Заслон... Военная проза

Игорь Трохин
 Посвящается бойцам Пятой Ленинградской партизанской бригады и их командиру:    К.Д. Карицкому. Герою Советского Союза.


    Партизаны

Через Дартинские болота, вы шли дорогами побед,
Хоть на привалах ели роты, кору с кислицей на обед!
Куском последним, хлебом – солью, делился каждый, словно брат,
Своих пайков солдатских долю вы отдавали в Ленинград!
Людей спасали от угона, в неволю – гитлеровский рай,
В тылу врага, непокорённым, вздымался партизанский край!
Взлетали в воздух эшелоны, автомашины и мосты,
Пылали вражьи гарнизоны, комендатуры и посты…
За командиров партизанских – немало золота сулили,
Да только прихвостней германских в окрестностях не находили!               
Грозою был народный мститель, для всяких сволочей  фашистских,
Покой и сон терял грабитель, конец предчувствуя свой близкий!
Ну, а когда вступали в сёла, такое позабудешь разве:
Стоял до ночи шум весёлый, гремел на всю округу праздник!
И снова шли с врагами биться, в ружьё вставал и мал и стар,
Всех впереди, комбриг Карицкий, а с ним Сергунин – комиссар!
Так партизанская бригада в победу свой вносила вклад.
Сжав зубы, шли в атаку рядом – народный мститель и солдат!


Мы - живы, благодаря им...

Заслон...             Рассказ

Тёмка лежал на склизких бревнах болотной гати и пытался вставить непослушной рукой последнюю обойму, в свой родной и горячо любимый карабин.  Каратели всплывали из за кустов в предрассветной мгле и расплывчатыми тенями расползались по болотистой поляне. Овчарки злобно и коротко взлаивали, а другие, уже бессильно хрипели, таща за собой проводников в мундирах цвета фельдграу...
Ведь не ждали беды!
Отряд партизанской бригады легендарного комбрига Карицкого, стоял на постое в маленькой деревеньке у самого края Дартинских болот. Это была их территория - партизанский край.  Жили, как у себя дома.
Батя к вечеру наладил баню, была суббота... Уж как Тёмка обожал этот праздничный день, как истово он любил родную деревенскую баньку! Не торопясь, чинно, первыми пошли родители, а сам Тёмка с семилетним Егоршей и шестилетней Варюхой, таскали воду из колодца. Погодки с серьезным видом на мордашках, крутили ворот, а старшой - таскал воду и заливал в старую большую липовую бочку, что в предбаннике. Вода в колодце, была хрустально чистой и даже - сладковатой на вкус, а все потому, что рядом бил лесной родничёк, не спеша вливающийся в бочажину, которая примыкала к самому краю болота...  А уж в бочажине, жировали отборные караси, и всякая речная мелочь... Ох, и вкуснятина с жаренной картохой!
После жаркой баньки  распаренные родители ушли спать в избу, а Тёмка с малышней, остались ночевать в жаркой баньке... Дедушку Банника, он совсем не боялся, хотя родители не раз наказывали, что лучше после полуночи в баньке - не бывать, дедушка обидится и напакостит. Нашли, кем напугать!
Тёмка - полноправный боец партизанского отряда, и в свои неполные семнадцать лет, имеет именной карабин от своего легендарного комбрига Константина Дионисьевича - за меткость боевой стрельбы! С таким командиром - хоть к черту в пасть, и ему ли бояться дедушки Банника?!!  Сам Карицкий был как Тёмка, когда ушел на Гражданскую и гонял беляков и в хвост, и в гриву! Вот это - командир! Не зря все девки в округе, сохнут по его черным цыганским кудрям, ох - не зря!  А уж метко стрелять, он набазурился с малолетки, бродя с дедом Матвеем по дремучим Новгородским лесам...
Угомонился он с малышней - поздно, и мирно заснул под стрекот сверчков за жаркой печкой.
Стояли на удивление теплые погоды в конце сентября, а ночами - резко холодало... Казалось, что природа готовится к зимней спячке и отдает свое летнее тепло...  Осенняя пора - очей очарованье, как ему помнилось со школы .

Проснулся Тёмка - резко, от хлестнувшего по спящей деревеньке выстрела... Эх, мать - проспал партизанский дозор! На окраине послышались выкрики: " Сатана перкеле!!!" - эстонские каратели пожаловали, своего черта поминают, пронеслось в голове у паренька в одно мгновение. Ругаться толком, и то не могут! Наши мужики, как загнут по пьянке на праздник, так у коров - молоко киснет! Одно слово - чухна  белоглазая!
Схватив свой любимый карабин, с которым не расставался даже в постели, Темка выскочил из баньки и застыв на пороге - увидел, как здоровенный белобрысый бугай с шевроном эстонского легиона, зашвырнул гранату в открытую форточку родительской избы.  Резко хлопнуло, и все заполыхало...
"Кровавую память" оставляли на нашей земле прибалтийские каратели! Не жалели - ни старых, ни малых! Верные были прислужники, у фашистского отребья!

Тёмка выстрелил - навскидку, и разнес башку карателю, с первого выстрела, а затем, схватил полуодетых погодков и потащил к спасительной болотной гати. Она уходила по болоту к стоящей в паре верст на холме, деревеньке Лебяжьей. Как баяли старики, потомки вольных Новгородских ушкуйников - лебеди, там водились, когда то...
Тёмкина деревня, а вместе с ней и партизанский отряд - были обречены! Каратели сжимали кольцо окружения и единственный путь к отступлению лежал по болотной гати, уходя далеко в Дартинские болота. Партизаны отступали огрызаясь огнем, тащя местных жителей и детей к заветной тропе через болото.
Парень крикнул соседке Марье, что бы прихватила погодков, и залег за кочкой на самом краю болотины... Рядышком прилег дед Иван, сосед Темки, со своей верной Мосинкой, а за соседней кочкой расположился белорусс Василь, с ручным  Дегтярем...
В заслон, их никто не назначал, сами выбрали нелегкую партизанскую дорогу...
У Василя, фашисты сожгли Вёску и убили всю родню. Он ушел в Красную Армию и воюя в окружении - прибился к партизанскому отряду. Много таких, солдат - окруженцев, было в прославленной Пятой партизанской бригаде.
Дед Иван потерял ногу еще в ту самую - германскую, так далеко ли ускачешь на одной ноге? Да и старый солдат, не отнимешь!
Ну а Тёмка, что Тёмка!??   Зарево горящей родной избы, стояло перед глазами, и печальные лица родителей...
Каратели притихли и залегли за редким кустарником на краю поляны. С добрый десяток особенно рьяных валялись на земле, и уже - никуда  не торопились.
Заслон стал менять позиции и уползать по гати в глубину болота...  Глухо тявкнули минометы,  зашвыркали и засвистели в воздухе - мины!
Когда первые лучи солнца показались из за вековых деревьев, то уже - все закончилось... Заплакали березки на краю болотины, израненные осколками и стала - мёрзлая осенняя тишина... Лишь болотина протяжно вздохнула - приняв свою новую жертву...
Тёмка погружался в трясину, цепко сжимая в руке драгоценный карабин - подарок комбрига. Ушли наши, ушли! - была его последняя мысль...
Он не мог уже знать, что заслон подарил людям - еще один день жизни!
А на рассвете следующего дня налетели фашисткие бомбардировщики и сровняли с землей маленькую деревеньку Лебяжье, что стояла одиноко посередине бескрайних Дартинских болот... В живых - не остался никто!!!
Они прожили свой лишний день, который подарил им - Тёмка!!!

Фельдграу - серый, мышиный цвет ( немецкий)
Сатана перкеле - чёрт возьми! ( финско - эстонский)
Вёска - маленькая деревенька, хутор ( белорусский)