Белый мост

Часть 1
Новые знакомые

Дождь шел уже четвертый день.  И по заверениям местного шарлатана, сидящего под навесом и продающего различные минералы, скоро свершится нечто ужасное. Но на планете, волею судьбы оказавшейся практически на окраине Вселенной, такого просто не могло произойти.
Единственное, что случалось здесь с завидной регулярностью, помимо дождя, были драки в местном баре, прибыль которого начала уменьшаться из-за того, что притворный предсказатель всегда ошивался поблизости.
– Услышьте меня! – взмолился он к проходящему мимо человеку. – Две Луны скоро сойдутся!
Путник не отреагировал. Подойдя к заведению, перевалившему порог лет в пятьдесят, и ненадолго задержавшись у входа, где висела табличка с выведенной кривым почерком фразой «Я дверь», он зашел внутрь. Теплый застоявшийся воздух, пропитанный не только атмосферой бара, но и некоторыми видами технических жидкостей, мгновенно заполнил его легкие, заставляя чуть поморщиться. В помещении было бессчетное количество людей. В толпе кружили обслуживающие роботы, и изредка мелькали андроиды.
– Где Вега? – спросил гость у первого то ли проезжающего, то ли подпрыгивающего  на одной конечности робота-разносчика.
– Наверху.
Кивнув в знак благодарности, человек поднялся по лестнице. Это сооружение со времен последнего визита гостя не изменилось. Все та же сомнительная конструкция из дерева и металла: из-за того, что частично разрушилась, а заменить полностью у владельца бара не хватало денег. Или желания.
Человек постучался и вошел в небольшой кабинет, обставленный только необходимым.  Макет космического корабля, примостившийся в углу, также входил в эту категорию.
– Остин. – Немного механическим голосом произнес Вега. – Каких демонов мне благодарить за твое появление? – он положил руки на обсидиановую столешницу, покоящуюся на ножках в виде молекул ДНК.
– Почему же сразу демонов? – Остин едва улыбнулся и сел в кресло, стоящее у стены. –  Не изменяешь привычкам?
– Их не существует. – Вега начал что-то писать, почти полностью игнорируя гостя. Серая кожа получеловека блестела в свете ламп кабинета словно ртуть. – Зачем ты пришел? – спросил он, после пары минут молчания.
– Мне нужен корабль.
– Если ты здесь, то он у тебя уже есть. – Сухо ответил Вега.
– Логично. Но мне нужен также и капитан. Заслуживший твое доверие.
– У меня нет того, что тебе надо. – Вега отложил в сторону исписанный лист, сложил руки в замок, и уставился на Остина неморгающими глазами.
– Есть. –  Остин вперил взгляд в получеловека. – Я уверен.
– Ты ошибаешься.
– Это Вертмид. – Всплеснул руками Остин. –  Здесь контрабандистов больше, чем кратеров на Луне.
Глаза Веги презрительно сузились.
– Ты же знаешь тот кусок камня около Земли? – добавил Остин.
– Я осведомлен об этом.
– Вега, я знаю, у тебя есть то, что мне надо.
Ответом было лишь молчание. Остин понял, что лимит помощи Веги исчерпан, и теперь полукровка и пальцем не пошевелит без ценного предлога.
– Я предлагаю сделку, – сказал Остин после недолгой паузы. – Пять тысяч в обмен на информацию о самом лучшем перевозчике из твоего гарнизона. – Вега молчал. Остин подошел к столу. – Пятнадцать тысяч. – Тишина. – Двадцать пять и не больше.
– Согласен. – Вега взял чистый лист и записал на нем условия сделки. –  Плюс  еще десять за молчание о том, что ты здесь появлялся.
Остин не сдержался и ударил по столу. Да чтоб он еще хоть раз связался с этим серым полукровкой.
– Я знаю людей, которые за информацию о тебе заплатят больше, чем ты мне за информацию о моем самом лучшем перевозчике.
– Еще десять. Согласен. – Заключил сделку Остин.
***

Он нашел ее на одной из посадочных площадок Изантриса, где она готовила корабль к приезду владельца, записывая в чек стоимость ремонта.
– Деметра? – окликнул он, неуверенный в своих убеждениях: Вега лишь дал  лишь имя и координаты места.
– Да. – Подтвердила она. – Что тебе нужно?
Девушка смотрела на него и думала, кого на этот раз прислал Тенно, чтобы она снова переправила беглеца на одну из забытых всеми планет, коих по окраинам Вселенной было множество, как и тех, кто хотел на них скрыться.
– Я Остин. – Представился он. – Мне необходимо, чтобы ты перевезла груз.
Значит, на повестке дня всего лишь контрабанда, а не укрывательство и помощь лицам, нарушившим закон. Деметра ухмыльнулась.
– Я не работаю на тебя.
– Ты работаешь на Вегу. – Произнес Остин.
– И? – Деметра изогнула бровь и с вызовом посмотрела на мужчину. Он не был клоном, гибридом, или кем-то другим – он был человеком.
– Он доверяет тебе.
– Если ты от Веги, – девушка подошла ближе. – Докажи это.
Остин вопросительно смотрел на Деметру, пытаясь понять, каким образом он должен убедить ее. Он прокручивал весь диалог с Вегой в голове в поисках того неизвестного доказательства.
– Я могу рассказать весь разговор. Что ты хочешь услышать? – спокойно спросил мужчина.
Рука Деметры проскользнула за спину, захватывая оружие. Остин заметил это и отшагнул.
– Я не знаю, – сдался Остин. – Он много чего говорил. То, что, если я прилетел к нему, у меня есть корабль; он осведомлен о кратерах на Луне и его привычек не существует или чего-то другого… Что я должен сказать?
Внезапно Деметра выпустила оружие и протянула Остину руку для пожатия.
– Приятно познакомиться.
– Так ты сможешь перевезти груз? – спросил он следом
– Не сейчас.
– Почему?
– Приходи через три недели.  – Ответила она и, направилась было внутрь главного ангара, но Остин задержал ее.
– Почему? – повторил он  свой вопрос.
– Потому что транспорт в ремонте.
– Вега сказал, что…
– Этот идиот много чего говорит! – выпалила Деметра. Она хотела еще что-то добавить, но сумела взять эмоции под контроль. – Я знаю, Вега достаточно вытянул с тебя, но это пустая трата денег.
– Почему?
Этот вопрос начинал раздражать Деметру.
– Я… – Она поджала губы. – Из-за Веги я лишилась возможности летать. А этот серый полукровка не собирается возмещать мне ущерб, поэтому … временно на него не работаю. – Она обошла Остина, не желая продолжать разговор.
– Деметра, – окликнул он ее.
– Я же сказала, что не могу!
Про себя она поклялась, что если он от нее не отстанет, то она точно что-нибудь ему прострелит.
– Вега хоть и паршивец, но он посоветовал тебя, а не кого-то еще.
– А сам сесть за штурвал не пробовал? – поинтересовалась она.
– Я плохой пилот.
– Сюда же ты долетел. Значит, – она очертила рукой в воздухе неведомые контуры, – куда там тебе надо тоже сможешь. – Деметра ускорила шаг.
– Сколько тебе нужно на ремонт твоего корабля? – спросил Остин, догоняя ее.
– Денег или времени?
– И того и другого.
Она остановилась и смерила его взглядом с головы до ног.
– Двадцать тысяч и пять часов.
– Хорошо.  – Довольно заключил Остин.
– Что значит «хорошо»?  – немного растерянно спросила Деметра.
– Значит, что я оплачу ремонт твоего корабля, и это будет считаться, как цена за перевозку.
– Сберег бы денежки, – съязвила она.
Сумма была солидная. Это помогло бы закончить ей ремонт корабля буквально за день. Но принимать помощь от Остина она не собиралась.
Сложив бумаги на чужое судно, она посмотрела на часы: владелец задерживался.
– Деметра! – окликнул ее Остин, в надежде, что она передумает.
Она сосчитала, сколько времени сэкономит ей такое предложение. Ее корабль стоял в лесах уже слишком долго. И пора это заканчивать.
– Где твой корабль?
– На четвертой платформе. – Радостно ответил Остин.
– Жди меня там.
***

Остин уже успел со скуки пересчитать все заклепки на обшивке корпуса корабля, когда на платформе появилась Деметра в сопровождении погрузчика, который вез контейнер средних размеров.
– Наконец-таки, – протянул Остин. – Сколько займет ремонт.
– Пару часов.
Отпустив погрузчик и обсудив некоторые детали договора, они взлетели и взяли курс на Голубые Воды
Планета в одноименной системе, около звезды, которая скоро закончит свое существование. «Скоро» – по меркам самой звезды, а по меркам обитателей планеты – пару миллионов лет.
– Приземляйся в пятнадцатом секторе. – Почти приказала Деметра Остину, когда тот начал снижаться.
– Там слишком густой лес.
Деметра недовольно хмыкнула.
– Сказал плохой пилот. – Съязвила она. – Пусти в кресло.
Остин передал ей управление. Частные корабли никогда не отличались большими габаритами, но провести даже такое судно между деревьями, растущими на расстоянии меньше пары метров – дело не простое.
Деметра словно преодолела невидимую границу, после которой лес расступился, обнажая довольно большую поляну, где и находился ее корабль. От проливных дождей его защищали листья деревьев, аккуратно сшитые над ним.
Спалив несколько представителей сине-зеленой флоры планеты, Деметра приземлилась. Она заглушила двигатель и выбралась из кресла.
– Можешь остаться здесь, – сказала она Остину.
Снаружи было тихо. «Даже как-то слишком тихо для такого леса», – подумал Остин, все же отказавшись от предложения остаться внутри его кораблика. Именно кораблика. По сравнению с тем, что он видел перед собой, его суденышко было почти крошечным: в несколько раз меньше одного из четырех двигателей корабля Деметры.
– Не очень удачное место для ремонта, – заметил Остин. – Слишком влажно.
«А то я не знаю», – сказала про себя Деметра.
– Гринни! – позвала девушка, оглядываясь. – Гринни!
Из-за дерева кто-то выкатился. По виду – абориген. Округлой формы, ростом чуть выше колен, синий, и с большими ушами.
– Ты? – удивился он, взглянув на девушку желтыми глазами. – Что случилось?
– Я привезла детали. Заканчиваем ремонт и улетаем.
– А это кто? – спросил карлик, указав на Остина.
– Клиент.
Оставив их двоих знакомиться друг с другом, девушка подошла к носу корабля и  стащила с него маскировочный тент.
– Здравствуй, – тихо прошептала она, нежно прикоснувшись к корпусу.
На противоположном краю поляны синий карлик закрыл глаза и  напрягся. Его контур размылся и через пару секунд он превратился в мужчину среднего роста, отличительной чертой которого стали ярко-зеленые волосы.
– Метаморф? – спросил Остин, заранее зная ответ.
– Гринни. – Ответил он. –  Приятно познакомиться. – Широкая улыбка растянулась лицо. –  Старший помощник, инженер и занимающий все оставшиеся должности на ее корабле, после капитана.
– Остин. Сопровождающий груз.
– Говорю сразу: ты мне не нравишься. – Остин удивленно взглянул на метаморфа, ожидая разъяснений.  – Ты выше меня. – Пояснил тот.
Остин постоял с минуту в смятении, затем все же собрался.
«И это лучшие из гарнизона, – подумал он. – Каковы же худшие?»
– Откуда ты родом? – поинтересовался Остин, помогая Гринни переносить детали, пока Деметра находилась внутри корабля.
– Я уже не помню.
– Так долго живешь?
– Достаточно. – Метаморф не очень доверял тому, с кем был знаком меньше двадцати лет. Особенно тем, кто выше ростом. И не собирался рассказывать человеку все.
– Как вы познакомились с Деметрой? – Остину, несмотря на нежелание метаморфа разговаривать, нужно было кое-что узнать.
– Ребенком меня должны были продать на Аруе, но Деметра… – Метаморф запнулся. – Спасла меня. – Он разглядывал небольшой цветок, пытаясь избавиться от воспоминаний о прошлом. И не рассказать человеку лишнего. А Остин продолжал спрашивать:
– А этот корабль? Не похоже, что он принадлежит Веге.
– Сам у нее спросишь, если очень интересно. – Недовольно ответил Гринни и, придавив растение словно всплывшие воспоминания, исчез на верхних палубах.
– Его загружать будешь? – спросила внезапно появившаяся Деметра, имея в виду судно Остина.
– Да. Не оставлю же я его здесь.
– Гринни поможет. Кстати, где он? – Остин указал наверх. – Метаморф зеленый, опять на кухне ошиваешься?! – выкрикнула Деметра.
– Возможно, – ответил тот, свесившись вниз головой через проем в уровнях. Лицо мягкое и доброе. Ни следа от эмоций, захлестнувших его всего пару секунд назад.
– Ты закончил с уплотнителем? – спросила она.
– Нет еще.
– Так заканчивай. И загрузи корабль Остина внутрь, а потом подыщи ему каюту.
– Понял, капитан. – С радостью ответил Гринни.
***

Тишину в лесу на протяжении пары часов нарушал только металлический звук. Всю живность они распугали при приземлении, хотя Деметра помнила с прошлого пребывания на планете, что этого иногда бывает не достаточно, чтобы прогнать крупного хищника. А вот чтобы разбудить его…
Деметра была на капитанском мостике и готовила корабль к взлету.
– Как думаешь, зачем мы ему? – спросила она. Реакцией был звуковой сигнал, и на приборной панели поменяли цвет несколько индикаторов. – Я тоже не знаю.
В грузовом отсеке внезапно раздался грохот. Корабль ответил недовольным гудением и скрежетом.
На погрузочной палубе Гринни пытался…
– Что ты делаешь? – недовольно спросила Деметра. – И зачем ты притащил сюда дерево?
– Я не дерево! – возмутилось растение, стоящее около края погрузочной платформы.
– Говорящее дерево… – тихо произнес Остин, мало обращающий внимание на разгорающийся конфликт.
– Деметра, – Гринни сделал то самое выражение лица, которое означало, что его владелец использует весь запас своих возможностей невербального воздействия, – я пообещал помочь найти его родственников.
– Ты пообещал? – возмутилась Деметра. – Как твое имя и откуда ты родом? – спросила она, обращаясь к дереву.
– Рейгар. Меня вырастили в лаборатории…
– Если ты оттуда, то маловероятно, что у тебя есть родственники. – Прервала она.
– Я могу заплатить… – Произнесло дерево. – Потом… как-нибудь.
– Извините, что прерываю, – врезался в разговор Остин, – но где я могу обосноваться на время полета?
– Вторая палуба. Правее кухни. – Ответила Деметра. Остин, убедившись, что его корабль закреплен, покинул отсек.
– Я знаю семьдесят три языка. – Сказал Рейгар. Он пытался убедить капитана в полезности своего присутствия на корабле. – И умею лечить людей.  – Корни дерева довольно быстро начали разрастаться по платформе. – И умею готовить. – Деметра критически осмотрела его. Дерево. Как настоящее, даже с листьями, только с человеческими чертами лица, преобразовавшимися из борозд на поверхности; шея, как таковая, отсутствовала, так же как и руки. Его ветки беспорядочно шевелились, а корни становились все толще. – Это происходит, когда нервничаю. – Пояснил Рейгар.
– Ладно. Гринни, – она посмотрела на метаморфа, – отвечаешь за него. Ты, – раздраженный взгляд на Рейгара, – прорастешь корнями через камбуз – превращу в кучку пепла.
– Понял. – Мигом ответил он.
– В медотсеке можешь прикрепиться к чему-нибудь. – Сказал ему Гринни.
– По местам все. Взлетаем через пять минут,– произнесла Деметра, проведя рукой в воздухе. Следом за которой начал подниматься шлюз грузового отсека.
При взлете жар из сопел двигателей спалил пару деревьев: проблематично поднять корабль в воздух в лесу, не навредив ему.
– Тебе стоит извиниться перед аборигенами, – произнес Гринни из инженерного отсека.
– В другой раз. – Коротко ответила Деметра.
– Сначала – Норакр, – Остин, поднявшись на мостик, показал на карте одну планету. – Забрать груз. Потом – Вагнер.
Внезапно корабль сотрясся и почти рухнул на землю.
– Что произошло? – встревожено спросил Остин.
– Абориген решил потребовать извинений за деревья.
Деметра сталкивалась с этим: огромный летающий ящер, имеющий слишком большую привязанность к объектам, пролежавшим в его лесу дольше пары дней. Но тогда она видела его в полете, высоко в небе, и он не пытался разрушить ее корабль.
Сейчас он сидел на нем с распростертыми крыльями.
– Эта тварь пытается прогрызть корпус! – донес Гринни. – Подними верх…
– Кто здесь капитан, метаморф?!
Деметра накренила корабль, и хвост ящера попал в сопло. Подпалив часть тела, животное злобно прорычало и на секунду отвлеклось от судна, что дало возможность кораблю нарастить мощность и резко развернуться.
Треск ломающихся стволов разнесся по всему лесу, как и вопль ящера из-за поврежденного крыла.
Но зверь еще крепко держался.
– Как старший помощник советую сбросить этого птеродактиля  вниз. – Снова сказал метаморф.
– Совет принят, – менее раздражительным тоном ответила Деметра. – Лучше бы ты пристегнулся, Остин.
Корабль сначала поднялся, а затем резко перевернулся. В таком положении они могли лететь. Что и сделали. Вместе с ящером под ними. Напролом через чащу тысячелетних лесов, сжигая и ломая на своем пути все, что имело несчастье там оказаться.
Такого ящер не ожидал, и заметно пообтрепавшись и переломав себе крылья, он расслабил хватку.
Корабль вернулся в нормальное положение и, почти неповрежденным, начал подъем через атмосферу планеты.
– Гринни, – произнесла Деметра, – проверь дерево.
***

Норакр встретил их заполоняющим штормом на два квадрата.
Устав бороться с погодой, Деметра посадила корабль почти в сотне километров от нужного места.
Солнце светило слишком ярко. Даже для этой планеты. А ведь только утро. Остин сидел в тени корабля, ожидая, когда песчаная буря, виднеющаяся на горизонте, исчезнет, что позволит им добраться до места приема груза. 
Деметра дремала у противоположного борта.
Услышав звук шагов поблизости, она насторожилась. Гринни, чем-то расстроенный, прошлепал по песку и сел недалеко от нее.
– Что случилось?
Метаморф посмотрел выше по корпусу – туда, где раньше было выведено имя корабля, а сейчас остались лишь контуры, да и те почти стерлись.
– Гринни, – окликнула его Деметра,– не надо.
– Ты никогда не думала вернуться?
– Меня считают погибшей. Пусть так и остается.
Гринни поджал губы и отвел взгляд на горизонт. Солнце плавило воздух, превращая ровную линию горизонта в тонкую вибрирующую нить.
Они сидели и молчали. Потому что иногда слова бывают бесполезны.
– А где Рейгар? – спросил Гринни, решив сменить тему разговора.
– Внутри. Пытается научиться контролировать свои корни.
Рейгар весьма серьезно воспринял фразу Деметры, что в случае повреждения кухни, она может превратить его в кучку пепла, и решил, что, если хочет остаться на корабле – должен научиться контролировать себя. Или части себя.
– Прозвучало весьма странно.
Через пару часов, когда солнце вошло в зенит и жара стала почти нестерпимой, все перебрались внутрь корабля, где было значительно прохладнее. Рейгар находился на кухне и пытался создать нечто, хотя бы отдаленно напоминающее маленькую коробочку. Но получалось только что-то наподобие большого клубка перепутанных корней. Гринни, оставив Деметру самостоятельно следить за деревом, в личной лаборатории наблюдал за тем, как один из его ежиков – представителей класса млекопитающих, что Гринни разводил уже не первое десятилетие – плавает в небольшой ванне.
Метаморф смотрел, как маленький комок черно-белых иголок медленно раскрывался, и становились видны крохотные глазки-бусинки и носик, опасливо принюхивающийся к окружающему пространству. Ежик быстро понял где ближайшее сухое место, и, потянувшись – метаморф слегка улыбнулся, заметив это – погреб лапками и, недовольно фыркая и кряхтя, взобрался на остров.
– Хэй, буря прекратилась.  – Сообщил с верхней палубы Остин.
Переместив корабль в нужное место, Деметра ожидала окончания погрузки в кресле пилота. С приборной панели донесся шум.
– Я знаю, что тебе не нравится. – Проговорила девушка.
– С кем разговариваешь? – поинтересовался Остин, появившись на мостике.
– Закончили в грузовом? – без смены тона спросила Деметра.
– Да. Можем вылетать.
Она собиралась связаться с Гринни, чтобы получить отчет от него, но он опередил.
– Капитан, – донеслось по связи, – груз на месте. Надежно закреплен. Андроиды в лишнем количестве на корабле не присутствуют. – В голосе послышалась улыбка. –  Разрешаю взлет.
– Он всегда такой радостный? – поинтересовался Остин.
– Да.
За все время после их встречи Деметра не раз убеждалась, что у этого метаморфа внутри просто неограниченный запас энергии и счастья. Он мог даже заставить андроида смеяться, что было весьма нелегко, ввиду узкого спектра эмоций последних.
***

Не прошло пяти минут после взлета, как из инженерного отсека донеслись ругательства метаморфа.
– Мы только  вылетели, а за нами увязались перехватчики. – Недовольно сказал Гринни, смотря на сканеры в инженерном отсеке. – Деметра, ты их видишь? – спросил он по внутренней линии связи.
– Да. На мостик. Быстро. – Приказала она.
– Они на связи, – произнес Гринни, влетая в кресло второго пилота, в полуразмытом состоянии.
– В песке что ли прятались? – риторически спросил Остин, появившись следом за метаморфом.
– Какого черта ты тут делаешь? – прошипела на него Деметра.
– Зеленого трудно не услышать, – пояснил он, отступив к боковой стенке: нечего светить мордой на заднем плане.
– Капитан корабля «Пандора» приветствует вас. – Спокойно произнес Гринни, наладив проекции.
– На вашем судне находится преступник, укравший ценный и опасный груз. Вернитесь на Норакр.
– Эти сведения ошибочны, – ответил метаморф.
– Они выстраиваются в ромб над нами. – Тихо сказал Остин.
– Заканчивай, – приказал Деметра. Она села в кресло пилота и пристегнулась.
«Впервые за весь полет», – заметил Остин, и последовал ее примеру.
– Вы должны проследовать за нами.
Гринни разрубил связь, сказал Рейгару, чтобы он не волновался и за что-нибудь держался, и с раздражением посмотрел на Остина: метаморф подозревал его чуть ли не во всех смертных грехах.
– Переходим в гипер.
Они не просто перешли. Они перескочили.
– Где выходим? – с интересом спросил Гринни.
– Пояс астероидов.
– Тот самый? – метаморф выглядел немного взволнованным.
– Да.
Гринни мгновенно успокоился, улыбнулся и от нетерпения поерзал на месте.
– Тебе весело? – шокировано спросил Остин.
– Это приключение! – воскликнул тот.
– Мне нехорошо, – донеслось от Рейгара.
– Дерево, держи себя в руках! – приказала Деметра.
– Или корнях. – Добавил метаморф.
– Гринни, хватит болтать! Убрали руки все…
И в эту секунду время словно замедлилось. Остин даже успел увидеть границу выхода из гиперпространства, что при обычных условиях человеческий глаз не замечает. Рука Деметры лежала на приборной панели и словно срослась с ней, являлась ее частью. Сигналы, бегущие через системы корабля, бежали по ее венам.
Границы воронки бесшумно захлопнулись за кораблем, и они оказались среди астероидов. Деметра, не моргая, вела судно на огромнейшей скорости после выхода, минуя все объекты.
– Двое перешли за нами. – Произнес Гринни, нарушая тишину. Деметра не отреагировала. – Они в нас целятся. Тепловыми ракетами… на биологических существ!
Метаморф начинал нервничать, хотя знал: Деметра, как и всегда, вытащит всех в целости и сохранности, но предыдущие полеты с ней показывали, что иногда полная целостность и сохранность не достигаются.
– Есть идеи? – спросил Остин.
– Идеи, как перестать быть теплокровным?! Нет! – воскликнул Гринни. Ракеты засекли свою цель.
– Самое время достать козырь из рукава. – Произнес Остин взволнованным голосом.
– Деметра, у нас проблемы. – Раздался голос Рейгара.
Корабль резко нырнул под космический булыжник и облетел его, чтобы сбить ракеты с курса. Не получилось. Расстояние между ними стало больше, но они все еще были на прицеле.
– В грузовом отсеке что-то есть! – почти кричал Рейгар. – Тут что-то есть, Деметра!
Быстрая смена курса и слишком резкие маневры, которые корабль выполнял с легкостью, несмотря на то, что не относился к классу маленьких или высокоманевренных.
– Ни один человек не может так управлять, – произнес Остин.
В подтверждение этим словам, один из перехватчиков врезался в астероид и взорвался в оглушающей тишине космоса.
Внутри корабля так же тихо не было. Рейгар, напуганный до смерти чем-то неизвестным, звал на помощь из грузового отсека.
Через минуту Деметра сумела избавиться от снарядов, явно желавших устроить большой фейерверк с ее участием.
Оставался только один перехватчик. Деметра на полной скорости заставила корабль развернуться на сто восемьдесят градусов и открыть огонь.
В этот миг Гринни почувствовал это паршивое ощущение в своем желудке, но сумел подавить его. Он привык к перегрузкам. А вот Остин – нет. Он зажал голову между колен, пытаясь совладать с собственным организмом.
Когда же он сумел открыть глаза – то прямо перед ним стояли Гринни и Деметра.
– Живой?
Остин кивнул.
Позади них, дрейфуя в вечном свободном полете, кружились остатки второго перехватчика.
– Гринни, вывози нас отсюда. Остин – со мной. – Отдала приказы Деметра.
В грузовом отсеке все заросло: даже челнок Остина выглядел так, будто пролежал в диком лесу как минимум четыреста лет. Сам источник волнения стоял в углу и трясся от страха, смотря на все совершенно безумными глазами.
– Что ты тут делаешь? – тихо спросила Деметра, медленно подходя к дереву.
– Я не знаю.
– Хорошо. – Еще шаг вперед. – Рейгар, что произошло?
Он указал на контейнер с грузом, полностью покрытый корнями, через которые пробивалось свечение непонятного происхождения.
– Рейгар, успокойся. И собери корни в кучу. – Дерево отрицательно покачало головой. – Остин, что внутри? – Деметра определенно намеревалась выяснить из-за чего произошла такая суматоха.
– Я не могу сказать.
– Что внутри? – спросила она еще раз. – Чего он так испугался? – она указала на дерево, сумевшее наконец-таки взять себя под контроль и очистить помещение.
– Тебе не следовало это видеть, – произнес он, отодвигая дверь.
– Что это? – испуганный взгляд Деметры был направлен вглубь контейнера, где и находилось его содержимое.
– Объект номер 235-4270.
Она не простояла более и секунды, спешно отойдя.
– Рейгар, – произнесла она, – проследи, что бы он, – небрежное движение рукой в сторону Остина, – не появлялся на мостике. Мы прибудем через четыре часа.
***

– Все в порядке? – спросил метаморф, едва девушка взяла пилотирование на себя.
– Да. Есть идеи, где Рейгар может остаться?
– Он всю свою жизнь провел в лаборатории…
– Дракмур? Там много деревьев. – Предположила Деметра.
– А если он захочет остаться с нами? – неуверенно спросил Гринни.
– Вряд ли. По нему не скажешь, что он любит летать.
На мостике повисла тишина. Первым не выдержал Гринни.
– Тебе не следовало этого делать. Остин мог заметить. – Назидательно произнес он.
– Не было выбора. – Лишь коротко ответила Деметра, дав понять, что не желает продолжать разговор.
На карте маленькой зеленой точкой мигал пункт назначения – Вагнер.
Система, состоящая из звезды и одноименной планеты, не была самым распространенным местом для доставки грузов. Но, тем не менее, корабль прибыл, как и планировалось.
Заснеженные пики гор, выглядящие так, будто какое-то гигантское существо растянулось, ощетинившись спинным хребтом, стали заметны почти с верхней границы атмосферы Вагнера.
Увидеть, что находилось ниже, было невозможно: плотный слой облаков укрывал планету от любопытных глаз. Корабль продолжил снижаться, и завеса, расступившись, обнажила плоскогорье, изрытое кратерами после многих тысяч лет бомбардировки планеты астероидами. Большинство из них были заполнены водой, образовывая озера, в ровной глади которых отражалось зеленое небо.
Гринни не смог удержаться: он оттянул у себя прядь волос, сравнивая оттенки.
– Остин, куда точно тебе надо? – спросила Деметра по внутренней связи.
– Утос, – ответил он. –  Нас там должны ждать.
– Всем пассажирам советую пристегнуться, – весело произнес Гринни. – За бортом наблюдается сильный боковой ветер. Возможна турбулентность. Деревьев просим не волноваться.
Завывания ветра прошлись по обшивке с противным металлическим звуком.
– Скоро будет дождь.
***

Едва шлюз грузового отсека открылся, как внутрь влетел вихрь, чуть не сбивший метаморфа с ног. Деметра однако устояла.
Рядом приземлился другой корабль, из которого вышли два робота и один человек.
– Гринни, иди на мостик и будь готов взлететь в любую минуту, – тихо сказала она метаморфу, пока получатель разговаривал с Остином.
– Ты же знаешь правила? – спросил он, вернувшись на палубу.
– Да. Я тебя не знаю, – сказала Деметра, отойдя от края погрузочной платформы.
– Я хотел спросить, – внезапно произнес Остин, –  этот корабль… он не простой. Он синхронизирован с тобой. – Деметра непроницаемым взглядом смотрела на него. – Только, на каком уровне? Он понимает твою речь, но не так, как это делают обычные системы искусственного интеллекта.
– Я… – Девушка чуть улыбнулась и выразила полнейшее удивление. – Понятия не имею, о чем ты говоришь.
– Ты же из тех, кто… – Остин пытался выудить информацию из нее, хотя практически знал. Он просто хотел получить подтверждение.  – Станция «Плутон»?
– Остин… – Тяжелый выдох. – Это всего лишь твои какие-то, весьма непонятные мне, догадки. – Девушка умело скрывала все свои эмоции. И правду.
– Каково его имя?
– Чье?
– Корабля. – Остин подошел ближе. Он был выше нее, так что, имея преимущество в росте, пытался давить на нее морально с целью выяснения истины.
– У него нет имени.
– Корабль не может быть безымянным. – Едва удивился Остин.
– Может.
Остин хитро улыбнулся и прикоснулся к корпусу.
– Как тебя зовут? – спросил он.
– Он тебе не ответит.
Она была права. Корабль молчал. Ни единого звука, кроме завывания ветра снаружи и барабанной дроби дождя.
– Хорошо. Но в следующий раз,…
– Его не будет. – Прервала Деметра. – Ты понятия не имеешь, что хочешь узнать.
Она слишком поздно поняла, что сказала. Ей не терпелось избавиться от Остина. Любыми способами.
–А! Значит, я прав. – Остин улыбнулся. Он считал, что выиграл.
– Ты прав в том, что ошибаешься.
– Неужели? – Остин вздернул бровь, желая все же добиться от нее ответа прямым текстом.
– Зачем тебе содержимое того контейнера? – спросила она внезапно. Уж, если и выдавать информацию, то в обмен… Хотя, это было скорее одностороннее соглашение.
– Не могу сказать. – Ответил он и сделал несколько шагов назад.
– У каждого свои секреты, Остин… И, следуя правилам, ты меня не знаешь.
– Хорошо, – заключил он, сходя с платформы.
Деметра закрыла шлюз и заметила движение на верхней лестнице: Гринни с Рейгаром стояли там.
– Подслушивать не хорошо. Вам такого не говорили?
– Мне – нет, – честно ответил Рей.
– А ты должен быть на мостике. – Деметра выглядела рассерженной, но на этого метаморфа она не могла долго злиться.
– Я там был!
– Рейгар, – произнесла Деметра, поднимаясь, – думаю, тебе стоит побывать на Дракмуре.
– Там деревьев много. – Добавил Гринни.
–  Да. Я там не был. – Дерево заметно повеселело.
– Ты нигде еще не был! – воскликнул метаморф. – Вот полетаешь с нами…
– Я вам тут не круизный лайнер, – перебила их Деметра.  – По космосу их возить…
– Ты весьма своеобразный круизный лайнер, – ответил Гринни широко улыбаясь. Рейгар засмеялся, отчего некоторые из его листьев упали на пол.
– Мне и эта планета нравится.  – Произнес деревянный.
– Можешь остаться, – сказал Гринни, чуть подтолкнув дерево.
– Но на вашем корабле мне нравится больше, – заключил он.


Часть 2
Проникновение в ядро

«Никто не обещал, что секреты будут сохранены в тайне. Никто не обещал, что не расскажет их тем, кто захочет убить вас», – сказал однажды Вега. А теперь он мертв. Гринни захвачен приспешниками Лорея. Вертмид лишился одного бара, фальшивого предсказателя и надежды на восстановление. А также пары десятков тысяч живых существ…

Планета Фоксид, или Исанхельм, как прозвали ее те, кто хоть однажды побывал на ней. Под толщей снега и льда покоился корабль без названия.
– Когда я говорил, что нам нужно «залечь на дно» я не совсем это имел в виду, – произнес Рейгар, сидя в медотсеке. Деметра рядом перевязывала рану на ноге.
– Это единственное, что остается. Вега помогал всем нам скрываться от Лорея, хотя находился у него в подчинении. А сейчас… Надо спасти Гринни, пока не стало слишком поздно.
– Ты не можешь. – Возразило дерево. – Ты ранена, корабль поврежден, потому что в последнюю вылазку нам пришлось спасаться бегством не только от желающих засадить тебя в тюрьму или даже убить, но и от тех, кто готов был сдать нас первым. Как ты вообще умудрилась разозлить ту жирную гусеницу?
– Он меня с давних пор не любит, – отмахнулась Деметра.
Рейгар закрыл глаза, и его ветки нервно зашевелились.
– Деметра, я хотел предложить… – тихим голосом произнес он. – Мы ищем Гринни почти полгода. Может… не стоит так рисковать…Может...
– Не смей так говорить.
– Но…
– Не смей! – она подошла к дереву. – Даже не думай!
– Хоть он и член твоего экипажа…
– Ты ступил на борт моего корабля достаточно давно, но еще не понял, что Гринни не просто… Он почти что мой младший брат… – Голос Деметры сорвался; она опустила голову и зажмурилась, пытаясь совладать с собой. –  У меня была семья однажды, а потом я лишилась ее. И Гринни смог почти заменить мне ее. Но ты же не знаешь, что такое семья? Да, дерево? Ты из лаборатории – в тебе только базовый набор чувств и эмоций. Может, у тебя их вообще нет? У тебя никогда не было семьи, поэтому ты не знаешь, каково это – потерять ее! – Деметра почувствовала, что все, так тщательно скрываемое долгие годы не только от Гринни, но и от себя, грозило вырваться наружу. Все эмоции, спрятанные глубоко в сознании, в попытках избежать боли от произошедшего много лет назад, затапливали ее.
– Я могу представить… – Тихо произнес Рейгар.
– Нет! Ты не можешь! Ты вообще дерево! – кричала она.
– Деметра…
– Даже если я увижу его тело, я найду способ вернуть Гринни к жизни. А ты – не смей думать, что он мертв. Если не хочешь мне помогать – высажу прямо на этой планете.
От дальнейших споров их отвлек голос: Деметра настроила корабль на прослушивание всех переговоров поблизости.
– Последний раз ее видели здесь, – сообщил один из пилотов судна где-то в атмосфере планеты.
– Вард, полное отключение! – произнесла она  и корабль подчинился. Все системы перестали работать. За пару секунд температура понизилась почти на сорок градусов. Ветки Рейгара покрылись инеем.
– Деметра, – прошептал Рейгар.
– Тихо! Не трать кислород.
– Сигналов нет, – сказал другой пилот. Судно все еще прослушивало эфир. – Уходим.
– Под снегом лежит корабль, – внезапно сообщил первый.
– Давно мертв. В таком-то холоде. Здесь пусто. Мы уходим.
– Пора улетать отсюда. – Произнес Рейгар, стряхивая с веток лед, когда переговоры закончились. – На этой планете слишком холодно.
– Спрячься в Аду, если не хочешь, чтобы тебя нашли.
Удостоверившись, что за ними никто не следит, они взлетели и взяли курс на край Вселенной.
***

Вард дрейфовал третьи сутки, перемещаясь вдоль космических нитей.
– Мы не можем так летать вечность, – произнес Рейгар.
– Не можем. Просто надо выждать. – Деметра искала любое упоминание о Гринни через все доступные ей каналы связи.
– Выждать, пока топливо закончится?
– Рей, мы не на топливе летаем, – чуть усмехнувшись, ответила она.
– Я не так это представлял. – Рейгар подпер собой стенку, и при наличии хорошего воображения, мог сойти за элемент декора.
– Что, быть беглецом не так захватывающе, как казалось?
Гиперпространство захлопнулось позади корабля, выкинув из себя небольшой частный звездолет.
– У нас гости. – Прокомментировал Рей.
– Мы не ждем их.
Прежде чем Вард успел исчезнуть, пилот другого судна вышел на связь.
– Деметра, это Остин.
Корабль ощетинился орудиями, практически не дожидаясь приказа.
– Назови хоть одну причину, почему мне не стоит убивать тебя.
– Я помогу тебе спасти Гринни.
– Ты уже достаточно помог, сдав нас Лорею.
– Где он? – встрял в переговоры Рейгар.
– На Нибиру. Туда Лорей ссылает ненужных ему свидетелей. И, Деметра, я ничего не рассказывал президенту. Я знаю, что он может сделать с вами.
– Как ты нас нашел? – спросила Деметра. Ведь она не сообщала о своих планах и, тем более, не высылала маяк.
– Этот корабль синхронизирован с тобой.–  Ответил Остин. – Я просто пытался убедить его, что могу помочь тебе. И, попав в гипер, я смог достучаться до него. Он вывел меня на эти координаты.
– С каких это пор ты сам принимаешь решения? – весьма громко спросила Деметра у корабля. С приборной панели раздались шумы. – Нибиру, значит.
– Да. – Подтвердил Остин.
– Туда не так-то легко попасть. Особенно с пустыми руками. – Она быстро взглянула на Рейгара. – Вард, огонь из всех орудий. Не попади в пилота.
Корабль подчинился. Перед тем, как связь прервалась, Остин успел лишь выкрикнуть имя Деметры. Захватив гравитационным полем поврежденный корабль, она изменила курс на Нибиру. Они были достаточно близко, чтобы добраться до планеты через гипер.
– Какого черта ты творишь? – кричал Остин с медицинского отсека.
– Рейгар, переведи его в грузовое. И сам останься там.
– Что ты задумала?
– Прогуляться на рынок рабов, что же еще.
– Я на это не подписывался! – возразил деревянный.
– Ты сделал это в тот день, когда решил не сходить на Вагнере.
– Ты же собираешься на самом деле продавать нас? – весьма серьезно спросил Остин.
Деметра начала снижаться через смертоносную атмосферу планеты, наполненную красными всполохами огня: мощнейшие электрические заряды, способные вывести из строя любой корабль.
Она рассчитывала приземлиться на Белом Мосту, и заходила на посадку.
Рейгар что-то неустанно тараторил. Выделяя моменты, что вся эта идея жуткая и смертельно опасная.
И больше уверенности ему в этом добавило Плачущее поле, над которым они пролетали.
Огромная серая равнина, носящая это название, получила его после масштабной битвы. Кто с кем и за что воевал, забыли, но погибших было так много, что их кости и некоторые детали покрывали землю сплошным слоем до сих пор. Единственное, что уцелело – каменное дерево в центре, давно мертвое на момент битвы, но все еще стоявшее. Вихрь от корабля заставил его немного покачнуться и осыпать частичками старой древесины глыбу камня под ним.
За Плачущим полем находился Белый Мост. Плато, полностью покрытое известняком. Природная посадочная площадка.
Деметра связала Остина и Рейгара, а, покопавшись в некоторых ящиках на корабле, извлекла огнестрельное оружие.
– Зачем это?
– Эта планета старше тебя, как минимум в десять раз, населенная бывшими заключенными землянами. Ты думаешь, они любят современное оружие?
– Я не знаю! Я там не был!
– Не ругайтесь, – вмешался Рейгар.
Все-таки иногда это дерево бывало самым спокойным и адекватным существом на корабле. Ну, кроме тех случаев, когда Деметра с Гринни решали устроить экстремальные поездки по хвосту кометы, или пролететь по горизонту событий черной дыры. В те моменты корнями мог зарасти почти весь медицинский отсек.
– Я не настаиваю, но нам нужен идеальный план. – Нервно проговорил он.
– Сиди тихо и не высовывайся, – пробурчал Остин.
Город, представлявший собой беспорядочное нагромождение зданий, выглядел необитаемым. Но, стоило подойти ближе, и шум от него оглушал. За ним почти в пустыне лежали обломки космической станции.
– Ваша задача – молчать и слушаться меня, – сказала им Деметра.
***

На окраине города Деметра нашла один почти заброшенный склад, где и обитали работорговцы.
– Что ты тут делаешь? – спросил Деметру один из охранников, едва она переступила порог
– Я хочу продать вот этих двоих, – девушка кивнула на Рейгара и Остина, – и купить одного хамелеона.
– Хамелеона? – скептически спросил охранник, осматривая незнакомцев.
Девчонка – явно землянка. Держалась спокойно. И вроде даже не киборг. Только вот взгляд у нее был такой, что при любом удобном случае она голыми руками им тут глотки разорвет. Мужик, стоявший рядом с ней – тоже землянин. Но заметно нервничал. Пальцы постоянно теребили веревку, стягивающую его руки. Взглянув на человеческие черты лица дерева, охранник невольно потянулся к оружию – на всякий случай.
Компания, стоящая внимания, решил он.
– Хардарис недавно заимел одного.
– Где я могу найти его? – спокойно спросила Деметра.
– Сотня метров от другой стороны города. Там бар стоит. Мимо не пройдешь.
Кивнув в знак благодарности, Деметра отступила назад и подтолкнула Остина и Рейгара к выходу.
– Стой. – Произнес кто-то из глубины склада. – Как ты добралась до храма сына Энлиля?
Два «раба» посмотрели на нее. Все поняли – это проверка. Раздались звуки перещелкивания затворов.
Деметра медленно развернулась. Мужчина, который задал вопрос, стоял и смотрел прямо на нее. Его лицо, обезображенное шрамом на щеке, не вызывало ничего, кроме страха.
– Немного сложновато отвечать на вопрос, когда в тебя целятся двадцать человек. – Попытался спасти положение Остин.
Безуспешно.
Мужчина со шрамом достал оружие и выстрелил. Пуля попала в плечо. Остин заметно поморщился от боли.
– Спрашивали не тебя. – Размеренно произнес он.
– На крыльях его матери. – Ответила Деметра, мысленно молясь, чтобы фразы не изменили своих значений.
В воздухе повисла тишина. Мужчина со шрамом медленно смерил всех троих взглядом, затем дал отмашку своим людям – те опустили оружие.
– Вы можете идти. – Сказал он.
Повторять нужды не было.
– Какую часть слова «молчать» ты не понял? – раздраженно  спросила Деметра. Остин лишь поморщился от боли.
***

– Мимо такого не то, что не пройдешь, не пролетишь. – Произнес Рейгар, шокировано глядя на бар, построенный на остатках той станции, что они заметили еще при приземлении.
– Пошли, – Деметра подтолкнула их к входу.
Внутри по кругу, «словно на выставке», как заметил Остин, стояли те, кому выпала учесть быть проданными на этой распродаже судеб.
Не очень вежливо привязав «рабов», Деметра отправилась к  Хардарису, сидевшему за одним из столиков. Но нельзя просто так попасть к главе работорговцев, не пройдя слои его охранников.
– Что тебе нужно? – спросил один из них, остановив ее.
– Хамелеон. Я ищу его.
Хардарис услышал это и заинтересовался – он опер локти о стол, и, сложив руки в замок, подпер ими подбородок.
–  Я хочу обменять его на тех двух, – Деметра указала на Остина с Рейгаром.
– А с чего ты, позволь узнать, решила, что я обменяю хамелеона на человека и непонятное дерево? – он сузил глаза и посмотрел на Деметру. Так, как смотрят люди на тараканов – вроде бы и существование не можешь отрицать, но и знаешь, что большого вреда они причинить не смогут.
– Я предположила это, – ответила она.
Молчание. Слышны только говор покупателей и какая-то заунывная мелодия.
– Из дерева выйдет хорошее украшение интерьера. Я беру его. Приведи метаморфа – Хардарис махнул одному из своих охранников. Тот удалился.
– Не хочешь выпить? – спросил он.
– Нет.
– Зря. – Сказал он, залпом опустошив стакан. –  Зачем он тебе?
– Нужен для одного дела. – Солгала Деметра.
– Для какого?
– Не могу сказать.
– Люблю тех, у кого  есть секреты. –  Самодовольно проговорил Хардарис. А тем временем несколько других подчиненных привели Рейгара. – Весьма милое деревцо. Где ты его раздобыла?
– На одной научной станции.
Гринни, закованного в цепи, вывели из катакомб.
– Можно снять их? – поинтересовалась Деметра, когда конвой приблизился. Метаморф не среагировал на ее появление.
Небрежное движение рукой и цепи опали на пол.
В этот момент раздался первый выстрел.
Это был Остин.  И целился он… в Гринни. Дырка в стене за ним, показала, что меткость у Остина весьма посредственна. Охранники Хардариса мгновенно скрыли своего босса.
– Какого черта? – только и успела спросить Деметра, перед вторым выстрелом.
Произведенный с более близкого расстояния и с лучшим прицелом, он должен был достигнуть метаморфа. И Гринни не смог бы от него уклониться. Даже если бы и не находился под действием десятка седативных.
Сейчас только две силы могли спасти ситуацию. Это гравитация, которая внезапно бы изменила свои свойства, что, возможно, дало бы метаморфу шанс на выживание. И Деметра.
Она закрыла собой Гринни.
Вовремя. Пуля, метившая в метаморфа, попала в нее. Деметра почувствовала, как металл задевает сердце, заставляя его сбиться с ритма. Один вздох разделял ее и землю, но у самой поверхности ее подхватил Рейгар.
В эту секунду бар лишился крыши. То есть всего, что выше пары метров. Такого никто не ожидал. 
Паника захватила пространство за доли секунды.
Сверху падали обломки некогда бывшей станции. Скрежет был отвратительным.
А в образовавшей пустоте сверху  висел корабль.
– Вард? – удивился метаморф, наконец-таки придя в себя. Рейгар, недолго думая, заплел ветками Деметру с Гринни и прицепился к кораблю.
– Послать за ними? – спросили у Хардариса, когда поняли, что стрелять бесполезно.
– Нет.
***

В опустевшем и разрушенном баре Хардарис подошел к Остину, придавленному балкой, но все еще живого.
– Мы так не договаривались. – Произнес глава работорговцев медленно и с расстановкой, почти выплевывая каждое слово.

Гринни на одном работающем двигателе корабля дотянул до ближайшего относительно безопасного куска камня в космосе: система автопилотирования отказала еще в огненной атмосфере Нибиру, из-за того, что Деметра умирала.
– Здесь нас точно искать не будут. – Произнес метаморф. – По крайней мере, еще пару часов.
– Что с кораблем? – спросил Рейгар, заметя вошедшего в медотсек Гринни и наблюдая за тем, как шесть механических рук не останавливаясь кружили над Деметрой: Вард спасал жизнь своего капитана.
– Он умирает. Так же как и она.
Метаморф не смотрел на операционный стол: опасаясь увидеть то, чего он боялся с первой встречи. Вместо этого он смотрел через окно медицинского отсека  на спиральную галактику, рядом с которой они и остановились. Ослепительно белый центр был окружен несколькими рукавами, в которых виднелись вспышки от взрывов сверхновых – на них словно набросили тонкую красную паутину, почти невидимую по краям  и переходящую в непроглядную темноту космоса. С легкой руки какого-то путешественника она получила название «Возврат из забвения». И это натолкнуло Гринни на мысль.
– Я спускаюсь в ядро. – Произнес он.
– Что ты задумал?
– Вард спасает ей жизнь. И, если его системы откажут раньше, чем он закончит…
– Но почему корабль тоже умирает?
– Рейгар, – метаморф закрыл лицо руками на несколько секунд, собираясь с мыслями, – они связаны. – Произнес он, тяжело выдохнув. – Деметра и Вард. Связью, которую ни ты, ни я понять, или даже представить, не в состоянии. И если один из них умрет – другому не выжить.
Рей из сказанного мало понял.
– С этих пор у тебя только один способ покинуть этот корабль, – предупредил Гринни.
Это Рей понял.
***

Метаморф знал этот корабль с самого детства. С того момента, как Деметра показала ему инженерный отсек, Гринни заявил, что это будет его местом. Но он никогда не был в ядре.
Метаморф спустился ниже и попал в холодное помещение, построенное вокруг ядра.
«Она убьет меня за это», – подумал Гринни за мгновение до того, как войти внутрь. Много лет назад, она отдала ему приказ о запрете входа в ядро корабля.
Огромный голубой шар, искрящийся разрядами, словно Солнце протуберанцами, уменьшался на глазах, сбрасывая одну оболочку за другой.
В медицинском отсеке Вард извлек пулю. Сердце Деметры сделало удар, регенерируя под воздействием множества препаратов.
Гринни пытался стабилизировать ядро корабля, теряя чувствительности из-за холода.
Они оба почувствовали вторжение метаморфа в ядро. Жизни Деметры не угрожало ничего, кроме самого корабля: он тянул ее ко дну, потому что перешел границу, за которой Деметра не могла вытащить обоих. Тянул к той темноте, откуда нельзя выбраться. Туда, где нельзя определить даже свое положение. Туда, где все заканчивается и все начинается. Туда, куда однажды она уже падала.
Голубой шар стремительно сокращался, грозя взрывом и уничтожением всего вокруг.
«Моя очередь спасти вас», – мысленно произнес метаморф, подключаясь к ядру. Отголосок этого долетел до Деметры. Ее сознание сжалось. Снаружи руки робота зашивали ее рану. Ветви Рейгара беспорядочно шевелились. Гринни попал внутрь ядра.
Он мог видеть связь корабля и Деметры. Словно тысяча белых проводов расходилась от ядра по всему кораблю и сходилась в ней. И половина из них выглядели неактивными. Дотронувшись до них, Гринни лишился сил: сеть забрала почти все, пытаясь вернуться к нормальной работе.
Тихий, едва слышный приказ, пронесся через все пространство корабля. До Гринни дошли лишь обрывки, но он понял, что это от Деметры. А в следующее мгновение его выбросило из системы.
– Что произошло? – спросил Рейгар,  когда метаморф появился в медотсеке.
– Она, – Гринни указал на Деметру, постепенно оседая на пол: он лишком долго находился в холодном ядре, – убьет меня, когда очнется.
– Если ты раньше не умрешь от переохлаждения, – добавил Рейгар. – Ты весь белый. Тебе нужно в регенерационную камеру.
Корабль издал тихий скрежет и освещение померкло.
– Нет, ты не можешь! – метаморф ударил по стене медотсека, – Не можешь!
– Тебе нужно в камеру, Гринни, – обеспокоенным тоном произнес Рейгар. – Пока еще не поздно. – Метаморф не слушал.
Дерево нахмурилось и оплело его ветками, подняв над полом.
– Какого черта ты творишь? – возмутился Гринни, теряясь в реальности.
– Деметра справится сама. А тебе нужна помощь, пока у корабля еще осталась энергия.
После минуты препирательств Рейгар все же поместил Гринни в камеру.
***

Тишину нарушали только редкие звуки умирающего корабля. Рейгар ждал, обдумывая дальнейшие действия.  После первого полета он подумал, что он сможет остаться с ними. Но практической пользы от него не было. Деметра и Гринни понимали друг друга за доли секунды, а он никогда не сможет вписаться в их команду. Другим, волновавшим его, оказался тот факт, что они оставили Остина на Нибиру. Хоть он и пытался застрелить Гринни.
Где-то в корпусе корабля раздалось шипение.
– Ничего хорошего это не предвещает.
Время Гринни в регенерационной камере подходило к концу. Приборы, контролирующие состояние Деметры, показывали стабильно тяжелое.

Она помнила это место. Западный рукав третей галактики чуть левее созвездия Персея. Всего пару лет прошло после их встречи. Она сидела на песке, отливающем красным в свете заходящей и двух восходящих звезд. Три солнца на небе и два человека на берегу.
– Зачем мы сюда прилетели? – спросил Гринни, очерчивая свою тень на песке.
– Подожди еще минуту, – ответила она и усадила метаморфа рядом с собой.
Три звезды восходили в положение, необходимое для редкого на этой планете явления.
Одно солнце медленно спускалось к горизонту, и в какой-то момент, два других, отразив свет и исказив его, превратили темнеющие волны океана в плескавшееся расплавленным золотом чудо.
– Как это возможно? – воскликнул Гринни, забегая в воду.
– Некоторым вещам не требуется объяснений их красоте.
Через несколько секунд одно солнце пересекло горизонт и исчезло. Океан мгновенно возвратился в свое привычное обличие.
Стало слишком темно и холодно. Деметра почувствовала, как ее неумолимо тянет к земле. Коснувшись которой, она закрыла глаза, чтобы через мгновение открыть. Только находясь уже в другом месте.

Деметра очнулась через два дня. За это время Гринни успел исходить весь медотсек, а Рейгар устоять в одном положении больше суток.
Подошел Рейгар и испуганными глазами посмотрел на нее.
– Деметра?
– Что? Настолько не рад меня видеть?
– Нет, я радуюсь. Очень. Но…
– Что?
– Остин остался там. Корабль не забрал его.
– И правильно сделал.
– Деметра… – лицо Рейгара выражало надежду.
– Даже не пытайся, Рей. Он сдал нас Лорею и пытался убить Гринни. – Рейгар опустил голову. – Ему лучше с нами больше не пересекаться. Где?..
– Я здесь! – воскликнул Гринни, подбежав ближе. – Как ты?
– Ты нарушил мой приказ. – Проговорила Деметра, смотря на него.
Улыбка сошла с его лица.
– Я должен был. – Пытался оправдаться метаморф.
– Нет. Ты отстраняешься от своих обязанностей за неподчинение.
Рейгар заметил, что это не вызвало у метаморфа какого-либо раздражения и попыток продолжить оправдание. Он лишь чуть отошел, собрался с мыслями и произнес:
– Разрешите вернуться в мою каюту.
– Что теперь делать будем? – спросил Рейгар раньше, чем Деметра успела ответить Гринни.
– За нами все еще идет охота, поэтому нужно попытаться удалить нас из системы. И выяснить кое-что… Мы летим на Плутон.
– Ты уверена? – спросил метаморф.
– Да.
***

Солнечная система. Гринни и забыл, когда был здесь в последний раз. А Деметра помнила. Помнила каждый момент того побега, и метаморф понимал, что она вряд ли сможет когда-нибудь забыть это.
Гринни знал, что во время побега она убила около тридцати человек: медицинский персонал, охранников и всех, кто оказался у нее на пути. И это не считая расстрела кораблем еще нескольких. Когда Деметра рассказала все, он понял, что она не сожалеет ни об одном из убитых, она лишь помнит, как ей причиняли боль. Это и пугало его. Потому что это могло однажды превратить ее в того, с кем никогда не стоит встречаться, если хочешь увидеть свою старость…
– Рейгар, тебе лучше остаться. – Произнесла Деметра, надевая на себя скафандр для выхода на Плутон.
– Почему?
– Охраняй корабль. – Приказала она. Рейгар даже не возразил. – К тому же, для тебя не найдется подходящего размера.
Что-то недовольно пробурчав, Рей покинул отсек.
– Ты в порядке? – спросил Гринни. Деметра не ответила. Она, несмотря на отставку метаморфа, разрешила ему пойти с ней в качестве сопровождающего.
Вард приземлился на посадочную площадку станции.
– Знаешь, – произнес Гринни, перешагивая какую-ту ползущую тварь, напоминавшую гусениц Земли, – я бы здесь жил. Если бы любил холод, смешанный с азотом и метаном.
– И был бы ты тогда коричневым. Весь. – Ответила Деметра.
Гринни улыбнулся – по крайней мере, Деметра шутит. Или пытается. Значит, она в относительном порядке.
Они остановились перед люком для кораблей.
– Сможешь открыть? – поинтересовался метаморф.
– Вард поможет. – Ответила Деметра.
Пока она вскрывала дверь на станцию, Гринни оглядывался вокруг в поисках опасности. Но к его ногам лишь подползла коричневая гусеница.
Коротко взглянув на метаморфа своими семью глазами голубовато-серого цвета, она издала писк и скрылась за ближайшим холмиком.
Гринни смотрел дальше: до самого горизонта. Затем выше. В небе Плутона был виден спутник –  Харон, названный в честь перевозчика душ умерших в греческой мифологии.
«Гнетущая атмосфера», – подумал Гринни.
– Готово, – произнесла Деметра за секунду до того, как люк открылся и их почти смело потоком воздуха.
***

Они шли по многочисленным проходам станции, и от их шагов разносилось эхо, заставляя стены почти дрожать. Или это было просто игрой воображения.  Деметра продвигалась глубже, руководствуясь памятью, в которой навсегда остались выжженными схемы коридоров.
Лабиринт стен закончился, открыв взору какое-то помещение.
Гринни подкинул несколько «светлячков», чтобы осветить местность. Круглый зал был заставлен оборудованием. Часть уже развалилась, покрылась непонятными наростами и образованиями.
– Что это за место? – спросил Гринни.
– Одно из «сердец» научно-исследовательской станции «Плутон», – ответил кто-то тонким механическим голосом.  – Добро пожаловать!
– Ты кто? – спросил метаморф.
– Мое имя Намира.  – Произнес голос. –  Я звуковой интерфейс системы безопасности этой станции.
– Намира, – повторила Деметра, поджав губы. Гринни пожалел, что не умеет читать мысли: так бы он понял, что означало это выражение лица – страх или полную потерянность. – Что здесь произошло?
– Станцию закрыли после череды неудачных экспериментов, приведших к человеческим жертвам.
– Если она – система безопасности,  то почему она нас пропустила? – задал вопрос метаморф
– Объект B127, – Гринни заметил, насколько неестественно Деметра отреагировала на такое обращение, – зачем вы вернулись? – спросила система.
– Выяснить кое-что.
– Как ты все еще работаешь? – удивился Гринни.
– Солнечные батареи. Но энергии очень мало. Боюсь, мне придется скоро отключиться.
– Ладно, – Деметра привела свои мысли в порядок, – Намира, главный компьютер поврежден?
– Нет. Но энергии на его запуск недостаточно.
– Это не проблема. – Деметра принялась запускать системы, вытащив из сумки прибор, один вид которого заставлял Гринни схватиться за оружие. Где она раздобыла такой энергоноситель, он даже не представлял. – У нас полчаса.
– Вы же знаете, вам нельзя тут находиться. – Произнес голос.
– Намира, мне нужны данные по моему эксперименту.
– Данные засекречены.
– Кем? – спросила Деметра, смотря в пустоту.
– Данные засекречены.
– Так предоставь мне доступ!
Система молчала. А затем загудела. Один за другим индикаторы оживали, заполняя пространство механическими звуками.
– Хэй, – ласково произнес Гринни –  успокойся.
– Намира, когда-то ты не остановила меня. Хотя могла. Что изменилось? – Деметра смотрела в потолок. – Я хочу узнать правду, а не то, что скармливали мне ученые, когда я очнулась. – Ответа не последовало. Деметра принялась искать информацию, используя один из дисплеев. Но к отчетам ее не подпускала система безопасности. – Намира?
– Открываю данные эксперимента над объектом B127. – Произнесла она.
– Машина обладает человечностью, – ничуть не удивился Гринни.
Система спроецировала  все файлы на огромный стол, стоящий в полукруге оборудования. Деметра подошла ближе. Она смотрел на материалы немного отрешенно: словно все еще колебалась над принятием решения. А затем приложила ладонь к поверхности.
– Вард, забирай.
– Нервные клетки мозга пациента, имеющие повышенную врожденную активность, – начал зачитывать вслух Гринни, – были совмещены с системой искусственного интеллекта корабля. В результате между объектами образовалось устойчивое соединение, названное «Белый мост»...
Гринни попытался вглядеться в огромнейший поток информации. Только сейчас он понял, что на самом деле происходило здесь.
– На изучение этого уйдут недели, – произнес он. – У корабля с данной системой мог быть только один капитан… Наблюдались случаи бесконтактного управления судном.… – Добавил Гринни. – Как на Нибиру… Полезное умение.
– После процедуры, система искусственного интеллекта корабля становилась более похожей на нервную систему человека. – Добавила Намира.
– Эксперимент можно считать удачным. – Деметра смотрела на многочисленные файлы. – Были еще участники? – спросила она.
– Да. Файл №10564.
Гринни начал читать:
– «После объекта B127 процедуре синтеза подверглись шестьдесят четыре человека. У всех последующих образцов наблюдались эффекты замещения сознания. Они не смогли адаптироваться к изменениям. У испытуемых наблюдалась смерть мозга, хотя они еще реагировали на окружающие раздражители. Только один из образцов – D348 – прожил более трех недель… Вынужден сообщить, что программу придется свернуть. Доктор Элтисгерн».
– Значит, были и другие…
– Но я никогда не была на их стороне. Деметра, я решила, что ты должна жить. А здесь тебе бы не дали. Вот почему я не остановила тебя.
– То есть, один удачный образец… И это я. – Голос Деметры сорвался.
– Что произошло после закрытия станции? – спросил Гринни.
– Доктора Элтисгерна и других ученых должны были транспортировать на Землю для заключения. – Ответила Намира. – Но на орбите их корабль столкнулся с космическим мусором и, при входе в плотные слои атмосферы, взорвался. Выживших не было.
– Намира, последняя просьба. Мне нужно, чтобы ты запустила один вирус по всей системе.
– По системе этой станции?
– Нет.
– Боюсь, моей энергии не хватит. – Предупредила Намира.
– Хватит. Мы с Вардом собрали его. Сейчас он у меня в голове. И тебе придется туда влезть.
Деметра достала складной нож, собрала волосы в хвост, и сделала тонкий надрез на задней поверхности шеи. Затем взяла в руки кабель, шедший от главного компьютера, и протянула его Гринни.
Он отшатнулся.
– Это слишком даже для меня.
– Знаешь, давай без этого всего. Хуже уже не будет.
Он в этом сильно сомневался. Хоть и повидал за свою жизнь достаточно, но на это мужества у него не хватало.
– Гринни!
– Ага. – Немного дернувшись ответил метаморф.
Он наклонил ее голову, чтобы края раны разошлись, а затем, поморщившись от мысли о том, что почувствует Деметра, ввел кабель внутрь.
Она не произнесла ни звука.
– Намира, твоя очередь. – Деметра немного согнулась. А в следующую секунду рухнула на пол. Гринни подбежал к ней, но помогать было бессмысленно: радужка ее глаз покрылась рисунком системы, а зрачок превратился в мерцающий осколок.
А затем начались конвульсии.
– Достаточно, – прошипел Гринни, вытаскивая кабель из шеи Деметры.
– Я закончила. – Произнесла Намира.
Деметра очнулась пару минут спустя.
– Соскучилась по бытию лабораторной крысы! – вскипел он мигом.
– Я в порядке. Спасибо что спросил. – Сказала Деметра до жути спокойным голосом.
Гринни что-то пробурчал в ответ и гневно пнул кусок аппаратуры у себя под ногами.
– Пошли. Нам нужно еще кое-что сделать.
***

– Где мы? – спросил метаморф, когда перестал различать стены коридоров. Для него они все были одинаково потрескавшимися и жуткими.
– Нижние уровни станции. На полпути к источнику питания и центру контроля всех систем.
– Деметра? – окликнул метаморф, указывая на небольшую дверь, затянутую паутиной, под которой виднелся рисунок, что Гринни уже видел на их корабле. – Что там?
Прежде чем она ответила, Намира открыла им дверь.
– Верфь… – Шокировано проговорил Гринни, смотря на строительные шахты, уходившие глубоко в недра планеты. – Почему бы и нет?
Сюда  Деметру приводили лишь однажды. Когда ей впервые показали Варда. Тогда у корабля еще не было имени, но она почувствовала, как он сам сказал ей его.
Добравшись до нулевого уровня, Деметра с помощью Намиры запустила систему самоуничтожения станции.
– Пятнадцать минут до взрыва. – Произнес голос.
– Думаю, сейчас самое время валить отсюда. Причем быстро. – Гринни схватил Деметру за руку и потянул к выходу.
– Намира, – Деметра остановилась около люка, через который они вошли, и посмотрела вглубь темного коридора, где мерцал слабый свет: таймер отсчитывал время. – Спасибо.
Вард взлетел, подняв в воздух столбы коричневой пыли. Гринни мысленно попрощался с маленькой семиглазой гусеницей.
– Все хорошо? – спросил Рейгар.
– Теперь да. – Ответила Деметра, наблюдая за тем, как станция сотряслась и осела на землю. Каскадные взрывы внутри планеты вполне могли сместить ее ось.
– Куда теперь? – спросил он.
– Дракмур.
***

Но не судьба им добраться туда без помех.
На небольшой планете H-5 их корабль остановился на ремонт системы охлаждения. На самом деле Рейгар просто хотел приземлиться где-нибудь. Потому что он не выдерживал долгих полетов с двумя сумасшедшими пилотами, готовыми даже нырнуть в солнце. Что они почти и сделали однажды.
Но Рейгар вскоре убедился, что Деметра выполняет все эти трюки с необычайной ловкостью и точно не собирается лишать жизни кого-либо на корабле. Если только расплавить  обшивку… Но это можно подремонтировать.
Деметра заметила Остина до того, как он увидел ее.
– Стой! – задержал ее Гринни, когда она всерьез вознамерилась убить того. – Ты же не станешь этого делать?
– Отпусти меня!
Их весьма громкие разногласия долетели до ушей Остина, потому что он обратил на них внимание.
– Я бы не советовал подходить ближе, – зло произнес метаморф. Остин, нагло улыбаясь, сделал шаг вперед.
– Какого черта ты тут делаешь? – оскалилась Деметра.
– Для начала, прими мои извинения за то, что случилось на Нибиру. Я не хотел убивать тебя.
– Зато мою тушку ты явно собирался продать какому-нибудь коллекционеру. Не так ли? – сказал Гринни, понимая, что не сможет долго удерживать разгневанную Деметру.
– Никто бы тобой не заинтересовался. Даже крематорий. – Остин улыбнулся, довольный собой.
– Ты с «Плутона»? – спросила Деметра.
– Нет. Что это вообще? – Остин весьма правдоподобно выразил удивление, хотя сам спрашивал ее о том же, несколько недель назад.
– Тогда зачем ты постоянно ищешь и весьма успешно находишь меня? По доброте душевной?
– Я просто…
– Я нашел! – радостно перебил Рейгар, выбежав с маленькой железякой в руке.
В воздухе зависло молчание
– Отлично. Можем улетать.
– Можно к вам в команду? – спросил Остин. – А то за мной охотится половина вашего бывшего гарнизона.
– Нет. – Ответила Деметра.
– С капитаном не спорят, – произнес Гринни, подталкивая деревянного внутрь.
– Ладно. – Остин отошел от готового к взлету корабля, пожав плечами. – Спрошу через пару лет.
– Ни за что. – Прокричал метаморф сквозь шум двигателей.
Остин не знал, встретятся ли они еще, но точно знал, что будет этому всячески способствовать. Потому что его задание еще не выполнено.
***

Солнечная система. Земля. Тюрьма Астер.
Шум, нарушающий гробовую тишину этого места.
Четверо охранников, вооруженные до зубов сопровождали гостя до заключенного. Тяжелая дверь отворилась, представляя взору маленькую и холодную, несмотря на жару снаружи, камеру.
В полутьме зашевелился силуэт.
– Доктор Элтисгерн, поступил сигнал с Плутона. – Человек неопределенного возраста обратился к ученому, сидящему на полу.
– Надо же…
– Она была там. Система прислала записи, перед тем, как станция была взорвана.
Легкое движение рукой и в помещении появилась проекция двух существ: зеленоволосого метаморфа и объекта B127. Он узнал бы ее даже спустя тысячи лет. Слишком высока ее ценность, чтобы забыть о ней.
– Деметра.
Мужчина ухмыльнулся и попытался встать, опираясь о стенку.
– Думаю, – произнес он чуть осипшим голосом, распрямляя плечи, –  настало время встречи. – Он заглянул в глаза посетителя, заметив в них механический штрих. – Помоги мне выбраться отсюда.


Часть 3
События давно минувших дней

Гринни
Пыльный  костюм, покрытый перьями, был обычным предметом одежды населения планеты. Он не предназначался для особенных событий, как то: свадьба, рождение ребенка, или же похороны. Он преследовал простую цель: спасать жителей от лучей палящего солнца. Но в тот год это облачение обратилось в символ проклятия.
– Он родился! – воскликнул вестник, падая на колени перед вождем, восседавшим на троне, сделанном из костей животных, обитавших на планете до того, как начала сгорать.
– Я хочу его видеть! – прокричал вождь голосом, от которого содрогались стены и воины падали насмерть. – Принеси его!
– Слушаюсь, мой вождь. – Низкий поклон и вбежавший исчезает, оставляя за собой только ветер.
В другой хижине, женщина кричала от страха, переполнявшего ее. Она молилась богам, прося у них прощения и смерти тому монстру, что она породила.
Он появился во времена, когда его народ был на грани вымирания. Последний остров, сокращавшийся каждый день, из-за того, что лава сжигала его, вместил в себя пятнадцать враждующих племен. Война за твердую почву под ногами достигла своего апогея.
Он был лишь ребенком, способным обращаться в кого угодно, чей облик постоянно мерцал и напугал его мать; маленьким свертком, что лежал на руках вождя, когда тот собирался принести его в жертву богу Альту; существом, чьи волосы позеленели, едва оно почувствовало пропасть под собой.
И в этом провидец увидел знак: что однажды их планета перестанет гореть и покроется зеленью.
– Он будет жить! – прокричал вождь своему народу, стоявшему позади него и ожидавшему, что со смертью ребенка падет проклятие, насланное на их планету. – Он подарит нашему миру зелень так, как боги подарили ему!
Это спасло жизнь маленькому существу. Но только до тех пор, пока все не убедились, что оно не принесет в их мир благодать богов, как ему предназначалось.

Деметра
Космос молчит. Всегда. Он никогда не отвечает на крики помощи, он никогда не слышит стоны умирающих и слезы их оплакивающих, он глушит взрывы и звук столкновений. Космос молчит, закапывая все в своей темноте и тишине.
Обломки пассажирского судна медленно разлетались во все стороны по траекториям, известным только им.
– Кто-то всегда выживает. – Медленно произнес Элтисгерн, смотря на Землю через огромное окно в своем кабинете. – Кто-нибудь. Обязательно.
– Доктор, мы нашли одну. Она в медотсеке, – сообщили ему через минуту.
Выжившая лежала на операционном столе, едва дыша. Ее кожа была покрыта многочисленными ожогами, а внутренние органы отказывали один за другим.
– Вылечите ее! – прокричал Элтисгерн. – Она нужна мне здоровой!
У Бога Смерти в тот день украли только одну душу.
Корабль набирал скорость и удалялся от обломков другого судна, уничтоженного всего одной ракетой с целью выявления идеального объекта для исследований. Невероятный и сумасшедший эксперимент доктора Элтисгерна начался.

Рейгар
Семя неизвестного растения, лежало на влажной почве и могло бы пустить корни через некоторое время, если бы его не подобрал один человек. Он прибыл на планету, чтобы принять участие в научной конференции, а в оставшееся перед вылетом время решил устроить небольшую прогулку по местному лесу.
Ученый покрутил в руке пластину размером с ноготь и положил ее в карман, вскоре забыв об этом.
По возвращению домой, он обнаружил зернышко и разглядывал его в течение нескольких часов, а затем поместил в один из своих боксов. Там, окруженное всем необходимым, оно взошло спустя три недели. А через пару месяцев росток удивил ученого: на молодой коре, покрытой едва различимыми бороздами, начали формироваться человеческие черты лица.

Деметра
Глубоко внутри планеты на верфи стоял готовый корабль. Двенадцать палуб, четыре двигателя; грузовой отсек, будучи весьма крупным помещением, мог вместить в себя несколько кораблей различных типов. Он нуждался в экипаже почти в двести человек, но предназначался только для одного.
На несколько уровней выше в лаборатории стоял запах крови, металла и, кажется, самого Ада.
Из наполовину отсутствующей черепной коробки был виден мозг пациента, подсоединенный к огромному количеству проводов. Около двадцати врачей суетились вокруг.
– Система корабля готова? – спросил доктор, взирая на все происходящее весьма сосредоточенно и чуть отстраненно. Но, несмотря на внешнее спокойствие, он волновался и почти предвкушал восторг после удачного окончания.
– Да. – Техник ввел программу в первую фазу активации. – Можно начинать совмещение.
– Начинайте.
Пациент и корабль почувствовали вторжение раньше, чем кто-либо из ученых заметил это.
На первую попытку оба отреагировали весьма болезненно: у пациента начался припадок, а система почти отказала.
«Хорошо, что она ничего не чувствует», – подумал биоинженер, смотря на скачущие показатели. Он ошибался.
Ее сознание находилось в агонии, как и ее тело, как и система корабля, как и он сам.
В темноте и холоде, она пыталась найти хоть что-то, за что можно удержаться и попытаться выбраться, но не воспринимала ничего, кроме кодов, что неслись огненным потоком через ее сознание.
– Доктор, – взволнованно произнес один из ассистентов, – объект проник в систему станции.
Элтисгерн лишь довольно улыбнулся и проговорил:
– Не останавливайтесь.
В сознании поток превратился в ураган, что наводил полнейший хаос, но в то же время, готовил основу для чего-то нового. Поутихший огонь разделился на бесчисленные маленькие ручейки, выжигавшие схему корабля. Все его строение, до последней детали и функции, что она выполняла, выжигалось в сознании пациента, оставляя после себя пылающее поле разума, пытавшегося уже не справиться, нет, уже сбежать от всего.
Вслед за этим пришла новая волна боли, огня и ужаса, приведшая с собой еще больший поток информации. Система безопасности научно-исследовательской станции «Плутон» не реагировала на брешь в защите, через которую тянулась тонкая ниточка. Очередь схемы строения станции проявляться в мозгу, чтобы остаться там на всю жизнь.
Внезапно боль закончилась. Огненный шторм стих, оставив после себя лишь тлеющий разум. Словно костер, оставляющий после себя угольки.
– Совмещение завершено. – Произнес кто-то ровным тоном. Доктор Элтисгерн поджал губы и нервно захрустел пальцами: он ожидал, что произойдет дальше.

Гринни
Он бежал. Так быстро, как только мог.
Милость вождя племени, что увидел добрый знак богов в рождении меняющего обличия, сменилась на гнев, когда он понял, что никакой благодати от богов ждать уже не стоит. Последний  остров уменьшался с каждым днем все быстрее.
Гринни чувствовал, как земля уже начинала сгорать под его ногами и становилась обжигающей, но он бежал, не останавливаясь. На холме около горизонта стоял корабль, прилетавший раз в несколько дней и забиравший тех, кто мог до него добраться. Гринни понимал, что это – его единственный способ избежать смерти. Или хотя бы попытаться.
Последний препятствием оказался расширяющийся ручей лавы, пожирающий землю, словно монстр, вышедший из тысячелетней спячки и желающий поскорее восстановить силы.
Один прыжок, что почти убил Гринни, спас его. Сквозь шум умирающей земли, он услышал рев двигателей взлетающего корабля. Кто-то с борта заметил маленького ребенка, бежавшего вслед за набирающим скорость судном, и, сжалившись, скинул веревку.
Но спасение обитателей планеты не было актом милосердия. Это было планом, в конце которого стояли сотни существ, проданных на рынке рабов.

Деметра
– Объект B127 удачно пережил совмещение. По крайней мере, он не умер во время проведения. – Доктор Элтисгерн проговаривал все вслух, чтобы программа могла записывать данные. Он ходил кругами по кабинету уже несколько дней из-за мыслей и сомнений, переполнявших его. – Нервные клетки мозга, имеющие повышенную активность от рождения, возможно, способствовали этому. – Он еще раз взглянул на свои расчеты. – Тогда почему она в коме? – спрашивал он сам себя. – Почему? Почти три месяца… Надо будет познакомить ее с кораблем, – задумчиво проговорил ученый, очерчивая в голове возможные развития последствий. – Она не реагирует на внешние раздражители… Как и… Ни один инженер не может сказать, почему корабль неактивен. Если в ближайшие две недели их показатели не улучшаться, – ученый закрыл глаза, – боюсь, придется начать заново. – Он устало сел за свой стол.

Когда она очнулась, то поняла, что огненный шторм не был кошмаром. Он был настоящим.
Медленно остывающий разум пронзали только короткие воспоминания о боли, а непонятные схемы роились словно несметное количество растревоженных пчел.
– Проснулась? – спросил чей-то расплывающийся силуэт. – Хорошо.
«Что «хорошо»?», – подумала Деметра, не в силах произнести это.
– Катастрофа. Только ты выжила. – Сказал другой, промелькнув в поле зрения.
«Катастрофа?» – переспросил мозг сам у себя, понимая, что он ни черта не понимает.
Легкое жжение растеклось по венам и приказало всем успокоиться, утягивая в темноту, где на этот раз было безопасно.
– Зачем?
– Так надо.
Силуэты появлялись еще три раза, чтобы задать вопросы, на которые они не получали ответов, и отправить по дороге с огнем по обочинам в пустоту.
На четвертый раз дорога исчезла.
«Хватит», – прозвучал чей-то голос в голове, и сознание прояснилось, насколько это было возможно. С пепелища постепенно исчезали остатки, обнажая то, что было под ними.
«Слишком много белого», – подумала Деметра, сумев, наконец, оглядеть помещение, в котором она находилась: огромное количество оборудования, следящее за всем, чем можно; белые стены, запомнившиеся своим молчанием и отсутствием окон; и кровать, к которой она была привязана.
– Твой корабль потерпел крушение около Земли, – произнес доктор, сидящий напротив нее.
Дни прежде, он задавал различные вопросы, а сейчас – был готов отвечать на них. Так, по крайней мере, ей казалось.
– Почему я ничего не помню? Даже своего имени?
– Травмы были очень тяжелыми, – ответил он, – возможно, так твой мозг пытается защитить тебя от их последствий. Тем не менее, – доктор встал и поправил свою одежду, – я хочу тебя кое с кем познакомить.
– С кем? – спросила она.
– С тем, у кого возникла связь с тобой после крушения. Пойдем.
Доктор направился куда-то по коридорам станции, ведя пациентку в сопровождении нескольких охранников. Ниже и ниже, в место, которое на карте в ее голове значилось верфью. Ее имя всплыло в голове так же резко, как и все эти схемы многочисленных коридоров.
Деметра.
Она повторила. Еще раз. Язык неохотно произнес имя – будто оно было чужим.
Небольшая дверь с непонятным рисунком являлась последней преградой между Деметрой и чем-то неизвестным, скрежетащим у нее в голове, и явно исходящим из-за преграды перед ней.
– Что там? – спросила она.
Дверь отворилась, открыв взору прямоугольное помещение.
– Входи. Не бойся. – Произнес доктор. – Это сенсорная комната. Просто проверка.
Деметра сделала шаг вперед.
Огромные металлические ворота медленно поднимались, когда Элтисгерн подошел к ним.
– Что там?
Освещенный тоннель, уходивший далеко вниз, поражал своими размерами. Деметра не могла сказать, насколько глубоким он был – ее взору мешал корабль, закрепленный в нем.
Шум в голове прекратился, и Деметра почувствовала, что не может контролировать свое тело – это была не ее оболочка. Она отклонилась назад, и корабль сошел с опоры, сломав ее.
Боль пронзила разум, заставив содрогнуться, рухнуть на пол и запомнить лишь имя, перед тем, как отпустить в темноту.

Гринни
Сколько времени нужно ребенку, чтобы понять, что веревки, связывающие его руки – это не ради его безопасности? Сколько времени нужно, чтобы понять, что это – не корабль, спасающий людей? Сколько времени нужно, чтобы понять, что он попал в рабство?
Гринни сидел на полу, облокотившись о стену, рядом с многочисленными бывшими жителями Огненной планеты.
– Из-за тебя мы здесь оказались! – выкрикнул кто-то перед тем, как наброситься на него, с целью если не убить, то покалечить.
– А ну прекратили! – приказал голос откуда-то сверху, заставив всех пригнуться от страха. Через минуту в отсек вошли несколько людей и вывели ребенка.
– Убейте его! – прокричал кто-то напоследок.
Гринни не знал, куда летит этот корабль, но отчаянно желал, чтобы по прибытии его не пытались убить.
Его подтолкнули через порог комнаты и закрыли дверь.
– Как тебя зовут? – спросил толстый мужчина, стоявший к нему спиной.
– Гринни, – тихим голосом ответил он и огляделся. То ли в поисках чего-нибудь для защиты, то ли в поисках путей отступления.
– А кто дал тебе это имя?
– Я.
Мужчина ухмыльнулся, затем сел в кресло, внимательно смотря на ребенка.
– За что они тебя так не любят?
Гринни поежился, сконцентрировался, и изменил облик на охранника, что привел его.
– Ты знаешь, кто ты? – отрицательное качание головой. – Полиморф. – Мужчина широко улыбнулся и, как показалось Гринни, потер руки. – Меняющий облик. Хамелеон. Ты весьма ценен.
– Куда мы летим? – спросил Гринни, возвращаясь в свой нормальный вид.
– На одну планету, чтобы избавиться от тех злых родственников, а потом – в твой новый дом.

Рейгар
В маленьком боксе оставалось не так уж много места для растущего деревца, поэтому ученый призадумался, что ему делать дальше. Когда же дерево открыло глаза, пришлось переселять его на задний двор, где оно и продолжало расти в течение нескольких последующих лет.
Заметив особую любовь растения к изучению языков, ученый допустил его к компьютеру. В результате, к неполным пятнадцати годам, дерево могло свободно разговаривать на двадцати с лишним языках.
Рейгар, такое имя выбрал ученый для своего приемыша, также начал изучать медицину и биологию, потому что хотел понимать те диаграммы и формулы, что мелькали среди документов приемного отца.

Деметра
Она не помнила, сколько времени прошло, и как она оказалась пристегнутая к кровати. Открывать глаза не хотелось: белые стены сдавливали окружающее пространство, превращая палату в тюрьму.
«Вард?» – повторила она слово, что заставило ее разум содрогнуться. Спросила еще раз, не надеясь получить ответ.
Но ответ поступил. По белой нити, связывающей их двоих, пронесся импульс.
«Разговариваю с кораблем…, – заключила Деметра. – Дожили».
«Радуйся, что выжили», – было ей ответом.
Изображения, старательно извлеченные из восстанавливающейся памяти с посторонней помощью, промелькнули перед глазами, дав неполную картину событий последних шести месяцев: она высчитала это по датам на показаниях приборов.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Элтисгерн, войдя в палату несколько дней спустя.
– Хорошо.
– Ничего необычного не заметила?
– Нет.
Она лгала. Потому что знала, что доктор хочет знать: удачно ли прошел эксперимент. Но, если бы она подтвердила это, то пришла бы очередь других испытаний.
Разум молил о пощаде и планировал побег, лишь бы снова не оказаться во власти огненного шторма.
– Мыслей, звуков, ощущений? – перечислял доктор.
– Нет. – Деметра все отрицала.
До последней секунды она убеждала его, что ничего не изменилось, что вкус металла покинул ее губы, что тело больше не содрогалось от холода недр планеты, что она не чувствовала пилу, которая резала корабль изнутри.
Она считала, что ей даже поверили… Пока глаза ее не уперлись в хирургическую лампу над ней, а тело не вздыбилось на жестком холодном столе.
– Ты знаешь, как тебя зовут? – спросил Элтисгерн, обходя ее.
– Деметра.
Одна мысль пронеслась через ее сознание. Обе стороны согласились.
– Придется снова залезть к тебе в голову, Деметра, – сказал он, отходя к дальнему столу. – Мне жаль, что ты неудачный образец. Ты не смогла освоиться с новыми способностями, – продолжал Элтисгерн.
– Конечно. – Произнесла она почти нечеловеческим голосом.
На много уровней ниже, корабль открыл огонь из всех орудий.
Мгновение – и что-то острое и металлическое оказалось в ее руке, и, не успев даже нагреться от прикосновения, обагрилось кровью из шеи рядом стоящего человека. Две секунды – и оружие подбежавшего на тревогу охранника убило троих. Кровь на полу заставила психику Деметры разогнаться, превратив ее в монстра, желающего убить источник всех его проблем. Элтисгерн выбежал из лаборатории и заблокировал за собой дверь.
Внизу корабль начал взлет, круша перекрытия.
Шум достиг верхних уровней, где Деметра оставила позади себя уже около десятка мертвых людей.
Коридор чист. Не считая трупа охранника, который лишился оружия и одежды: в операционной халате ей было сложнее затеряться на станции
– Деметра, – она сжалась от звука своего имени и врезалась в стену. – Тебе нужно выбраться отсюда.
– Кто ты? – спросила она.
– Голос системы безопасности. Твой корабль на уровне C. Оттуда есть выход…
– Я знаю. – Прохрипела она, пытаясь выровнять дыхание. Она чувствовала, как корабль сметает все препятствия при подъеме.
Из бокового хода выбежали еще пятеро охранников.
Через шестьдесят четыре метра была шахта вентиляции, через которую можно было попасть на уровень C быстрее, чем охранники смогли бы добежать туда.
Деметра начала медленно опускать оружие. Но, перед тем как оно коснулось металлического пола, раздалась очередь выстрелов. Трое убиты сразу. Остальные слишком медлительны.
Тело чувствовало все, но сознание, соединенное с кораблем, отказывалось воспринимать человеческую боль, поэтому ранения она заметила слишком поздно.
Один ярус разделял ее и корабль.
Пол затрясся и разошелся трещинами. Деметре пришлось падать через дыру в полу прямо на корабль. Он завис на несколько секунд, дав ей возможность попасть внутрь, чтобы затем, разрушив последние преграды, выбраться в атмосферу и совершить прыжок.
Маленькая коричневая планета осталась позади.
Но Деметра не успела даже подняться, как корабль сотрясся от столкновения. На выходе из гиперпространства было другое судно.
Два сцепившихся корабля нарушили баланс воронки, и она захлопнулась, аварийно выкинув их у ближайшей черной дыры.
Затянув остатки чужого корабля, Вард заглушил двигатели, и по просьбе Деметры усилил контроль над ее телом, что помогло ей добраться до обломков.
Там, среди груды искореженного металла и тел, кто-то шевелился.
– Какого черта ты нас сбила? – прокричал выживший.
– Я тебя не сбивала.
– Я заплатил ему уже! Пусть отстанет от меня или будет иметь дело с Линсаном!
– Ради всего святого… Заткнись! – шепотом произнесла Деметра, пытаясь выровнять дыхание. – Кто ты?
– Так ты не от… – Незнакомец выразил недоумение, а потом засмеялся. – Слава всем богам!
– Кто ты? – спросила она снова.
– Торговец. – Он посмотрел на капли крови на полу и шагнул вперед. – А тебе нужна помощь.
– Не подходи! – Деметра направила на него оружие.
– Ладно, ладно, – он отошел, подняв руки, – хорошо. Только не стреляй.
– Чем ты торгуешь?
– Мной. – Из-под обломков выбрался мальчик и перебежал к Деметре.
– Работорговец, – прохрипела она.
– Да. – Ответил мальчонка, вцепившись в нее. – Забери меня.
– Эй, ты не можешь его забрать! Он принадлежит мне.
Из-за потери крови, Деметра едва стояла на ногах и в глазах темнело. Вард не мог держать ее бесконечно.
Корабль со скрежетом резко дернулся в сторону.
– Что это? – взволнованно спросил ребенок, держась за штанину Деметры.
– Мы у черной дыры. И, если не выберемся отсюда через несколько минут – не выберемся никогда.
– Тогда предлагаю убираться как можно быстрее. – Сказал торговец.
– Мне не нужны лишние на борту, – проговорила Деметра. Хотя, это, скорее, было от имени корабля.
Деметра отошла несколько шагов назад и ремнем привязала себя за крепежную ручку к кораблю. Другой рукой она прижала ребенка к себе.
– Ты что делаешь? – с ужасом прокричал торговец, когда шлюз сброса начал открываться. Через пару секунд отсек очистился.
Восстановив герметичность, корабль покинул опасный горизонт.
Едва коснувшись ногами пола, Гринни отбежал от Деметры.
– Зачем ты это сделала? – спросил он, едва не плача.
Деметра прислонилась к стене: ей было трудно стоять.
– Ты не убьешь меня? – снова задал вопрос ребенок.
– Почему я должна сделать это?
– Поэтому, – ответил он, изменив облик на того, кого они только что вышвырнули из отсека.
– Нет. – Ответила она перед тем, как потерять сознание.

Рейгар
Годы шли, и Рейгар стал все чаще замечать, что его приемный отец все меньше обращает на него внимание. Они почти уже не разговаривали.
И квартира с каждым днем становилась все более пустой. Первыми покинули ее компьютеры, оптическое оборудование, и образцы чего-то, чего Рей никогда не видел из-за черного стекла, накрывавшего их,  далее настала очередь архивов, затем – предметы обихода и декора.
Рейгар не понимал, что происходит. А на все его расспросы он получал лишь расплывчатый ответ: «Время пришло».
Последним квартиру покинул ее владелец, но этот факт остался позади Рейгара, как и он сам остался позади благополучия, когда понял, что находится в трущобах неизвестного ему города.
Тесно построенные высокие многоквартирные дома, с металлическими перекрытиями для передвижения между ними, выглядели весьма устрашающе для того, кто видел их впервые. Особенно ночью при проливном дожде, когда каменная плитка, проложенная еще столетия назад и почти полностью разрушенная, смешиваясь со всеми отходами, превращалась в грязное месиво.
Когда кто-то тронул его за ветку, Рей отпрянул в сторону с совершенно испуганным взором.
– Эй, тихо, тихо! Ты не местный? – спросила девица в экстремально коротком платье, поверх которого был накинут дождевик.
– Нет.
– Иди к Джонни. Он поможет.
– Кто? Почему? – упорядочить свои мысли у Рейгара не получалось, потому что одна затмевала все остальные: «За что? За что меня выкинули?»
– Бар за тем поворотом. – Сказала она и растворилась в ночи так же быстро, как и появилась.
Минуты, проведенные под дождем, чуть прояснили сознание Рейгара, и он сформулировал цель: найти приемного отца.
Прошлепав до поворота, Рей увидел рухнувший вертолет, переделанный под какой-то магазинчик. Мимо прошел человек, несший коробку на плече, и грубо крикнул Рейгару:
– Прочь с дороги!
Деревянный отшатнулся к ближайшей стене, на которой висела вывеска:
«Не входить с наркотиками и ядерным оружием».
Решив, что это – место, куда его направила девушка в переулке, он зашел внутрь. Где тут же столкнулся с каким-то гуманоидом, выпадавшим из бара.
– Что бы тебя тут больше не было! – прокричал разносчик, выравнивая столы.
Но взгляд Рейгара зацепился не на пестрой компании посетителей бара, а лишь на одном ее представителе: курящем человеке, чья голова была наполовину заменена металлом, и чей механический глаз заставил дерево съежиться от страха.
– Наемник всегда знает, сколько стоит твоя жизнь. – Произнес проезжавший мимо робот и подмигнул.
– Дерево! – окликнули Рейгара из-за стойки. – Иди сюда. Ты не местный что ли, а то я тебя здесь впервые вижу.
– Да. – Произнес Рей, пытаясь перекричать шум. – Я ищу Джонни. Мне сказали, он может помочь.
Бармен с секунду посмотрел на дерево, а потом засмеялся.
– Эй, народ! – привлек он всеобщее внимание, забравшись на стойку. – Он ищет Джонни! – большинство присутствующих повернулось к ним, и, посмотрев на дерево, тоже засмеялись. – Он ищет… – бармен согнулся от смеха, – Джонни! – волна хохота прокатилась по бару. Рейгар стоял в недоумении. – Как думаете, кем он его возьмет? – толпа ответила шумом. – Элементом декора? – бармен произнес это слишком вычурно и снова залился смехом.
Наемник встал из-за своего столика и, шаркая подошвами ботинок, направился к выходу, одним своим видом расчищая дорогу среди смеющейся толпы. Проходя мимо дерева, он схватил его за ветки и выволок из бара.
– Почему они смеялись? – непонимающе спросил Рейгар.
– Убирайся к чертям с этой планеты, если не хочешь закончить свою жизнь в качестве удобрения. – Хмуро произнес убийца и вышел под дождь, накинув кожаный капюшон на голову. – В 7:30 с квартала Огней отходят торговые корабли.
Слова наемника, перебиваемые шумом, донеслись до Рейгара. Он посмотрел на темно-серые тучи, застилавшие небо, и шагнул вперед, не имея ни малейшего представления о том, где находится квартал Огней.

Деметра
Гринни не знал, как помочь Деметре, но единственным, что включилось при входе в медотсек, была регенерационная камера.
За часы, что она там провела, Гринни успел изучить весь отсек. Он запомнил каждую деталь и каждый инструмент. За этим занятием он не просто ожидал исцеления Деметры, но и пытался организовать себе причину остаться на этом корабле.
Гринни думал, что раз она спасла ему жизнь, то теперь, может быть, разрешит ему остаться. Чего он хотел больше всего на свете, так это найти место, которое он мог бы назвать домом.
И ему казалось, что он его нашел, потому что в какой-то миг ему хватило смелости вернуться в свой истинный облик и посмотреть на собственное отражение.

Некоторое время единственным занятием Гринни было кручение на стуле и рассматривание сквозь окно отсека планеты, желтая атмосфера которой превращала ее в солнце.
Раздался сигнал, оповестивший, что время в регенерационной камере подошло к концу. Гринни мгновенно подбежал к Деметре и помог ей выбраться.
– Ах, зеленый, ты все еще здесь? – спросила она без капли раздражения.
– А где мне быть?
Деметра пожала плечами, осознав, что ему некуда идти. Только, кому «ему»?
– Как твое имя?
– Гринни.
– Классные волосы, Гринни, – мягко произнесла она. – У людей таких не бывает.
– Я полиморф.
– Тот вид, что ты принял, – начала Деметра, пересаживаясь из камеры на свободный стул, – ты встречал кого-то похожего раньше?
– Нет.
– Тогда ты – метаморф. – Заключила она. –  В отличие от полиморфов, тебе не нужен образец. Ты изменяешь облик, делая его полностью оригинальным.
Гринни кивнул в знак согласия, а затем скопировал внешность Деметры.
– О как. Это я так выгляжу? – спросила она, рассматривая свою копию. Порванная и окровавленная одежда, совмещенная с чрезвычайно здоровым видом.
– И как меня зовут? – улыбаясь, спросил Гринни.
– Деметра.
Метаморф вернулся к своему настоящему виду и спросил:
– Можно мне остаться на корабле?
– Ты еще ребенок. – Коротко ответила она.
– Я могу быть полезным. И… – Взгляд Гринни устремился за спину Деметры. – Наверное, стоит сказать, что к нам летит чужой корабль.
– Что? – встревожено спросила она, посмотрел в иллюминатор.
– Нечего хорошего, видимо, это не предвещает. Надо улетать.
Только оказавшись на капитанском мостике Деметра поняла, что у нее нет технических знаний, необходимых для управления кораблем.
Тем не менее, разрешив ситуацию единственным известным ей способом, они прыгнули.
– Как ты это делаешь? – спросил Гринни, заметив, что Деметра даже не прикасается к панели управления.
– Я с ним связана.
– Как?
– Я не знаю. Просто связана. Крепче чем…
– А у тебя есть семья?
– Они считают меня мертвой. – Мгновенно выпалила она.
Деметра хотела к ним вернуться, Гринни это чувствовал. Но для нее все было сложнее.
По высчитанным датам с лаборатории, она пробыла там где-то шесть месяцев. Но после какого дня начались эти шесть месяцев? Где была точка отсчета?
С ужасом для самой себя, она осознала, что не помнит дату своего вылета с Земли. Она не помнит ничего из того, что с ней происходило до эксперимента. Только обрывочные факты и смутные образы, которые больше походили на обрывки сна, чем на реальность.
Гринни посмотрел на нее, а затем подошел и обнял.
– Первые пять лет моей жизни меня пытались убить, а потом – продать в рабство. В чем-то мы похожи. – Он поднял на нее взгляд и улыбнулся. – И, если ты не собираешься выгонять меня с корабля, то я хочу его осмотреть. Тебе это тоже было бы полезно, судя по всему.
– Ага, – согласилась Деметра, подавив в себе волны эмоций. – Да. Может быть.
Хотя в ее голове и была полная схема строения и всем своим существом она чувствовала этот корабль, она пошла вслед за маленьким ребенком с чудными зелеными волосами.

Оказавшись в инженерном отсеке, Гринни сообщил, что хочет здесь закрепиться. А получив отказ из-за неподходящего возраста, изменил облик на взрослого человека. «Только после совершеннолетия», согласилась тогда Деметра. По земным меркам, или по меркам родной планеты Гринни – она не уточнила. Да и зеленый не спрашивал. Потому что условие выполнять не собирался.
Меньше чем за год, он изучил корабль от верхней палубы до нижней. Узнал его имя – Вард, и покопался в электронике. Последнему даже пришлось даже начать биться током, чтобы остановить зеленоволосого от посягательств на схему ядра.
Гринни даже посидел в кресле пилота. Но первый же полет привел их на планету с желтыми водопадами и существами в красном, которые поклонялись огромным светящимся грибам и задумали построить храм вокруг корабля, который внезапно рухнул на их территорию.
Побег, после срочного ремонта судна, способствовал занесению в список преступников: их обвиняли в нарушении ценностей и религий обитателей планеты.
И это было только началом их путешествия по космосу и спискам правонарушителей.

Рейгар
Он спросил у четверых, как добраться до квартала Огней. И все указывали разное направление.
Бесконечные, как ему казались, часы блуждания по городу под проливным дождем случайным образом вывели его к небольшой реке. Выше по течению которой, Рейгар увидел посадочные площадки для кораблей, освещенные огнями.

– Вы можете мне помочь? – спросил деревянный у первого пилота, или человека похожего на него, которого он увидел.
– Я благотворительные акции не устраиваю, – буркнул тот в ответ, сидя на открытых грузовых воротах корабля, как понял Рейгар.
– А вы не знаете того, кто этим занимается?
Пилот посмотрел снизу вверх на почти двухметровое дерево и засмеялся.
– Серьезно? – спросил он, пытаясь отдышаться. – Ты вообще не знаешь это место?
– Я не… не отсюда родом.
– Тогда понятно. Но убирайся-ка отсюда поскорее, пока еще жив. На тридцать шестой площадке стоит корабль одного землянина. Он любит деревья. Так что тебе туда.
– Спасибо, – коротко ответил Рейгар, чувствуя себя самым паршивым образом.
На указанном месте никого не было, и Рейгар начал думать, что он обречен остаться на этой странной, чужой и не желающей его принимать планете.
Он осмотрел площадку и заметил на ее краю светящийся циферблат часов, отсчитывающий время, возле которого он и сел.
Три часа сорок восемь минут.
Корабль при приземлении устроил небольшое завихрение, которое явилось причиной незначительной потери листьев у Рейгара.
Он ожидал, что кто-нибудь выйдет наружу, но этого не происходило. Словно внутри корабля никого не было.
Разгрузочный робот въехал на площадку и недовольно просигналил, заметив, что у него все еще нет доступа на платформу. Однако шлюз корабля открылся, и робот смог приступить к выполнению своих обязанностей.
Навстречу вышли два человека, коротко поприветствовали разгрузчика, и проследовали мимо Рейгара, улыбнувшись и ему. Это навело Рея на мысль не ждать капитана снаружи, а искать внутри.
Но углубиться в поиски он не смог: его посчитали нарушителем и не очень вежливо хотели выдворить с корабля, когда приказ капитана остановил всех.
– Кто это? – спросил он, подходя к Рейгару, и разглядывая его.
– Проник на корабль.
– Мы не в полете, – начал капитан, – поэтому, это называется «появление на корабле с целью заключения разговора».  Вам следует прочитать Устав. – Конвоиры Рейгара согласно кивнули. – Отпустите его. – Рей лишь оглянулся на уходящих внутрь людей и поблагодарил капитана. – Я Крит, капитан этого судна. Чем я могу тебе помочь?
– Мне нужно найти свою семью. – Произнес деревянный.
– Как твое имя и откуда ты родом?
– Рейгар. И… – он замялся, – я не знаю.
– Определенно не с Земли. Там деревья не разговаривают. И незнание тобой твоей родины усложняет поиски. – Капитан на секунду задумался. –  Ты можешь полететь с нами до планеты Адона. Она будет третьим пунктом назначения моих перевозок. И там находится огромнейший архив. Может быть, ты найдешь что-нибудь.
– Спасибо, капитан. – Рейгар улыбнулся.
– Наверху каюты экипажа. В 13F есть одно свободное место.
Дерево радостно улыбнулось и зашелестело листьями.
***

За несколько десятилетий они исколесили космос и успели попасть не в одну неприятную историю. Как и все первооткрыватели, коими они для себя и являлись, они частенько попадали в ненужное время и в ненужное место.
Но поймать их не могли: корабль, под управлением Деметры, был слишком хорош, по сравнению с перехватчиками различного рода.
Но кое-кто все же сумел.
Он следил за ними несколько месяцев, и, выяснив, что они остановились в пустыне, отправился на встречу.
– Я хочу поговорить с капитаном, – произнес он, подходя к их кораблю. Свой он предусмотрительно оставил на много километров позади, чтобы они не посчитали его угрозой: ведь одинокий странник не сможет принести большого вреда.
– Кто ты? – спросил Гринни, выбравшись из тени Варда и держа гостя на прицеле. Другого приема незнакомец и не ожидал. Путник стянул с лица ткань, защищавшую от песка, обнажив тем самым серую кожу, и поднял руки вверх.
– Мое имя Вега. Я не причиню вреда. Я просто хочу переговорить с капитаном.
– Зачем? – недружелюбным тоном спросила Деметра, сходя с корабля.
– Как долго ты так скитаешься, Деметра?
Теперь в Вегу целились двое.
А он стоял абсолютно спокойно с поднятыми руками, не давая им ни малейшего повода усомниться в их безопасности. И улыбался.
– Достаточно. – Ответила Деметра.
– Достаточно, чтобы попасть в несколько сотен рапортов о правонарушениях, и в графу «Происшествия» бортового журнала? – уточнил Вега.
Его голос подтолкнул Гринни на мысль о гибридном происхождении гостя.
– Как ты все узнал? Ты из правительства? Из какого? – Спросил метаморф.
– Услышал, заинтересовался, нашел. – Ответил Вега. – Я хочу предложить тебе работу.
– На тебя? – поинтересовалась Деметра.
– Да. Перевозки грузов.
– Почему я должна согласиться?
– Специфика нашей работы – перевозка грузов, о которых наше дорогое правительство не знает. Верь мне. – Вега напрочь игнорировал присутствие метаморфа, обращаясь только к Деметре. – Я предоставляю защиту всем, кто на меня работает. Таким образом, я превращаю преступников в людей.
– Перевозящих нелегальные грузы, – язвительно добавил Гринни.
– Зато у нас весело. Твой корабль весьма необычен. – Продолжал Вега. – И, как я выяснил, ты достаточно хороший пилот.
Деметра переглянулась с Гринни, словно спрашивая совета.
– Зачем мы тебе?
– Потому что тебе, – Вега все еще игнорировал Гринни, – нужно место, куда можно было бы приземлиться. Не вечно же вам по пустыням скитаться.
– И что это за место? – спросила она.
– Вертмид. Если согласишься – я тебя жду.

Остин
На пороге дома Остин обнаружил конверт, что его весьма сильно удивило: последнее бумажное письмо было отправлено, когда ему было меньше двух лет. Скинув с себя верхнюю одежду, он вскрыл конверт и обнаружил последовательность чисел.
Поняв, что до назначенного времени оставалось чуть меньше двух минут, Остин заторопился.
С точностью в секунду над столом появилась проекция Беллами.
– Остин, рад тебя видеть, – проговорил он.
– Капитан.
– Думаю, ты знаешь, кто такой доктор Карл Элтисгерн.
– Да. – Коротко ответил Остин.
– И что же заставило сына пойти против собственного отца?
– При всем уважении, капитан, я не хочу разговаривать о моей жизни.
– А мы и не разговариваем о твоей жизни. – Проекция чуть померкла и пошла помехами. – Я задал этот вопрос, чтобы узнать расстановку твоих приоритетов. Твое задание связано с ним.
– Что я должен сделать?
– Найти его детище.
– Простите, но я не понял.
– Объект B127 из программы «Совмещение».  Тот, что сбежал, когда ты был на мониторинге. Ее зовут Деметра. И она находится под покровительством Веги. Первая часть – это найти ее, и убедиться, что это действительно она. Заставь ее показать связь с кораблем.
– Но это не совсем по моему профилю.
Остин не имел желания искать жертву эксперимента своего отца, потому что это могло привести его к встрече с ним, однако понимал, что сам подчиняется давнему конкуренту Элтисгерна – Беллами Орхельма – а последнему выживший образец скрытой программы может принести большую пользу.
– К твоему мы тоже придем, не беспокойся. Вторая часть – это заставить ее подчиняться нам.
– Как я смогу это сделать? – Все же спросил он.
– Не знаю. Это твое задание, не мое. Выполняй.
Проекция исчезла, оставив Остина в полнейшей тишине.
***

Гринни заглянул в очередной населенный пункт в надежде найти место, где он сможет расслабиться. Деметра работала на Изантрисе, чтобы купить детали для корабля, а ему уже надоело кататься по окрестностям в виде синего шара.
– Все этот Вега, – пробурчал он, наконец дойдя до маленького бара. – Что б ему там комета в причинное место заехала.
Все началось с пару месяцев назад, когда полукровка направил к ним клиента, которому нужно было перевезти какое-то существо. Первые часы полет проходил нормально, а потом существо проснулось – не рассчитали снотворного – и устроило погром на корабле.
В итоге, они сбросили клиента где-то в океане, а сами рухнули в лесу.
– А ведь не прошло даже столетия. – Сетовал метаморф.
В заведении он получил желаемый напиток из местных растений и снова выбрался наружу.
«Ремонтировать корабль здесь» – скверно подумал Гринни, оглядывая окрестности, когда заметил дерево, стоящее около дороги. Растение вполне соответствовало своему названию, не считая антропоморфных черт лица, и того, что оно разговаривало на местном наречии с аборигеном из леса.
– Эй! – выкрикнул Гринни, мгновенно сменив облик и подойдя к ним. –  Ты что творишь?
– Я не понимаю вас. – Ответило дерево, недоуменно взирая на Гринни.
– Понимаешь. С аборигенами говорил на местном. Решил пойти на удобрения?
– Я вас не очень понимаю.
– Никогда, запомни, – Гринни ткнул дерево пальцем, – никогда не разговаривай с аборигенами Голубых Вод. Никогда.
Дерево согласно моргнуло.
– Ты чего тут вообще делаешь?
– Я Рейгар. И я ищу свою семью.
– Семью, значит. Ну, это хорошо. – Произнес он в то время, пока внезапные воспоминания затапливали его.
Гринни вспомнил, как ребенком отчаянно мечтал, что покупатель примет его и не изгонит, узнав о его особенностях. А потом он встретился с Деметрой. Она предложила ему и свободу, и дом, и семью. Метаморф понял, что жалеет Рейгара. Или в этом его убедила пара десятков смешанных напитков.
Тем не менее.
– Я могу помочь тебе, Рейгар. Пойдем. Я тебя кое с кем познакомлю.
– С кем? – спросил Рей, опасливо оглядываясь по сторонам.
– С моим лучшим другом. И вторым тоже.
Гринни, петлями и зигзагами, вел Рейгара сквозь лес к месту, где стоял корабль Деметры, клятвенно обещая каждому встречному растению, что ноги его больше не будет на этой планете.


Часть 4
День, который длился час

Дракмур был тихой и приятной планетой; без разного рода катаклизмов, угрожавших жизни, и прочих неприятностей.
В таком райском уголке экскурсии бы устраивать, обирая клиентов до последнего слитка, а не данные архивировать.
Но идеи зеленоволосого метаморфа опоздали на несколько сотен лет.
- Она так и не вышла? – спросил Рей.
Гринни печально взглянул на дверь каюты капитана и отрицательно покачал головой.
Деметра не сходила с корабля ни разу за последние три дня. Она изучала данные с «Плутона», надеясь найти там ответы на все свои вопросы. Но среди столбцов данных, рядов цифр и статистических колонок, только дневники доктора представляли хоть какой-то интерес.
Гринни решил оставить ее в одиночестве,  пока сам будет пытаться разобраться с прошлым Рейгара. Деревянный, хоть и побывал во множестве архивов, но полезного нашел мало. Потратив недели на обдумывание произошедшей с ним ситуации, он решил, что поиски можно остановить. Если бы его отец не хотел избавиться от него – то не стал бы оставлять в незнакомом городе.
Гринни стоял рядом с Рейгаром около лесного озера, у которого было весьма скверное настроение, раз оно решило подтопить пару сотен деревьев, расширив таким образом свою водную границу; хотя внешне оно выглядело спокойным: поверхность была идеально ровной.
– Думаю, нам пора обратно на корабль. – Тихо произнес он.
– Мы обследовали почти всю планету, но не нашли никого, похожего на меня. Мы искали  в Информационном поле – ничего. Я последний? – спросил Рейгар чуть обреченным голосом.
– Надеюсь, что нет. – Первая попытка подбодрить дерево провалилась. – Может быть, кто-то, похожий на тебя, просто не попал в перепись, и поэтому о нем ничего не известно.
Рей наклонился и посмотрел на свое отражение. Было тихо. Настолько, что казалось, можно услышать стук собственного сердца. Но у Рейгара его не было. Он просто дерево. И строение у него как у дерева, только разум человеческий.
Рейгар тихо улыбнулся.
Гринни присел на землю, и это вызвало у озера недовольство: вода покрылась рябью и стала серой.
Гринни вспомнил Равнину отклонений. На местном наречии ее название звучало как непередаваемый набор звуков, а переводилось как: «Место, где с горы сошел Солнечный бог». Там можно было загнать огромное дерево в маленький сосуд и принять озера за облака, если посмотреть под особым углом. И воздух там рябил так же, как и вода перед ним. То было местом, где Деметра улыбнулась в последний раз…
***

Деметра сидела за столом, в четвертый раз перечитывая одну и ту же страницу, где Элтисгерн писал о своем решении сбить пассажирское судно с целью выявления сильнейшего образца. Он считал, что пережив травмы и открытый космос, организм сможет пережить и совмещение.
На следующей странице был список пассажиров, которые сели в тот день на «Звезду Галактики».
Триста семьдесят одно имя было перед ней. 
Посмотрев на собственную фамилию, она испытала чувство отчуждения. То, что осталось от ее воспоминаний меркло с каждым днем, освобождая место для новых нитей связи, которые паутиной окутывали ее сознание.
Во время побега она позволила кораблю слишком долго контролировать себя.  И понимала, что в битве искусственного интеллекта с разумом она начинала сдавать позиции.
– Деметра, – позвал из-за двери Гринни, заставив ее вздрогнуть и вырваться из собственных мыслей, – Остин на связи.
– Зачем он это делает? – спросила Деметра, выйдя из каюты. Гринни в ответ пожал плечами.
– Ты смог вытащить ее! – обрадовался Рейгар, увидев их двоих.
– Здравствуй, Остин. – Холодно произнесла Деметра, входя в поле видимости связной аппаратуры, чтобы ее проекция появилась на стороне Остина.
– Нам нужно встретиться, – сразу начал он.
– Я не собираюсь этого делать.
– Я хочу поговорить с тобой. О Карле Элтисгерне.
– Зачем?
«Таково мое задание», – подумал Остин, а вслух ответил:
– У меня есть информация о нем. Тебе будет интересно. Одера. Завтра утром.
Изображение Остина исчезло, а на мостике повисла тишина. Уже ставшая привычной за последние месяцы.
– Мы же не полетим туда? – обеспокоенно спросил Рейгар. Он заметно волновался: корни плотным слоем оплели кресло под ним.
– Именно это я сделаю.
***

Утро на Одере из-за большой скорости вращения планеты длится чуть дольше нескольких минут. Поэтому, когда Вард заходил на посадку, перед ним было сияющее-светлое рассветное небо, а позади – темно-синее, с хорошо заметным рукавом галактики, усыпанным звездами.
Корабль Остина стоял на расстоянии трех корпусов от него самого: знак, говорящий о мирных целях прибывшего.
Вард, в свою очередь, тенью нависал над своим экипажем, не столько защищая их, сколько угрожая своим видом всем вокруг.
– А я надеялся на дружелюбный разговор, – немного притворно огорчился Остин.
Гринни в ответ состроил какую презрительную гримасу. Рейгар от них отдалился.
– Ты сказал, у тебя есть информация.
– Да, – согласился Остин. – Два дня назад он сбежал из тюрьмы на Земле, где его держали последние полвека.
Элтисгерн жив. Значит, он наверняка захочет найти ее. А это, может повлечь новые эксперименты. Сначала лицо Деметры выразило ужас, который затем растворился, уступив место гневу. Он жив. Значит, она может отомстить ему за то, что он с ней сделал.
Взбудораженные корни Рейгара достигли ног Гринни, отчего последний отпрыгнул, тихо выругавшись.
– Деревянный, успокойся. – Почти приказал Остин. – Мы еще не начали.
– Начали что? – спросил Гринни.
– Скажи мне, Деметра, не хочешь встретиться с Элтисгерном еще раз? Поговорить с ним. Спросить, зачем он провел эксперимент?
– Замолчи! – оскалился Гринни, уводя Деметру за свою спину.
Он понимал: такого она может и не выдержать. Метаморф боялся за ее состояние. И к несчастью, слишком хорошо ее знал, и представлял, что произойдет, когда Деметра встретиться с источником ее кошмаров.
– Мне надо рассказать вам кое-что, чтобы завершить свое задание.
– Какое задание? – спросила Деметра, вернувшись в действительность.
– Убедиться, что это ты, Деметра, ты – объект В127 – единственный удачный образец из всей программы совмещения.
– Кто послал тебя?
– Беллами Орхельм. Давний конкурент моего отца.
– Отца? – опешила Деметра. – Карл Элтисгерн твой отец?
– Да.
О, нет.
Гринни хорошо знал это выражение лица. У Деметры в голове не просто родился план, у нее появилась идея, не исполнив которую, она даже не вздохнет и не расслабить руку, сжимающую атомную пушку.
– Я взял груз из списка Лорея «Недавно похищенное», – продолжал Остин, – заведомо зная, что это привлечет его внимание. Мне нужно было заставить тебя раскрыться. Заставить тебя показать твою связь с кораблем. И у меня получилось! – Остин самодовольно улыбнулся. – Только вот, я не ожидал, что у тебя будет компания, в лице метаморфа. У вас чудные взаимоотношения. Может быть этому способствовала ваша первая встреча?
 «Вот теперь достаточно причин, чтобы пристрелить его», – подумал Гринни. Деметра подумала так же, и дуло пушки оказалось у Остина под челюстью.
Он лишь поднял руки, показывая свою безвредность.
– Позволь мне закончить, прежде чем убьешь.
Никто не сдвинулся ни на сантиметр.
– Думаю, мне стоит извиниться перед тобой, Гринни, – Остин наклонился в сторону метаморфа, – за Нибиру. Я не хотел в тебя стрелять. Честно.
– Однако же…
Остин попытался улыбнуться, но вместо этого лицо исказила усмешка.
– Хардарис должен был просто выполнить свою часть договора, но он решил, получить все  и сразу. – Он взглянул на Деметру. – Мне, конечно, сказали о твоих способностях, но такого я не ожидал. Если бы ты не спасла Гринни – все бы закончилось давным-давно.
Каждый из присутствующих понял последнюю фразу по-разному. И каждый сделал свои собственные выводы, породившие похожие вопросы.
– Зачем ты это рассказываешь? – спросила Деметра.
– Мне грозит смерть от атомной пушки из твоих рук. Думаю, подходящее время, чтобы исповедаться.
Лицо Деметры застыло каменной маской; ее зрачки сузились, а радужка наполовину покрылась рисунком системы.
Заметив это, Гринни съежился от страха. Ему хотелось схватить ее и увести. Подальше от всего этого. Настолько, насколько возможно. Лишь бы она вернулась к прежней «Деметре», какой он привык ее видеть; рядом с которой он вырос.
Гринни нервно сжал оружие в руках, молясь, чтобы его не пришлось использовать по назначению.
– И, знаешь, что самое интересное? – язвительно спросил Остин. – Стоило сказать деревянному, что я знаю, где его папаша, как он мгновенно согласился на все. – Беглый, полный презрения, взгляд по Рейгару. – Даже следить за вами в мое отсутствие.
Гринни посмотрел на дерево взором полным отрицания и непонимания.
– Это правда? – спросил метаморф.
Рейгар молчал. Деметра даже не моргнула.
– А теперь, – сказал Остин, – убей меня. – Давай же, – голос его скатился до шепота. – Давай же! Вырази собой всю красоту смерти!
Ситуация становилась критической. Гринни понимал с каждой секундой все меньше, в его голове появлялось все больше вопросов, но все это меркло по сравнению с тем, что прямо перед ним стояла Деметра. И не дышала.
Ее плечи намертво застыли, губы сжались в тонкую линию, а глаза потеряли последнюю каплю человека.
– Что ты сделал? – практически хрип вырвался из груди метаморфа.
– Великолепие. – Произнес Остин громче, чем требовалось. – Помнишь тот день, Деметра? – спросил он издеваясь. – После тебя станцию почти десять лет восстанавливали. Двадцать шесть минут тебя – и десять лет восстановления.
План в голове Деметры обрел более четкие очертания. Без эмоций справляться было как-то проще. Они не затмевали разум, не мешали принимать решения… Машина работала идеально.
– … я знаю, на что ты способна, Деметра, – закончил Остин фразу, начало которой погрязло в вечерних ветрах Одера.
– Ты понятия не имеешь.
Луч заходящего солнца медленно проскользнул по синей радужке, выделив самое нечеловеческое, что тогда было в Деметре.
Она разжала ладонь, позволив атомной пушке упасть на землю, и прикоснулась пальцами к голове Остина.
В тот же миг он его колени подогнулись, а из горла вырвался крик, полный боли и ужаса.
Первым не выдержал Гринни.
– Деметра! Хватит!
Слова должного действия не возымели. Метаморф отчаянно взглянул на Рейгара, ожидая помощи, но деревянный стоял без единого звука и намека на движение.
– Деметра…
Это не крик. Не приказ. Это шепот полный безысходности и понимания полного бессилия что-либо исправить.
Шепот метаморфа заставил ее отвлечься. Что-то внутри нее шевельнулось, и она поняла, что творит на самом деле.
Она резко отпустила Остина, оставив его в тщетных попытках поймать хоть каплю воздуха; его стеклянный взгляд устремился в темное небо, на котором россыпью сияли звезды.
Деметра посмотрела на Гринни, не сказала ни слова, а затем перевела взгляд на Рейгара.
– Это правда? Ты шпионил за нами?
Корни Рейгара безумно зашевелились, выдавая его паническое состояние.
– Он сказал, что поможет мне… – Сбиваясь, сказал он. – Я не хотел, Деметра, правда, не хотел.
– Я верю тебе, Рей, верю. – Она подобрала атомную пушку, проверила предохранитель, затем заряд. – Ты не хотел. – Секунда на решение. –  Я тоже.
Выстрел был тихим.
И, прежде чем кто-то успел среагировать, дерево сползло на землю кучкой пепла.
Не сказав более ни слова, Деметра поднялась на корабль.
Гринни не мог даже пошевелиться. Ему казалось, что он забыл, как дышать.
Да, он злился на Рея и считал его предателем – ведь деревянный выдавал информацию, зная, чем это может обернуться.
Но Гринни не хотел его убивать. И никогда не стал бы этого делать. Но Деметра…
Она изменилась. Из той, что спасала ему жизнь, и заботилась о нем, она превратилась в монстра.
И Гринни было страшно.
Он вбежал по поднимающемуся шлюзу на борт, оглянувшись лишь раз, чтобы увидеть, как сносит ветром останки Рея. Остин лежал рядом. Гринни бегом достал спасательный маячок и выбросил на песок.
Маленький металлический шарик слабо сверкнул в темноте.
***

Тишина на корабле стояла несколько дней. Гринни был готов скрипеть зубами, лишь бы что-то изменилось.
– Деметра, – тихо произнес он, поднявшись на капитанский мостик, – ты в порядке?
– Да. – Коротко ответила она, не отрывая взгляда от карты какого-то сооружения.
После недолгой паузы он задал другой вопрос:
– Куда мы направляемся?
– На Землю.
Метаморф не чувствовал волнений, как если бы они проходили через гиперпространство, а потому снова спросил:
– Обычным ходом?
Не вопрос – попытка завязать разговор.
– Да. Это карта тюрьмы, из которой сбежал Элтисгерн. – Деметра посмотрела через плечо на Гринни, приняв его в обсуждение плана. – Он подкупил охранников.
– Деметра, что… что ты сделала с Остином? – спросил он тихо.
– Я его не убила. – Если тебе это интересно, – И, благодаря твоему маячку, его нашли.
На мостике снова повисла тишина. Метаморф отчаянно искал тему для разговора, когда его взгляд споткнулся о непрочитанное уведомление на экране системы внешней связи.
– Там сообщение, – произнес метаморф.
– Я знаю.
– Не хочешь узнать, что в нем?
– Нет.
Ситуация грозила снова скатиться в молчание, поэтому Гринни открыл сообщение, в надежде, что хоть чей-то голос изгонит тишину и обреченность с их корабля.
«Деметра, это Беллами. – Произнес отправитель. – Надеюсь, Остин тебе обо мне сообщил. И надеюсь,  что он еще жив. Если нет, то сильно я не разочаруюсь. Но, перейдем к главному. У меня  есть то, что тебе нужно, Деметра».
«И что же это?» – изумился про себя Гринни.
«Я могу выдать тебе Карла Элтисгерна. В обмен на твою помощь, разумеется. Если согласна – то мои люди будут ждать тебя около Астера».
Это было ловушкой. Даже думать особо не надо было.
– Мы туда и направлялись? – спросил Гринни.
– Именно. – Кивнула Деметра. – На Землю.


Часть 5
Я вижу смерть в твоих глазах

Вард пересек границу Солнечной системы, пройдя через орбиту Плутона. Маленькая коричневая планета, внешне без изменений, медленно вращалась по правому борту.
– Не задень спутники Юпитера, – произнес Гринни, стараясь разогнать гнетущую атмосферу, – я слышал, их жутко много.
Должного впечатления это не произвело: Деметра все также хмуро смотрела вперед, где сияла маленькая точка.
Через пояс астероидов к Марсу и дальше – к Земле.
Первый раз Гринни был так близко к этой планете. Он, конечно же, видел ее изображения прежде, но в действительности – она была на них совсем не похожа.
Деметра лишь чуть двинула головой, прогоняя мысли о семье, которая была где-то там, внизу. Семья, которая лежала рядом с ее пустым гробом. И которую она не помнила.
Слишком много лет прошло.
Приземлившись в пустыне, за три километра от тюрьмы, Вард заглушил двигатели и затих. Оставив Гринни за спиной с приказом охранять корабль и ждать людей Беллами, Деметра направилась на встречу с прошлым. Которое ее видеть не хотело.
Начальник тюрьмы согласился на разговор только после того, как Деметра назвалась родственником Карла. Стоило лишь назвать себя Элтисгерном, как к горлу подкатил неприятный комок, а ладони сжались в кулак.
Охранники скосили на нее взгляд.
Но никакой полезной информации из разговора она не извлекла: ни у кого не было даже малейших предположений, куда мог направиться ученый после побега.
Визит в тюрьму Астер оказался напрасной тратой времени.
Едва здание исчезло за пустынным горизонтом, Деметра поняла, что что-то изменилось. Ее восприятие мира померкло, а связь с Вардом оказалась под замком. Внезапно она осталась одна. Без голоса в голове, без нитей связи, опутывающих разум, и без Гринни…
Колени подкосились сами собой, но организм понял, что это произошло не по его желанию.
Маленький дротик, прорезавший заднюю поверхность шеи и врезавшийся в нее на половину длины, съежился и выпал на песок. А следом за ним, с глухим звуком, рухнуло тело.
***

Маленькая жилая комната, полностью в белом цвете…
Нет, нет, только не снова.
Память в тот же миг услужливо предоставила картину палаты, в которой Деметра провела несколько месяцев.
Она не просто слетела с лежанки, она с нее рванула со всей своей силой. Следующим ощущение стало металлическое кольцо на запястье, огнем рассекающее кожу.
Разум потянулся к Варду, чтобы придумать план побега, в то время, пока руки пытались выбраться из оков.
Только вот было тихо. В ее голове было тихо. Не единого звука, даже шепот не прорывался.
Белые стены вокруг сжались, грозя замкнуться.
Теперь, с Деметрой остался только ее страх. Наполняющий каждую клетку ее тела, он давал мнимую защиту.
Кровь на белом полу всегда выглядит одинаково. Что на Плутоне в день ее побега, что здесь.
Сканер около двери активировался, и она открылась. Вместе с двумя людьми в комнату вошел и сигнал. Место обрело очертания, расположение и название.
Деметру под конвоем довели до зоны отдыха – так это помещение значилось на карте.
– Прости за белый цвет, – произнес голос, который Деметра уже слышала. Он принадлежал Беллами. Маленький рост, темные волосы до плеч, поношенный костюм не выдали Деметре ничего, предвещающего опасность. – Думаю, после лаборатории ты его не очень любишь.
Она не отвечала: прорабатывала план побега, потому и не заметила, как тщательно Беллами смотрит не нее.
– Чудесно! – заключил он, – Великолепно, Карл!
Имя разрезало воздух, заставив Деметру выбраться из карт здания.
Напротив нее, рядом со своим сыном, сидел Карл Элтисгерн.
А он постарел. Волосы его поседели, лицо покрылось глубокими морщинами, пальцы рук, которые врезались в ее позвоночник, скрючились.
Неизменным остался только взгляд: пустой, холодный и безжалостный; слегка помутневший от болезни.
Элтисгерн смотрел на нее и видел только лишь результат своего эксперимента, а не покалеченную жизнь.
Он мгновенной мести ее удержал Гринни, который сидел позади. Он ни сказал ни слова, но вид его каким-то образом успокоил Деметру, позволив ей оценить ситуацию, а не действовать напролом.
– Что тебе надо? – спросила она у Беллами.
– Ты. Твой корабль, ваша связь. Ты станешь прототипом. Просто представь, на что способны сотни таких, как ты.
План Беллами был предельно ясен: он хотел возобновить программу «Совмещение».
Удерживая в заложниках Остина, он мог бы заставить Карла выполнять необходимое; хотя Деметра сомневалась, что Элтисгерна волнует судьба собственного сына.
Гринни держали для нее. Чтобы иметь тот же рычаг давления. Уравнение было прекрасным, только Беллами не учел одну переменную.
– Я слышал, ты убила члена своего экипажа, – произнес он, наслаждаясь процессом.
– Он был предателем.
– На твоем корабле это карается смертью? – Беллами нарезал круги вокруг Деметры, и это начинало ее злить.
– Да.
Деметра пересчитала охранников в помещении, количество оружия и возможных пострадавших.
– Этот деревянный… Он был предателем. С твоей точки зрения, с моей же – он являлся весьма полезным источником информации. Скажи мне, – Беллами вопросительно посмотрел на Деметру, – что ты сделала с Остином? – Деметра взглянула на единственный выход. Беллами сократил расстояние между ними до минимума, предоставляя Деметре превосходную возможность для захвата. – Мне просто до жути интересно.
– Одному провидцу на Вертмиде, много лет назад был интересен другой вопрос. Он регулярно задавал его всем проходящим мимо людям.
– И какой же?
– Почему под лунным производством красному свету не место?
Гринни понял. Один удар, заставивший охранника около него упасть на пол, привнес некое замешательство, позволив Деметре обхватить шею Беллами цепью от наручников.
– А теперь, ты кое-что сделаешь, иначе – отправишься в ад.
Беллами засмеялся.
– Мне и так туда дорога.
– Посмотри внимательно на Остина, – приказала она, развернув его голову, – и подумай над своим ответом.
Беллами дал отмашку своим людям, и те опустили оружие.
– Отлично, а теперь – все на борт.
***

Вард навис над крышей базы, открыв грузовой шлюз.
Деметра, под тщательным наблюдением всей охраны, направила Карла и Остина внутрь.
Гринни начал молиться богам своей родной планеты. Что в последнее время он делал уж слишком часто. Он понимал, что, к несчастью, спасение души Деметры больше не могло быть в его руках. С этим могли справиться только неведомые монстры, которым поклонялись жители Сияющей планеты.
По одному взгляду на Деметру можно было понять, что она теряет себя. Он почти сам ощущал, как Вард берет контроль над все большей частью ее сознания. А может быть, он на самом деле это ощущал: нельзя просто так проникнуть в ядро корабля, увидеть связь и выбраться невредимым.
Вард начал набирать высоту. Когда расстояние до крыши базы превысило пятнадцать метров, Деметра столкнула Беллами.
Гринни зажмурился, чтобы не видеть труп внизу.
Корабль перепрыгнул к звезде, которая уже начала сбрасывать свою оболочку. Огромные газовые облака создали вокруг нее светящийся ореол с рваными краями.
– Деметра, что ты задумала? – встревожился Гринни. Его нервная система грозила отключиться из-за перегрузок в любой момент. Казалось, переживать за что-то сильнее уже нельзя. Он ошибался.
Недалеко от умирающей звезды вращалась маленькая планета. Последним, что увидели ее обитатели перед смертью, был корабль, медленно пролетевший низко над поверхностью и сбросивший человека.
Когда настала очередь Элтисгерна, он не сопротивлялся.
– Деметра, я не сожалею о том, что сделал. Я лишь сожалею о том, что не смог сделать это безболезненно для тебя. – Сказал Элтисгерн распрямив плечи.
 «Слишком поздно», – подумал Гринни.
– Почувствуй на себе, каково это.
Она взяла его лицо в ладони, заставляя посмотреть в глаза.
Карл в последний раз улыбнулся, как и всякий ученый, когда его эксперимент завершается удачно.
Гринни стоял поодаль и не остановил ее. Даже когда Элтисгерн молил о спасении, Гринни ничего не сделал. Потому что не смог бы остановить Деметру, полностью вошедшую в синфазу с кораблем. До такой глубины она доходила лишь раз. Когда бежала с Плутона, и сбросила работорговца в открытый космос, где подвергла его мучительной, хоть и быстрой смерти. Что могло случиться в этот раз, Гринни даже не представлял. Хотя ему и представлять не надо было. Прямо перед собой он видел, как Деметра отправляла сознание Элтисгерна прямо в недра коллапсирующей звезды.
– Совмещение завершено, – сказала она перед тем, как мозг Карла не выдержал нагрузки и попросту расплавился. Огненный шторм сжег его изнутри.
Огненный шар, являя собой кошмар любого пилота, стал слишком нестабилен. Деметра избавилась от тела, скинув его в пламя, и увела корабль прочь.
Эту смерть звезды ученые зафиксируют только через пару часов, когда свет от нее достигнет станции. К тому моменту, здесь все утихнет, и тьма космоса поглотит это место.
От звезды и планеты осталось только название в архивах.
Деметра заставила отца смотреть на смерть собственного сына от огня.
И, вопреки всему, убийство принесло ей мир.
Деметра медленно сползла на пол грузового отсека, бессмысленно опустив взгляд.
Гринни лишь закрыл глаза, пытаясь взять под контроль свои эмоции. Но не смог. Он почувствовал, как слезы медленно текут по его щекам.
Над чем он плакал? Над смертью Элтисгерна? Или Остина? Или над тем, что не смог предотвратить превращение Деметры в монстра?
Внезапно корабль сотрясся от чересчур резкого перехода в гиперпространство. А затем глухой удар носом судна, и скрежет металла по земле.
Вард терпел крушение.
Он пытался взлететь, но двигатели отказывали. Два из них взорвались, что изменило путь крушения, добавив в тряску еще и вращение.
Огромный корабль кубарем взрывал землю, оставляя за собой куски металла, обшивки и деталей.
Гринни думал, что смерть настигнет его быстрее, чем он сможет это осознать. Он ошибся.
Деметра вытолкнула его через прорванный корпус и сама последовала за ним.
Оглушительный грохот прекратился через минуту, когда Вард полностью остановился, врезавшись на четверть корпуса в каменистую почву, что годами пряталась под песком.
Они упали на Вертмиде.
Деметра, отойдя на несколько шагов от метаморфа, посмотрела на голубое небо над ее головой. Она вытерла слезы, выступившие от едкого дыма горящего корабля, и медленно села на песок.
Палящее солнце Вертмида беспощадно обжигало кожу.
– Деметра, ты в порядке? – прокашлял Гринни, пытаясь очистить легкие от песка.
– Наверно, – ответила она, заряжая свой Карил.
Метаморф подбежал к ней, чтобы удостовериться, но замер, заметив оружие в ее руке.
– Там аннигилирующий заряд. Всего один.
– Для кого он?
– Для меня.
Гринни отрицательно качал головой. Нет, на это он не пойдет. Деметра положила Карил на песок и подтолкнула его к метаморфу.
– Нет. – Отказался Гринни. – Зачем? Что с тобой?
Гринни прекрасно понимал, что с ней. Он просто не хотел это признавать. Не хотел признавать, что Вард победил.
– Что бы там ни говорили, я неудачный образец эксперимента. А такие не выживают…
Гринни поднял оружие. Руки его дрожали, а к горлу подкатил ком.
– Он мне не позволит это сделать. – Деметра подняла голову, чтобы взглянуть на Гринни в последний раз.
– Нет, – отказался Гринни. – Я не могу. Не буду.
Прорываясь через мерцающий рисунок системы, темно-карие глаза Деметры встретились с зелеными глазами метаморфа и попросили только об одном.
– Я не могу, Деметра. Не могу! – он не мог позволить ей умереть. Даже если она считала это необходимым. – Мы сможем это пережить. Сможем преодолеть влияние системы. Как всегда делали. Мы же справлялись. Со всеми проблемами мы справлялись.
– После отойди как можно дальше от корабля: активируется система самоуничтожения.
– Я не сделаю этого.
– Сделаешь. – Она закрыла глаза. – Гринни, ты – мой лучший друг. Поэтому – сделаешь. – Ее голос сорвался.
Она не видела метаморфа, но знала: он стоит сейчас перед ней, судорожно сжимая Карил и пытаясь сдержать эмоции, отрицательно качает головой, отчаянно пытаясь придумать другой план.
– Это прямой приказ твоего капитана. – Прерываясь произнесла она. – Последний.
Гринни навел прицел, закрыл глаза, сделал вдох и нажал на спусковой крючок.
Выстрела он не слышал. Не хотел слышать.
Ему пришлось отпустить ее.
Гринни опустил руку, которая только что убила его лучшего друга, и разжал ладонь. Он отвернулся, чтобы не видеть тело, зажал рот руками, чтобы не закричать, и побежал.
Прочь от этого места.
Не видя землю под ногами, он стремился отдалиться. Споткнулся о камень и полетел кубарем. Перед глазами мелькали только песок и камни. Вскоре он остановился.
Закрыл уши лишь бы ничего не слышать. Он чувствовал, как весь его организм ноет от боли: порезы и ссадины были по всему телу. На земле остались следы крови. Гринни съежился.
Нет. Это не на самом деле. Это все те коктейли на Голубых Водах: слепой бармен перепутал ингредиенты и кинул не то растение. Это просто галлюцинации и сейчас он, должно быть, лежит где-то под огромным голубым кустарником, ожидая, пока Деметра, сыпя ругательствами на весь его неизвестный род, найдет его и мигом приведет в чувства.
Нет. Это Вертмид. И это – реальность.
Секунды тянулись часами.
Корабль застонал в предсмертных муках. Этот скрежет металла Гринни не забудет. Не сможет. Вард лишился своего симбионта и теперь умирал. Медленно и мучительно.
Взрыва он не слышал. Слышал только удары своего сердца, в котором стоял такой же противный скрип приближающейся смерти.
Перед Гринни упала  деталь корабля.
А он так лежал на земле, зажмурившись, словно от плохого сна, зажав уши и не сдерживая слез.
Минуты, часы, дни… Ему было безразлично.
Просто теперь он остался один.
***

– Ты Гринни? – спросил женский голос, возникнув из ниоткуда прямо над метаморфом.
Тень неизвестной заслонила солнце, и Гринни открыл глаза.
– Да. А ты кто?
Девушка села рядом с Гринни, посмотрела по сторонам, будто ища что-то, и ответила:
– Помнишь того предсказателя, что ошивался около бара, что когда-то стоял здесь? – Гринни кивнул. – Я его дочь.
– Ты его кто? – устало переспросил Гринни.
– Дочь. За день до того, как здесь все разнесли,  он попросил меня позаботиться о тебе.
– Ты не сможешь мне помочь. – Ответил Гринни. С тех пор, как Деметра спасла его, больше всего на свете он боялся потерять ее. А теперь ее нет.
– Он сказал, что ты будешь сегодня здесь.
– Он знал, что я буду здесь? – Гринни вскочил на ноги. – Как? Значит, он знал обо всем. Он знал. И не предупредил!
– Он, конечно, был странным. Но, если говорил, что мне надо перелететь галактику, чтобы с кем-то встретиться,  я это делала. – Она замолчала, оглядывая окрестности, покрытые обломками корабля. –  Что здесь произошло?
Гринни промолчал. У него не хватило сил произнести это вслух. Он не хотел признавать это. Он смотрел на одну-единственную песчинку у себя под ногами и думал.
Думал, что он мог бы предотвратить некоторые события. Если бы их корабли не столкнулись, Деметра не позволила бы Варду долго себя контролировать, и, возможно, она смогла бы справиться с влиянием системы. С другой стороны, если бы то столкновение, она могла бы убить Остина и Элтисгерна намного раньше. Она могла бы убить кого-нибудь еще, но не сделала этого, потому, что только Гринни останавливал ее от добровольной сдачи железному механизму…
Слишком много «если бы»…
– Пойдем. – Произнесла дочь провидца, заметив отрешенность Гринни. – Ты не можешь оставаться тут вечность.
«А идея стоит рассмотрения», – подумал он.
– Ты не можешь сидеть тут вечность. – Произнесла она, оттолкнулась от земли и бодро зашагала через обломки, не обращая на них никакого внимания. – Что бы здесь не произошло, это произошло. И изменить ты уже ничего не можешь.


Рецензии