе, разливалось безбрежным морем, заполняло легкие, топило разум, утаскивая ее куда-то на самое дно, в темноту непроницаемых, черных вод. Не оставляло и шанса на спасение. Она смотрела в его заиндевевший холодный взгляд и видела в его глазах свой страх, осязала запах страха - липкого, терпко-горького, сочащегося по вискам холодными каплями пота.
Двери распахнулись и в комнату втолкнули маленького тщедушного нунта, бережно прижимающего к груди огромную книгу и ритуальный посох.
- Преподобный? - Касс выгнул бровь, испытывающее глядя на бледного служителя светлых сил.
- Киосим, преподобный Киосим, - приветственно расшаркался нунт.
- Мы желаем сочетаться браком, - Касс небрежно указал головой в сторону сидевшей в кресле Оливии. - Немедленно.
- А к чему такая спешка? - благочестиво начал нунт. - Дела святые суеты не терпят. Для начала следует...
- Для начала, ты закроешь рот, разложишь свои причиндалы, и начнешь обряд, и тогда, так и быть, я разрешу тебе говорить дальше, - Касс подошел к Оливии и грубо стянул ее с кресла, поставив пред перепуганным преподобным Киосимом.
Нунт гулко сглотнул, затравлено оглядевшись по сторонам, потом, очевидно, осознав, что помощи Всевидящего ему ждать неоткуда, положил на стол книгу, достал из своих необъятных карманов пузырек с лахусом и два серебряных кубка.
- Итак, приступим. Благословенен чистый свет неборожденного Всевидящего, освящающего и просвещающего душу каждого тленного...
- Эту часть можно упустить, - сердито гаркнул на преподобного Касс. - Приступайте к главному.
- К самому главному? - жалко переспросил нунт.
- Да, - удерживая перед собой за плечи дергающуюся Ли буркнул Касс.
- Имеешь ли ты ..., - нунт боязливо покосился на герцога.
- Кассэль дель Орэн, наследный герцог Оттон, - помог ему Касс.
- Кассэль дель Орэн, наследный герцог Оттон, искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть мужем этой женщины, которую видишь перед собой?
- Имею,- вызывающе нагло заявил Касс.
- Имеешь ли ты..., - запнулся нунт.
- Оливия Торвуд, - услужливо подсказал дель Орэн.
- Оливия Торвуд, искреннее и непринужденное желание и твердое намерение быть женой этого мужчины, которого видишь перед собой?
- Нет, - отчетливо громко произнесла Ли.
- Продолжайте, преподобный, - невозмутимо заявил Касс, прикрыв ладонью зевок.
- Но так нельзя! - возмутился Киосим.
- Продолжай, святоша, что б тебя..., - видимое спокойствие Касса испарилось в мгновение ока.
- Не беспокойтесь, преподобный нунт, я призову вас в свидетели, когда потребую у короля признания нашего брака недействительным, - елейным голоском проворковала Оливия.
- Я не подчиняюсь королям, - самодовольно бросил Касс, смерив ее насмешливым взглядом. - Продолжайте, нунт.
- Значит, я обращусь к царю Магриду, - спокойно заявила Оливия. - Вы ведь не посмеете лгать царю, преподобный нунт?
- Что вы, как можно! - у святоши задергался глаз и он, покосившись на Касса, тихо спросил: Так я продолжу?
- Жди здесь, - раздраженно рявкнул Касс, схватил Ли за руку и оттащил в сторону.
- Что, Ястреб, передумал гнездиться? - ядовито поинтересовалась Ли.
- Значит, так, - теряя терпение начал он. - Ты говоришь 'да', а я отпускаю твоего рыжего на все четыре стороны.
- А если нет? - прищурилась Ли.
- Мальчишку в приют. Рыжего на виселицу, - безапелляционно заявил Касс, неотрывно глядя в глаза охотницы.
- Мразь, - молниеносно размахнувшись, она ударила его сцепленными руками в живот, а потом, развернувшись, подошла к нунту.
- Сучка, - разгибаясь, прохрипел ей в спину Касс. Била она больно. Не по-женски. Находила самую болезненную точку и лупила по ней со всей дури. Стерва. Надо будет запомнить в следующий раз, подумал дель Орэн, и подловить ее на броске. И почему он терпит ее выходки? Врезать бы ей. Проклятое чувство вины. Каждый раз, когда он хочет ударить ее со всей силы, почему-то вспоминает ее потерянный взгляд, и кошмар, мучающий его, всплывает в памяти снова.
- Начните сначала, преподобный, - напряженно буркнула Ли.
- Я не понял, с какого начала? - растерянно поднял на нее глаза служитель Всевидящего.
- Спросите меня, хочу ли я выйти за него,- прорычала Оливия.
- А вы хотите? - изумленно распахнул глаза нунт.
- Да, - зло рявкнула она. - И закругляйтесь уже с этим быстрее.
- А вы...? - потеряно проблеял преподобный, глядя на Касса.
- Да, согласен, - выкрикнул в лицо еще не успевшему задать вопрос нунту Касс.
- Благословенно царство Все...
- Закругляйся, поцелуй тебя в лысину тролль, - не выдержав, вызверилась Ли.
- Именем Всевидящего объявляю вас мужем и женой, - ударив посохом о пол протараторил в край перепуганный служитель. Наконечник жезла вспыхнул ярким белым светом. - Можете поцелова... - нунт заткнулся на полуслове, заметив, какими свирепыми в этот момент стали лица брачующихся. - Ну, нет так нет. Потом. Как-нибудь.
- Все? - нетерпеливо подался вперед Касс.
- Скрепите свои клятвы в Книге Небес, - нунт открыл пузырек с лахусом, капнув каплю на палец герцогу. Тот прижал палец к странице, оставляя на ней оттиск своей ауры. Потом схватил руки Оливии и, измазав ее палец магической смолой, придавил рядом со своим отпечатком.
- Теперь все? - Касс оттянул Оливию от стола, удерживая в цепком захвате.
- Да, - разглядывая странную пару со смесью недоумения и изумления, ответил Киосим.
- Замечательно, - осклабился Касс и одним стремительным движением вырвал из книги страницу.
- Что вы делаете?! - с расширившимися от ужаса глазами воскликнул нунт. - Это же святотатство!
- Это доказательство, - Касс скрутил листок в трубку и спрятал за пазуху, потом, мгновенно схватив Ли, перебросил через плечо и потащил к выходу.
- Отпусти меня, орочий зад! - Оливия гневно ударила его по спине. - Что б тебя стадо троллей имело во всех позах, что б ты в дерьме коровы утонул, что б на тебя гоблин сел и забыл встать.
- Я тебе рот с листьями грыжника вымою, если ты не заткнешься! - Касс спустил Оливию на пол и выкрикнул ей в лицо: - Понятно?
Ли размахнулась головой для удара, но дель Орэн мгновенно отклонился, и она, потеряв равновесие, больно стукнулась лбом о его грудь.
- Убьешься, дура, - вернув Оливию на плечо и быстро покидая здание ратуши прошипел злющий Касс.
Он нес ее и проклинал Магрида, Всевидящего, Эреба, себя, а больше всего своего дальнего предка Мерлина, за то что по его вине мужчины рода Оттон вот уже столько веков не хозяева ни своему сердцу, ни своей судьбе. И он не представлял себе, что будет делать дальше. Как собирается жить с женщиной, которая кроме ненависти и отвращения к нему больше ничего не испытывает? Жить?! Какая жестокая насмешка!
Теперь, когда он научился жить без Эории, Всевидящий отмерил ему так мало. А готов ли он был умереть? Три года назад он искал смерти. С голыми руками бросался на мечи людей Райверена и этими же руками рвал врагов на куски, упиваясь собственной яростью и злобой, и Кассу было все равно, когда та его часть, что принадлежала темным эгрегорам брала верх над тем, что в нем оставалось от человека. Когда его тени выползали наружу и резали, ломали и крушили, заставляя обитателей его замка до утра прятаться в подземелье и запираться в комнатах, пережидая вспышки его гнева. Ему нравилось жить в этом безумии. Оно глушило боль. Забивало её под пол. Вырывало её уродливую руку, тянущую к его горлу свои цепкие пальцы. А следом за безумием пришла пустота, холодное безразличие и отрешенность.
И Магрид воспользовался его слабостью. Подло и вероломно вставил ему нож в спину. И это сделал человек, которого он любил, как отца, мудростью и мужеством которого восхищался, в чью идею объединения земель и сохранения мира поверил, и за кем пошел, ни секунды не сомневаясь и не сожалея!? И вот теперь, удовлетворив его придурь, он женат и почти покойник. Потому что жить осталось ровно год, если, конечно, его новая жена не доконает его своими выходками раньше. Возможно, забери он ее тогда, был бы шанс что-то изменить. Хотя кого он обманывает. Ничего нельзя было изменить. Всевидящий, почему? Почему именно она была невестой Райверена, какого проклятого Раннагарра она оказалась в Райверенвелле именно в тот день?
- Сакарон готов, как вы и просили, - заискивающий голос доджа заставил Касса поднять глаза и непонимающе уставиться на расшаркивающегося перед ним мужчину. Спустив на землю новоиспеченную супругу, он резко забросил ее на сиденье в услужливо открытые двери небольшой кареты, пока она не успела изловчиться и пнуть его. Не хватало, чтобы его люди видели, как с ним обращается слабая женщина.
Слабая? Женщина? Да это не женщина, это троллье отродье, к тому же еще и сквернословящее, как пьяный гоблин. Магрид проникнется, когда он представит ее двору. Касс злорадно ухмыльнулся, представляя, как девчонка пожелает царю утопиться в дерьме какого-нибудь экзотического существа.
- Мастрима отпустите и пусть катится к Эребу, - Касс жестом руки указал на удерживаемого солдатами Джедда. - Мальчишку дайте сюда. Со мной поедет.
- Ты сказал, что отпустишь их, - Оливия вскинула голову, испепеляя Касса взглядом.
- Разве? - насмешливо призадумался Касс. - Не припомню.
- Ты сказал...
- Я сказал, что отпущу твоего рыжего друга. О мальчишке разговора не было, - Касс не дал девушке договорить и теперь спокойно смотрел, как мелькают на ее лице такие разные эмоции и до нее начинает доходить, какую непростительную промашку она совершила, четко не озвучив условия своей сделки с ним.
- Ты, - вспыхнула она. - Ты мне ответишь за это! Клянусь! Сволочь. Обманщик.
- Обман - это всего лишь средство добиться победы над противником. Я - воин, Оливия, - проигнорировал ее негодование Касс. - Я был бы плохим полководцем, если бы побеждал исключительно мечом, а не умом. Самая достойная победа - это победить врага, не неся потерь и не сражаясь с ним. Это стратегия, девочка, а ты допустила самую главную ошибку ведения боя - позволила злости взять верх над твоим разумом. За что и поплатилась.
- Злорадствуешь? - внутренне сжимаясь от гнева бросила ему в глаза Ли.
- Делюсь опытом, - тяжело вздохнул Касс. - Мне надоело с тобой воевать.
- Отпусти мальчика, - Оливия тревожно взглянула на тщедушную фигурку Лэйна, зажатую в медвежьих лапах дель Орэна. - И я не буду воевать с тобой.
- Я похож на идиота? - Касс захлопнул дверь перед носом подавшейся вперед Ли, и прежде чем набросить на сакарон сеть заклинания и отрубить девушку от звуков внешнего мира и лишить возможности выйти, он произнес: -Ты не будешь воевать - ты убежишь при первой возможности.
Оливия с досады ударила ногами в стенку и почему-то не услышала характерного стука. Разозлившись еще больше, она ударила еще раз, но ответом послужила лишь мертвая тишина, пугающая и давящая на уши.
- А-а-а, - крикнула девушка в темную пустоту и с ужасом поняла, что не слышит собственного голоса. Бесполезно было брыкаться, скандалить, топать ногами - этот монстр что-то сделал со сакароном, очевидно, применил магию, и теперь создавалось ощущение, что Ли находится в каком-то странном потустороннем месте, не только поглощающем любой звук, но и лишенном света и запаха.
Вспомнив, что у нее в кармане остался порошок грибов-световиков, она попыталась достать мешочек. Делать что-то со связанными руками было катастрофически неудобно, к тому же сакарон очевидно резко двинулся с места, и Ли от неожиданности слетела с сидения, завалившись на пол.
- Дохлый гоблин, - выругалась девушка и вновь удивилась тому, что голос ее словно вяз в черной топкой трясине сгустившегося вокруг нее воздуха. Оливия подтянула связанные кисти рук к лицу и, нащупав затянутый узел, вцепилась в него зубами, пытаясь развязать.
- Что б тебе болотные нараги пальцы пооткусывали, что б у тебя живот скрутило, а ты себе ремень на штанах затянул и расстегнуть не смог, - Ли мысленно ругалась, посылая на проклятого дель Орэна понос, почесуху, косоглазие, непрестанную икоту, гнилую отрыжку, синюшную лихорадку, и все напасти вместе взятые, которые только могла придумать.
Эта тварь завязала узел так туго, что освободиться от него можно было, только разрезав ножом. Промучившись в бесплодных попытках еще около часа, Оливия бессильно откинулась на спинку, закрыв глаза. Она устала. Предыдущую ночь они с Джеддом не спали, спасаясь от погони, и как оказалось напрасно. Весь день проклятый Ястреб тащил ее за собой без передышки, а гордость и упрямство не позволяли ей просить пощады или поблажки. Да она скорее сдохнет, чем покажет собственную слабость перед ним! Ли напряженно размышляла, что будет делать дальше. Ей нужно было бежать, и чем быстрее, тем лучше. Только вот как? И Лэйна надо будет забрать, а еще придется что-то сделать со своей внешностью, чтобы стать неузнаваемой. Голова охотницы раскалывалась от копошащихся в ней мыслей, даже страх от осознания того, что она стала женой ненавистной мрази, ушел куда-то на второй план.
Темнота и тишина все же сделали свое неспешное дело: сначала голова Ли начала клониться на грудь, а затем веки налились свинцом, и у девушки не хватило больше сил сопротивляться вязкой пучине сна, затягивавшей ее в свои объятья. Подтянув коленки к груди, Охотница улеглась на сиденье и отдала свою судьбу в руки хозяина снов - загадочного и дарящего забвение Ханнэша.

Она не поняла, почему проснулась. За годы жизни с Джеддом им часто приходилось спать в лесу, в горах, в степи, и каждый раз какое-то внутреннее чутье будило ее, чувствуя малейшую опасность.
Свежий воздух живительным глотком прорывался в открытые двери сакарона, заполняя тесное пространство кареты запахами леса и ночи.
Он стоял в проеме, заслоняя своей огромной фигурой лунный свет, струящийся серебряной пылью, и лишь звуки поющих цикад нарушали безмолвие ночи, заставляя не сомневаться в том, что это не сон, и он ей не привиделся.
Во рту мгновенно пересохло и сердце в истерике забилось где-то в горле, не давая возможности толком вздохнуть. Оливия вцепилась ладонями в сидушку и, помогая себе ногами, отползла к противоположной стене, с ужасом взирая на наклоняющегося к ней мужчину.
- Возьми мальчишку, - неожиданно послышался его хриплый тягучий голос.
Ли вздрогнула и вдруг поняла, что у нее развязаны руки. Когда он успел? Почему она не почувствовала? Корявые щупальца страха внезапно сковали все мышцы и больно сдавили грудь.
- Ты что, не слышишь? - сердитый шепот окатил ее своими резкими интонациями, как ведром воды из колодца. - Держи мальчика.
Ли моргнула и только сейчас заметила, что герцог прижимает к груди бездыханного Лэйна. Протянув к парнишке руки, она дрожащим голосом спросила:
- Что ты с ним сделал, чудовище?
Касс замер в полусогнутой позе, словно у него свело спину, потом вдруг тихо выругался:
-Дура, это сделал не я.
- А кто? - теряясь в страшных догадках судорожно сглотнула Оливия.
- Старый добрый Ханнэш,- сыронизировал Касс. - Он спит.
Ли прислонилась щекой к губам мальчика и почувствовала кожей их теплоту и ровное дыхание, щекотно шевелящее волоски у ее виска. Вздох облегчения вырвался из ее груди. Перехватив тело ребенка поудобнее, она осторожно переложила его к себе на колени. Ладонь дель Орэна внезапно потянулась к ней, осторожно коснувшись плеча, и Ли, вжавшись в угол, как загнанный зверек, прошептала:
-Не прикасайся ко мне.
Касс снова выругался, и его рука, резко взлетев, вытянула из-за пояса мальчика плоскую бортху.
- Здесь вода, - сердито буркнул он, бросая флягу рядом с Оливией. Потом положил рядом какой-то сверток и, сделав шаг назад, закрыл дверь, вновь погружая сакарон в тишину и темноту. Трясущейся рукой девушка вытянула из кармана мешочек со спорами и, растянув шнурок, сыпанула на пол светящуюся пыль.
Без усиления ларэнты свет был тусклый и едва уловимый, но он был. Оливии просто необходим был сейчас свет, потому что в темноте воспоминания выползали, словно дикие звери, из всех углов и рвали душу девушки, вгрызаясь в нее зубами и полосуя острыми когтями.
Откинув назад голову, она глубоко и рвано вдохнула, унимая бешенный ритм сердца. Память не хотела забывать. Все повторилось, как в тот день, когда она увидела его впервые. Точно так же, заслонив собой свет, он появился перед ней в Храме Ветров. Свирепый, мрачный, пугающий. Ли лихорадочно коснулась ладонью плеча, ощущая метку, и поняла, что она начала светиться в темноте сквозь ткань, почувствовав прикосновение своего хозяина.
Нащупав ладошкой флягу, Оливия вытащила пробку и залпом хлебнула воды. Она была приятно прохладной, словно ее только зачерпнули из горного источника. Ли поздно спохватилась, что бортха, очевидно, была зачарована, и возможно, Ястреб пытался ее усыпить. Только спустя несколько минут, осознав, что ничего странного с ней не происходит, охотница, наконец, смогла успокоиться и вздохнуть свободно.
Мальчишка, прижавшись щекой к ее плечу, спокойно спал у нее на руках. Ли подумала, что все же дети удивительные существа. Терзающие взрослого человека волнения, потрясения и страхи порой не дают не то что сомкнуть глаз, но зачастую не хочется ни пить, ни есть, а иногда и жить. Взрослые бросаются в крайности, глуша отчаяние стаканом вина, чужой лаской или безрассудной похотью, а дети умеют очистить свой разум от наносного и спокойно спать, позволяя своему маленькому телу отдохнуть и набраться сил. Ласково убрав со лба мальчика русую челку, Оливия поцеловала Лэйна в вихрастую макушку.
- Прости, что втянула тебя в это дерьмо, малыш, - одними губами проговорила она.
Мальчик зашевелился и во сне забросил ей на шею руку. Ли сглотнула, сдерживая подступивший к горлу жесткий комок. Горькая ирония: когда-то она мечтала, что станет женой и матерью, и представляла, что вот так будет держать на руках их с Роаном спящего сына. Она представляла себя хозяйкой земель Роана, - шейной, всеми уважаемой и любимой. Мечтала, что обучит женщин дакта Райверен всему, чему научили ее сестры в обители Всевидящего, мечтала, что превратит замок Доу Драххар в уютный дом, такой, каким он был до смерти ее родителей. Все ее мечты сгорели в огне, поглотившем Райверенвель, и на пепелище ее жизни остались лишь воспоминания, исполненные боли, скорби и потерь. В один проклятый Эребом день она лишилась всего, а теперь не было даже надежды, что когда-нибудь она сможет все забыть и жить дальше, возродившись из пепла и слез. Как избавиться от того, кого не можешь убить, но ненавидишь так, что порою кажется, отдала бы последнюю каплю крови за то, чтобы увидеть страдание и страх в его глазах? Как освободиться от его власти над тобой - ненавистной, въевшейся глубоко под кожу? Как выжечь, вытравить из себя все то, что мешает спать, дышать, связно думать, то, что связывает тебя с твоим палачом навечно?
Сакарон тряхнуло на ухабе, поэтому Оливия одной рукой ухватилась за сиденье, чтобы не упасть, а другой крепче прижала к себе Лэйна. Карета выровнялась, и сверток, который оставил дель Орэн, мягко ткнулся ей в ладонь. Развернув холстину, девушка обнаружила в ней несколько кусков хлеба, вяленой оленины и плодов нэббу. Первым желанием было бросить еду на пол и раздавить ее подошвой сапога, но потом взгляд упал на спящего мальчика, и Оливия подумала, что проснувшись ребенок захочет есть, а она, как последняя эгоистка, о нем совсем не подумала. Хорошо, что магия гасила запахи, потому что от одного вида еды желудок Ли скрутило в болезненный спазм, а рот заполнился слюной. Она не ела больше суток, и организм, измученный погоней и борьбой, требовал подпитки для восстановления потраченной энергии. В конце концов плюнув на принципы, охотница схватила хлеб и кусок мяса - силы ей еще понадобятся, а если дель Орэн идиот и не понимает, что сытая она будет сопротивляться еще упорнее, то ему же хуже. Наевшись, девушка развернулась, уложив на сиденье ноги, а посапывающего Лэйна примостила себе под бок.
- Сон тебе тоже не помешает, Оливия, - прошептала она сама себе и, обняв мальчишку, закрыла глаза.

Она проснулась ранним утром, и хотя порошок грибов давно истаял, и в сакароне было темно, Ли точно знала, что сейчас утро. Привычка, выработанная годами, всегда будила ее в этот час.
Дверь открылась, и внезапный яркий свет после кромешной черноты на мгновенье ослепил ее и дезориентировал, и пусть глаза плохо видели того, кто стоял в проеме, зато уши прекрасно слышали его голос - низкий, рокочущий, пробирающий до дрожи в коленках.
- Выходи,- он вытянул вперед руку, и Ли подумала, что сделать быстрый захват и сломать ему пару пальцев она точно успеет. А что дальше? Далеко ли она сможет убежать? Потом оглянулась на все еще не проснувшегося Лэйна и поняла, что не далеко. Она связана по рукам и ногам ответственностью за этого мальчишку.
- Что тебе нужно, ублюдок? - тихо поинтересовалась охотница, стараясь не разбудить Лэйна.
- Еще раз назовешь меня ублюдком, пожалеешь, - Касс заскрипел зубами, с трудом подавляя вспышку гнева. - В отличие от твоей родословной, свою я знаю до прародителя. И у моего отца никогда не было причин сомневаться в порядочности моей матери.
- Зато у твоей матери есть тысяча причин, чтобы усомниться в твоей, - вспыхнула Ли. - Непременно расскажу ей их при встрече, во всех уродливых подробностях.
- Моя мать умерла много лет назад, - прошипел Касс. - И если тебе так хочется с ней пообщаться, я пожалуй могу это устроить, заперев тебя с ней на ночь в склепе.
- Думаешь, ты меня испугал? - Ли медленно смерила стоящего перед ней мужчину с головы до ног презрительным взглядом. - Да я лучше лягу в саркофаг к покойнику, чем в одну постель с тобой.
- Ну, вот и договорились, - ухмыльнулся Касс. - Там и будешь спать. По крайне мере, если ты ему ночью нож между ребер воткнешь, мертвее он от этого не станет.
- Тварь.
- Ты повторяешься, - безразлично произнес Касс. - Про дерьмо гоблина было веселее.
-Для дерьма гоблина ты слишком мерзко пахнешь, - едко заметила Ли.
- Выходи, - прорычал Касс. - Или я тебя выволоку отсюда.
- Попробуй, - ощетинилась Оливия.
Молниеносным рывком Касс схватил ее одной рукой за ткань куртки, другой за ремень и выбросил из сакарона на улицу. Дверь кареты мгновенно захлопнулась, и синяя волна магии на глазах у удивленной Ли, искрясь, поползла по обшивке.
- Что ты сделал с мальчиком? - Ли приняла стойку и, привычно дернув ладонью, испустила разочарованный вздох, не ощутив в руке знакомого холода стали - все оружие, какое у нее было, отобрали еще в приграничье.
- Оградил от твоих истеричных воплей, - сделал осторожный шаг в ее сторону Касс. - Твоя грязная ругань не для чистых детских ушей.
- Что тебе нужно? - Ли подозрительно сжалась и огляделась по сторонам, оценивая обстановку. Сопровождавший сакарон отряд солдат находился на своих позициях, не вмешиваясь в их с дель Орэном разборки, а лишь наблюдая за ними со стороны.
- Боюсь, это нужно тебе, - с наглой усмешкой заявил Касс, понимая, что хоть девушка и отказывалась сутки от предоставляемых ей благ, но против природы не попрешь. - Сама пойдешь, или тебя отнести? - кивая на кусты повел бровью Касс.
- Тронешь меня и, клянусь, носить что-либо тебе уже больше будет нечем, - ощетинилась Ли.
- Неужели руки мне повыдергиваешь? - изображая фальшивый ужас на лице поиздевался над ней герцог.
- Пальцы откушу, - зло прищурилась Оливия.
О да, эта и не на такое способна, Касс даже не сомневался. Пальцы на его руках непроизвольно сжались и разжались, громко хрустнув костяшками. Ли самодовольно усмехнулась и, развернувшись, шагнула с тропы.
- Речка в другой стороне, - понеслось ей в спину. Оливия обошла внимательно наблюдавшего за ней Касса по дуге и направилась заросли леса. Услышав за собой шаги, она быстро обернулась, обнаружив идущего следом за ней дель Орэна.
- Я не убегу без Лэйна, - напряженно бросила она ему в лицо.
- Хочу убедиться, что ты найдешь воду, - непробиваемо пояснил Касс.
- Отлично, там тебя и притоплю, - разозлилась Оливия. Она намеренно со всей силы отгибала ветви кустов и деревьев, а потом резко их отпускала, чтобы разогнувшись, они больно хлестали идущего по пятам Ястреба.
-Стерва, - пару раз выругался Касс, когда тонкий прут болезненно заехал ему по щеке, и желание утопить ее в той самой речке, к которой они шли, стало практически невыносимым. Ожесточенно сплюнув, дель Орэн решил, что теперь его очередь отыграться на мерзавке за все ее выходки.
Река обнаружилась буквально через пару шагов, и Касс, демонстративно облокотившись спиной о дерево, сложил на груди руки, пристально уставившись на остановившуюся у воды охотницу.
- Убедился, что нашла? - буркнула Ли, буравя его недобрым взглядом. - Вали отсюда.
- И не подумаю, - уел ее Касс. - Теперь я хочу убедиться, что ты отмоешься как следует. От тебя разит хуже, чем от дерьма гоблина и тролля вместе взятых, - нагло заявил он. - Не могу же я привезти такую вонючку в свой замок и представить, как свою жену, - продолжал глумиться над девушкой Касс.
Ли полыхнула, как факел - да как этот придурок смел говорить, что от нее воняет?! Она всегда следила за собой, даже в дальних переходах, еще и Джедда заставляла стираться и бриться каждый день. Подумаешь, не мылась и не переодевалась сутки, ну так не по своей же вине. А эта тварь теперь еще и пеняет ей этим!
Стремительно наклонившись, она подхватила с земли увесистый камень и запустила им в ухмыляющуюся рожу герцога. Он успел отскочить в сторону, но разозленная до основания Оливия уже метнула в его лоб следующий. Камень просвистел сантиметре от его головы, и видя, что охотница подобрала с земли еще два и собирается бросать, Касс вскинул руки, выплескивая магию. Обе гальки повисли в воздухе, а затем, изменив направление, шлепнулись о водную гладь, проскакав по ней, словно попрыгунчики, почти до середины реки.
- Да... и рот хорошенько от яда отмой, а то еще слуг мне потравишь, - стремительно скрываясь за деревьями съязвил напоследок Касс.
Ли со сжатыми кулаками простояла еще несколько минут, а потом, убедившись, что мразь таки действительно отошла далеко и не следит за ней, стала настороженно раздеваться. Длинную рубаху она с себя все же снимать не решилась.
Умывшись и вымыв ноги, она достала из кармана куртки платок и, намочив, стала обтирать свое тело, непрестанно оглядываясь назад. Она с удовольствием стянула бы с себя все и выкупалась в реке, но ужасно боялась, что как только залезет в воду - на берег выйдет проклятый Ястреб, и вот тогда она точно будет чувствовать себя немощной и беззащитной перед ним.
С горем пополам завершив утренний моцион, девушка натянула на себя брюки и потянулась за сапогами, как вдруг краем глаза заметила в реке странное движение. Осторожно повернувшись, она нервно сглотнула, обнаружив поднимающееся из воды странное существо.
Грязно-белую голову, покрытую треугольными пластинами, заходящими одна на другую, как толстые складки, усеивали загнутые черные шипы - тонкие и длинные, словно иглы дикобраза. Они веером спускались от лба до затылка и заканчивались на кожистой пупырчатой спине, буквально врастая в позвоночник. Над узкими щелями глаз закручивались два острых рога. Морда этой твари чем-то походила на муравьиную, вероятно из-за постоянно движущейся челюсти, покрытой подвижными усиками. Существо что-то произнесло, издавая тонкий, почти на ультразвуке свист, а затем высунуло из воды несоразмерно вытянутые руки, с такими же, как на голове, шипами на локтевых суставах и всего двумя пальцами на покрытых броней ладонях, заканчивающихся огромными когтями.
Ничего подобного Ли не видела за всю свою жизнь. Казалось, что монстр был высечен из мрамора, настолько матово белой была его кожа и четко выделяющимся каждый бугорок на теле. Стараясь не совершать резких движений, Оливия медленно стала двигаться в сторону леса, и тут из воды появилась еще одна белая тварь. Она плавно наклонила голову вперед, а потом стремительно поплыла к берегу, извиваясь гибко, эластично, по-змеиному. Как оказалось, от пояса тела странных существ действительно напоминали змеиные: длинные чешуйчатые хвосты с коротким зубчатым наростом венчались острым, похожим на меч жалом. Твари медленно вылезли на сушу, опираясь на кулаки, а затем волнообразно качнулись, протяжно посвистывая, словно общались друг с другом на каком-то одним им понятном языке. По воде пошла широкая рябь, а после над ее поверхностью поднялись еще две белые головы.
Парализующий тело страх зашевелил волосы на затылке Оливии, и она лихорадочно стала выискивать взглядом хоть какой-то предмет, которым можно было отбиться от надвигающихся на нее монстров. Одно из существ издало пронзительный дребезжащий звук, резанувший слух своей вибрацией и, резко оттолкнувшись руками, совершило жалящий летящий бросок. Оливия еле успела отпрянуть в сторону, возблагодарив Всевидящего за помощь, потому что наконечник хвоста змеемонстра воткнулся в ствол дерева, словно метко выброшенный залтак. Тварь приподняла свое тело на руках, собираясь выдернуть острие для новой атаки, но в этот самый момент на ее хвост обрушился пылающий синими рунами клинок, отрубив значительную его часть. От резкого, леденящего душу визга охотница едва не оглохла.
А дальше начался кошмар, который по началу Ли приняла за воспаленный бред своего пораженного ужасом мозга.
Она сгруппировалась, пряча лицо, когда сильная рука оторвала ее от земли и отбросила на несколько метров в кусты багульника. Мужчина, кинувшийся на тварей, был похож на Черного Ястреба, она могла поклясться себе в этом, потому что одет он был, как дель Орэн, и в тоже время что-то неотвратимо менялось в нем с каждой новой секундой: тело герцога вытянулось, принимая пугающую форму, плечи стали в два раза шире, кожа приобрела нечеловеческий пепельно-серый оттенок, а глаза загорелись, как два фонаря. Он оттолкнулся от ствола дерева ногой, уходя от атаки набросившихся на него со всех сторон монстров, и когда прокрутился по спирали в воздухе, от него отделилась черная тень, превратившаяся во второго дель Орэна, только еще более жуткого, с острыми ножами-бритвами вместо рук и светящимися зеленым светом провалами глазниц. Темный двойник герцога полоснул по телу белой твари рукой, и монстр осыпался на землю крупно изрезанными кусками мяса и костей. Кассэль совершил стремительное сальто назад, и как только опустился на ноги, рядом с ним оказался еще один дель Орэн - мрачный, зловещий, осклабившийся в зверином оскале. Это выглядело чудовищно, страшно, до тошноты. Нечто, очень отдаленно похожее на Черного Ястреба, кружило по берегу, кромсая тварей, и из его тела раз за разом отслаивались уродливые фантомы, обретающие облик и форму. Теперь их было семь, и этот маленький отряд темных порождений шинковал в капусту армию ползущих из воды белых существ. Спустя несколько минут о существовании змееобразных тварей напоминали лишь разбросанные повсюду останки их тел и заляпанная прозрачной мучнистой слизью земля.
Хозяин теней опустил в воду свой меч, смывая с него грязь, а затем ловко вытер острие о ткань своих брюк.
Оливия в ужасе стала отползать по земле вглубь леса, помогая себе руками и пятками, когда увидела, что темный гигант со светящимися зелеными глазами быстро направляется прямиком к ней. Паника и безотчетный страх девушки возросли до запредельных высот, потому что пока он шел, его двойники на ходу плавно запрыгивали в мощное тело, прячась в нем, как жемчуг в ларце.
Он догнал Оливию в два шага, нависнув над ней подобно заволакивающей небо черной туче, готовой разразиться оглушающим раскатом грома и выпустить извилистую струю молнии, разрывающую небо напополам. Ли посмотрела в его глаза и почувствовала, что не может сдвинуться с места - бездонные сияющие омуты словно затягивали ее в водоворот оцепенения, лишая воли и желания сопротивляться их превалирующей силе. От низкого утробного нечеловеческого голоса кожа охотницы покрылась мелкими пупырышками и горло сдавило невидимой рукой.
- Кого, кроме меня, ты еще умудрилась допечь так сильно, что за тобой послали наемников? - сурово пробасил нелюдь, пристально разглядывая вжавшуюся в ствол дерева охотницу.
Ли попыталась что-то сказать, но из горла вырвался лишь сиплый нечленораздельный писк.
- Я тебя спрашиваю! - рявкнул монстр, и тело его начало медленно преображаться, обретая человеческий облик. - Кому ты перешла дорогу? Почему на тебя охотятся зургары ? - спросил уже совершенно нормальный Касс.
Ли все еще не могла ничего сказать - просто широко раскрыв глаза смотрела на того, кого столько проклятого Эребом времени хотела убить. Всевидящий, как же был прав Джедд, называя ее дурой! Да нет, она не дура, она тупоголовая, безмозглая курица, возомнившая, что раз научилась метко стрелять и работать ножом, то способна положить на две лопатки любого, кто встанет у нее на пути. Почему не рассказала Джедду о гербе своего врага - семиглавой птице? Возможно, еще тогда - три года назад, он бы вывез ее в Айвэндрилл, и пусть она не освободилась бы от власти нелюдя, но по крайней мере была бы свободна хотя бы физически. А что теперь? Она добровольно дала согласие на брак с этим чудовищем, и потребуй она у Магрида расторжения священных уз, ей нечего будет предъявить в доказательство их незаконности. У Ли стали стучать зубы: вот теперь ей стало по-настоящему страшно, причем не только за себя, но и за Лэйна. А хуже всего, она не понимала, зачем жуткому герцогу понадобилось жениться именно на ней.
- О, да я смотрю, ты растеряла все свое красноречие? - вдруг радостно заметил Кассэль. - Есть надежда, что ты от страха проглотила свой ядовитый язык и тебя можно будет показывать в приличном обществе?
- Да тебя самого в балагане можно показывать вместе с твоими темными рожами, - непроизвольно вырвалось у Ли, и она тут же прикусила язык, потому что лицо Ястреба вновь посерело и глаза ярко сверкнули, наливаясь изумрудной зеленью.
- Хочешь пообщаться с моими темными рожами? - низко прогудел Касс. Ли поднялась на ноги и медленно сделала шаг назад.
- Никогда не понимала, что интересного находят люди в созерцании уродцев. Так что показывай их кому-нибудь другому. Той дуре, например, что с тобой в храм приходила. Она будет в восторге от всех семи.
- Ну зачем же пользоваться услугами шейны Эйлин, когда у меня теперь есть ты? - как-то подозрительно мягко поинтересовался герцог, и Ли сделала еще один короткий шаг назад. - Мы придем к тебе сегодня ночью, - издевательски потянул он. - Все всемером.
- Маменьку в склепе желаете проведать? - скрывая за дерзкой бравадой удушающий страх, проронила Оливия.
- К маменьке мы тебя отправим после, - продолжал глумиться Касс. - Для начала ты отдашь нам свой супружеский долг.
- Боишься, что один со мной не справишься? - трясясь от негодования процедила девушка. - Ну да, конечно, как еще такая мразь, как ты, может получить женщину - только силой и запугиванием.
Лицо дель Орэна перекосило и он, совершив молниеносный выпад, схватил Оливию за шиворот, хорошенько тряхнув.
-Твой язык - твой враг. Не удивительно, что тебя пытались убить. Знаешь, у меня возникает аналогичное чувство, как только ты открываешь свой рот. И я вот все думаю, а не послать ли мне Магрида в Раннагар, и не заплатить ли тварям из Грэммодра, что б избавили меня от тебя раньше, чем темный Эреб заберет меня вместе с моими тенями в свой мрачный Сардарр.
Оливия непонимающе хлопнула глазами. Почему он сказал, что ее пытались убить? Разве тем белым существам было не все равно, кого сожрать? Заметив изумление на ее лице, Касс подозрительно прищурился.
- Ты знаешь, кто такие зургары?
- Те белые с клешнями и муравьиной мордой называются зургарами? – охотница, изловчившись, наконец смогла вырваться из рук Касса. - С чего ты решил, что они пришли позавтракать мной? Меня одной на них всех не хватило бы. А вот из вас семерых отличное бы жаркое получилось.
- Идиотка, - Касс подобрал с земли сапоги Оливии и, впихнув их ей в руки, толкнул девушку в сторону оставшегося на тропе сакарона. - Топай, пока за тобой оскорбленные медведи или волки не пришли. А то я не удержусь и сам отдам им тебя в качестве добычи. Особо поживиться, правда, нечем, - мужчина окинул Ли скептическим взглядом. - Но хоть кости погрызут.
Ли натянула обувь и люто покосилась на сложившего на груди руки Касса. Ударить бы его сейчас головой об дерево, точно бы отключился, только вот сакарон без его помощи она скорее всего не откроет. Проглотив ползущую изнутри злобу, она пошла к месту стоянки.
- Зургары не едят людей, - послышалось за ее спиной. - И с темных времен пересекают границы Греммодра, только тогда когда им за это платят.
Ли обернулась, недоверчиво выгнув бровь. Грэммодр находился на западе от Аххада, и границей между двумя государствами была простирающаяся на сотни миль Сонная пропасть, перейти которую не давали ядовитые газы, выделяющиеся из расщелин на дне. Сколько же нужно было заплатить, чтобы заставить кого-то пройти такой небезопасный путь?
Заметив мелькающие на лице Оливии сомнение и неверие, Касс продолжил:
- Зургары берут особую плату за свои услуги.
- Какую? - предчувствуя, что ответ герцога ей не понравится, тревожно спросила охотница.
- Магию, - подтолкнул ее к сакарону Касс. - Потому что только магия спасает кладки их яиц. И только ради сохранения потомства зургары идут на такой риск, как наемное убийство.
- А я причем? - напряженно задумалась Ли. – Меня, наверно, с кем-то перепутали.
Касс протяжно выдохнул, качнув головой, демонстрируя всем своим видом глупость и неосведомленность охотницы.
-Зургары находят жертву по запаху, - открыв дверь кареты, он толкнул в нее ошарашенную девушку и накрыл сакарон волной магии.
Оливия повалилась на сидение, и в нее тут же клещом вцепился взъерошенный Лэйн. Стены сакарона засветились неярким белым светом, а глухой стук колес и размеренное покачивание кареты не оставили сомнений, что они снова двинулись в путь.
- Ты что, малыш, испугался? - крепко прижала Лэйна к себе Ли.
- Я думал, меня опять в приют отправят, - задыхаясь от избытка чувств, шептал мальчик. - Я проснулся, а тебя нет, и темно, и страшно.
По большому счету, Оливиии самой было страшно, но она научила себя ничем не выдавать своих чувств.
- Кто-то в мастримы собирался податься, - усмехнулась она, пригладив торчащие во все стороны русые вихры. - А мастримы не знают сомнений и не ведают страха.
Мальчик тут же закусил губу и обижено насупился.
- Я не за себя испугался, я бы давно сбежал, но Джедд просил, чтобы я присмотрел за тобой.
- Джедд? - Оливия усадила мальчишку к себе на колени и всунула ему в руки сверток с едой, что оставил Ястреб. - А что еще тебе Джедд успел сказать?
- Он сказал, что обязательно нас найдет, и чтобы я не отходил от тебя ни на шаг.
Ли призадумалась. В том, что Джедд сможет без труда отследить их путь, как лучший следопыт среди всех мастримов, которых знала, она не сомневалась, а вот что он будет делать дальше, девушку немного пугало. Хотя друг и отличался редкой выдержкой и рассудительностью, но из-за нее мог пойти на отчаянный шаг, и этого Оливия боялась больше всего. Черный Ястреб сдержал свое обещание, когда отпустил охотника, но попадись он в следующий раз в его руки, вряд ли изменчивая Алхора будет столь же благосклонна к судьбе вольного мастрима.
- Как бы там ни было, - охотница приподняла лицо мальчика за подбородок . - Давай с тобой договоримся, что будешь меня слушаться и вести себя тихо и смирно, что бы ничем не разозлить оллинга.
- Да я его не боюсь, - запихиваясь олениной заявил мальчик. - Он вовсе и не страшный, даже меч мне свой потрогать дал, - махнул рукой Лэйн. - А ты знаешь, что у него в рукоятку кристалл с духом Ашшаис вмурован? Дух предчувствует битву и предупреждает об опасности, зажигая руны на лезвии. Ему этот меч эльфы подарили.
- Это он тебе рассказал?- недоверчиво заломила бровь Ли.
- Да,- восторженно расширил глаза мальчик. - А еще пообещал, что научит меня драться на мечах и бросать ножи.
- Сволочь семимордая, - не выдержала Оливия. - Решил меня через ребенка достать? - прорычала она в пустоту сакарона.
Лэйн испуганно притих и расстроено повесил голову.
- Я думал, если научусь драться, то смогу тебя защитить, - тихо объяснил парнишка. - Джедд сказал, что теперь я остаюсь вместо него и должен позаботиться о тебе.
Ли порывисто обняла Лэйна, поцеловав в макушку и понимая, зачем Джедд внушил ребенку, что он теперь несет за нее ответственность. Мальчик, ощущая собственную значимость, не испытывал страха, а воспринимал все происходящее, как волнующее увлекательное приключение.
- Ты умница, малыш. Я не на тебя сержусь, - охотница протянула Лэйну бортху с водой. - Может нам твоя дружба с мразью еще и пригодится. Будешь мне рассказывать все, что от него узнаешь.
- За что ты его так не любишь?- робко поинтересовался мальчик.
- Я не не люблю его, - жестко бросила Ли. - Я его ненавижу. И запомни, малыш: что бы он тебе ни говорил и каким хорошим ни пытался показаться, он очень страшный, опасный и жестокий человек. Будь с ним осторожен, и не верь ему, какие бы обещания он тебе ни давал. Договорились?
Лэйн кивнул, соглашаясь с просьбой охотницы, и протянул ей оставшийся кусок хлеба с мясом.
- Ты должна есть, - по-взрослому заботливо сообщил парнишка, вызвав у Оливии теплую улыбку. - Силы нам обоим понадобятся, - важно заявил он.
- Спасибо, что бы я без тебя делала? Заботливый ты мой, - Ли еле смогла сохранить серьезное лицо, заметив, как важно мальчишка задрал нос и каким гордым самодовольством засветились его глаза.

За оставшуюся часть пути Оливия разговорила Лэйна и выведала у него грустную историю его жизни: о тяжелой болезни его матери, о том, как сложно приходилось ему добывать денег на еду и лекарства для нее, и о том, как попал в приют после ее смерти, где его били и морили голодом, и о суровой, полной лишений судьбе таких же, как он, детей, живущих на улице. Девушка смотрела на мальчишку и еще больше корила себя за собственную дурость и горячность, а еще ей никак не давали покоя слова дель Орэна о наемниках. И чем больше она думала, тем явственнее убеждалась, что это какая-то ошибка. Возможно, преследовали не ее, а этого многоликого монстра, а на нее напали только потому, что на ее одежде тоже был запах аххадийской мрази. Да и не было у нее врагов, кроме самого Черного Ястреба. Были, правда, недолюбливавшие ее Айтрос и Леброк, которым Ли сломала пару пальцев и хорошенько заехала коленом между ног за то, что пытались ее зажать в темном углу, и хотя над ними после этого случая потешались все вольные мастримы, девушка была уверенна, что убивать бы они ее за это не стали. Да и откуда у простых охотников взяться магии, чтобы расплатиться со сворой странных тварей, о которых они и слыхом не слыхивали?
Размышления Ли прервали громкие брякающие и тарахтящие звуки, как будто на деревянный барабан накручивали железную цепь. Что-то подобное охотница слышала, когда они с Джеддом проезжали по подъемному мосту в город Грэндолл, на юге Аххада. Подозрения девушки подтвердились: колеса кареты жалобно скрипнули, а затем гулко застучали по деревянной конструкции полотна опустившегося моста. Дальше, очевидно, пошел большой подъем в гору, потому что Оливию с Лэйном буквально откинуло на сиденье, и только через несколько минут они смогли выпрямиться и сесть нормально.
Сакарон остановился, а затем в открывшиеся двери ворвался яркий солнечный свет и мрачная морда ненавистного герцога.
- Приехали, - резко сообщил он. - Выходите.
Лэйн схватился за Оливию и тихо шепнул:
- Не бойся. Мы с тобой обязательно убежим от него. Вот увидишь, я что-нибудь придумаю.
Оливия усмехнулась и ободрительно сжала ладошку мальчика.
Проигнорировав вытянутую дель Орэном руку, Ли вылезла с Лэйном из сакарона и замерла, внимательно разглядывая место, куда попала.
Внутреннее пространство огромного, как площадь, двора не оставляло сомнений в том, что они находятся в замке-крепости. На высоченных сложенных из рыжего камня зубчатых стенах стояли вооруженные стражи, зорко вглядываясь вдаль. По всему периметру крепостной стены, на равноудаленных расстояниях, располагались величественные круглые башни с навесными бойницами - машикулями и острыми, покрытыми непозволительно дорогой мархадской огнеупорной черепицей крышами. Главная башня - донжон - была больше похожа на элемент сказочного дворца. Вернее, она и была своеобразным мини-дворцом с изогнутой белоснежной лестницей, резным каменным крыльцом, полукруглыми башнями в углах и сверкающими в лучах солнца начищенными до блеска роскошными окнами.
Оглядевшись по сторонам, Ли впала в уныние. Крепость больше походила на город и выглядела непреступной - входные ворота снаружи и изнутри закрывали массивные герсы. Опускные решетки были изготовлены из металла, и толстые прутья располагались так близко, что через них не протиснулся бы даже худющий Лэйн.
- Добро пожаловать домой, - ядовито ухмыльнулся Касс, заметив помрачневшее лицо Оливии. - Понимаю, немного не то,на что ты рассчитывала, но я позаботился о том, чтобы мой дом не могли взять осадой. Замок стоит на воде, - окончательно добил он девушку.
- Странно, что твоя челядь тебя до сих пор рыбам не скормила, - огрызнулась Оливия. - Я им обязательно подскажу, как избавиться от хозяина-монстра. И делов-то всего - столкнуть тебя со стены.
Касс злорадно улыбнулся. Все обитатели Ястребиного Когтя знали о его способностях оборачиваться птицей, но выдавать своих тайн Оливии он не собирался. Уж очень хотел насладиться досадой и разочарованием, которые появятся на ее лице, когда она увидит это своими глазами, и ради такого случая он даже предоставит ей возможность столкнуть его, и даже сделает вид, что у нее получилось, хотя проклятье не даст ей его и с места сдвинуть.
Предвкушая потеху, Касс довольно выдохнул, а затем протянул руку Лэйну, с восторгом разглядывавшему все вокруг. Доверие ребенка завоевать будет не трудно, а тем более мальчика, который находится в замке, полном воинов, оружия и лошадей. Вот с этого он и начнет.

- Лэйн, хочешь пройтись с Рамсом по крепостной стене? - Касс подал знак начальнику стражи, подзывая его к себе. - Рамс, покажи будущему воину, как устроен Ястребиный Коготь.
Мужчина улыбнулся и сделал шаг по направлению к Лэйну.
- Я высоты боюсь, - соврал Лэйн, крепче сжал руку Оливии и слегка попятился назад. - Чего я там на вашей стене не видел? Мне и здесь, с мастрим хорошо.
Мужчины недоуменно переглянулись, и Касс решил пойти на новую уловку, чтобы изолировать мальчика от Оливии без лишнего крика и скандала.
- Ну, тогда он сводит тебя в оружейную и кузню, покажет, как куют мечи, ножи и стрелы из дашарской стали, - снова приветливо протянул руку мальчишке Касс.
- Подумаешь, мечи, - фыркнул мальчик и отвернул голову в сторону, деловито разглядывая башни. - У Ли залтаки были круче, пока вы их у нее не отняли.
У Кассэля дернулся глаз и он понял, что кажется начинает терять терпение.
- Может, на лошади хочешь покататься? - нашелся в помощь хозяину Рамс.
- Нетушки, благодарствуйте, - напыжился Лэйн, теснее прижимаясь к Оливии. - Меня ваш оллинг нынче ночью так покатал - задница до сих пор болит.
Рамс вытаращил глаза и с ужасом посмотрел в перекошенное лицо хозяина.
- На кухню, я так понимаю, ты тоже не пойдешь? - хищно прищурился Касс, разглядывая наглого мальчишку.
- А чего там делать? - вяло повел худыми плечами Лэйн. - Жара, смрад, да копоть одна. Мы с мастрим лучше в комнате поедим. Вы ведь покормить нас желаете? - невинно поинтересовался он. - Так у вас во-о-он дом какой огромный, - неопределенно повел вокруг рукой мальчик. - Чего ж мы на кухне толкаться будем, неужели не найдется для нас какой-никакой захудалой комнатушки? Да и отдохнуть бы с дороги не помешало. Кровать-то у вас, надеюсь, лишняя найдется?
Рамс побледнел и сделал шаг назад, а Лэйн, не замечая, что из дворца высыпала толпа слуг и выстроилась за их с Оливией спиной в шеренгу, продолжал разглагольствовать:
- Нет, ежели у вас все занято постояльцами, или вам жалко, то мы с Ли не мерзлявые - и на полу поспать можем.
- В склепе, - желчно добавила Оливия, с затаенным удовлетворением разглядывая искаженное лицо Ястреба и довольно сверкая глазами.
- Дора! - злобно и громко прорычал Касс, обращаясь к дебелой грузной женщине, стоявшей позади мальчика. - Забери немедленно это недоразумение в прачечную, выведи блох и прочую живность, и вымой его как следует, мне грязь в замке не нужна.
Служанка, до того стоявшая низко опустив голову и не смея смотреть хозяину в глаза, резво схватилась с места, сгребая мальчишку в свои мягкие объятья. Лэйн от неожиданности заверещал дурным голосом, и мгновенно сработавшая реакция Оливии оказалась фатально непредсказуемой как для изумленно распахнувшихся глаза служанки, так и для в конец озверевшего Кассэля.
Охотница резко ударила ребром своей ладони по пухлым пальцам толстухи, а другой рукой сдавила ей горло, да так сильно, что та, задыхаясь и хрипя, упала перед Ли на колени.
- Еще раз тронешь его, я тебя так отмою, никакая прачечная не поможет, - надавливая на болевую точку выплюнула Оливия в багровое лицо женщины.
Лэйн тут же отскочил в сторону, и это стало его ошибкой, потому что Касс мгновенно засунул мальчишку себе под мышку, оттаскивая от разъяренной охотницы подальше. Изловчившись, пацан цапнул Касса зубами за руку, за что получил от него увесистый подзатыльник.
- У подружки своей научился? - рявкнул Касс, поднимая его за шкирку высоко над землей.
На глазах у оторопелой челяди, стражи и ратников, привыкших подчиняться приказам буйного и непредсказуемого хозяина, начинало разыгрываться целое представление, повергшее их в шок и благоговейный ужас.
Оттолкнув со всей силы трясущуюся Дору, Оливия, как львица, бросилась на удерживавшего Лэйна Касса.
Дикий прыжок. Косой режущий удар по шее. Касс зашипел и, уклоняясь от кулака охотницы, летящего ему прямо в челюсть, зашвырнул мальчишку в руки стоявшего рядом Рамса. Серия жестких, болезненных толчков под ребра заставила Ястреба усомниться в том, что на него напала женщина. Гибкая и стремительная, она атаковала так молниеносно быстро, что Касс едва успевал выставлять блоки, и шаг за шагом отступать под ее яростным напором. Кто научил эту безумную так концентрировать силу, вложенную в удар? Как вообще могла женщина так драться? Как же он не хотел ее бить на глазах у слуг - этого он опасался больше всего. И пусть после смерти жены все в замке все равно считали его чудовищным порождением Раннагара и монстром, но единственное со времен Эории все же оставалось неизменным - Касс никогда не поднимал руку на женщину.
- Я тебе все твои четырнадцать рук оторву, таракан многомордый, - орала, наступая, Оливия. - И вместо ног их вставлю, орочий потрох.
Резко бросившись на землю, Касс захватил ноги Ли своими и, опрокинув ее, навалился всем корпусом на ее хрупкое тело. Голова девчонки моментально залепила ему в подбородок, а острый локоть в бок, а затем в его плечо вцепились ее зубы.
- Кобыла бешенная, - уклоняясь от ее укусов ревел Касс. - Я на тебя лошадиную сбрую надену!
Они катались по пыльному двору, как две сцепившиеся собаки. Ли осыпала короткими яростными тычками пытающегося удержать ее мужчину. Там, где не доставали руки, била головой и коленом. Наконец, когда колено в очередной раз достигло цели, больно заехав по мужскому достоинству дель Орэна, он не выдержал.
- Всевидящий! - прорычал Касс, закатив глаза к небу. - Я пытался! - в ладони мага загорелись красные петли лассо, и выброшенное заклинание мгновенно спутало яростно дергающуюся девушку по рукам и ногам, а затем магический кляп заткнул ей рот.
- Отпусти ее, ты, волосатый гоблин! - извиваясь угрем в руках Рамса, кричал Касселю Лэйн.
Касс поднялся с земли, отряхивая с одежды мусор и пыль, а затем зло процедил в зареванное лицо мальчика:
- Из нас двоих ты гораздо больше походишь на грязного волосатого гоблина. Отмоешься, пострижешься, и так и быть, я подумаю, разрешу ли я тебе видеться с моей женой.
После этих слов вокруг стало так тихо, что Кассу на секунду показалось, что он оглох. Слуги с безотчетным ужасом взирали на свою новую хозяйку - безмолвную, связанную, но при этом отчаянно ползущую по земле, пытаясь пнуть сапогами своего супруга.
- Ты трус, оллинг! - нарушил тишину голос мальчика, - Только трусы обижают девчонок, - упрямо глядя в глаза герцога, заявил он.
Кассэль дель Орэн до хруста в костях сжал кулаки и обвел яростным взглядом старательно отводивших от него глаза жителей Ястребиного Когтя. Еще никто и никогда не называл его - маршала империи Аххад - трусом, а этот сопляк посмел унизить его при его же подданных! Сущности мерзко заворочались внутри нелюдя, требуя дать выход его закипающему гневу. И обслуга замка, слишком хорошо знавшая, что последует за появлением теней, стала пятиться к сторожевой башне.
- Я озвучил тебе свои условия, - еле сдерживаясь, жестко отчеканил Черный Ястреб зарвавшемуся мальчишке. - Ее состояние напрямую зависит от твоего поведения.
Лэйн ненавидяще посмотрел на герцога из-под сведенных на переносице бровей, а затем сердито обратился к удерживавшему его Рамсу:
- Убери от меня свои орочьи клешни. Я сам пойду в эту вашу прачечную.
Касс легко кивнул, и мужчина тут же поставил мальчишку на ноги.
Дойдя до красной и вспотевшей от страха Доры, Лэйн взял ее за пухлую руку и бросил Касселю через плечо:
- Теперь твоя очередь. Отпусти Ли.
Касс щелкнул пальцами, вынимая изо рта Оливии кляп, и тут же пожалел об этом, потому что охотница мгновенно разразилась такой грязной бранью, от которой и у него, слышавшего во время битв всякое, глаза полезли на лоб.
- Чего уставились? - заорал он на не сводивших со сквернословящей охотницы глаз слуг. - Пошли все вон отсюда! Знакомство закончено! Сальма! - прорычал он в удаляющуюся спину длинной, как жердь, служанки, всегда убиравшей в его покоях. - Приготовь этой... - Касс в сердцах сплюнул, покосившись на свою бешенную супругу. - Приготовь своей хозяйке комнату.
- Бывшую комнату госпожи? - еле слышно пролепетала Сальма.
- Нет! - взбешенно рявкнул Касс. - Ту, которая в северной башне, с решетками на окнах.
- Слушаюсь, хозяин, - подхватив юбки, девушка сломя голову кинулась к ступенькам, ведущим во дворец.
- Саркофаг не забудь туда из склепа перетащить, - бойко бросила ей вдогонку Оливия.
Касс, скорчив жуткую гримасу, поднял ее с земли, взваливая на плечо, и в этот самый момент тяги, удерживающие герсы, громко звякнули, противно заскрипели лебедки, и под поднявшимися вверх решетками ворот во внутренний двор замка проехала черная, покрытая галлийским лаком карета.
Двери с массивным гербом, на котором был изображен расправивший крылья ястреб, открылись, а затем на землю легко спрыгнул высокий черноволосый мужчина, одетый в синие брюки, белоснежную рубаху и роскошный темно серый редингот, выгодно подчеркивавший узкую талию оллинга и широкие плечи. Мужчина галантно вытянул вперед руку, помогая выйти из кареты благородной шейне.
Женщина, облаченная в элегантное черное платье, расшитое по плечам и подолу сложным узором из золотистого бисера, была уже немолодой. В темных, уложенных в высокую прическу волосах едва заметно серебрились тонкие седые пряди, но лицо дамы все еще сохраняло былую красоту и тонкость черт, а ровная горделивая осанка делали ее облик воистину царственным и неприступным.

- Дэррэк, мама, что вы здесь делаете?! - быстро спустив на землю Оливию и зажав ей ладонью рот, хмуро поинтересовался Касс.
- Я тоже тебя рада видеть, дорогой, - женщина тепло улыбнулась, а затем повелительным жестом указала подбежавшим слугам на сундуки, установленные позади кареты. - Мы с твоим братом не видели тебя больше месяца. Я соскучилась. Это преступление? - хладнокровно выдержала недовольный взгляд Кассэля она.
- Вы не вовремя, - раздраженно пробурчал Касс.
- Я вижу, - смерив с головы до ног зажатую в его руках Оливию, спокойно произнесла женщина.
Ли, наконец, удалось укусить Кассэля за пальцы, и он с шипением одернул руку, чем незамедлительно воспользовалась злая, как голодный тролль, охотница.
- Как для покойницы, вы неплохо сохранились, - нагло глядя в глаза подозрительно разглядывавшей ее женщине, заявила она.
- Что?! - тонкие черные брови шейны изумленно поползли вверх.
- Заткнись, - прорычал герцог, крутанув лицом к себе ехидно ухмыляющуюся Оливию.
- А ты мало того что тварь, так еще и лживая тварь, - попыталась врезать ему лбом по зубам охотница, после чего была вновь скручена и бесцеремонно заброшена на плечо. Стремительно развернувшись, Касс, игнорируя возмущенную мину матери, рассчитывавшую, как минимум, на незамедлительное объяснение, резво взлетел со своей ношей по каменным ступенькам на крыльцо.
- Касс, сынок, кто это?! - повысив голос, нетерпеливо окликнула его шейна.
- Моя жена! - не оборачиваясь бросил Касс, злобно толкая ногой двери.
- До встречи в склепе! - задрав голову крикнула на прощанье Оливия ошеломленной матери дель Орэна. - Без меня не засыпайте, герцогиня. У меня к вам серьезный разговор!
Приехавший вместе с ней мужчина, все время молча стоявший в стороне, скрестив на груди руки и лишь изредка хмуривший брови, вдруг разразился громогласным хохотом.
- Мои поздравления, Касс! - крикнул он исчезающему в дверном проеме брату. - Ты нашел себе достойную пару.
- Дэррэк, ты что несешь?! - бросила на сына гневный взгляд герцогиня. - Это же аттергрант!* В какой дыре он выкопал это чучело? Я вообще сначала подумала, что это парень.
(Аттергрант* - неравный брак, мезальянс.)


- Похоже, дракон подсунул Кассэлю крупную свинью вместо винн эль корро, - продолжал посмеиваться Дэррэк.
- Ты полагаешь, это она? - с выражением полной растерянности на лице замерла герцогиня.
- По-твоему, зачем он на ней женился? - положив руку матери на изгиб своей предположил Дэррэк.
- Мне дурно, - вытянув из рукава платок стала обмахиваться им женщина. - После Эории - вот это?! - ткнув пальцем в место, где стояла Оливия, негодующе воскликнула она.
- А по-моему, Ястребиный Коготь наконец перестанет быть таким унылым, - расхохотался Дэррэк. - Давно я так не развлекался. Пожалуй, теперь сюда почаще наведываться стану.
- Если будет, куда наведываться, - окинув удрученным взглядом замок, заметила герцогиня. - Он и так после смерти Эории невменяемым стал, а теперь их двое.
- Восемь, - хохотнул Дэррэк. - Порождений Раннагара теперь восемь.
- Всевидящий, - схватилась за сердце шейна. - А что, если она тоже...
- Нелюдь? - предположил оллинг. - Я тебя огорчу, матушка, - продолжил, пытаясь сохранить серьезность на лице. - Судя по тому, как она долбила своим лбом подбородок Касса - она эгрэгор.
- Очень смешно! Тебе бы все шутки шутить, - женщина легко хлопнула платком по плечу сына. - А почему она сказала, что я хорошо сохранилась? И причем здесь склеп и покойники?
- Вероятно, ее не впечатлило твое платье и выражение лица. Имела в виду, что краше в гроб кладут.


- Иди отсюда, - шикнула на подругу, опомнившись, Дора. – Мальчика мне доверили. Ты сладкое любишь, солнышко? – расплывшись в широкой улыбке поинтересовалась она у Лэйна.
Лэйн, натягивая чистую рубаху, поднял глаза к высокому каменному своду потолка, словно раздумывал, любит ли он сладкое, хотя чего там раздумывать – в былые времена он за леденец или мармелад и душу мог продать, но теткам знать об этом было совершенно не обязательно, поэтому, напустив на себя туману, Лэйн важно произнес то, что слышал от уважаемого аптекаря Орвеса:
-От сладкого зубы портятся. А мужику надобно мяса!
- Пойдем, милый, я тебя на кухню отведу, - радостно затарахтела Грасси. – Сегодня утром Тарга к приезду хозяина готовилась. Чего там только нет: и рагу из оленя, и колбаса из мяса каплуна, жареные бараньи ножки с шафраном, мясо кабана со сливами и изюмом, тушеная в сливках крольчатина, перепела, - служанка на распев произносила названия блюд, и рот Лэйна мгновенно стал наполняться слюной.
- А почему это ты отведешь?- Дора поставила руки в боки и посмотрела на пританцовывающую перед Лэйном подругу, как кот на собаку. – Я дорогу на кухню еще не забыла.
-А у тебя вон стирки две бадьи, - кивнула Грасси головой на ворох белья. – А мне все одно на кухню надобно, поглядеть, не нужно ли передников новых нашить, да полотенец.
- А я тоже на кухню собиралась, - не растерялась Дора, притягивая к себе Лэйна. – Мне грязную ветошь надо забрать.
Служанки, переругиваясь между собой, схватили растерявшегося мальчишку за руки, и стали тащить каждая в свою сторону.
- Я Оливии расскажу, что вы мне чуть руки не повыдергивали! – крикнул Лэйн, когда ругань служанок достигла апогея и они едва не плевались в друг дружку слюной.
Упоминание имени новой хозяйки подействовало на них, подобно вылитому ушату ледяной воды. Мгновенно отпустив мальчика, женщины, отскочив в разные стороны, тут же растянулись в сладких, как мед, улыбках.
- Что ты, милый, как же можно? – запричитала Дора. – Да разве ж я могу деток обижать? Да у меня своих двое, - женщина положила ладонь на сердце, видимо желая подчеркнуть этим жестом достоверность своих слов. – Большие правда уже. Вон, на кузне у хозяина работают.
- Мечи куют?- недоверчиво поинтересовался Лэйн.
-И мечи, деточка, и ножи, и подковы, - согласно закивала головой Дора.
- И сай мне, как у Ли, могут сделать? – хитро прищурился мальчишка.
- Конечно могут, - гордо заявила прачка.
- Пошли, - резко затянув шнурок на штанах и одернув рубаху, Лэйн пошагал к выходу.
-Куда? – разом переглянувшись, воскликнули служанки.
-На кузню, - не оборачиваясь, сообщил Лэйн, и женщинам ничего другого не осталось, как посеменить за ним следом.

Сыновья Доры действительно оказались кузнецами: рослыми да плечистыми и по комплекции ничуть своей матери не уступавшие. А когда прачка сообщила им, что мальчик, которого они с Грасси привели - брат новой хозяйки замка, два здоровилы, поначалу косо глядевшие на него, тут же прониклись к Лэйну должным уважением.
Уяснив для себя, что для обитателей замка слова « хозяин» или «хозяйка» являются чуть ли не волшебными, мальчик быстро сообразил, как нужно действовать дальше.
- Ну, не знаю, такие ли уж вы мастера, как про вас Дора рассказывала, - кисло скривился он, разглядывая лежащие на столе ножи. – Какие-то они у вас неправильные. Вот у сестры моей – хозяйки вашей, залтаки из дашарской стали, зазубренные, острые, в руку сами ложатся. А это что? – презрительно фыркнул Лэйн, не ножи, а жабоколки какие-то. Так и скажу сестре -кузницы тут никудышные.
- Неужто хозяйка в ножах разбирается? - недоверчиво хмыкнул один из братьев.
-Мастрим она, - жутким голосом сообщила Дора, и Грасси, как болванчик, закивала ей в такт головой.

- Ты погоди, - мгновенно засуетились парни, усаживая Лэйна на высокий табурет. – Это же так, баловство – это для крестьян, да кухарок ковалось, а настоящая работа, она чужих глаз не любит.
Один из мужчин вытянул из кладки стены камень и достал оттуда какой-то предмет, завернутый в кусок мешковины.
- Во, гляди, - развернув сверток, гордо произнес кузнец.
Лэйн зачарованно уставился на лежавшие в широкой ладони сына Доры сверкающие отполированные ножи. Таких он даже у капитана Гончих не видел. Один клинок был раздвоенным, с деревянной ручкой, со специально выточенными выемками под пальцы, а другой - фигурный, граненый, с острыми зазубринами по краю и слегка изогнутым кончиком. Это было настоящее боевое оружие, и Оливия бы точно знала, что с ним делать.
- А сталь тут какая? – с напускным безразличием взял в руки ножи Лэйн. – Что-то на дашарскую не похожа.
- Так не дашарская она, - счастливо оскалился кузнец. – Из самого Айвендрилла.
-Врешь! – мальчишка вынес клинки на свет, и солнечные лучи заиграли на их зеркально гладкой поверхности золотыми искрами. – Неужто и вправду эльфийская?
- Ага, - слаженно кивнули сыновья Доры.
-Ну ладно, - заворачивая ножи обратно в тряпку, вздохнул Лэйн. - Покажу Оливии, посмотрим, чего скажет, - мальчишка хотел было сунуть ножи за пазуху, но потом, сообразив, что если его увидит злобный оллинг, то может обыскать и отнять их, решил пойти на хитрость. Улыбнувшись конопатой служанке, он протянул ей сверток. – У вас карман на переднике большой, не могли бы вы положить пока себе, а то я боюсь, пока тут все посмотрю, еще потеряю где.
- Конечно могу, - Грасси мигом схватила ножи и через секунду они исчезли в кармане ее фартука.
- А теперь можно и на кухню, - подмигнув Доре выдохнул Лэйн. – Чего у вас там сегодня, говорите? Колбаса? Колбасу я люблю, - жадно облизнулся мальчишка и, схватив удивленную прачку за руку, потащил прочь из кузни.

****

Касс внес связанную Оливию в дом и с порога гаркнул вылетевшим навстречу служанкам.
-Комната готова?
- Готова, хозяин, - пролепетала одна из них. – Мы только шторы поменять не успели, - виновато сжалась девушка.
-О, не волнуйтесь, - тут же впряглась Ли. – Мне все равно, на каких шторах его вешать. Главное, чтобы карниз крепким был.
Слуги с раскрытыми ртами замерли, не смея вымолвить и слова.
- Тебе, я смотрю, кляп понравился, разговорчивая моя. Вернуть на место? Или ведешь себя, как моя жена, или заткну и будешь так сидеть, пока не поумнеешь, - едко улыбнувшись и скрежеща зубами потянул Касс, опустив охотницу на пол.
- Глисты сначала выведи, муж, - нагло бросила в его лицо Ли. – И себе, и своим темным рожам.
-Что? – у Касса дернулся глаз и на скулах заходили желваки.
- Скрипишь зубами, - насмешливо пояснила охотница. – Первый признак глистов. Морды твои, поди, рук отродясь не мыли, да и жрут наверняка всякую гадость, – повернувшись к побелевшим от страха слугам, Оливия покачала головой. – Что же вы так плохо о хозяине печетесь? От глистов и помереть можно, да и заразно это. А вы…
Закончить свой монолог Ли не успела, потому что разъяренный герцог мгновенно подхватил ее на руки и потащил вверх по лестнице.
- Я приказываю: молока с чесноком герцогу на завтрак, обед и ужин, - крикнула Ли оторопевшей челяди с высоты лестничного пролета.

Герцог ускорил шаг и теперь несся по ступеням, как сумасшедший, перепрыгивая через две, а то и через три сразу.
- Что же ты меня с маменькой своей не познакомил? - болтаясь за спиной Касса безвольной тушей не унималась Оливия. – У нас с ней такая милая беседа намечалась. Я, конечно, извиняюсь за нескромный вопрос. А мама у нас тоже семимордая, или у нее поболее будет? Нет, мне в принципе все равно, да хоть двадцать, но должна же я, в конце концов, знать всех своих свекровей в лицо.
Касс быстро пробежав по коридору остановился у одной из дверей, а затем разъяренно ударив по ней ногой, внес Ли в довольно просторную и светлую комнату. Резко сдернув с себя девушку он швырнул ее вперед со всей силы так, что она пролетев несколько метров шлепнулась на высокую кровать накрытую веселеньким покрывалом в розовых оборочках, расшитым бабочками и стрекозами порхающими над цветами.
- Я протестую! Что это еще за сопливая лужайка для фей? – помогая себе ногами Ли подползла к спинке обретая опору. – Где мой обещанный склеп? Где твоя ожившая маман? Требую аудиенции!
-Вдовствующая герцогиня Антэль Адалли дель Орэн, - сохраняя тающие крупицы выдержки процедил сквозь зубы Касс, - моя приемная мать, - потом удивленно окинул взглядом комнату задекорированную нежно-розовыми шпалерами в тон покрывалу на кровати, злорадно поинтересовался: - Лужайка не нравиться? А по-моему самое оно. Насколько я помню, у ядовитых гарзул бабочки и стрекозки что-то вроде деликатеса. Так что приятного аппетита, - развернувшись, он пошел к выходу, и прежде чем закрыть за собой дверь таинственно добавил: - а многомордым у нас был папа. Видишь ли, дорогая, так получилось, что кровь эгрэгоров передается только по мужской линии, соответственно у нашего с тобой сына тоже будет семь милых мордашек, надеюсь очень похожих на тебя.
- Чтоб ты здох, тварь, - с лица Оливии схлынуло выражение напускной беспечности, и сейчас она с ненавистью смотрела на своего супруга, злобно прищурив глаза.
- О, теперь даже не знаю, что лучше - мальчик нелюдь или девочка ядовитая змея, - откровенно похабно разглядывая лежащую на кровати охотницу, ехидно заявил Касс. – А пожалуй, соглашусь и на то и на другое, - подмигнул он мгновенно побледневшей девушке и вышел в коридор.
За дверью послышалось характерное щелканье закрывающегося замка, а затем Ли почувствовала, как невидимые путы магии сковывающие ее тело исчезли словно и не было.
Рвано вздохнув, она тяжело откинулась на подушки, закрыв руками лицо. Паника и страх вытесненные злостью и яростью снова возвращались в ее сердце. Охотница держалась из последних сил, сама не зная откуда черпает энергию чтобы сопротивляться.

****
Касс закрыл дверь и тени, которые он удерживал в себе нечеловеческим усилием воли вырвались из него все одновременно. Черная ярость кипевшая в крови потомка мрачных тварей Раннагара требовала выхода. Тело мужчины трансформировалось, глаза вспыхнули слепящим зеленым светом, превратившись в два бездонных омута, и руки-ножи с силой резанули по покрытым алебастровой штукатуркой стенам, оставляя на них глубокие кривые борозды. Тени метались по коридору, с глухим рычанием полосуя и круша все, что попадалось им под руку. Касс запрокинув голову и прикрыв глаза, наотмашь ударил по металлической обшивке одной из дверей, высекая сноп ярких искр, наслаждаясь резким скрежещущим звуком, как музыкой. Добравшись до статуи Алхоры, стоявшей в глубокой нише, он упоенно снес ей голову, а потом кромсал то, что осталось в мелкую крошку, не замечая, как осколки мрамора остро впиваются в его грудь, руки, шею. Он захлебывался в эстазе накатившего на него безумия и не хотел останавливаться. Ему было так хорошо в этом вихре злобы, ярости и гнева, захлестывавшего его с головой. Он был свободен… Свободен от боли, от мук совести, от терзавших душу сомнений, от проклятых условностей заставлявших его держать лицо, когда ни сил ни желания делать это больше не оставалось.
-А я смотрю ты со своими парнями тут неплохо развлекаешься, - Дэррэк вывернувший из-за угла весело подмигнул резко повернувшемуся к нему Кассу. – Из-за чего сыр бор? Девочку не поделили? - мужчина пнул носком сапога отбитую голову Алхоры, и она, прокатившись по полу, как мяч, замерла у ног тяжело дышащего нелюдя.
-Уйди Дэр-р-рэк, - прорычал Касс. – Я плох-х-хо контролирую с-с-себя.
Две тени находящиеся ближе всего к брату мгновенно схлынули и став полупрозрачными резко запрыгнули в тело Касселя.
- Эории бы не понравилось то, что ты сейчас делаешь, - Дэррэк оттолкнулся от стены, без страха делая шаг навстречу тому чудовищу в которого превратился его брат.
Касс широко раскинул руки, и оставшиеся тени с воем и скрежетом спрятались в нем, повинуясь ментальному приказу хозяина.
- Ты и она – единственные, кто никогда не боялся моей истинной сущности, - возвращая себе человеческий облик, тяжело выдохнул Касс. – Почему?
- Ты мой брат, - тепло усмехнулся Дэррэк. - А когда превращаешься в ЭТО, становишься большим братом. Кстати, всегда хотел тебя спросить, а твои парни мне кем приходятся?
Касс криво улыбнулся и легко врезал брату по шее.
- Люблю твое чувство юмора. И она тоже любила.
На лице Дэррэка промелькнула секундная тень, а затем он с присущей только ему легкостью забросил свою руку брату на плечи, увлекая за собой подальше от учиненного им погрома.
- Ну, должно же было мне достаться от отца, хоть что-то лучше, чем у тебя.
Касс резко повернулся к Дэррэку лицом, обхватил его широкой ладонью за затылок, упираясь в его лоб своим.
- Тебе и досталось от отца все самое лучшее братишка, ты даже не понимаешь, как тебе повезло, что он избавил тебя и Антэль от бремени рода Оттон. Ты свободен. Свободен душой и телом. В твоем распоряжении вся твоя жизнь и ты волен прожить ее так, как тебе заблагорассудится.
- Я не понимаю тебя, - Дэррэк скользнул по напряженному лицу Касса удивленным взглядом.
- Хорошо, что не понимаешь, - растрепал темные волосы брата Касс. Тяжело вздохнув, он замер уставившись застывшим взглядом в одну точку. – Однажды, я расскажу тебе тайну рода.
- Какую еще тайну? Я чего-то не знаю, кроме легенды о драконе? – нахмурился Дэррэк.
- Потерпи, - Касс невесело улыбнулся удивленному брату. - Чуть меньше года осталось. И все тайны исчезнут вместе со мной.
-Куда исчезнут? – Дэррэк встревожено тряхнул Касса заглядывая в глаза. – Мне не нравится ни твой тон, ни твои загадки.
- А я вообще мало кому нравлюсь, - спускаясь по ступенькам беззаботно фыркнул Касс. – И меня это никогда не смущало. Не бери в голову, - обернулся он к застывшему на верху лестницы Дэррэку. – Пошли, мать наверно заждалась, да и я голоден, как дикий харгарн. У меня, знаешь ли, последние несколько дней больше напоминали битву при Тароке.
- О! – встрепенулся Дэррэк . – Кстати о битве. Та малышка, что так отчаянно долбила твою челюсть, действительно твоя жена или это была шутка?
- Шутки это твоя прерогатива, - недовольно буркнул Касс. – Я обычно серьезен в том, что делаю и говорю.
- Так я могу пойти и обнять свою новую невестку? – губы Дэррэка искривились в лукавой улыбке, и он весело подмигнул Кассу.
-Не советую, - не разделяя веселье брата, мрачно проворчал Касс. – У нее с юмором совсем плохо. Боюсь, твое излишне счастливое лицо ей не понравится сразу.
- Как и твой подбородок?
-А что не так с моим подбородком? – остановился Касс, потирая рукой заросшую двухдневной щетиной щеку.
Дэррэк сложив на груди руки, пристально-оценивающе окинул взглядом суровое лицо брата. – Какой-то он у тебя слабоватый.
Касс влепил Дэррэку подзатыльник, а затем, схватив за шею, потащил вниз уклоняясь от его дурашливых тычков по корпусу.
- Здоровый, гад, - запыхавшись, наконец вырвался из его захвата Дэррэк. – Не стыдно обижать младшенького.
- Не прибедняйся, - подталкивая его в сторону трапезной, усмехнулся Касс. – В умении владеть мечом тебе нет равных.
- Составишь мне компанию?- воодушевлено вскинул голову Дэррэк. – Я хотел размяться немного после дороги.
- Не сегодня, Дэр, - вздохнул Кассэль. – Мне нужно просмотреть бумаги, поговорить с архонтом и проехаться по землям. Давай завтра рано утром.
-Рано утром? – Дэррэк скорчил таинственную рожицу и уморительно задвигал бровями.- Я полагал ты раньше полудня из объятий молодой супруги не выберешься.
- Я рискую и вовсе не выбраться из ее объятий, если осмелюсь заглянуть в ее спальню.
- Такая убойно-страстная?- смешливо потянул Дэррэк.
- Ключевое слово в этой фразе убойная, - Кассэль осторожно дотронулся пальцами до поджившей раны на губе оставленной Оливией.
- Укусила что ли? – приглядываясь к царапине удивился Дэррэк.
-Зацеловала до крови, - зло пробурчал Касс вспоминая жесткие, болезненные удары охотницы.
- Клад, а не женщина - восхитился Дэррэк, не отводя от брата искрящихся смехом глаз. – Убийственно обнимает, целует до крови, боюсь даже предположить до какого состояния она тебя залюбит.
Лицо Касса превратилось в мрачную непроницаемую маску, и он грубо одернул веселящегося Дэррэка. - Довольно! Моя семейная жизнь не самый подходящий объект для твоих развеселых шуток.
- Прости, - задумчиво разглядывая Кассэля замер Дэррэк. – Почему ты женился на ней? Ваша взаимная неприязнь видна невооруженным глазом.
- Она винн эль корро, - недовольно объяснил Касс.
-А ей то, что с этого? – продолжил недоумевать Дэррэк. – Она почему согласилась?
- Скажем так - я был очень убедителен, - остановился перед дверью трапезной Касс.
- Я ничего не понимаю, - фыркнул Дэррэк. – ты уехал из столицы в Хеликкию с Эйлин, а домой вернулся с этой… Как ее, кстати, хоть зовут? И где ты ее нашел?
- Лив, - словно проваливаясь в события трехлетней давности, нахмурился Касс. – Ее зовут Лив.
Голубые, как лепестки незабудок, глаза выплыли из сокровищницы памяти. Наивно распахнутые, встревоженные.
…Ты кто?
…Я Лив, - тихий голос испуганно дрожит, словно осиновый листок, и шелестящим эхом заполняет пустоту храма.
…Лив?
…Оливия Торвуд, - пронзительный взгляд в панике мечется по серым стенам. – Что вам здесь нужно?
-Касс? Касс, ты что уснул? – голос Дэррэка выдернул Кассэля из топи воспоминаний, и он тряхнул головой, отгоняя призраков прошлого. Протянув руки, он толкнул створки дверей и вошел в заполненную ярким светом, льющимся сквозь огромные окна, трапезную.
- Сынок, что у тебя за вид? - шейна Антэль Адалли дель Орэн переключила свое внимание со слуг, сервирующих стол, на присыпанные штукатуркой волосы и мундир Касса.
- Слегка потрепанный, - целуя руки матери, невесело обронил герцог.
- Немедленно пойди, переоденься! - герцогиня сурово свела красивые брови на переносице. – И лицо приведи в порядок, ты выглядишь, как во времена твоих с Магридом военных кампаний.
- Ты не далека от истины, матушка, - устало усмехнулся Касс. – У меня был тяжелый бой из которого я вышел израненным, но живым, - мрачно пошутил он.
Антэль склонила голову на бок, разглядывая хмурое лицо приемного сына. – Ступай, помойся, - смягчила тон она, осторожно проведя ладонью по его щеке. – Мы с Дэррэком подождем.
Касс резко развернувшись на каблуках вышел из зала, направляясь в свою опочивальню. Войдя в комнату, он активировал икту, призывая управляющего и, стаскивая с себя грязную одежду, открыл смежную со спальней дверь, ведущую в купальню. Над широкой дубовой купелью извивались белые клубы пара, оседая мелкой росой на выложенных цветной стеклянной мозаикой стенах. Касс опустился в блаженное тепло воды, положив голову и руки на покрытый белыми простынями бортик.
-Вы звали, Ваша Светлость? – архонт Ястребиного Когтя бесшумно возник на пороге, почтенно склонив голову перед хозяином.
-Звал, - не разлепляя век отозвался Касс. – Распорядитесь выставить у спальни моей супруги конвой и без моего разрешения никого в ее покои не пускать.
Архонт молчаливо кивнул и спокойно спросил: - А что делать с ребенком?
Касс открыл глаза, недоуменно разглядывая замершую в нескольких шагах от него фигуру управляющего.
- Каким ребенком, Фрэм?
-Вы привезли с госпожой ребенка, - пояснил Фрэмвор Гаард – архонт крепости и правая рука владельца Ястребиного Когтя.
-Мальчишка…- наконец дошло до Касса. - Найдите для него комнату в башне на южной стене. И приставь к нему какую-нибудь из служанок в няньки.
Архон улыбнулся одними уголками губ. - Нянек у него уже больше чем нужно.
Касс изогнул бровь подчеркнуто внимательно поглядев на управляющего.
- Где он?
- На кухне, - снова улыбнулся Фрэмвор. – Он больше похож на маленького прожорливого тролля, чем на мальчика.
Касс усмехнулся, вспоминая тоненькую костлявую фигурку пацаненка бесстрашно бросившего ему вызов.
- Пусть отъедается, прикажи Тарге чтобы мальчика хорошо кормили.
- Он хотел видеть вашу супругу, - осторожно заметил управляющий.
-Нет, - жестко отрезал Касс, потом задумчиво глядя на танцующие на воде яркие блики попросил:
- Распорядись, чтобы госпоже принесли горячую воду, чистую одежду и еду.
-Слушаюсь, хозяин, - Фрэмвор почтительно поклонился, собираясь покинуть покои герцога, но Касс внезапно остановил его тихим окликом.
- Фрэм, вызови мастеров, пускай поменяют шпалеры, обивку и текстиль в комнате моей жены, ей не нравится цвет.
- Образцы прислать вам? – поинтересовался управляющий.
- Нет, - дель Орэн закрыл глаза, окунаясь по самый подбородок в горячую купель. – Пусть отделают опочивальню тем, что выберет госпожа.
Архонт незамедлительно удалился, а Кассэль набрав в легкие воздуха, ушел с головой под воду, смывая с себя грязь, раздражение и усталость.
Расслабившись и разомлев Касс не сразу заметил, что камень в перстне на его левой руке ярко сияет, отражаясь алым пятном в колышущейся зыби. Резко поднявшись, герцог обернул вокруг бедер полотенце и, оставляя на мраморных плитах пола лужи от стекающей с тела воды, быстро пересек спальню, открыв неприметную дверь в стене. Надавив рукой на невидимый обычному глазу рычаг, он привел в движение каменную панель, медленно отъехавшую в сторону, а затем, шагнув в темный проход, вскинул руку, выбрасывая синие молнии магии, которые с тихим треском зажгли вмурованные в стены светильники.
Черный, пульсирующий кристалл установленный на цилиндрическом постаменте в центре комнаты при появлении герцога медленно поднялся вверх, и завис в воздухе на уровне головы мага. Четкие грани изогнулись, изнутри стал пробиваться мутный тусклый свет. Касс сделал шаг вперед и, меняя человеческий облик на ипостась нелюдя, положил на холодную, как лед, поверхность камня свои огромные ладони.
Сознание поплыло, пересекая невидимые контуры пространства, перед глазами заколыхались туманные образы, а затем из пустоты возникли огненно красные глаза существа, неотрывно глядящие в ярко-зеленые глаза Касса.
- Ты мне нужен в Азаандаре, - тяжелый низкий голос зазвучал в голове нелюдя неприятной вибрацией. – Тар-Мориды Грэммодра просят аудиенции.
- У них что-то случилось? – пророкотал дель Орэн.
- Похоже на то. Пришли отчеты архонтов с западных рубежей - участились перебежки и стычки наемников с эр-мирами приграничья.
- Я наткнулся на стаю зургаров в сутках пути от Хелликии.
- Как они смогли пробраться так далеко вглубь империи? - в голосе просквозили откровенно раздраженные интонации.
- Проплыли под водой, - спокойно ответил дель Орэн. - Вероятно у них проблемы с кладками.
- Не только у них. Варгард уничтожил отряд норвилов, пробиравшихся в Аххад.
- Я понял. Завтра отправлюсь с рейдами по заставам, - собрался разорвать контакт Касс.
- Сначала ты вернешься в столицу, - настойчиво приказал красноглазый. - Я хотел бы, чтобы ты присутствовал на донкоре с орками.
-Когда встреча? - нелюдь едва заметно вздохнул, но собеседник уже успел уловить подавляемые им эманации легкого недовольства.
-Я отвлек тебя от чего-то важного? – голос внезапно стал тягучим, бархатным, вкрадчивым.
-Нет, - мгновенно перекрыл все ментальные каналы Касс.
-Минутная тишина и, в голосе вновь послышались властные, жесткие нотки. – Через три дня я жду тебя в Азаандаре вместе с тем важным от чего я тебя не отвлек, - глаза налились алым цветом, а затем резко потухли, разрывая связь.
- Как скажешь. Ты сам напросился, Магрид, - пробурчал в пустоту комнаты Касс, вновь превращаясь в человека.

****
Оливия уныло смотрела на вид заднего двора и крепостной стены, открывавшийся из зарешеченного окна ее спальни, понимая, что ее специально поселили в таком месте, чтобы она не могла и приблизительно понять где находится, чтобы сориентироваться на местности для побега. Мерзкий супруг был продуманным и умным, и это раздражало еще больше, чем сам факт его существования.
За стеной раздался звук отпираемого замка, и охотница напряженно застыла, ожидая появления визитера. Раздражение и нервозность возросли с удвоенной силой когда на пороге появились две служанки, а дверь за ними с другой стороны кто-то услужливо закрыл на замок. Похоже, что ее собирались держать взаперти.
- Что нужно? – сложив на груди руки, сурово посмотрела на девушек Оливия.
- Нам приказано помогать вам во всем, - неуклюже присев, дрожащим голосом проблеяла одна из служанок.
Ли недоуменно огляделась по сторонам, не понимая какой ей толк от двух перепуганных созданий, потом довольно улыбнулась и поинтересовалась у девушек:
- Пилку и топор принесли?
-Н-нет, - лица служанок приобрели нездоровый зеленоватый оттенок, и они слаженно попятились обратно к двери.
- Плохо, - недовольно потянула охотница. – Пойдите и принесите.
- За-за-чем? – подала голос одна из девушек.
- Помогать будете, - деловито начала Ли. – Вы же помогать мне пришли?
- Да, - закивали головами, как болванчики девушки.
- Ну вот, - Ли ткнула пальцем в ту служанку, что была покрепче. – Ты будешь со мной решетку подпиливать. А ты, - указала она на другую. – Станешь с топором на стреме. Как только кто войдет - сразу обухом по голове, - сопроводила свои слова красноречивым жестом Оливия.
Девица закатила глаза и грохнулась в обморок. Вторая трусливо вжалась в стену когда Ли в два шага преодолев разделавшее их расстояние, опустилась на корточки перед ее обомлевшей подругой.
- И на кой вы мне, спрашивается, нужны? – хлопая по щекам служанку, рассердилась Оливия. – Помощницы, - презрительно фыркнула она поднимая обморочную с пола, и перенося на свою кровать.
- Нам сказали помочь вам помыться и переодеться.
Ли оглянулась на сроднившуюся со стеной девушку. – Я что на труп похожа?
-Н-нет, - яростно замахала головой она.
- Может на ребенка? – переспросила ее охотница.
-Нет, - отрицательно ответила та.
- Тогда может на старуху или больную? – изломила бровь Ли.
- Н-нет, - едва дыша пискнула служанка.
- Тогда какого пьяного гоблина вы меня мыть и переодевать собрались? У меня руки есть, - Оливия вдруг призадумалась. – А купать вы меня в чем, в этом собирались? – вытянув из-под кровати ночную вазу, и потрясая ей в воздухе спросила она.
- Там, - указала пальцем определенно в угол комнаты девица.
Оливия подошла к гобелену на котором был изображен водопад и такие же отвратительно порхающие бабочки и стрекозы как на покрывале на ее кровати.
- Здесь?- уставившись на гобелен изумилась Ли, потом сообразив дернула на себя край ткани и обнаружила скрытую за ней комнату.
Стоявшая в середине помещения купель с горячей водой мало заинтересовала Оливию, она со всех ног метнулась к двери на противоположной стене. Это был черный ход, Ли точно знала, потому что в Доу Драххар в купальнях были такие же. Через них слуги приносили и уносили воду и одежду, дабы не тревожить хозяев и меньше попадаться им на глаза.
- Она тоже закрыта стражей с другой стороны, - раздалось за спиной отчаянно дергавшей на себя кованную ручку двери Оливии.
-Ястреб недобитый. Урод криволапый. Со всех сторон обложил, - усевшись на скамью у стены зло пропыхтела Ли. – Это что? – охотница стянула со скамейки кружевное безобразие явно предназначавшееся ей.
- Домашний туалет, - робко выступила вперед служанка.
- Туалет…Ну там ему самое место, - скомкала платье Оливия и всунула в руки недоуменной служанки. – Принесите мне нормальную одежду - брюки и рубаху.
- Его Светлость приказали снять с вас мерки и пошить платья, - разглядывая новую хозяйку со смесью любопытства и страха, сообщила девушка.
- Ах, приказали… - сузила глаза охотница, - ну так передай его семимордой светлости, что платье я надену только тогда, когда он наденет его сам.
Девушка вытаращила на нее округлившиеся от ужаса глаза.
- Ладно, не надо, - сжалилась Ли. – Сама передам. Что там еще многомордый приказал?
- Чтобы вы выбрали ткани для своей комнаты. Мастера заменят обивку, - ошалело пробормотала служанка.
- Я выбрала? – чуть не свалилась со скамьи Оливия. – Да ну?- вдруг коварно ухмыльнулась она потирая ладони. - А из чего выбирать?
- Сейчас, - метнулась из купальни служанка и, подбежав к двери ведущей из покоев, стала колотить по ней кулаками.
- Мастера впустите, - она орала так громко, что ее обморочная подруга наконец пришла в себя и осмыслив, что лежит на господской кровати подскочила словно ужаленная.
- Простите, госпожа, - запричитала девушка. - Я не хотела.
- Да лежи уже, если тебе не противно, - отмахнулась от нее Ли. – У меня от одного вида этого покрывала рвотные позывы. Кстати, - вдруг приосанилась она. – А нельзя точно такое моему супругу в спальню? Мы тут недавно едва не подрались с ним, кому оно достанется. Так и быть - пусть забирает, - милостиво вздохнула она, закатив глаза в потолок. – От сердца отрываю. Но чего не сделаешь для любимой Его многомордой Светлости.
Служанка раскрыв рот слушала Оливию часто-часто моргая глазами.
- Тебя как зовут, помощница? – усмехнулась девушке Ли.
- Марси, - отозвалась девица.
- Значит так, Марси, - помогая подняться служанке, включила герцогиню Оливия. – Покрывальце немедленно отнести супругу, я настаиваю. Скажешь от меня подарок. Нет, лучше ничего не говори, - тут же одумалась Ли. – Тайком постелешь в его спальне. Пусть будет сюрприз.
В этот момент двери открыли и в покои впустили худого, долговязого мужчину державшего на вытянутых руках увесистую стопку разноцветных образцов тканей.
-Госпожа, это Линтон, - представила мужчину служанка. – Ему приказано заменить в вашей комнате все, что вы пожелаете.
-Все, все? – сверкая глазами, предвкушающее запустила пальцы в ткань Оливия. – О! – воскликнула она. - Вот это на стены, это для мебели, а из этого получится чудное покрывалко и шторки, - приговаривала Ли вытаскивая из стопки один за другим образцы, и по мере того как она это делала, глаза слуг становились все круглее и круглее.
- Госпожа, может вы тон посветлее выберете, - несмело предложил мастер.
-Что вы, Линтон, - любовно погладила лоскутки Оливия. – Для склепа самое оно. Марси, - обратилась охотница к служанке. – А живность вот эту кто вышивал? – обвела она взглядом бабочек и стрекозок изобилующих на стенах.
- Грасси, - вставила вторая девушка.
-Грасси… – нараспев произнесла Ли. – Золотые руки у вашей Грасси. Ко мне ее! Немедленно.
- Слушаюсь госпожа, - кивнула служанка и, бросившись к двери, снова стала яростно колотить по ней кулаками и громко орать чтобы открыли.
- Эй, как там тебя? – окликнула ее Ли.
- Фэлис, - перестала стучать девушка.
- Ты зачем дверь таранишь, Фэлис? – поинтересовалась охотница. – Хотя если подумать мне она тоже не нравится, - задумчиво покосилась на тяжелую дубовую створку Оливия.
- Так хозяин заслонку магическую поставил, - сообщила девушка. – Все звуки глушит.
- Так, да, - мстительно сощурилась Ли. – И рот мне, значит еще заткнуть решил? Гад многомордый … А резчик по дереву в замке есть, Фэлис?
- Есть, госпожа.
- Тащи сюда, - приказала Оливия и повернувшись к Линтону стала объяснять, что он должен делать с той тканью которую она выбрала, а рьяная служанка стала еще сильнее дубасить в двери требуя чтобы ее выпустили.
- Госпожа, вода остынет, - робко заметила Марси, когда из комнаты выпустили и Фэлис и Линтона, а Ли замерла у окна задумчиво глядя сквозь металлические прутья решетки куда-то вдаль. – Придется заново горячую носить, - жалобно потянула девушка.
- Не надо ничего, Марси, - оторвалась от созерцания улицы Оливия. – Я могу и в холодной помыться, мне не привыкать. Найди мне лучше чистую одежду – и не платье, а брюки и рубаху. Другого не надену, - устало вздохнула она.
- Простите госпожа, но пока не пришли швеи не пошили для вас новую одежду, могу предложить только платья бывшей хозяйки. Она, к сожалению, не носила брюк и рубах, - повинно опустила голову Марси.
- Бывшая хозяйка? – резко обернулась охотница. – У герцога была жена?
- Была, - кивнула девушка.
- И куда она делась?
Лицо служанки передернулось, и глаза мгновенно заполнились слезами. – Убили ее, - еле слышно прошептала она. – И ребеночка убили.
- Кто убил?- ужаснулась Оливия.
- Не знаю, оллинг какой-то, - пожала плечами Марси и горько всхлипнула. – Хозяин тогда собрал войско и помчался куда-то, а вернулся… Страшный, весь в крови, на зверя лютого похожий. Мы неделями в подвалах прятались, пока он с монстрами своими все здесь крушил да резал. Долго свирепствовал. Через год поутих, правда, да все одно, как подменили – был человек, стал нелюдь. Ой, простите, госпожа. Дура я, глупости говорю, - испуганно захлопала глазами служанка глядя на Оливию.
Ли нахмурившись, присела на кровать, постигая смысл сказанного.
-Когда это случилось? – не отрывая от Марси напряженного взгляда, сглотнув, спросила она.
- Почитай три года как прошло, - утерла слезы служанка.
- Ступай, Марси, - оторопело пробормотала Оливия.
- А как же…, - начала было девушка.
– Ступай, я устала, хочу отдохнуть, - прерывисто выдохнула Ли.
Служанка последовала к выходу непрестанно оглядываясь на потерянно глядящую в пол хозяйку. Она не шелохнулась, пока Марси громко стучала, требуя выпустить ее, и даже когда лязгнули запоры и открылись двери, госпожа так и осталась сидеть неподвижно, пустым стеклянным взглядом таращась в одну точку.

Ли казалось, что она задыхается, что кто-то просто взял и перекрыл весь воздух заполняющий ее легкие. Мысли и образы проносились в ее голове, наполняя душу смятением и болью.
- Это неправда, - обреченно прошептала она в пустоту комнаты. – Это неправда, Роан. Этого не может быть…
Поднявшись, она проследовала в купальню и, добравшись до купели, резко опустила в нее голову, желая прийти в себя. Вода еще была достаточно горячей и вместо желаемого эффекта Оливия получила обратный. В виски ударила кровь, с мокрых волос за шиворот потекли теплые струйки, тело стала сотрясать мелкая дрожь и внутри девушки словно прорвалась невидимая плотина: слезы градом катились по щекам, оставляя горько-соленый привкус на губах. Ли яростно сорвала с себя одежду, а потом, опустившись в теплую купель, обняла себя руками, и тщетно пыталась согреться от бившего ее по мышцам и позвонкам ледяного озноба.
- Она тоже просила…Она тоже просила…, - раскачиваясь взад вперед, как безумная, повторяла она, глотая льющиеся слезы. – Нет, Роан. Нет…Это неправда.
Девушка зачерпывала ладонями воду, умывая лицо, но слезы все лились и лились, словно отыгрывались на ней за все те годы, что она сдерживала их в себе, убивая в зародыше. Она не плакала с того самого дня. Слезы ушли в небытие вместе с той Оливией Торвуд, которая умерла в Райверенвелле три года назад. Все это время она мечтала отомстить зеленоглазой твари, полагая, что он беспричинно разрушил ее жизнь и отнял все, что у нее было, но оказалось, весь тот ужас который она пережила, тоже был актом возмездия с его стороны. Это была месть – жестокая, безжалостная и беспощадная.
Истерика закончилась так же резко, как и началась. На смену ей пришла вымораживающая пустота и холодное безразличие. Ли безжизненно смотрела на колышущуюся зеркальную поверхность, не замечая того, что вода давно остыла, а кожа на руках сморщилась и посинела.
- Госпожа, вам плохо? – возникшая на пороге комнаты Марси, заставила Оливию вздрогнуть и поднять глаза на испуганно разглядывавшую ее служанку.
- Нет, - взяла себя в руки охотница. – Подай, пожалуйста, полотно.
Девушка подхватила оставленный у стены кусок ткани и ринулась к поднимающейся из воды Оливии на помощь.
- У вас живот как у мужчины и руки … - Марси заворожено скользнула взглядом по рельефному прессу хозяйки и четко очерченным мышцам предплечий. – Вы правда мастрим?
- Правда, - вздохнула Оливия, укутываясь в приятную мягкость полотна.
- А я вам рубаху нашла. И штаны, - радостно сообщила Марси. – Грасси на одного щуплого, вроде вас, оруженосца шила, да отдать не успела. Новое все, не беспокойтесь.
- Спасибо, - только и смогла произнести Ли, принимая из рук девушки чистую одежду.
- Там Фэл привела Грасси. Вы просили, - Марси с любопытством и восторгом смотрела как хозяйка надев поверх одежды широкий кожаный корсет, ловко шнурует его, даже не глядя на крючки и петельки.
- А это для чего? – девушка робко коснулась пальцем узких хлястиков на боку.
- Для залтаков, - Оливия удрученно скользнула ладонью по корсету. Без ножей и лука она чувствовала себя слабой. Джедд научил ее отсутствие мощи удара компенсировать ловкостью и умением концентрировать его в одной точке, но сражаться голыми руками против противника превосходящего тебя в два раза в росте и силе, все равно было заведомо проигрышным вариантом.
- Вы и ножи бросать умеете? – Марси никогда не видела женщин охотниц, и теперь ее просто распирало от любопытства. К тому же весь замок знал, что ее приставили в служанки к новой госпоже и ждали от девушки свежих подробностей.
- Если принесешь нож, покажу, - ухмыльнулась Ли.
Марси тут же опустила голову, теребя край передника. – Нам с Фэл запретили приносить вам ножи и что-либо острое.
- Понятно, - буркнула Оливия, покидая купальню.
Рыжая, как осенний лист Грасси, с простоватым, расцвеченным веснушками лицом понравилась Оливии сразу. И дело было даже не в том, что когда-то давно, у нее в обители была подруга похожая на эту девушку. Просто от солнечной швеи исходило что-то доброе и теплое чего объяснить себе Ли не могла, и только когда Марси и Фэлис ушли выливать воду, охотница поняла почему у нее возникло такое чувство.
Грасси воровато озираясь по сторонам, вытянула из кармана передника сверток, и быстро сунув его Оливии в руки, прошептала:
-Лэйн передал.
- Лэйн? – Ли схватила девушку за руки, тревожно вглядываясь в ее лицо. – Что с ним?
- С ним все хорошо, госпожа, - Грасси удивленно смотрела в небесно-голубые глаза новой хозяйки, которая вблизи больше была похожа на хрупкую девочку, чем на ту грозную воительницу, шокировавшую всех обитателей Ястребиного Когтя, напугавшую едва ли не до смерти Дору и поднявшая руку не на кого-нибудь, а на самого герцога-нелюдя.
- Где его держат? Он не голодный? Его не обижают? Он не плакал? - Оливия осыпала девушку градом вопросов, а та лишь растерянно моргала не смея вставить слово.
- Что вы, госпожа, его никто не обижает, да и сыт он, и чистенький, как новый таллар, и не держат его нигде. Сидит на кухне у Тарги и ест все, что на глаза попадается. И куда оно в него только влезает?
Ли заулыбалась, вспомнив, как увидела мальчика впервые, а Грасси вдруг подумала, что улыбка делает странную госпожу настолько хорошенькой, что ее даже короткие неровно обрезанные волосы не портят.
-Приведи его ко мне, - резко подалась вперед Ли.
- Мальчика запретили к вам пускать, госпожа, - виновато потупилась Грасси.
Улыбка схлынула с лица Оливии и она с горечью произнесла: - Я здесь не госпожа. Я – пленница.
Грасси почему-то вдруг стало жалко молодую герцогиню, у слуг и вправду было больше свободы, чем у нее, а уж выйти замуж за хозяина, девушка вообще считала едва ли не самоубийством. А судя по тому, что новую госпожу держали взаперти, вероятно не очень-то и хотела она замуж за нелюдя. Так и неудивительно, предложи ей – Грасси, мешок золотых и то не пошла бы за него. Она видела в кого превращается герцог, и это было так жутко, что даже спать после этого без света было страшно.
- Вы не волнуйтесь за брата, - попыталась успокоить она охотницу. – Мы с Сальмой сегодня с ним в лес пойдем и на лодке его по озеру покатаем. Он у вас такой умный мальчик и так много всего знает: и про мыло, и про травы, и про лекарства. Тарге обещал мазь от ожогов сделать.
Оливия подняла понуро опущенную голову, недоуменно слушая то, о чем ей толкует служанка. Брат? Какое мыло? Какое лекарство? Потом, спохватившись, осторожно развернула сверток, который ей передал Лэйн, и едва не расхохоталась на всю комнату. Как удалось маленькому хитрецу добыть для нее боевые ножи, она спрашивать не стала, просто быстро спрятала их за корсет и порывисто обняла ничего не понимающую Грасси.
-Спасибо. Передай брату, что я его очень люблю, - Ли подумала, что мальчику должны понравиться ее слова.
- Мне сказали, вам приглянулась моя вышивка, - скромно зарделась Грасси. – Вы хотите, чтобы я вышила еще что-то? Я и платье могу расшить.
- Нет, - воспрянула Ли, подвигаясь к девушке ближе. – Платья мне ни к чему. Мне нужна вышивка на шпалерах, обивке и покрывале. Только необычная. Сможешь?
Грасси пожала плечами, не очень понимая что от нее хотела хозяйка. Вышить девушка могла что угодно, в этом деле равной ей не было, чем она всегда очень гордилась, но когда госпожа наклонившись стала шептать ей на ухо, что именно она хочет, Грасси даже растерялась.
- Сюрприз супругу хочу сделать, он такое любит, - вдруг подмигнула ей молодая герцогиня и приложила к губам палец.
Причуды господ Грасси обсуждать не привыкла, если нелюдю такое нравится, то отчего же не вышить, хотя чего с него взять нелюдь - он и есть нелюдь, может оттого и рвет вечно пошитые ею шторы, что на них нет того, что просит хозяйка. Грасси призадумалась и решила, что в каминной зале пожалуй вышьет что-то подобное, пусть герцогу будет приятно.

****

Лэйн наминая пирожок с молоком, нетерпеливо ерзал на высоком табурете, ожидая возвращения Грасси.
- Кушай, мой хороший, кушай, - любовно погладила его по голове старшая повариха Тарга. – Я тебе вечером мусс с земляникой сделаю.
Что такое мусс Лэйн не знал, но то, что он его обязательно съест, в этом мальчик даже не сомневался. На всякий случай - про запас, ел он все, что ему подсовывали, отчего живот у него стал большим и натянутым, как барабан. Теперь, когда он становился в полный рост, казалось, что он проглотил голову поросенка целиком. Вообще-то, место куда их с Ли привезли ему понравилось. Тетки тут все были заботливые и добродушные, и вместо того что бы тягать его за уши, как злющие торговки на площади, все время подсовывали какую-нибудь вкусность. А еще он себя здесь чувствовал ужасно важным и полезным, ну почти как достопочтенный аптекарь Орвес, потому что служанки вились вокруг него, как мухи расспрашивая всевозможные рецепты мазей и снадобий, и Лэйн не уставал благодарить Всевидящего за то, что мастер Дулкан частенько позволяя ему толочь в ступке травы и смешивать эликсиры, подробно рассказывал для чего они предназначаются. За несколько часов молва о мальчике знающем, как лечить подагру, избавляться от веснушек, прыщей, облегчить зубную боль и даже что надо втирать в голову, чтобы волосы не выпадали, облетела весь Ястребиный Коготь. Служанки потянулись к Лэйну длиной вереницей, а когда он случайно сболтнул Рамсу, что знает, как укрепить мужскую силу, следом за служанками примчались стражники, и что больше всего нравилось мальчику – приходили они не с пустыми руками. Теперь, в углу за печкой у Лэйна был целый склад нужных и полезных вещей. Единственное, что огорчало мальчика – он не знал, как все это передать Оливии. Но кое что у него все же получилось, и теперь, он с замиранием сердца, ждал когда вернется Грасси и расскажет, как прошла встреча с охотницей. То, что его к ней не пускали еще больше убедило мальчика в том, что оллинг злой, противный и многомордый. Он не знал почему Ли так его называла, но точно помнил, как его покойная матушка говаривала про местного банкира, что он двуличная свинья. Вероятно, Оливия имела в виду тоже самое, только поскольку оллинг по положению был выше банкира, то и свиных морд ему соответственно полагалось в два раза больше.
Грасси вернулась когда терпение у мальчика почти закончилось и он, переваливаясь, как утка, заложив за спину свои тощие ладошки, нервно стал ходить взад-вперед по кухне, под сердобольные причитания Тарги, какой он маленький, да худенький, пытающейся всунуть ему очередной пирожок.
- Ну, отдала? – бросился к служанке Лэйн, едва не сбив ее с ног.
- Отдала, - радостно кивнула девушка, демонстрируя пустой карман своего передника.
- Что она сказала? – сверкнул глазами мальчишка.
- Сказала любит тебя, - улыбнулась Грасси. – Очень.
Лэйн замер уставившись на конопатую служанку широко раскрытыми глазами. За всю его жизнь только мама говорила, что любит его, и что для нее он самый лучший мальчик на свете. После ее смерти Лэйн думал, что уже никто и никогда не скажет ему таких простых и нужных слов. И вот теперь, ему очень хотелось заплакать, а еще, очень хотелось обнять только с виду суровую и неприступную мастрим. Мальчик с силой сцепил губы, сдерживая слезы и дал себе обещание, что обязательно вытащит Оливию из ловушки в которую они попали, потому что теперь, он кажется даже знал как это сделать.
- А ты можешь мне показать окно комнаты где ее держат? – шепнул на ухо Грасси Лэйн.
Грасси искоса глянула на следившую за ними Таргу и согласно закрыла глаза подавая мальчику знак.
- Ну ладно, - громко чтобы Тарга слышала начал Лэйн. – Бери со своей Сальмой корзины, пойдем в лес травы на мыло для Доры собирать, и корней белоцвета накопаем, сделаю настойку от твоих веснушек.
- А мне от ожогов, - тут же подскочила к ребенку кухарка.
-Я помню про всех, - важно задрал нос Лэйн. - Вы мне лучше лукошко ловкое найдите.
Тарга метнулась в чулан и выволокла оттуда небольшой заплечный плетеный кузовок.
- И рукам не тяжело, и влезет много, - заботливо пристраивая у мальчишки на спине корзину, промурлыкала Тарга. – Ты мне то, что обещал для мужа не забудь, - шепнула она ему на ухо.
- Не забуду, - покидая кухню улыбнулся женщине Лэйн. Оказывается, супруг Тарги жутко храпел по ночам не давая ей выспаться как следует, а мальчик точно помнил, что местному доджу мастер Дулкан от храпа выписывал сок мелко истолченных стеблей черного хвоща смешанный с медом и маслом облепихи.
Грасси вывела Лэйна черным ходом и спустившись по лестнице в подвал повела его куда-то длинным узким коридором подсвеченным висевшими на стенах ларэнтами.
- Где это мы? - оглядываясь по сторонам поинтересовался мальчик.
- Служебный ход, – пояснила Грасси. – Не разрешается слугам по господскому двору и дворцу ходить.
- Так отсюда и в дом где Ли держат попасть можно? – Лэйн остановился разглядывая множество темных арок в каменных стенах подземелья.
Грасси утвердительно кивнула. – По этим проходам в хозяйские комнаты приносят все необходимое.
- А где проход в комнату Оливии?
- Там в конце коридора винтовая лестница в ее покои, - указала направление Грасси. – Только там стража стоит, - заметив, как загорелись глаза у Лэйна, предупредила его служанка. – Сюда, - нырнула она в темный проем утягивая мальчика за собой.
Лэйн зажмурился от яркого солнечного света, едва Грасси приоткрыв дверь ведущую во двор подтолкнула его вперед.
-Гляди, - шепнула она указывая пальцем вверх. – Видишь окно на башне в решетках? Это комната твоей сестры.
Лэйн прикинул высоту и радостно вздохнул решив, что камушек до ее окна он все же сумеет добросить. Осталось только запомнить дорогу, а на этот случай у него в кармане был припасен мелок, который ему любезно подарил один из стражников. Поэтому когда Грасси повела его обратной дорогой Лэйн вытянув руку, незаметно оставлял на стенах полоски и черточки. Дойдя до очередного пролета, служанка начала спускаться по ступеням вниз и мальчик с удивлением обнаружил, что воздух вдруг стал влажным и холодным, словно они очутились на дне глубокого колодца. За поворотом послышалось гулкое эхо голосов, плеск воды и Лэйн испуганно замер, занеся над ступенькой ногу.
- Не бойся, - улыбнулась Грасси, взяв в свою руку его похолодевшую ладошку. – Это выход из крепости.
- А как же ворота? – удивился Лэйн.
- Будут тебе ради слуг по сто раз на дню механизм поднимать и опускать, – насмешливо поведала Грасси. – Ворота для господ и телег с провиантом. А мы каждый день через озеро плаваем ежели что в деревне или в лесу надобно.
Плавать Лэйн не умел, оттого испугался еще больше, но в лес ему нужно было позарез, поэтому пересилив страх, малыш глубоко вздохнул и, доверившись Грасси, пошагал следом.
В конце ступенек обнаружился высокий сводчатый зал, большую часть которого занимал огромный квадратный водоем с десятком лодок покачивающихся на его темной поверхности. Весь периметр был огражден высоким каменным бортиком, на котором сидела парочка стражников весело болтавших о чем-то с кокетливо елозившей по полу носком башмака Сальмой.
При виде Грасси и Лэйна стража поднялась с мест и, подхватив весело попискивающих девушек, осторожно поставила их в одну из лодок.
- Ну что, малец, сам запрыгнешь или помочь? – поинтересовался усатый мужчина у Лэйна.
- Сам, - важно напыжился мальчишка делая шаг навстречу протянутым к нему рукам Грасси.
Воины оттолкнули лодку от выступа и она проплыв пару метров оказалась в сером полутемном гроте выдолбленном в стене. Откуда-то сверху раздался наростающий гул, а затем выход из грота перекрыла опустившаяся каменная перегородка.
- Не бойся. Прижала к себе Лэйна Грасси. – Это шлюз. Сейчас вода опустится и мы выплывем прямо в озеро.
Нельзя сказать, что Лэйн боялся, скорее нервничал, потому что было темно и совершенно непонятно что происходит. Каково же было его удивление, когда в глаза вдруг ударил яркий свет и лодка, словно кряква, поднырнув под полукруглым сводом, оказалась посреди озера с чистой голубой водой, в которой, как в зеркале, отражались проплывающие по небу облака.
Сальма и Грасси налегая на весла, быстро двинулись к берегу, напевая веселую песенку, а Лэйн зачарованно пялился на замок непреступно возвышавшийся над глубоким озером, окруженным со всех сторон густым лесом.
Издали он действительно был похож на гигантские когти птицы, причудливо торчащие из воды. И это осложняло мальчику выполнение задачи которую он перед собой поставил, но он и не думал унывать, он был уверен - Ли что-нибудь придумает и обязательно найдет способ, как покинуть Ястребиный Коготь, а он сделает все возможное чтобы им никто не помешал это сделать.
Еще даже не углубившись в лесную чащу Лэйн обнаружил то, что искал. Разлапистые кусты дремника усыпанные ярко желтыми ягодами, росли прямо вдоль тропинки по которой они с девушками шли. Дав Грасси задание рвать папоротник и показав Сальме какие следует копать корни и собирать травы, мальчишка незаметно подобрался к кустам. Он точно помнил, что от бессонницы мастер Дулкан делал эликсир из сока ягод дремника и семян белладонны и всегда говорил, что следует добавлять в стакан не более трех капель иначе можно проспать целые сутки. Мальчик чесал макушку и мучительно прикидывал сколько же ему потребуется ягод и семян чтобы усыпить всех обитателей замка, когда огромная ладонь закрыла ему рот, не давая пискнуть, а затем бесшумно затащила в кусты.
- Тссс, - Джедд приставил палец к губам и убрал ладонь с лица Лэйна.
- Джедд, - радостно всхлипнул мальчик и бросился на шею рыжеволосому мастриму.- Ты нас нашел.
- Ну, ну, будет, - улыбнулся Джедд, поцеловав пацаненка в макушку. – Конечно нашел. Я за вами от самой Хелликии по следу двигался. Что с Оливией, знаешь?
- Ее многомордый в замке запер, и не пускает меня к ней, - сердито прошептал мальчик. – Но я знаю где она, и придумал как ее освободить.
- Ишь ты, - усмехнулся Джедд, пригладив торчащие во все стороны вихры мальчика. – Придумал он. Я тут со всех сторон замок осмотрел. Неприступный он. Ястреб знает толк в обороне.
- Это отсюда неприступный,- хитро подмигнул Лэйн. – А ежели изнутри всех обезвредить, то очень даже приступный.
- Ты что удумал? - прижал к себе ребенка Джедд. – Стратег.
-Если усыпить всех в замке, то мы с Ли запросто сможем сбежать. Только лодка нужна, я плавать не умею.
- И как ты весь замок собрался усыпить? - поразился Джедд. – Я только на стенах человек тридцать воинов насчитал.
-Очень просто, - зашептал Лэйн. – Тарга – кухарка, готовит еду для всех слуг и охранников в одном котле. Я туда сонной настойки за ужином вылью, вот они все и уснут. А оллингу, покусай его тролль, в вино добавлю, когда его по кувшинам разливать будут.
- И в кого ты такой смышленый, - восхитился Джедд. – На, попробуй передать Ли, - охотник вытащил из рукава сай и протянул его Лэйну.
- Не надо, - ухмыльнулся мальчик. - У нее уже два ножа есть. Эльфийские. Боевые. Грасси сегодня ей отдала, - Лэйн выглянул из-за куста и указал на веснушчатую служанку рвущую папоротник на полянке.
-Настоящий мастрим из тебя получится, - Джедд крепко обнял мальчика и прошептал: - Только давай договоримся. С оллингом шутки плохи, сынок. Ты лучше дождись, когда он из замка отлучится, тогда и выливай свою настойку. Знак мне подашь, - мастрим достал из кармана зачарованную свечу и спрятал ее в кузовок Лэйна. - Я здесь каждый вечер буду следить за замком. Лодку найду, не волнуйся, и лошадей я уже купил.
- Я завтра опять в лес с кем-нибудь пойду. Встретимся здесь же, - заявил мальчик.
- Хорошо, буду ждать, беги, чтобы служанки ничего не заподозрили, - Джедд обнял мальчишку и мягко вытолкнул из-за кустов.
Лэйн тут же пошагал к копошащимся в траве девушкам и еле сдерживал рвущуюся на свет улыбку. На душе мальчика было так хорошо и легко, что хотелось петь. Джедд назвал его сынком и уверил, что из него выедет настоящий мастрим, а Оливия сказала, что любит его. В один миг Всевидящий вдруг решил одарить его заботливыми друзьями и любящей семьей - о чем еще мог мечтать маленький и бездомный сирота. И в этот момент Лэйн подумал, что готов совершить для двух ставших ему такими близкими людей что-то совершенно невозможное: пожертвовать любыми благами и даже всю оставшуюся жизнь не есть сладостей, лишь бы иметь возможность везде и всегда быть с ними рядом.

****

Касс спустился в столовую к матери и брату чистым, гладко выбритым и одетым в элегантные светло-серые брюки, жилет и черный сюртук в тон платью Антэль дель Орэн. Вдовствующая герцогиня, всю жизнь проведшая при дворе, всегда категорично требовала соблюдения этикета в ее присутствии, и не любила когда кто-то нарушал устоявшиеся годами родовые традиции.
Заняв полагающееся ему по праву место в торце стола, герцог подал знак лакеям, и вереница одетых в синие ливреи слуг потянулась к хозяевам замка, удерживая на вытянутых руках блюда накрытые сверкающими серебром крышками.
-Касс? – недовольно выгнула бровь Антэль.
- Оливия устала и хочет отдохнуть после утомительной дороги, - игнорируя возмущенный взгляд матери, Касс снял крахмальную салфетку с тарелки и изящно встряхнув, разложил на коленях.
- Это крайне неприлично, не выйти к столу и не познакомиться с будущими родственниками, - фыркнула герцогиня, снимая с протянутого перед ней разноса ломоть запеченной оленины под шафрановым соусом.
- Мама, поверь, более неприлично было бы, если бы она вышла, - приступая к еде, спокойно обронил Касс.
- Я не понимаю, - отпив глоток вина уже более мирно начала Антэль. – Как ты мог связаться с этим убожеством?
- Я бы попросил, - ледяным тоном оборвал ее Касс. – Оливия Торвуд дель Орэн, герцогиня Оттон, теперь моя жена. Я требую к ней должного уважения хотя бы в моем присутствии.
- Прости, - шейна Антель нервно сжала вилку. – То есть это правда - ты все таки женился на ней?
- Что тебя так удивляет? – холодно поинтересовался Кассэль. – Ты знала, что я ищу жену. Я наконец ее нашел. Не слышу поздравлений и не вижу радости на твоем лице.
- Ты полагаешь тебя есть с чем поздравлять? – в голосе герцогини послышались нотки раздражения и нетерпимости.
- Полагаю да, - безмятежно заметил Касс. – Я нашел свою винн эль корро.
- Я вообще не понимаю сути этого дикого обряда, - возмутилась герцогиня.
- Тебе и не положено понимать, - осадил ее Касс. – Эта тайна касается только мужчин хранителей рода.
-Зачем он нужен? – не унималась Антэль. – Твой отец взял меня в жены без него, и мы счастливо и прекрасно прожили с ним много лет.
- Антэль, - устало вздохнул Касс. – Не спорю, вы с отцом были прекрасной парой, и тебе очень повезло, что на тот момент у него уже был я. Бесконечно благодарен тебе за то, что ты заменила мне мать, но давай оставим эту тему, поскольку внятного и исчерпывающего ответа на свои вопросы от меня ты все равно не дождешься.
- Эти вечные тайны, - обиженно поджала губы герцогиня. – Чувствую себя чужой в собственной семье. И когда ты собираешься мне представить свою супругу?
- Когда ее манеры начнут соответствовать твоим высоким требованиям, - Касс подал знак стоявшему у стены лакею с серебряным кувшином, подзывая его к себе. – К тому же мы завтра утром отбываем в столицу.
- Ты шутишь? – округлила глаза Антэль.
- Это желание Магрида, - покривился Кассэль.
- Она хоть знатного рода? - герцогиня задумчиво нахмурилась. – Торвуд. Торвуд… - лицо женщины внезапно стало белым, как мел, и она судорожно схватилась за горло. – Граф Эверос Торвуд хозяин Доу Драххар… После его смерти замок и земли перешли во владение его племяннику Роану Райверену, поклявшемуся взять в жены дочь Торвуда когда она вырастет. Этого не может быть…
- Ты женился на невесте убийцы Эории? – Дэррэк налил себе вина и залпом осушил кубок. – Это правда она?
- Правда, - бесстрастно произнес Касс, забирая у слуги кувшин. В кубок вместо вина полилась зловонная белая жидкость, и рука герцога мгновенно зависла в воздухе. – Что это? – повернувшись к лакею, хищно поинтересовался он.
- Молоко с чесноком, - робко попятился мужчина и дрожащим голосом добавил: - Супруга ваша приказала.
Глаз дель Орэна нервно дернулся, яростно скомканная салфетка отлетела в сторону. Под прицелом потрясенных взглядов матери и брата, медленно поднявшись из-за стола, Касс молча покинул трапезную. Стиснув зубы, и стараясь сохранять видимость благопристойности на лице, он поднялся по лестнице и проследовал в свои покои. Закрыв за собой дверь, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул воздух, пытаясь унять рвущийся наружу гнев, но получалось из рук вон плохо.
Послышался шорох, и на пороге его опочивальни внезапно возникла служанка. Испуганно вздрогнув она было сделала шаг назад, а затем замерла, почтительно склонив голову и трепеща, как осиновый лист.
- Что ты здесь делаешь, Марси? - раздраженно бросил Касс. – Где Сальма?
- Сальма ушла, с Грасси в лес, а я… А там… - служанка не смея поднять на хозяина глаз неловко указала трясущейся рукой куда-то за свою спину.
Резко убрав ее с дороги Касс ринулся в спальню и замер на пороге изумленно разглядывая розовое безобразие в рюшиках и бабочках, застилавшее его кровать. В комнате отделанной в строгих темно-синих и серых тонах оно смотрелось вызывающе нелепо.
-Это что такое? – угрожающе тихо поинтересовался герцог.
- Подарок, - полушепотом вымолвила девушка. – Супруга ваша сюрприз вам хотела… - служанка резко заткнулась, заметив, как глаза хозяина медленно начинают превращаться в два сияющих зеленых омута.
- Кто позволил слушаться ее идиотских приказов?- зло рявкнул дель Орэн, сдернув покрывало и взбешенно забросив его в камин.
- Вы, - сдавлено пискнула Марси.
Касс вздернув бровь, взглянул на нее как на полоумную и мрачно переспросил:
- Я?
-Вы сказали служить госпоже и исполнять все ее желания.
- Пошла вон, - процедил сквозь зубы дель Орэн, и как только служанка стремглав вылетела из его покоев, яростно метнул в камин синюю молнию магии. Покрывало ярко вспыхнуло, жаркие языки пламени плотоядно лизнули почерневшие от сажи камни и стремительно расползающийся огонь, пожирая ткань, словно издеваясь, стал весело потрескивать в глубине очага.
Касс гневно сдернул с себя сюртук, с силой швырнув его об пол, потом схватил стоявший на прикроватной тумбочке кувшин и, запрокинув голову, резко отхлебнул воды.
Острый удушающе-неприятный запах ударил в нос, и у Касса возникло ощущение, что ему в рот только что нагадили коты.
- Гребаный Раннагар, – взревел Кассэль, выплевывая отпитую дрянь. – Мать твою, - отряхивая облитую и воняющую одежду ругался он.
Кувшин с молоком пролетев через всю комнату присоединился к догоравшему в камине покрывалу. Резкий специфический аромат попавшего на горящие угли чеснока с молоком мгновенно заполнил всю комнату.
- Прибью мерзавку, - многообещающе прорычал Касс выбегая из собственных покоев.
Когда он ворвался в Комнату Оливии, она сидела за столом и угрюмо жевала кусок курятины, подперев одной рукой голову. Повернувшись в сторону герцога, она одарила его взглядом полным презрения, а затем, кисло поморщившись, стала усердно принюхиваться.
- У вас отвратительный парфюм, герцог, - наконец заключила она. – Вы не могли бы выйти? Вы мне портите аппетит.
- Я тебе сейчас выйду, - дернулся в ее сторону Касс.
Ли проворно вскочила, одним махом оттолкнув от себя ногой стул. Стул проехав по полу ударился о герцога и он, схватив его рукой с размаху бросил о стену, превратив в груду обломков.
Стоявшая в стороне Фэлис громко взвизгнув, закрыла руками голову, с ужасом взирая на взбешенно замерших друг напротив друга герцога и герцогиню.

Конец ознакомительного фрагмента

сайт автора:  http://snezhnaya-aleksandra.ru


Рецензии