Урок Третий

      С О Л Н Ц Е   

      Все славянские наречия Дара Речи имеют солнечную основу, поэтому весь
язык в целом можно назвать солнечным, освещенным, или точнее, вещим, что еще
раз доказывает его божественное происхождение. Если я стану перечислять слова,
в ткань коих вплетен знак солнца, то этот урок будет бесконечным. Там, где
есть Р, РА, либо РАЗ (РАЖ, РАГ),там оно непременно присутствует, светит и
греет огнем. Но тут следует отметить некие знаковые тонкости, которые мы
даже не замечаем. Например, не изменяемый слогокорень РЕ (ПРЕ), так же имеет
солнечную, божественную основу, но содержит несколько иное и вполне конкретное
значение, о котором пойдет речь на другом, отдельном уроке.

      Символическое указание на звезду-светило слышится и в слогокорне СЛ, СОЛ,
к примеру, в словах соль (символ солнца), слепить (ослеплять светом), слеза
(жидкость из глаза, выдавленная яркостью солнца, поэтому она – соленая).
Назову лишь одно говорящее за себя слово, напрямую указывающее на солнце,
как на божество – правь. Корень здесь РА, а знак П означает небесное, возвышен-
ное – столп огня, света. Если буквально, то пра, это высшее и видимое стояние
солнца на небосклоне, зенит – время, когда прави, небесному покровителю,
воздавали жертвы, молились - ратились. Не дрались, не бились, ибо первоначально
рать – неподвижное стояние на земле под солнцем. Взявшись за руки, на миг зенита,
люди замирали, взирали на светило не мигая, широко открытым взором. Не каждый и
выдержит. Отсюда возник призыв, теперь обычно употребляемый, как сигнал
опасности – ратуйте! И лишь потом пели гимны, молились. Слово зенит, к
счастью, не заимствовано, ибо в славянских наречиях сохранилось зенки –
глаза, очи. «Что зенки вылупил?» - иногда говорит жена удивленному мужу,
грубит, конечно…

      Поэтому, вспоминая своих предков – прадеда, прабабку, пращуров, мы
указываем их нынешнее пребывание на небесах. «Боже правый!» - по-христиански
богобоязненно восклицаем мы, совершенно не подозревая, что обращаемся к
«поганому языческому» всевышнему. В русском наречии нет ничего не объяснимого
и ничего лишнего, каждый звук и знак несут смысловую, информационную нагрузку.

      Знак солнца Р непременно будет присутствовать в тех словах, где то или
иное действие, событие, значение с ним напрямую связано. Например, ярый (светлый,
огненный), смурной (темный, отсутствие огня, света, не способность к оплодотворе-
нию), сумерки (объяснений не требует), ражный (красивый, яркий, наполненный бо-
жественным свечением и огнем, энергией), но нам более знакомо слово неражный, т.е.
противоположное по значению. Во многих произносимых нами словах неизменно сохра-
нилась магия каждого знака и звука – здравие, радость, ура, привет, прощай (пращай –
отправляйся к пращурам, отсюда праща – метательное оружие), пора, рано. В иных,
выразительных без всякого объяснения, словах изначально заложен только огонь и
его острая потребность – ждать, жажда, нужда: слог да здесь и практически везде
означает давать, впрочем, как и знак Д имеет двойной смысл «добро давать».
Даждьбог или Дажьбог – буквально, бог, дающий свет и огонь (одно из имен прави).
Любопытны слова жуть – земля, твердь без света и огня, зуд – изобилие огня, жжение,
зло – первоначально, сгоревшее семя, ибо корни ло-ла – семя. Но близкое по звучанию
слово злак имеет иной смысл – всхожее, проросшее, воскрешенное семя. Выражение
«злачные места» появилось во время гонения крамольников-солнцепоклонников.

      И вовсе сражает наповал своей точностью говорящее слово гать – двигать твердь,
гатить дорогу в хляби: га здесь движение (нога, вьюга, пурга, бродяга, сутяга,
гадать, галоп, Волга, Прага – место, куда приходит пра). А в слове рога, которое
звучит в «акающем» русском и белорусском наречиях как рага, полностью сохранился
первоначальный смысл – движение солнца по небосклону. Казалось бы, а причем здесь
рога-рага, которые носят многие парнокопытные, в том числе, и обманутые мужья? Но
вспомните Амона-Ра, древнеегипетского бога солнца, покоящегося между рогов гордели-
вого барана? Наш Даждьбог представлялся круторогим быком, несущим светило, а автор
«Слова...» указывает, что мы – его внуки, родственники. Олень с золотыми рогами –
герой сказок.  Этот символ уходит корнями в эпоху неолита: на острове Веры, что в
озере Тургояк, есть подземная обсерватория, с четырьмя крестообразно расположенными
выходами. В дни летнего и зимнего солнцестояния луч заходящего солнца высвечивает
голову быка, находящуюся в центре. Но только два вечера в год. Остальное время она
остается в тени….

      Но если по своей функиональной структуре слово не освещено, не облито теплом
и светом солнца, как бычья голова (чаще его глагольные, статические формы), к примеру,
вить, петь, плакать, лить, или в существительных свет, пелена, туман, то при переходе
их в форму действия они в тот час заражаются огнем, светом,  непременно оживают -
воскресают. Всего-то навсего будто бы получив приставку раз! Именно раз, ибо еще в
прошлом веке писали и говорили – разпеться, разплакаться, разсвет, разпеленать и пели:
«Эх, туманы мои, разтуманы…». А потом была введена искусственная норма, что перед
глухими согласными следует писать букву С. Без всяких вразумительных объяснений. И
вместе с магией освещаемого солнцем слова исчез его глубинный смысл, заложенный… нет,
не в приставку раз, а в имя бога РАЗ.

      Неужели вы скажите, что это сделано по недомыслию?

      Раз и есть бог солнца, бог солнечного огня и света, и означает первый. Поэтому
счет у нас ведется с него – раз, два, три… Или кто не перетаскивал тяжести под клич,
под обращение к нему – «Раз-два – взяли!». Мол, помогай тянуть, волочь. И он помогает –
ритмично складывать воедино наши усилия. Есть у бога еще одно имя – Один, и тоже
означает первый, цифру «1», единицу. Под этим именем он сохранился в лексиконе
шведского, скандинавского эпоса, который нам вовсе не чужд, а напротив, очень близок.
И есть еще имя, более узнаваемое – Первый или Перший. Именно отсюда произошло его
современное, более позднее имя – Перун.

      Но в Даре Божьем он оставил свой след под первородным именем – Раз, и подарил
гнездо слов неимоверных, разительных размеров, осветил, насытил огнем, энергией
действия весь язык. Круг слов охватывает буквально все аспекты человеческой жизни,
от рождения (ра-ждения) до смерти, когда она вас (или супостат, болезнь) сразит,
уязвит. Того не понимая, мы сотни раз в день обращаемся к нему, называя по имени,
призываем его, желая друг другу доброго утра, здоровья-здравия, радости.  Даже когда
ругаемся, сетуем, клянемся, то все равно  с участием его имени – зараза, паразит,
разиня, раздолбай, да разрази тебя… И при этом звереем, рычим, видимо полагая, коль
внуки даждьбожьи, то все можно. Но в другом случае воркуем, как голубки – дорогая,
родная супруга, право, ты разкрыла свой  прекрасный образ… Ну и так далее, чтобы
особенно-то не разходилась.

      Даже сейчас, на уроке русского, если мы коснемся, к примеру, азбуки, то и вовсе
будем говорить о боге солнца от первой буквы до последней. Аз(раз) – начало всех начал,
зарождение истин, азы всяческого явления, в том числе, души. Аз, это вселенный при
рождении дух, свет, огонь солнца, более понимаемая как душа (к ней мы еще вернемся
на отдельном уроке). И в азбучных истинах прописано – «(Р)аз бога ведаешь, глаголь
добро…», и так до яз, собственного личностного и «вторичного» местоимения «я», пока
не уязвит смерть, не угаснет дух огня и света. То есть, до конца, смыкающегося с
началом аз, которое в древности было местоимением, но первичным, духовным, солнечным.

      Это и составляет замкнутый круг жизни, бывший в миропредставлении наших пращуров.

      А их, пращуров, можно понять. Получая от прави образовательный Дар Речи они
обретали образ, то есть, просвещение. Исключая темную ночь, бог все время был перед
взором (ночью горел его символ – огонь), и не требовалось ни иных учений, ни святооте-
ческих сочинений, ни посредников-жрецов, которые ежедневно скликают паству и правят
службу, собирая потом десятину с прихода. Жрецы – буквально, обладающие огненным словом,
занимались делами не совсем земными – ловлей, поиском истин, добычей времени жизни, о
котором речь пойдет на одном из уроков, дабы впоследствии донести вещее слово на вече.
В прилагательной форме жреческий точно высвечивается его основное, речевое, рещущее
занятие. А жрать, это вовсе не жадно поедать пищу, внимать, поглощать солнечный огонь,
свет, вещее слово, когда бог Ра войдет в зенит и наступит час воспеть ему гимны, тексты
коих далеким эхом отражены в нашем фольклоре, в частности, в весенних закличках.
Отрицательное, потребительское значение это слово приобрело в эпоху, когда ослаблялась
вечевая и усиливалась княжеская власть, когда началась борьба с солнцепоклонниками
крамольниками, к Ра молящимися. А они были люди вольные, независимые, поскольку внуки
могли и с богами потягаться разумом, силой померяться – с возгордившимися князьями-то
спорить сам бог велел.

      Да, это была ранняя смена идеологии, произошедшая еще задолго до христианства,
и язык сохранил, донес до нас ее отголоски. Усиление и утверждение самодержавия всегда
сопряжено со сменой, либо значительной корректировкой существующей идеологии. То есть,
религию всегда приспосабливали под себя, превеликого и солнцеподобного, поэтому Владимир
Святославович крестил Русь огнем, а его сподвижник Добрыня вечевой, непокорный Новгород -
мечом. Надо было истребить остатки вольности и крамолы. Великий князь впоследствии стал
именоваться – Красное Солнышко…

      Никонианский раскол совершался  абсолютно по тем же причинам: Тишайший Алексей
добивался полномасштабной власти, и его великий сын Петр ее добился…

      Между тем, бог Ра светил себе и светил, грустно взирая на землю и суету внуков
своих неразумных, спорящих о вере, боге и истинности того или иного учения. Это же
положение вещей в принципе сохранилось и доныне: поднимите только глаза к небу. И
представьте на миг, что солнце померкло и более никогда не взойдет. На земле прервется
всякая жизнь, остановится большая часть химических и физических процессов, прервутся
пищевые цепочки, исчезнет фотосинтез, изменится газовый состав атмосферы, погибнет
живая и не живая материи, пожалуй, за исключением, некоторых бактерий. Только мы уже
прекратим всяческие распри, ссоры и споры на религиозной почве, ибо наступившая тьма
станет министерством образования и единым экзаменом (ЕГЭ), вмиг просветив наше сознание…

      И наверняка такое случалось, иначе бы человечество, не сговариваясь, не наделило
бы солнце качествами высшего божества. И не только человечество – посмотрите, как ведут
себя животные во время солнечного затмения? И у кого повернется язык назвать их
неразумными тварями, бога не ведающими? Языки практически всех народов, их мифология,
фольклор сохранили память об этом. И не только: «дикие» люди каменного века все время
пристально наблюдали за солнцем и упорно строили гигантские обсерватории, щеголяя в
шкурах, рисовали календари, выставляли их камнями в степях и тундре. Наивно полагать,
что все это для того, чтобы вовремя посеять, убрать урожай, пойти на охоту. Землепашец
всегда знал время посева, причем, старым дедовским способом: снял портки и сел голой
задницей на землю. Если не холодит – бросай семя. Люди опасались глобальной катастрофы,
повторения конца света, – потопа ли, извержения вулканов и последующей «ядерной» зимы с
оледенением континента. Они строили обсерватории, дабы точно знать день, час и мгновение,
когда помолиться и быть услышанным. Другими словами, когда взаимно обменяться энергиями,
тончайшими, неосязаемыми, но реальными, которые будут обеспечивать стабильность существо-
вания. Со временем это превратилось в неосознанный ритуал, формальный обычай, с помощью
которого вожди, князья, правители стали использовать, как способ управления подданными.

      В общем, как и сейчас: дошлые манипуляторы сознанием придумают то предсказания
Нострадамуса, то Ванги, то календарь майя и нагнетают страхи на нынешних налогоплатель-
щиков, не обладающих религиозным сознанием, а значит темных и неуверенных в себе. Когда
нет никакой идеологии, вразумительной философии, а самое главное – веры, и есть лишь
тупая страсть к наживе и потребительская психология, управлять обществом очень просто.
Например, с помощью объявлений о новых, неизлечимых болезнях, СПИДе, курином, свином
гриппе, а близкий конец света, это вообще козырь, способный держать в затаенном страхе
избирателей до назначенной даты выборов, либо до объявленного дня и часа конца. Не
сбудется – слава богу! Разведут руками, мол, это не мы, это на наше счастье майянцы
ошиблись. И придумают что-нибудь такое же примитивное, например, объявят, что с
космической международной станции случайно завезли на землю космическую плесень,
которая разит наповал все живое. Заявка на это уже запущена в наши уши: оказывается,
станцию «Мир» мы затопили в океане по этой причине.

      Или другой космический вариант – на нас летит астероид! Соприкосновение с землей
неизбежно! Готовьтесь к концу света!.. Лет пять всю планету можно держать в напряжении.
И за это время наворовать кучу наших с вами денег, выделенных на программы по упреждению
катаклизма, а нам размыть остатки мозгов. Потом пожать плечами – мимо пролетел, радуйтесь!

      Целую религию можно подверстать под это дело. Все вместе это прикрыто словом
«политтехнологи», которое в переводе на русский означает дурилово.

      Опыт, когда верховный бог на самом деле покидал людей и землю явно был, и вместе
с ним приходили гибель цивилизации, деградация, снова каменный топор, лук и стрелы…
Избежать неприятностей можно было, конечно, и в ковчеге, и в пещерах, бросая в огонь
подобранный плавник и согревая тело, но от одичания, от утраты знаний и опыта предков,
которые наступают стремительно, всего за одно поколение (мы этому свидетели!), спасти
мог и сейчас может только Дар Речи с его магическим образовательным потенциалом.

      Косвенным указанием пережитого человечеством потрясения является как раз то самое
неисчислимое количество слов в языке. Слов, которые, кажется, и не нужны, не востребованы
человеком за всю его жизнь.  Особенно солярных, связанны с Ра прямо или косвенно. В наше
время глубокое знание языка нужно только поэтам, которые всю историю существования поэзии
как жанра исполняют жреческую миссию, сами о том не подозревая. Я имею ввиду поэзию, а не
те песенные тексты, что сочиняются ныне. Можно выделить целое гнездо слов, явно жреческих,
уходящих своими ветхими корнями в такую глубину веков, что дух захватывает и уста немеют,
ибо проясняются неимоверные, потрясающие связи славянского языка, например, с древним
египетским. Я уже не говорю о санскрите, об индоиранском созвучии корневой основы.
Немецкая лингвистика сразу же относит это к заимствованиям, но помилуйте, как это
возможно? Хотите сказать, наши мужики однажды собрались, поехали в долину Нила,
насмотрелись, наслушались там коптской речи, а вернувшись из турпоездки назвали
или переименовали свою реку в Ра?  Арабские путешественники, обнаружившие ее на
Руси, почему-то ничуть не удивились, должно быть, кое-что понимали. Заодно эти же
«туристы» с Кольского полуострова окрестили безвестную речку в Заполярье именем Ура.
А горную цепь, разделяющую Европу и Азию – Каменным Поясом с горой Урал. И еще тысячи
рек, речушек, озер, гор, мест и земель, в названиях которых выпирает это Ра и исключает
случайное созвучие.

      И Даждьбога стали изображать в виде быка с солнцем на рогах, увидев египетского барана…

      Или путем Афанасия Никитина из Тверской губернии, поплыли за три моря, после чего
речку в Вологодской области стали именовать Ганга, а другую, в Восточной Сибири – Индигиркой?
И еще сорок сороков прочих гидронимов и топонимов, сохранивших санскритскую основу.

      Примерно раз в неделю я переезжаю по мостику речку Отра близ села Старниково в
Московской области. Однажды остановился, проверил по компасу – точно, основное направление
русла и течения от солнца, то есть, с востока на запад. Тут даже копать ничего не нужно,
кисточкой работать. Кстати, челябинский археолог, доктор наук Геннадий Зданович однажды
привел занимательный пример: если взять бронзовые изделия – наконечники стрел, украшения,
найденные близ знаменитого Аркаима, и те, что отыскивают при раскопках в более поздних
культурных горизонтах на Пелопонесе, не помечая ничем, перемешать, то ни один специалист
не определит, что и откуда. Изделия эти идентичны. Так кто у кого заимствовал умение
выплавлять бронзу - мы у греков или греки у нас? И кто откуда и куда переселился?

      Археология – наука весьма полезная и доказательная, однако имеет один недостаток:
найденные в городищах, на стоянках и в могильниках предметы безмолвны, если не несут на
себе начертанных знаков, символов, букв и текстов. Поэтому археологи всегда сдержаны в
суждениях, особенно когда речь заходит о принадлежности предметов культуре того или иного,
ныне здравствующего народа. Но все чаще этим ученым попадаются в земле такие факты, что и
они уже не в силах молчать. Нематериальное слово же всегда говорит само за себя, и если мы
не слышим его речи, то это проблема нашего слуха и разума, но не самого слова. Кстати, ум –
совершенно статичное слово, и обозначает лишь предмет, заложенную способность мыслить, но
без включенного процесса мышления. Это обесточенный компьютер с темным экраном, где есть
программы, связь, Интернет, туча мертвой информации, возбудить которую можно лишь энергией.
Освеченный, осиянный ум звучит как разум и получает иной смысл: разуметь, уразуметь – понимать,
усваивать знания. У человека может быть много ума, но мало разума. А когда «ум за разум
заходит», наступает состояние шока, зависание, и требуется аварийное выключение и перезагрузка.

      На первый взгляд, многие слова мертвеют, гаснут, как устаревшие, не потребные в обиходе,
но это не так. В каждой «языковой единице» остается неугасимая солнечная искра в виде
слогокорня. Это и есть семя языка, которое в тот же миг оживает, как только мы наполним
звучанием забытое слово, просклоняем и проспрягаем его, обнажая, высвечивая грани, как
проверяют качество бриллианта. Русский язык сложен для иностранца как раз из-за его
многогранности, многоликости, многозначности оттенков. многоцветия искр в виде слогокорней. 
А искра (зга), в свою очередь, это семя огня. Но самое опасное в том, что он, родной язык,
и для славянина становится каким-то отчужденным или очужевшим.

      Как говорилось выше, главным хранителем всего богатства вещей добычи стало изобилие
наречий. Многоукладность, бытовая сложность, широчайший ареал рассеивания и климатическое
непостоянство славянской жизни требовали и огромного лексикона, причем, различного для разных
областей. В скифский  период наши прапредки заселяли невероятно огромную для того времени
территорию от Европы, Причерноморья и до Восточной Сибири, где сейчас усиленно копают в
Долине Царей, расположенной в Забайкалье, близ Монголии. Спрашивается: что их связывало?
Одно общее государство с верховным правителем? Нет, язык не донес до нас подобной информации.
Время от времени в какой-то части этого пространства собирались некие союзы, шли походом на
запад, как гунны во главе с царем Баламиром  - есть в этом имени нечто монгольское или
китайское? Зато славянского хоть отбавляй: бала – белый, мир – мир. А его потомок, Аттила и
вовсе дотопал до римских владений и покорил Европу. Но более ранних сведений об образовании
великих империй на этой территории нет, возможно, пока нет. В любом случае, разноплеменные,
населяющие ее, народы были чем-то объединены, коль в любой момент могли собраться и как бы
мимоходом покорить весь мир, в том числе, и «развитый, продвинутый» конфуцианский Китай.

      Разобщенные, разорванные пространством, «местечковые» родо-племенные союзы осознавали
себя единым народом благодаря общему Дару Речи и божеству на небесах, которое ежедневно зрел
каждый человек. Не требовалось ни военкоматов, ни переводчиков, ни политработников, чтобы
удержать в союзе «разноплеменные» племена, мало того, пополнить ряды великой рати за счет
«завоеванных» народов. Полковые священники потребуются потом, когда победоносно завершится
борьба с крамолой и мир поделится на конфессии. Баламир и затем Аттила проходили пространство
на запад, как нож проходит сквозь масло, встречая сопротивление лишь инородцев и пополняя
полки свои новобранцами из местных с реки Ра ли, с Дона ли. Потом тем же путем ринется рослый,
светловолосый, голубоглазый Чингисхан и внук его, Батый. Теперь вопрос: куда потом делись
потомки гуннов и «монголо-татар»? Кем стали, какой восприняли облик? А так же язык и культуру?
И почему Ермак Тимофеевич спустя много лет так же свободно двинул встречь солнцу - «оккупиро-
вал» Сибирь, а потомки его, казаки – всю территорию до Дальнего Востока?

      У всех у них, в том числе и у Баламира, был еще один общий боевой, точнее, победный
клич – ура. Боевой звучал иначе, но об этом мы еще поговорим на посвященном кличам уроке.
А победный – у  Ра, то есть, у солнца, который упорно приписывается всеми авторами толковых
словарей к тюркизму. Если монголы и татары были этническими, и гунны говорили на тюркском,
тогда конечно, однако возникает вопрос, откуда, из какого небытия их столько взялось и куда
потом исчезли носители этого языка? И почему легкие на подъем, хорошо организованные орды
зауралья не поднялись по тревоге и не встретили с оружием в руках атамана Ермака с тремя
сотнями казаков? Они что, все до малых ребят и женщин ушли с войсками на чужбину? И там
растворились, погибли все до единого? Тогда где археологические следы, памятники
пребывания столь великого народа? Скифские, гуннские есть, а тюркских вовсе нет, либо
они  более поздние.

      Великую Китайскую стену я не трогаю, ибо уже не раз писал о ней…

      Еще Ломоносов сказал знаменитую фразу – ничто не берется из ничего и не исчезает
бесследно. Да и перевод «солнце» на татарский звучит иначе – кояш, где нет ни единого
солнечного знака, понятного в славянстве. Если татары кричали «ура», то что имели ввиду?
К чему призывали победным или боевым кличем? И что он означал?

      Существует достаточно логичная и жесткая закономерность: то или иное слово изначально
принадлежит тому языку, с которого вразумительно переводится и имеет смысл. «Тюркизмы», где
встречается ра или раз, как праздник ураза-байрам, Коран, имеют индоарийские корни и пришли
в тюркский из Персии, вместе с мусульманством, как обрядовая терминология. Как к нам пришла
аллилуйя, анафема, акафист и прочие словесно-обрядовые атрибуты христианских канонов.

      Клич ура в славянском языке и сознании имеет такую же ветхоглубинную историю, как и
название высшего божества пра или реки – Ра. Кто учил своего ребенка по каждому поводу
восторга, радости кричать «ура»? А малые дети, едва освоившие речь, но как существа,
живущие по наитию, обожают этот клич и применяют его именно как победный, хотя взрослые
чаще кричат так на парадах по команде или когда ходят в рукопашную.

      К этому кличу мы еще вернемся, а сейчас немного о ветхих солнечных обычаях и
традициях, которые, к счастью, сохранились и подтверждают наши розыски в культурных
языковых пластах.  Первейший, когда дорогому гостю выносят из дома хлеб-соль. Теперь нам
кажется, это относится к характерному славянскому гостеприимству и желанию накормить
уставшего с дороги путника. Ничуть! И пожелание вошедшего в дом соседа «хлеб-соль»
(вместо нынешнего «приятного аппетита»), когда хозяева сидят за столом и вкушают,
тоже  ни при чем. В том и другом случае речь идет о символах земли и солнца, которые
олицетворяют в данном случае круглый и пышный каравай с установленной точно посередине
солонкой, доверху насыпанной солью. Гостю даруют самое драгоценное - землю и солнце,
показывая тем самым полное к нему расположение и любовь, впрочем, как и гость
трапезничающим хозяевам.

      Но почему такой минерал, как соль, в общем-то, химическое вещество, стал
символом высшего небесного божества? Ладно, кальций нужен для костной ткани и
зубов, поэтому дети с удовольствием лопают мел у школьной доски и лижут побелку.
А соль вроде бы даже откладывается в суставах, отчего те скрипят и ноют, она
выедает глаза, стекая со лба в виде пота, выходит с мочой, со слезами. Но
попробуйте, посидите без нее хотя бы несколько суток – сначала взвоете от
безвкусия пищи, потом появится не проходящее чувство неясной тревоги,
озабоченности и так постепенно до мышечных судорог и умопомрачения, когда
будет казаться, что жить можно и без нее. С глубокой древности люди добывали
соль из рапы (пьющая солнце), в копях, из морской воды и даже из болотных кочек,
везли караванами, кораблями или несли в заплечных котомках за тысячи километров –
туда, где ее вовсе не было. В городах, на ярмарках существовали соляные площади и
улицы, где продавали только этот продукт, причем, иногда как героин сейчас,
граммами, поскольку на большее количество не хватало денег. История человечества
это история добычи и распределения соли…

      Ничуть не лучше переизбыток ее в организме.

      Сейчас бытует множество толкования относительно этого продукта, и как его
только не назовут, но чаще слышится – белая смерть. Впрочем, и о сахаре тоже самое
говорят. Короче, нельзя ни сладкого, ни соленого. Но люди едят то и другое, особенно
соль после болезни, долгого и трудного пути, тяжелой работы. А кто не знает, отчего
женщин, особенно новобрачных, вдруг неимоверно тянет на солененькое? Почему в первые
недели зачатия плода так остро необходима соль? Почему дикие животные, особенно
высокоорганизованные парнокопытные, рискуя жизнью и презрев страхи, бредут к
устроенным для них солонцам, выжирают древесину, где были рассыпаны крупицы,
выгрызают мерзлую землю, летом смоченную соленой водой. А попробуйте пописать
близ домашнего или дикого оленьего стада – вас сметут, затопчут.

      Жить без соли можно, но полнокровно – нет, как и без солнца. Особенно зимой,
когда его мало или вообще нет, как в Заполярье. Но когда много – полярным днем,
тоже не сахар, расстраивается сон, ритм жизни, а если долго находиться в его
полуденных жестких лучах средних и южных широт, можно схлопотать солнечный удар,
обгореть, наконец, получить высокую дозу радиации.

      У всех теплокровных кровь имеет солоноватый привкус. Самая сокровенная часть
организма, в том числе, и человеческого – кровь, основной потребитель соли. Я не
буду вдаваться в физиологические подробности и суть биохимических процессов,
поскольку уверен, наши пращуры не проводили анализов и не давали научных заключений,
но точно знали, для чего нужна соль этой жидкости, наполняющей тело жизнью. Она,
кровь, такая же красная, как восходящее солнце, отсюда и название, звучащее, как
кравь, то есть,  солнечный свет, жар, бегущий по нашим жилам и питающий плоть и
его тончайшую материю - мозг.

      Вместо долгих рассуждений поведаю случай из детства: мы с мамой обедали, когда к
нам пришла соседка бабка Лампея.  Она нюхала табак и нос у нее все время был
красный с неприятной зеленью от табачной пыли. Эта старуха не пожелала нам
«хлеб-соль», набила ноздри табаком и, увидев, как мама с жадностью ест соленые
огурцы, заметила, дескать, что, опять забеременела? Моя родительница ее почему-то
не любила, и отмолчалась. А бабка Лампея чихнула с удовольствием и вдруг выдала:

      - Коль на соленое потянуло, значит, у зачатия кровь зажглась.

      То есть, образовался не просто сгусток некой слизи и бесформенной еще плоти
первых недель беременности, а возникла своя кровеносная система, может, еще
простейшая, с несколькими каплями крови, но своя! И немедля потребовала соли.

      Мне не известно, откуда она могла знать подобные вещи – старуха была
неграмотная. Но прозвучало у нее это так, будто душа зажглась. Помня об этом
всю жизнь, я спрашивал врачей, в том числе гинекологов, священников, но те и
другие не могли сразу ответить, когда плод обретает душу или первую кровеносную
жилку. Ссылались на разные мнения, на разночтения, и никто зарождение крови и
души с солью никак не связывал.

      Но вернемся к дарам дорогому гостю. Если соль – олицетворение солнца, то
круглый, пышный каравай – земля. Однако об этом уже следующий урок.


Рецензии
Благодарю за публикацию,с уважением к вам.

Юрий Симоненков   18.01.2014 07:00     Заявить о нарушении
На это произведение написано 8 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.