Загадка снайпера Людмилы Павличенко

      Как правило, в каждой публикации, посвященной советским снайперам Великой Отечественной войны, упоминается легендарная женщина-снайпер Людмила Павличенко. Ну, как же, – Герой Советского Союза! На её счету 309 уничтоженных фашистских захватчиков! Казалось бы, никаких сомнений в её подвигах быть не может. Однако, при внимательном рассмотрении её боевой биографии многое покажется, мягко говоря, довольно странным. Впрочем, начнем по порядку.

      Итак, согласно биографическим описаниям Павличенко, воевать под Одессой она начала 6 или 10 августа 1941 года в составе 54-го Разинского стрелкового полка знаменитой 25-й Чапаевской стрелковой дивизии, и своих первых двух врагов убила в бою под Беляевкой. Правда, уже здесь возникают сомнения в достоверности информации, так как 54-й полк с 6 августа, в течение всего месяца, действовал в составе боевой группы полковника Монахова в Восточном секторе обороны Одессы, в основном, в районе Гильдендорфа (где сейчас расположен поселок Котовского).

      Любопытно, что по данным некоторых статей в Интернете, Павличенко воевала не в простом подразделении, а в составе снайперского взвода, командиром которого был 23-летний лейтенант Василий Ковтун. В этом же взводе была, якобы, ещё одна женщина-снайпер одесситка Геня Головатая, тоже «прославившаяся своими меткими выстрелами». Как сообщается в некоторых источниках, однажды «против взвода Ковтуна немцы бросили свой снайперский взвод. Видно, решили быстро управиться с советскими стрелками. Массовая дуэль тянулась несколько часов, взвод Ковтуна потерял больше половины». При этом наши снайперы, естественно, «уложили» большинство «немецких снайперов». Однако, эта «массовая дуэль» вызывает большие сомнения, так как в боях под Одессой участвовали исключительно румынские части, а со стороны немцев – всего один пехотный полк и несколько небольших артиллерийских подразделений. Кроме того, ни у немцев, ни у румын, снайперов тогда ещё вообще не было, тем более - снайперских подразделений.    
 
      В общем, как принято было тогда говорить, «слава о наших снайперах гремела по всему фронту», а о наиболее прославленной – Людмиле Павличенко, «застрелившей на подступах к Одессе 187 фашистов», знали не только защитники города, но и враги, которые «панически боялись её». Однако, несмотря на столь громкую славу, Павличенко долгое время, почему-то, не награждали, хотя вышло несколько Указов Президиума Верховного Совета СССР о награждении защитников Одессы орденами и медалями. 

      Во всех Указах, в длинных списках награжденных много действительных героев боев – командиров, летчиков, артиллеристов, пулеметчиков, зенитчиков, красноармейцев, краснофлотцев… Заметим, однако, что орденами и медалями были награждены также многие лица, явно не ходившие в штыковые атаки и даже никогда не державшие в руках оружие. Среди них повара и пекари, завпроизводством, писари и чертежники штабов, переводчики, инструкторы пропаганды, ответственные секретари дивпарткомов, редакторы и замредакторов газет, машинистки и телефонистки, артисты фронтовых бригад, военюристы и следователи НКВД (ну, как же без них!)… Впрочем, в данном случае нас мало интересует, как, например, артист Штейнберг получил орден Красной Звезды, как заслужили медали «За боевые заслуги» телефонистка Кульчицкая и развозчик хлеба Бляхер, или, как и за что получили награды многие другие. Кто знает, может быть, они действительно совершили какие-то подвиги? Однако нас чрезвычайно интересует, почему в списках награжденных нет фамилии снайпера Людмилы Павличенко. Ведь, во всех средствах массовой информации утверждается, что в боях за Одессу Павличенко уничтожила аж 187 вражеских солдат и офицеров! И это – всего за два с половиной месяца! Такого фантастического достижения не имел на то время ни один советский снайпер. Да за такой боевой счет любого снайпера уже давно представили бы к званию Героя! Однако, повторимся, ни звания Героя Советского Союза, ни какого-либо ордена, ни хотя бы медали «За боевые заслуги», которой, случалось, награждали даже за такие сомнительные «подвиги», как «трудолюбив до степени болезни за свое дело» или «принимает участие в общественно-политической жизни части», Павличенко тогда не получила. Нет в Указах о награждениях ни фамилии погибшего командира снайперского взвода Василия Ковтуна, ни заменившего его Марченко, ни «легендарной» Гени Головатой, ни кого-либо другого из «снайперского взвода», в котором служила Павличенко. Естественно, возникает вопрос – почему? Ведь некоторые из отличившихся снайперов других частей получили свои заслуженные награды. Так, орденами Красного Знамени были награждены красноармеец В. Ф. Шаповалов и краснофлотец Н. И. Шваронок. В наградных документах описаны и подвиги этих снайперов. Например, о Шаповалове сказано, что он «ни одного патрона не выбрасывает без поражения цели и ежедневно выбивает от 27 до 40 фашистов». Так, в боях 13 сентября 1941 года Шаповалов уничтожил 80  вражеских солдат, а 15 сентября – ещё 50 (хотя, честно говоря, эти цифры вызывают очень большие сомнения!). Судя по всему, метко стрелял и Шваронок: например, 18 сентября он застрелил 40 врагов…

      Медалью «За отвагу» был награжден снайпер краснофлотец А. П. Терин. К такой же медали был представлен и снайпер ефрейтор П. М. Туташвили, правда, по каким-то причинам не получил её. Был представлен к награде и снайпер 25-й дивизии Н. Д. Сучков, который, произведя 95 выстрелов, уничтожил 85 фашистов. Почему же, всё-таки, политруки и командиры не представили к награде «грозу фашистов» Павличенко? Не потому ли, что мало кто верил в 187 «убитых» ею фашистских солдат и офицеров?

      При оставлении Одессы, 16 октябре 1941 года 25-я дивизия, в которой служила Павличенко, была переброшена в Крым. Здесь, защищая Севастополь, Павличенко из своей снайперской винтовкой к 16 марта 1942 года «убила ещё 72 фашиста», т.е. боевой счет Павличенко уже подошел к 260 убитым врагам, в том числе почти 30 немецких снайперов. Невероятный рекорд! Успехи многих известных советских снайперов, уже удостоенных звания Героя Советского Союза, таких, как, И. Д. Вежливцев, П. И. Голиченков, А. А. Калинин, С. П. Лоскутов, В. Н. Пчелинцев, Ф. А. Смолячков и других были гораздо скромнее: всего от 100 до 155 уничтоженных фашистских вояк. А далеко обошедшая всех остальных советских снайперов «Символ обороны Севастополя» Людмила Павличенко - до сих пор без наград. Как же так? Странно, очень странно…

      И только 24 апреля 1942 года ей дали… нет, не звание Героя Советского Союза, а… всего лишь медальку «За боевые заслуги»! Вместе с ней этой медалью были награждены еще несколько снайперов Севастополя, у которых боевой счет не превышал 20-30 выведенных из строя врагов. Как же так? Её, самую результативную из советских снайперов, «с именем которой советские солдаты шли в бой», так обезличили и «уравняли» с начинающими стрелками?!

      Судя по всему, были серьезные сомнения в правдивости боевого счета Павличенко, например, в отношение её успехов в борьбе с вражескими снайперами. И, кстати, она сама невольно подтверждает это одним из своих высказываний: «…Многому меня научили и немецкие снайперы, и их наука пошла в пользу. Бывало, они меня, как подловят, приложат к земле. Ну, я и кричу: «Пулемётчики, спасайте!» И до тех пор, пока они не дадут пару очередей из пулемёта, я выйти из - под обстрела не могу. А пули всё время над ухом свистят и ложатся буквально рядом, но не в меня.

      Чему же я научилась у немецких снайперов? Они меня научили, прежде всего, тому, как надо поставить каску на палку, чтобы можно было подумать, что это человек. Я, бывало, так: вижу, стоит фриц. «Ну, - думаю, - мой!» Стреляю, а, оказывается, - попала только в каску. Доходило даже до того, что по нескольку выстрелов давала и всё не догадывалась, что это не человек. Иногда даже теряла всякое самообладание. А они за время, пока ты стреляешь, обнаружат тебя и начинают задавать «концерт». Тут приходилось терпеть. Ставили они ещё манекены; прямо как живой фриц стоит, тоже открываешь огонь. Здесь были случаи, что проводили этим не только снайперов, но и артиллеристов».

      Ну что ж, как говорится, без комментариев. Справедливости ради, следует отметить, что количество «уничтоженных вражеских солдат и офицеров» другими севастопольскими снайперами также вызывали большие сомнения. Заявленные успехи снайперов поражали всякое воображение, доходя до 100 и более в сутки (рекордное количество - «173 застреленных фашиста» - было засчитано снайперам 2 мая). А, например, за апрель 1942 года на счет снайперов Севастополя было записано 1.492 убитых ими фашиста. Однако в действительности немецкая 11-я армия потеряла в этом месяце на территории всего Крыма лишь 458 человек убитыми и 50 пропавшими без вести, а также 1.865 ранеными. Заметим, кстати, что вражеские войска несли потери в основном от артиллерийско-минометного огня, а потери от снайперов, по статистике, составляли не больше 5-10 процентов...   

      В дополнение к описанию боевой деятельности Павличенко, упомянем ещё о некоторых очень важных фактах в жизни женщины-снайпера: о её ранениях, контузиях и прочих случаях «временной не боеспособности». Так вот, первую контузию она получила в самом начале пребывания её на фронте, в августе 1941 года, при авиационном налете. К счастью, контузия была незначительной и Павличенко осталась в полку. Вторая контузия от взрыва снаряда, примерно 10-11 августа, оказалась серьезней с частичной потерей слуха, и Павличенко на три недели попала в Одесский госпиталь. А первое ранение в голову (осколок прошел по касательной) – Павличенко получила в бою у селения Татарка 12 октября 1941 года, после чего она попала в медсанбат 25-й стрелковой дивизии. Вместе с медсанбатом Павличенко эвакуировалась в Крым на теплоходе «Жан Жорес». После лечения она вернулась в полк только 9 ноября 1941 года, то есть почти месяц участия в боях не принимала. Второе, более тяжелое ранение и контузию Павличенко получила у хутора Мекензия под Севастополем, ориентировочно - 19 декабря 1941 года. Тогда осколок снаряда попал ей в правое плечо у лопатки и, с поля боя её вытащил другой снайпер 36-летний младший лейтенант Алексей Киценко, ставший позже её фронтовым мужем. Это тяжелое ранение стоило Павличенко минимум ещё один месяц нахождения в госпитале. Но на самый больший срок её вывела из строя смерть любимого, которому на глазах Павличенко оторвало осколком руку, после чего он скончался 4 марта 1942 года. Нервное потрясение, пережитое при этом Павличенко, было настолько сильным, что у неё стали дрожать руки, и ни о каком использовании её в качестве снайпера и речи быть не могло. Учитывая всё это, командование отправило Павличенко в длительный отпуск для поправки здоровья, в котором она находилась до самого конца мая 1942 года, то есть три месяца на передовой её не было. Третье ранение и еще одну контузию она получила 16 июня 1942 года, когда находилась в штабе 54-го полка, по которому нанесла прицельный удар тяжелая артиллерия немцев. При этом осколок снаряда рассек Павличенко правую щеку на скуле и оторвал мочку правого уха. Снова попав в медсанбат, она, вместе с другими ранеными, была вывезена 19 июня на подводной лодке «Л-4» из Севастополя в Новороссийск. Больше попасть на фронт Павличенко уже не довелось. 

      Нетрудно подсчитать, что из одиннадцати месяцев службы снайпера Павличенко, почти половину из них она провела не в снайперских засадах, а на госпитальной койке. К тому же не будем забывать, что Павличенко была женщиной и, как всякая другая женщина, ежемесячно выходила из строя на несколько дней, как говорится, по чисто «женским причинам». Получается, что три сотни вражеских солдат и офицеров она уничтожила всего за 5 - 6 месяцев. Как за такой предельно короткий срок можно было добиться подобного фантастического результата, не сможет объяснить ни один здравомыслящий человек, хоть немножко сведущий в военном деле.   

      Всего, как видим, Павличенко была трижды ранена и четырежды контужена, то есть неоднократно «проливала кровь за Родину». Но, даже за это, представить к достойной награде Павличенко, в то время ещё одну из редких женщин-снайперов, никто из мужчин-командиров, почему-то, не посчитал нужным.

      Оборона Севастополя закончилась грандиозной катастрофой для защитников города: погибли или попали в плен почти сто тысяч человек. Эта трагедия стала огромным моральным потрясением для всего советского народа. Чтобы как-то сгладить неприятное впечатление от поражения, во всех средствах массовой информации того времени стали говорить о «массовом и невиданном героизме защитников Севастополя» нанесшим «громадные потери немецко-фашистским войскам». 

      Здесь надо заметить, что к тому времени не только в районе Севастополя, но и на всем советско-германском фронте Красная Армия понесла катастрофически огромные потери в живой силе и, естественно, остро нуждалась в пополнении. Однако мужчин уже не хватало, поэтому было решено массово привлечь в армию женщин. Страна нуждалась в героинях, чьи подвиги вдохновляли бы советских женщин добровольно вступать в ряды Действующей армии. Образ мученицы Зои Космодемьянской к тому времени уже изрядно потускнел. К тому же, поджоги ею конюшен и жилых домов (со всеми вытекающими из этого последствиями для мирных жителей и несчастных лошадей!), с точки зрения общечеловеческой морали были, мягко говоря, мало привлекательны. Нужны были имена новых героинь. Тут-то, наконец, вспомнили о «грозе фашистов» и, спустя две недели после падения Севастополя, 16 июля 1942 года старший сержант Павличенко была награждена орденом Ленина.

      Напомним, что на тот момент на счету Павличенко было 309 врагов, «застреленных» ею, причем, как мы подсчитали, меньше, чем за полгода! Особо подчеркнем - больше никто из советских снайперов не имел такой результативности, ни до, ни после Павличенко. Почему же, за этот феноменальный рекорд ей не дали Золотую Звезду Героя? Ведь присвоили же другому севастопольскому снайперу старшине Н. П. Адамия звание Героя Советского Союза, хотя на его боевом счету было около 200 фашистов? Кстати, Адамия не только метко стрелял, но и обучил снайперскому делу более 80 бойцов. А командир взвода старший сержант Павличенко, никого из своих подчиненных, искусству снайпера, почему-то, так и не научила. На счету ещё одного снайпера Севастополя ефрейтора И. И. Богатыря было всего около 75 врагов, однако и он получил звание Героя. А как же Павличенко?! Судя по всему, командование считало, что Золотую Звезду она ещё «не заработала». Впрочем, карьера «лучшего советского снайпера» только начиналась…

      Уже находясь на излечении в госпитале в Новороссийске, она получила внезапный вызов в Москву, в ГПУ Красной Армии. Главное Политическое Управление, имея далеко идущие пропагандистские планы, стало активно «работать» с новоиспеченной кандидаткой в героини. Вскоре Павличенко, после соответствующей обработки, в качестве члена «народного посольства» в августе 1942 года отправили в Англию, США и Канаду, где она стала прилюдно стыдить наших союзников за не желание открывать второй фронт. Любопытно, что Павличенко, как и другого члена делегации, тоже знатного нашего снайпера Героя Советского Союза В. Н. Пчелинцева (к тому времени имел на счету 144 убитых немца) всё время просили показать свое искусство в стрельбе. И, если Пчелинцев охотно демонстрировал свое умение, то Павличенко всегда упорно отказывалась от стрельбы. Конечно, можно было бы списать это на женское кокетство, но, вероятней всего, Павличенко панически боялась банально «промазать»…      
      
      Интересно, что падкие на сенсационные заголовки своих статей западные репортеры называли Павличенко не иначе, как «Мисс Кольт», «Леди смерть», «Большевистская Валькирия» и наделяли её прочими громкими эпитетами. Уже в наше время, после выхода на экран претенциозного фильма «Несломленная» («Битва за Севастополь»), наши писатели и журналисты, не менее падкие на экзальтированные заголовки, стали называть Павличенко не иначе, как «Женщиной, изменившей ход истории». Видимо, от большого ума, они считают, что если бы Павличенко в Америке не произнесла свой коронный спич о джентльменах, прячущихся за её спиной, то второй фронт в Европе так никогда бы и не открылся. В общем, по их мнению, получается, что изменили ход истории не такие вожди, как Сталин, Гитлер, Рузвельт и Черчилль, а простой старший сержант…

      Почти годовым турне Павличенко по странам союзников в качестве агитатора советские политические руководители остались удовлетворены. Сначала ей 3 июня 1943 года присвоили звание лейтенанта, а вскоре после возвращения из-за границы, отдельным Приказом войскам Северо-Кавказского фронта от 23 октября 1943 года (почти полтора года спустя после окончания боев за Севастополь!) ей, было, наконец-то, присвоено звание Героя Советского Союза («Золотая Звезда» № 1218). Затем 15 мая 1944 года последовало очередное повышение в звании и, Павличенко  превратилась уже в старшего лейтенанта. В общем, карьера была сделана и, за Павличенко прочно закрепилась слава лучшего снайпера среди женщин…

      Может быть, странности в боевой биографии Павличенко являются исключением? Ну что ж, давайте вспомним, что, как пишут в Интернете, вместе с Павличенко в составе 25-й Чапаевской дивизии была и снайпер Геня Головатая, как говорится, «родом из Одессы». Ныне Геня Соломоновна (Самойловна) под фамилией Перетятько проживает в Соединенных Штатах Америки. Весьма любопытно, что пишут о ней на многих сайтах Интернета: «…Попав на фронт в 18-летнем возрасте профессиональным снайпером и поучаствовав в ожесточённых боях, Геня внесла неоценимый вклад в победу советского народа над нацистской Германией. За годы войны уничтожила полторы сотни гадов. Кавалер многих орденов. Сейчас она - одна из самых заслуженных ветеранов Великой Отечественной войны в русскоязычной общине Нью-Йорка». Хотя, заметим, абсолютно никаких документальных подробностей о её боевой  деятельности в боях за Одессу нет. И, самое главное, - несмотря на 148 «убитых ею гадов», о которых Геня любит поговорить в своих многочисленных интервью, никаких наградных документов на «кавалера многих орденов» тоже нет. Видимо, поэтому, как пишет один из её соплеменников на Брайтон-Бич «в конце 70-х годов Геня Перетятько оставила не слишком благодарную страну» и переехала на ПМЖ в Штаты. Обиделась, наверное, что на неё нет никаких наградных документов…    
      
      На многих сайтах Интернета упоминается также таинственная женщина-снайпер Либо Руго или Люба Ругова. Кто она такая, откуда взялась, где воевала, в каких частях? Ничего не известно! Есть лишь скупая информация о том, что ей было всего 20 лет, а «уничтожила» она ни много, ни мало - 242 или аж 275 фашистов! Однако напрасно искать её имя среди Героев Советского Союза, среди награжденных орденами или, хотя бы, медалями. И в многочисленной литературе, посвященной событиям Великой Отечественной войны, снайпер с таким именем тоже не упоминается. А всё потому, что это – явный миф, или чья-то откровенная ложь.

      Не менее таинственны женщины-снайперы Екатерина Жданова и Тари Вутчинник, которым насчитано ровно по 155 «убитых». Как и в случае с Либо Руго, о них нет абсолютно никаких других сведений. Так откуда же они взялись? Оказывается, эти имена были названы неким Хассо Г. Стаховым в его книге «Трагедия на Неве. Рассказ очевидца», изданной в Мюнхене в 2001 году. Можно ли верить опусу этого «очевидца» «герра Хассо Г. Стахова», особенно если учесть, что среди тысяч книг о войне, изданных у нас, нигде не упоминаются эти имена и, конечно же, никаких наградных документов на этих женщин-снайперов тоже нет?

      Надо честно признать, что серьезные сомнения вызывают не только успехи некоторых известных женщин-снайперов, но и мужчин-снайперов. Например, успехи самого результативного советского снайпера Михаила Ильича Суркова, на счету которого числится аж 702 (!) убитых фашиста, но, которому, почему-то, так и не присвоили звание Героя Советского Союза. Но, это – тема для отдельного исследования…


Рецензии
Олег, хорошо написали.
Да, много странного было во время войны.

Вячеслав Вячеславов   28.07.2016 09:13     Заявить о нарушении
Вячеслав, благодарю за отзыв.
С уважением,

Олег Каминский   28.07.2016 09:44   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.