Первый день весеннего тепла

                         


                       Ave Maria
                      Часть первая

Сегодня первый день весеннего тепла, а на душе тревожно. Солнце  такое ласковое ,первые лучи, как они нежны, как прикосновения...
Отчего ,отчего тревога?
Вчера после эфира раздался звонок, я всегда с удовольствием отвечаю на все вопросы своих радиослушателей, но здесь я выслушала целую исповедь. Исповедь израненной души, страдающей... Голос был мягкий, светлый, но каждая фраза звучала, как вопль раненой птицы.
Девушка представилась Марией и попросила в следующем эфире, по возможности, поставить для неё и её, теперь уже бывшего, любимого "Ave Maria" Шуберта. И тут же спросила, есть ли у меня время выслушать её исповедь.
Да, это действительно была исповедь.
Девушка, видимо, читала письмо к своему любимому:
...За окном дождь. Плачет небо и вместе с ним плачу я . Я не могу забыть, а надо. Сердце моё болит, ноет. Рана не заживает. Слишком доверилась тебе моя душа.
Нет моего « маленького принца» - нежного, ранимого, трепетного. Действительность сделала невероятное.
Она его убила. И теперь в нем, как - будто живёт другая душа, которая не хочет, не любить, не сострадать. Нет больше того мальчика, который мог отдаться чувству. Остался человек в футляре. Человек с каменным сердцем, человек, которому не нужна любовь.
Исчезла душа романтического героя. Как жаль! Жаль ,что ты убил в себе лучшее ,что было в тебе. Ты даже говорить стал по- другому. Ты перестал мечтать. Но почему, почему ты так не хочешь любить и быть любимым? Ты всё глубже и глубже зарываешься в песок, или полностью заползаешь в свою раковину.
Ты ведь был неземным...Я потеряла мальчика подаренного мне звездой. Или может твоя звезда остыла и перестала покровительствовать тебе?
Душа моя кровью капает, а твоя молчит. Ты разучился понимать меня. Ты стал черствым. Ты был даже груб со мной.
Жаль, что я тебя потеряла. Самое лучшее, что в тебе было ,это твоя душа...
Закончила Мария словами:
Напрасно я тебе пишу, напрасно я тебе звоню. Безжалостен ко мне ты ,безучастен. Я птицей бьюсь в закрытое окно, непробиваемо оно...
И тут же положила трубку.
Мария, Мария, Машенька! Я ускорила шаги, мне вдруг показалось, что Мария может позвонить сегодня до эфира.
Вбежав в студию, я с порога спросила: "Мне не звонили?"
-Да нет ,нет, ничего, не волнуйся... - устало ответил главный режиссёр.
Я ждала. Я знала, в эфир Маша не позвонит, но может потом. Ее голос до сих пор звучал во мне, как мольба о помощи. Машенька, милая! Но, чем, чем я могу помочь? Конечно, сегодня будет звучать для тебя "Ave Maria" Хорошо ты хоть представилась.
Время...Время...неумолимо бежит вперед. Моя передача называется " Поговорим по душам". Маша будет слушать, что же мне ей сказать? Как вернуть её к жизни, как сделать, чтобы её бедная душа перестала так страдать? Я перебираю папки со своими текстами. Нет скажу ,что почувствую, когда начну передачу.
Осталось две минуты до начала. Через стекло вижу бегущие цифры циферблата часов, улыбающегося Сашу. Он всегда мне улыбается весь эфир, даже, когда я читаю грустные стихи, а он ставит грустную музыку. Добрый он. Светлый, солнечный. Энергетика у него замечательная. Для меня Сашка лучший психотерапевт.
Итак! Начали: звучит музыка-лейтмотив нашей передачи. Это меня мгновенно настраивает и я в одно мгновение уже с вами.
"Здравствуйте, мои дорогие, в эфире программа " Поговорим по душам",всем ,кому плохо и одиноко или наоборот очень хорошо присоединяйтесь. Я слушаю вас внимательно, вы уже не одиноки, я с вами и хочу ,чтобы в этот вечер всем стало ,хоть чуть-чуть теплее. Друг мой!Я хочу протянуть незримые нити, которые помогут вам стать счастливее.
Я хочу подарить тебе мир!!!
Посмотри, какой новый день! Посмотри же скорей на это чудо! Разве ты не хочешь прикоснуться к нему? Я помогу тебе открывать потайные двери в неведомые миры. Их не увидит никто из окружающих, кроме нас с тобой.

Только я могу показать тебе эти тропинки, ведущие к чудесам. Там даже простой одуванчик кажется чудом света. Там каждая падающая снежинка покажется тебе венцом творения вселенной. Последний осенний лист - всего лишь бумагой, на которой можно написать письмо любви. А обыкновенный гриб, разрывающий асфальт возле твоего дома, научит тебя Жажде Жизни.

Я готова открыть ладонь и показать тебе весь огромный мир на ней, как удивительную тропическую бабочку. Я подарю тебе мир, как невиданный красоты цветок, на который смотрят ежедневно, не видя его. Ты почувствуешь лёгкость тополиной пушинки на своей щеке и ощутишь от её прикосновения невыносимую нежность. Я научу тебя, как пронести эту нежность сквозь всю твою жизнь. Ты хочешь этого?

Я научу тебя понимать язык птиц и зверей. Потому что сама изучила его. Я готова поделиться с тобой всем, что умею. Я помогу тебе научиться любить каждую секунду жизни. Я научу тебя ловить ветер и волны лёгкими сетями фантазии.

Я готова подарить тебе весь мир.
А Ты
Готов
принять его
в своё сердце? "
Было несколько звонков, люди звонили ,а значит я смогла дотронуться до их сердец. Машиного звонка не было. Я несколько раз переспросила Сашу, не пропустил ли он девушку, которая звонила вчера. Маша, Маша, позвони! Как ты?
Несколько дней прошли в обычном ритме. Я вела эфир, отвечала на вопросы, читала стихи...Но Маша... Где ты?
Попрощавшись с Сашей, я ещё раз взглянула на телефон...Звонок, я бросилась ,как - будто точно знала, что это она.
Маша опять спросила, есть ли у меня время, я сказала, конечно, я жду Вашего звонка несколько дней. Разговор так неожиданно прервался.
Маша поблагодарила за Шуберта и попросила, если только это, возможно, прочитать её письмо, хотя бы отрывками, не называя её имени. Я сказала, что конечно, это возможно и мысленно поблагодарила нашего заботливого звукорежиссера, который записывал все поступающие звонки. Я легко могла прослушать Машин рассказ.
Но Маша продолжила:
" Как жаль, что я потеряла тебя. Ты был такой родной, ты был лучиком света в царстве моём. Но я верю, что пройдут времена и твоя душа вернется. И ты станешь снова" маленьким принцем" - нежным ,трепетным и ранимым, которого так любила я.
Я каждый день молюсь за тебя. Иконку твою прижимаю с ликом Преподобного Серафима Саровского. Твоя мама, наверное, так же держала её в руках и молилась за тебя. Это же её иконка и твой последний подарок мне.
Вернись, прошу тебя, стань прежним. Не дай своей душе окончательно погибнуть. Есть ещё вера и надежда. Ты был, ты есть, ты будешь жить всегда в моём сердце. Как хочется, хотя бы раз проснуться в твоих объятьях. Почувствовать твои поцелуи. Любить тебя, быть твоей. Стать с тобой одним целым, чтобы сердца наши бились в унисон. И, чтобы жизнь в этот момент была только нашей. Моя любовь плотская и святая, чистая и нежная. Помнящая только светлое и хорошее. Она, как животворящий родник.
Целую тебя! Прощай! Твоя любовь..."
И снова раздался зуммер. Я опять не спросила у Маши, где она, как её найти.
но мне стало ещё тревожнее, после её прощальных слов. Я пыталась определить номер Машиного телефона, но он ,как назло, показывал странные цифры. Были видны только несколько последних цифр, очевидно, она звонила не из России.
Мне оставалось ждать, только ждать следующего звонка.
Машино письмо я читала потом в эфире несколько раз, ставили и"Ave Maria" Шуберта. Никто не откликнулся на письмо. Маша пропала, а её возлюбленный...
Люди звонили и интересовались судьбой девушки, но, что я могла им ответить.
МАША! ОТЗОВИСЬ!!!!!!!!!!!!





                                                            



                         Исповедь
                       Часть вторая
У подъезда стояла девушка и мёрзла, рядом примостившись у её ног чуть вздрагивая, лежал крохотный щенок. Вид у них был, какой – то брошенный.
Будто потерялись оба, мелькнуло у меня в голове. В руках у девушки был букетик фиалок. Что – то с ней не так, подумала я, машинально набирая код парадной двери.
Поднявшись к себе, я стала лихорадочно, как это обычно бывает, искать ключи в сумочке. За дверью творилось, что – то невообразимое. Моя любимая Кроха царапала дверь, истошно, повизгивая. Я стремительно открыла дверь и маленькое чудо, тут же оказалось в моих объятьях. Кроха, Кроха, скучала бедная. Пришлось развернуться и мы уже спускались вниз.
Гулять, конечно, гулять. Столько ждала. Бедолажка. Радостная Кроха, как только открылся лифт, соскочила с рук и стремглав устремилась к двери.
Выбежав из подъезда она, не обращая внимания на непогоду, бросилась к маленькому скверу, расположенному у нашего дома. Я шла за ней, но не могла отделаться от мысли о девушке. Она так и продолжала стоять возле дома с букетиком фиалок и уже задремавшим на её руках щенком.
Кроха неслась впереди меня, издавая визги восторга. Я радовалась вместе с ней. Несмотря на пронизывающий ветер, мы были счастливы. Моё сердце буквально переполнялось нежностью, почти щенячьего восторга, когда я среди дня о ней думала. Набегавшись, Кроха фыркнула и посмотрела на меня. Как – будто спрашивала, замёрзла? Я кивнула. Мы друг друга понимали. Мгновенно развернувшись, Кроха понеслась к дому.
У подъезда лежал букетик фиалок. Ни девушки, ни щенка не было.
Собираясь утром на работу, я услышала поскуливание и шорох за дверью. Я была почти готова и вскоре вышла, попрощавшись с Крохой.
Выйдя за дверь общего коридора, я увидела страшную картину. На ступеньках съежившись, лежала девушка, а рядом скулил щенок. Преодолев страх, я наклонилась, поза её была, какая – то безжизненная. Но я ошиблась, девушка мгновенно открыла глаза. В них было столько ужаса, боли, страха и печали, что у меня перехватило дыхание. Спрашивать о чём –то было неуместно.
Человек страдал. Я помогла ей подняться, взяла щенка и мы пошли ко мне.
Ах, как всё не вовремя. Опять пронеслась мысль. Сегодня я собиралась дописать сценарий завтрашней передачи, подобрать музыку. Тема была серьёзная о дорогом мне человеке. Я хотела поведать слушателям историю своего педагога в прошлом знаменитой певице. Но ничего не поделаешь.
Мы сняли верхнюю одежду, и я пригласила девушку на кухню. Как Вас зовут?
Она улыбнулась и сказала: « Вы знаете». Я опешила. Память на лица у меня хорошая, на голоса ещё лучше, но стоп…Голос, голос Она сказала всего одну фразу.
-Откуда? - Спросила я
- Я Вам звонила. Помните?
Господи! Как наивны люди, как я могу помнить всех, кто мне звонил. И тут я пожалела о своих бестактных мыслях. Я должна помнить. Это же люди, которые доверяют мне свою боль.
-Выпейте чаю, вот печенье, конфеты.
-Нет, нет. - Засуетилась она.
-Я пойду.
-Куда, Вы же спали на лестнице.
Она сказала, что ждала меня.
Интонация, голос...
Всё вспомнила!
- Маша? Машенька? Мария? Ave Maria? Это Вы?
Да, что ж я сразу не догадалась. Милое, почти детское лицо смотрело на меня. Глаза серые, широко распахнутые. Прямые, струящиеся, льняные волосы. Боже! Да и, правда. Мария Магдалина. Маша! Я рада, наконец - то.
Полгода прошло. Почему ты не позвонила больше?
Маша присела, чуть коснулась губами чашки. Она была, как – будто отстранена от происходящего. Вся она была где – то далеко, там, только ей известной жизни.
Луч солнца коснулся её лица и как озарил девушку. Маша посмотрела на меня, еще раз извинилась за нанесённые мне неудобства. Я подумала, надо позвонить на работу и предупредить, что задерживаюсь, волноваться ведь будут. И тут заструилась волшебная музыка моего телефона. Да, телепатия…
Быстро все, объяснив, я взглянула на Машу, она была напряжена. И словно готовилась к прыжку в воду. Маша, Машенька, не томи! Говори, что с тобой было?
И Маша начала свой рассказ:
….Когда я Вам звонила последний раз, я уже знала, что тяжело больна. Прочитав, своё прощальное письмо я и на самом деле, попрощалась со своим любимым навсегда. На следующий день меня уже ждали в больнице. Я была уверена, что шансов у меня нет. Полгода физических мучений и, как видите, я перед Вами, я жива! Только не знаю зачем? Но находясь в больнице, я знала, точно знала. Мне надо выжить, мне надо жить. Для него, ради нашего будущего. Лечение было тяжёлым. Операция, за тем химиотерапия. Но Он всегда был рядом. Я впадала в забытье и, очнувшись, чувствовала Его присутствие. Его не было рядом физически, но я чувствовала его везде, Он любил меня. Наши души разговаривали, они даже шутили и смеялись. Строили планы. Мне после такого общения всякий раз становилось всё лучше и лучше. Сейчас я здорова, или почти здорова, не знаю. Дома я ещё не была. Выйдя из больницы, я сразу увидела этого щенка, как подарок судьбы. Солнце ослепило меня, как же долго я не была на улице. На уже чуть пожелтевшей травке лежало это чудо. Откуда? Я спросила у охранника. Он сказал, что при больнице живут несколько собак, может какая и ощенилась. Я взяла его на руки и не смогла больше отпустить. Он был такой крохотный, месяца два на вид, и так нуждался в защите. Охранник посмотрел на меня ,как на слабоумную и позвал к себе. Налил в блюдечко немного молока. Пока щенок наслаждался, спросил: « Родные - то есть, что – то я не видел у тебя посетителей, чудная ты, дом то далеко?»
Я улыбнулась, взяла сытого щенка и почти бегом бросилась от этого места, где столько пришлось пережить. Я боялась, что прохожие решат, что я сумасшедшая. Махнула рукой, машина тут же остановилась. Я прыгнула на заднее сиденье и попросила довезти меня до Крюковской эстакады. Там под эстакадой была целая сеть магазинчиков, где я могла купить себе всё необходимое. В больнице я похудела на семь килограммов, с меня даже джинсы спадали.
Я ехала по городу и не узнавала его. Как немного надо времени, чтобы так разительны стали перемены. А может и не перемены это, а я всё вижу по- новому. Погода стояла почти такая же, как и в тот день, когда я легла в больницу. Я стала считать апрель, май, июнь, июль, август, сентябрь. Только деревья тогда распускались, а сейчас опадают. Но ничего, жизнь продолжается! Сейчас…только снять с себя этот ужасный платок. Я, наверное, похожа на бомжа, все болтается, на голове не пойми что.
Войдя в прохладное помещение, меня охватило чувство эйфории. Магазины, магазины, как давно я в них не была. Не думала, что вернусь сюда. Здесь было все, начиная от музыкальных инструментов и заканчивая кружками и майками с именами и портретами. Проходя мимо париков, я ужаснулась. Сколько было волос, на все вкусы и крашенные и натуральные. И тут же я вспомнила, когда входишь в здание химиотерапии, висит объявление, «продаются волосы не дорого» Меня прошиб холодный пот. Вот значит, для чего они там обстригаются и продаются, чтобы потом их здесь покупали. До чего же страшно! Там продали, здесь купили. Мои волосы обстригли ещё в мае.
Я рискнула войти в павильон, поздоровалась. Продавщица взглянула на меня с брезгливостью, как на прокажённую. Видно контингент, посещающий салон был ей известен.
Из множества рыжих, красных, фиолетовых, розовых, чёрных и белых париков мне надо было найти свой. Я надеялась, что мои волосы не покрасили. Продавец поглядела на меня с жалостью и предложила помочь. Я стала описывать свои волосы. Она сказала: « Да помню, помню я тебя красавица…»,- и ухмыльнулась. Выставлены были лишь очень яркие, модные, сценические парики. И вот она выдвинула небольшую коробку. Мы поставили её на стол и вместе начали открывать пакетики с великолепными, иногда, даже роскошными волосами. Откуда то - снизу она вытянула пакет: « Вот они, твои?» Я ахнула. Это были мои волосы. Господи! Какой же это должен быть мастер, что и причёску повторил в точности. Продавщица, я взглянула на табличку, Лидия Павловна, явно была удовлетворена. Я спросила, а откуда Вы знали, что я приду: « Да таких волос, как у тебя во всей округе не сыщешь, я ещё маленькой тебя помню, а как вот твою то - красоту привезли, я мастеру тебя и описала, знала, что вернёшься» Здесь Лидия Павловна показалась мне просто благодетельницей. Помогла надеть мне парик, усадила, налила кофе, расспросила обо всём. И куда – то вышла. Вернулась она с кучей вещей. Мы выбрали с ней все, что мне было нужно. Остальные вещи тоже были очень хорошие, но у меня не хватало денег на все. Здесь она рассердилась: « Что я тебя из-за денег, что ли наряжаю, бери, пока даю» .Но я всё –таки попросила её оставить вещи у себя, пообещав вернуться за ними. Моего щенка мы решили назвать Маленьким Принцем, и надели на него крошечный ошейник со стразами.
Пред тем, как лечь в больницу я узнала на радио Ваш адрес у Саши, он весёлый такой, даже и скрывать не стал, как я представилась Марией. Ave Maria ,ну, как же для Вас всё ,что пожелаете.
И вот я у Вас, Вы всё знаете. Маленький Принц блаженно развалился в кресле, на котором обычно спала моя Кроха. Кроха забилась в угол и поглядывала на меня обиженно и настороженно.
-Маша! Так, что сидим? Где он? Ты ему звонила?
-Нет, я же попрощалась, не знала, что ждёт меня. Когда я его провожала, он уезжал за границу работать. Он сказал, что я лучшее, что есть в его жизни.
Он был, был неземной, не мог он измениться и всё забыть. После отъезда мы две недели говорили по телефону, писали письма по электронной почте. Потом он перестал отвечать и на письма, и на звонки. Я была в смятении, места себе не находила. А потом, однажды дозвонилась, и он сказал, что не будет отвечать ни на письма, ни на звонки.
Но в больнице я продолжала вести дневник и писала ему. Я чувствовала, что он знает и слышит. Маша дала мне дневник. Это была толстая, зелёная тетрадь, открыв её, я поняла, это несколько тетрадей скреплённых одним переплётом. В ней была история Машиной любви.
Рассказав мне всё это, Маша так устала, лица на ней не было, как – будто заново пережила. Я помогла ей подняться, отвела в комнату и уложила на кровать немного поспать. Маша прикрыла глаза и попросила принести Маленького Принца. Щенок был податливый, как все маленькие, я отнесла его Маше и они погрузились в сон. Нежность, подумала я.
Вернувшись на кухню, я дотронулась до Машиного дневника. Одно прикосновение к обложке пронзило меня, как током. Маша оставила мне его почитать, и я рискнула.
Начинался дневник милыми, девичьими грёзами, стихами. Дальше была описана встреча с Машиным любимым. Весь дневник был насыщен энергетикой света радости, волшебства. Их любовь была любовью. Нежной, страстной, восторженной, трогательной. Особенно памятные, волнующие моменты были заложены цветочками фиалки. Расставания и встречи, радость и прощания, здесь было всё. У Машиного возлюбленного была работа за границей, которой он очень дорожил. Встречались они всего несколько раз в год. Маша училась в Строгановском училище, видимо, была хорошей художницей, так как описывала и выставки, и презентации своих работ. Описания всегда были утонченными, не лишёнными вкуса. На полях дневника были рисунки, которые характеризовали Машину личность. Она была, несомненно, одарённым, духовным человеком, с тонко чувствующей нервной системой.
. В дневнике было много описаний, напоминающих рассказы. Маша описывала события, видя их, как бы со стороны
Опять фиалки.…Судя по дате, это лето прошлого года
Описание названо « Цветы любви»:
... Просыпаясь, оно чувствовала прикосновение ласковых лучиков солнышка и дурманящий аромат кофе. Ах, как не хотелось просыпаться, казалось - это продолжение сна - сна о любви и нежности.
Приоткрыв глаза, она увидела перед собой огромный луг - это был букет, состоящий из
всех полевых цветов. Настоящий подарок лета. Они стояли не в вазе, а в огромном ведре, потому что ни одна ваза не могла вместить такое количество цветов. Пахло травой, лугом, серединой лета... Солнышко пробивалось сквозь плотные шторы и освещало комнату тайными лучами. Все дышало негой...
Увидев своего любимого, она удивилась, что - это творение рук самого дорогого человека!
Глаза его искрились радостью. В руках он держал поднос, напоминающий, старинный - серебряный. На подносе стояли чашечки, которые источали необыкновенный аромат кофе и ванили. Она почувствовала себя по настоящему любимой, и глаза наполнились слезами счастья. Ей захотелось остановить мгновение.
Сон был явью:
Любимый поставил поднос на прикроватный столик и поцеловал её, как умел только он. Казалось, поцелуй длился целую вечность. Эти двое были созданы друг для друга. Когда они были вместе - ничто другое больше не имело значения... Она чувствовала только, как поёт и ликует душа, а сердце переполняется нежностью к нему.
"Я так долго ждал... И тут она оказалась вся в его власти. Их губы вновь слились в поцелуе. Она таяла в его объятьях. Он целовал её всю, нежно, трепетно, страстно. Она тонула в "море" ласки и любви. Он говорил тихо, как любит её и она лучшее, что есть у него в жизни, Время остановилось. Только сердце билось, как у раненой птицы. Его язык творил магию- магию, рождавшую в ней желание. И с каждым новым поцелуем это желание росло
- Ещё? спросил он.
- Ещё,- эхом отозвалась она.
Он снова прижал её и снова поцеловал... По её телу пронёсся огненный вихрь... Она уже не слышала его слов. Они стали одним целым - душа и плоть слились в едином порыве. Они жили в одном только их ритме, они стали одним существом. Души их слились и стали одной. Сердца бились в унисон. Они растворились друг в друге. Время остановилось. И жизнь была в этот момент только их. Они были одни в целом мире. Все силы небесные были за них. Это была любовь плотская и святая, чистая и нежная. Такая, о какой мечтает каждый по-своему. Такая без которой можно существовать, но невозможно жить. Потому что без любви нет ни счастья, ни смысла в жизни. Любовь такая разная и многоликая. Когда они были вместе - ничего другое больше не имело значения... Она чувствовала только, как ликует и поёт её душа, и сердце переполнялось нежностью к нему. Вернувшись на землю, она ещё долго не могла поверить, что это он и что они снова вместе...

Долгие годы разлуки и вновь встреча, в которую уже перестала верить. Она другая, но эти поцелуи они, пароль, так её не целовал никто и никогда...
Все годы разлуки их связывали невидимые нити. Их души часто были вместе, они дружили их души... Физически и он, и она были разделены тысячами километров.… Между ними были города и расстояния. Но души их не могли выдержать такой долгой разлуки, они тосковали, они встречались и любили друг друга. Иногда общение душ было кратким, как совет или поддержка, но иногда они общались сутками и получали огромное удовольствие от этого.
"Душа болит, а сердце плачет,
А путь земной ещё пылит,
А тот, кто любит слёз не прячет,
Ведь не напрасно душа болит."
Он любил её и она любила , но разлуки были частью их жизни, они были неизбежны...Так распорядилась судьба.
Однажды они договорились, что будут благодарны судьбе за все встречи, что она им дарит, и попытаются, радоваться каждой минуте общения и благодарить Бога за то, что он дарит им эти короткие, но такие незабываемые встречи. Без этих встреч и этой любви жизнь теряла всякий смысл. И только надежда, вера и любовь помогали выживать в эти минуты расставания...
А потом был перрон, вокзал и разлука. Неизвестно насколько на неделю, на год, навсегда. И он опять целовал её глаза и шептал, что она лучшее, что есть у него в жизни. И она опять осталась ждать его - полная любви, нежности и тоски... Она будет помнить каждое его слово, каждый взгляд, каждое прикосновение...
Их любовь ещё долго будет жить. Их души полетят над водой, над травой, над землёй. Опять и опять... Их любовь будет живой, той, где для каждого из них так важно ЕЩЁ!
как божий день - их встреча была предопределена. Предопределена кем - то свыше. Кем-то, кто послал их друг другу на жизненном пути..................................

Я прочитала почти весь дневник, уже стало темнеть, или просто небо нахмурилось. Вышла Маша с Принцем на руках. В лице у неё было столько перемены, что я удивилась, как она могла так преобразиться за несколько часов. Она буквально сияла. Да, Мария была действительно красавицей. Глаза были бездонны, как два озёра и излучали свет, свет любви.
Она подошла и сказала: « Я чувствую, чувствую он здесь. Пойдёмте, мне надо домой». Мы быстро оделись и пулей выскочили из дома. Я с Крохой, Маша с Принцем. Про «детей» то забыли, а им и погулять уже было бы неплохо. До Машиного дома быстрым шагом было минут двадцать, мы добежали за пятнадцать. Вбежав по лестнице на пятый этаж, лифт ждать сил не было. Мы увидели молодого человека. Ни секунды не раздумывая, он подхватил Машу на руки и стал осыпать поцелуями её лицо, глаза, волосы.
-Маша, Машенька, любимая моя! Малышка ,девочка…
Принца вместе с Машей прижимали тоже и ему ничего не оставалось делать ,как заверещать во весь свой щенячий голос. Мне пришлось приложить усилия, чтобы вызволить щенка.
-Я же говорил, что вернусь, где ты так долго была, я уже сутки не схожу с этого места. Соседи ничего не говорят, что ,что с тобой было?
Маша глядела на него и глаза её говорили всё:
Люблю.…Люблю.…Люблю,…Ты вернулся.…Навсегда!
11 мая 2010 года

         




                   Осенняя пора сменилась стужей
                             Часть третья
Холода наступили резко. Однажды проснувшись, я увидела за окном тонкий, хрустальный лёд. Днём температура немного поднималась и, идя на работу мне уже, приходилась перепрыгивать через лужи, в которых плавали последние осенние  листья. Деревья почти опали. Вся эта картина  не радовала  и  навевала лёгкое уныние. Но придя на работу я вновь вливалась в поток ,происходящих событий и осеннюю хандру снимало, как рукой.
В эфире  я поведала радиослушателям, с позволения Марии и  её вернувшегося возлюбленного, которого, как теперь я уже знала, звали Алекс историю их любви. Опуская некоторые детали. В конце сказала, что Маша теперь счастлива и наконец, обрела  сваю долгожданную любовь.
Постоянные  слушатели  программы благодарили меня, правда я сама не знала, за что? Часто заказывали «Ave Maria»Шуберта, видно история Марии затронула многие сердца. Иногда прямо в эфире передавали Маше и её любимому привет и желали счастья. Я, конечно звоня Маше, передавала ей все приветы и пожелания. Но голос её последнее время настораживал. Всё реже в нём звучали, нотки радости и между нами появилась, какая – то черта, которая нас разделяла. Я чувствовала всякий раз, что – то с Машей происходит, но она  просила не беспокоиться. Я успокаивалась ,как и все мы, когда хотим верить в хорошее.
Незаметно осень сменила зима. Морозный воздух, первый снег, все изменения природы радовали и бодрили. Я уже бежала на работу по первому снежку, ловя губами снежинки. С детства я любила эти легкие, мгновенно тающие прикосновения. В них была, какая – то нежность и неразгаданность. Как - будто, кто- то издалека посылал мне свои незримые, воздушные поцелуи.
Накануне  Нового Года и Рождества в студии всегда царит особая, праздничная атмосфера. Все ждут нового года, и каждый живёт в предвкушении чуда. Точно так всё происходило  и у нас. Тридцатого декабря у меня был последний в этом году  эфир. Я всегда немного волнуюсь и меня опять спасал, как всегда, мой постоянный звукорежиссёр и преданный друг Сашка. Он улыбался мне такой солнечней улыбкой, что  моё волнение сразу отступало. Не могла же я перед ним выглядеть робкой и неуверенной, вдохнув воздух  и немного задержав его, чтобы успокоить слишком частое биение моего сердца я начала:

Друзья! До Нового  2010 Года осталось не так уж много времени. Хочу поздравить вас и пожелать всего самого доброго, самого хорошего в наступающем году! Пусть с вами всегда будет тепло друзей, улыбки и любовь ваших близких и любимых людей. Пусть вас никогда не оставят ваши надежды и пусть сбудутся ваши самые заветные желания. Пусть вы все найдёте не только новых друзей в новом году, но и не потеряете старых (иногда это является даже наиболее важным). Пусть на вашем пути не будет обид и ссор, непонимания и разлук. Пусть тот, кто сегодня ещё одинок - найдёт родственную душу. Пусть тот, кто разуверился в любви - встретит её. Пусть тот, кто сегодня болен - найдёт в себе силы преодолеть недуг. Пусть тот, кто недоверчив к людям - обретёт веру в человека. Пусть тот, кому сейчас невыносимо тяжело - почувствует лёгкое дыхание морозного ветра, от которого станет легче на душе. Желаю вам всем здоровья и счастья! С наступающим новым годом, друзья мои! Счастья вам! Удачи! Здоровья! Любви! Я люблю вас и в самый канун Нового года, ровно в 23часа, 59 минут я с огромной любовью и нежностью подумаю о вас! Обо всех тех, кто не может поднять вместе со мной новогодний бокал. Но знайте: я буду думать о вас с любовью и тревогой. С любовью к вам, сегодняшним. И с тревогой о том, что вы можете усомниться, будто я в этот замечательный момент - ровно в 00 часов 00 минут смогу забыть обо всех ВАС! С Новым Годом, друзья мои! Я передаю вам на кончиках своих пальцев свою нежность и любовь! С наступающим вас Новым Годом!!!
После моей проникновенной речи вся студия мне зааплодировала и под чарующую музыку танго « Брызги Шампанского» прогремел выстрел, и наши бокалы  наполнились этим волшебным, новогодним напитком.
До 14 января  у меня был отпуск. Прямых эфиров  не было, все передачи  мы записали заранее. Ура! Можно  высыпаться, валяться, смотреть телевизор, гулять и наслаждаться всем тем, чем обычно наслаждаются в праздники. Пускаться в путешествия не было сил, да и  за свою гастрольную жизнь, я выработала твёрдое правило совмещать путешествия по другим странам только с работой. И денежки платят и встречают везде, как госпожу и достопримечательности  покажут и всё и везде за тебя решат.
Новый год я встречала, как всегда, со своими любимыми  родителями. Здесь ничто и никогда не претерпевало никаких изменений. Только неотложная работа или гастроли могли нарушить этот порядок. И я была этому рада. Родителей я своих безумно люблю  и для меня всегда огромная радость быть с ними, встречать праздники и делать подарки. Подарки, это вообще моя слабость. В этом я меры не знаю. Так случилось и на этот раз.
К родителям я приехала, как  Дед Мороз с множеством пакетов, коробок и всякой всячины. Дарить подарки я люблю безумно.
Помогая готовить праздничный стол, а мои родители всегда это делают с особой, дорогой, с детства мне знакомой любовью, я вспомнила. Маша, Маша, как же я тебя не поздравила? Да и Маша не звонила мне уже несколько недель. Суета, сует... Я немедленно набрала номер. К телефону долго никто не подходил, я уже хотела положить трубку, подумав, видно возлюбленная парочка, увлеклась, друг другом или же уехали на праздники в какое-нибудь сказочное место, как в трубке раздался голос Маши. Голос был не просто подавлен, голоса не было вообще, она тихо плакала в трубку. Иногда, что – то говорила, но так тихо и невразумительно, что я, опешив, стояла и молча, слушала. Потом она, как – будто,  сделав  над собой усилие, начала поздравлять меня с праздником. Закончив поздравление, она опять заплакала, тихо, едва слышно. У меня уже не оставалось никаких сомнений. Опять беда.
На часах было около десяти, до Нового Года оставалось 2 часа. Быстро поцеловав маму и папу, ничего не объясняя, сказав, что скоро вернусь, я опрометью выскочила из подъезда. Машина не заводилась, мороз был около двадцати пяти. Пришлось набраться терпения и подождать. Не бежать же пешком, хотя до Машиного дома было всего несколько остановок. Завелась, вот хорошая, умничка. Улицы  уже были пусты. Все провожали старый год.
У Машиной двери я была, буквально, через двадцать минут. Как и в предыдущий раз, я  вбежала на пятый этаж и позвонила. За дверью была тишина. Я позвонила, ещё, и ещё раз. Стала доставать мобильник и вдруг услышала поскуливание. Господи! Слава Богу! Это был Принц, а значит и  Маша дома. Я тихонько позвала Принца. И тут дверь распахнулась, Маша поняла, что это я.
Теперь поскуливали оба и Маша и Принц .В квартире было темно, лишь в центре комнаты, играя огнями, красовалась елка. Кровать была разобрана, видимо она решила этот  Новой Год проспать. Да! Подумала я, значит, уж совсем дела плохи. Спросив у Маши разрешения зажечь свет, в полумраке я почти не видела её лица. Я спросила, что случилось и почему она одна. Из глаз Маши опять полились слёзы. Только она умела так беззвучно плакать. Они струились из её бездонных, как озёра глаз, и казалось остановить их невозможно.
Внезапно остановившись, Маша произнесла уже совершенно твёрдым голосом: « Он уехал». И тут Машина речь полилась, как ручей, голос преобразился.
В нём вновь звучали те нотки счастья ,волнения ,страсти ,любви. Маша проводила Алекса сегодня днём. Прощание стало, как и раньше, для неё невыносимым. Алекс должен, был уладить, какие – то дела в Италии, отъезд случился неожиданно. Ему позвонили и просто попросили прилететь немедленно.
Здесь у меня отлегло. Ну, слава Богу! Не больна. На всякий случай я спросила, когда она была у врача. Маша сказала, что недавно и со с здоровьем всё  в порядке.
Я была подобно вулкану. Открыв Машин шкаф, я выбрала самое подходящее, на мой взгляд, платье. Маша повиновалась  беспрекословно. Я же не переставала убеждать Машу, что уже, возможно, через несколько дней, Алекс вернётся. Она стала улыбаться и кивала на все мои слова, как ребёнок. Она мне верила.
Принц подрос, стал красавцем. Я им залюбовалась. Собака оказалась помесью Шпиц и ещё, какой – то очаровательной породы.
Маша приободрилась, сделала макияж, и мы с ней уже довольно повеселевшие отправились к моим родителям. Мама звонила уже несколько раз и волновалась, что мы не успеем к встрече Нового Года.
Мы успели. Новый Год  встретили, подарков хватило на всех, а для Маши я достала вещь, которая будила во мне особые воспоминания. Она была приобретена в Мексике, когда мы посещали Пирамиду Солнца. Это был ярко жёлтый палантин, сотканный из нитей кактуса. Мексиканцы из этого растения умеют делать необыкновенные ткани. В нём была энергетика, несущая заряд бодрости и счастья. Я отдала,  его Маше не раздумывая. Мне, так  хотелось подарить ей  СЧАСТЬЕ!!!!!!!!!!!!!!
Каким он станет для нас этот Новый 2010 год?








                           Сюрприз
                           Часть четвёртая
Как незаметно январь пролетел, кажется, только был  Новый год, Рождество, и вот уже завьюжили, запорошили и февральские метели. А в конце месяца и весной повеяло. Чувствовалось по всему, а главное по воздуху, весна будет ранней.
Как то однажды уже  ближе к середине марта, гуляя с Крохой по нашему скверику, я лицом к лицу столкнулась с Алексом. Мы бросились друг к другу, не то, что как добрые, старые знакомые, а как родственники. Я от радости, мне показалось, затараторила сразу  всеми голосами  и женскими, и детскими, и птичьими.
- Не ждала тебя здесь встретить. Как ты? Откуда? Ты же должен прилететь в апреле…
Он посмотрел на меня, как набедокуривший мальчишка и сказал: « Не смог я больше, соскучился, это сюрприз, я только с самолёта». И тут я заметила у него в руках портплед и коробку с невиданными в наших краях, да ещё в марте, фиалками.  Господи, подумала  я, от радости совсем бдительность потеряла. Он же с дороги. И тут до меня, наконец, дошло:
- Так  Маша ничего не знает?
- Ну  конечно нет! Я же говорю, сюрприз.
Я всё поняла, и здесь уж восторгу моему  не было предела. Я даже подпрыгнула от радости. Вот уж, счастье, так счастье! И Алексу  есть сюрприз. Целых два месяца Маша занималась ремонтом в  квартире. Я и помогать ходила несколько раз. Хотя Машка дизайнер, каких поискать надо. Такую красотищу  напридумывала, я только недоумевала, откуда денег то столько? Потом только, когда всё было закончено, Маша призналась, что перед отъездом, Алекс взял в Италию несколько её работ. Маша   была  скромная  и до конца не верила, как её Алекс не убеждал, что работы могут заинтересовать итальянцев. А получилось все, как он и говорил. Небольшая галерея южной  итальянской провинции Calabria городка  Tropea заинтересовалась, Машиными работами, купила и хотела приобрести еще. Алекс перевёл Маше деньги, так как она и так всё время тяготилась своей зависимостью от него. Ведь и вылечилась Маша, только благодаря тому, что в прошлый раз, уезжая, оставил ей Алекс. От радости Машка вошла в раж и готовила Алексу сюрприз по полной программе. В спальне у них теперь красовался морской пейзаж  во всю стену, которым Маша занималась почти всю зиму. Весь остальной интерьер был выдержан в стиле классицизма, и только  уголок у камина был, чем- то совершенно иным. Я даже смотреть боялась, в ту строну. От мягкого  под какого- то неведомого зверя ковра, так и веяло, чем- то настолько романтичным, что я немедленно покрывалась мурашками.
Всё это прокрутилось у меня в голове в одно мгновение. И я представила, что  же  сейчас будет и с Марией и с Алексом…Он оценил мой взгляд, как призыв к действию. Чмокнул меня в щёку, и почти не разбирая дороги, так как разлились снежные моря,  метнулся в сторону Машкиного дома.
Кроха стояла возле меня и смотрела так, как будто  поняла всё. А мысли у нас и вправду, наверное, совпали: везёт же людям!
Но для грусти не было причин и мы мокрые,  но счастливые возвращались в своё убежище, где нас с ней никто не ждал.
 Но! Машка, Машка!  Проносилось у меня в голове, вот обрадуется. Как всё - таки хорошо, что  она мне тогда позвонила. Я её теперь любила, как младшую сестрёнку. И одно только предчувствие терзало меня: заберёт, ведь  Алекс мою Марию в  Италию. Да! Время покажет. Цветы, её любимые, колечки, наверное, привёз. Он ей обещал, непременно, венецианские. Дай то Бог! Хорошие они какие! Сейчас и любовь то такую не сыщешь…
А, как Машка  в начале года убивалась. Но на этот раз Алекс предупредительно звонил, что связи не будет, когда он выезжал на маленькие острова. Говорил, что надо потерпеть, всего - то ничего. А сколько этого никто и никогда не знал. Маша по прежнему писала дневник. но теперь, это уже не была та зелёная тетрадка с такими грустными мыслями, ту Маша оставила мне, сказала, может пригодиться в твоих  душещипательных передачах. Маша не хотела больше помнить весь  пережитый ей ужас. Она жила сегодняшним днем. Радовалась каждому дню, писала свои чудесные, полные любви и нежности письма Алексу, писала прекрасные картины, которые мне казались шедеврами. Дневник теперь у неё был необычайной красоты, подарок Алекса, розовый, лаковый и с замочком. С Алексом она общалась через реки, горы, расстоянья, как и раньше с помощью своих неотправленных писем и стихов, уверяя меня, что он всегда в эти моменты с ней рядом. Души их  не расстаются никогда. Только физическая разлука, но главное, Маша, это подчеркивала,  как они могут общаться на расстоянии. Я верю в телепатию, потому как всегда знаю, чей звонок раздастся именно в эту минуту. И всегда чувствую мысли на расстоянии. Много раз в этом убеждалась, поэтому Машкина теория мне нравилась, и я всегда доверяла  Её  мыслям.
ДУШИ……….. ДА!
А ВЕДЬ, ЭТО ТАК И ЕСТЬ….
Стихотворение  Маши
Счастье
Вот и пришло долгожданное счастье!
Смело ступило на новый порог.
То, что вчера  нам казалось ненастьем,
Свой запоздалый закончило торг.
Пусть заметёт всё, закружит, завьюжит.
С милыми сердцу, ничто не страшно.
Зимние, летние, разные  стужи
Всё мы прогоним, ведь нам повезло!
Хрупкие плечи и нежные речи,
Да! Ну и что ж? Зато сила и дух
Все непогоды прогонит далече.
В пламени страсти сливается стук.
Есть унисон и в молчанье негласном
Вместе пройти, испытать, пронести,
Чтобы потом в одночасье прекрасном
Духом единым в сердца привнести.



                          Опять весна на белом свете                                    
                                   Часть пятая
Вот и наступил, как и в прошлом году, первый день весеннего тепла. Этот вечный круговорот не перестаёт меня удивлять. В эти весенние дни преображения природы, я вновь каждый раз рождаюсь вместе с ней. Какое чудо, эти маленькие, только что прорвавшиеся почки, нежные листики. Сколько прелести во всей этой первозданности, как в первом прикосновении, первом поцелуе, первой любви. Это самое потрясающее время года. Как первые несколько секунд перед поцелуем. Новое, манящее, неизвестное  и больше никогда не повторяющееся. С новой весной наступает новое рождение, а прежнее уходит безвозвратно.
Кроха долго играла, бегала, резвилась, что – то вынюхивала, пытаясь и меня  привлечь к этому занятию. Прогулка затягивалась, Кроха явно не спешила домой. Я начинала немного нервничать.
Сегодня запись эфира на 65 –летие  Победы. Хотя впереди ещё две недели и говорим мы о приближающейся дате каждый день, этот праздничный эфир хочется сделать, как можно лучше. Мне подготовили списки всех ветеранов, проживающих у нас в районе. Я попросила редакторов обзвонить всех и узнать их пожелания. Надо успеть за оставшиеся дни исполнить  все заявки, поздравить и назвать имя  каждого ветерана персонально. Мне бы хотелось сделать для них, что - то большее, но я на своём месте могла только это.
И вот я в своей стихии. Здесь даже воздух наполнен особой энергетикой. Когда я прихожу на радио, у меня мгновенно поднимается настроение. Я хочу немедленно, кого -  то сделать, хоть на  несколько минут счастливее. Я люблю свою работу. Точнее я ей живу. И я, честное слово верю, что после наших бесед, людям становится легче, а может быть кто- то и выздоравливает.
Запись эфира прошла очень удачно, я даже не ожидала. После поздравления были исполнены стихи и песни военных лет, а так же и современных достойных авторов. Команда у нас подобрана очень душевная, и никто не смог спокойно отнестись к теме Великой Победы. Молоденькие девчонки даже носами захлюпали, когда я говорила о жертвах концентрационных лагерей и о блокадном Ленинграде. Писали программу три часа. Осталось свести и показать главному, а там на ваш суд  дорогие мои, любимые слушатели.
Выйдя на улицу, я вдохнула воздух, так глубоко насколько смогла. Все напряжение снято. Я вижу небо, деревья. Восторг! Но это только на долю секунды. Опять в моём сердце живет тревога. Как я и предполагала, Алекс сделал Маше предложение, и это прекрасно. Но, как мало дней остаётся до их отъезда. Маша защитила свою дипломную работу досрочно. Алекс организовал, как приехал сразу, через несколько дней выставку её работ в одном их залов дома Художника. Так, что комиссия и на выставке побывала и на презентации. Все остались довольны, очень хвалили Машу, желали ей успехов. Я тоже желала, а сердце болело. Как – то всё было стремительно, но, это для меня, а уж, для них бедных, думаю, как раз наоборот. Пожениться, они собирались в Италии, Алекс на этом настаивал. Значит, не буду я на Машиной свадьбе ловить букет невесты.
Отпуск у меня только в конце августа, а пожениться они должны в начале июня. Алекс нам уже всё расписал, как будет и где, и день назначил, и все сопутствующие приготовления.
Мысли мои были прерваны. Как раз навстречу  шли Маша с Алексом. Лица их переполняла любовью Они, как – будто излучали свет и одаривали им всех окружающих. Грусть моя тут же испарилась. Видя их, я становилась такой счастливой, как – будто, это не они, а я сама переживала все эти прекрасные чувства.
-Ты? – обрадовались ребята, и, поднеся букетик  фиалок к лицу, Маша выдохнула:
-Мы взяли билеты, через неделю уезжаем.
Алекс поднёс Машину маленькую  ладошку  к своей щеке. Он, действительно, уже не представлял, как сможет оставить её здесь одну. Он всегда любил Машу, но не всегда чувствовал, как она. Её чувства были обострённее, и в расставаниях всегда была, какая- то обречённость. Мужчины и женщины, такие разные!
Я, немного оторопев, замерла и молча, улыбалась. Мне так не хотелось, чтобы они уезжали. Маша, Машенька моя, как же я -  то теперь без тебя?
И вот наступил день, которого все ждали и боялись одновременно. День прощания. До девятого мая была ещё неделя. Я, в глубине души, была немного обижена, что они, даже мой праздничный эфир  не услышат.
Принц носился по комнатам, как сумасшедший, будто чувствовал, что ему предстоит. Лететь в багажном отделении для животных не очень- то приятно, тем более такому крохе, его и с рук то, почти, не отпускали. Маша тоже волновалась. Как он будет там один? Вдруг он лёг  и начал поскуливать, так, как когда я его увидела в первый раз. Прощается, подумала я. Взяла его на руки, посмотрела в глаза и поцеловала. Не плачь, маленький. Я тоже плачу, только в душе. Я положила его в дорожную сумку,  и еле сдерживая слезы, вышла из комнаты. Все эти сборы были душераздирающими.
Один Алекс был весел. Ему разлука, на этот раз, не грозила ни с кем. Ключи мне оставили, но приходить без ребят я не хотела. Лучше перевезу цветы к себе. Пусть у меня живут. Все Машины окна были заставлены диковинными фиалками.
И вот звонок, хоть и мелодичный, но для меня, будто набат прогремел.
Такси у дома. Мы присели на дорожку. Помолились  каждый, как умел. И отправились в путь. Рейс был дневной, день выходной, Ленинградка переполнена. Хорошо  мы предусмотрительно  выехали пораньше. Прибыли. Долгие проводы, долгие слёзы…Я обняла и поцеловала Машеньку. И тут у нас  обеих ручьями полились слёзы.
И вот последний шаг, паспортный контроль и последний взмах рук…
До свидания, мои дорогие. Что ждёт  вас в далёкой, чужой Италии? (для меня все страны чужие, кроме России)

Эпилог
В Италии Маша и Алекс поселились в прекрасном, старинном городке Тропея в регионе Калабрия, там, где была картинная галерея с работами Марии. Алекс  ещё зимой  купил здесь чудесную виллу с видом на море  и на огромный остров Геркулес. Который по преданию, одаривал всех  близ проживающих  недюжинным здоровьем  и силой Жизни.
Следующей весной  у Маши  и Алекса родился малыш.
И я решила, во  что бы то ни стало, нарушить все свои обеты и обязательно  поехать к ним в гости, просто отдохнуть, а не работать, как я всегда делала. К тому же я так о них скучала, что, как и Маша стала  писать дневник писем и стихов, обращённых к ним. Маша была права. Я общалась с ними и чувствовала их присутствие рядом. А их очаровательные фотографии были расставлены у меня по всему дому.
НУ, ЧТО Ж ВРЕМЯ ПРИШЛО. В ПУТЬ, В ПУТЬ…
СКОРО, СОВСЕМ СКОРО Я СМОГУ ПОЦЕЛОВАТЬ МОЮ МАШУ
И ЕЁ ДРАГОЦЕННЫХ МАЛЬЧИШЕК!
11 мая 2010 года



                                                                   



                                                         


Рецензии