Марк Твен и куры

Отрывок из романа. ЛЕОНИДУ БЛОХУ ПОСВЯЩАЕТСЯ.

... Однажды на доске объявлений, в кают компании, появился обрывок телетайпной ленты:

 «Дорогие товарищи! Забирайте своих курей!»

В навигацию кроме свинины и говядины завезли ещё и мороженых кур. Были они плохо ощипанными и требовали доработки.

В столовой от этого трудоёмкого дела отказались, и решено было раздать их всем желающим. В преддверии праздника 7 ноября взяли по ящику и Миллер с Жилиным.

В ящиках было по двадцать тушек. Решили не ходить на ужин, а сварить по курке дома.
На кухне у старшего метеоролога, Анны Васильевны, была встроенная электроплита. Во время сильных метелей Перебейнос не отпускал жену в каюту, а готовил сам.

Васильевна разрешала соседям-холостякам пользоваться плитой, «пока Коля спит». Обнаружив, что курки маленькие, кочегар Жилин предложил сварить по две на нос. Он их повторно ощипал, осмолил в топке печи, а Герман взялся варить.

Идти за кастрюлей на кухню кают-компании было лень, и парень, ничтоже сумняшеся, взял эмалированное ведро, обнаруженное на кухне соседки. Уселся на стул и открыл книгу рассказов Марка Твена.

И стал так смеяться, что крышка на ведре запрыгала.

На кухню явилась недовольная Анна Васильевна:
- Тише, Колю разбудишь!
Рядом с ней с вязальными спицами в руках стояла Тамила.
- Что читаешь-то?

От смеха «метеоолух»не мог говорить, и показал ей обложку.

Женщины на цыпочках удалились, Герман некоторое время сдерживался, а потом сполз со стула и продолжал хохотать на полу.

Анна Васильевна вышла с явным намерением прогнать нахала, но вдруг и сама стала смеяться.
 
И Тамила тоже.

- Прочитай вслух!

Герман набрал воздуха в лёгкие: «Наш род ведёт начало от друга нашей семьи... Так принято во всех аристократических семьях».

- Давай дальше!

Женщины принесли себе по стулу и уселись рядом.
После «Моей автобиографии» Герман прочитал взволнованной публике «Журналистку в Теннеси» и «План города Парижа».
Все трое стали так хохотать на разные голоса, что перепугали тараканов и разбудили Перебейноса.

С недовольной миной появился он в дверях, но уже через пару минут схватился за живот и согнулся в три погибели: Герман как раз читал «Как меня выбирали в губернаторы».

На шум пришёл Сидор Жилин. Тут же свалился на пол и стал жевать рукав.

Вдруг Анна Васильевна указала перстом на ведро в котором варились куры и спросила изменившимся голосом:

- Герман, ты где ведро взял?

- Здесь. Вымою, отдам.

- Да ты что! Да ты знаешь, что это за ведро?

- А что?

Васильевна что-то шепнула на ухо Николаю, а затем и Тамиле и все трое стали смеяться так, что слёзы ручьём побежали.

Жилин расслышал, стал показывать на Германа пальцем, скулить и дрыгать ногами.
Лишь Герман ничего не мог взять в толк, и, видя его недоумение, все просто заходились в приступах хохота.

Наконец, Перебейнос выскочил в коридор, а Тамила убежала к себе, на второй этаж.

- Коля! Объясни ему! Не могу – помру! - размазывая слёзы по лицу, Васильевна побежала вслед за Тамилой и сверху ещё долго раздавался приглушённый смех.
Немножко остыв, Николай объяснил, что это ведро Анна Васильевна употребляла для личных "водных процедур".
- Выбрось и все дела!

Крайне раздосадованный, парень снял ведро с плиты, чтобы выплеснуть варево собакам, но Сидор Жилин сообщил:

- Погоди, у нас гости.

Приглашенные «на свежину» кочегары, Саблин и Новиков, уже скучали в комнате холостяков, а газогенераторщик Варавва зашёл «случайно».

У парней была граммулька.

Герман объяснил: мол, так и так, а выбрасывать жалко.

Мужики скребли затылки и молчали. Ведро янтарного бульона стояло на полу и распространяло умопомрачительный запах. Куриные ножки торчали вверх, как дуэльные пистолеты. Сверкали взоры и слюнки текли .

Наконец, Варавва изрёк:

- А что, наши жёны ядовитые что-ли?
- Не всегда! – убежденно заметил Саблин.
- Ну, так в чём дело? Начнём, благословясь! – Варавва решительно воткнул вилку в курицу и шмякнул её на свою тарелку.

Так же поступили и друганы.

Герман сослался на дела и вышел.

В подъезде стояла Тамила. Она была в наброшенной на плечи шубе и дрожала от холода, но глаза её смеялись. Помня о своём промахе, парень наклонил голову и хотел проскочить, но радистка ухватила его за рукав:

- Держи. Не потеряй. Не библиотечная. Моя.

Тонкий томик Анны Ахматовой.

На метео Герман нашёл в книжке закладку:

«Ржавеет золото и истлевает сталь,
Крошится мрамор, к смерти всё готово.
Всего прочнее на земле печаль,
И долговечней царственное слово.»

На картинке из Интернета: Мыс Челюскина. Слева внизу, на берегу моря, видна кварцевая глыба, как нарочно оставленная здесь ледником.


Рецензии
Добрый вечер, Владимир! Сегодня выбрала этот рассказ и не пожалела, меня заинтриговали куры...
Ну и хохотала же я, что аж муж выскочил из спальни и вместе стали хохотать!
Спасибо Вам за веселый рассказ и за доставленное удовольствие!
С наилучшими пожеланиями, Варвара.

Варвара Можаровская   09.12.2017 21:55     Заявить о нарушении
Спасибо на добром слове, Варвара!

Владимир Эйснер   09.12.2017 22:45   Заявить о нарушении
Здравствуйте, Владимир! А мне было страшновато. Как по-разному мы относимся к людям...

Астрид Халстрем   06.03.2018 11:04   Заявить о нарушении
Дорогая Астрид!

Расказ основан на реальных событиях, и ничего страшного автор в него не вложил.

И Вас, и Варвару поздравляю с наступающим Женским днём!

Владимир Эйснер   06.03.2018 13:22   Заявить о нарушении
На это произведение написано 189 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.