Эхо второй катастрофы

В послевоенный период после зверского убийства выдающегося актера и режиссера Соломона Михоэлса и ареста в 1948 году руководства Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) во всех республиках Советского Союза начались аресты и ликвидация ведущих представителей  еврейской интеллигенции.
 
 Репрессии против евреев  в 1948-1953 годах начинались под надуманными предлогами и обвинениями в  космополитизме, клевете на русский народ, но по мере нарастания волны преследований начали выдвигаться обвинения в измене Родине, шпионаже, антисоветской националистической деятельности. По этим обвинениям выносились  суровые приговоры. Борьба с "безродными космополитами", ликвидация ЕАК, "дело врачей" - все это были только отдельные последовательные шаги, направленные на ужесточение режима, как в связи с тяжелейшим экономическим положением в стране, так и с новыми представлениями об уровне  жизни в СССР, после того как миллионы солдат советской армии побывали в ходе освобождения в странах Европы и убедились, что уровень жизни там был значительно выше, чем широко пропагандируемая "счастливая" жизнь в социалистическом  довоенном Советском Союзе. Разрушенное хозяйство на освобожденных от фашистов территориях, страшный неурожай и голод в Украине, Молдавии, Поволжье в 1946-1947 годах, начало холодной войны с Западом и прекращение какой-либо помощи оттуда в связи с этим, только усугубляли эту картину. Опасаясь брожения в массах, зачинщиками которых могла стать интеллигенция, нужен был образ внутреннего  "врага", чтобы отвлечь общественное мнение от насущных проблем, и он был представлен в лице евреев, как это  постоянно культивировалось еще   в дореволюционной России. Много пишут и есть документальные свидетельства о  неприязни Сталина к евреям, но представляется, что состояние экономики сыграло решающую роль  в преследовании евреев.
Помимо ареста и гибели руководителей Еврейского  антифашистского комитета  страшный удар обрушился  на многих представителей еврейской интеллигенции - от служащих  до партийных работников, ученых, деятелей культуры, общественных деятелей, писателей, поэтов, журналистов, артистов, инженеров. Помимо 15 руководителей ЕАК  в 1948-1953 гг. были арестованы согласно документам еще 110 человек, имеющих хоть какое-то отношение к ЕАК, и  обвиненных в шпионаже и антисоветской националистической деятельности. Из них были приговорены:   к расстрелу 10 человек, 20 человек к 25 годам исправительно-трудовых лагерей, остальные к срокам от 20 до 10 лет, 5 человек умерли в ходе следствия. После смерти Сталина  все 110 человек были реабилитированы. В некоторых источниках  называется иное предположительное число арестованных в то время  представителей еврейского народа - до 450 человек.  В первую очередь это связано с тем, что ряд людей просто исчезли стараниями карательных органов и неизвестны ни даты предполагаемого ареста, ни даты гибели. Казалось бы, что сами цифры числа  арестованных не столь значительны, особенно в свете той страшной Катастрофы, которая постигла наш народ в годы войны. Но необходимо отметить, что удар наносился по ведущим деятелям культуры, науки, общественной и политической жизни, эти люди были слишком заметны и их аресты имели широкий резонанс среди населения. К тому же аресты дополнялись массовыми кадровыми увольнениями евреев со сколь-либо значительных постов в государственном аппарате, запугиванием и угрозами, соответствующей антисемитской пропагандистской деятельностью, что не могло не сказаться на всех сторонах жизни еврейского населения страны.  По замыслу властей речь, скорей всего, шла о том, чтобы обезглавить целый народ и лишить его каких-либо надежд на будущее.
 Хотя преследования и гонения против евреев имели место и до Второй мировой войны и в годы войны, имеется  принципиальное отличие в преследовании евреев в довоенный период и послевоенные годы. До войны и во время войны эти преследования совпадали по времени и характеру с общей тенденцией уничтожения всех неугодных сталинскому режиму представителей народов СССР, в первую очередь интеллигенции. Однако, в период 1948-1953 годов политические репрессии практически  целиком были направлены против евреев  и имели явно выраженный характер государственного антисемитизма. Общим, пожалуй, для всех периодов было только то, что во все времена  сталинского террора  подвергались репрессиям и уничтожению лучшие представители народа. Во время довоенных процессов, начатых после убийства Кирова, выдвигаемые обвинения формулировались как принадлежность к "антисоветской правотроцкистской организации", "заговор против Советской власти", "троцкистский уклон", враждебная деятельность.
 В сентябре  1937 года арестованы еврейские поэты  Мойше Кульбак и Изи Харик и уже в конце октября того же года расстреляны. В том же году арестован редактор газеты "Эмес" (Правда) Литваков Мойше, умерший в 1939 году  в тюрьме. В начале 1941-го года в Минске арестован поэт Зелик Аксельрод  и в том же году, уже после начала войны, расстрелян. Тогда же арестован и расстрелян после пыток  дважды герой Советского Союза Яков Смушкевич за "участие в военной заговорщической организации, проводившей  вражескую работу". Этот трагический список можно было бы дополнить многими известными, и не только евреям, именами.  В апреле 1940 года общее количество еврейских заключенных ГУЛАГа НКВД согласно документам  составляло  20820 человек.
Страшные и невосполнимые потери еврейского геноцида времен войны не означали изменений в политике  преследований со стороны карательных органов Советской власти. Здесь и замалчивание Катастрофы, отсутствие каких либо мер по спасению евреев на оккупированных фашистами территориях, продолжающиеся аресты, отстранение евреев от важных постов. Просто, на фоне того, что творили фашисты, эти гонения были не столь ощутимы и заметны. Попутно в это время имели место преследования и других, особенно малых по численности населения народов. Так,  ближе к концу войны гонениям были подвергнуты ряд малых народов СССР. В 1943 - 1944 годах были проведены массовые депортации калмыков, ингушей, чеченцев, карачаевцев, балкарцев, крымских татар, ногайцев, турок-месхетинцев, понтийских греков - в основном, по обвинению в сотрудничестве с фашистами. 
Затем, уже после войны, последовали гонения на евреев. Несмотря на то, что все преследования велись в первую очередь вокруг ЕАК, аресты людей проводились по всей огромной территории СССР. На 1 января 1951 года в лагерях и колониях количество еврейских  заключённых составляло 25425 человек. Признательные показания после арестов  вырывались теми же методами, что и до войны, ценой страшных пыток, шантажа, угроз. Все это заканчивалось либо расстрелами, либо инфарктами со смертельным исходом, либо ссылками на многие годы в лагеря, где люди гибли от голода, болезней и холода.  Имело место объединение судебных дел по территориальному или профессиональному признаку, по месту работы, в попытке подогнать разных людей, никак не связанных между собой,  под одну группу шпионов, вредителей или  националистов. Число таких групповых дел  достигло нескольких десятков. Судейский состав обычно составляли  3 человека, суды были скорыми и несправедливыми.  Выносимые приговоры по самым необоснованным и слабым  обвинениям приводили к приговорам от 10 до 25 лет лагерей, что для многих с подорванным здоровьем или пожилым людям, тем более, в условиях применения пыток и угроз, голода и холода, было равнозначно смертному приговору.
В качестве примеров можно назвать известного писателя Дер Нистора (1884-1950), который после  ареста через год скончался в тюрьме; Ицхока Нусинова (1889-1950), литературного критика арестованного больным  в январе 1949 года и умершего  в тюрьме в  ноябре 1950 года; Иехезкла Добрушина (1883 - 1953), еврейского  литературоведа и критика, драматурга, переводчика, педагога (1883 - 1953), умершего  через несколько месяцев после освобождения из тюрьмы.
Приведу еще один показательный пример. Мотл Грубиан (1909 - 1972), еврейский поэт. С июня 1941 года на фронте, трижды был ранен, в 1943 году после тяжелого ранения был демобилизован, сотрудничал в газете ЕАК "Эйникайт" (Единство).  Вся его семья погибла в Минском гетто. В 1947 году издана его книга на языке идиш "Песня о мужестве", затем на белорусском языке  "По следам войны". В 1948 году он был арестован. С 1948 года находился в лагерях Крайнего Севера и только в 1956 году вернулся оттуда. Сохранились воспоминания о его встрече сразу по освобождению  с поэтессой Анной Ахматовой. На этой встрече он рассказывал Ахматовой  о ее сыне Льве Гумилеве, с которым находились в одном лагере. Воспоминания  вызвали у него, бедно одетого, приступы плача, как и у присутствующих на встрече. Но Грубиан не был сломлен. В 1970 году,  за два года до смерти Мотла Грубиана,  на идиш была издана книга "Беспокойный ветер". Спустя четыре года после его смерти издана еще одна книга стихов на языке идиш – "Вечный огонь".
Благодаря такому размаху гонений можно было ожидать попытку в дальнейшем подвести сознание населения СССР  под идею массовой антисоветской деятельности со стороны еврейского народа, и это могло привести к самым трагическим последствиям, вплоть до завершения процесса геноцида еврейского народа в СССР, начатого фашистской Германией. К счастью, смерть Сталина приостановила развитие событий в столь страшном направлении, хотя проявления государственного антисемитизма продолжались вплоть до развала СССР. Тем, кто уцелел после пыток,  унижений, тюрем, лагерей был нанесен страшный ущерб здоровью и духовному состоянию.
Возвращаясь после тюрем и лагерей уже после  смерти Сталина, эти люди предпочитали  не рассказывать о том, что пережили и перенесли. Мне часто приходилось встречаться и беседовать в Москве в редакции "Советиш Геймланд" с одним из  ведущих работников редакции, писателем и поэтом,  Борисом Могильнером, но, несмотря на доверительность и откровенность  наших разговоров на идиш, ни разу тема его пребывания в тюрьмах и лагерях им не упоминалась. Об этом я смог узнать гораздо позднее, перебирая материалы в Интернете. Борис Могильнер в  июле 1941 ушел добровольцем на фронт. В 1943 году  с передовой его отправили под Тагил, в лагерь на 10 лет, где он занимался рубкой леса. Освобожден был только в 1955 году.
Преследованиям и арестам были подвергнуты и лица еврейской национальности из высшего эшелона власти. В конце 1948 года Сталин приказал арестовать всех жен-евреек ближайших своих соратников, членов правительства. Арестовали жену Андреева - Дору Моисеевну Хазан, жену Поскребышева - Брониславу Соломоновну, вдову Калинина.  Такое произошло и с женой министра иностранных дел Молотова, Полиной Жемчужиной (Перл Карповская) (1897 - 1970). После войны  она была  начальником  Главного управления текстильно-галантерейной промышленности Минлегпрома РСФСР. 30 декабря 1948 исключена из партии. В январе 1949 года  ее вызвали в ЦК и там арестовали по распоряжению Сталина, якобы за утрату важных документов. Ей вменялось в вину покровительство Михоэлсу и ГОСЕТу, посещение синагоги, одобрение проекта о еврейской автономии в Крыме. В 1948 году на официальном приёме в доме Молотовых посол государства Израиль Голда Меир разговаривала с женой Молотова. Разговор велся на идиш,  и в нем Полина пожелала новому государству  всего хорошего, подчеркнув при этом, что создание государства Израиль   крайне важно для всех евреев в мире. Полина Жемчужина была приговорена к 5 годам ссылки в Казахстан и   освобождена 9 марта 1953 года, через четыре дня после смерти Сталина.
Случаи суровых наказаний имели место для лиц, выражающих откровенно симпатии к Израилю. Так, Ицхак  Кипнис (1896 - 1974), еврейский прозаик, родом из Волыни, участник народного ополчения в годы войны предложил в очерке (май 1947 года) евреям носить рядом с боевыми орденами  "Маген – Давид" (шестиугольная звезда),  за что подвергся резкой критике как "националист" с исключением  из Союза советских писателей. Этого показалось мало, и он  в период 1948 -1954 годы находился в лагерях принудительного труда, и даже не имел права на проживание в Киеве после возвращения из лагеря. Еврейский активист И.Г. Рогачевский подвергся репрессиям за предложение сформировать для отправки в Палестину специальной еврейской дивизии из СССР.
Были и совершенно уникальные случаи преследований.
В апреле 1938 года поэта - идишиста Мойше Тейфа арестовывают за участие в "шпионской еврейской националистической организации". Весной 1941 года его освободили. С началом войны он попадает в армию, в штрафной батальон зенитно-артиллерийского дивизиона. Там, в звании рядового пехотинца, а затем старшины, он прошел всю войну. Его близкие погибли в гетто. После войны Тейф выступает на радио, сотрудничает с Еврейским Антифашистским комитетом. В мае 1951 года его арестовывают вторично. Тейф выдержал все испытания и издевательства, но виновным себя не признал. За "национализм" он получил 8 лет лагерей. Находился в лагере в Воркуте, где его ждал каторжный труд. Тейф вышел на свободу только  в 1956 году.
 Многие годы в Иерусалиме в день расстрела лидеров ЕАК 12 августа 1952 года в небольшом парке, где установлен могильный камень в память о погибших членах ЕАК, собирались люди со всего Израиля почтить память погибших и пострадавших. Проводилась официальная церемония, выступали представители властей, родственники погибших членов ЕАК. В последние годы такие мероприятия не проводятся. Думается, что такое отношение недопустимо. В своей родной стране мы обязаны бережно относится к памяти невинно погибших и пострадавших, лучших представителей нашего народа.
10 января 2012 года на конференции "Поздний сталинизм и евреи" в Иерусалиме выступил Реувен Мичник с сообщением о предстоящем открытии в Акко памятника евреям-жертвам Сталинского режима. Такой памятник  является уникальным для Израиля. Идея создания памятника возникла у Реувена Мичника после ознакомления с двухтомником Эдуарда Белтова " Вторая катастрофа. Евреи - жертвы ленинско-сталинского террора (1917-1953)", издательство Иврус, Тель-Авив, 2007 год. Эта книга была создана ныне покойным журналистом на основе выступлений  по радио "Голос Израиля" с обращением к слушателям с просьбой представить информацию о жертвах сталинского террора, где должны быть указаны фамилия, имя, отчество, название лагеря и места гибели жертв режима, или место нахождения в ссылке в Гулаге. Белтов получил данные о 40 тысячах евреев, пострадавших и погибших вследствие сталинского террора.  Среди погибших в Гулаге был и отец Реувена, и единственной памятью о нем осталась уцелевшая у Реувена фотография его отца. К сожалению, о многих из жертв этого террора информация не поступила и не нашла отражение в этих книгах. К тому времени, когда идея реализации такого памятника  возникла у Реувена, он располагал достаточным опытом проведения такой работы. В 90-х годах прошлого столетия он был членом президиума  Ассоциации еврейских организаций в Украине. Одна из задач, которой он занимался состояла в установке мест массовой гибели евреев в годы Второй мировой войны. На основе архивных документов он располагал информацией о гибели в городе Станиславе (ныне Иваново-Франковск) 128 тысяч евреев, а по Станиславской области 274 тысяч евреев, причем среди них были также пригнанные евреи из Бельгии, Чехословакии, Германии. Мичнику удалось выступить с этой информацией по радио "Река",  и его выступление было услышано бывшими жителями  города Станислав и области, ныне проживающими в Израиле. Их пожертвования составили до 100 тысяч долларов. На эти деньги был построен огромный мемориал длиной в 130 метров и памятник с музеем.
 В  2000-2001 годах Лине Торпусман удалось установить четыре памятника на местах массовых расстрелов евреев в годы войны в Житомире и Житомирской области. В затраченную для создания этих памятников сумму около $9000, собранную откликнувшимися людьми на обращение Лины Торпусман, вклад Реувна Мичника составил  $1337. Он организовал для этого благотворительный концерт в Акко в самом крупном зале города, с привлечением артистов из Иерусалима и других городов, в частности в концерте участвовал оркестр Израильской полиции. 
На конференции в Иерусалиме Реувен Мичник  представил фотографии памятника еще не завершенного, рассказал о тех идеях, которые были заложены в его композицию и о благоустройстве площади рядом с мэрией города, где этот памятник будет открыт. Он рассказал о той поддержке, которая была высказана мэром города Шимоном Ланкри и сотрудниками мэрии, и с большой теплотой  говорил  о Джабаре Абу, скульпторе,  изваявшем модель  памятника. Скульптор - араб, но он никак не мог понять, по какой вине были наказаны жертвы режима, люди преданные властям. Этот человек бесплатно выполнил  работу. Всю производственную часть по памятнику  и благоустройству площади, где он установлен, провел Израэль Бен  Эзра.
Открытие памятника состоялось  6 мая 2012 года. На церемонию открытия прибыли большие группы людей из Иерусалима и Хайфы, жители Акко и других городов. Наша группа в составе около 30 человек прибыла из Иерусалима. Ее возглавлял Авраам Шарнопольский, директор Иерусалимского дома технологий, заместитель председателя Правления организации "За достойное будущее". Поездка была организована в рамках проекта министерства абсорбции "Работа с учеными-репатриантами".
На церемонии открытия памятника выступили мэр Акко - Шимон Ланкри, депутат Кнессета Марина Солодкина, министр абсорбции Софа Ландвер, Авраам Шарнопольский, рав из Акко. Прозвучала траурная мелодия, и затем память о погибших была отмечена минутным   вставанием присутствующих. Первые выступления  были предоставлены  Израилю Бен  Эзре, Джабару Абу, Реувену Мичнику, тем самым было выражено уважение и признательность этим людям, инициировавшим и создавшим памятник и оформившим окружающую его площадь. Те выступления, которые проходили на  иврите, сопровождались переводом на русский язык, т.к. большинство присутствующих (несколько сот человек) были русскоязычными людьми пожилого возраста, репатриантами  из бывшего СССР. В частности, первые три выступающих говорили на иврите, и только Мичник в конце своего выступления перешел на русский язык.  Отмечалась бескорыстная одержимость Мичника стремлением к реализации памятника в Израиле, желание и интерес Джабара Абу к указанной работе. Выступающие говорили о реализованном проекте, в котором  неровные камушки дорожки к памятнику характеризуют  нелегкий путь и судьбу нашего народа. Три ступеньки внизу самого памятника - символ связи поколений:  дедов, отцов и детей. Шестиконечная черная звезда "Маген Давид", столб ввысь, гроздь винограда на нем - символизируют наш народ, надломленная часть сверху, символ погибших, листья над ними - символ новых поколений (хотя чудится, что вместо листьев там пламя свечи - как напоминание о погибших жертвах сталинского режима). Впрочем, на то она и символика, чтобы ее восприятие давало простор мыслям. Реувен Мичник поблагодарил мэра города и создателей памятника и его окружения.
 В выступление Авраама Шарнопольского  прозвучала благодарность мэру города и создателям памятника за то, что теперь в стране есть место, где люди страны и из-за рубежа могут почтить память жертв сталинского террора. Это место теперь есть, и оно для нас свято, как и места памяти евреев, погибших на войне. Марина Солодкина в своем выступлении говорила о том, что и сейчас есть люди восхваляющие Сталина и его террор. Она отметила высочайшую заслугу Эдуарда Белтова в создании книги "Вторая Катастрофа" и рассказала о том, что благодаря этой книге ее семья установила, что их исчезнувший  дядя погиб в Гулаге. Выступление мэра города Акко, Шимона Ланкри, началось со ссылки на слова скульптора Джабара Абу о том, что у преступления нет национальности, жертвами сталинского режима  стали  не только евреи, но и люди других национальностей. Такое не должно повториться. Он подчеркнул  в своем выступлении роль Реувена Мичника, немолодого человека, который при встречах с мэром ничего не просил для себя, а только говорил о памятнике, что его надо сделать и установить.  Мэр понял, что  это дело жизни Реувена.   Он также поблагодарил Израэля Бен Эзру,  доведшего весь проект до завершения.  Мэр приветствовал прибывших на церемонию пожилых людей, стремящихся передать свой опыт, свои  трагические истории следующим поколениям. Теперь помимо книг и статей у нас есть памятник, место, напоминающее о том, что было совершено против нашего народа.  Сталин был одним из самых жестоких диктаторов и навязал свою волю целой стране. Только в демократических странах нынче понимают то зло, которое нес Сталин. В диктаторских режимах и сейчас поклоняются Сталину. Этот памятник служит всем нам напоминанием, что такое не   должно повториться.
Завершающим было выступление Софы Ландвер. Памятник напоминает нам о страшной и кровавой истории нашего народа. В канун празднования дня Победы мы благодарны ветеранам войны, спасшим наш народ от гибели. Страшно вспомнить все жертвы сталинского террора, это и еврейский антифашистский комитет, наши еврейские ученные, наша интеллигенция. Только здесь в Израиле, где мы можем постоять за себя, наше место и наш дом. Долг нынешних поколений - беречь страну.
В окончание церемонии были возложены венки у памятника жертвам сталинского террора и исполнен гимн Израиля "Атиква".


Рецензии
так значит евреи сидящие в Кремле начали в 1948 году репрессии против евреев живущих на территории СССР? .... забавно, забано это слышать ... )))))

Александр Рифеев 3   31.10.2015 10:19     Заявить о нарушении