Прыжок ягуара. Главы 16 - 20

Глава 16.


Изабелл замечательно умела плавать, однако силы постепенно покидали ее. Она наглоталась воды, поскольку плыла очень долго, руки ее уже не слушались, а платье спутало ноги и тянуло ко дну. Спасительного берега, конечно же, нигде не было видно. Она уже начинала жалеть, что кинулась в море и так далеко уплыла от разграбленного пиратами корабля. Конечно, бесчестие в руках озверевших головорезов было для нее страшнее смерти, но теперь она полагала, что лучше бы ей получить в спину ружейную пулю, чем задыхаться и тонуть. И в самый последний момент, когда она бросила прощальный взгляд на небесную синеву, и волны сомкнулись над ее головой, а душа уже была готова мчаться по темному коридору прямо к небесам, она почувствовала, что не душа, а тело ее поднимается вверх. Какая-то неведомая сила подталкивала ее снизу под живот к поверхности моря. Откашливаясь, она освободила легкие от воды и судорожно глотнула воздух. Она жива, она существует!

Ее подняли на поверхность два крупных дельфина. Почувствовав, что девушка пришла в себя и в состоянии удержаться на спине одного из животных, они помчали ее по волнам со скоростью, на которую не был бы способен даже самый быстрый корабль. Сколько времени продолжалась эта удивительная поездка, Изабелл понять не могла, она лишь крепко обхватывала бока дельфина, чтоб не свалиться с него. Один раз, правда, она не удержалась, но дельфины, а их была уже целая стая, остановились и терпеливо ждали, пока Изабелл снова вскарабкается на одного из них.

Когда дельфин, несший на себе морскую всадницу, уставал, он останавливался и к нему подплывал другой. Животные молча предлагали Изабелл поменять своего «коня». Солнце давно перевалило за полдень, когда впереди показался берег. На мелководье стая остановилась, теперь Изабелл могла достать ногами дна и добрести до суши. Встав на ноги, она обернулась. Стая дельфинов все еще кружилась на одном месте. Девушка помахала им рукой, и лишь после этого, издав какие-то высокие звуки, животные скрылись в морской пучине.

Берег был совершенно пустынным. Пользуясь этим, Изабелл сняла с себя всю одежду и развесила ее на кустах, чтобы просушить. Сама она настолько устала, что прилегла на теплый, разогретый солнечными лучами песок и не заметила, как уснула. Проснулась она от холода, поскольку солнце уже клонилось к закату, и песок, согретый его лучами, начал остывать. Одевшись, Изабелл двинулась вдоль берега в надежде отыскать людей, которые смогли бы предоставить ей кров и еду.

Она брела по пустынному берегу довольно долго, но человеческого жилья встретить ей так и не удалось. Изабелл не решалась отходить далеко от морского берега и углубляться напролом в чащу, не отыскав дороги или тропинки. Она опасалась, что может наткнуться на дикого зверя или просто-напросто заблудиться в лесу. Диск солнца уже касался поверхности моря, когда на небольшом мысу в зарослях кустов индиго и высокой травы она наткнулась на шалаш.

Девушка прислушалась, стараясь определить, есть ли кто-нибудь внутри. Не услышав никакого шороха, она подкралась ближе и заглянула в щель меж ветвями и сухими листьями. Шалаш определенно был пуст, но на всякий случай Изабелл робко спросила:

— Есть тут кто-нибудь?

Ответа не последовало. Из осторожности Изабелл решила подождать хозяина где-нибудь невдалеке. Она вышла на оконечность мыса к морю и, бросив взгляд на морскую даль, увидела там удаляющийся корабль. Напрасно несчастная девушка кричала, прыгала и размахивала руками. Конечно же, никто на корабле ее не заметил.

Внезапная тоска охватила Изабелл. Ее вдруг осенила страшная догадка, что дельфины вынесли ее на необитаемый остров, один из тех небольших островов, которыми, как она знала, изобилует Карибское море. Дельфины спасли ее от смерти в морской стихии, но при этом лишь обрекли на медленную смерть на суше. Возможно, в этом шалаше жил такой же спасшийся чудом путешественник или моряк, который дождался своего избавления и сейчас уплывает на том самом корабле, что, удаляясь, превращается в черную точку. А придет ли сюда другой корабль, чтобы забрать ее? Такого случая, быть может, предстоит ждать долгие годы. Эх, ну зачем она только сушила одежду и спала, почему сразу не пошла сюда? Корабль мог бы прихватить и ее.

Если бы Изабелл знала, что это был за корабль, ее тоску непременно сменила бы радость. Ведь это была шхуна «Месть королевы Анны», тот самый пиратский корабль, напавший сегодня утром на судно, которое везло их с отцом к берегам Новой Гранады. Пока она тихо спала на другой оконечности острова, Черная Борода побывал здесь, спрятал в тайник награбленные ценности, а теперь направлялся к острову Антигуа, чтобы сбыть там захваченный товар и дать своей команде поразвлечься в хмельном угаре, да и самому повеселиться там денек-другой. А потом снова выйти на охоту в Карибское море.

Изабелл вернулась к шалашу и заглянула в него. Здесь была оборудована незатейливая постель из сухих пальмовых листьев и валялось несколько предметов быта: обгорелый топор на сучковатом топорище, подзорная труба, кресало, самодельные фляги из плодов кокоса с пресной водой, несколько вяленых рыбин и каких-то сушеных плодов. Изабелл была голодна, она решила, что раз хозяин покинул жилище и уплыл на корабле, она может пользоваться всеми его вещами и запасами, поэтому она забралась внутрь и немедленно приступила к ужину. Конечно, еда была не столь изыскана как та, к которой она привыкла, но с голодухи, как говорится, съешь и крокодила.

Едва сумерки сменились кромешной темнотой. Изабелл устроилась на лежанке и крепко заснула. Однако долго проспать ей не довелось. Несмотря на крепкий сон, она услышала приближающиеся и, как ей показалось, крадущиеся шаги. Кто этот непрошенный гость? Дикарь из местного племени или, быть может, хозяин шалаша, который вовсе не уплыл на корабле, а возвращается сейчас с охоты в свое жилище?

Изабелл, поджав под себя ноги, забилась в самый угол. Свет луны практически не проникал в шалаш, лишь когда чья-то рука раздвинула прикрывавшие вход длинные сухие листья, она разглядела силуэт человека. Конечно, это был мужчина и, судя по всему, европеец. Девушка испугалась.

— Кто вы? — обратилась Изабелл к незнакомцу по-испански.

Мужчина молчал.

— Если вы хозяин этого жилища, то простите меня за вторжение, я могу уйти.

Ответа не было.

— Хорошо, я могу остаться, если у вас нет дурных намерений. Ведь здесь хватит места и для нас двоих.

Пришелец забрался внутрь и рухнул навзничь. Хоть и было очень темно, Изабелл разглядела странный наряд незнакомца. Одет он был, похоже, в исподнее. Его сорочка не имела застежек и рукавов и плотно облегала мускулистый торс. Под его панталонами не было чулок, из-под них торчали голые и босые ноги. В какой же стране существует такая мода? Или за долгое время пребывания на острове его костюм так истрепался, что превратился неизвестно во что?

На светлой ткани его одежды поблескивало темное пятно. Кровь! Рана все еще кровоточила. Девушка оторвала лоскут от своей нижней юбки и наложила повязку прямо поверх его одежды. Незнакомец постонал немного и уснул, бормоча что-то на незнакомом языке. Спустя какое-то время и Изабелл успокоилась и тоже уснула…





Глава 17.



Сергей непроизвольно шарахнулся от выстрела, пуля прошла навылет через мягкие ткани в левой части груди, не задев жизненно важные органы, но слегка зацепивив легкое. Тем не менее, он не удержал равновесия и свалился в воду. Плавать Сергей не умел, поэтому понимал всю бесполезность попыток, и, совершенно не сопротивляясь, медленно шел ко дну, решив, что это конец. Боль в груди не давала возможности пошевелить левой рукой. Оставляя за собой кровавый след, он опускался как чугунная гиря и ожидал, что через минуту-другую захочет глотнуть воздуха, но кроме морской воды вдохнуть было нечего. Донный ил и песок взметнулись вверх, поднимая муть и заслоняя свет солнца, вокруг становилось совсем темно. Он уже не видел смысла бороться за жизнь и оставил бы все попытки, если бы не заметил, что поверхность воды стала совсем близко, словно какой-то великан вдруг выпил море, и оно обмелело. Достаточно было принять вертикальное положение, выпрямится во весь рост, оттолкнуться ногами ото дна и чуть-чуть побарахтаться хотя бы одной рукой, чтобы голова оказалась наверху. Теперь можно вдохнуть.

Опускаясь под воду, Сергей отталкивался ногами, всплывал, жадно глотал воздух и такими прыжками он добрался, наконец, до того места, где его роста хватало, чтобы передвигаться к берегу, перебирая ногами по дну. Он почти не видел ничего вокруг, поэтому не мог заметить, что буквально в нескольких метрах сбоку от него в воду погрузились две фигурки — мужская и женская. Если бы он был в состоянии воспринимать окружающий мир, то смог бы узнать в женской фигурке Марину. Но Сергей почти не видел ничего вокруг себя. Едва он добрел до кромки берега, сознание покинуло его, и он распластался на песке лицом вниз.

Он даже не успел обратить внимания, что у берега были зачалены лодки, наполовину вытащенные на песок, что невдалеке в море стоял на якоре парусный корабль и что с него даже раздавались ружейные выстрелы, и некоторые пули долетали до берега, поднимая брызги песка и оставляя в нем ямки.

Находясь без сознания, он не почувствовал, что кто-то пнул его носком сапога. Это флибустьеры вернулись к своим шлюпкам и обнаружили возле них тело незнакомого человека.

— Мертвый? — поинтересовался Черная Борода.

— Мертвее не бывает, — ответил пнувший тело пират. — Его наверно пристрелили наши молодцы со шхуны. Вон в спине дыра какая!

— Как он тут оказался?

— А черт его знает! Может, он давно жил на этом острове, а мы не заметили его, когда были здесь в прошлый раз?

— Запросто могли не заметить, — подхватил один из флибустьеров. — Я хорошо помню, когда мы зашли в хижину, перед тем как ее спалить, мне показалось, что кто-то там уже побывал перед нашим приходом, и совсем недавно.

— Почему же ты сразу не доложил о своих подозрениях, болван!? — рассердился Черная Борода. — Мы бы нашли его и прикончили. Ладно, во всяком случае, парню повезло, что он мертв. Он сам избавил нас от хлопот вздернуть его на ближайшем суку. Всё, уходим отсюда.

— Мертвеца закопать?

— Нет времени. Начинается отлив, как бы не посадить «Месть» на мель.

Пираты спихнули шлюпки в воду, забрались в них и поплыли к своему кораблю.



Очнулся Сергей оттого, что кто-то чем-то острым долбил его в темя. Открыв один глаз, он увидел, что делала это довольно крупная птица, размером с петуха с черной головой и голубоватым выростом над клювом.

— Кыш, — Сергей попытался отогнать ее взмахом руки, не поднимая головы.

Птица тоже покосилась на него одним глазом, и по-вороньи вприпрыжку, не спеша, отскочила в сторону на несколько шагов.

Сергей лежал вниз животом на мокром песке. Волны накатывали на берег, омывая его ступни и даже иногда доставая до колен. Заходящее солнце светило в его приоткрытый глаз. Сергей подумал, что вряд ли он находится на том свете, поскольку чувствует боль, а из этого следовало, что он жив — мертвецы по логике вещей не должны чувствовать боли. А боль он ощущал во всем теле. Нос и лоб у него были сильно разбиты, возможно, сломаны ребра, а еще огнестрельная рана в груди. И при всем при этом очень сильно болела голова, просто раскалывалась. Сергей сделал усилие, повернулся на спину и попытался сесть, помогая себе правой рукой — пошевелить левой было невыносимо больно. Со второй попытки ему, наконец, это удалось. Футболка его была вся мокрая, порванная и испачканная в крови: рана в левой части груди все еще кровоточила. Шорты тоже были испачканы кровью — на колене саднила свежая ссадина.

Сергей огляделся. Что же это за берег и как он попал сюда? Он стал восстанавливать в памяти события минувшего дня. Сначала они с Мариной были на острове, и Марина никак не могла вспомнить, где находится тайник с сокровищами. Потом они отплыли на катере в море, Марина нырнула и нашла на дне большую статуэтку из чистого золота. Потом она опять погрузилась, чтобы отыскать место, где в прошлый раз выходила на берег. А потом приплыла яхта с бандитами, произошла драка, и Александр выстрелил в него. А потом он вроде как тонул, но каким-то чудом море обмелело, и он выбрался на берег.

Солнце висело низко над горизонтом, было прохладно, да и одежда на нем промокла насквозь. Сергея бил озноб. Он потерял много крови, поэтому сознание с трудом возвращалось к нему.

— Марина… — позвал он слабым голосом.

Никто не отозвался. Все вокруг казалось пустынно. Волны тихо накатывали на песок, катера не было видно ни в море, ни возле берега. Где же Марина? Она бросила его одного раненого? Или пошла на Кюрасао за помощью? А может, она все еще где-то здесь на берегу? Наверное, стоит поискать ее.

Сергей неуверенно поднялся на ноги. Он брел вдоль берега за заходящим солнцем, пытаясь догнать его последние лучи, но солнце двигалось гораздо быстрее, убегало от него, спеша совсем скрыться за горизонтом. Последний краешек светила сверкнул оранжевым лучом, и золотистое море совсем поглотило его, сразу став почти черным. А небо — темно-синим, лишь с узенькой малиновой кромкой зари. Словно кто-то щелкнул выключателем и вместо яркого светильника включил ночник. Бледно-желтая луна, играющая роль этого ночника, медленно поднималась ввысь с противоположной стороны, на востоке.

Волны поблескивали в этом неярком свете, песок расстилался бледно-серой скатертью, а лес выглядел совсем черной зазубренной стеной. Сергей брел уже совершенно без всякой цели, он даже не надеялся разыскать Марину, теперь он хотел только найти убежище для ночлега. Быстро двигаться он не мог, но надеялся, что хоть какое-то движение, хоть какая-то физическая активность поможет ему согреться. Его бросало в дрожь, хотя погода стояла достаточно теплая. Обходя берегом выступающий в море мыс, он увидел шалаш. Сергей направился к нему в надежде, что это убогое пристанище окажется пустым. Для восстановления сил ему нужно было только одно — растянуться и спать, спать и спать…



Сергей проснулся от сильной боли в груди и при этом непроизвольно застонал. Открыв глаза, он обнаружил, что спит в обнимку с девушкой.

— Марина… — слабым голосом позвал он. — Это ты здесь?

Но, окончательно проснувшись, он понял, что это не Марина, а совершенно незнакомая девушка. Очевидно, она пошевелилась во сне и случайно надавила на его незажившую рану. Лучи восходящего солнца пробивались сквозь ветви, из которых был сплетен шалаш, бросая полоски света на мирно спящее существо. Девушка была молода и удивительно красива, ее ангельское личико излучало спокойствие и умиротворенность. Полуоткрытые, словно улыбающиеся, губы так и призывали к поцелую. Темно-каштановые, почти черные волосы струились по ложу из сухих пальмовых листьев, на котором они возлежали вдвоем. Сергей силился вспомнить, как он попал сюда и откуда здесь это дивное создание. Но боль в ране не давала ему возможность сосредоточиться. Взглянув на свою грудь, Сергей обнаружил, что его рана перевязана самодельными бинтами прямо поверх футболки.

Не то стон Сергея, не то упавший на глаза девушки солнечный луч разбудил ее. Она открыла огромные карие глаза и с не меньшим удивлением посмотрела на Сергея, видимо также силясь припомнить события прошедшей ночи.

— Доброе утро, — наконец обратилась она к нему по-испански.

Сергей не знал испанского языка, но по интонации догадался, что его приветствуют.

— Здравствуйте, — ответил он по-русски и с немалым усилием постарался сесть. — Кто вы?

— Я вас не понимаю, — Изабелл помотала головой в подтверждение своих слов. — Но мне кажется, вы — добрый человек. К тому же вы ранены. Я умею обрабатывать раны, мой отец учил меня этому. А он, хоть и не обучался специально, но слыл неплохим лекарем. Это было его увлечением, ему нравилось помогать людям. Его не смущало наше знатное происхождение, он никогда не гнушался простого труда, и меня воспитывал в том же духе. Я многое умею делать сама Мне, например, ничего не стоит починить вашу одежду, только бы найти иголку с ниткой.

Нет, наверное, нужды пояснять, что Сергей не понял ни слова из этой пространной речи. Из иностранных языков он знал только английский в пределах компьютерной грамотности и немного разговорный французский, которому его обучала Марина. Он решил попробовать второе.

— Мадемуазель, если вы повторите все то, что сказали мне, по-французски, я постараюсь вас понять.

— О, простите меня, — улыбнулась Изабелл. — Вы — француз?

— Нет, я — русский. Но других языков я не знаю. Разве что немного английский.

— Русский? — переспросила Изабелл. — Из России? У вас король — Петр, да? А по улицам городов бродят медведи?

— Простите, но ваше представление о России напоминает очень старый бородатый анекдот. Я даже не буду напоминать, что мы первые запустили человека в космос. Хотя вы молоды и не были свидетелем этого. Но вы, по крайней мере, должны знать, что современная Россия по уровню цивилизации не отстает ни от Европы, ни от Америки.

— А вы были в Америке?

— Нет.

— Жаль. Вот мы с отцом плыли в Новую Гранаду. Мы хотели там обосноваться на постоянное поселение и купить плантацию тростника или табачную.

— Ваш отец бизнесмен?

— Он — идальго.

— Идальго? — в улыбке Сергея блеснула ирония. — Это что же, шестнадцатый век?

— Восемнадцатый. Этот титул, конечно, уже устарел, он так по привычке себя называл, у нас очень древний род. Да, в наши дни это уже архаизм, я знаю. Только вот судьба помешала осуществиться нашим планам, на нас вчера утром напали пираты. Отец защищал меня до последнего вздоха, но флибустьеры убили его. А я прыгнула в море. Меня спасли дельфины и принесли сюда. А вы не знаете, где мы находимся? Это остров или материк?

— Остров. И совершенно необитаемый. Хотя моя девушка говорила, что встречала здесь какого-то француза.

— Француза? Это, наверно, его шалаш.

— Возможно.

— Вчера вечером я видела уходящий корабль. Очевидно, он уплыл на нем. А ваша дама тоже здесь?

— Не знаю. Черт! Марина! Мне надо найти ее.

Сергей сделал усилие, чтобы подняться на ноги и вылезти из шалаша, но почувствовал, что теряет сознание. Он прикрыл глаза и застонал.

— Давайте, я все-таки обработаю вашу рану, — испуганно предложила Изабелл. — Отвернитесь.

Но Сергей и так не смотрел на нее, он прилег на сухие листья, закрыл глаза и провалился в забытье. Изабелл порвала на бинты практически всю свою нижнюю юбку. Из кокосового ореха, служившего флягой, она смочила рану водой, аккуратно сняла старую повязку и попыталась стянуть с Сергея футболку.

— Что вы делаете? — удивился Сергей, приходя в себя.

— Хочу промыть вашу рану, но для этого надо снять с вас одежду.

— Не надо, заживет и так. Я просто потерял много крови. Мне надо полежать.

— Вы тоже сражались с пиратами?

— Можно сказать и так… Слушай, если хочешь мне помочь, — он обратился к новой знакомой на ты, — сходи на берег, посмотри, не стоит ли в море катер. Или около берега. А может, ты встретишь Марину. У нее такие длинные светлые волосы и голубые глаза. Приведи ее сюда, ладно?

— Хорошо.

Сергей закрыл глаза и вновь провалился в забытье.





Глава 18.



Загребая одной ластой каждый со своей стороны, Марина и Жорж Дюбуа добрались, наконец, до причала и сдали катер служащему пристани.

— Что же теперь делать? — Марина остановилась в нерешительности. — Сразу идти в полицию? Или попытаться самим найти этих бандитов?

— Ты хочешь выручить своего друга? Я готов помочь тебе. Только скажи, где мы находимся? В твоем морском царстве? Здесь летают огромные страшные птицы и так много интересных красивых кораблей! И всех их движет дьявольская сила как в той рычащей коробке?

Но Марине было некогда объяснять достижения технического прогресса. Внезапно ее взгляд остановился на яхте, стоящей у причала, очень похожей на ту, которую они пытались преследовать.

— А вдруг они держат его там? — вслух произнесла девушка и бросилась бежать по пирсу.

Жорж последовал за ней. Около яхты прохаживался охранник.

— Извините, мисс, вы куда? — преградил он путь Марине, когда она собиралась вбежать по сходням на палубу судна.

— Там… — задыхаясь от бега, ответила она. — Они держат в заложниках моего жениха!

— Не очень остроумная шутка, мисс. Хозяин яхты, Джон Мейдж, сегодня празднует свой юбилей. Вход строго по приглашениям.

— Эта яхта причалила сюда примерно с час назад?

— Вы ошибаетесь. Эта яхта стоит у причала вторые сутки. Можете проверить в портовом журнале, она не выходила сегодня в море.

— Черт! Значит, я обозналась. Ну что, тогда надо идти в полицию? — обратилась она к Жоржу.

— В полицию? — переспросил  он. — Я не знаю ваших порядков. Но если ты считаешь, что так надо — значит надо.

Написав заявление о пропаже человека дежурному по участку, Марина повела Жоржа в отель.

— Запомни, — предупредила она моряка. — Если кто из служащих отеля будет спрашивать — тебя зовут Сергей Заболоцкий, понял? Это мой жених, мы с ним тут живем. А за гостей здесь надо платить отдельно, понимаешь?

— Хорошо. Странное имя. Но ничего, я привыкну. Значит, теперь я — твой жених?

— Типа того. До тех пор, пока мы не найдем Сережку. А потом что-нибудь придумаем. Ведь у тебя, насколько я поняла, никаких документов нет?

— У меня есть пропуск в порт Сен-Мало. А еще было рекомендательное письмо шкипера «Магнолии», но оно осталось в моих вещах на «Удаче»…

— Ладно, — Марина махнула рукой.

Когда она открыла дверь своего номера, то просто остолбенела от ужаса — там царил жуткий разгром. Кресло и стулья перевернуты, сумки и чемоданы раскрыты и выпотрошены, вещи раскиданы по кровати и по полу. Из шкафа все тоже было вытряхнуто на пол.

— Мама, дорогая! Что здесь творится! — воскликнула Марина.

— Разрази меня гром! Да тут, не иначе, проходила веселая попойка с потасовкой, — заключил Жорж.

— Нет. Просто кто-то хотел нас ограбить.

Первым делом Марина проверила, не украдены ли документы. Слава богу, паспорта и обратные билеты на самолет оказались на месте. В смысле, валялись на полу. Она подобрала свою выпотрошенную сумочку и убрала их туда. На полу валялись и несколько двадцатидолларовых купюр, вырученных вчера Сергеем за золотые монеты, а вот самих золотых монет, спрятанных ею в потайное отделение чемодана, на месте не оказалось. Хорошо, что с ожерельем, браслетом и кольцами она не расставалась — так ей понравились эти вещи. К тому же, у нее никогда в жизни не было настоящих украшений.

Жорж, скрестив на груди руки, молча смотрел на весь этот кавардак. Марина еще раз проверила их с Сергеем имущество. Из вещей, похоже, ничего украдено не было. Явно тут орудовал не гостиничный воришка, а кто-то упорно и целенаправленно что-то разыскивал. Правда, непонятно, что именно. Марина усиленно напрягала мозговую деятельность.

«Грабителя интересовали только золотые монеты? — размышляла она. — Или что-то еще? Что же делать? Пожаловаться в администрацию? Или заявить в полицию? Или не поднимать шума и попытаться выяснить все самой? Погром в номере как-то связан с похищением Сергея, это ясно как день. Но привлекать в это дело администрацию отеля — пожалуй слишком неуклюжее телодвижение».

Марина уже приступила к наведению порядка в номере, когда в дверь постучали.

— Минуту!

Знаками и громким шепотом она велела Жоржу спрятаться в ванной комнате и сидеть там тихо как мышь.

— Войдите.

В номер вошел мужчина средних лет. Он оглядел царивший вокруг беспорядок.

— Простите, мисс, я, кажется, не вовремя? — мужчина говорил по-английски с легким акцентом.

— Нормально, — пожала плечами Марина, продолжая убирать вещи в чемодан. — Вы по какому делу?

— Меня зовут инспектор Гордон. Это вы подали заявление о пропаже человека?

— Да, я.

— Что ж, давайте побеседуем. Разрешите присесть?

И не дожидаясь согласия, он поставил в нормальное положение перевернутое кресло, придвинул его к журнальному столику и сел в него.

— Позвольте ваши документы. И документы пропавшего, если таковые имеются, — тоже.

Пока Марина вынимала из сумочки только что убранные туда паспорта, инспектор Гордон извлек из своей папки блокнот и авторучку, положил их на столик перед собой. Не спрашивая разрешения, достал сигареты и закурил.

— Расскажите, мисс, мне все по порядку, — изучив паспорта, ее и Сергея, он записал все необходимое в блокнот и вернул документы Марине.

Марина, кашляя и отмахиваясь от сигаретного дыма, рассказывала сбивчиво, останавливаясь на ненужных подробностях, но при этом старалась не упоминать об истинной цели их приезда на Кюрасао. Впрочем, отдых у теплого моря — достаточно веская причина посещения Карибских островов.

— А с какой целью вы так далеко уходили в море на катере? — инспектор раздавил, наконец, в пепельнице выкуренный до фильтра окурок.

— Ну, просто… Изучали окрестности. Нам очень нравился тот маленький островок. Мы там… уединялись. И еще там на дне очень красивые рапаны.

— А почему вы считаете, что вашего молодого человека увезли на яхте? Он мог просто упасть в воду и утонуть, пока вы занимались поиском рапанов.

— Потому что, если бы он упал в воду, я бы не могла этого не заметить, находясь под водой. Я бы увидела его или его труп. Там нет сильных морских течений, тело не могло далеко унести. А утопленники сами, как известно, далеко не плавают.

Из ванной раздался громкий шум воды и испуганный мужской возглас.

— О, господи! — Марина кинулась в ванную выяснять, что там случилось.

Жорж стоял посреди ванной комнаты, держа в руке лейку душа, а мощная струя горячей воды била ему в лицо. Марина быстро закрыла кран и повесила на место лейку.

— Простите, мисс, — деликатно извинился инспектор. — Я не знал, что вы не одна. Но я должен выяснить, кто этот джентльмен.

— Меня зовут Сер…

Марина с такой силой наступила Жоржу на ногу, что брызги из огромной лужи на полу взметнулись чуть ли не к потолку.

— Это Серж Маре, наш приятель с четвертого этажа. Там у него не работает душ, он пришел помыться.

— Хорошо, мисс Дубова. Если будут вопросы, мы еще с вами встретимся. До которого срока у вас виза?

— Еще неделя.

— Ну и чудесно. Я думаю, за это время мы получим какие-то сведения о вашем женихе.

— Буду надеяться.

Инспектор Гордон откланялся и ушел. Жорж все еще стоял в ванной в луже воды, весь мокрый, словно попал под тропический ливень.

— Снимай все, сушись, — Марина продолжила прерванное занятие по наведению порядка.

— Как? — удивился молодой человек.

— Так, господи! Закрывай дверь, если стесняешься. Сейчас я дам тебе что-нибудь из Сережкиного.

Марина подняла с полу футболку и джинсы Сергея, кинула их заторможенному Жоржу и закрыла дверь в ванную.

Поскольку оба были довольно голодны, Марина вскипятила воду в цветочной вазе и налила ее в плошечки с пюре быстрого приготовления. Запасом концентратов они с Сергеем затоварились еще в Питере.

— Ешь!

Дюбуа недоверчиво посмотрел на содержимое плошечки, взял одноразовую пластиковую ложечку и попробовал.

— А ничего, вкусно даже, — при этом его лицо выражало совершенно обратное. — Конечно, не сравнить с луковым супом, который готовил наш кок на «Удаче», но очень неплохо, гораздо лучше сырых черепашьих яиц.

— Нормально. А ты что, и сырые черепашьи яйца ел?

— С голодухи чего только не съешь! Уже почти месяц мне не доводилось есть нормальной пищи.

— В ресторан, что ли, тебя сводить?

Жорж смотрел на нее выжидательным взглядом, как подсудимый, ожидающий приговора. Точнее, даже, как собака, которая пытается выяснить, даст ли ей хозяин косточку или только подразнит и уберет в холодильник.

— Ладно, пошли!

Марина взяла со столика кошелек, в который положила поднятые с полу две двадцатки. Если не шиковать — должно хватить. Можно взять себе какой-нибудь овощной салатик, а Жоржу — бифштекс с картофелем. Она надела вчерашнее вечернее платье с декольте. Жорж долго и изучающее рассматривал ее грудь, так что девушка даже смутилась.

— Ты что?

— Да вот, никак не возьму в толк. Мой медальон. Как, все-таки, он оказался у тебя? Когда мы забрались в ту красивую белую лодку, я подумал, что потерял его в море. Я очень сильно расстроился, ведь это память о матушке. А потом вдруг увидел его на тебе.

— Я уже перестала этому удивляться и ломать себе голову, — они вышли из номера и направились к лифту. — Когда я здесь, медальон на мне, когда мы на острове, он на тебе. Мистика. Происходят чудеса, но я уже не придаю этому значения. Сейчас меня беспокоит другое — что случилось с Сергеем.

— Если его схватили пираты, возможно, он уже мертв.

— Типун тебе на язык!

Они спустились в ресторан и расположились за столиком в уютном уголке. Яркие светильники, необычная музыка, одежда посетителей, оформление интерьера зала — все это поразило Жоржа Дюбуа. Он озирался вокруг и в душе восторгался.

— Послушай, мадемуазель Марина, куда мы все-таки попали? Это подводное царство? Или ты забрала меня на тот свет? Если так, то очевидно мы в раю. Здесь все так красиво и необычно. А свечи горят без огня и так ярко…

— Жорж, прекрати. Уже не смешно. Ты что, на самом деле никогда не был в ресторане?

— Я побывал во многих портовых тавернах, но такой красоты как здесь — нигде не встречал.

Официант принес еду. Марина и Жорж не обратили внимания на то, что их появление в ресторане не осталось незамеченным. Стас и Феликс Карякин сидели в затемненной нише, и Марина не заметила своего вчерашнего кавалера.

— Ты посмотри, жива сучка! — Стас сидел спиной к залу и указал за спину вилкой.

— Да уж, — согласился Феликс, он же мачо. — Маху мы дали, что сразу ушли, надо было, все-таки, ее дождаться.

Ему не хотелось указывать Стасу на его промашку — ведь это шеф скомандовал уходить — поэтому деликатно сказал «мы».

— Да. И остров зря не прочесали. Блин, быстро она покойничка своего забыла, хахаля нового подцепила уже.

— Бабы есть бабы…

— Ладно, — Стас бросил на стол вилку и вытер салфеткой жирные губы. — С Блатным займетесь ей сегодня. Чтоб язычок развязала, понял?





Глава 19.



Изабелл вышла на берег моря и огляделась вокруг. Ночной гость говорил ей про девушку и про какой-то катер. Что означает слово «катер» она, конечно, не знала, но понимала, что речь идет о каком-то морском судне. Однако берег был пуст, также как и море в обозримом пространстве. Ни девушки, ни корабля, ни даже лодки нигде не наблюдалось. Очевидно, больной просто бредил.

Изабелл вернулась обратно к шалашу. На душе у нее было неспокойно. С одной стороны она радовалась тому, что обрела в этой непростой ситуации товарища — собрата по несчастью, так сказать, — и теперь ей будет не так одиноко коротать время на этом острове. Но с другой стороны, опасения за жизнь нового спутника не давали ей покоя. Его рана все еще кровоточила, а больной категорически отказывался от помощи. А возможно, ему уже требовалась помощь профессионального лекаря. Поэтому Изабелл и волновалась, что, не успев обрести друга, она очень скоро его потеряет и снова останется одна.

Девушка забралась в шалаш. Раненый лежал без движения с опущенными веками. Сначала Изабелл испугалась, что он уже умер, но, прислушавшись, она услышала его тихое дыхание: он дышал часто, мелкими вдохами, почти не поднимая грудь. Она присела у изголовья и провела по волосам молодого человека. Он открыл глаза.

— На берегу никого нет, — сообщила Изабелл. — И в море возле берега тоже.

— Странно.

Сергей попытался сесть, но Изабелл удержала его рукой.

— Лежите.

— Как тебя зовут? Мы так и не познакомились.

— Изабелл.

— Я Сергей. Но можешь называть меня Серж, если тебе так проще. А я буду звать тебя Белла, хорошо?

— Хорошо. Так меня никто не называл. Даже отец.

От воспоминания об отце на глаза девушки навернулись слезы.

— Мы с тобой тоже умрем… — она впервые обратилась к новому другу на «ты».

— Почему тоже?

— Пираты убили моего отца. Мне удалось спастись. Но мы обречены.

— Почему?

— Ты не даешь лечить свою рану. Она может загноиться, и ты погибнешь. А я… Мне так суждено. Потому что я… Я потеряла ее. Я ее не сберегла.

— Кого ее? — не понял Сергей.

— Нашу фамильную ценность. Золотую статуэтку, изображающую ягуара в прыжке. Это реликвия нашего рода, мы должны хранить ее вечно. Если мы потеряем или иным образом утратим ее, наш род прервется, и все мы умрем. Я — последняя из рода де Сабио. Я потеряла эту фигурку — выронила ее на палубе корабля, а, может быть, в море, когда прыгнула в воду, спасаясь от пиратов. Короче, скоро Господь покарает меня за эту небрежность…

— Погоди… Золотая статуэтка… Ягуар. Ведь я совсем недавно видел что-то похожее. Да, точно. Вчера Марина нашла на морском дне такую вещь, она выгладила точно так, как ты описала. Эта статуэтка лежала у нас в катере. Если только бандиты не забрали ее. А ведь… — бледное лицо Сергея побледнело еще больше. — Ведь они могли схватить и Марину, а катер утопить. Черт! Что же делать?!

Сергей в очередной раз попытался встать, но Изабелл снова удержала его.

— Лежи! Тебе нельзя волноваться.

Они немного помолчали. Сергей лежал с открытыми глазами, тупо уставившись вверх, и напряженно думал, что предпринять дальше. Изабелл смотрела на него и пыталась прочитать его мысли. Она не хотела докучать больному расспросами, но, тем не менее, ее мучило любопытство, кто этот человек и как он здесь оказался, и что с ним произошло? И кто такая эта Марина, о которой он постоянно упоминает? Ведь он явно на острове недавно, быть может, как и Изабелл — со вчерашнего дня. А что если он преступник и его высадили с того корабля, который она видела вчера? Или на них тоже напали пираты, а ему удалось спастись?

— Я вчера вечером видела уходящий корабль. Вы плыли на том корабле, ты и твоя девушка?

— Нет, мы пришли сюда на катере с Кюрасао. А какой корабль ты видела? Такую небольшую белую яхту?

— Нет, это была не яхта. Большой трехмачтовый корабль. Может, галеон или фрегат… Я в этом плохо разбираюсь.

— Парусник? Нет, значит, это были не они. Бандиты приходили на небольшой моторной яхте.

— Это они тебя ранили?

— Да.

В это время снаружи до них донеслись неясные мужские голоса. Эти голоса постепенно приближались. Значит, на острове присутствовали еще и другие люди. Или кто-то только что прибыл сюда. Эти люди громко разговаривали и явно двигались по направлению к шалашу. Изабелл и Сергей затаились и напряженно прислушивались. Их охватил испуг. Что это могли быть за люди? Если у них недобрые намерения, раненый молодой человек и хрупкая девушка, к тому же оба совершенно безоружные, вряд ли смогут оказать сопротивление, чтобы постоять за себя.

Судя по голосам, этих людей было двое. Двое мужчин шагали вдоль берега и разговаривали по-испански. О чем они говорят, могла понять только Изабелл, поскольку Сергей не знал испанского языка.

— И какого дьявола мы ищем на этом острове? — говорил один. — Ты что, решил основать здесь поселение?

— Нет, — отвечал второй. — Ты же знаешь, меня интересует только судьба артефакта, который Федерико де Сабио вез в Венесуэлу.

— Они упомянули Федерико де Сабио, — прошептала Изабелл. — Это мой… отец.

Она так и не смогла произнести слово «покойный».

— Но если мы не нашли сей артефакт  в сокровищнице, почему ты считаешь, что он непременно должен быть на острове? — продолжал первый голос. — С таким же успехом, клянусь небесами, его можно искать в дремучем заснеженном лесу, где я добывал камедь сибирского кедра! Или ты веришь тому, что наболтал тот пьяный сушеный краб в таверне на Аруба?..

— Несомненно, он сказал нам правду. И я пытаюсь расследовать, что произошло со статуэткой. Интуиция подсказывает мне, что в данный момент на острове есть люди, которые могут пролить свет на это дело.

— Да откуда здесь люди? Постой-ка! А посмотри, это что за дворец вон там?

Похоже, гуляющие по берегу люди только сейчас заметили шалаш.

— Клянусь преисподней, там кто-то есть. Послушай, дон Диего, а ты не мог бы материализовать пистолет? Ведь ты сам-то бессмертный, тебе ничего не грозит, но тут, между прочим, и простые смертные присутствуют. А вдруг это аборигены, которые замышляют что-то недоброе? И сейчас отравленные стрелы полетят в нас?

— Сомневаюсь, что там аборигены. Судя по постройке, соорудил этот шедевр архитектурного искусства явно европеец.

— Вот я и говорю. А вдруг это Черная Борода оборудовал в этом шалаше сторожевой пост, чтобы охранять свои сокровища?

— Не думаю. Останься здесь, если боишься, а я пойду, выясню, кто там живет.

Шаги приблизились к самому входу в шалаш.

— Эй! Есть тут живая душа? Люди, если у вас есть оружие — отложите его в сторону и давайте мирно побеседуем.

— Здесь женщина и раненый мужчина, — ответила Изабелл. — У нас нет оружия. Если вы с мирными намерениями — войдите.

«Войдите» — конечно, громко сказано. В шалаше едва можно было стоять, слегка согнувшись. Кроме того, здесь и двоим-то было тесновато. Дон Диего откинул прикрывающие вход пальмовые листья и вошел, а точнее — встал около входа и просунул голову.

— Приветствую вас, уважаемый сеньор и дорогая сеньорита!

Поклона не получилось, поскольку дон Диего и так стоял наклонившись. Заметив, что у молодого человека перевязана грудь, а сама повязка насквозь пропитана кровью, его выражение лица сразу стало озабоченным.

— Сеньорита, — обратился он к Изабелл. — Не смогли бы вы уступить мне ненадолго место около вашего раненого друга? А лучше — подождите несколько минут снаружи. Там мой товарищ, не бойтесь его, он ничего плохого вам не сделает.

— Вы лекарь?

— Да. И не только.

— Слава деве Марии, сам Бог послал вас сюда!

Изабелл вышла из шалаша. Дон Диего присел перед Сергеем и достал прикрепленную к поясу флягу с крепким виноградным орухо, которая практически всегда была у него при себе. Приподняв голову больного, он вынул зубами пробку и поднес флягу к его губам.

— Пейте! Пейте, сколько сможете.

Сергей не понимал испанского, но догадывался, что ему говорит этот господин. Он послушно сделал глоток и закашлялся.

— Пейте еще, — настаивал маг. — Ничего. Орухо — настоящий мужской напиток. Сейчас вам станет весело и все до факела.

Когда пациент достаточно захмелел, чтобы притупилось чувство боли, дон Диего разрезал ножом бинты и разорвал футболку на Сергее. Потом резким движением оторвал прилипшие к ране лоскуты. Сергей пьяно застонал.

— Ничего, терпите, молодой человек, все будет хорошо, — приговаривал испанец. — Как говорится, тяжело в лечении — легко в гробу. Но это шутка. По крайней мере, сегодня я вам уйти на тот свет не позволю. Сейчас залатаю вашу дыру, и все будет хорошо.

Открытая пулевая рана сочилась кровью, она и впрямь начинала гноиться. Дон Диего вылил в нее остатки орухо и. обернувшись к выходу, крикнул:

— Педро, дай сюда нашу дорожную сумку.

В дорожной сумке дона Диего, без которой он последнее время никогда не отправлялся в путешествие ни по пространству, ни по времени, была небольшая походная аптечка. Поколдовав над раной, он наложил мазь, потом повязку и обернулся. Изабелл и Педро Бенито стояли около входа и заглядывали в шалаш. Он знаками велел им отойти и сам последовал за ними.

— Жить будет, — пояснил он девушке и компаньону, которые вопросительно посмотрели на него. — Пусть пару часов поспит — и встанет свеженький как огурчик.

Изабелл облегченно вздохнула.

— Это ваш кавалер? — обратился к ней маг. — Кто стрелял в него?

— Я не знаю. Он вчера ночью появился тут, в шалаше. Он все время бредил, я так и не смогла ни о чем его расспросить.

— Ясно. Ну что ж, давайте тогда для начала хотя бы познакомимся, а после расскажете мне, кто вы и как очутились на этом острове. Это мой помощник Педро Бенито, — маг указал глазами на бывшего капитана, а тот снял шляпу и отвесил изящный поклон. — А меня зовут дон Диего де Сабио.

— Де Сабио? — изумилась девушка. — Вы правда из рода де Сабио? Но почему же я вас не знаю? Ведь я дочь Федерико де Сабио, последнего мужчины нашего рода. И у нас никого из родни больше нет.

— Ах вот оно, в чем дело. Вы — дочь Федерико! Я знал, что у него есть дочь, но никогда вас не видел и сам не показывался вам. Обычно я вел с Федерико беседы по ночам с глазу на глаз. Что ж, это поистине неожиданная встреча! Я искренне рад, что вам удалось спастись, ведь ваш корабль разграбили пираты, не так ли? Честно говоря, я даже не предполагал, что кому-то удалось избежать печальной участи. Обычно пираты либо убивают, либо забирают в плен свои жертвы с целью выкупа.

— Они убили моего отца. А я бросилась за борт.

— И как же вам удалось добраться сюда, до этого острова?

— Меня спасли дельфины. И принесли на этот берег.

— Любопытно, — дон Диего улыбнулся, но тут же его лицо приняло скорбное выражение. — Я очень сожалею о том, что произошло с вами и вашим отцом. Я был бы рад предотвратить эту трагедию или еще каким-то образом помочь вам, но, увы, управлять судьбами — это не в моей власти. А помочь чисто физически… Тут тоже не все так просто. Дело в том, что я и мой помощник, мы обладаем способностью перемещаться в любую точку земного пространства, но, к сожалению, не можем оказаться на движущемся объекте, например, на корабле.

— Я плохо понимаю, о чем вы говорите. Не могли бы вы объяснить все немного подробнее?





Глава 20.



Марина открыла номер ключом и вошла первая. В номере было темно. Она протянулась к выключателю, но чья-то сильная рука заломила ее руку за спину, а другая зажала ладонью рот. Она не могла видеть человека, схватившего ее, он находился сзади и толкал ее в комнату, подгоняя пинками.

Зажегся свет. В кресле возле журнального столика она увидела своего вчерашнего мачо, того, что танцевал с ней в ресторане. Его губы расплылись в лучезарной улыбке.

— Ну что, детка, станцуем? — спросил он по-английски.

Однако внезапно лучезарная улыбка исчезла и превратилась в растерянную гримасу.

— Атас, Блатной, сзади! — выкрикнул мачо на чистейшем русском языке

Его голос не успел затихнуть, как Марина услышала сзади глухой звук удара и тут же резкий хлопок, словно над ее головой лопнул воздушный шарик, и вслед за этим звон разбитого стекла. Что-то свалилось ей на голову (а именно — донышко разбитой бутылки), и липкие потоки полусладкого игристого вина с шипением обрушились на нее. Но зато руки, державшие ее, ослабили хватку, обмякли и соскользнули вниз. Раздался звук падающего тела.

Это Жорж, не долго думая, хватил державшего Марину человека по голове бутылкой шампанского, которую они купили в ресторане, чтобы устроить в номере продолжение банкета.

Феликс Карякин, он же мачо, вскочил с кресла и судорожным движением попытался выхватить спрятанный под рубашкой пистолет, но не успел — Жорж запустил в него напольной вешалкой. Поскольку француз метнул ее левой рукой, точно в цель он не попал, да и Феликс успел увернуться. Слегка зацепив макушку противника, вешалка пролетела дальше в окно и разбила его. Но замешательства мачо хватило Жоржу, чтобы подскочить к нему, схватить за грудки, и снова усадить его в кресло. И приставить к его шее горлышко разбитой бутылки.

— Тихо, тихо, приятель! — торопливо заговорил Феликс. — Ты что, шуток не понимаешь? Мы друзья Марины, мы всего лишь хотели над ней подшутить…

— Врет он все! — Марина, хоть уже немного отошла от испуга, крикнула почти в истерике. — Это они Сергея похитили! Они не шутить, они убить меня собирались!

Дюбуа, конечно же, не понял ни слова из этих реплик, поскольку все это говорилось по-русски. Он только продолжал держать противника сильными пальцами за горло, доводя его дыхание до хрипоты, и угрожая ему разбитой бутылкой. Тем временем, Марина приподняла полу рубашки мачо, осторожно достала из-за его пояса пистолет и, направив на противника дуло, отошла на шаг.

— Он у меня на прицеле, можешь его отпустить, — сказала она Жоржу:

Блатной все еще лежал без сознания. Жорж обыскал его, отобрал нож.

— Я думаю, их надо связать, — предложила Марина.

Жорж выдернул из брюк Блатного ремень и крепко связал им руки у него за спиной.

— Вон в той синей сумке у меня еще веревка есть.

Марина указала глазами на сумку, которая валялась под журнальным столиком. Двумя руками она продолжала сжимать пистолет, держа на мушке голову мачо. Она опустила оружие только после того, как Жорж надежно связал ему руки и ноги.

— Ну что, красавчик, — Марина окончательно пришла в себя, и голос ее звучал спокойно. — Теперь давай поговорим. Это вы устроили погром в нашем номере?

— Да ты что, детка, какой погром? Вы сами только что разбили окно и залили весь пол шампанским.

— Хватит придуриваться. Я говорю не о том, что произошло сейчас, а о том, что здесь было два часа назад. Я позову полицию, и тебе впаяют срок за незаконное ношение оружия, понял? Придурок.

— Сама дура, на пистолете нет моих пальчиков! А ты его держишь сейчас в своих ручках. Так что, это тебя, деточка, посадят за нападение.

— Ладно, колись, давай, что вы тут искали? И где Сергей? Что вы с ним сделали?

— Не слишком ли много вопросов?

— Ничего, отвечай по порядку.

— Ну, хорошо. Твой парень должен нам бабки. Мы с ребятами догадались, что вы с ним тут клад ищите, правильно? И, судя по твоим побрякушкам, уже нашли. Но выгребли, похоже, не все, правда? Покажи нам это место, и получишь назад своего дружка.

Марина передернула затвор пистолета, словно убеждаясь, что в стволе есть патрон.

— Зачем вам знать это место? Сережка отдаст вам долг, и все. А остальное — наше, понял?

— А моральный ущерб? А наши издержки?

— Я оплачу издержки — куплю вам с этим балбесом по сникерсу, — она кивнула головой на лежавшего у входной двери Блатного.

— По-моему, наш таинственный незнакомец не отдает отчет, кто в данный момент хозяин положения, — добавила она по-французски.

Марина поймала на мушку «Макарова» переносицу мачо. Жорж догадался, что он должен сделать, он подошел к непрошенному гостю вплотную и приставил к его горлу нож Блатного. Было заметно, как Феликс побелел лицом. Он не сводил глаз с Марины, но, надо отдать ему должное, сумел справиться с волнением — голос его был твердым и спокойным.

— Нажми, нажми на курок, детка. И что? В тюрьму захотела? Тебя посадят, а хахаля твоего ребята точно укокошат. Давай поговорим серьезно, без эмоций.

— Значит, у нас в номере вы искали карту с местонахождением клада, так?

По выражению лица мачо можно было догадаться, что именно этим они и занимались.

— Я хоть и блондинка, но я не дура, чтобы оставлять в номере столь ценный документ. И вообще, нет никакой карты, понял? Все у меня вот тут, — Марина указала стволом пистолета на свой собственный лоб. И ничего вы не получите. Жорж, посмотри, есть у него в кармане документы?

Жорж достал из нагрудного кармана рубашки мачо водительские права.

— Вот это?

— Да. Дай сюда. Очень хорошо. Карякин Феликс Михайлович. Прекрасно. На, Жорж, отдай ему. Значит так. Я уже сообщила в полицию о пропаже Сергея…

В это время Блатной забормотал что-то и заворочался, приходя в себя.

— Ой, как хреново… — промычал он.

— Так вот, — продолжала Марина. — Сейчас вы оба отсюда убираетесь. И чтоб до утра Сережка был здесь, поняли? Тогда я не скажу инспектору Гордону, что Феликс Карякин причастен к похищению людей.

Марина вынула из пистолета обойму и высыпала патроны на пол. Извлекла патрон из ствола, демонстративно вытерла пистолет платком и засунула его обратно за пояс Феликсу.

— Поднимайся, уголовник, — носком туфельки она пнула под ребро Блатного, изрыгающего проклятия и все известные ему нецензурные слова. — И хорош материться при даме!

Блатной с третьей попытки встал на ноги.

— Отдай перо, ты, придурок! — обратился он к Жоржу.

— Обойдешься без пера, писатель, — ответила Марина. — Жорж, развяжи этого, который в кресле. И пусть уматывают оба. А второго он  сам развяжет.

Они вытолкали в коридор незваных гостей. С Блатного потихоньку сползали брюки.

— А не боишься, что мы расскажем твоему хахалю, что у тебя новый дружок? — как за последнюю соломинку, схватился Феликс. — Давай договоримся. Скажи, где спрятаны сокровища, и твой парень ничего не узнает об этом.

Марина показала ему вытянутый средний палец.

— В своей личной жизни мы сами разберемся, понял? И валите быстрей. А то я позвоню в полицию нравов, скажу, что тут в коридоре два извращенца.


(Окончание http://www.proza.ru/2013/06/03/758 )


Рецензии
«Всё смешалось в доме Облонских»... Страсти накаляются, чем дальше, тем волнительней )) Уж и не знаю, как теперь герои смогут вернуться в свое время...

Лакманова Анна   17.01.2018 14:06     Заявить о нарушении
Дон Диего что-нибудь придумает))).
Спасибо, Анна! Я рад, что у меня есть такой внимательный и благодарный читатель)))

Владимир Жариков   17.01.2018 15:12   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.