Ум за разум

Чокаясь с Разумовским

«Ни один писатель, рассчитывающий хотя бы приблизительно отразить то, что происходит в душе и теле его персонажей, не может ограничиваться такой капризной структурой, как «логическая» последовательность.»
                                                     (Уильям Берроуз).

Его погонялово – Разум. Слово погонялово здесь особенно уместно. Ибо Разум гонит. Кто-то гонит пургу, как я в данном случае. Разум гонит самогон (в смысле литературы). Писанина Разума – это оргазм и маразм в одном флаконе. Экзистенциальный градус его литературного пойла не каждому по нутру.
А начинал он с бормотухи. Не случайно его опусы в стихотворной форме напоминают полупьяное бормотание. К примеру: «По улице Ленина едет трехтонка. А в кузове бьется о бортик бабенка. «Абортик... Абортик...» - мечтает бабенка...» Або-ба-бу-бы-бе-бр-р-р... Язык заплетается. Оно и понятно, ведь изрядную дозу словесной бормотухи Разум глотнул еще в материнской утробе - его матери во время беременности давал уроки английского языка политзек, проходивший судебно-медицинскую экспертизу в психбольнице, где она работала врачом. Это первое брожение мысли Разум ощутил в местечке под названием Гедеоновка.
Дальше, что называется, биография не подвела. С 5 лет необузданный Разум начал гнать отсебятину. Частенько устраивал импровизированные выступления, читая на детских праздниках не заученные строки известных писателей, а собственные сочинения, чем вызывал у публики неадекватную реакцию. Со временем едва забродившее гонево возымело побочный эффект, и он стал записывать свои малолетние фантазии.
Мать частенько приносила домой литературное творчество пациентов психбольницы. Разум тайком впитывал сумасбродные вирши. Первая книга, содержание которой он забурил в своей памяти самостоятельно, была «Всеобщая психология» изданная в 1912 году под редакцией профессора Сикорского. После этого процесс брожения явно ускорился.
С 6-го класса учителя уже считали его отщепенцем. В этот период Разум глотнул бормотушного общения с блатными и шпаной. Один раз в местном клубе чуть не залетел с поножовщиной, но вовремя успел избавиться от колюще-режущего предмета, когда забрали в ментовку.
В 9-м классе Разум остался на второй год. Школу закончил на одни тройки, однако за год подготовился и поступил в педагогический институт. Окунувшись в городскую среду, оторвался от гедеоновских братьев по кирялову, но примкнул к  шалопаям центрового розлива. Город его юности на тот момент был активно посещаем иностранными туристами, среди которых было масса интересных персонажей: анархисты, маоисты, хиппи, битники... С ними в основном и искали общения молодые потребители дешевого пойла. Первый привод в КГБ - в 16 лет за контакты с заезжими анархистами.
«…А начали ведь с того, гады, что вытатуировали у Архитектора на указательном пальце свастику. Он рассказывал по этому поводу, как едет однажды в троллейбусе и его конкретно прижало к одной ничевошной жопе. А та крутая оказалась. Кричит: я тебе сейчас яйца оторву! И тут он - даже сам от себя не ожидал - жестко ей говорит прямо в рожу: молчи, сука, я фашист. И тычет  ей в харю свой палец со свастикой. Та сразу озябла, пидораска, заткнулась, а он кончил ей прямо на белый плащ.» (из рассказа Олега Разумовского «Пришельцы»).
Изучение в институте английского бормоталова в перемешку с «Портвейном» и «Вермутом» дало неожиданные результаты. Разум подсел на иностранную литературу. Читал на английском Артура Миллера, Уильяма Берроуза, Алена Гинзбурга, Джека Керуака и др. Период формирования личности совпал с бурными событиями в Европе и Америке конца 60-х годов. Париж, Сан-Франциско, Чехословакия и т.п. Центровая молодежь родного города группировалась возле скульптуры «оленя» (в просторечье -  «осел», «сохатый» и т.д.), завезенной сюда после войны в качестве трофея из парка Геринга. Из созвездия местных питейных заведений на карте местности сложился, так называемый, Вермутский треугольник. Джинсы, рок-музыка, нежелание работать, антиобывательский пафос, вызывающее поведение, нонконформизм… Сотрудники КГБ плотно опекали их компанию, зачастую избивали, возникали неприятности в школе, а затем в институте. С 3-го курса Разума вышибли и он отправился на срочную службу в армию.
Служил Разум в морской авиации сначала в Выборге, затем в Белоруссии. Этот период жизни вспоминает редко. Разве что на День ВМФ может уйти в неконтролируемый запой. Естественно не без словесного и других видов самогона.
Постепенно наступил конец брежневской эпохи. Началась эра Андропова – всеобщее брожение умов. Разум бросает провинциальную бодягу и срывается в Питер, где в это время бурным цветом распускаются различные молодежные движения. В Питере он продолжительное время бичевал, жил на вокзалах и у знакомых. Одно время его приютил опустившийся тип, бывший юрист, который в нужное время пропил все свое хозяйство и лечился в ЛТП. Из посуды у него были стакан и тарелка.
«Я вошёл в маленькую комнатку Архитектора, где царили беспорядок, запущенность и полутьма. Везде пыль, грязь, паутина. Драные шторы наглухо задёрнуты. Чем-то противно воняет. На столе, заваленном каким-то хламом, стоит нерабочий телевизор. Я вспомнил слова Архитектора: «Я телик вообще не смотрю, даже морду лица последнего президента никогда не видел, да он мне и на *** не нужен, то есть она не нужна.» (из рассказа Олега Разумовского «Пришельцы»).
В этот период Разум интересовался авангардным джазом. Общался с Сергеем Курехиным, Ефимом Барбаном, Николаем Кондрашкиным и другими джазовыми авторитетами. Тусовался в культовом кафе «Сайгон» на Невском проспекте. Тогда было модно бухать по-черному. Разум нередко напивался вдрабадан и засыпал в каком-нибудь сквере на скамейке. Забирали в ментовку чуть ли не каждый день, что при условии отсутствия местной прописки грозило крупными неприятностями. «Сейчас бы точно посадили,- комментирует данный факт Разумовский, - но тогда видно менты были более лояльными.» По пьяни он как всегда общался с различными маргинальными элементами, многие из которых впоследствии стали персонажами его рассказов.
«Через какое-то время мы с Архитектором захотели отвлечься от мрачной темы и углубились в лингвистический спор. Нас крайне интересовал такой вопрос: почему выражение ***во означает плохо, а ****ато очень хорошо. Тут мы забрались в такие дебри, что ****ь мой ***. Но так и не нашли какого-нибудь удовлетворительного ответа. Пытались заговорить о литературе, но тут Архитектор как закричит не своим голосом:: «**** я вашу ****ую литературу!» (из рассказа Олега Разумовского «Пришельцы»).
Периодически Разум выезжал в Прибалтику, где появились его первые публикации в журнале «Третья модернизация», который издавали Александр Сержант и Владимир Линдерман. Последний известен сейчас как соратник Эдуарда Лимонова по Национал-большевистской партии Владимир Абель. В Риге познакомился так же с музыкантами группы «Зга», и в частности с ее лидером Николаем Судником. 
После Питера Разум продолжительное время проживал в Москве, где общался с Анатолием Жигаловым и Наталией Абалаковой (Тотарт), через которых узнал, что такое московский концептуализм. Абалаковы были в оппозиции к центристскому ядру концептуализма, которое представляли люди из «секты» Ильи Кабакова. Употребление недоброкачественного литературного сэма нередко приводило к помутнению Разума. Он ни в какие рамки не влезал, но подпадал под статьи (критические и не только). Со временем затосковал по «огненной воде» своей малой родины. Вернулся – выпил - упал… Очнулся в другом измерении.
«Мне снились стройные ряды скелетов, поднимающиеся вверх по Б.Советской, выходящие на ул.Ленина, доходящие до пл.Восстания и строящиеся там в чёткие шеренги. Они несли красные флаги с чёрными черепами. Среди покойников я узнавал своих верных товарищей суровой юности. Что ж нас так смертельно выкосило? Чума, одетая в чёрное, неистово дирижировала с балкона Дома Советов. Звучала какая-то адская музыка. Скелеты орали ей славу и готовились к последнему штурму.» (Из рассказа Олега Разумовского «Чума»).
Теперь Разум осваивает новые технологии возгонки крепленой словестности. Бунтарь без причины обозначился в Интернете под кликухой RAZUMBUNT. В змеевике виртуального пространства пары его угарного производства ощутимы на сайтах padonki.ru, buhаl.ru и т.п. Здесь не выдают сертификат качества на продукцию. Все идет самотеком, так что чтение запоем не рекомендуется, иначе можно ужраться до потери пульса.
Эдуард Кулемин.


Рецензии